У парня есть изюминка. Большая изюминка. Даже, можно сказать, гордость своей внешности. Рост.

Однажды Арсению на телеграмм пришло многообещающее сообщение, что гласило: «Блять, ещё раз я порву эти ёбанные штаны, по судам затаскаю всех уличных котов нахуй!!! Я задолбался их вечно зашивать!» Глаза Попова полезли из орбит, а жирный слой непонимания с нотками негодования становились всё более заметными на его лице, пока он перечитывал этот месседж из разу в раз.

— Я вот подумал, Шерлок, — мужчина поднял на него глаза, — Если тебя не знать, то сложно понять, что тебе нравится, — после этой фразы они недолго помолчали. Джон уже успел подумать, что Холмс не станет отвечать на вышесказанную фразу, как он это делает периодически, и даже удивился, когда ответ поступил.

Объятия были приятны со всеми, особенно когда Дин был не против. Но только с одним существом обнимашки были такими спокойными и умиротворяющими, что даже страшно.

Из колонки всё ещё кричала песня арабского происхождения. Позов снимал всю вакханалию на свой смартфон, стараясь не ржать слишком сильно. Серёжа стоял на одном колене в костюме императора и под бит расскидывал деньги. Но звездой этой сцены стал Антон-мать-его-Шастун.