Необходимый покой

      Эндрю подорвался с места, по телу пробежала легкая дрожь, а пот градом скатывался по спине. Взгляд устремился куда-то вдаль, а зрачки бегали из стороны в сторону. Он пытался взять себя в руки, но получалось посредственно. Когда он немного отошел от происходящего и понял, что стоит посреди аудитории, в которой под завязку сидят студенты, а у кафедры два преподавателя, у него началась паническая атака. Его легкие судорожно расширялись и сокращались, пытаясь поглотить больше воздуха.       Парень невысокого роста, сидевший рядом, быстро среагировал на происходящее. Он аккуратно взял Миньярда под руку, побуждая оторвать прибитые к полу ноги и быстрым шагом повел его к кабинету психолога. Там было занято, парень не растерялся и попросил девушку, сидевшую на кресле, выйти на несколько минут. После чего вернулся обратно в аудиторию, оставив Эндрю и психолога наедине.       Психолог направил свой взгляд на юношу, пытаясь найти в нем согласие на то или иное действие. Он не смог увидеть признаков концентрации и провел его на кушетку. Блондин улегся и схватился за руку мужчины, что сел рядом. На тот момент он не хотел отпускать единственную опору. Медик, кажется, почувствовал это и сжал его руку в своих ладонях, выводя большими пальцами незамысловатые узоры. Дыхание блондина стало понемногу успокаиваться, быть более плавным, а зрачки перестали метаться по углам, возвратив свой естественный размер. – Ты находишься в безопасности, Эндрю Миньярд, тебе ничего не угрожает. Ты находишься в кабинете психолога, здесь только я и ты. – сказал док тихим, спокойным голосом. – Если ты хочешь, ты можешь схватиться за что угодно сильнее, говорить что угодно, ну, или не говорить вообще ничего.       Расслышав слово “психолог” Эндрю пришел в некоторое смятение. Он никогда не ходил на приём к ним, вообще не встречал в своей жизни, что уж говорить о разговоре. Помимо этого он понял, что сейчас сидит рядом с незнакомым ему человеком и стоит соблюдать субординацию, а также рамки приличия. Он смотрел на мысленную точку на стене, пытаясь унять быстрое сердцебиение.       – Я Вас не знаю, да и знать не особо хочу. Отпустите меня уже домой, мне лучше. – голос подрагивал, но это его не останавливало. Он старался не выдавать, что постепенно приходит в ярость от нахождения в данном кабинете.       Мужчина свел достаточно густые брови, поджал губы и явно понимал, что в таком состоянии нельзя отпускать пациента, он может сделать всё что угодно, а главное - навредить себе.       – Я не думаю, что ты сейчас в состоянии самостоятельно дойти до дома. Давай я позвоню твоих родным, чтобы они тебя забрали. – Мужчина не хотел его отпускать одного, по уже понятным причинам. Парнишка был совсем тощий, бледная, словно у трупа, кожа и такие же губы. Были бы у Эндрю какие-либо силы, то он бы запротестовал, но это определенно не тот случай.       Голова трещала, словно сразу несколько дрелей сверлили его череп, а в ушах стоял звук ревущего самолетного двигателя. Еще вот-вот и он бы…       – Как Вас?.. - юноша еле говорил, однако ему нужно было знать имя, которое говорить кузену.       – Нил Джостен. Можно просто Нил или Джостен. – психолог внимательно смотрел на Эндрю, когда же тот начнет действовать.       Миньярд освободил свою правую руку, достал телефон и набрал кого-то.       – Да, ало. Я сейчас передам трубку Нилу Джостену, поговори с ним, пожалуйста. – После этих слов он протянул телефон Нилу.       – Да, здравствуйте. Я Нил Джостен. – он напряженно закусил нижнюю губу и взял за руку парня, хотя тот уже начал приходить в себя. – Хорошо, Николас. У Вас есть возможность забрать его сейчас? У него случилась паническая атака во время лекции. Судя по его состоянию, он не сможет дойти до дома самостоятельно.       – ….       – Спасибо большое, ждем. — Нил передал телефон обратно и посмотрел в карие глаза, пытаясь найти ответ на свои вопросы. Но он заметил лишь, что парень не до конца отошёл от произошедшего, а его дыхание до конца не восстановилось.       Нил заметил, что пациенту не очень то удобно лежать на пустой кушетке и решил зайти в соседний кабинет, взять небольшую подушку и подложить под голову Эндрю. Так он и сделал, за исключением того, что не смог самостоятельно положить подушку под его голову. Его как будто кипятком обожгло, парень раскрыл глаза и устремил убийственный взгляд на врача.       – Не трогайте меня. – яростно выдавил Эндрю, резко выхватив подушку и из его рук. – У Вас… у Вас есть еда? – быстро сменив тон голоса и тему произнес брюнет.       – Да, есть. Фрукты, овощи, конфеты или чай?       Эндрю остановил свой выбор на фруктах, которые он очень любил. Нил молниеносно отправился в тот же кабинет, откуда пришел с подушкой и вернулся спустя пять минут с тарелкой персиков, парочкой бананов и яблок, в другой руке был горячий сладкий чай. Поставив всё это на столик перед кушеткой, он дал знак, что все готово. Он было хотел помочь встать Миньярду. но тот посмотрел на него тем же убийственным взглядом, что продемонстрировал 10 минут назад. Сложно было представить, что Эндрю способен на что-то бойкое в таком состоянии, но проверять это не хотелось.       Блондин хватал фрукты один за другим, жадно глотая пищу и постепенно опустошая миску. Большую кружку чая он выпил меньше чем за минуту, однако психолог не был доволен таким отношением к еде, но тему заводить не стал. Еще будет время поговорить об этом, когда-нибудь.       Неожиданно дверь в кабинет открылась и внутрь влетел Ники. Он, охваченный паникой, подбежал к кузену и безостановочно спрашивал, как тот чувствует себя, всё ли с ним хорошо. Миньярд не давал четких ответов, ведь сам не до конца понимал, как чувствует себя и Хэммик это прекрасно понимал, поэтому он облегченно вздохнул и повернулся к рыжеволосому психологу.       – Расскажите, пожалуйста, что с ним стряслось? Он же мне никогда не расскажет, а я за него очень переживаю. – с сожалением произнес Николас.       Джостен рассказал все с самого начала и до конца, не упускаю ни одного момента. Он рассказал, что пришел сюда ради проведения психологического опроса учащихся и уже собирался заканчивать с последним студентом, как к нему забежал парень и завел Эндрю. На лице Хэммика в тот момента был виден испуг за кузена, казалось, что он в данный момент упадет в обморок. Его ладони нервно поглаживали локти, пытаясь успокоиться. Но всё же он искренне поблагодарил Нила за помощь и попрощавшись с ним, повел Эндрю из университета домой. Сам же Нил, несколько минут посидев в помещении, раздумывал над всеми происходящими за сегодняшний день событиями. Он прибрался в помещении и пригласил из соседней аудитории миссис Эбигейл.       Выйдя из здания, оба парня прошли до мазерати, припаркованной недалеко от главного входа. Хэммик открыл дверь машины и помог Эндрю сесть внутрь, после чего сел на водительское сидение и тронулся с места. Все пять минут езды до пункта Б они провели в полной тишине, в мучительной и тяготящей тишине. Ники не знал, что говорить в такие моменты и что делать дальше. Психологическое заболевание брата и так часто ранило его сердце, но когда это становится отражается на физическом состоянии… Черт, хочется самому вскрыться и закончить всё это. Он искренне не понимал, как можно мучать свой организм изо дня в день, голодать по несколько суток или есть мизерное количество калорий, тренироваться до потери сознания и всё еще продолжать учиться. Этот идиот еще хотел пойти работать… Если говорить откровенно, то скорее от него там было бы больше проблем, чем пользы, если бы он грохнулся в первый же свой рабочий день в обморок. Не выдержав большой поток мыслей, брюнет все таки выдавил из себя пару слов.       – Эндрю, пожалуйста… - опомнившись, как брат кузен ненавидит это слово, он себя три раза чуть не убил, но поправив себя, продолжи. – Хм, прости. Сходи наконец-то к психологу, не держи все в себе. Да хоть к этому рыжеволосому, который помог тебе. Если хочешь, я могу поискать его контакты и узнать всю необходимую информацию. – они уже давно припарковались у дома, поэтому Ники мог спокойно посмотреть на Эндрю и видеть весь спектр эмоций, который тот испытывает.       Но Миньярд ничего не хотел, он ничего не жаждал и его лицо ничего не выражало. Он просто существовал, по крайней мере в данный момент. Он не хотел слушать Хэммика или своего близнеца Аарона, тупых преподавателей и студентов, окружающих его в университете, не хотел ходить на учебу. Не хотел просыпаться каждый день, пытаться есть, переступая через себя, умываться, чистить зубы, принимать душ… Это все выматывает до такой степени, что забирает последние силы к существованию, подталкивая к краю крыши. Не хотел подходить к зеркалу и видеть свое тело: выступающие кости, впадины на щеках, руки, ноги, живот… Он не хотел ненавидеть свое тело, потому что он не идеален. Он хотел все это завершить, начать новую жизнь, где любовь будет иметь место в его жизни. именно это он загадывал каждое Рождество, но каждый год история повторялась.       Он намеревался что-то ответить Ники, но не мог подобрать слов, все застряли у него в горле. Брюнет заметил это и не стал торопить кузена, он тихо и терпеливо ждал ответа. Эндрю, посмотрев в глаза Ники, смог заметить одну единственную слезу, которая скатилась по щеке второго самого близкого и единственного близкого человека. Глаза Эндрю округлились, а сердце начало биться чаще, отбивая новый ритм. Ники не смотрел на него, но одним движением руки Эндрю он повернул голову и они смотрели друг другу в глаза. Миньярд всего несколько раз видел, как его родные плачут, и тогда он в ту же секунду устранял причину их слез. Но ведь сейчас причиной является он… Как можно устранить самого себя?       – Ники, прекрати. Всё будет нормально, всё наладится. – он сам плохо верил этим словам, но посчитал их нужными. Он не хотел врать, что пойдет к психологу. Он никогда и никому не доверит тайные уголки своей души, в особенности какому-то незнакомому человеку. А Эндрю никогда не врет, тем более родным, поэтому сейчас его разрывало на две части. Голова была пустая, все мысли то смешивались в одну, то их не было совсем.       – Обещаешь? – всхлипнув спросил Хэммик.       Пульс замер. Дыхание остановилось. По коже прошли мурашки. На руках поднялись волоски.       – Обещаю.. Обещаю тебе.       Весь оставшийся день они провели в полной тишине, никто не задал ему и вопроса. В этот день Эндрю решил лечь раньше, так как от столь тяжелого дня хотелось как можно быстрее избавиться. Быстро приняв душ и отказавшись от ужина, он лег в свою кровать, накрылся одеялом по самую голову и заснул.       Сквозь толстые шторы его комнаты слегка пробивается лунный свет. Окно приоткрыто, пуская поток свежего воздуха в комнату. По улице изредка проезжают машины, куда они направлялись в такую рань никому не было известно. Парень же продолжал спать тревожным сном один на двуспальной кровати, укрывшись скомканным одеялом, которого явно недостаточно, для того чтобы ощутить комфорт.       Наступила тишина… Было слышно только тиканье настенных часов, висевших над дверью.       Эндрю не до конца понимал, проснулся ли он или до сих пор находится во сне. Нехотя он открывает свои веки и поднимает взгляд, чтобы посмотреть время. На часах было 5:17. Зачем он так рано проснулся было неясно, может на этом сказался ранний сон? Но что делать больному разбитому человеку в мать его пять утра? В голову ничего не пришло лучше, чем начать тренироваться. Тренироваться на полностью пустой желудок и измученное тело. Он делал это ради сжигания несуществующих калорий, каждое утро.       Миньярд выпил стакан воды, приготовленный еще вечером, сделал разминку и начал выполнять комплекс различных упражнений. На пятой минуте с парня градом лился пот, словно начался дождь, а одышка стала настолько сильной, что было ощущение петли на шее. Упав на пол, он постарался выровнять дыхание, но у него едва получалось это сделать.       В дверном проёме показался Аарон, уже привыкший к таким утренним ритуалам своего брата, однако в глазах его отражалась, уже приевшаяся Эндрю до дыр, тревога и волнение. Постучав чисто ради приличия, Аарон вошёл в комнату, прикрыв за собой дверь. Он ничего не сказал, присел на кровать и стал выжидать, когда второй Миньярд снова продолжит терзать своё тело.       Эндрю, нахмурив лицо, ничуть не удивился данному исходу событий и продолжил заниматься. Он приступил к отжиманием с колен       – Пять, шесть, семь.. – счет прервался из-за падение на пол, он был настолько бессилен, что не попытался встать обратно, отдавая предпочтение небольшому отдыху. – Недостаточно, недостаточно. Слабак. на тебя жалко смотреть, неужели так сложно сделать десять отжиманий, м? Никчемная тварь, возьми себя в руки, подними своё жирное тело и приступай к выполнению упражнения. Ты не можешь быть любимым, пока ты выглядишь как самая жирная свинья. Какой человек может полюбить такого кретина, как ты. Поднимайся. – Эндрю немного замешкался, вспомнив, что Аарон находится рядом и уже несколько секунд пытается докричаться до брата.       – Але, алее. У тебя там связь что-ли сдохла? – блондин сидел перед лежачим телом, щелкая пальцами перед носом Эндрю, пытаясь привлечь внимание. Поджав губы, он еще раз оценил состояние брата и сказал. – Кажется, тебе хватит на сегодня. Ты хорошо постарался, согласись. Жду тебя внизу на завтрак, ровно через две минуты. – ждать ответ он не собирался, поэтому быстро встал и вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой. Миньярд снова остался один на один со своими мыслями, которые так и лезли в его голову. Собрав последние силы, он смог подняться, взял телефон и отправился вниз на кухню.       Усевшись за стол он заметил, что на нем уже стоит овсянка и кружка крепкого кофе. Он кивнул в сторону Аарона и устремился взглядом в телефон. В нем было несколько уведомлений, но только одно привлекло его внимание. “Неизвестный номер” 4:49 16.01.2022 Доброе утро, Эндрю. Я стоматолог, которого ты собирался посетить сегодня вечером. Пишу с целью сообщить, что у меня есть свободное окошко на 9:55, если есть возможность - приходи.