Птица, что поёт на рассвете

Самуэль продолжает придумывать оправдания, он старается не поднимать на демона глаз, постоянно отводя взгляд. Ему в срочном порядке необходимо вообразить что-то гениальное, что введёт его господина в заблуждение. Однако на данный момент ничего не получается. Конечно, мужчина понимает, что ещё чуть-чуть и всё прояснится, будут раскрыты все тайны. А пока его лорд лишь продолжает наблюдать за тем, как несчастная птичка пытается вырваться из мощной дьявольской хватки на свободу. Подобно хитрому змею, загнавшему свою жертву в угол, с каждым разом оставляет всё меньше и меньше шансов на спасение, оплетая своим хвостом его ноги, усиливая хватку, уже практически не давая пошевелиться. Заставляет посмотреть на себя, с несвойственной осторожностью, придерживая возмущённого, растерянного композитора за подбородок: — Тише.. тише, ты же знаешь, у тебя нет шансов. Посмотри на меня, не стоит пытаться что-то скрыть, а вдруг я уже всё знаю? В таком случае это всё бесполезно, ведь так? Сэмми остолбенел: и руки ослабли, и перед глазами всё расплылось. Единственное, чего хотелось сейчас – как можно скорее уйти, но умолять о спасении почему-то не стал. Что-то внутри подсказывало: "не время для почестей, унижений и мольбы, бессмысленных обещаний и просьб". А дьявол всё улыбался. Это всего то игра, забавная игра, где предрешён итог, где заранее предопределена судьба каждого из них и где заранее известен победитель. Наблюдать за простыни молчанием, за испугом в глазах своей жертвы, её замешательством, что же может быть лучше? Но безмолвие продлилось около минуты всего-навсего, после чего блондин с трудом выдавил из себя несколько слов, жалобным голосом, на потеху своему повелителю: — Можно я потеряю сознание? — Нельзя. — Демон почти перебил собеседника, мгновенно заставив того замолчать, — так будет не интересно. Лоуренс ничего не ответил на подобную дерзость, как бы то не расстроило, и снова отвёл в сторону взгляд. Неужели выхода нет? Неужели ничего не поможет? Пока несчастный жалел себя, старался собрать мысли в кучу, Чернильный Демон начал разглядывать его, опять.... Следует упомянуть, не первый раз он так заглядывается на слугу, пристально рассматривая его с ног до головы. Почему-то влекло это тело, это красивое лицо, выразительные карие глаза и струящиеся блондинистые волосы. Его элегантные руки, бледные фортепианные пальцы, длинные ноги, изящная шея, острые плечи, тонка ключица – они кажутся прекрасными. (Сэмми, как известно, никогда не носил ничего кроме штанов и драной маски. Потому тело было частично обнажено, а сложившаяся ситуация позволяла разглядеть его изгибы более подробно.) Ох, какой абсурд! Не может такого быть! Не может верховное существо привлекать человек! Но дьявол продолжает откровенно пялиться на своего последователя, забыв обо всём.       К сожалению, подольше насладиться красотой так и не удалось, Самуэль почувствовал, на себе пристальный взгляд, даже несмотря на то, что глаз владыки не было видно и смутился, тем самым, показывая, что "таинственному наблюдателю" стоит быть аккуратнее. —Почему вы на меня так смотрите? Что-то не так? — Голос дрожал, несмотря на все старания, на тщетные попытки оставаться спокойным и невозмутимым. Но значение этому никто не предал и ответа не последовало, теперь в неловкой ситуации оказались оба. Стоят и смотрят друг на друга, дураки, ей-богу! И так подумал бы всякий прохожий. Один пасть открыл и пялится, ничего сказать не может, другой ворчит себе что-то под нос и поди разбери, то ли ругается, то ли скулит, то ли прощения просит; уже и вырваться не пытается, думает, как бы так извернуться, как бы так выйти из неловкой ситуации без потерь.       Но всё-таки, в каком-то роде, сложившаяся обстановка нравилась Сэмми. В этот момент он задумался и над тем, что в последнее время Лорд ведёт себя как-то по-другому будто в рассеянности и, кажется, пытается заигрывать. Пусть и непроизвольно, возможно, сам того не замечая, так ещё и выходит это из рук вон плохо. Да так и есть наверняка! Это очень заметно, ведь так? Хотя...Может быть Сэму просто кажется, он представляет себе то, чего ему хочется. В любом случае, нужно как-то менять диспозицию... Поступок, который музыкант сейчас совершит, может стать роковой ошибкой, с другой же стороны риски вполне оправданы, ведь другого выхода, вероятно просто нет. К тому же, кто не рискует, тот не пьёт шампанское, глядишь, и план сработает. Мужчина неуверенно обвивает руками шею своего покровителя, не отдаляясь на этот раз, а прижимаясь ещё ближе, а на лице его появляется хитрая игривая ухмылка. Что же..? Результат был достигнут: как и предполагалось рогатый оказался в замешательстве и ослабил хватку. Ох, скорее всего, ожидал дальнейших действий, ожидал чего-то большего, но Лоуренс, вовремя среагировав, нехотя выбрался из объятий своего господина. Ловкий манёвр! Только вот очень опасный... Тем временем, дьявол, "очнувшись", обратился к своему слуге, с вопросом: — Что ты делаешь? А главное зачем?             Маэстро вдруг выпрямился, набирая в лёгкие воздух, и взглянул на своего хозяина без привычного страха в глазах.— Ну мне же нужно было как-то прервать всё это...Пока сюда не наведался кто-то ещё, сами же понимаете. — Голос поначалу был звонок, но на последнем слове всякая уверенность, твёрдость покинули говорящего. Он опустил голову, стыдясь, почти озлобившись на самого себя: о, как же хотелось, чтобы всё было как раньше! Как же хотелось по-настоящему испытать страх вместо того проклятого смятения, накрывшего его с головой. Почему так злостна судьба? Почему цикл так жесток со своими детьми? Пожалуй, на эти вопросы ответа не найдется никогда. Слишком много ещё предстоит, ибо никогда не знаешь, что ждёт в следующую минуту, что будет дальше? А дальше – только хуже... — Ну и способы у тебя, — разочаровано проворчал демон, фыркнув недовольно, плохо скрывая досаду. Надежды не были оправданы и оставаться невозмутимым не получалось. Не удалось скрыть и собственной растерянности, что страшно раздражало, ни давало покоя. — Однако ты, хитрец, не пропадешь. И всё же ты теряешь осторожность, играя с огнём. — Но оно ведь сработало, милорд. Подозреваю, лишние свидетели никому не нужны, потому мне пришлось выдумать что-то, что покажется нелепым. Бенди зарычал в ответ. У композитора есть полное право испугаться сейчас, а лучше бежать как можно скорее, но он не делает этого, стоит и ждёт чего-то. Наблюдает за тем как его божество, начинает злиться всё больше...Всё больше только вот на самого себя. — Иди своей дорогой, пока жив! С глаз моих! И слуга, поклонившись, покорно уходит куда подальше, как велели, с глаз долой! На душе остался неприятный осадок, как никак, всё-же опозорился, всё-же его обожаемый лорд теперь ужасно зол и нет провидцу прощения. Что же теперь делать...Кажется, всё кончено. Упал в глазах своего покровителя. Жалок. Отвратителен самому себе. Позор! Пророк в расстроенных чувствах плёлся к своей небольшой комнате, стараясь решить, как поступать дальше. Но оказавшись на месте, тут же отвлёкся от терзающих, разрывающих на части мыслей, наткнувшись на кошку, что также бесцельно бродила по студии, может быть искала чем перекусить. Сэм присел на корточки. Было известно не понаслышке, что эта чёрная красавица, приходилась четвероногой подружкой его господина. И нет никто об этом вслух не говорил, Самуэль сам об этом узнал, абсолютно случайно, пока наблюдал за своим божеством в очередной раз. Пусть и было то уже достаточно давно, около двух-трёх недель назад.       — Ну ну...Ходишь тут, бродишь... Ищешь поесть, голодна, наверное, так ведь? Покормить тебя что-ли... — Музыкант поднялся и взглянул на полку, найдя там банку супа, открыв её при помощи карманного ножа. Благо, в комнате нашлась ёмкость, в которую, собственно, было вылито содержимое банки и поставлено на пол перед кошкой. После чего хвостатая приступила к трапезе, а Лоуренс улёгся на кровать и закрыл лицо руками. Состояние - дерьмо, по иному не скажешь. А всё из-за его глупого поступка! Неужели и взаправду ничего лучше придумать не мог? Так проходит около двух минут. Время тянулось так долго мучительно, в попытках удержать в горле стоны, унять растущий гнев и разочарование. Мужчина почувствовал, как на нём устроилась шерстяная, ласково мурлыкая. Ей почти незнаком этот человек, который накормил. Однако всё она чувствует, всё понимает, кажется, будто пытается успокоить, говорит будто: "всё нормально, не переживай. Всё будет хорошо". В ответ на доброту, в спасибо за помощь, любая сущность отвечает лаской. Композитор аккуратно погладил её по макушке, тяжело вздыхая и забывая ненадолго о своих переживаниях, бедах. Подобных ей тут встретишь не часто, обычно все прячутся где-нибудь, боятся, а эта вся такая смелая, уверенная. Совсем ничего не боится! Скорее всего оттого, что понравилась самому опасному здесь, пригляделась дьяволу.        Вдруг снова настигла усталость. Вернулась головная боль, мучительная сонливость, а глаза слипаются, как нашло. Ведь он так и не выспался с того момента, как завершилась долгая и очень памятная прогулка. После чего произошел только ряд неприятных событий, кончено всё это измотало неимоверно. Никакого покоя и с каждым часом всё хуже и хуже! Уже не думая о чем-либо, Самуэль погрузился в сон, успокоенный ласковым кошачьим мурчанием.

***

Ну вот! И вот что ты натворил? — Подобный вопрос задал себе Чернильный Лорд. Зачем прогнал? Зачем выслал прочь? И какой во всём этом смысл? Зачем же было разочаровывать, расстраивать и без того раздраженного, заметно нездорового слугу? Зачем нужно было вымещать на нём свой гнев? Ведь ничего такого не произошло! Обычно демон никогда не ругал себя за свойственные ему поступки, пусть они и были отвратительными, а уж тем более не придавал значения таким мелочам. Сегодняшний день, по-видимому, стал исключением. Но и поступить иначе, к сожалению, было просто невозможно. Более рационального решения проблемы не нашлось и вряд-ли когда-либо найдется. Другого выхода просто не было. Не говорить же провидцу напрямую о том, чего ожидал на самом деле от его действий властитель. И если так подумать, то в таком случае, можно с уверенность сказать, что данный поступок был правильным, хоть и обидным, возможно, по отношению к человеку. Нет, даже не "возможно", а точно! Известное дело, Сэмми не будет держать на него обиду. Он верный и верный как пёс! Хах! Это, безусловно, радует, но в тоже время пугает... Подождите минутку... Не должно так быть! С чего бы это дьявол так переживает за своего слугу, просто жаркого слугу и ничего более! Но смысла мучить себя подобными вопросами уже нет и так всё ясно – грозное, опаснейшее существо привлекает человек. Рогатый понимает прекрасно, что эмоционально привязан к нему, понимает, что Самуэль нравится ему во всех смыслах этого слова. А это очень плохо, так привязываться нельзя ни в коем случае! Стоит ожидать предательства в любой момент. Верить никому нельзя! ...Разве, что сестре, скорее всего, можно, как-никак родственная душа, да и то следует быть начеку! Но что делать если уже привязался? Как поступить? Может быть следует спросить совета у человека, который попадал в такую ситуацию? Ну или хотя бы уже имел опыт в отношениях, не дружеских, а нечто более серьезных. Такой была, возможно и была Одри, которая проживала среди людей и как известно по её рассказам, уже успела завоевать внимание некоторых личностей, а потом пропасть. Однако на такие темы говорить стыдно, а уж ему то и вовсе неприемлемо. Дальше втаптывать себя в грязь своими же копытами как минимум глупо. Благо, хоть знают об этом далеко не многие.       Верно, он все ещё остаётся сильнейшим существом на территории цикла, вопрос в том, надолго ли? Всё может измениться в любой момент, ничего не вечно. Аггел помотал головой, стараясь не думать о худшем исходе из всех возможных, где он останется абсолютно один, брошенный в очередной раз, "униженный и оскорблённый" или уничтоженный вовсе.        Возвращаясь к главной проблеме, как быть, если привязался к собственному слуге, который может совершить предательство в любой момент, ради спасение своей шкуры, как любой другой в этом поганом месте? А может быть и нет...ведь этот человек не такой, как все, он ведь верный...верный как пёс.

***

.·:*¨¨* ≈☆≈ *¨¨*:·.

Бойся вестник! Бойся фальшивый! Обломают тебе крылья, повыдёргивают с них все перья! Смерть проклятому лжецу! Смерть обманщику! Смерть лжепророку! Верьте Лорду Амоку! Нет, нет! Врёшь ты всё! Верьте Уилсону Арчу! Они даруют нам спокойную жизнь! Даруют истинную свободу! Не верьте Чернильному Демону! Он никого не освободит...Отправить Сэмми Лоуренса на верную погибель! Так дайте ему погрузиться в те страшные вечные муки!

Эти голоса, они всюду...их сотни, их тысячи. Мертвецы появляются отовсюду, они бегут на него кто с чем может! Какие-то копья, вероятно самодельные, доски, заострённые штыки, кто-то кидается камнями, (ну или же чем-то на них похожим.) Лоуренс пытается оборонятся поначалу, но вскоре бежит, пораженный чьим-то штыком прямо в живот. Он задыхается в собственной крови, такой чёрной и отвратительной на вкус, а может быть и в чернилах, не разобрать. Боль, адская боль, а самое главное, осознание того, что он будет умирать вечно и в конце концов погрузится в огненную геенну, нет, в место, что хуже гораздо, окажется там, откуда никто и никогда не выбирался! Страх. Он засел глубоко в беспокойной душе и постепенно перерастает в панику. Мужчина не сдается, он продолжает бежать.       Как жаль, что спасения в этой дыре нет...они настигли его..Крики боли, это ад, ад персонально для Сэмми! Они отрывают от его тела конечности и пожирают их, подобно голодным голодной своре, подобно стае гиен! О да! Именно гиен, которые увидев как их бывший покровитель начинает проигрывать, перебегают на сторону врага! Маэстро пытается кричать, задыхаясь в чернилах, которые текут по его венам, похоже, что давно уж вместо крови, срывая голос и хрипя. Но он не просит о помощи, нет, скорее смеётся над теми, кто издевается над ним сейчас: — Вы посмотрите на себя! Жалкие предатели! Вы словно гиены, питающиеся падалью! Ничтожества! Я буду смеяться вам в лицо, умирая! Умирая столько, сколько понадобится! Это станет для вас уроком, когда вы поймёте, когда осознаёте свою страшную ошибку! Верный слуга не боится отдать свою жизнь, не страшно ему остаться страдальцем на вечность. Он готов оставаться при своей вере до конца...до конца! Боль....обида...очередная мучительная смерть...мгла...пустота, больше ничего.

.·:*¨¨* ≈☆≈ *¨¨*:·.

Мужчине удается вырваться из оков сна: боль отступила, но всё ещё тяжело дышать. Кошмары в последнее время снятся очень часто, можно сказать даже, что постоянно. Как отдохнуть в таких условиях? Сэмми продолжает чувствовать себя уставшим, съежившись в постели, обнял себя руками и поморщился, почему-то стало очень холодно... В коридоре послышались робкие шаги и через несколько секунд в комнату заходит Сьюзи с обеспокоенным выражением лица. На самом деле, она редко за кого переживает, с большей охотой посмотрит на чьи-то мучения. Композитор был исключением: бывшая актриса кружилась над ним, как орлица над своим птенцом. — Мне показалось ты кричал. Всё в порядке? — А что со мной может быть не так? — Грубо отозвался музыкант, рявкнув вместо нормального ответа, что особо не обидело девушку. Она просто аккуратно присела на край кровати и по ней было хорошо заметно, что она действительно озабочена состоянием единственного любимого человека. — Твоя вера губит тебя, — шепчет Кэмпбелл, не скрывая лёгкого разочарования, — ты сходишь с ума, постоянно видя кошмары, переставая питаться и теряя сон. — И даже не подходи ко мне с такими мыслями! Питаться перестаю...сон теряю, — ворчит Сэм, перебирая волосы, — какой вообще смысл вести прежней образ жизни, раз я давным давно сдох!В любом случае, как бы тебе не хотелось, моя вера, никогда не иссякнет! Ясно? — Дело твоё...— Собеседница опустила голову и тяжело вздохнула, понижая голос с каждым разом всё сильнее, — я лишь переживаю...       Самуэль стиснул зубы и принял сидячее положение, отмахиваясь от назойливого собеседника.        Известно, что во многом искажённая Алиса поступает, как и многие обитатели цикла - жестоко. Но стоит узнать о ней больше, становится понятно, что человек она хороший. И музыкант это прекрасно понимал, но лишний раз не желал делиться с ней своими переживаниями. — Не стоит за меня беспокоится. Всё это глупости и вздор, не стоит оно твоих нервов. Оставь меня в покое, уверен у тебя полным полно своих забот. — Сэм поднялся, не желая больше ничего слушать, и уже собирался уходить, как Сьюзи нагнала его: — Постой...Хочешь, пойдем со мной? Тебе не мешало бы поговорить с кем-то, может быть высказаться. Поверь, я вижу, тебя что-то тревожит и не даёт покоя. — Чего мне тебе высказать? — Зашипел блондин, сложив руки и отвернувшись, — не должны тебя беспокоить мои проблемы. Тут каждый сам за себя! — Во первых, далеко не всегда, прошу заменить. Прекращай, бредить! — (Она наконец-то решилась слегка повысить голос), — Пойдём, вот увидишь, если ты опять будешь слоняться по коридорам один, занимаясь самобичеванием, будет только хуже. Композитор закатил глаза и засунул руки в карманы. Ладно! Так уж и быть, выбора у него нет всё равно, в любом случае, Кэмпбелл убедила бы его пойти с ней. Порой отказать ей просто невозможно. Этот ласковый голос так успокаивает, что лучше уж со всем согласится и просто слушать...Слушать и молчать. И вот, они вдвоём идут по коридору, Алиса, что-то рассказывает, стараясь вывести на разговор, своего молчаливого спутника, но он молчит, лишь редко поддакивая, отвечая на вопросы, коротко и ясно. Все его проблемы должны остаться в тайне, нужно старательно делать вид, что всё хорошо. Ведь все переживания вертятся вокруг одной огромной проблемы, которую тот создал для себя сам, сходя с ума от любви к своему покровителю. Неожиданно актриса аккуратно взяла его под руку, прижавшись чуть ближе: — Прошу тебя, расскажи, что беспокоит...Ты же смысла здравого лишишься, дурачок, как и многие в этом месте. Потеряешь себя, как я когда-то! Неужели тебе по нраву такой исход?       Лоуренс не успевает что-то ответить, он почувствовал как кто-то очень с силой подхватил его под свободную руку и крепко сжал, так что стало даже немного больно. Поначалу пророк ничего не понял, напрягся весь, но стоило ему обернуться в другую сторону, как по телу пробежала дрожь. И вновь пришлось встретить своего лорда, безумно обрадоваться его появлению, но только вот незадача, демон зол и злится он, похоже, на Сьюзи и смотрит на неё так, как будто она отнимает у него кусок мяса.       На удивление для музыканта, Чернильный Демон в очередной раз прижимает его к себе ближе. Но ведь совершенно недавно подобное закончилось не очень хорошо, тогда зачем он это делает? Дальнейшие действия окончательно привели несчастного композитора в замешательство, заставляя его смущаться. Предводитель обнимает своего слугу за талию и на врага, если, кончено, таковым его можно назвать, смотрит своим невидимым взглядом грозно, ненавистно. Сэмми в панике переводит взгляд на спутницу и замечает, как она осмелела, разозлилась, позабыв всякий страх, всякий стыд и явно готовится к обороне. Всевозможные размышления прерывает голос гневный дьявольский голос: — Ты, видать, совсем забыла о чём тебя предупреждали? — И что же мне теперь? Что меня теперь ждёт? Убьёшь, не так ли? Прямо на глазах последователя, продемонстрируешь свою жестокость? — Я говорил тебе, — продолжает он таинственным, хриплым и совершенно спокойным голосом, — не приближайся к моему пророку. Неужели люди столь глупы, что слова на них не действуют от слова совсем... — Твой пророк, сойдёт с ума, подчиняясь тебе, проклятое же ты отродье!       Как же глуп этот спор...Совсем нет смысла в этих словах и понимают это все, пусть и для кого-то он просто забава. Но случись здесь крохотная битва, Сьюзи погибнет, не успев даже вскрикнуть. Нужно срочно что-то решить, во избежании катастрофы, а именно, поскорее принять чью-то сторону: если он не помочь Кемпбелл, та начнёт подозревать неладное, если же наоборот помочь, велика угроза потери самого дорогого - признания лорда, что станет самым страшным наказанием! За вопросом вопрос, за предположением, новое: почему демон так разгневался на Алису? Она ведь ничего не сделала, всего-то прижалась чуть ближе во время разговора. Неужели господин его испытывает ревность?