Жизнь - хороша!

      Очевидный плюс бедной мимики лица — никто не может увидеть рож, которые ты корчишь в эмоциональные моменты. Сейчас, например, я смотрел вслед «ублинковавшей» в сторону Школы Кристи. Мы проболтали полночи, валяясь на спальнике в моём очередном убежище.       Девушка рассказывала про события в школе, как дела у ребят. Пару раз заставила меня пожалеть, что битьё головой о стену, в моём случае — нерезультативно. Очень уж этого хотелось, когда Кристиана озвучивала версии Джубили о моём отсутствии.       Но, к сожалению, всему хорошему приходит конец. У Кристи завтра занятия, тренировки, и хоть немного, но поспать ей необходимо. Поэтому мы попрощались, и девушка исчезла во вспышке, оставив после себя лёгкий запах серы, и обещание навестить меня вскоре ещё. Для телепортера, который может «прыгать» на три километра, быстро добраться до места — практически не проблема. Тем более, девушка уже научилась перемещать не только себя.       Утром завтрак с Чокалой отменялся: она ещё вчера предупредила, что с самого рассвета побежит в гости к подруге: день стирки у девчонки, а пирсингованная предоставляет доступ к своей стиралке, телевизору, душу-ванной, потому что в этот день никого из домашних в квартире нет.       Чокалу, в принципе, довольно положительно встречают у старшей товарки, но ей самой неудобно мешаться под ногами. А вот когда дома никого нет — тогда она и постирушки устраивает, и ящик посмотрит, и себя, как она изящно выразилась: «до скрипа оттираю».       — Надо проветрить череп, — проскрипел я, смотря на ночной Нью-Йорк. Прогуляюсь-ка сегодня по канализации, поищу легендарных Нью-Йоркских аллигаторов. Хотя слово «проветрить» в контексте забега по зловонной подземке…       ***       — Звучит, должен признать, логично, — я задумчиво почесал скулу. — Но хочу заметить, что решение всё же поспешное. Разве не лучше будет дать идее настояться, всесторонне обдумать?       — О чём тут думать? — раздраженно рыкнула моя собеседница, махнув хвостом, только чудом не снеся стойку с оборудованием. — Ооо, демоны.       — Я тут абсолютно не при чём, — насмешливо защёлкал я.       — Очень смешно! — несмотря на сарказм Ящера, я почувствовал искорки юмора в её голосе, да и в эмоциональном плане она стала чувствоваться чуть веселее. — Какой смысл идее настаиваться, если невооруженным глазом видно, что в ней одни плюсы и всего пара минусов.       — Док, — покачал я головой, на что она раздраженно рыкнула. Не любила Ящер регалий своего альтер эго. — Ты же умный чемодан, честное слово… Ай! Эй, между прочим кидаться в разумных гаечными ключами — не показатель цивилизованности, а совсем наоборот!       — Как ты меня достал… — чудо-юдо утомлённо помассировала морду пальцами лап, стараясь не подрать себя когтями. — Если ты демон, то какой-то неправильный. Где предложения продать душу? Где кровожадность? Что ты вообще ко мне привязался?       — Туть. — паясничал я, тыкая когтем в место, где у человека должен быть орган, качающий кровь, и бросил гаечный ключ обратно. Ящер его ловко поймала, в очередной раз раздраженно фыркнув. — У меня огромное сердце, где есть место для всего. Но возвращаясь к нашей теме.       — Ррррр… — в её рычании слышалась усталость и безнадёга.       — Ой, да хватит этой патетики, — рыкнул уже я, позволив прорваться наружу капле раздражения. — Только идиот не будет слушать аргументы, руководствуясь тем, что он гений. Ты сама говорила, что помнишь всё, что помнит Коннорс, должна понимать: дискуссия путь к недостижимой, абсолютной истине. Хотя… Твоя прошлая личность тоже та ещё… чемодан с носками.       — Почему с носками, — удивилась собеседница, даже перестав ковыряться с приборами.       — Потому что думала ими, когда испытывала свою сыворотку, — фыркаю я, дёрнув клинком хвоста. — Спорить буду, что её-тебя предупреждали не спешить с опытами на людях, верно?       — Ррр… Было такое, — человеко-рептилия излучала раздражение, но всё же отвечала. Не по доброте душевной, конечно, а из-за нашего договора о ненападении.       Дело в том, что при поиске крокодилов в канализации я встретил Ящера. Внезапно и безжалостно, марвеловский Нью-Йорк в очередной раз устроил мне свидание с канонным персонажем. Канонным, с поправкой на мир, конечно.       Скажем так, встреча была неожиданностью для нас обоих. Бежал я быстро, стремясь осмотреть как можно большую территорию, да и вообще — полезно нормально научиться ориентироваться в подземке: я, в конце концов, планировал через неё эвакуироваться, в случае чего.       Вот и выбежал в относительно сухое техническое помещение, уставленное деталями какого-то полуразобранного машинного комплекса. А там и его хозяйка подтянулась, бросившись без разговора на гостя, разглядывающего машинерию. Видеть-то я её видел, просто ожидал чего-то в стиле: «ты кто такой? Я тебя не звала? Иди ты…», но прямоходящий чемодан с зубами просто и без затей, скакнула на меня, с целью сделать много маленьких Димонов, посредством совсем не ночи любви.       Потом было минут десять танцев и погонь, в ходе которых мы выяснили, что она чуть сильнее физически, а я чуть быстрее и увёртливее. Закончилось всё в той же самой комнате с агрегатом. Я проскользнул мимо Ящера, прихватил огромную кувалду, которая валялась в углу, и многозначительно встал в позу молотобойца над самой, на вид, хрупкой частью агрегата. Тут уже, ворвавшаяся следом за мной крокодила пошла на нормальный, относительно, диалог, результатом которого и была эта, хоть и странная, но довольно мирная беседа, и небольшая предыстория с планами Ящера на будущее.       — Вот-вот, но она же самая умная, верно? Геееений. Тьфу, — сымитировал я звук плевка, потому что с моей пастью плюнуть невозможно. — В итоге, внешне стала тем, кем являлась внутренне — упрямым чемоданом! Да хватит уже кидаться ключами! Следующий не верну — сама ходить будешь.       Ящер опять поймала брошенный обратно инструмент. Эти маленькие вспышки гнева я ей прощал: сам некоторое время назад учился себя сдерживать, она, по сравнению со мной, великолепно себя контролирует. Скорее всего из-за гениального интеллекта, ну и потому, что её злость была не настолько всепоглощающая, как безумие адской ярости Пламени.       — Прекрати звать меня чемоданом, демон!       — Сразу, после того, как ты перестанешь обзывать меня демоном, чемодан!       — Но ты же демон? Сам говорил! — удивилась бывшая доктор Коннорс.       — Я — инферноамериканец, у меня даже документы есть, — показал я своё удостоверение личности, на что Ящер скептически зашипела. — Это то же самое, как называть афроамериканца нигером! Им — можно, вам, снежинкам — нельзя! Понятно?       — Я — ящер! — справедливо возразила моя оппонентка.       — Но душа у тебя белой, цисгендерной угнетательницы, — продолжил я издеваться, вспоминая опыт общения в интернете из прошлой жизни. — Чекай свои привилегии!       — Да с чего ты это взял?! — заревела Ящер, поднимая морду к потолку канализации. — С чего я вдруг стала угнетателем?!       — Ты, дорогая моя, — на эти слова та опять на меня рыкнула. — Собираешься насильно, не спрашивая разрешения, сменить видовую принадлежность целого города. И вполне возможно, жестоко убить всё его население.       Если на первой части моего спича Док только устало и раздраженно пыхала негативом, то реакция на вторую часть была недоумение и удивлённый взгляд.       — Ну смотри, — поудобнее устраиваюсь я на полотне брезента, снятого с какой-то детали оборудования. — Ты — первая и единственная представительница человеческой расы, на которой была испытана сыворотка, верно?       — Допустим, — собеседница даже инструмент отложила, плюхнувшись на камень пола.       — Скажи мне, как учёная демону: один человек — это статистика?       — К чему этот вопрос? — абсолютно бесполезный вопрос с её стороны, так как чемодан уже всё поняла, но признавать не хотела.       — Комфортно ли тебе будет жить, если часть, пусть будет десятая, населения Нью-Йорка не переживёт мутацию? Я бы мог сказать и девять десятых, ведь статистики нет! Ты-то бывший армейский хирург, наверняка ведущая здоровый образ жизни, с крепким, несмотря на травму, организмом. Ну а так как ты провела опыт только на себе, то не знаешь, как себя поведёт сыворотка на детях, на людях больных, допустим, простудой, диабетом, курильщиках, мужчинах, домашних кошках, в конце концов! Скажи, достаточно ли ты уверена в штуке, которая УЖЕ повела себя неправильно, превратив человека в ящеро-человека, а не просто регенерировала конечность? Сколько ещё всего всплывёт? От смерти, и до таких мутаций, что лучше смерть?       Моя собеседница крепко задумалась, настолько, что погасла вся её агрессия.       — Ну и на закуску. Как думаешь, что прилетит в Нью-Йорк после поголовной ящеризации населения? Стелсы с гуманитарной помощью и новыми моделями одежды, с дырками под хвосты, или парочка атомных бомб? Как отреагирует мир? К тебе потянется бесконечный поток желающих стать рептилиями, или бесконечный же поток солдат, стремящийся выжечь заразу неизвестного заболевания? Карантины, охоты на ведьм, запреты на исследования в определённых областях?       — Мне… — как-то нерешительно прорычала Ящер. — Мне нужно подумать.       — И это радует, — закивал я головой, доставая зазвонивший телефон. — Умение думать — это то, что отличает разумных от безмозглого зверья и идиотов. Прости, я отвечу… Алло! Адская канцелярия на проводе! Если вас интересует продажа души, нажмите один. Если хотите устроить резню — два. Если нужно поговорить с оператором, скажите: «Привет, Хвостатый».       — Привет, Хвостатый! — задорный голосок Каприс доносился из динамика, хоть связь и была не лучшей. — Чем занят?       — Уговариваю один чемодан не устраивать массовые мутации с элементами геноцида, — хмыкаю я. — Сама как? Давно не слышались!       — Конечно не слышались, — чуть обиженно буркнула девушка. — Ты же не позвонишь, всё сама, всё сама. Тыкать в экранчик, набирая твой номер, уставать! И весь этот кошмар на мне! А ты там подвигами развлекаешься. То девушек спасаешь от похитителей, то пожары тушишь, с чемоданами теперь общаешься! А на мне неподъёмный труд по набору номера одного хвостатого улыбаки.       — Я котик — у меня лапки и хвост! — весело скриплю в микрофон, насмешливо пощёлкивая.       — Да уж, котик! Страшно представить, как ты своими когтищами будешь драть мебель! Да и размер лотка…       Посмеялись незамысловатым шуткам, обменялись вежливыми фразами, немного поподкалывали друг друга.       — Слушай, Димон! Ты когда освободишься от своих геройств?       — Когда… — бросаю взгляд на циферблат часов смартфона. — Ближе к обеду буду совершенно свободен, надеюсь, только я поспать думал, но если очень надо…       — Очень! И это… — из динамика раздалось предвкушающее хихиканье. — Это связано, в том числе, и с поспать, господин Димон Инферно!       — Интересно… — протянул я задумчиво. Ну о чём может подумать на такие двусмысленные слова демон в пубертате? О том самом, конечно.       На мою задумчивость девушка расхохоталась в голос, и бросив: «позвоню ближе к обеду», отключилась.       Засунув мобильник в карман глянул на исходящую недоумением… а её можно вообще назвать зверодевочкой? Хотя тут скорее фурри, причём в радикальном виде. Ящер, как и положено рептилии, сисек вообще не имела, да и в целом была очень похожа на свой прототип из мультсериала про Человека-Паука девяностых. Такая же здоровая, и похожа на прямоходящий гибрид варана с крокодилом и человеком.       — Что?       — Это же человеческая женщина? — озвучила своё недоумение женщина-ящер.       — Ну да, а что?       — И вы знакомы лично?       — Знакомы, я её у похитителей похитил, и бабушке вернул, — киваю ей, всё ещё немного не въезжая, с чего столько удивления.       — Ага, вот почему…       — Почему она со мной общается так спокойно, несмотря на то, что я страшный и ужасный демон? — иронично скриплю, приподнимая одну бровь, поняв о чём она. Хорошо хоть это я делать могу. У той же Коннорс в виде ящера мимика намного богаче моей: костяной брони на роже-то нет. — Ну, в каком-то смысле да. Но большая часть моих знакомых вполне нормально со мной говорят, и проводят время в компании с жутким кусакой, даже несмотря на внешность, и то, что я их не спасал. Просто я адекватный разумный, смекаешь? Не кидаюсь ни на кого, плачу за покупки в магазинах, ношу штаны.       В ответ на последнюю фразу на меня чуть смущённо рыкнули, и поправили медицинский халатик, который с трудом скрывал самое сокровенное.       — Эй, ты спёрла кучу всякого оборудования, и не прихватила пару штанов икс икс эль, тут я абсолютно ни при чём. Нужно быть предусмотрительнее. Хочешь, прикуплю? Но там только стиль милитари, — хлопаю себя лапой по своеобразному капри.       — Так, ладно, умник, — Ящер тряхнула башкой, махнула хвостом, заехав по стене. — Как бы ты поступил на моём месте? Я не про штаны, а про сыворотку!       — Как? Вернулся бы обратно в форму человека, — от собеседницы в очередной раз пахнуло злостью и раздражением, но рычать не стала, только засопела чайником. — Не пыхти, Ящерка, дослушай. Доработал бы формулу, провёл нормальные испытания на добровольцах. Не обязательно официальных. В мире есть тысячи инвалидов, и ладно просто инвалидов — умирающих. Людей с больным сердцем, отказывающими органами. И многие, если не все, ради того, чтобы не умереть, согласятся на побочки в виде превращения в прямоходящую рептилию.       — Исключено. Я не собираюсь снова становиться калекой-приматом, — бескомпромиссно заявила Коннорс.       — Ну неудобно же, — закатил я буркалы, хотя при отсутствии видимой радужки это незаметно. — Лапы, глянь на лапы — как ты будешь ими по человеческой клавиатурке стучать? Или оборудование лабораторное обслуживать? Реторты всякие, колбочки, микроскопы! Ты же тот самый слон в посудной лавке! Уже раз пять хвостом чуть сама себе всё не снесла! Ты же не умеешь им нормально пользоваться! Пару дней, как обрела новое туловище, а единственное что умеешь нормально — это гоняться за демонами по канализации. И то — габариты большие, да скорости не хватает!       — Я не толстая! — возмущённо взвизгнула Ящер, но потом смущённо потупилась, рассмотрев, или скорее почувствовав, в моём взгляде сомнения насчёт её адекватности. Не, ну реально! Она чемодан два на полтора, с зубищами и хвостом крокодила, а всё туда же — не толстая она. — Просто если я вернусь в человеческое тело — Коннорс снова возьмёт верх.       — Слушай, ты же понимаешь, что это шиза? Нет-нет, не вскидывайся, я не про тебя конкретно, как личность, а тебя в целом. Ты и есть Коннорс, смекаешь? Смена тела, изменение биохимии, мировосприятия, самого я — ты та же доктор Коннорс, просто с другим образом мыслей. Но основа личности всё та же: бесконечный альтруизм настоящего полевого хирурга, спасавшего своих сослуживцев под огнём противника, желание помочь другим, разумного, для которого клятва Гиппократа не пустой звук. Ты та, кто знает, каково быть калекой. Та, кто хочет, чтобы и остальные прекратили страдать!       Недоумение Ящера можно было разливать по тарелкам, настолько его было много.       — Ну сама подумай, несмотря на всю свою агрессию в моём отношении, на мою реакцию в сторону твоего проекта, ты перестала работать над шайтан-машиной только тогда, когда я сказал про жертвы, осложнения, возможность уничтожения разумных армией и атомными бомбами. Ты, со своей навязчивой идеей помочь всем, сразу, и чтобы никто не ушел обиженным, не стала ждать пока гормональный бум в новом теле уляжется. Не дала мысли побродить в своём разуме. Со всем пылом врача — ты кинулась спасать жизни.       — Странно слышать такое от того, кто зовёт себя демоном, — спокойно и задумчиво пробормотала собеседница.       — Пф, что ты знаешь о демонах, Ящерка? Твоя злость, которую ты так щедро выделяешь на всё, что тебя раздражает — детский лепет, в сравнении с моей яростью. С каждодневным, постоянным желанием убивать всё, что шевелится, а что не шевелиться — шевелить и убивать. Я сдерживаю себя каждую минуту, несмотря на природу моего я. Я помогаю, спасаю разумных, стараюсь влиться в социум, будучи намного дальше от человека, чем ты. Моя природа вообще не с Земли, я долбаный ксенос, но несмотря на это — разумный ксенос, понимающий, что развлечения в духе моих сородичей заставят прийти за мной суровых тёток, которые порвут меня, как Тузик тряпочку. А я люблю жизнь, могу найти альтернативы наслаждениям бойни, могу получать удовольствие от человеческих радостей: еды, общения, секса, кино, интернета, литературы.       — Секса?       — Кто о чём, а вшивый о бане, — проскрипел я на русском, а потом продолжил на английском. — Так вот, возвращаясь к тебе. Я сильно сомневаюсь, что ты-Коннорс оставишь работу над сывороткой. Скорее наоборот, воодушевившись тем, что разума в тебе-Ящере хватило, чтобы не бросаться в омут с головой, продолжить работы, исследования. Да что там, я больше чем уверен, что если предложить спонсировать её исследования некоторым… не самым честным личностям, то вы получите и лаборатории, и деньги, и команду. Естественно, придётся вести ещё проект-другой, но там, если попадётся нормальный работодатель, у вас будет выбор.       — Работать на бандитов? — презрительно зашипела Ящер.       — Бааа, как мы заговорили. А не ты ли спёрла оборудование Нормы Озборн, устроив в лабораториях погром? А кто Паучиху эпично хвостом постукал, я что ли? А ведь девчонка была на стороне хороших, предотвращала кражу со взломом!       — Это… другое.       — Ой, как удобно, — весело защёлкал я. — Двойные стандарты — всецело одобряемая демонами практика!       — Озборн тормозила мои исследования! — рыкнула собеседница, всё-таки свалив хвостом стойку с инструментами. — Демоны!       — Я тут совершенно ни при чём, — фыркаю, на её раздраженный взгляд. — А Норма всё правильно делала. На ком ты там эксперименты ставила? На мышках небось? А сколько ты ждала после успеха сыворотки? Мышка хотя бы неделю побегала? Ты уверена, что не отбросишь тут хвост, потому что сыворотка даст негативные последствия через неделю? Месяц? Год? Это же не шубу в трусы заправлять — это изменение генома! Полная мутация тела!       — Ничего подобного быть не должно!       — «Не должно» и «точно не произойдёт» — две большие разницы, — уже я зло шарахаю хвостом по стене, оставляя глубокую «рваную рану» на камне. Ящер недоумённо уставилась на клинок и сглотнула. Я даже опаску уловил. Небось задумалась, почему я только шапалаки плоским концом отвешивал, а не резал. — Кто из нас доктор наук, и почему ты используешь аргументы, которые даже такое существо как я — далёкое от медицины, считает неприемлемыми?! Ты врач или интерн из ситкома?!       — Я… — женщина-ящер замолчала, подбирая слова.       — Что? — укладываюсь снова пузом на брезент, подпирая подбородок лапами и болтая ногами. — Только честно, Ящерка, оставь на минуту злость, и скажи, что я не прав.       — Прав, — из неё как будто выпустили воздух. Плечи опустились одновременно с долгим выдохом.       Рептилия сделала несколько шагов к одному из ящичков, и достала приличного размера шприц. Громко вздохнув ещё раз воткнула его себе в бедро, между чешуек. Потом села напротив меня, и мрачно уставилась в потолок.       — Только два дня прожила, а уже самоубиваюсь, — грустно прошептала Ящер, и закрыла глаза.       — Изменение взглядов, смена приоритетов — это не смерть, — не соглашаюсь я. — Все разумные, взрослея, узнавая новое, получая болезненный, и не очень, опыт — меняются. Просто у тебя это произошло слишком быстро.       — Демон-психолог, — фыркнула ящерица. — Это мне так повезло, или вы все такие?       — Психологию изобрели в Аду, — весело щёлкаю. — Как юриспруденцию и профсоюзы.       Тихий, шипящий смех. «Звучит правдоподобно», говорит она и вырубается. Похоже укольчик подействовал. Спокойной ночи Ящер, доброе утро, доктор Коннорс? Интересно, а рука у неё отвалится, как в мультике?       ***       От Автора:       Напоминаю, что все сны не несущие сюжетной ценности и сцены 18+ пишутся мной ВСЕГДА сверх 15к обязательных знаков главы. Возражать против них бесполезно: во-первых, мне самому нравится, во-вторых, есть читатели, которым заходит. Воспринимайте это, как омаки. Далее. Недавно мне написали, что Тобиас, такой нехороший, позволил себе подумать не так, как бы подумал «взрослый» человек, по мнению одного читателя. В очередной раз говорю: человек вправе думать всё, что хочет. Пока ГГ не приведёт бездомную девушку к себе домой с криком «удочерите её» — это всего лишь размышления. Я больше чем уверен, что если бы расстреливали «не за те» мысли, то сдохли бы все, кроме младенцев, включая расстреливающих. В своё время про бывшего начальника я такоооое думал, что Ганнибал Лектор, Фредди Крюгер, Полл Потт и Джейсон нервно курят в сторонке. Я не против, когда эти мысли критикуются и обсуждаются, но выражения типа: «Ни один взрослый так бы не подумал» — тупость несусветная, ибо встречал я взрослых — настолько отсталых дегенератов, что первоклассник школы для альтернативно-одарённых рядом с ними — адекватнейший разумный. Все люди разные. а судить всех по себе тоже… такое себе.