Добро пожаловать в Нетландию!

Как только корабль пришёл в порт, на борт тут же взошли двое из таможенного контроля, радостно приветствуя капитана корабля. А вот сам капитан был не совсем рад их видеть, тем более сейчас, когда у него на борту новенький, нигде не зарегистрированный пассажир. — Как жизнь, капитан Крюк? — усмехается полноватый мужчина, выпячивая свою брюшную мозоль вперёд и заливаясь смехом. — Не встретили ли вы за последние полгода даму сердца? Может, уже и детишки есть? Джун пытался быть любезным с этим мужчиной, несмотря на всю свою неприязнь, а ещё на то, что этот контрольщик всё ещё сжимал его руку в своей. Было неприятно, но Ёнджун скрывал всё за фальшивой улыбкой. — Даму сердца ещё не нашёл, господин Джонс, — хихикает капитан и вырывает свою руку, чтобы тут же спрятать её под камзолом. — Детей тоже ещё нет. — Это хорошо. Такому юнцу, как ты, пока ещё рано заводить детей, — продолжает смеяться Джонс, будто бы испытывает терпение и капитана, и его команды. — С какой целью у нас в порту? — Всё по-старому: покупка припасов и снятие шлюх, — язвит Ёнджун, но мужчины начинают ехидно из-за этого улыбаться и потирать руки. — И если это всё, то я хотел бы вам скорее провести экскурсию по моему кораблю и отправиться по своим делам, ведь время не стоит на месте, как жаль. — Тогда поспешим закончить осмотр, чтобы вы, капитан, могли больше времени провести с прекрасными дамами из нашей таверны. Чхве толкает языком щёку и скользит взглядом от таможенников к своей команде, очень быстро находя в толпе загримированного Субина. Его, так сказать, смешали со всеми остальными, приодев и даже надев бандану. Но он всё равно умудрялся как-то выделяться на общем фоне. — А где ваш брат, капитан? — интересуется Джонс, когда они следуют в капитанскую каюту, а другой мужчина остаётся на палубе, осматривая всё там. — Ушёл на дно, как самый отважный герой, — соврал Ёнджун, ведь не мог же он сказать, что его брата буквально пару недель назад унесла какая-то тень на остров, который он всеми силами пытается отыскать. — Не люблю об этом вспоминать. — Ох, я вам ужасно сочувствую, ведь мой младший брат тоже много лет назад погиб, — будто бы утаив самое главное, проникся состоянием капитана Джонс, совершенно не подозревая, что тот уже обо всём знал. Будь воля Джуна, он бы давно эти сочувствия засунул таможеннику в зад, но нужно было быть самой невинностью перед законом, чтобы его не попёрли с острова. В крайнем случае, его со всей командой отправят гнить в тюрьму, прежде чем он успеет отплыть от порта. Чхве ненавидел эту единственную уязвимость перед сушей. И не важно, что он безжалостный кровожадный пират, бороздящий моря и крушащий чужие корабли. Об этой тёмной стороне на суше никто не должен знать. — У вас есть новые матросы среди команды? — интересуется Джонс, когда убеждается, что всё с грузом в порядке, и выходит на палубу. — Нет, таких не имеется, — милашничает Ёнджун, удивляясь, как старый дуралей не заметил Субина. — Я слишком тщательно подхожу к выбору членов команды. Поэтому многие просто не подходят. — Отлично. Тогда вот вам разрешение на пребывание в городе целый день. Если вы решите побыть дольше, то придите завтра для продления с деньгами. Джонс протянул Ёнджуну расписку, которую капитан хотел забрать, но мужчина так просто не отдал. Он скользнул каким-то двусмысленным взглядом по капитану и облизнулся. Чхве на секунду почувствовал себя абсолютно нагим перед ним. — Можете и чем-нибудь другим отплатить, если вдруг у вас не останется денег после покупки провизии, — не скрывает намерений Джонс, а капитану от услышанного становится мерзко, и он едва сдерживает себя, чтобы не достать саблю и не обезглавить ублюдка. — Спасибо, я учту ваше предложение, но не думаю, что мы задержимся дольше, чем на день, — любезничал Ёнджун, несмотря на огромное желание послать таможенника к чертям. — Я всё же потешу себя надеждой, что вы заглянете ко мне на огонёк, капитан, — бросил напоследок мужчина и, окинув корабельную команду взглядом, спустился с борта, а его напарник следом. Дождавшись, пока мужчины уйдут из поле зрения, Ёнджун тут же начал раздавать своей команде приказы, а новобранцу приказал оставаться на месте, пока он сходит за своим компасом. За неимением выбора, Субин остался на опустевшем борту, пока другие потащили какие-то сундуки в город, а капитан скрылся в своей каюте. В такой ситуации Субин совершенно не знал, куда себя деть. Он мог в любой момент сбежать и сам отыскать волшебные бобы, чтобы попасть в Нетландию и спасти брата, но в незнакомом месте он быстрее заблудится, и это его искать нужно будет. А капитан, Субин уверен, даже не станет этого делать, потому что у него и своих проблем полно. — Держи, — произнёс возникший из ниоткуда Джун и протянул Субину кинжал и небольшой мешок с золотой пыльцой. — Что и зачем это? — удивился Чхве, рассматривая предметы в своих руках, пока Ёнджун был отвлечён скручиванием каната. — Для самообороны, если на нас нападут по дороге за бобами. Если не справишься с кинжалом, то просто кинь пыльцу в лицо противника, она его усыпит, — объяснил капитан и закинул скрученный канат на плечо. — Джо, — обратился он к квартирмейстеру. — Если мы не вернёмся до полуночи, отправляйтесь на наши поиски. Мужчина кивнул и пожелал счастливого пути, всё ещё недоверчиво косясь на Субина. Последнему стало неловко под таким пристальным взглядом, и, лишь оказавшись далеко от корабля, Чхве смог немного успокоиться. Но это ненадолго. Оказавшись в городе, Субин лишь сильнее встревожился. Идя по узким улочкам, он смотрел на бедных людей, что, издавая последние хрипы и вздохи, тянулись вперёд, чтобы получить хоть корочку хлеба, а из переулков, Субин уверен, за ним наблюдали глаза неизвестных. — Хотите, погадаю вам, молодые люди? — возникла из ниоткуда цыганка, немного напугав и до этого идущего, словно на иголках, Субина. Отскочив в сторону капитана, возмущённого таким тесным контактом, Субин уставился на женщину, протягивающую свою изящную руку вперёд. На фоне серой и мрачной обстановки города цыганка выглядела как настоящий цветок на выжженной земле. Слишком выделялась. — За парочку медных я увижу, что вас ждёт в ближайшем будущем… — Спасибо, но мы спешим, — отрезал Ёнджун и, подхватив Субина под руку, потащил вверх по улице. — Не останавливайся и ни с кем не говори. Времени у нас и так в обрез, да и лишняя суматоха нам не нужна. — Но… Субин тут же замолчал, увидев на себе злой взгляд Крюка и так и не сказав, что хотел. Часто оборачиваясь на улыбающуюся цыганку, парень торопливо шёл за капитаном и едва не спотыкался на каменной дорожке. Обувь, которую ему выдали, больно натирала ноги, наверняка оставляя мозоли. Из-за этого идти было почти что невозможно. — Слабак, — фыркнул Ёнджун, когда Субин в очередной раз попросил о передышке. — Мы почти пришли. За этим лесом будет поле, в середине которого растёт огромный стебель. — На нём и растут эти бобы? — выдохнул Субин, уперевшись спиной в дерево. Сегодня была достаточно жаркая погода, из-за чего рубашка пропиталась потом и неприятно липла к коже. Волосы тоже взмокли, что делало вид Субина ещё более отчаянным. Если бы не одна конкретная цель, ради которой он всё продолжает идти вперёд, Субин давно бы заснул в каких-нибудь кустах, чтобы хоть немного отдохнуть. Пробыв на ногах с двенадцати ночи до семи вечера, Бин едва выносил физическую нагрузку. Он не привык к таким длительным походам и почти бессонным дням. — Нет, нам ещё нужно будет по нему взобраться, собрать бобы и, возможно, уйти незамеченными, — бодрствовал капитан, будто бы это и не он вовсе уже пятый час бродил по местности с компасом в поисках заветного стебля. — Вставай, у нас времени не так уж и много, чтобы ты мог устраивать себе длительный привал. Заныв от ноющей боли в конечностях, Субин кое-как встал на ноги и поплёлся за Ёнджуном. Последний ещё ни разу за их путешествие не остановился, чтобы передохнуть, будто бы он и вовсе не знал, что такое усталость. Крюк не соврал, сказав, что поле с могучим бобовым стеблем будет сразу же за лесом. Субин остановился на окраине и уставился на огромное растение, уходящее куда-то ввысь и скрывающееся за облаками. Проглотив вязкую слюну из-за накатившего страха, парень уставился на капитана, завязывающего на своём поясе канат. — Я… высоты боюсь… Страх появился в тот день, когда чёртова тень утащила его брата, а он чуть ли не потерял равновесие и не выпал из окна. И сейчас он вряд ли сможет пересилить себя, чтобы подняться на самый верх стебля. — Высоты боишься? А брата навсегда потерять не боишься? — фыркнул Ёнджун, медленно приблизившись к напуганному Субину. — Мы либо оба лезем на чёртов стебель, либо я убиваю тебя прямо здесь за трату моего драгоценного времени и лезу без тебя. Субин задержал дыхание, когда капитан подошёл ещё ближе и, чуть наклонившись, обвязал его талию канатом, после чего затянул петлю спереди. Проверив, прочно ли закрепил, Ёнджун двинулся к стеблю, а Субин покорно пошёл следом. У него попросту не было выбора. — Канат всего пятнадцать метров, поэтому постарайся не отставать. Кивнув напарнику, Ёнджун отвернулся к толстому стеблю и начал спешно карабкаться по нему вверх. Тяжело вздохнув и зажмурив покрепче глаза, Субин попытался отпустить ситуацию и не думать о том, что от него до земли будет почти восемь километров высоты, как только они окажутся на самом верху. Пришёл Чхве в себя, когда капитан начал тянуть канат и недовольно ворчать, что Субин черепаха. Пересилив себя и свой страх, Бин уверенно поставил ногу на опору и начал перебирать руками, пытаясь не отставать от Ёнджуна. Чем ближе они были к цели, тем дальше оказывались от земли. И с каждым новым метром у Субина начинала кружиться голова, а кислорода стало всё меньше. А Ёнджун прекрасно чувствовал себя на любой высоте, уверенно двигаясь к цели. — Не отставай! — рявкнул капитан, вновь потянув верёвку и посмотрев вниз на напарника. Глаза пирата в секунду расширились, а дыхание сбилось, как только он увидел, на какой высоте они были. Взвизгнув, Ёнджун зажмурил глаза и крепче прижался к стеблю, боясь даже пошевелиться. Больше всего такой внезапной смене настроя удивился Субин, добираясь до капитана и останавливаясь с ним на одной высоте. Капитан всё так же дрожал от страха и не мог открыть глаза, пока не ощутил на своей талии чужую руку. — Вы так гордо держались, капитан, что я и подумать не мог, что вы тоже боитесь высоты, — улыбнулся Субин, за что получил тычок ладонью в плечо. — Это кто тут ещё боится? — недовольно фыркнул пират, собираясь лезть дальше, но лиана, за которую он держался, оборвалась, и он вновь рухнул в руки своего напарника, оказываясь к нему лицом к лицу. Субин задержал дыхание, рассматривая чужой профиль, пока Ёнджун крепче вцепился в чужие широкие плечи. И теперь-то он принял свой страх. Он боялся высоты, как и Субин, поэтому не мог сдвинуться с места ни на метр. — Капитан, у нас не так много времени, чтобы тратить его впустую, — дразнится Субин, улыбаясь напуганному Ёнджуну; сейчас он не казался таким уж бесстрашным и готовым на любой подвиг капитаном пиратов. — Когда мы вернёмся на корабль, — немного успокоившись, произнёс Крюк и ухватился рукой за лиану. — Я прикажу зашить твой рот, чтобы ты не смел впредь дразнить капитана пиратов. Несильно оттолкнув напарника в сторону и пересилив свой страх, Ёнджун продолжил взбираться вверх, желая поскорее оказаться на территории великанов и добыть заветные бобы. Без них Ёнджун не вернётся на корабль.

***

Бомгю ощущал некую лёгкость от пребывания в лагере. Здесь все слишком трепетно относились к нему, как к божеству, и не осмеливались сказать что-то грубое. Чхве много раз объяснял, что ему комфортнее, если все будут вести себя с ним в привычной манере, но ничего не менялось. Пожалуй, это отношение было единственным минусом, потому что Бомгю к такому совсем не привык. Но он соврёт, если скажет, что ему это не нравится. Лишь бы не пристраститься. — Не скучаешь? — вскочив на небольшой пень, находящийся рядом с местом, где сидел Бомгю, поинтересовался Пен и протянул новенькому нанизанное на палочку мясо кролика. — Ешь, а то ты слишком худой. — Нет, спасибо, — вежливо отказался от угощения Чхве, потому что такой экстравагантный обед ему в новинку, а он привык есть что-то простое. Бомгю словил себя на мысли, что сейчас не против был бы съесть приготовленные старшим братом панкейки. Они у него всегда получались отменными, почти такими же, как готовила их мама. — Побыв пару месяцев в этом лагере, ты привыкнешь к подобной еде, — отшучивается Тэхён, а у Бомгю глаза в секунду округляются. — Пару месяцев? — удивился парень, а Тэхён в который раз язык прикусил за излишнюю болтливость. — Но я не планировал задерживаться здесь у вас больше двух недель. — Планы всегда меняются в связи с обстоятельствами, Бомгю, — толкнув языком щёку, произнёс Пен и встал, всё ещё протягивая человеку мясо. — Никто не знает, что может произойти уже завтра. Может, тебе понравится и ты захочешь остаться здесь навсегда. — Но это… — Не то, к чему ты привык? Ты привык к быту и жизни в городе, к вкусной еде и мягкой постели, а здесь всего этого нет? Бомгю лишь неловко кивает на поставленный вопрос и проглатывает вязкую слюну от вида горячего мяса. Его желудок начинает неприятно урчать, требуя хоть какую-то нормальную еду, а не ягод, которые Бомгю ел последние три дня, проведённых на острове. — Ты прав, здесь всего этого нет. Но знаешь, что здесь у тебя есть, чего не было в городе? — усмехается Тэхён и ликует от заинтересованности Бомгю в их разговоре. — Свобода. Ты волен идти, куда захочешь, и делать, что захочешь. Здесь нет никаких ограничений действий. — Даже если я кого-то убью? Рамки есть у всего, и Бомгю лучше сразу о них узнать, чтобы в дальнейшем не было никаких трудностей. Бомгю уверен, что и на острове были ограничения, которые ему нельзя нарушать. — Убьёшь? А ты способен на убийство? Хоть стрелять из лука, для начала, умеешь? В ближнем бою у тебя не будет и шанса кого-то убить, — посмеялся Тэхён и кинул короткий взгляд на других потеряшек, что тут же продолжили заниматься своими делами. — Научи! — загорелся желанием Бомгю, вскочив со своего места и оказавшись всего в нескольких сантиметрах от Пена. — Я хочу уметь стрелять из лука. Такая решимость парня заставляла Тэхёна улыбаться до ушей и восхищённо смотреть на новенького. Бомгю так легко вёлся на его манипуляции, что Пен не удивится, если уже завтра он и ноги свои перед ним раздвинет, чтобы в очередной раз чему-то научиться или достичь. — Конечно, — немного наклонив голову в бок, согласился Пен. — На тренировку уйдут недели, а то и месяцы. Ты готов потратить столько времени своей жизни на это? Помнится мне, что ты через две недели собирался домой отправиться. — Дом подождёт, — не отступил от затеи Бомгю, а это Тэхёну и нужно было. — Я ничего в этой жизни толком не умею, — поник Бомгю и опустил свою голову. — Хочу хоть в чём-то преуспеть. — Эй, эй, ну-ка отставить грусть, — наставничал Тэхён, цепляя чужой подбородок двумя пальцами и поднимая вверх, заставляя парня посмотреть на него. — У меня на острове все веселятся, а не горюют. Ты должен был уже запомнить это простое правило за три с половиной дня своего пребывания здесь. — А говорил, что ограничений нет, — отшутился Бомгю, а Тэхён на секунду растерялся, подумав, что человек сказал это всерьёз, а не в шутку. — Хорошо, я буду веселиться со всеми, мне просто нужно ко всему привыкнуть. Всё для меня ново. Бомгю улыбнулся и, взяв мясо у Пена, надкусил его, ни капли не кривясь от вкуса. Немного пресное и без каких-либо специй, какие любила добавлять мама во все свои блюда, но есть можно. — Замечательно. Тогда завтра на рассвете начнём тренировку по стрельбе из лука. Не проспи, — отдал приказ Пен и, кивнув напоследок, ушёл прочь, подозвав к себе одного из потеряшек, с которым позже скрылся в глуби леса. Как только оба скрылись из виду, Бомгю скривился и сплюнул всё мясо себе в руку, чуть позже выкинув его в костёр. Оставив палочку с мясом кролика там же, Бомгю оглянулся и, убедившись, что за ним никто не следит, устремился за ушедшими Пеном и потеряшкой, коего, как Бомгю ещё ранее узнал, зовут Чонвон. Стараясь идти как можно тише, Бомгю перебегал от одного дерева к другому, чтобы быть максимально незаметным. И лишь когда оба остановились, Бомгю пригнулся и спрятался за ближайшими кустами, оттуда наблюдая за происходящим. Чонвон и Пен стояли неподвижно на одном месте, но спустя мгновение последний обернулся, из-за чего Бомгю пришлось пригнуться и посидеть так несколько минут, но когда он вновь поднял голову, никого уже не было. — Что выглядываем? — прошептал на ухо чужой голос, из-за чего Бомгю вскрикнул и упал на землю, оборачиваясь на обладателя голоса. Им оказалась миловидная девушка, за спиной которой Бомгю смог рассмотреть полупрозрачные крылья. И нет, ему это точно не показалось. Даже поморгав пару раз, Бомгю всё ещё лицезрел их. — Видимо, ты и есть тот самый новенький, о котором трубит весь остров, — усмехнулась девушка и протянула вперёд руку, чтобы помочь Бомгю встать. — Я — фея Динь-Динь, но ты можешь называть меня Юджин. А ты — Чхве Бомгю, я знаю — Ты… та самая, — выдохнул Бомгю, вспоминая персонажей своей самой любимой сказки, в частности фею, обитающую в Нетландии. — Ты — фея Динь-Динь! — Я так и сказала, — вскинула бровь девушка, а затем мягко улыбнулась. — В эту часть леса редко кто из потеряшек забредает. Был здесь один пару недель назад, но после не появлялся. Как жаль, он мне очень нравился. Я даже по нему немного скучаю. — Кто это? Я могу ему сказать, чтобы он пришёл сюда навестить тебя! — вызвался Бомгю, ведь это действительно была очень простая просьба, учитывая то, что потеряшки вольны передвигаться по всей территории острова. — Шим Джеюн. Знаешь такого? Бомгю задумался, вспоминая имена всех потеряшек, но среди них не было никого с именем Джеюн. Значило ли это, что он уже давно отправился к себе домой? — Возможно, он уже покинул этот остров, ведь в лагере его нет, — предположил Бомгю, из-за чего фея испуганно вцепилась в его запястья. — Он умер? — чуть ли не рыдала девушка. — Нет, вернулся к себе домой. Не вечно же ему торчать на этом острове, — отшутился Бомгю, а Юджин нахмурилась, уже ничего не понимая. — Но этот остров никто не может покинуть. Пен никого не отпускает. Эти слова окатили Бомгю с головой, словно на него только что вылили ведро холодной воды и сняли розовые очки, через которые он последние три дня смотрел на мир. Чхве трезво взглянул на ситуацию, понимая, в каком дерьме он оказался. — Не дай понять Пену, что ты это знаешь, — испуганно произнесла фея и утащила Бомгю в чащу леса, когда услышала приближающиеся шаги. — Чёрт, не забывайте его кормить! Его жизнь гарантирует мою безопасность! — возмущался Пен, размахивая своим мачете и рассекая заграждающие путь растения. — Чёртова территория феи! Я бы уже давно переместился в лагерь, если бы не она! Бомгю выглядывал из своего укрытия, зажимая рот рукой, чтобы не издавать лишних звуков, а фея жалась ближе к нему, ощущая рядом с ним свою безопасность. И глядя на неё, Чхве чувствовал весь её страх, который она испытывала при виде Пена. — Торопись в лагерь, пока он не заметил твою пропажу! — приказала фея, толкая парня в спину. — Либо пострадаем мы оба. Не дай ему понять, что ты знаешь. Веди себя так, как вёл раньше. Часто кивая, Бомгю начал отступать назад, запинаясь за корни и чуть ли не падая на землю, а затем сорвался с места и побежал обратно в лагерь. Ему даже и представлять не хотелось, что Тэхён мог с ними двумя сделать, если узнает, что Бомгю был в этой части леса. Возможно, то же самое, что и с Шим Джеюном, которого, вероятнее всего, он убил. Оглядываясь назад, Бомгю не заметил, как прибежал в лагерь и столкнулся с другим парнем, вместе с ним рухнув к ногам Пена. Последний недовольно нахмурился, глядя на парней у своих ног, но тут же смягчился и протянул им руки. — Кай, Бомгю, что же вы не смотрите, куда идёте? Немного с опаской и дрожью в теле, Бомгю ухватился за протянутую ладонь и встал на ноги. То же самое сделал и другой парень, стряхивая с себя пыль. — Прости, это я виноват, — взял на себя всю вину Кай и склонил голову, чем немного удивил Бомгю. — В следующий раз постараюсь, чтобы подобного не повторилось. — Не нужно доводить до следующего раза, Кай, — улыбнулся Тэхён и, мягко похлопав потеряшку по плечу, подтолкнул его к другим, оставшись с Бомгю наедине. — Ну, а ты где был? Никто даже не заметил, как ты ушёл. — Я? Я… — Бомгю запнулся, не зная, что сказать. — Я смотрел местные красоты, ведь ты сказал, что я волен ходить, куда захочу. Натянув на лицо кривую улыбку, Бомгю попытался быть менее подозрительным и спокойным, чтобы не вызвать никаких сомнений у Пена. Юджин сказала, что если Тэхён что-то узнает, то влетит обоим, а Бомгю хотел живым покинуть этот остров. — Я не думал, что ты воспримешь эти слова буквально, — прошептал Тэхён. — На острове полно опасных мест, а также ядовитых змей. Ты можешь умереть, если забредёшь один в чащу леса, а меня не окажется в нужный момент рядом. Я скорее выживу, если тебя не будет рядом, — думает Бомгю, но свои мысли не озвучивает. Сейчас ему было необходимо делать вид, будто бы он не натыкался на фею, вскрывшую все карты Пена, и жить здесь, пока он не найдёт способ сбежать с проклятого острова. Возможно, на план побега уйдут месяцы, но Бомгю не остановится ни перед чем и бросит все силы на своё спасение. Поняв, в какой опасности он сейчас находился, Бомгю вспоминал судьбоносный день, когда его похитили из квартиры брата. Была бы у него возможность, Чхве, не задумываясь, вернулся бы в тот день и, послушав Субина, наглухо закрыл окно, чтобы треклятое существо не утащило его в Нетландию.

***

Подтянув попутчика за руку на железный пол высшей точки стебля, Ёнджун обнажил свою саблю и двинулся вперёд. А Субин, шаг в шаг, шёл следом. Оглядываясь по сторонам, он успевал оценить интерьер и маленькие бобовые стебли, вероятно, проросшие из толстого ствола. — Прикрой мне спину на случай, если великаны решат выглянуть из своего дома. — попросил Ёнджун, кинув Субину свою саблю. — А я соберу бобы. Открыв поясной мешочек, капитан подскочил к стеблям, срывая бобы и один за другим погружая в свой мешочек. Много срывать было нельзя, но Ёнджун должен быть уверен, что ему этого хватит до следующего прихода сюда. Нельзя было, чтобы великаны это заметили. Закинув очередной боб себе в мешочек и затянув на нём узел, Ёнджун замер, почувствовав прижимающееся к нему позади тело и лезвие сабли у своей шеи. Субин тяжело дышал ему на ухо, будучи настроенным решительно. — Бобы, — попросил Субин, вытянув вперёд руку, в которую Ёнджун неспешно опустил сорванный с пояса мешочек. — Извините, капитан, ничего личного. Я не могу быть полностью уверенным, что, пребывая на вашем корабле, нахожусь в безопасности. А так у меня есть гарантия, что я отыщу своего брата и останусь живым. — Я думал, что общая трагедия сближает, — отшучивается Ёнджун, но тут же задерживает дыхание и чуть наклоняет голову назад, когда давление лезвия на шею усиливается. — Какой смысл забирать у меня уже сорванные бобы, когда здесь их полно, и ты мог бы сам их нарвать? — Потому что у меня нет такого же браслета, как у тебя. И коснувшись бобов на территории великанов, я умру, — объяснился парень, пряча мешочек в карман штанов. — Если доберёшься до своего брата раньше меня и встретишь моего, передай ему, что я тоже скоро его спасу, — выдохнул Джун и незаметно потянулся рукой к своему мушкету, но его руку ловко перехватил Субин и заломал за спину. Ёнджун болезненно простонал и немного подался вперёд, из-за чего лезвие сабли задело его кожу. Из раны тут же хлынула кровь. — Если ты вновь попадёшься мне на глаза, я убью тебя, Субин, потому что я не щажу предателей, — пригрозил Ёнджун, немного повернув голову в сторону, чтобы взглянуть на уверенного в себя парня. — А если захочу, то и в твоём мире тебя достану, лишь бы отомстить. — Я не боюсь тебя. Я боюсь потерять своего младшего брата. Он единственный, кто у меня остался. Возможно, где-то там живёт припеваючи мой отец, но это сейчас не так важно… Внезапный удар локтем в бок на мгновение дезориентировал Субина, что дало Ёнджуну возможность выкрутиться и выбить саблю из чужих рук в сторону. Оттолкнув от себя парня, пират вытащил из-за пазухи мушкет, собираясь направить его на предателя, но последний мгновенно среагировал и вывернул ему руку. Оружие рухнуло на пол, а двое сошлись в рукопашном бою, кружась по всей площади и пытаясь нанести хоть один сокрушительный удар, чтобы повергнуть врага. Ёнджун преуспевал в ловкости, а Субин — в силе и мощи. Пригнувшись от нового удара, Ёнджун сделал подсечку Субину, опрокинув того на землю. Оседлав его бёдра, капитан собирался вырубить предателя, но последний внезапно выставил перед собой раскрытую ладонь и сдул всю блестящую пыль прямо в лицо пирата. Ёнджун замер, а в следующую секунду, закатив глаза кверху, рухнул прямо на Чхве. Не двигаясь какое-то время, Субин тяжело вздохнул, слушая тихое сопение пирата на ухо. Приняв сидячее положение и аккуратно придержав капитана за спину, чтобы тот не рухнул на железный пол, Чхве рассмотрел бессознательного пирата в своих руках. — Это действительно работает, — улыбнулся Субин и, вскочив на ноги, легко поднял капитана на своих руках, будто бы тот и вовсе ничего не весил. — Извините, что так складываются обстоятельства. Дойдя до стеблей, Субин спрятал Ёнджуна между ними и, оставив ему его саблю и мушкет, вновь встал. Взглянув последний раз на Крюка и поняв, что это их последняя встреча, Субин выдохнул и двинулся туда, откуда они пришли изначально. Он был не уверен, что поступает правильно, но другого выбора не было. Он готов был пойти на всё, чтобы спасти своего брата, даже на такие крайние меры.

***

Ёнджун проснулся, когда уже начало светать, а бобовые стебли оплетать его тело. Поняв, что произошло, Ёнджун спешно стряхнул с себя растительность и вскочил на ноги, едва удержав равновесие. Голова всё ещё немного кружилась из-за вдохнутого порошка, но совсем скоро всё прошло. — Проклятие! — выругался Ёнджун, хватаясь за голову и шагая из стороны в сторону. Глядя на оставшиеся бобы, он вспоминал своё поражение перед каким-то пацаном, который и жить-то толком не научился, а смог с лёгкостью победить его. Ёнджун должен был быть более бдительным к этому парню, но так легко ему доверился, из-за чего остался с носом. — Я уничтожу тебя, Чхве Субин! — выкрикнул Ёнджун в пустоту, а после, глубоко вдохнув, сорвал последний висящий на стебле боб. Пол под его ногами начал тут же трястись, а из дома доноситься громкие возгласы великанов о том, какие люди жадные и корыстные. Пришли на их территорию, так ещё и не соблюдают правила. Ёнджун собрал в мешочек ровно двенадцать бобов, которые разрешали брать великаны. Больше — гнев великанов. И сейчас он был вынужден взять больше, потому что без боба он не доберётся до Нетландии. Не став дожидаться их прихода, капитан подобрал свои вещи и рванул прочь с территории великанов. Он уже тогда предвкушал, как будет убивать своего врага, медленно и мучительно, пока он не взмолит о пощаде. Так просто он это не оставит!