Жизнь похожа на шипы

Уловимый запах лекарственных средств, частый и периодический писк медицинского оборудования и тишина, необычная для тех мест, где много людей. Лёгкий ветерок, подхватывая белые шторы, проникал внутрь комнаты. Он касался кожи, будто бы шепча, заставляя пробежать мурашкам по спине. Солнечные лучи делали помещение ещё светлее, не спеша покидать это место. На кровати, среди всего этого, лежал совсем тихо Мацуно, будучи в глубоком сне. Он спал так умиротворенно, что нельзя было подумать, что с ним что-то не так, но он сейчас ведь не дома, а здесь — в больнице — что говорило о какой-то болезни. Его светлые волосы распределились по подушке и даже светились от солнца, пока веки иногда дрожали, давая надежду на то, что Чифую проснётся. Но проходило время, а он всё ещё был в своих грёзах. Женская рука держала крепко его ладонь, поднося к своему лицу и нежно целуя. Госпожа Мацуно переживала за своего сына, но доктора сказали, что всё обошлось. Весь такой покалеченный, но тихий и сонный — он сжимал болезненно материнское сердце и в голову сразу лезли страшные и неприятные мысли. Она не выглядела счастливо, потому что её сын сейчас здесь и всё обошлось. Нет, она была рада этому, но с другой стороны ещё одно неприятное воспоминание теперь у Чифую. Когда ей позвонили она даже ни о чём не догадывалась, только неприятное предчувствие поселилось в душе, распространяясь по всему телу, подобно болезни. Столько сил ей потребовалось, чтобы не свалиться на пол и не начать горько плакать. Сорвавшись с места она оказалась здесь, в больнице, но это было вчера, а сегодня — Мацуно до сих пор спит, не желая просыпаться. Вчера она встретила его в этой комнате, а возле него, словно охранник и близкий друг, сидел знакомый юноша. Это был Баджи, что тоже был весь в ссадинах, синяках и с бледным страдальческим выражением лица. В его карих глазах отражалась вся боль и стыд перед ней, но он не смог долго смотреть в её удивлённые лазуриты. Она хотела заплакать, но сдержалась. Почему-то ей вдруг стало так обидно и гневно. Успев разозлиться на альфу, она вскоре также быстро успокоилась. Кейске всё знал, с ней столкнулся, но продолжил молчать, не решаясь что-то сказать, поведать об опасности, которая настигла её сына. Но с другой стороны — он ребёнок, который не смог найти хорошее решение в сложившейся ситуации. Они молчали. Если Кацуми смотрела на Кейске, то тот предпочитал не оглядываться на неё. Он до сих пор не мог отойти после всего. В памяти как будто бы туман, который не даёт разглядеть какой-то фрагмент из жизни чётко. Баджи помнит лишь как Кисаки вместе с Ханмой откинуло в сторону, а после падение Чифую. Следом за этим громкие крики и новая битва, в которой схлестнулись все. Но ему до этого дела не было, ведь главное — это спасти Мацуно и Казутору и отвести их в больницу. Пришёл в себя он только, когда сел около кровати омеги, глубоко задумавшись о сегодняшнем неутешительном дне. Быть здесь вместе с матерью своего парня было невыносимо в этой тишине. Поэтому вскоре он встал, начиная спешно собираться и следовать к выходу. Только пройдя мимо Кацуми он тихо, но слышно кинул ей напоследок: —Простите…. Скрип двери и вновь тишина, что казалась непривычной и угнетающей. Оставшись наедине с собой госпожа Мацуно прикрыла своё лицо, начиная тихо плакать. Она чувствовала горячие слёзы, болезненный ком в горле и как со слезами уходит страх и вся боль. Но вместе с этим наступает апатия: мысли покидают голову, а делать совершенно ничего не хочется. Её глаза смотрели только на умеренно спящего сына и в его боли, страданиях она винила себя, ведь не была рядом и не смогла защитить. Тошнота подкатывала от собственной беспомощности. Но сейчас они вновь в этой комнате, вновь Баджи сидит с одного края кровати, а она с другого около спящего Чифую. Всё также молчат и не знают, что сказать. Она видела сложные эмоции на лице альфы, пыталась понять, что он чувствует, но не решалась что либо сказать. Ей было страшно ранить человека, что и так был изранен недавними событиями. Их тишину нарушал писк аппаратов и редкий говор на коридоре. Баджи нервно с дрожью выдохнул, смыкая пальцы на своих коленях. Он пытался решиться что-то сказать, но его что-то останавливало. Он будто бы не был знаком с госпожой Мацуно, она сейчас для него была незнакомкой, с которой трудно найти общую тему для разговора, а если она и есть, то прямо перед их глазами. Но собравшись с силами, уверив себя, что с этими словами станет легче он выпали тихо с выдохом: —Простите. Одно слово и то звучало жалко с его стороны. Но подняв взгляд он увидел в голубых глазах вовсе не злость, а печаль. Она будто бы о чём-то сожалела. —Ты не виноват. Лицо Чифую вновь предстало перед ней. Она помнит его улыбку, печаль, страх и желание спрятаться от мира, что безудержно калечит и уничтожает. —Это я навалила на тебя непосильную ношу. Когда появился Кейске, когда они начали встречаться, то груз с плеч упал, исчез. Она была счастлива, что появился ещё один человек, который может присмотреть за Мацуно. Она верила в это, но всё получилось как получилось. Нельзя винить Баджи, нельзя винить мир, но и на себя злиться неправильно. Так случилось: множество обстоятельств, встреч, случаев привели к одному исходу. Нужно радоваться тому, что всё хорошо и все живы, здоровы. —Нет, я хотел взять эту ношу на себя. Они перетягивали друг на друга одеяло, стараясь не порвать его. Желали спасти, обнять его, но в конечном счёте не уберегли. Признание Баджи, его уверенный взгляд заставил на устах Кацуми расцвести нежной, но печальной улыбке. "Слишком много он берёт на себя" Ребёнок не должен думать о проблемах, которые возникают во взрослой жизни. Он должен наслаждаться недолгим временем молодости. Но любовь, привязанность, притянула его к человеку, которому пришлось рано повзрослеть. Неожиданно телефон зазвонил, слишком резко вырывая обоих из мира, что они успели воздвигнуть. Баджи некоторое время потупил взглядом, но вскоре начал лазить по карманам, выискивая раздражающую вещь. Гаджет пульсировал в его руке, но стоило ему принять вызов как замолк. Женщина услышала лишь пару фраз из его уст. Разговор был коротким, но явно непростым. Кейске нахмурился, но, вспомнив где он находится, принял прежний вид, стараясь не выдавать своих эмоций. —Простите, я пойду… Раньше бы он улыбнулся своей клыкастой улыбкой, но в этот раз альфа не смог этого сделать. Кацуми понимающе кивнула, даже не оборачиваясь на последок, продолжая смотреть на своего сына. Закусив нижнюю губу она резко обернулась, слыша голос вначале Баджи, а следом и чей-то ещё, знакомый. Она догадывалась кто ещё решил посетить их и была счастлива. Вскоре, как она и предполагала, в палату зашёл Котору-сан. Он выглядел как всегда ухоженно, аккуратно, в его зелёных глазах не было ни одной эмоции, будто бы он пришёл сюда не чтобы увидеть своего ученика. Альфа не был удивлён Кацуми, а лишь кивнул в знак приветствия, чему и последовала сама женщина. Они не решались говорить, а может просто не хотели разрушить атмосферу, тишину, что успела поселиться в этом месте. Они понимали друг друга и без всяких слов, как будто были старыми друзьями. А может и чем-то большим. Их связывал один и тот же человек, за которым хотелось присматривать, защищать, помогать. Иногда в голову госпожи Мацуно приходила мысль, что этот учитель со стороны похож на близкого для Чифую человека. —Вы со вчерашнего здесь? Его приятный голос слишком резко выдернул её из своих мыслей и она не до конца пришла в себя, спрашивая поспешное: —Что? Но вскоре до неё дошёл смысл сказанного, но мужчина успел повторить: —Вы провели здесь всю ночь? Почему-то стало как-то неловко и стыдно. Кацуми перебирала пальцами подол платья, думая, что можно на это ответить. Она чувствовала себя провинившимся ребёнком, хоть альфа ещё не успел ей ничего сказать. Не услышав ответ Котору-сан продолжил: —Почему бы нам не пойти прогуляться? Вашему сыну здесь ничего не угрожает, можете не переживать. Он видел как она здесь чахла, уже надумывая себе всякого. Однако доктор сказала, что сейчас его жизни ничего не угрожает, как и ребёнку, поэтому можно не переживать. Но матери слишком пекутся о своих детях, поэтому им так сложно отпустить панику, пока их ребёнок без сознания. —Я не уверена, что… Было хотела прошептать женщина, но мужчина встал на это и подхватил её под руку, начиная тащить к выходу. Та была удивлена несвойственным поведением учителя, но не сопротивлялась, а последняя фраза альфы и вовсе смогла её заставить успокоиться. —Подумайте, каково было бы вашему сыну, увидев он Вас в таком состоянии. Его формальный тон почему-то смешил, ведь они были ровесниками, но она не возмущалась. Вскоре они тоже исчезли, закрывая за собой дверь. Комната снова наполнилась безмолвием, таким умиротворенным и приятным, но одновременно тоскливым. Ветерок продолжил поддевать шторы, а некоторые птицы пролетали мимо окна, хлопая крыльями. В этой светлой комнате было уютно, но одиноко. Дверь слегка приоткрылась, будто бы не до конца человек за ней был уверен в своём решении. Но совсем скоро она отворилась и тут же стало холодно, из-за создавшегося сквозняка. В комнату зашёл парень с татуировкой тигра на шее, с перевязанной рукой и плечом. Послышался стук двери и с этим же ветер унялся, вновь становясь медленным и лёгким. Ханемия некоторое время стоял около выхода, не раньше пройти дальше, но стараясь глазами подметить любую изменившуюся деталь в Мацуно. Он был таким же красивым, но слишком тихим. Всегда когда они встречались тот злился, обзывал его, относился с осторожностью. А сейчас он ничего не сделает, ведь спит. Сделав пару медленных шагов к кровати он замер около омеги. Повязки, иголки, системы—сейчас было страшно смотреть на него. Он боялся, что в один миг по всей комнате пройдётся громкий и пронзительный писк, что не умолкнет, пока его не отключат от аппарата жизнеобеспечения. Странно, что всё так ужасно сказалось на нём. Он жив, но тело слабо, готовое в любую минуту испустить дух, но продолжает бороться не понятно из-за чего. Неужели сейчас омега находится в таком плачевном состоянии из-за всплеска феромонов? А может это просто врачи решили не рисковать им и поэтому подключили всё это? —Ты устал? Слишком громким показался голос, из-за чего Казутора поморщился. Но вновь посмотрев на парня, присел на корточки, кладя свою голову на кровать и продолжая смотреть за ним с такого ракурса. —Спи…только…просыпайся, хорошо? Его собственная просьба к человеку без сознания уже казалась безумной. К горлу подступил комок, а глаза начали слезиться, но он подавил в себе это, слыша быстрые шаги по коридору. Вскоре в палату ворвался медбрат, что явно не был доволен своим пациентом. —Вы что тут делаете? Вам нельзя вставать! После операции альфа был слишком неусидчивым, постоянно спрашивал, пытался встать с койки, а недавно и вовсе сбежал из палаты. —Конечно, хорошо, что вы двигаетесь, но это слишком рано! Парень подхватил его под здоровую руку, а тот как назло не хотел вставать. Он не желал уходить, не желал оставлять его одного. —Нам нужно уйти…. Выдохнул уставше медбрат, смирившись с поражением и отпуская альфу. Он пытался что-то придумать, немного опасаясь молчаливости подростка. Посмотрев на омегу, что лежал на кровати, тот перевёл взгляд на альфу с татуировкой. Не трудно догадаться, что их что-то связывает. —Он выздоровеет, ему нужен покой, как и Вам. Когда он очнется, тогда Вы сможете его навестить. Казутора слишком резко поднялся, немного испугав того. Его песочные глаза некоторое время смотрели на омегу, а после он развернулся, хотя уйти из палаты, бросая тихое и еле слышимое: —Не думаю, что это будет правильно… Медбрат не услышал его и переспросил, но альфа ничего не ответил, открывая дверь и выходя на коридор. За ним последовал медбрат, напоследок закрывая за собой дверь и думая про себя, что они, скорее всего, пара, начиная сочувствовать Ханемии. Казутора же был полностью в своих мыслях, пытаясь не обращать внимание на слова поддержки парня, который, судя по всему, совсем недавно начал работать здесь. Почему-то с этого момента казалось, что их ничего не будет связывать, его будущее определено и в нём нет Чифую. Стало невыносимо грустно и больно, в его душе будто бы поселилась пустота и она стремительно разрасталась. Уже подходя к своей палате он пытался свыкнуться с мыслью, что никогда больше не сможет увидеть лицо Мацуно, его глаз и той самой благодарной улыбки. Да и просто он не находил в себе сил встретиться с его родителями и попросить прощения перед ними, было невыносимо стыдно, зная насколько омега был добр и чист перед ним. "Замкнутый круг…" Подумал Казутора и схватился за ручку двери, однако неожиданно она открылась, заставляя парня отскочить назад и с удивлением посмотреть на человека перед собой. Это была его мама, которая разглядывала его с ног до головы. Её глаза проходились по его телу, будто бы сканер и скоро руки принялись его аккуратно ощупывать, сторонясь поврежденного плеча. —Ты как? Уже лучше? Спрашивала женщина, но Ханемия, придя в себя просто прошёл мимо её в комнату, игнорируя. Медбрат на это тяжело выдохнул и решил оставить семью наедине. —Куда ты опять влез? Её вид был жалобным и обеспокоенным. —Ты хоть представляешь, что я почувствовала, когда услышала, что ты в больнице? Казутора сел на свою койку, накрывая себя одеялом и продолжая делать вид, будто бы здесь никого нет. Постепенно женщина переходила на крик: —Уймись наконец! Хватит тратить свою жизнь на это! Мэйко задыхалась от злости, но потом быстро успокоилась, осознавая, что сын её совсем не слушает. Её сердце упало в пятки, стоило услышать, что Казутора в больнице с пулевым ранением. Она знала, что его игры в банду, разрыв старых отношений приведёт к чему-то опасному. Но она его не остановила, продолжая улыбаться и желать ему удачи в новом дне. Вина скользкими щупальцами охватила её душу, всё сильнее сжимая и без того израненное сердце. Ханемия смотрел в окно, редко его веки закрывались, будто бы он боялся упустить какую-то важную деталь. Женщина смотрела на него молча, пытаясь собраться с мыслями и переварить в голове то, что хотела, чтобы услышал он. Нервно выдохнув она сделала первые шаги к тому, чтобы измениться. Кровать скрипнула под её весом, но она не обратила на это внимание, как и её сын. Она ждала, что тот что-то скажет, прогонит её или обзовёт, но он молчал, будто бы давал шанс исправиться. Раньше она не понимала того, что альфа даёт ей шанс: на некоторое время останавливался около неё на кухне или проходил мимо на коридоре, делая старательно вид что что-то ищет. Хоть эти моменты были редки, но вовсе не незаметны. Дети слишком привязаны к родителям. Сколько их не ранишь — они забывают или дают шанс, веря в то, что это было всего лишь ошибкой взрослого и больше не повторится. Но как только дети вырастают, находят друзей, начинают разбираться в мире, то кроме родителей в их окружении появляются другие близкие люди, которые лучше их понимают. Тогда именно эти взрослые дети и начинают не вестись на слова, обещания, не дают поспешно второго шанса. —Казутора, послушай меня. Это была не просьба, а утверждение, которое звучало мягко, будто бы звучание скрипки. Он её игнорировал, даже не удосужился обернуться и бросить короткий взгляд. Это расстраивало её, но она верила, что её слова смогут хоть как-то привлечь его внимание. —Я тебя очень сильно любила. На миг сердце Ханемии ударилось больно о грудную клетку, но со следующими словами замерло. —Ты был для меня светом в этом мире. Ты был таким маленьким, добрым, наивным, из-за чего хотелось тебя защищать, не давать в обиду. Крошечное тельце на её руках, первый крик и плачь ребёнка, которого она была рада привести на свет. —Я хотела, чтобы ты был счастливым, но не смогла тебе помочь…. Светлые моменты сменились тьмой. —Каждый раз, когда ты меня прикрывал, когда он поднимал на тебя руку я чувствовала себя очень жалкой. Её лицо потемнело, а в носу неприятно защипало. —Я должна тебя защищать, но не ты. Ты меня любил, как мать, а я тебя, как своего сына. Я не хотела, чтобы ты был изранен, поэтому, наверное, и стала к тебе жестокой. На подсознании она любила его, но видя причину всего, его желание её защищать хотела уничтожить, чтобы его спасти. —Я любила тебя, но не хотела, чтобы ты меня любил, чтобы защищал меня…. Альфа давно это понимал, но одно дело думать, а другое слушать. —Думала, что когда ты вырастешь, то сможешь сбежать из этой чёртовой семьи, от него…."всхлип" Она начала плакать, по её горячим щекам скатились слёзы боли. Она недавно поняла, почему отталкивала его, почему причиняла боль и это было отвратительно. Каково ребёнку остаться без ещё одного родителя на кого можно положиться, доверить секреты и получить тепло. Её лоб оказался на здоровом плече Ханемии, а руки обвили его живот. Казутора не отталкивал её, продолжая внимательно слушать её признание. —Я не могла подумать, что всё это произойдёт…Не могла представить насколько тебе тяжело… Хоть парень и пытался держаться, но слёзы подступали к глазам, норовя показать себя миру. Он кусал внутреннюю сторону щеки, смотрел наверх, чтобы не дать хоть одной слезе прокатиться по его щеке. Но со следующими словами одна капля всё-таки смогла прорваться и опалить кожу. —Прости меня….. Эти два слова по-другому звучали, по-другому он их воспринимал. Они были искренни, чисты и…пробирались до самой души. Раньше она извинялась постоянно, из-за чего казалось, что она была не искренняя или просто издевалась. Она просто говорила на автомате, думая о том, что сможет успокоить, сделав вид, что извиняется. —Я очень сожалею, что тебе пришлось через столько пройти… Её губы задрожали. —Прости, что была плохой матерью… Ничего не было слышно кроме дуновения ветра и редкого чириканья птиц за окном. Она не хотела отлипать от него, боясь и веря в то, что это была её единственная попытка всё исправить. Но с каждой секундой она начинала понимать, что этого было мало. "Это нормально…" Верно, она сейчас расплачивается за грехи своего прошлого, так чего ей сейчас ныть? Но нельзя было не заметить насколько легче ей стало после этого разговора. "Думаю, мне нужно ещё сильнее постараться и…" Что-то тёплое накрыло её руку, заставляя на некоторое время задержать дыхание. Глаза распахнулись в удивлении, но она не оторвала лба от чужого плеча, боясь спугнуть. "Его рука…" Новая порция слёз подошла к глазам. "...такая тёплая… " Когда она чувствовала касание руки своего ребёнка на ней? Обычно он отталкивал, но на этот раз накрыл её ладонь на торсе своей, будто бы так надо и это нормально. Но это нормально, когда это происходит часто, а в данный момент впервые за долгое время. Мэйко была счастлива и, прикрывая свои веки, она погружалась в своё прошлое, в свои воспоминания, когда её младенец, ребёнок, сын, обхватил своей крошечной ручкой её пальцы. Это воспоминание разлилось теплотой по телу, а на устах расцвела короткая, но счастливая улыбка.

*************

Голые стены и тишина, которая иногда прерывается шорохом одежды и приглушенными голосами. Это место вызывало смирение и некоторую неуверенность. Сидя напротив Кисаки в тюремной форме Ханма не знал, что сказать. Он видел его печальное лицо, однако никакого сожаления, усталости, страха на нём не было. Он вёл себя также и во время суда, будто бы всё его не касалось. Его хотелось обнять, но их разделяла стеклянная стена, дающая лишь взглянуть, но никак не коснуться. —Почему ты взял всю вину на себя? Не было никакого приветствия, вопросов по поводу: "Как дела?" — будто бы они в глубине души понимали, что это ни к чему. Шуджи всё ещё злился на него, хотел объяснений по поводу того, что он ничего ему не рассказал про план Б, никак не упомянул его как соучастника в его игре и похищении. Будто бы Ханма здесь совсем не причём, будто бы его не существовало для Кисаки. —Это я придумал всё это. Я желал мести, а не ты. Его вкрадчивый и холодный тон был так знаком, но и одновременно нет. —Но разве не мы вместе его осуществляли? Или ты забыл, что я пообещал? Когда-то альфа поклялся ему в верности, сказал: "Куда ты, туда и я". Но всё это оказалось пустым и незначительным, ведь последнее слово оставалось за Кисаки. —Ты не понял меня. Как-то слишком грубо произнёс бета, будто бы перед ним сидел какой-то ребёнок, что не мог понять элементарного. Его золотые глаза посмотрели в глаза напротив. Альфа в них тонул, ощущая вязкое и неприятное чувство в груди. —Ты делал это не потому что разделял мои чувства, а потому что считал это забавным. Ханма опешил, но вскоре совершенно спокойно произнес: —Не только, я ещё… Но бета успел его перебить, отмахиваясь будто бы от надоедливого насекомого. —Да, любовь. Сердце альфы неприятно кольнуло. Он это сказал так легко и с некоторым пренебрежением, что причинило боль. Верно, он любил этого эгоистичного бету, который заставлял его сердце трепетать, любил слышать его голос, восхищаться его умом и разными планами. Он был будто бы Богом в его глазах, а может и самим дьяволом. —Но разве это не глупо? Тетта облокотился о столик, смотря исподлобья на своего товарища. Наручники на руках на миг заскрежетали. —Как альфа может испытывать влечение к бете? Когда до тебя дойдёт, что это не правильно? Как бету к омеге, так и альфу к бете — это странно, неправильно и уж точно ничего хорошего не принесёт. С каждым словом весь мир Ханмы рушился, но он не был бы собой, если не знал как на это ответить, принять и настоять на своём. —А почему бы и нет? Разве плохо любить человека, который интересный, грубый, эгоистичный, мстительный и очень милый? Эти слова поставили в тупик даже человека, который явно не любит показывать свои эмоции миру. —Странное у тебя понятие "прекрасного" Фыркнул Тетта и облокотился о спинку стула, кладя руки на стол и чувствуя себя неуверенно. Этот парень перед ним был странным, настолько, что от него хотелось держаться подальше, но именно интерес ещё некоторое время не давал спокойно его отпустить. Его намёки, безрассудные поступки, как и слова. Он напрямую с ним заигрывал, говорил о всяких непотребствах, калеча его психику, но с ним было….интересно? Весело? Или же…просто Кисаки хотел, чтобы с ним был человек, которому он может доверить свою жизнь. Почему же он не запер в четырёх стенах, в клетки и Ханму? Почему принял весь удар на себя? Может ему просто хотелось избавиться от альфы, привязанности, да и просто он не хотел тащить за собой одного невиновного человека, который его понял, принял его грехи, его амбиции и последовал верно за ним. Неужели он посчитал его другом, если раньше лишь инструментом? —Как и у тебя. Что ты нашёл в Ханагаки? Тетта усмехнулся его словам, вскоре совсем спокойно отвечая: —Люди всегда тянутся к тому, чего не могут понять. Это страшно, но и одновременно захватывающе. Он всё помнил. Помнил как его увидел впервые и обомлел. —У него есть то, чего нет у меня. Эмоции, смелость, справедливость, желание всех спасти и в конечном счете самоотверженность. За ним шло много людей — они защищали его и готовы были пойти в огонь и воду. У него было много друзей, семья, любовь, то что никогда не было у него. Отец желал вырастить из сына амбициозного бизнесмена, а в конечном счете получился преступник с манией величия. Разве не смешно? Кисаки над этим нервно посмеялся, вспоминая последние слова отца: "Ты настолько глуп? Решил совсем опозорить нашу семью? Разве бета может быть настолько глупым?" Малое миропонимание, желание быть первым — таким был его отец. Он хотел альфу и в конечно счёте ничего не получилось, а мать и вовсе решила сбежать и его бросить. "Ты меня разочаровал. Можешь больше не возвращаться никогда домой" Он его ругал вовсе не за проступок, а за то, что он был пойман на своей ошибке. Не смог всё проконтролировать и нашлась брешь. —Кисаки, ты мне нравишься. Тетта медленно поднял безразличный взгляд, видя всё ту же дерзкую и самоуверенную ухмылку. На это он хмыкнул: —Думаешь, раз про меня не забыл, то я запросто приму твои чувства? —Нет, я добьюсь того, чтобы ты меня полюбил. —Какая самоуверенность. Закатил глаза бета, а на это лишь альфа посмеялся. —Я тебя не забуду, не надейся на это. —Это угроза? Слишком серьёзно спросил Тетта, из-за чего по всему помещению раздался хохот. И это не могло не позабавить самого бету. —А у тебя как всегда найдётся ответ на всё. —Спасибо на добром слове. Впервые они так спокойно и легко общались. Они чувствовали некоторые изменения в их отношениях, ощущая всем своим естеством друг друга, но не спешили думать о дружбе, а может и о любви. До них дошёл резкий и такой губительный голос: —Время вышло. На время альфу охватила печаль, ведь это значило, что они не смогут увидеться ещё долго. То что ему сейчас разрешили поговорить с заключённым уже небывалое везение. Кисаки без лишних слов встал и развернулся к альфе спиной, пока около него шёл сопровождающий. Ханма видел как он удаляется, видел как постепенно приближался к двери и не смог напоследок не крикнуть: —Я ещё приду! Через шесть лет давай вместе сходим на свиданку! Бета заиграл скулами, пытаясь игнорировать недоуменное лицо надзирателя: —Придурок. Прошептал он и это Ханма услышал, улыбаясь, как наевшийся сметаны кот, маша ему рукой напоследок. Верно, он его подождёт и будет всегда рядом, даже если их будет разлучать одна стеклянная стена.

***********

Прошло два дня с того происшествия. Многие предпочли забыть всё как страшный сон и не зацикливаться, а другие же, более чувствительные, не могли до сих пор отойти от шока. Хоть и не им предназначалась шальная пуля, хоть они не участвовали в междоусобицах, но пистолет, напряжение, выстрел, а следом кровь — не могло оставить равнодушным никого. Страх, беспомощность и ужас. —Когда же ты очнешься…. Прошептал тихо Ханагаки, кладя на столик рядом яркую открытку, сделанную собственными руками. —Просыпайся, с кем мне гулять, а? Скрип стула и последующая тишина. Было неловко разговаривать с самим собой, но Такемичи верил, что тот может что-то и слышит. Знаете, как в фильмах, когда человек в коме, но может чётко слышать звуки. —Мне кажется, что Котору-сан неравнодушен к твоей матери. Учитель навещает своего ученика, но не только его. Кажется, он пытается помочь Кацуми в данном несчастье. Это со стороны смотрелось благородно и мило, настолько, что нельзя было не подумать о любви между ними. —Смотри, скоро станет твоим отцом, будешь зубрить матан до конца своей жизни. От своей шутки омега сам усмехнулся, но в глазах была печаль. Видеть Чифую таким было невыносимо трудно. Он через столько прошёл, жертвовал своим здоровьем и это не могло не остаться незамеченным. —Знаешь… К глазам подступали слёзы. —Хоть врачи и сказали, что ты очнешься, но я не перестаю думать, что это не так… Мысль о том, что Мацуно не проснётся вызывала ужас и тупую боль. Вдруг он продолжит спать…год,два года, десять лет…вдруг,он не сможет больше никогда услышать его голоса, почувствовать ободряющее похлопывание по спине. По щеке покатилась слеза, которую Такемичи начал судорожно вытирать рукавом кофты,всхлипывая. —Просыпайся скорее… Больно приходить сюда каждый день и видит одну и ту же картину, но он не мог его бросить. Преодолевая страх он продолжал сюда приходить, чтобы навестить, увидеть и не оставить в одиночестве. Они же друзья, а друзей не бросают в беде. —Такемичи? Послышался за спиной знакомый и ненавистный голос, хотя сейчас может эта ненависть угасла после последней битвы. Промолчав на это омега услышал шаги, а вскоре и увидел обладателя уникальной внешности. Это был Казутора…он сел на кровать рядом с Мацуно, смотря на него без эмоций и слов. На это Ханагаки закусил губу, не веря в увиденное, хоть это уже был второй раз. Как подобный монстр может быть таким тихим, покладистым рядом с его другом? В это с трудом верилось, вдруг он всех обманывает и ждёт момента, когда они ослабят бдительность. Омега не мог оставить друга одного с этим психопатом. —Я признался его матери в своих поступках перед ним. Было страшно, но так надо было, чтобы перестать чувствовать вину. Но как и ожидалось…он продолжал это ощущать… Он видел меняющиеся со скоростью света лицо женщины, как улыбка её дрогнула сменившись ужасом, а следом злостью. Её глаза загорелись ненавистью, такой что стало страшно. Следом почувствовался на щеке жар, который сменился покалыванием. Звук пощёчины разошёлся по комнате эхом, но даже так Казутора не стал её ненавидеть за это, не пытался оправдываться или надавить на жалость. Он принял удар, пытаясь заглушить стыд. Он видел как в голубых глазах появился испуг, а рука, которая недавно его ударила задрожала. Кацуми тогда не сказала никакого слова, просто ушла, пока её шаги доносились в ушах. Сколько он тогда стоял на месте, пока его щека пылала — он не знал. Вина, стыд и душевное метание были сильнее физической боли. Он не коснулся своей щеки, не кинулся следом за ней, чтобы продолжить вымаливать прощение, желая шанса быть рядом с её сыном. Ведь он не будет с ним…ведь…такое нельзя прощать… "Ты слишком добрый, Чифую" Смотря на него сейчас он понимал насколько тот был наивным и добродушным. Он мог материться, послать на все четыре стороны, но как глупец последует второй раз, а может и третий за человеком, который его обманул, думая, что в этот раз будет всё иначе. Такого светлого человека он посмел уничтожить морально и физически. Мацуно не заслужил к себе такого отношения, даже если у него было плохое детство, даже если над ним издевались, били, унижали—это никак не касалось омеги. Он просто жалок, избитый жизнью ребёнок, который думал, что ,будучи плохим,сможет выжить, справиться с душевной болью, видя страх в чужих глазах. Коснувшись его щеки тыльной стороной ладони он невесомо провел, ощущая тепло, что значило, что тот ещё жив. —Надеюсь твоя тёмная полоса закончилась. Его образ был таким хрупким, значимым для Ханемии, но он с трудом убрав руку встал со скрипом с кровати под внимательным наблюдением голубых глаз. Всё это Ханагаки видел и не мог поверить, что сейчас человек перед ним такой…печальный? Или же…он просто ошибся в своих доводах? А последние слова…неужели это пожелание? —Я больше тебя не потревожу. Прошептал тихо альфа и развернулся, встречаясь взглядом с омегой, что заметно напрягся, готовый в любой момент отбиваться. Однако Казутора прошёл мимо него, кидая напоследок короткое "пока", не пытаясь никак съязвить, обозвать. Он был настолько ошарашен, что пришёл в себя лишь тогда, когда остался один вместе с Мацуно. Оглянувшись назад и увидев закрытую дверь Такемичи некоторое время буравил её глазами, будто бы в любой момент мог зайти Ханемия и дать понять, что это была всего лишь его игра. Но проходило время, а никто не заходил, что невольно Ханагаки выдохнул, но не понятно из-за чего. Был ли он рад, а может и нет.

***********

Слабость, боль в висках и глазах, сухость во рту — это то, что чувствовал Чифую. Вокруг было темно, настолько, что нельзя было ничего разглядеть и тем более найти. Он брел среди этой пустоты, пытаясь найти выход, но сколько бы он ни бродил всё оставалось неизменным. Иногда казалось, что он что-то слышал, но вскоре это начинало казаться плодом его воображения. "Сколько я уже здесь?" Он не мог кричать, говорить, только думать. Хоть что-то не отняла у него эта тьма. "Что произошло?" Пытаясь вспомнить он навлекал на себя ещё большую головную боль. Она заставляла падать на колени и видеть в какой раз, как его ноги исчезают в чёрном тумане. Всё здесь казалось нереальным, странным, но спокойным. Он не мог здесь волноваться, испытывать страх, будто бы эти отрицательные чувства отключились. Когда боль проходила, то он снова вставал, не теряя надежды найти выход. Сколько бы он ни ходил, сколько бы ни падал, но он не чувствовал себя изможденным. Время ощущалось иначе:казалось, что прошла вечность его скитаний, но почему-то он догадывался, что прошло всего несколько часов, если не минут. Неужели эта тьма не хочет его отпускать, а может быть он сам непроизвольно попал в её сети. "Как мне найти выход?" Вопросы, вопросы и ещё раз вопросы. Где ключ, что даст ему свободу? Где его отыскать? "Как я здесь оказался? Что это за место?" Чтобы узнать как выйти, нужно вспомнить, как он сюда попал. Замерев на месте он ещё раз оглянулся, но это оказалось бессмысленным, ведь кругом всё было неизменным. Чифую упал на колени, хватаясь за свою голову пытаясь судорожно всё вспомнить. Опять голова наполнилась болью, что заставляла морщиться и издавать тихие стоны, но он продолжал думать, вспоминать, не смотря ни на что. "Я был…где я был?" В голову пришёл образ матери. Он почему-то чувствовал тревогу, беспокойство и вину. Неожиданно, словно по щелчку он вспоминал постепенно где был, что случилось. Эти воспоминания вклеились в его мозг, что было даже как-то странно, что он недавно не мог ничего вспомнить. "Точно…Кейске и Казутора…пистолет…выстрел,а потом…" Лицо парня побледнело, а сам он был готов задыхаться от страха. Сердце быстро билось, а конечности вмиг охладели. "Я…умер?" Эта мысль вызвала нервный смешок, а после и слёзы. Он ничего больше не мог вспомнить, лишь как потерял сознание, но было ли это из-за усталости, а не из-за пули? Чифую пытался вспомнить боль, но её тогда не было, что давало надежду на то, что он всё ещё жив, но спит. "Я должен проснуться! Выпустите меня отсюда!" Он свалился на землю, начиная сдирать сгустки черноты. Это был туман, но в руках он становился какой-то непонятной консистенцией, напоминающую грязь. Она казалась бесконечной, ведь сколько бы он не старался никакой ямы не появлялось. Сходит ли он с ума, спит ли он? Или же это и есть смерть…безысходность? Где ты бродишь, но не можешь выбраться, где ничего нет и не будет, ведь он прямо сейчас находится в пустоте. "Пустота?" Эмоции, страх, злость, вина…какие были эмоции у него на лице прежде чем он оказался здесь? Точно ярость, но ведь в конце концов появилось облегчение. С чем это связано? Он будто бы тогда верил, что всё будет с этого момента хорошо. "Верно, всё же хорошо…" Появился страх не понятно откуда. Он проходился по коже, оставляя холод и вызывая мурашки. Подняв голову наверх он встретился с чернотой, представляя что оттуда кто-то за ним наблюдает. Однако это его не пугало, ведь он верил, что рано и поздно сможет выйти отсюда, потому что знал что его жизнь на этом не закончится. Он проснётся, может быть с головной болью, с ужасной слабостью и недоумением. Но он проснётся, вновь окунется в жизнь, вдохнёт ароматы и встретит тех, кто ему дорог. Поэтому он подождёт, привыкнет к этой тьме и на время забудет о том, куда шёл и что искал.

************

Тело ломило, глаза щипали и пылали — их не хотелось открывать. Но через сомкнутые веки прослеживался свет, приятный, обволакивающий. Он прогнал всю тьму, давая спасение человеку, который так нуждался в нём. Открыв глаза он тут же зажмурился, тихо мыча и замолкая. Рот высох, настолько будто бы там образовалась пустыня, горло резало от каждого звука, а в висках закололо. —Чифую… Сомкнув губы и пытаясь их намочить своей слюной Мацуно посмотрел в сторону голоса, встречаясь с удивлённым, радостным, печальным человеком одновременно. Омега не сразу понял кто перед ним сидит, даже умудрился забыть его имя, но вспомнив тихо с хрипотцой прошептал: —Кейске… Как только из его уст вышло имя альфы, то он тут же взял его руку и прижал её бережно к своей щеке. В какой-то момент блондину показалось, что парень накинется с объятиями и это так и было, но Баджи знал, что сейчас нужно быть крайне осторожным с ним, поэтому ограничился лёгким касанием. —Я сейчас позову доктора, хорошо? В его карих глазах было заметно, как он не хочет его покидать даже на пару минут, но нужно позвать специалиста, чтобы удостовериться в том, что омега в порядке. После короткого кивка Кейске живо подорвался с места и исчез из комнаты, будто бы его здесь и никогда и не было. Только запах говорил о его недавнем присутствии, как и приятное покалывание на ладони от касания. Чифую не улыбался, он был настолько вымотан, хоть и понимал, что спал, лежал в постеле в отключке. Однако его сопровождало такое чувство, будто бы он целый день круги наматывал, одновременно пытаясь вызубрить наизусть сложные законы. "Хочу спать" Веки закрывались, но он сдерживал себя от данного помысла, ведь альфа же отправился за доктором. Не хотелось бы, чтобы, придя в палату, они застали его заснувшим. Впрочем, их не так долго пришлось ждать, ведь за дверью в скором времени послышались спешные шаги. В палату ворвался его лечащий врач, а за ним следом и Баджи. —Как ваше самочувствие, Мацуно-кун? Всё началось с расспросов и блондин неспешно отвечал на каждый из них под пристальным наблюдением профессионала. Врач видел, что парень хочет спать, но ему нужно было точно понять в порядке ли он, чувствует ли боль в каких-то областях тела, усталость, головокружение. Да и в конце концов парню нужно поесть, освежиться, ведь он пролежал в постеле четыре дня. —Пожалуйста, сначала поешьте, а потом идите спать… Проговорил спокойно врач, но увидя то как Чифую клюёт носом, поспешил его разбудить. —Мацуно-кун? Омега дёрнулся, но проснулся, вытирая тыльной стороной ладони глаза и смотря на двоих людей с некоторым недоумением, будто бы он только сейчас в полной мере осознал, что находится не один. —Чифую, всё хорошо? Спросил обеспокоенно Кейске, придерживая инстинктивно блондина за плечо, боясь что тот может упасть в любой момент на пол. —Да, просто… Спутанно говорил Мацуно, но вскоре продолжил: —Сил даже нету на разговор… Расслабившись в кровати парень начал закрывать глаза, медленно, но верно падая в объятья мира Морфея. На этот раз доктор решил его не будить и пойти на поводу желания своего пациента. Он лишь коротко глянул на альфу, призывая его пойти за ним — и тот нехотя, но пошёл на последок кидая измученный, но нежный взгляд на спящего.

***************

Когда Мацуно проснулся, то не застал одиночества и тишины. Вокруг него собрались дорогие люди в лице Кейске, матери и учителя, который стоял около его койки, скрестив руки на груди. Его взгляд с одной стороны напоминал орла, но в нём прослеживалась толика радости. Его мама начала с ним общаться, докладывать, что произошло за эти четыре дня, а он слушал и не смел её перебивать. Он помнил ту тьму, помнил тоску, но сейчас от этих чувств не осталось и следа. —Я так рада, что с тобой всё хорошо… Всхлипнула Кацуми, держа двумя ладонями его ослабевшую руку. Нет, омега мог приподняться, без каких-то усилий поднять руку, но встать было сложно. Всё вокруг кружилось, металось из стороны в стороны, а он в конце концов падал обратно на кровать. Только сидеть ему пока можно. Врач сказал, что это связано с общим утомлением и голодом, поэтому ему назначили легкоусвояемую пищу. —Почему моему ребёнку приходится через столько проходить? Женщина реально об этом думала и никак как злым рогом не могла объяснить всё происходящее с Чифую. —Всё уже нормально. Как-то безразлично произнёс омега, принимая ещё одну ложку супа от своего парня, который решил с ним остаться даже при том, что здесь находится его мама и учитель. —Чифую?... Кацуми не могла понять, что именно беспокоит её в его поведении. Он вёл себя так, будто бы ничего не произошло, в глазах не было и не намёка на эмоцию, а тем более на слёзы. После похищения, такого происшествия никто не может остаться равнодушным, тем более жертва. —Чифую, с тобой всё хорошо? Решил спросить вместо матери Котору-сан, внимательно изучая лицо своего ученика. Но ничего в нём нельзя было прочесть, он будто бы впал в апатию, хоть и отвечал, даже позволял себя кормить. Баджи всё это время молчал, будто бы в глубине души всё понимал больше чем взрослые. Побыв немного с омегой он понял, что каждому человеку нужно время на размышления. Не сразу может появиться идея, как и эмоции после тяжелой ситуации. Для этого нужно время, а сейчас слишком рано. —Да, нормально. Взяв новую ложку омега ощутил, как горячая жидкость растекается по глотке и как приятный вкус супа касается языка. Он был голоден и не знал, когда сможет утолить его. —Если что мы рядом. Прошептала женщина, смотря одним глазом на Баджи. —Ты можешь на нас положиться. Блондин кивнул, не смотря на свою мать, а только на ложку. Можно было подумать, что он пропустил всё мимо ушей, но госпожа Мацуно точно знала, что сын её услышал. —Мы тогда пойдём, мне нужно работать, но я тебя ещё навещу вечером, слышишь? Увидев кивок Кацуми не до конца успокоилась. Но смогла отпустить тревогу мыслью, что с ним рядом будет Кейске. Она было хотела встать, но о чём-то глубоко задумавшись она резко примкнула губами к щеке своего сына, вызывая у того хмурость. Её эта реакцию позабавила. —Ну всё, я пошла. Подойдя к двери и собираясь выйти она услышала слова Котору-сана адресованные блондину. —Поскорее выздоравливай и не беспокойся об учёбе — я всё улажу. Их сейчас дело показать поддержку, уберечь парня от новых потрясений и других проблем. —До свидания. Кинул напоследок им Баджи вместо Чифую, что продолжал всё своё внимание уделять тарелке и еде. Когда они остались одни, то намного ощутимым стало чувство, что с Мацуно что-то не так. Он сейчас тихий, безучастный, спокойный. Нужно ли говорить, что альфа представлял совсем другую реакцию, когда он проснётся? Может слёзы, гнев, грусть, но никак не апатию. Господи, он впервые с таким встречается и совсем не знает что делать. —Всё хорошо, Чифую… Проговорил альфа, видя не решительный кивок. —Всё реально уже хорошо, все живы. На это омега ничего не то что не сказал, но не подал вида. Он просто принял новую ложку супа, но глубоко задумался обо всём. У омеги было такое чувство, что что-то ужасное произошло, что кто-то умер или получил опасную травму. Но слова Баджи заставили задуматься. —Кейске… Его голос был тихим и казалось, что он из себя выдавливает любое слово. —Да? У альфы навострились уши. Он был обеспокоен, что скажет какую-то глупость ему, но был готов столкнуться с любой ситуацией. Некоторое время парень ничего не говорил, а Баджи с пониманием ждал, не пытаясь его поспешить. Чифую то открывал рот, хотя уже что-то сказать, но тут же закрывал, будто бы не знал как в точности передать свои чувства. Тишина не давила, но была неприятной, какой-то чужой. —Я… Вот он уже был готов рассказать, что его гложет, поделиться со своим лучшим другом и по совместительству с парнем, но раздавшиеся шаги за дверью и слышимые голоса спугнули его и он лишь покачал головой, говоря на этом, что его слова не важны. Кейске конечно же расстроился, хмуря свои чёрные брови, но приходя в себя, когда к ним в палату ворвалась шумная компания. Это были Такемичи, Манджиро, Рюгуджи и Мицуя. Последний их пытался успокоить, но увидев блондина в сознании сам не смог удержаться от радостных возгласов и вопросов. Кенчик молча улыбнулся, держа в руках пакет с гостинцами. —Вы слишком шумные. Решил недовольно поделиться Кейске и многие замолчали, кроме Майки, что, подойдя к своему другу, похлопал того весомо по плечу. —Какой ты нервный, нужно радоваться как бы. Не делай из себя маму наседку. —Закрой рот иначе я тебе вмажу. —Как страшно, смотри, аж ноги трясутся от страха. Посмеялся над этим младший Сано, а после как в ни чём не бывало плюхнулся на кровать рядом с Чифую, не прося разрешения. Баджи нахмурился подобному поведению. —Ты как вообще? Уже лучше? —Да. На автомате ответил блондин. Всех этот короткий ответ удивил и заставил думать, что перед ними не человек, а робот какой-то. —Эй, Чифую, всё реально хорошо? Задал вдруг вопрос Кенчик, внимательно осматривая его с ног до головы, пытаясь понять в чём дело. Не могли же подменить его, а может он просто без настроения? —Выглядишь паршиво. Дополнил Мицуя, становясь вмиг каким-то печальным. Настроение упало и это было слишком заметно. Никто ничего не говорил, а сам Мацуно не ответил на их вопросы и возможные доводы. Ханагаки глупо улыбался, смотря то на одних, то на других, не зная, что и делать сейчас. Хотелось сквозь землю провалиться и он был не слишком уверен в том, что было правильно так поспешно срываться к другу. Может ему нужно было дать больше времени побыть одному? —Ой, Чифую, ты видел, что я тебе принёс? Такемичи перевёл к своей персоне всеобщее внимание, подходя к столику с разными открытками и вкусностями, но какая жалость, что последнии парню пока нельзя есть. Взяв в руки открытку, очень глупую и одновременно смешную он помахал около лица друга, видя как его глаза бегали по ней. —Я сам сделал. Думал, что проснувшись улыбнёшься. —Копыта отбросить если только. Решил прокомментировать Манджиро, вызывая у омеги удивление, а после негодование. —Что? Все вздохнули в унисон, если сам Чифую просто за ними молча наблюдал. —Что ты имеешь в виду? Альфа похлопал своими глазами, пытаясь понять что не так он сказал, однако вспомнив свои слова, поспешил пояснить. —Я имел в виду, что он не только улыбнётся, но и откинется от смеха. Омега вроде бы успокоился, но в глазах плясало подозрение. —Правда? —Правда, правда. Закивал тут же альфа, вызывая у многих смешки. Ну а что? Держать друг друга в напряжении бывает весело. Если Майки часто к нему подкатывает среди друзей, то в ответ Ханагаки заставляет его включить свой мозг и на миг подумать, что он сделал что-то не так. За ними было интересно наблюдать. —Ну, ты прочитай когда будет время, хорошо? Обратился слишком резко Такемичи к Чифую,но тот успел среагировать и кивнуть коротко в ответ. Это не удовлетворило парня, но он решил не давить, да и что он хотел от человека, что пролежал в отключке несколько дней? —Мы лучше, наверное, пойдём. Заговорил Рюгуджи, ставя пакет на тумбочку рядом с кроватью. —Выздоравливай. Похлопав по плечу пожелал Такаши, улыбаясь во все свои тридцать два зуба. —Уже всё? Как-то расстроившись спросил Манджиро, смотря жалобно на своего парня. —Валите уже, головной боли от вас слишком много. Буркнул под нос Кейске, но в глубине души был рад, что они пришли. —Ты злюка~ —Пошли давай. Выдохнул уставше Плаксивый Герой, таща своего парня за руку к выходу, слыша его недовольный бубнёшь. —До встречи, Чифую. Кинул напоследок он, улыбаясь. —Баджи, а ты чего не валишь на все четыре стороны? Мацуно не маленький, без тебя не обосрётся! Крикнул лидер Тосвы, вырываясь из хватки омеги и начиная драпать, пока у самого Кейске образовалась жилка от злости на лбу. —Ты… Он хотел ругнуться, но вспомнив, что с ним рядом блондин замолк. Только его хмурые брови и стиснутые зубы говорили насколько он был зол. —Чифую, я скоро приду. Натянув на своё лицо напряженную улыбку он встал и живо помчался к выходу, чуть не сталкиваясь с остальными, что над этим посмеялись. —До встречи, Чиф. Бросил Рюгуджи, закрывая за собой дверь. За ней слышались шутки, голоса, крики, но вскоре и они утихли. Голубые глаза внимательно смотрели на дверь, будто бы ждали, что кто-то сейчас непременно войдёт, но проходила одна минута, две, но ничего не происходило. Повернув голову и посмотрев на тумбочку он увидел две открытки и множество разных вкусностей и всяких подарочков, начиная от брелков и заканчивая мангой. Но даже это не заставило его улыбнуться. Он понимал, что с ним что-то не так, но не мог ничего с этим поделать. Не хотелось ничего делать, даже заснуть не казалось выходом из его ситуации. Но всё это время его привлекали открытки, а может короткие письма. Что и кто оставил для него свое послание было интересно. Протянув руку к письму Такемичи он на миг остановился, будто бы чего-то боялся, но, пересилив, взял открытку и начал читать письмо с аккуратным почерком. "Привет, знаешь, что я подумал, когда увидел тебя здесь, среди стен, в отключке? Что-то ты слишком часто в неприятности попадаешь. В первый раз тебе просто не повезло, а сейчас косплеишь спящую красавицу. Надеюсь, в следующий раз я не увижу Белоснежку" Почему-то стало тепло, а на губах появилась короткая и еле заметная улыбка, которая вскоре сама собой исчезла. "Ты просыпайся главное. Все о тебе волнуются и переживают. Столько спать — как это вообще возможно? Ты выиграл даже меня, что любит поспать до пятнадцати! Просыпайся! А то я всю в твоем холодильнике лапшу съем и не подавлюсь! Достаточно убедительно звучит?" Интересно, сколько раз Такемичи переписывал своё письмо? Или же у него с первого раза получилось? "Живи, не хворай, а если что — всех посылай. Это твой девиз, не так ли? Хе-хе-хе…" Внизу в правом углу было выведено имя и фамилия отправителя. И почему-то стало как-то легче, хоть и не до конца. Он держится за что-то и не может отпустить. Положив обратно открытку он взял другую: большую и довольно увесистую. Было интересно кто её отправил, ведь в конечном счёте мало кто из его друзей любит писать. Просто им не хватит словарного запаса. "Привет, мой дорогой друг и одновременно пациент" Первые строки тут же дали намёк на отправителя. Быстро посмотрев вниз он увидел: Аика Имаи. Её подпись была написана слишком обычно, выдавая серьёзность в написанном с лихвой. Стало даже как-то страшновато читать дальше, но любопытство сильнее какого-то там страха. "А я говорила, что нужно было держаться подальше от того паренька. Хотя это бы ничего не изменило" Во рту пересохло и глотать стало больно. "Видела я его и хочу сказать, что ты хорошо постарался, ведь немного пообщавшись я поняла, что этот Казутора отличается от того, кого ты мне описывал ранее. Он сейчас не безумен, но ничего нельзя сказать о его стабильности. Однако спешу заверить, что он не причинит тебе неприятностей" Как она узнала, кто стал рычагом во всём несчастии? "Мне твоя мать рассказала о пареньке, что пришёл к ней с извинениями за надругательство над её сыном" Как всегда, когда возникает вопрос, то появляется ответ. Она реально будто умела читать его мысли, а может это такой приём: вначале заставить задуматься, а после уже ответить на немой вопрос читателя. "Парень совсем бесстрашный, хоть и имеет множество подводных камней, что тянут его вниз. Но, скорее всего, твоя встреча с ним на многое повлияла. Можно ли назвать тебя героем или же жертвой обстоятельств?" Её слова одновременно хвалят и колят, давая ощутить весь спектр чувств. "Ты очень сильный. Вначале мне показалось, что ты не выдержишь и сломаешься, но, каково было моё удивление, когда ты каждый раз вставал, падал, но продолжал подниматься. Тебе было больно, но ты скрывал это, желая помочь не себе, а другим. Такой жертвенный, но сильный. Ты ведь понимаешь, что должен думать побольше о себе, так ведь?" Чифую поджал губы, стараясь сдержать поток слёз, что норовили вырваться. В носу защипало, а к горлу подкатил ком. "Ты молодец. Может в будущем встретятся какие-то ещё неприятности, но ты должен понимать, что это лишь время. Время проходит, как и неприятности, со счастьем также. Нельзя надеяться на постоянное счастье, ведь оно может смениться маленькими и еле заметными несчастьями. Главное не унывать, верить в себя и иметь рядом людей, что смогут тебе помочь. Но такой опыт ты запомнишь навсегда, ведь намного легче запомнить ужас, чем радость. Это защитная реакция организма, твоего мозга и тут ничего не поделать, кроме как принять своё прошлое. Надеюсь, ты понимаешь о чём я" Он понимал, даже намного лучше, чем хотелось бы. Она была права, ведь он тоже решил не цепляться за прошлое, а принять его, как единое целое, то что смогло изменить его, дать урок, который он никогда в жизни не забудет. "Знаешь, что ты мне напоминаешь? Ты похож на солнце, которое, одаривая людей своим теплом, уходит вскоре в закат, но люди помнят тебя, потому что ты яркий и жизнерадостный. Ты напоминаешь облако, мягкое, светлое, но готовое разразиться громом и грозой на землю, став чёрным, словно пятно на холсте. Добрый, умеренный, яркий, неповторимый, грозный, смелый и очень остроумный. Но главное что в тебе есть—это преданность. Такое качество редко в нашем обществе, но будь осторожен с этим, ведь с одной стороны это помогает тебе образовывать доверительные отношения, а с другой—кто-то может этим воспользоваться. Но я верю в то, что ты не глупый и поймёшь, когда тебя используют" Он не сдержался и заплакал, пытаясь тщетно сдержать слёзы, покусыванием губы. "Ты прекрасен, верь в это и не позволяй кому либо это у тебя отнять. Ты тот, кто пишет свою историю, ты хозяин своей жизни. Не думай, что в мире нет ничего невозможного. С любовью Аика Имаи." Открытка в руках задрожала и на неё упало несколько тяжелых капель воды. Неужели его кто-то так хорошо понимает? Настолько, что даже страшно становится за свою жизнь. Но это успокаивало, не давало сойти с ума и в какой раз убедило, что он сделал всё возможное, правильно, как позволяли ему силы. Его труды оценили, убедили в том, что он ещё есть тот кем является. —Всё же хорошо, так почему… "Почему я плачу?" Не мог успокоить себя, плача то ли от горя, то ли от радости. Всё хорошо, верно… Всё закончилось хорошо…. Все живы, здоровы, недавно его навестила его семья, друзья. Так почему он так волновался? Почему казалось, что жизнь закончилась или стала намного мрачнее? Может он просто до конца не проснулся? А может слишком впечатлительным оказался, видя кровь, пистолет. Сразу надумывая плохой исход. Прижимая открытку к своей груди он громко плакал, не боясь, что его кто-то услышит. —Как же хорошо… Он рыдал и его плачь напоминал вой, протяжный, однако наполненный счастьем. Скрип дошёл до его ушей, но омега не переставал плакать. Он сейчас не думал о том, что выглядит жалко со стороны, ему было плевать. Так хотелось выплеснуть все чувства накопленные за это время. Он постоянно пытался сдерживать свои слезы, не плакал до боли в глазах. И сейчас ему становилось как никогда легче. —Чифую. Баджи подбежал к нему и обнял, так сильно, как только мог, но чтобы не сломать, а лишь подбодрить. Блондин вцепился в его спину, пачкая слезами его майку и пряча своё лицо от посторонних глаз. Открытка, что заставила его прийти в себя, осознать кое-что важное, покоилась на коленях, не привлекая внимание Кейске, будто бы была лишь обычной бумагой в красивой обёртке.

**************

С того времени прошло много дней, месяцев…. Специалисты объяснили его резкий выброс феромонов как защитной реакцией. Обычно, эта защитная реакция, срабатывает как бегство от проблемы, а в случае Мацуно — защита и нападение. Нельзя не утверждать, что ещё большое влияние оказала беременность, но врач заметил, что после этого случая феромоны парня стали более стабильными, чем были раньше. Можно сказать, что теперь он является если не доминантной омегой, то почти похожей на неё. Альфы способны выделять феромоны в зависимости от их настроения, если омеги только во время течки или стресса. Однако есть доминантные омеги, способные конкурировать наравне с альфами—и их немного. Вначале Чифую жил как и раньше: ходил со всеми на схватки, но о собственном состоянии не забывал. Ханемию он больше не видел, хоть это его и радовало, но с другой стороны он чувствовал печаль. С Баджи они были счастливы, хоть иногда омега и показывал свою тёмную сущность, но альфа его терпел и успокаивал. В школе тоже всё было просто прекрасно. Одноклассники, на удивление, не стали над ним издеваться из-за того, что он омега, а некоторые девочки и вовсе нашли в нем единомышленника. Может другие не спешили над ним потешаться, так как он встречался с Баджи….но это ничего не меняло, всё было и без этих предположений отлично. Хоть отношения учителей не изменилось, но Котору-сан приложил все усилия, чтобы помочь Мацуно с уроками, подготовкой, иногда даже приходил к нему домой, однако что-то подсказывало Чифую, что не только ради него. Живот рос и это очень сильно расстраивало. Представьте увидеть в зеркале не красивого парня с подкаченным прессом, а колобка. Так и до депрессии недалеко….он даже прекратил посещать школу из-за этого, однако его мама и учитель приняли его решение и не смели противиться. Так он сидел на домашнем обучении, решая принесенные задачи или задания. Конечно, ходили всякие слухи о том, как он залетел. Например, что с Кейске не были аккуратны, вот получился ребёночек. Но это были всего лишь слухи, далёкие от правды. Кто поверит в такую драму, что случилась в жизни Чифую? Боже, да про его жизнь можно фильм снимать, хоть и сюжет однотипный. —Устал, хочу есть…. Положив светлую макушку на стол парень смотрел в одну точку, чувствуя как что-то внутри живота пинается. Неприятное ощущение… —Страшновато… Его мама, конечно, сказала, что будет помогать, но Мацуно не был уверен в себе. Это же будет его ребёнок…так страшно, что хочется провалиться сквозь землю. —Мяу~ Послышался Пек Джей, что начал тереться об его ноги и мурлыкать. Мацуно было хотел нагнуться, но как всегда ему помешал живот и ему пришлось снова принять своё старое положение, тяжело вздохнув. —Сколько проблем…а там ещё один год и поступление… Отметки у него были отличные, спасибо Котору-сану, которого все боятся и уважают. Пригрозив тем, что он оповестит Министерство Образования о подобных выходках все резко стушевались и начали его оценивать нормально. Но его экзамены будут проверять не его учителя, а другие лица. Поэтому он сейчас горбатится и старается изо всех сил. Не заинтересованно взглянув на часы он проговорил: —О, скоро придёт Кейске. И как по волшебству, в коридоре послышался стук двери, приветствие с его матерью, а потом вскоре в его комнату ворвался вышеупомянутый. Альфа тут же накинулся на него с объятиями, поглаживая выпирающий живот. Омега не мог не улыбнуться и лишь потерся своей щекой о его. Котик внизу начал беспокойно мяукать, будто бы прося обратить на него внимание. И это черноволосый сделал, беря его на руки и начиная гладить. Пек Джей пел песенку и аккуратно выпускал свои коготки, одновременно ластясь к щеке гостя. —Как в школе? Вопрос был безобидным с одной стороны, однако Чифую интересовало кое-что другое. —Нормально, ничего конкретного. Его ответ утешил и удовлетворил любопытство. Мацуно откинулся на спинку стула, смотря на Баджи, что в компании с его котом выглядел очень мило. Странно называть человека, высокого, с клыками и грозным выражением лица милым, но что есть, то есть. Всё хорошо, но блондина кое-что тревожило. Он до сих пор помнит о Казуторе и никак его не может выбросить из головы. Даже в первые дни в больнице он пытался с ним встретиться, но совсем скоро узнал, что тот выписался. Потом учёба, парень и остальные мелкие проблемы, поэтому на Ханемию времени не было. Но….он же его помнит… —Кейске. Привлекая к себе внимание омега старательно пытался сделать расслабленный вид. Чтобы никак не попасться он решил отвести взгляд в сторону, спрашивая будто бы как-то не заинтересованно. —А…как там Казутора? Не видя альфу он не смог увидеть его печаль и как на мгновение улыбка дрогнула. Молчание было недолгим, что придавало этой теме не слишком много серьёзности. Им было сложно это обсуждать—они оба это понимали. —Он переехал, не знаю куда. Кажется он решил больше с нами не связываться. Было очень грустно, но из Чифую вышло лишь протяжное мычание, пока в глазах ничего не было. Будто бы реально этот разговор для него ничего не значил. Мацуно не знал: хвалить Ханемию или же презирать за бегство. Но одно он знал точно: Казутора, чувствуя к нему тёплые чувства решился на такой сложный поступок. Наверняка захотел начать всё с чистого листа в другом месте, где его не знают и не найдут. —Пусть в этот раз ему повезёт. Нужно радоваться, но он не испытывает радость. —Ага… Кейске стал задумчивым. Гладя мягкую шерстку Пек Джея он всё глубже погружался в воспоминания, которые засели глубоко в памяти. Они делали его счастливым, но и одновременно калечили. Как жаль, что те деньки нельзя никак вернуть. После этого бесед о Ханемии почти не было, лишь иногда они позволяли себе о нем напомнить. Их жизнь проходила умеренно и не содержала того кошмара, что был до этого. Вели обычную жизнь, учились, думали о том, куда поступить. Рождение ребёнка, который вначале пугал и омеге пришлось передать всю заботу о нем маме. До сих пор страшно вспоминать схватки и эту боль, однако после всего появилось облегчение. Да и Кацуми была счастлива, не понятно почему. То ли предложению встречаться от Котору-сана, то ли от радости вновь оказаться мамой, что нянчит ребёнка. Чифую был лишь рад передать воспитание о нем своей маме, ведь нужно учиться и снова учиться. Он целыми днями был за книжками, отвлекаясь либо на ребёнка, который просил поесть, либо на своего парня, что желал внимания. Кейске тоже игрался с ребёнком, которого решили они назвать Кайоши, из-за его тихого нрава. Тот почти не плакал, даже когда родился вёл себя уж очень тихо. Может из-за того, что альфа? Хотя, наверное, проблема была в другом. Мацуно надеялся, что вовсе не из-за того, что он когда-то чуть не оказался при смерти. Так он и смог поступить в престижный университет. Его балы были высокими, да и послужило поступлению множество рекомендаций от других людей. Он до сих пор помнит, как сидя возле компа не решался зайти на сайт университета, ломая руки и кусая внутреннюю сторону щеки. Рядом с ним был Баджи, что держал на руках годовалого ребёнка, который тянулся к его темным волосам, играясь с ними. Он был очень любопытным и милым ребёнком, что невольно успокаивал. —Чифую, давай. Кейске вовсе не беспокоился о своём поступлении, проще говоря ему было просто всё равно на это. Омега до сих пор не мог поверить, что альфа поступил на бюджет. Правильно говорят: дуракам везёт. —Я не уверен… Послышался яркий визг Кайоши, что начал тянуться своими маленькими ручками к нему, пока альфа придерживал его за шиворот, чтобы, не дай Бог, мальчик упал. —Ты хочешь просидеть до завтра? Отдавая ребёнка в руки своей матери проговорил альфа, видя как омега посадил того к себе на колени, играя с его ручками—точно как с куклой. —Не дави на меня… Было страшно до дрожи в зубах и холода в конечностях. —Тем более в отличии от некоторых я пахал! Падение будет ощущаться намного больнее… Угнетение витало около него и черноволосый не мог ничего с этим поделать, нервно растрепав свои волосы на макушке. Верно, Мацуно не спал, трудился до изнеможения, уча законы и разные исключения. Учился до крови из носа и обмороков, только после того, как альфа на него разозлился омега начал думать о своём здоровье, а не об одном только поступлении. —Если я не поступлю, то… Поджав губы омега посмотрел на заветную кнопку, которая может решить всё. Баджи видел метания. С одной стороны хочется наконец узнать свои баллы, а с другой так страшно. И поэтому он решил взять всё в свои руки. —Какая привлекательная кнопочка. Проговорил безразлично Кейске, клацая по ней, не обращая на крик блондина и на то как он вцепился в его руку никакого внимания. —Ой, кажется, там что-то есть. Продолжая быть максимально невозмутимым сказал альфа, слыша ор прямо на ухо: —Что ты делаешь?! Ты с ума сошёл!! —Такое чувство, что я добровольно уничтожил мир. Он посмотрел на Чифую. —Неужели катастрофа? Такая безразличность смутила парня и он не смог ничего сказать, но в следующую секунду нанёс удар ладонью по голове, говоря возмущённо: —Ты невозмутимый гад! Слов не было, чтобы описать всё недовольство этим человеком. Конечно, похуизм иногда спасает, но не всегда же надо быть таким безразличным! —О, кажется, поступил. Как только Баджи это сказал блондин упёрся взглядом в экран, ощущая как сердце замерло. Постепенно на лице появлялось что-то похожее на удивление, после перешло на счастье и неверие. —Это правда!!? Я поступил?! —Шиш, я чё обманывать буду? Омега не обращал внимание на его недовольное лицо, хотя обнять, говоря попутно:"Ну не дуйся" —но тут же до ушей дошёл радостный визг ребёнка, что, хлопая в ладоши, счастливо улыбался. Это настолько было мило, что оба как какие-то глупцы усмехнулись в ответ, ощущая себя самыми счастливыми людьми на земле, ведь смогли поступить туда куда хотели и в какой раз осознать, что их решение оставить Кайоши было правильным. ************** Прошло много лет. С друзьями они продолжали поддерживать отношения, даже навещали во время праздников и просто в момент горя. Многие нашли свою вторую половинку и сыграли свадьбу, а некоторые, как Чифую и Кейске, решили никуда не спешить, не отягощая себя грузом брака. Учёба в университете была довольно трудной, ведь Мацуно был единственной омегой в группе. Многие на него косились, не хотели разговаривать, игнорируя всеми возможными способами. Некоторые, не очень умные, поджидали около входа в универ, однако им не очень повезло, ведь встречать его решил Баджи. Наверное, увидев этого грозного паренька многие решили держаться на безопасном расстоянии—это радовало. Однако со временем он начинал дружить с некоторыми одногруппниками. У Кейске дела шли куда лучше. Можно сказать, что сам альфа являлся друидом, шаманом, а может даже святым духом, раз животные ему доверяют, даже когда тот держит иглу с лекарством. Именно из-за того, что он аккуратнее, прилежен по отношению к братьям меньшим и не имеющий на своём счету ещё никакого ранения—Баджи является очень способным студентом. Когда Мацуно об этом услышал, то не поверил, но увидя его отметки в зачётке, а также просто, когда доводилось время приходить к нему в универ, хвальбу от учителей—невольно начинал задумываться:а точно ли он знает о Кейске всё. Так пролетели дни учёбы, в которых было достаточно места для Кайоши и их отношениям. Они гуляли, ходили по магазинам, дурачились как дети, но было весело. Да и у ребёнка останутся приятные воспоминания. Был один очень весёлый случай. Когда-то Чифую решил прогуляться с Кайоши до места практики Кейске. Тогда случился такой фурор среди его однокурсников, ведь кто ожидает, что к молодому парню подбежит ребёнок крича со всего голоса:"Папа!". Было много вопросов, а главное, как сам Баджи был удивлён подобным оборотом. Наверное, впервые задумался о том, что придётся объясняться перед одногруппниками, хотя с чего он это должен делать? Если до этого ему было всё равно, то сейчас и подавно. В конечном итоге Чифую стал судьёй, а Баджи обзавёлся собственным зоомагазином, который содержит ещё небольшую ветеринарную клинику. Сколько же они денег в неё вложили…это было вторым серьёзным решением в жизни омеги, после отказа от аборта. Сейчас же он сидит над кучей разных дел, подмечая важную информацию и ставя свой приговор. Ему эта работа нравилась, да и помощники попались, что надо—не приходится объяснять по сто раз, да и они сами оказались смекалистыми. Однако сидя за столом Мацуно не мог не думать о Кайоши, который уже в третьем классе. Нужно успеть всё закончить, чтобы вовремя оказаться дома. Успокаивала лишь мысль, что Кейске заберёт мальчика из школы, а так бы пришлось срываться с работы пораньше. Его кабинет был не совсем личным, а соединён с комнатой работы его помощников. Через стеклянную гладь можно было наблюдать за работниками, да и они могли посматривать на него, убедиться что он не отлынивает.С одной стороны хорошо, но с другой—никакой приватности, а тем более спокойствия. Чуть что—слухи мигом распространяются. Но здесь было комфортно:цветы обогащали его жизнь радостью и светом, а строгость в дизайне напоминала о том, где он находится. Сидя за столом в смокинге, не имея при себе никаких дорогих штучек он создавал впечатление серьёзного и пунктуального человека. Он выглядел расслабленным, иногда задумчивым, а его тёмные волосы подчёркивали голубые пронзительные глаза,что смотрели точно в душу, желая раскрыть все секреты напротив стоящего. Красивый, строгий, но добрый, с некоторой смекалкой и веселостью. Просматривая дело Чифую нахмурился, не спеша поворачивать страницу: —Странно… В деле говорилось о женщине, что, по предположению, умерла совершив суицид, однако её брат-омега утверждает, что её заставили это сделать и просит пересмотреть решение с помощью суда. Он обвиняет её мужа и говорит о том, что он её избивал, однако во время экспертизы никаких увечий не удалось обнаружить. —Фух… Откинувшись на кожаное и мягкое кресло Чифую прикрыл глаза ладонью, пытаясь всё собрать воедино. —Известно, что у умершей женщины и у мужчины—подозреваемого—есть ребёнок. ДНК показало, что это родной ребёнок… Голова раскалывалась. —Мужчина настаивал на проведении ДНК… Столько дел за сегодня перечитал, столько сил в них вложил, из-за чего совсем не мог сосредоточиться. Все мысли крутились, плыли куда-то, но не могли остановиться на месте. —Если этот альфа реально её избивал, то суицид оправдан, однако следов насилия не было обнаружено, хоть её брат утверждает о том, что тот избивал… Некоторое время помолчав и подумав Мацуно решил отложить это дело и разобраться с ним завтра. —Лучше попозже всё осмыслить и прочитать… Поправив свой костюм и встав с кресла омега огляделся, в какой раз замечая как его работники усердно что-то клацают по клавиатуре. Однако Мацуно усмехнулся: —Ацуши, вылези с сайта знакомств. Альфа засуетился, начиная быстро и слишком палевно пытаться выйти из сайта и переключиться на свою работу. Над ним слегка посмеялись другие и он сам не выдержал и неловко усмехнулся, ведь всё равно оказался обнаруженным. Однако как только на краю стола оказалась куча папок стало не до смеха. Тот аж побледнел, если омега, как дьявол, продолжал улыбаться. —В качестве наказания, чтобы разобрал это до завтра. —М-Мацуно-сан…я…это… Чифую задумчиво замычал. —Неужели этого мало? Подкинув ещё одну папку омега сверкнул на него сверху вниз. —Сделай это до завтра, хорошо? Некоторое время промолчав и оглядев кучу всяких дел ему оставалось лишь послушно кивнуть, если не хотел ещё больше работы. —Будет сделано, Мацуно-сан. Другие же работники на них поглядывали и чуть сдерживались, чтобы не рассмеяться во весь голос. У некоторых аж глаза заслезились, а другие, чтобы не дай Бог их босс увидел, спрятались временно под столами—а-ля мне нужно поднять ручку. —Прекрасно! Похлопав Ацуши по плечу омега продолжил: —Всем бы такое рвение работать! Это было ободряющее похлопывание, но альфа искал в нём скрытый смысл, да и сам омега вскоре раскрылся: —Почаще бы кто-нибудь отлынивал, тогда, смотри, я бы уходил пораньше. Его голос, мимика завораживали. А слова с одной стороны напугали, но с другой—развеселили. Он будто бы прямо говорил, что является обычным человеком, который любит тоже отдохнуть. —Ну, работайте, а я пошёл~ Махнул рукой блондин и в ответ ему послышались пожелания: —Хорошей дороги, Мацуно-сан. —Будьте осторожны. Они смотрели ему в след и это Чифую знал, поэтому не оборачивался. Закрыв дверь он постоял на месте некоторое время слыша вскоре яркий и громкий смех. Они начинали по-доброму подшучивать над своим коллегой, что в ответ тоже бросал им шутки. Мацуно тяжело выдохнул, но его улыбка не исчезла с лица. Он лишь пошёл по безлюдному, налитому красным оттенком, коридору, слыша лишь умеренный стук шагов о пол, что разносился эхом. ************* Они жили в уютной, просторной и дорогой квартире. Здесь был и вид хорошим, да и не встретишь ночью гуляющих гопников. Заходя в неё ты будто бы оказывался в Вип-апартаментах с яркими лампами и сдержанным, однако со вкусом, интерьером. Ничего не мозолило глаза, а создавалось такое впечатление, как будто каждый предмет был важной частью квартиры. Дома его ждал любимый альфа, что поприветствовав его, обнял и коротко поцеловал в губы. Это действие казалось очень милым и приятным, как и запах на кухне. —Ты что-то готовишь? Кейске усмехнулся, поправляя: —Мы готовим. —Да ну. С неверием и некоторой опаской прошептал омега, посматривая с осторожностью на кухню. —А Кайоши оставил совсем одного? Чего-то подозрительно тихо… —Блять.. Баджи тут же метнулся на кухню, оставляя его совсем одного. Почувствовался холод, если совсем недавно именно Баджи его грел своим теплом. Послышался разговор и Мацуно не спеша последовал к ним. Он наблюдал за сценой со стороны, скрестив руки на груди и опершись о дверной косяк. Выглядел омега грозно, но взгляд был тёплым. —Я случайно….прости… Прошептал Кайоши, смотря на пол, где было разбросано недавно приготовленное печенье,которое осторожно нюхал Пек Джей, иногда поддевая своей чёрной лапкой. Ребёнок не плакал, но явно был собой недоволен. Смотря на него со стороны он был похож на Казутору, только цвет глаз голубой и более мягкие черты лица. Однако родинка и всё остальное точно досталось от Ханемии. Чёрные, слегка взъерошенные волосы, нахмуренные недавней проблемой брови и надутый губы—он выглядел слишком мило, из-за чего на него просто нельзя было злиться. —Зато Пек Джею понравились….хоть кто-то оценит печения. Проговорив Кейске, начал гладить кота, лизавшего их десерт. С одной стороны было как-то обидно и грустно, ведь самим хотел попробовать, а с другой—может это к лучшему, вдруг животы заболят от печенья на ночь. —Котам нельзя печенья! Решил вмешаться Мацуно, хватая питомца на руки под недовольное мяуканье. Кайоши увидев Чифую тут же радостно залепетал, крича громко:"Мама!"—он накинулся с объятиями, докладывая о том, как прошёл его сегодняшний день. —Я сегодня пробежал тридцать метров быстрее всех! А ещё меня похвалила учительница! Мальчик радостно, без утайки рассказывал, а омега его внимательно слушал, продолжая держать кота на руках, пока Баджи убирал угощение с пола. —Ещё мы с папой встретили дядю Манджиро и Такемичи! Они мне купили энциклопедию! —Дядя Манджиро, пф… Недовольно пробурчал Кейске, вставая со своего места и трепля младшего по волосам. —С каких пор встреча с этим хитрецом веселее похода в зоомагазин? Мальчик на время задумался, а потом радостно без утайки ответил: —Мне нравиться, когда вы начинаете друг с другом спорить. Это весело! —Наглый птенец. Выдал Баджи, слыша смех своего сына, что тут же пошёл его обнимать, будто бы пытаясь задобрить. —Госпади… Выдохнул Мацуно, отпуская кота и мысленно надеясь, что Кейске с Майки не сказали ничего лишнего при споре, например, маты или какие-нибудь другие обсуждения их молодой жизни. —Уже довольно поздно, пора спать. Нежно проговорил омега, беря мальчика на руки. —Я не маленький уже! Могу дольше бодрствовать! Его взрослые изречения часто удивляли, как и словарный запас. Он выглядел расстроенным тем, что ему уже пора в кровать, но глаза слипались, поэтому он не спешил давать сильное сопротивление. —Я хотел побыть с тобой подольше… Поджав губы прошептал Кайоши, пряча своё лицо на плече взрослого, пока тот нёс его в комнату, попутно слушая. —Будут выходные—тогда и погуляем все вместе. Сын кивнул, довольный обещанием Мацуно. Он знал, что если мама ему пообещала, то обязательно выполнит, а если нет, то обязательно компенсирует. —Тебе ещё рано вставать. Что будем делать, если ты утром упадёшь с кровати и не встанешь, будучи слишком уставшим? Кайоши хихикнул, представляя это, но лица не показывал. Кладя аккуратно на кровать Чифую накрыл его одеялом, на последок поглаживая его лоб и желая сладких снов. Ребёнок тоже пожелал ему подобного, не закрывая глаза, пока взрослый не покинул комнату. Омега знал, что тот быстро заснёт. Хоть он и был тихим в детстве, но сейчас очень активный и любопытный—энергия тратится, не поспевая пополняться. Оставив дверь немного приоткрытой Чифую напоследок через дверной проем посмотрел на Кайоши нежно улыбаясь, прежде чем вернуться на кухню, где его ждал Кейске. Альфа тут же его притянул к себе, вовлекая в чувственный поцелуй, пока сам омега обвил его шею руками, наслаждаясь данным порывом нежности. Баджи проникал в его рот, сливаясь с языком, поглаживая спину и спускаясь вниз. Его касания отдавались возбуждением, как и тяжёлое дыхание. Отпрянув от таких манящих губ и смотря томно в глаза напротив Баджи прошептал: —Мы уже две недели никак не можем уединиться. В этом предложении он просил уделить и ему внимание. Если так подумать, то и сам Мацуно изголодался по подобным ощущениям близости, когда тело извивается и растекается по кровати только от поцелуев и касаний его истинного. —Хоть мне и рано завтра вставать… Проговорив это омега, провел своей ладонью по щеке своего парня, видя как тот прикрыл глаза, наслаждаясь данным касанием. —...но не откажусь от этого предложения. Альфа всё понял и они вновь слились в страстном поцелуе. Подняв омегу за бедра Кейске направился в комнату, продолжая неотрывно целовать желанные губы. Возбуждение проходилось от сердца до кончиков пальцев, собираясь где-то внизу живота. Как только они прибыли в комнату, то отпрянули друг от друга, начиная с себя снимать мешающую ткань. Закрыв за собой дверь актив тут же примкнул к шее, начиная покусывать её и оставлять засосы, пока сверху доносились томные стоны. Руки Чифую путались в чужих волосах, но это только больше заводило, как и ещё имеющаяся одежда, которую хочется разорвать, чтобы узреть оголённое тело. —Баджи… Простонал парень, отстраняясь и встречаясь с карими, наполненными желанием глазами. —Давай на кровать. Кейске не стал долго ждать:уверенными движениями наваливаясь на Чифую он тем самым подталкивал к мягкой глади, продолжая цепляться за губы любимого человека. Как только Мацуно подошёл ближе к кровати, то не удержался и упал на неё спиной, отрываясь от поцелуя и на короткое время приходя в себя. Кейске со скрипом последовал за ним, ставя обе руки по бокам от светлой макушки,вновь сливаясь в страстном поцелуе. По комнате распространялись чмоканья, стоны и тихий шорох одежды. Длинные пальцы водили по телу, горячие губы оставляли почти невидимую влажную дорожку. Баджи был слишком близко, настолько, будто бы хотел слиться с ним, ощутив тем самым единение с его истинной душой. Мацуно не отталкивал, позволяя взять весь контроль на себя, быть нетерпеливым и даже грубым, ведь это его Кейске, человек с которым он проведёт оставшуюся жизнь. Баджи провел языком по твёрдому соску, вызывая сверху стон. Это только больше возбуждало изголодавшегося альфу, что следом начал посасывать и еле покусывать чувствительную грудь. —Ах, Кейске! Чифую вцепился в его волосы, стараясь оттолкнуть, заставить отпрянуть, но то ли сил не было, то ли желание было выше всего. Мацуно изгибался, шёл навстречу, желая получить большего. Он чувствовал возбуждение Баджи, слышал его прерывистое дыхание иногда сменяющееся на рык. Хотелось большего и они были уже близко к началу основного процесса, но неожиданный стук в дверь, а после тоненький детский голосок заставил вздрогнуть двух взрослых от неожиданности. Они оба замерли. —Мама, папа…можно я с вами посплю? Ребёнок не заходил, терпеливо ждал решения своих родителей. Если голубые глаза были направлены на дверь, то Кейске продолжил его целовать мысленно понимая, что сегодня они не смогут заняться друг другом. Это расстраивало, ведь хотелось близости. —Подожди немного! Крикнул нервно Чифую, вырываясь из объятий Баджи и начиная судорожно подбирать расскиданную по полу одежду, пока сам альфа, перевернувшись на спину и упершись локтями о мягкую постель, наблюдал за своим суженым. Стояк никуда не ушёл, что немного нервировало. —Блять. Раздосадованно ругнувшись и устроив на макушке полный беспорядок он поднялся с кровати и живо последовал в ванную. Благо она было совмещена с их комнатой и не пришлось выходить из спальни попутно сталкиваясь с сыном. Чифую лишь тяжело вздохнул быстро складывая одежду и натягивая на себя пижаму. Как только с этим справился, то натянул на лицо улыбку, пытаясь скрыть недавнее разочарование и страсть. Открыв дверь он увидел перед собой милую до безумия картину. Кайоши своими лазурными большими глазками смотрел на него снизу вверх, держа на руках большого кота, что свисал лапками, но не спешил возмущаться. Между ними воцарилось недолгое молчание. Мальчик стыдливо опустил голову, тихо, но чётко шепча: —Прости… Ему было как-то неловко прерывать сон своих родителей, но так хотелось побыть вместе, что он не удержался и пришёл сюда. Он понимал, что на него никто не будет ругаться, но это не меняло того факта, что он помешал родителям окунуться в "объятья Морфея". —Ничего страшного… Удивлённо проговорил Мацуно, не понимая за что извинялся Кайоши. —Проходи. Отступив в сторону он пропустил ребёнка, быстро нырнувшего в комнату. Мальчик без закрепощения плюхнулся на кровать, одновременно отпуская кота, что поскорее решил сбежать от энергичного ребёнка. Кайоши спрятался в одеяле с ожиданием смотря на Чифую, что на это по-доброму усмехнулся, ставя руки в боки. Но вскоре прошёл тоже к кровати расслабленной походкой, замечая как ребёнок уступает ему место слегка отодвинушись назад. Послышался скрип двери и обе пары глаз обратили внимание на Баджи, что выглядел уставшим, но скорее всего в его глазах было разочарование, которое он пытался скрыть за этой маской. —Что? Монстры напугали? В шутливой форме спросил альфа, ложась в кровать около ребёнка, что лишь покачал головой гордо и уверенно твердя: —Нет. Я их не боюсь! В его глазах не было ни капли страха, однако какой-то неутешительный вздох Кейске заставил мальчика засомневаться: —А зря… В голубых глазах проскользнуло недоумение, пока Мацуно смотрел на Кейске с предупреждением и укором. —После таких слов детей и забирают. Глаза ребёнка начинали постепенно наполняться слезами,а нижняя губа дрожать, как бы он не пытался сдержать свои эмоции. Кайоши всхлипнул и повернулся к Чифую, утыкаясь лицом в его грудь, пока сам омега его утешительно поглаживал, прожигая любимого глазами. —Я не хочу к монстрам… —Не волнуйся, сейчас одного такого я отправлю за дверь. Это было предупреждение омеги и альфа к нему прислушался пожимая как в ни чем не бывало плечами. —Ты слишком маленький—тобой не наешься. А вот твою маму… Альфа игриво заиграл бровями. —Один не сытый монстр с радостью бы отведал. В него тут же прилетела подушка от раскрасневшегося Мацуно. —Спи, а то! —Да-да, усну навеки, не меняешься, дорогой. Положив обратно подушку и как следует её расправив проговорил он, вскоре поворачиваясь на бок и закрывая глаза. Он был настолько спокоен, что омега невольно задумался:был ли этот разговор на самом деле, как и момент близости. —Папа, но ты больше мамы… —Ещё слово и я обижусь. Альфа так через сон намекнул, что не допустит никакого жертвования. С чего это ребёнок так запросто его меняет на мать. Кайоши посмеялся и лёг на бок, смотря на лицо Кейске, всем видом показывающим, что спит. На его тёмные ресницы падал свет от лампы, а чёрные, словно воронье крыло, волосы расползлись по подушке и его плечами. Красивой и очень сказочной была картина, но на это Мацуно закатил глаза, валясь на кровать и смотря на потолок. Некоторое время было тихо и внимание голубых глаз привлекла ещё работающая лампа, к которой он с трудом потянулся выключая и погружая тем самым комнату в мрак. —Спокойной ночи. Смачно зевая прошептал Кайоши, кладя ладони под щеку и начиная погружаться ещё глубже в сон. —Сладких снов. С нежной улыбкой проговорил омега обнимая мальчика со спины, утыкаясь в его макушку и тоже погружаясь всё глубже и глубже в себя, теряя нить с реальностью. ************* Стоя на кухне и делая завтрак Мацуно попутно напевал мелодию, иногда постукивая ногой или дергая бедром в сторону в такт музыки. Рядом с ним остановился сонный Кейске. Коснувшись чужого плеча и чмокнув в висок он проговорил с хрипотцой: —Доброе утро. —Доброе~ Пропел омега, ощущая прилив сил вместе с этим обычным приветствие в новый день. Утро прекрасное, настроение на высоте из-за чего нельзя подумать, что что-то его испортит. —Знаешь, Кей. До ушей дошло протяжное: "Ммммм" —невольно омега представил как альфа клюёт носом прямо за столом. Баджи не любил вставать рано и он больше был совой, чем жаворонком, как Мацуно. Коснувшись пряди своих тёмных волос парень задумчиво произнёс: —Может мне обратно перекраситься в блонд? Чёрные волосы подчёркивали его глаза, давали некоторую серьёзность, если с блондинистыми волосами он смотрелся однотипно и мило. —Ты так и так красивый и милый. Этот ответ не до конца удовлетворил омегу и он с ожиданием посмотрел на своего парня, скрещивая руки на груди и наклоняя голову на бок. —Что? В недоумении спросил Кейске, приподнимая тёмную бровь. —Пытаешься представить меня блондином? Бесполезно. На это Мацуно хихикнул реально воспроизведя такого Баджи. Он всегда ходил с чёрными волосами, из-за чего трудно вообще представить что-то другое—это смотрелось забавно и далеко от реальности. —Кейске. С некоторым нажимом проговорил Чифую, продолжая ждать ответ, но на это Кейске поднялся и чмокнул его прямо в губы. —Я тебя тоже люблю. Свернув в сторону альфа не спеша вышел из кухни, явно довольный своим поступком, а вот Мацуно на это лишь тяжело вздохнул, но вскоре усмехнулся, ощущая прилив сил и уверенности. —Разбуди Кайоши, романтик! В ответ ничего не послышалось, но можно было не сомневаться в том, что альфа пойдет будить сына. Обычно это происходило очень весело, ведь Кейске то устраивал какие-то импровизированные игры, то просто в шуточной форме заворачивал мальчика в одеяло и как мешок нёс прямо на кухню, где Кайоши наподобие гусеницы уплетал за две щеки еду. Эти воспоминания отдавались теплотой в сердце. —Так, а рюкзак собран? Как настоящему родителю ему нужно было проконтролировать своего ребёнка и убедиться в его прилежности и ответственности. Поэтому вскоре его ноги привели в комнату Кайоши, которая была обычной и неприметной. Был компьютер, постеры, не сложенная одежда на стуле и много другое. Как любой другой ребёнок мальчик не любил убираться, но стоило Чифую поднять этот вопрос, как всё везде сверкало до блеска. —И где он… Пройдясь глазами по комнате омега будто бы сканировал её, изучал и пытался найти отличия. Вскоре на глаза бросилась нужная вещь, что была прямо на стуле. Портфель был новеньким, но уже казалось,что его носят два года, если не больше. —Ну я тоже не любил учёбу… "Но это поощрять нельзя, поэтому в следующий раз нужно будет с ним поговорить по поводу вещей" Роясь в сумке Чифую не замечал ничего нового:книжки, тетрадки, пенал и всё остальное по мелочи. Вроде бы не так много уроков, но портфель уже забит на отказ. Неожиданно лазурные глаза привлекла совсем незнакомая вещица. Это был планшет, скорее всего, для рисования. Он был совсем новеньким, будто бы его купили недавно. —Так…неужели Кейске купил? Почему-то не возникло другой мысли кроме этой, поэтому хватая портфель омега направился на кухню где повстречал пьющего кофе Баджи и сидящего ребёнка, готового в любой миг заснуть над своей миской еды. —Кейске, ты купил планшет? Альфа обратя на него внимание приподнял бровь в недоумении, вскоре переводя вопросительный взгляд на мальчика, что резко проснулся от слов мамы хлопая глазами. —Нет…ничего не покупал. В голове альфы возникли неприятные мысли по поводу воровства или чего-то ещё похуже. —И откуда это у тебя? Обращаясь к мальчику спросил Чифую, кладя найденную вещь на стол перед сыном, что уставился на планшет и в первое время не мог вымолвить и слова. —Мне…мне друг подарил… Кайоши задумался, будто бы пытаясь что-то для себя решить или принять. Его ответ звучал не очень уверенно, из-за чего Мацуно сразу ему не поверил. —Откуда у тебя такие богатые друзья? Ребёнок опустил голову, смотря как-то неуверенно то на одного родителя, то на другого. Омеге стало как-то не по себе от этого и поэтому вскоре, уставше вздохнув, он проговорил нежно: —Откуда он у тебя? Просто скажи—ничего не будет. Но мальчик посмотрев на него печально вскоре вновь опустил свой взгляд, будто бы чего-то стыдясь. —Кайоши… Терпение омеги было на пределе, он был в любой момент взорваться от беспокойства и незнания, что их будет ждать в будущем. Поэтому Кейске заметив реакцию своего партнёра решил немедленно вклиниться в разговор. —Неужели украл? Кайоши ошарашено посмотрел на него, готовый в любой момент возмутиться. —Значит нет—это радует. Кивнул своим мыслям альфа, делая новый глоток кофе. —Но откуда вещица? Скажешь? Ребёнок покачал головой, явно не настроенный объясняться перед ними. Баджи был слишком спокоен, даже можно сказать нейтрален к этой ситуации в отличии от Мацуно, на лице которого плясали разные эмоции. —Кайоши, кто дал тебе это? Мальчик будто наполнился уверенностью, смотря прямо в такие же лазурный глаза со смелостью: —Это секрет. Этот ответ удивил обоих, а альфа и вовсе чуть не поперхнулся кофе. —Секрет?! Оба воскликнули явно не успокаиваясь, а только больше напрягаясь. Мальчик вновь свернулся в клубочек, с некоторой опаской глядя то на одного, то на другого. —Это уже напрягает. Выпалил Кейске и подойдя к ребёнку положил тяжёлую руку прямо на его плечо,внимательно всматриваясь в лицо. —Сынок, тебе нужно с нами делиться, понимаешь? Карие глаза посмотрели на Чифую, что скрестив руки молчал, боясь, что если начнёт говорить, то может ляпнуть что-то неприятное. —Твоя мама волнуется, да и я переживаю. Голос в следующий миг стал более глубоким: —Кто тебе дал планшет? С каждой минутой казалось, что мальчик заплачет, его глаза становились мокрыми, а нос и щеки красными. Неожиданно для обоих он резко встал, вырываясь из чужой хватки. —Не скажу! Это секрет! —Кайоши! Уже возмутился блондин. —Он хороший! Я ему обещал! Это было последним что сказал мальчик перед тем как быстро покинуть кухню. Омега было хотел последовать за ним, чтобы продолжить допрос, но Баджи, успевший прижать его к себе и обнять, не дал этому свершиться. —Чифую, всё хорошо. Омега упёрся руками в его грудь, смотря в глаза напротив с возмущение. Не понимая его слов. —В смысле хорошо?! Кто-то подходит и дарит нашему сыну дорогие вещи! И это точно не какой-то ребёнок! Резко накатили кошмарные воспоминания прошлого и только одна мысль о том, что это может повториться снова вызвала ужас и панику. —Чифую. Взяв лицо парня в свои ладони он внимательно заглянул в голубые глаза, которые дрожали и были готовы выпустить слёзы. —Мы всё выясним. Узнаем кто этот человек, ничего страшного не случиться. Он видел неуверенность в сказанном на лице Мацуно, поэтому поспешил добавить: —Ты же сам знаешь, что обычно после подарка детей сразу похищают. Вдруг это не плохой человек, сам подумай. Это успокоило и омега наконец смог выдохнуть, беря бережно альфу ладонями за предплечья, легонько кивая, соглашаясь полностью с ним. Всё что касается собственной семьи, детей вызывает страх за них, из-за чего не сразу можно посмотреть на ситуацию с другой стороны. Сразу приходит в голову мысли об опасности от которой нужно защитить младшего члена семьи. —Ты прав, я что-то погорячился… —Ты просто волнуешься и это нормально. Проговорил альфа и нежно поцеловал омегу в лоб. Его нежность по отношению к нему была волшебной, он ни с кем таким не был, даже со своей матерью. Встречаясь с друзьями он становился более колким, грубым, но по-доброму шутил или же вступал в спор. А когда же Мацуно казалось, что его нежность со временем пройдёт… —Я с ним поговорю и отвезу в школу. Тебе же нужно на работу. Чифую на это кивнул, отпуская свою пару и провожая его взглядом, пока тот и вовсе не исчез из зоны видимости. Оставшись наедине с собой он сжал неосознанно рубашку в районе груди, смотря куда-то в потолок. Он больше не хочет испытать все те эмоции, которые были во время его подростковости. Тот страх рассказать близким об изнасиловании, боязнь оказаться отвергнутым… Это было ужасно, а сейчас ещё страшнее потерять это крохотное создание, что смеётся, веселится и не знает пока что горя. Хотелось бы уберечь его от жестокости окружающего мира, но когда-то, обязательно, произойдёт то, что отпечатается в душе чёрным пятном. **************** —Господи, так и рассказы мне можно уже писать. Ничего совсем не приходило в голову по поводу дела с самоубийством девушки. Её брат ему звонил, даже встречу они провели, где он рассказал о её жизни в браке, где царило неуважение, измены, а ещё страшнее—насилие. Сейчас же ребёнок проживает не с отцом, а именно с дядей, братом умершей. "Сейчас он пытается доказать, что ребёнок не его! Представляете?! Моя сестра бы никогда не изменила бы! Никогда!" Его слова до сих пор были в памяти. Его молящий взгляд, лицо наполненное страданием и желанием мести—никак не могли уйти и позабыться. Для него это было обычное дело, но как только прицепился этот названный родственник, то уже нельзя было как-то отвертеться, да и всё казалось странным. Деньги были, довольно богатая семья с ребёнком—неожиданно суицид… Уверенность в своих словах брата умершей, да и ещё желание отца избавиться от своего ребёнка…как ни крути—всё это крайне подозрительно. —Эйя! Крикнул омега и послышалось громкое:"Да, Мацуно-сан?". Девушка в строгом смокинге показалась из своего компьютера, слегка откатившись от стола на кожаном сидении. —Сходи, пожалуйста, спроси у детективов, что расследовали это дело были ли ещё какие-то странности, может быть улики. Та сразу поняла о каком деле имел в виду босс и сразу же последовала из рабочего кабинета, попутно прокручивая все вопросы которые задаст. —Я постараюсь побыстрее. Чифую на это кивнул, откидываясь со стуком двери на кресло, начиная чувствовать усталость. Сегодня было несколько судебных разбирательства, которые успешно закончились. Однако это всё равно не радовало,было чувство незавершенности. "Даже предстоящие выходные никак не радуют" Помассировав пальцами виски он посмотрел на настенные часы, которые всё тикали и медленно приближались к окончанию рабочего дня. Сегодняшний день был слишком долгим, а беспокойство за Кайоши бесконечным после вчерашнего. "Кто этот человек, что дарит такие подарки? А главное зачем?" В голове была пустота, ни одной мысли. Такое чувство, что он растерял всю свою чувствительность к подобным вопросам. Обычно он быстро находил ответ, но сейчас—это казалось слишком тяжёлым. —Мацуно-сан… Подойдя к столу своего босса подчиненный, а именно Ацуши положил все дела, которые ему поручили вчера. —Я сделал… Чифую на него коротко посмотрел, пытаясь сдержать улыбку. Он не любит издеваться над людьми, но сейчас его подопечных слишком смешно выглядит с растрепанной причёской, словно после урагана, и синяками под глазами. —Молодец! Сегодня можешь уйти пораньше. Омега уже не смотрел на его лицо, полностью сосредоточив внимание на компьютере, но зная, что тот сейчас светится от счастья, пока остальные с некоторой завистью провожали его взглядом. —Так…ещё много дел. Ему нужно было провести встречу с прокурором, поговорить с адвокатами и надеяться на то, что не будет никаких сюрпризов. Он бегал, сидел, ходил, опять бегал, что-то искал, а после возвращался обратно к себе. Под конец дня был выжат как лимон от перегрузки мозга, поэтому поскорее хотелось выйти на улицу и поехать домой. Там точно его встретят Кейске и Кайоши, которые заставят его улыбнуться и позабыть об усталости. —Я ничего не смогла узнать нового. Однако слова подопечной больше вогнали парня в уныние. А на что он вообще рассчитывал? Полиция должна была предоставлять всю информацию суду, но если её больше нет, то что можно ещё добавить? Они тем более уже решили, что это обычный суицид и поэтому не нужно судебного разбирательства, однако брат умершей настаивает на его проведении. Поэтому он до сих пор корячится над этим делом. —Ничего страшного, можешь идти. Махнул рукой омега и девушка в вежливом поклоне удалилась. —Ну и что мне с этим делать? Вдруг у меня просто паранойя и это действительно было обычное самоубийство? Голова раскалывалась прямо как вчера стоило пытаться найти какую-то важную деталь в этом расследовании. А он ведь не детектив, не в его это компетенции. "Побоев не было… некоторое время её не было дома вместе с сыном и она не связалась с родственниками и с мужем… Её брат лишь знает о том, что она прежде чем с ним перестать общаться говорила о каком-то безопасном месте, где её не найдут" Брови нахмурились. "Чего она боялась? Мужа или последствий своего побега?Ребёнок совсем маленький и не сможет сказать где она была" Неожиданно в голове стала прокручиваться другая информация. "Умершая из богатой семьи, на неё переписано больше всего наследства. Родители их умерли, вследствие чего всё переходит их прямым потомкам. Когда же они начали встречаться? До смерти родителей или же после? Была ли это любовь или же…" Глаза Чифую загорелись: —Или это был заговор! Он так громко воскликнул, из-за чего многие на него посмотрели с непониманием. Прокашлявшись парень замолчал, уже начиная радостно улыбаться. —Поэтому он хочет всеми способами отказаться от ребёнка, ведь наследие по контракту переходит только прямым потомкам, то есть чтобы ребёнок был от отца и матери, подписавших. Но если не будет наследника, то все деньги будут его. "Любовь любовью, но если за спиной твоего супруга много денег, то невольно начинаешь наполняться жадностью и желанием всё это забрать себе" —Мне нужно лишь доказать, что умершую действительно избивали при жизни, а её самоубийство могло быть вызвано давлением со стороны. Семья…за мужем стоит семья, когда за женой никого кроме брата…. Она попала в ловушку и не знала из неё выхода. —А давить на неё могли лишь одним… Губы поджались, а в глазах появилась ярость. —...ребенком…. Кулаки сжались до хруста. Если мысли его идут в правильном направлении, то это было очень жестоко. Её влюбчивую, совершенно наивную обманули, бросили и предоставили перед выбором:либо она, либо её ребёнок. —Может я просто надумываю? "Хотя…у богатых свои странности…" —Но я правда надеюсь, что это просто самоубийство… Если он вмешается в жизнь богатых, то это может отразиться и на нем. Но вместо того, чтобы загрустить Чифую улыбнулся, смотря с вызовом куда-то в потолок. —Но разве я не для этого сюда так желал попасть? Раскрывать дела, сажать преступников и спасать совершенно невиновных—это его работа, он не может здесь бояться власти. Его лазурный глаза наполнились энтузиазм,а тело небывалой энергией. Он словно попал обратно в школу, где решал интересные и сложные задачки на логику и гибкость ума. —Мне нужно не позволить ему забрать всё наследство себе, а также найти доказательство их "счастливой" семейной жизни. Звон наручных часов прерывает его поток мыслей. И если он раньше ждал окончания работы, то сейчас ему было очень досадно, что так не вовремя его прервали. Но делать было нечего, отдыхать обязательно надо, а ни то можно сойти с ума. Собрав все вещи, а главное—дело, он, попрощавшись со своими подчинёнными, поспешил к выходу. Всё тот же коридор, приятное ощущение лёгкости. На дворе не было ещё вечера, поэтому можно было прогуляться и насладиться жизнью. Но этого не было в планах Мацуно до конкретного момента. Выйдя на улицу, он сразу же начал расспрашивать Ноя(брата умершей) когда именно у них возник роман. Он был так увлечён делом, что совсем не заметил двоих близкий людей. —Мама! Омега вначале не понял почему он слышит голос своего сына, думая, что совсем кукухой поехал, однако как только на него набросились с объятиями, как только Баджи весело улыбаясь подошёл к нему—он всё понял и не мог не нарадоваться. —Уж прости, но Кайоши настаивал на прогулке. Ребёнок тут же начал тащить Чифую на рукав, попутно прося то одного, то другого. —Пошлите в кафе! Или лучше за бургерами! А может в кино… Мальчик хотелось всего и сразу, поэтому Мацуно на это лишь улыбнулся, позволяя сыну его тащить куда заблагорассудится. —Вот и отлично. Улыбнувшись клыкастой улыбкой проговорил Баджи следуя прямо за ними, не скрывая радости. Под вечер они повеселились во всю. Много поели, играли, ходили, фотографировались, а иногда и вовсе баловались словно маленькие дети. Со стороны они смотрелись гармонично, как сплоченная и преданная семья. Конец прогулки решили завершить поход в кино, на мультфильм про супергероев. Кайоши всё время твердил, что хочет быть похож на человека-паука, помогать людям и быть очень сильным, на что Кейске шутил и говорил, что сильные восьмилетние дети не спят с родителями в одной кровати на что мальчик обиделся. Однако не прошло и пять минут, как они снова помирились и начали дурачиться. —Тише… Зашипел Мацуно, проходя в квартиру и смотря на Баджи с предупреждением. Они делали всё тихо и заходили в свою собственную квартиру будто воры, потому что на плечах Кейске сопел умеренно Кайоши. Альфа старался быть безшумным, но часто задевал, словно медведь, рядом лежащие предметы, каждый раз меняясь в лице. —Ох чёрт… Хотелось и погромче крикнуть, но тогда бы ребёнок проснулся. Мацуно внимательно за этим наблюдал, пытаясь сдержать смех за каменным выражением лица. А ведь ему досталась самая сложная работа. Совсем скоро альфа направился в комнату мальчика, попутно что-то бурча под нос. "Милашки" В голове промелькнула мысль, однако омега не задержался на месте идя в сторону ванны, чтобы умыться, освежиться, а после пойти в тёплую кроватку спать. Веки закрывались, из-за насыщенного вечера и сложного дня. Как только с водными процедурами было закончено, то Чифую увидел своего парня, что лежал в кровати без задних ног. Он уже сопел и омега уже делал всё, чтобы не разбудить его. Кровать была просторной, но вместо того, чтобы быть чуть ли не на краю омега поближе подполз к своему истинному, ощущая жар его тела и слыша редкое дыхание. Мацуно бы тоже лёг спать, но у него были немного другие дела, поэтому, включив свет и достав телефон, он начал искать что-то похожее на "безопасное" место, о котором говорила сестра Ноя. Просмотрев карту он ничего похожего не заметил, клацая и читая информацию, то об одном, то о другом здании. "А это что такое?" На здании было написано "Семья и Мир". Этого магазина или чего-то такого он раньше не видел. "Недавно появилось" Читая информацию про него он ничего не узнал, только то, что его спонсирует очень известная и большая компания "NewEra". Он раньше ей не интересовался, хоть часто слышал про них в интернете или по телевизору. Они очень расширились за границу, поставляют продукты связанные с компьютерами, а также делают различные лекарства, направленные на широкую группу общества. Часто спонсируют детские дома, а также помогают нуждающимся. "Нет, ну сами ангелы!" Чифую совсем в подобное не верилось. Всегда за такими деньжищами скрывалось что-то зловещее. Часто к нему приходили со взятками, на которые, конечно, он давал отрицательный ответ и чуть ли не порицал подобное. "Ничего совсем не узнал…" Хотелось биться от безысходности, но парень сдержал себя в руках и решил на какое-то время отложить телефон, чтобы ненароком не сойти с ума. "Нужно просто поспать и дать мозгам отдохнуть" Перевернувшись на бок Чифую обнял Кейске со спины, слыша запах его тела и сердцебиение. Было уютно, тепло и спокойно. —Ну наконец закончил… Пробурчал через сон альфа и перевернулся лицом к омеге, закидывая руку ему на талию и прижимая к себе, выдыхая воздух в его тёмную макушку. Мацуно удивился, но ничего не сказал, улыбаясь, словно маленький ребёнок получивший внимание или похвалу от своего родителя. **************** Утро проникало через окно, озаряя собой спальню. Лучики словно щупальцами протягивались к кровати и касались подрагивающих век. С протяжным мычанием Чифую перевернулся на другой бок, спиной к надоедливому солнцу, окну. Хотелось ещё полежать, побыть в защите одеяла и мягкости матраса, но как это обычно бывает в семье:кто-то обязательно разбудит. Омега ощутил как кто-то навис над ним. По нежным поцелуями, по запаху и касаниям сразу стало понятно, что это был Кейске. Его утренние нежности не показались парню раздражающими. Они были игривыми, аккуратным, что невольно Чифую улыбнулся, переворачиваясь на спину и оставляя короткий поцелуй на губах напротив. Это альфе понравилось, постепенно опускающемуся на шею и оставляя там мокрую дорожку из поцелуев. —Сколько сейчас время? Поглаживая по тёмной макушке спросил омега, слыша скорый ответ: —Час дня. —Час дня. Повторил сонно Чифую, пока Баджи уже изучал его тело,но вскоре ему пришлось оторваться от занятия, ведь омега аж подпрыгнул от шока. —Час дня?! Карие глаза без капли паники и интереса уперлись в лазурные. —Надо было Кайоши завести к маме! —Я уже завёз. Как в ни чём не бывало сказал Кейске, кладя Мацуно обратно на спину, что заметно расслабился. —Тебя не стал будить, ведь ты так сладко спал. Послышался удовлетворенный выдох. —Поэтому… Баджи навис над своей пассией. Между их губами оставались жалкие пару сантиметров, можно было даже почувствовать дыхание, касающееся еле ощутимо кожи. По телу прошлось приятное покалываение, а сердце забилось чаще. —...как насчёт продолжить на том, на чем остановились? Его тембр голоса с хрипотцой и наполненный бесконечной любовью взгляд не оставил выбора, как подчиниться. —Я не против. Притянув голову альфы к себе он слился с ним в долгом и чувственном поцелуе, пока Кейске тем временем поглаживал его талию, снимая мешающую одежду. —Можешь положиться на меня, я не причиню тебе вреда. Он хотел этими словами расслабить омегу ещё сильнее, хоть и знал, что тот ему безгранично доверяет. —Я знаю… Прошептав тихо в губы напротив Чифую постепенно стал снимать с альфы джинсы, тая под поцелуями своего истинного. "Я знаю,что я в безопасности…" Возбуждение наполняло каждую клеточку сознания, но через некоторое время исчезло с этими мыслями. Если недавно парень отвечал на ласки, то сейчас просто замер и упёрся глазами куда-то сквозь потолок, глубоко задумавшись. "Она была уверена в своей безопасности. Была уверена, что о ней никто ничего не скажет" Баджи резко прекратил свои действия, замечая странное и задумчивое поведение парня. "Уверенным можно быть, если кто-то намного могущественнее стоит за твоей спиной" В лазурных глазах пробежал блеск озарения. "NewEra" В памяти начали воспроизводиться фрагменты о этой компании и о их успешных проектах. Один из таких проектов был именно направлен на помощь молодым омегам, которые подверглись насилию. "То место….а их спонсирует "NewEra", неужели об этом месте говорила сестра Ноя? " —Чифую? Омега неожиданно вырвался из своих мыслей, смотря вначале с шоком, а потом с виной на своего истинного. —Ой, прости, я просто задумался. Ему стало неловко от того, что он даже сейчас думает о работе. —Да неужели… Прошептал альфа коснувшись сначало губами щеки, потом лба истинного. —Надеюсь это никак не связано с работой? Он хотел было поцеловать Мацуно в шею, но не услышав ответа крайне возмущённо посмотрел на него. —Чифую! Они впервые за долгое время смогли уединиться, а сейчас происходит вот это. —Прости-прости, я больше не думаю. Чтобы хоть как-то расслабить Баджи омега даже обнял его, поглаживая по оголённой спине. —Я люблю тебя. Эти слова смогли растопить сердце недавно грозного мужчины,что вскоре со вздохом проговорил: —Я тебя тоже люблю. Он поцеловал его в губы, начиная водить руками по бедрам слегка разводя их в стороны и расположившись между ними. Кейске желал его, хотел ощутить его тепло, видеть как тот наслаждается и просит продолжить ещё. Отпрянув от Мацуно он сжал ладонями его бедра, внимательно рассматривая торс, который хотелось расцеловывать постоянно. Ткань неприятно давила на член и его хотелось высвободить, но возбуждение пропало стоило вновь увидеть этот задумчивый взгляд и безучастность. —Блять…ну ты серьёзно. Ругнулся Баджи, хмуря чёрные брови и проведя с нажимом по своей макушки, избавляясь от лезущих в лицо локонов. Омега встрепенулся и сразу потемнел, ощущая стыд. Из-за этого дела многое приходится отложить, даже желанную близость с любимым. —Прости, просто мне в голову пришла идея, вот и я… Казалось с каждым словом лицо альфы становилось всё мрачнее и мрачнее,поэтому не хотелось договаривать. Между ними повисло молчание. Они смотрели друг на друга, но никто не решался начать разговор первым. Можно было подумать, что с каждой секундой их отношения ухудшаются, но это было не так. Потому что вскоре первым сдался Кейске. —Ладно. Выдохнув и с пронзительным взглядом карих глаз он продолжил, стараясь не видеть благодарного взгляда: —Поехали куда тебе надо. "Смысл мне его принуждать, если сейчас он не хочет" Баджи было важно, чтобы и Чифую всё понравилось,даже если в конечном итоге ему придётся ещё один раз быть неудовлетворенным. —Спасибо! Вот за это я тебя и люблю! —Не спеши с благодарностью, ведь у меня есть условие. Мацуно тут же замолк, предполагая о чем пойдёт речь, хотя тут и не надо быть гадалкой, чтобы всё понять. —Когда мы со всем закончим, то не надейся, что я тебя отпущу. Я, блять серьёзно. Раздражимость после неудовлетворения зашкаливала, поэтому он решил поскорее пойти в ванную, чтобы справиться с этим самостоятельно. —Даю честное судейское! Крикнул ему вслед Мацуно, чувствуя себя просто прекрасно. Нет, ему было жаль своего истинного, было жаль, что из-за работы пришлось отложить любовь, однако его радовало то, что Баджи не был настойчив, не стоял на своём, а прислушался и решил отложить их близость. Ему было важно, чтобы партнёр был рядом с ним, чувствовал тоже самое—это только доказывало, что их отношения были здоровыми, нормальными,без всякой грубости и неуважения. —Кейске, я тебя люблю! После подобного крика со стороны ванны вначале послышался раздраженный бубнешь. Скорее всего, альфа подумал, что тот над ним издевается. —Надеюсь услышать это и во время того, когда твоя задница будет моей! Тут Чифую стало не до смеха и он неуверенно посмеялся над этим, надеясь, что это шутка. Просто предложение было сказано с угрозой, как будто его будет ждать настоящая пытка. Кейске вышел с ванной безэмоциональный, но стоило упереться взглядом в Мацуно, что надел на свои плечи белую рубашку, поправляя рукава, то невольно его взгляд смягчился и он полез обниматься. Обвив оголенный живот альфа потерся щекой о шею омеги, тихо, но понятно шепча: —Чифую, ты настоящий садист. Парень посмотрел через плечо на него с недоумением, ожидая продолжения, которое не стало его долго ждать. —Представь, как мне после всего смотреть на тебя вот так. Он показательно похлопал его по животу, вскоре живо выходя из комнаты, довольный проделанной работой. Хоть Чифую привык к разным знакам внимания, но это не значило, что его не смущало, когда ему прямо твердили, что он искушает своим телом. Сейчас он стоял красным как рак и пытался привести себя в порядок не сильными похлопываниями ладонями по щекам. —Вовремя он. Застегнув рубашку и поверх надев пиджак он направился из комнаты вон, уже примерно представляя что его ждёт. Нужно было проделать весь маршрут в голове, придумать вопросы и если что ответы. Выйдя из квартиры он увидел задумчивого Баджи, что, спрятав руки в карманы, смотрел куда-то сквозь стену. Он был одет во всё чёрное, как настоящий байкер и на фоне Мацуно слишком выделялся, если не сам омега. Если Чифую был эталоном порядка, то альфа—хаоса и раздора:кожаная куртка поверх черной майки и тёмные джинсы, что смотрелись на нём уж очень хорошо, ведь подчёркивали ноги. —Ты так решил пойти со мной? Кейске отпрянув от стены и приподняв бровь, подошёл чуть ли не впритык: —Это моё бунтарство. Если в следующий раз снова будут какие-то проблемы с нашей личной жизнью, то я не побоюсь стать даже клоуном. —Это ребячество. Уставше прошептал Мацуно, понимая, что тот если что-то решил, то обязательно исполнит. —Скажи это моей руке, которой приходится в какой раз удовлетворять мой облом. Омега прыснулся в кулак, а вот Кейске покачал на это осуждающе головой, но ничего не сказал, протягивая руку. —Пошли уже. Будучи в таком образе он продолжал оставаться любящим человеком,а Мацуно же нужно было принять его чувства и смириться. Кладя руки в чужую ладонь омега посмеялся: —Давай, Ватсон. Баджи хмыкнул, но ничего не сказал, ведь они действительно начали своё расследование, которое закончится либо их провалом, либо победой.