Ко Панган

      Даже ранним утром на острове царила непереносимая жара. С первыми лучами солнца вся живность пряталась по своим норам, скрываясь от смертельного пекла. Тэхён проснулся, как обычно, по будильнику под звуки морского прибоя. Он с большим нежеланием разлепил глаза и вздрогнул. Перед туалетным столиком на бархатном пуфе сидел Джин и тупо пялился в свое отражение. Вчерашний макияж был смыт, парик валялся на полу вместе с аксессуарами. Парень был завёрнут в привычных халат, а с волос падали редкие капли.       — Когда ты успел вернуться? — Тэхён вскочил с кровати, сразу же направляясь в ванную комнату. Он всегда вставал впритык по времени. — Я даже не проснулся.       — Не так давно.       Приняв душ и почистив зубы, Тэ заметил, что его друг всё еще сидит на том же месте, так и не сдвинувшись. Он маниакально тёр пальцами своё лицо, то и дело заглядывая поглубже в зеркало, чтобы найти там дополнительные недостатки. Ким долго не решался заговорить, перебирая в руках футболку, которую собирался надеть.       — Ты под чем-то? — Развернулся он, смотря в зеркальное отражение и ища в нём знакомые глаза.       — Я ничего не употреблял и даже не пил.       — Всё в порядке? Если я сейчас уйду работать, ты не накуришься и не напьёшься, не разнесёшь нашу комнату? — Тэхён высунулся из горла футболки, наспех натягивая её, поверх завязывая привычный фартук.       — Нет, мой спонсор всё ещё тут. Ему не очень понравился образ эльфийки, так что я сейчас переоденусь и пойду к нему. — Джин помассировал плечо и повернулся лицом к соседу, мягко и убедительно улыбаясь. Тэхёну показалось, что тот пришёл наконец в себя. Раннер обулся и вышел из комнаты, тихо прикрывая за собой дверь.       Вчера вечером Джин поднялся на третий этаж и продефилировал к номеру его мужчины уверенной и безупречной походкой. За дверью громко играла музыка, перебивающая чьи-то протяжные хохотания. Парень уже понял, что спонсор там не один. Настроение испортилось в момент, поэтому вошёл он с пинка, размахивая длинными волосами. Все присутствующие обернулись в его сторону. Девочки, работающие в «Sweet night» недовольно задрали носы, сильнее прижимаясь к мужчине. Джин уже был знаком с Юнги. И считал его крайне неприятным типом, способным на многие ужасные вещи. Женские руки пробрались под его рубашку, поглаживая молочную кожу, в густые чёрные волосы, доходившие в растрёпанном состоянии до самых плеч, под штаны из льняной ткани, массируя возбуждённый половой орган. Мужчина одной рукой обнимал красивую нимфу, касаясь пальцами полуголой груди, в другой держал свежий косяк, уходя всем сознанием в густой дым.       — До чего же ты привлекателен: стройные ноги, дерзкие глаза, по-блядскому пухлые губы. Жду не дождусь, когда с тобой наиграются и выкинут, тогда заберу тебя себе. — Юнги приоткрыл веки, раздевая глазами прибывшую эльфийку.       — С тебя я возьму тройную плату.       — Тогда тебе придётся оказать мне особые услуги. — Юнги взял одну из девушек плотного телосложения за подбородок, взглядом приказывая опуститься на колени.       Девушка сразу же повиновалась, хлопая, как дурочка, длинными ресницами. У крашенной в платину азиатки были надеты голубые линзы и сделаны хной веснушки. Она быстро встала на колени перед клиентом, смотря снизу вверх, как собака на хозяина. Блодинка поджала под себя ноги и выпрямилась в спине, медленно, с ноткой игривости, стягивая с груди лямки кружевного топа. Он спал с арбузной груди, оголяя очень круглые формы. Девушка приблизилась к резинке трусов и умело стянула её, сразу преступая к делу. Она погрузилась ртом на мужскую головку, захватив и лаская устье уретры языком. Рука её опустилась на ствол, двигаясь в такт с головой. Юнги сделал ещё одну долгую тяжку, закидывая макушку на спинку дивана и выпуская из горла тихий смех. Джин лишь фыркнул и двинулся в спальню в поисках спонсора.       — Малышка, быстрее иди ко мне. — Намджун сразу оторвался от длинноногой шатенки, выпуская из рук упругие ягодицы. Его короткие волосы торчали в разные стороны, губы искусаны чужими клыками, а на груди виднелся след от женского ногтя. Всё это взбесило Джина, но одновременно очень сильно возбудило. — А ты, дорогая, свободна на сегодня.       — Уже забыл, как меня зовут? — Эльфийка чмокнула губами, высокомерно задирая бровь.       — Разве тебя тебя забудешь, Джин. — Джун улыбнулся, высвобождая свой главный козырь, прелестные ямочки на щеках. — Однако в таких нарядах тебя сложно узнать.       Мужчина нежно провёл пальцами по длинным волосам, беря внеземное создание в кольцо объятий, словно в плен. Его губы приковались к губам Джина довольно их сминая, показывая тем самым, как Джун скучал, но ласка продлилась недолго.       — Мне нужно, чтобы ты обеспечил мне алиби на сегодняшнюю ночь. — Бандит проговорил это прямо в мягкие губы, сразу отрываясь от них. — Мы с Юнги уйдём, а ты с девочками посидишь тут. Закажите всё, что хотите, утром я вернусь сюда отсыпаться, а ты смоешь и снимешь весь этот показательный цирк и ляжешь со мной.       — Что это значит Намджун? — Джин убрал его руки с талии, чувствуя, как он весь закипает изнутри. Он так его ждал.       — Ты сделаешь всё так, как я сказал. — Мужчина схватил его за щёки, на секунду сильно сжимая для убедительности. Увидев в глазах напротив зачаток страха, он провёл большим пальцем по напудренной коже. — Для меня это важно.       — Катись к чёрту, куда тебе там надо. — Джин положил руки на широкие плечи Джуна, проезжаясь по ними ладонями за спину и крепко его обнимая. — Только обещай, что не будешь больше так пропадать.       — Обещаю.       — Ну что? Пора взрослые вопросы решать, а не с куклами играть. — Юнги бестактно зашёл в спальню без стука, находу застёгивая ширинку. Намджун отстранился от своей эльфийки, шепнув короткое прощание, и вышел вслед за мужчиной, даже не обернувшись.       Многие мужчины и женщины склоняли головы перед очарованием Джина. Что ему только не обещали ослеплённые наигранной любовью люди. Стоило парню взмахнуть длинными ресницами, как его пассии озарялись счастьем. Он почти с самого начала работы в публичном доме попал в престижный класс. Джин заплатил за свою красоту большую цену: сердце стало, словно гранитный камень. В нём не было ни грамма ревности, обиды, чувства необходимости в ком-то. Он сам уверовал в это и каждый раз повторял как мантру.       — Мне никто не нужен. Я никого не люблю. — Сейчас же глубокая трещина в граните где-то внутри начала гореть не хуже пекла в аду. — Он всего лишь временный способ получения лёгких денег.       Сильный зуд в районе лёгких заставил Джина согнуться вдвое. Он упёрся ладонью в туалетный столик, снова заглядывая в ненавистное отражение. Глаза потухли, в них больше не виднелись танцующие чёртики. Они покрылись солёной плёнкой из невыплаканных слёз и неприятно щипали. Время твердило о том, что нужно скорее собираться, иначе Намджун не застанет любовника в постеле к нужному часу, как он приказывал. Джин схватился за основу под макияж, проворачивая привычные действия. Выровнял тон кожи, подчеркнул глаза, начал подкрашивать губы, однако, в голове всё засело поведение Джуна. Не такую ночь после долгой разлуки он себе представлял. Джина снова накрыли мысли о скором конце такой дивной истории. Скоро его опять выкинут, как поюзанную игрушку, найдут новую модель, а его, если повезёт, передарят влиятельному другу. От понимания жестокой действительности не было больно. Страдания причинял тот факт, что это сделает именно Намджун. Парень никогда не встречал таких людей. Спонсор был умён, ему хотелось, помимо секса, покопаться в мозгах любовника. Они могли всю ночь общаться, обниматься без всяких пошлостей. У Джина такого никогда не было, о нём никто не заботился искренне, не делал комплиментов о том, какой он человек, а не какая у него внешность. В ушах затрещало. Гранитный камень ломался на куски, будто кто-то сжал его с такой силой, что он посыпался. Стало непередаваемо страшно. Джин не мог принять тот мир, в котором бы Намджун его бросил. По лицу покатились слёзы. Они стирали тональную основу и тушь, оставляя характерные полосы на щеках со светлыми контурами и чёрные подтёки под глазами. Больше так продолжаться не могло. Ему нужно было признаться в чувствах хотя бы самому себе. В какую-то минуту Джину стало приятно от раздирающих его эмоций. Сыграла свою роль доля мазохизма, что сидела в нём.       — Я люблю его. Люблю. — Прошептал парень в своё зеркально отражение. — Так глупо, но люблю.       В эту секунду Тэхён тоже думал о спонсоре Джина, не понимая, что могло ввести друга в такое отрешенное состояние. Он перебрал все варианты от побоев до наркотиков, так и не догадавшись о правильном ответе.       — Ким Тэхён, отойдём. — Парня подозвал управляющий, скрывшийся за дверным косяком. Раннеру пришлось бросить сушку посуды и проследовать за ним. — Тебя переводят. Будешь работать официантом на втором этаже.       — Я не ожидал. — Всё, что смог произнести в ответ Тэ, не понимая, за какие заслуги его повышают. — А почему меня?       — Не знаю, говорят, раннер английский знает, но я в это не верю, видимо лицом вышел, понравился. — Управляющий хитро улыбнулся, подмигнув. — Не думаешь сменить род деятельности? Тебя с радостью примут в другом секторе нашего заведения.       — Нет, та работа для меня не подходит. — Тэхён знал, что с этим человеком пререкаться не стоит. Он уже сломал многим официантам жизнь, уволив или угрозами склонив к работе проститутки. — Спасибо за предложение, я рад повышению.       — Эх, работая телом, ты бы принёс больше пользы. — Он вытащил из шкафа чистую форму, более презентабельную, состоящую из белой рубашки, чёрных брюк и бордового фартука с бабочкой. — Чтоб умылся, причесался, с работой официанта уже ознакомлен, за месяцы пребывания здесь насмотрелся. И, не дай Бог, чтобы на тебя поступила жалоба. Высеку!       — Я буду стараться вас не разочаровать. — Тэ поклонился и вышел из комнаты, разбираясь в своих смешанных чувствах.       Работа личным официантом в дорогих ложах означала неизбежность встречи с Чонами. Тэхён склонялся к тому, что его повышение заслуга Намджуна, которым движет обычная забава. Он оставил мальчика в живых, смиловался, и теперь кукловоду интересно, куда заведёт жизнь его самодельную игрушку. Мужчина с наклонностями психопата имеет власть над беззащитной сиротой, почему бы не поиграть в божество, не подёргать за ниточки судьбы. Возможно, эта работа и есть шанс, тонкая верёвка, скинутая в глубокую яму, где Тэхён сидит с рождения. Он обязательно за неё зацепится и попытается босыми ногами вскарабкаться по скользкой грязи. Им движут призраки родных людей, стоящие за его спиной и нашептывающие россказни о мести, в реальность которых Тэ с трудом мог поверить. Чтобы быть способным на эту всё очищающую справедливость, надо сначала кем-то стать. Месть бессмысленна, когда ты никто. Тебя убьют в ответ, даже имени твоего никто не запомнит. И все твои труды превратятся в песок, что лежит на отлогом берегу Сиамского залива. Тысячи песчинок чьих-то несбывшихся мечт, крупинки слёз и сердечных сожалений. Каждый человек, посетивший остров, оставлял там частичку себя, сам того не замечая. И останки Кима погрязнут там, в ненавистном месте — Ко Пангане.       Работники кухни восприняли повышение Тэхёна празднично. На их веку мало кому удавалось продвинуться по карьерной лестнице. Обычно нужные дополнительные кадры искали извне, обрубая вертикальную корпоративную лестницу. Помощники повара даже смастерили небольшие мьянг кумы (завёрнутые в лист креветки с мелкими добавками на шпажеке) и налили всем присутствующим немного пива. Тэ не ожидал такого проявления эмпатии в свою сторону. Хотя можно понять, почему к нему все добры. Он никогда никому не отказывал в помощи и был самым младшим в коллективе. Некоторые официанты смотрели с завистью, желая оказаться на месте Кима, но старались не разжигать открытый конфликт и не показывать недовольства. Они молча жевали закуски, кидая друг другу взгляды с непониманием такого решения.       Новая работа предполагала безупречный внешний вид. После небольшого корпоратива сытый Тэхён вернулся в номер, где Джина уже не наблюдалось. Парень быстро побрился, надушился, попытался повторить укладку, которую ему делал сосед. Вышло не очень похоже, но вполне сносно. Он надел отглаженную форму и не узнал себя в зеркале. Слишком чистый, слишком ухоженный.       На втором этаже его уже ждал один из служащих, объяснивший, когда и какие ложи он будет обслуживать. На его плечи ложился сервис четвёртой и пятой ложи, сменяющимся по чётным и нечётным дням, однако, если в первую ложу кто-то приходил, ему об этом сообщали, и он был вынужден всё бросить и идти туда.       Казалось, что всё стало налаживаться. Джин немного повеселел, больше разговаривал, даже в его одежде появились ноты адекватности. В четвёртую ложу обычно приходили полицейские. Они оказались самыми приятными посетителями заведения. На удивление всегда оставляли щедрые чаевые, которые Тэхён бережно складывал под матрас. Государственные служащие обычно смотрели спортивные передачи на большой плазме, ставили между собой пари, пили крепкий алкоголь и иногда приглашали девочек. В пятую ложу ходил разный контингент, чаще всего бойцы Чон, промышляющие личным бизнесом. Они много говорили о лёгких наркотиках, курили сильно пахнущих табак и не только. Их любимым занятием было знатно нажраться и рассуждать о великом будущем Чон. Так, Тэхён слушал о поставках нового оружия и машин. Он многое узнал о «великом» Джэ Чоне, которого в банде уважили все. Особенно бойцы любили упоминать, как «умно» он расправился с семьёй Ли и забрал их активы. От этих разговоров Тэ закипал внутри, но снаружи оставался невозмутимым. Такой опыт здорово прокачал его умение владения эмоциями. Теперь он мог спокойно слушать о задевающих его вещах, лицемерно улыбаясь лысым харям.       — Айхиа (пер.тай: чёртик), принеси ещё виски. — Один из бойцов подозвал парня в костюме.       — Какой предпочтёте в этот раз? — Тэхён наклонился к мужчине, делая вид, что внимательно слушает.       — Наш отечественный «Бленд». И лимон порежь, айхиа.       У Тэхёна не было проблем с бандитами. В его глазах отсутствовал страх. Он рос с такими людьми, поэтому выполнял все команды спокойно и без лишней возни. Когда бойцы доходили до нужной кондиции, из уст вырывалось имя сына Джэ. К Чонгуку у них было неоднозначное отношение. Многие повторяли, что «парень сам себе на уме». Из разговоров стало ясно — решения его всегда неожиданны и строги, не терпят пересмотра. Чонгук подходит к делам с холодной головой, никто не слышал, чтобы он кричал, ругался и разбрасывался матами на преступную семью, как его отец. Между самими Чонами отношения были напряжённые. Братья никогда не садились есть за один стол с отцом, он их выгонял. Хосок не интересовался устоями банды, его больше завлекали бары и бордели, которыми он ловко распоряжался.       — Главное, чтобы к власти не пришёл Хосок. Он после того ранения ёбнулся не на шутку.       — Я бы не хотел служить под его началом, лучшим вариантом было бы попасть в ряды Намджуна. Он бойцами не разбрасывается.       — Вы, свиньи рожи! Не говорите так о семье, куда скажут, туда и пойдём.       — Ай! Дай языком почесать, старый хрен.       На протяжении всего вечера Тэхён слушал подобные разговоры, обычно ставя рядом со своим местом табуретку, чтобы посидеть. Стоять часами с согнутой в локте рукой и полотенцем было невыносимой мукой, поэтому смекнув, что пьяным людям всё равно на него, он стащил с кухни небольшой стульчик.       Ещё одной отдушиной стал новый раннер, который приносил ему заказанные в ложах блюда. Девушку он узнал сразу. Эта была одна из тех домработниц, что служила у семьи Ли. В последний раз они виделись, когда вместе стояли на коленях во время расправы над Чэ Рин. Её звали Дао. Она всегда носила разную бижутерию на шее, заправляла короткие волосы за уши и подводила глаза. Тэхён не поверил сам себе, когда встретился с большими миндалевидными глазами. Они пару раз моргнули и расширились до размеров блюдца. Дао была ровесницей Тэхёна, долго у Ли не проработала, но они успели немного подружиться.       Теперь девушка всегда задерживалась, ожидая, когда Тэ поставит блюда перед посетителями. В четвёртой ложе они могли подолгу болтать вдали от полицейских, придаваться воспоминаниями о прошлом и позволять себе мечтать. В смену в пятой ложи не всегда получалось провести вместе время, зависело от настроения контингента.       Днём, когда на втором этаже было практически пусто, Дао сбегала с кухни, о чём Тэхён, работая раннером, даже подумать не мог. Она приходила к нему в общую зону, которая почему-то никого не интересовала. И они сидели на диване перед панорамным окном, тихо общаясь, иногда нагибаясь к мягким подушкам, тем самым прячась за обивкой дивана от редко проходящей по коридору обслуги.       — Тэхён, каким ты видишь своё будущее? — Дао лежала на его коленях, смотря в окно, за которым расстилался бескрайний залив.       — Накоплю денег, работая официантом. Если повезёт, то налажу тут связи с полицейскими и бандами. А дальше будет видно. — Пока девушка не видела, он рассматривал её. Она часто носила топы и майки на бретелях, подчёркивающие грудь второго размера. — Здесь довольно спокойно, но вечно я в борделе работать не намерен. А ты?       — Я хотела бы уехать в Крунгтеп к маме, но не уверена, что смогу накопить нужную сумму, работая раннером. — Дао перевела на парня растерянный взгляд, приоткрыв при этом губы. От такого вида у Тэхёна перехватило дыхание. — Скажи, я привлекательная?       — Очень. — Ким немного смутившись, громко проглотил слюну, беря себя в руки. Девушка смотрела с недоверием, ожидая подтверждения такого ответа. — Ты прекрасна, а в глубине твоих глаз легко можно утонуть. У тебя очень аристократичные черты лица и светлая кожа. Кхм… Красивая фигура, как песочные часы, не всем такое дано.       Удовлетворённая ответом Дао приподнялась на локтях и одарила чужие губы нежным поцелуем. Тэхён на секунду завис, понимая, что девушка ищет в его глазах хоть какую-то реакцию. Он зарылся пальцами в её волосы, притягивая к себе и неумело нарываясь на повторный поцелуй. Ему хотелось выразить в своих действиях всю нежность мира. Тэхён не спешил пускать в ход язык. Романтика впервые наплодила его сердце. Оно будто защебетало, забилось быстрее, выключая мозг. Второй рукой он медленно провёл по тонкой талии, собираясь вот-вот отстраниться, чтобы продышаться. Но у Дао были другие планы на этот счёт, ей хотелось зайти дальше, научиться обращаться с мужчиной. Она схватила его за белоснежный воротник и сильнее притянула к себе, обсасывая довольно пухлые губы. От такой страсти со стороны подруги у Тэхёна обострились все чувства, голова запульсировала, а в штанах появились первые зачатки жизни.       — Вы что ты делаете, бесстыдники? — Уборщица чуть ли не заорала. Дао перепугалась и оттолкнула Тэхёна, сразу же хватая свой фартук и убегая. — Для этого есть специальная комната! Мне что и тут за вами убирать!       — Простите нас, простите. — Тэхён бросился в поклоны, уже на ногах поправляя галстук.       Ким не знал, куда себя деть, поэтому быстрым шагом направился в свою комнату. Под рёбрами всё горело, казалось, грудная клетка вот-вот взорвётся. Мир будто бы стал ярче, приятней, хотелось танцевать. Все мысли парня были направлены на Дао. Он воспроизводил её образ, воображал разные ситуации с ней, представлял хрупкую девушку в своих объятьях. От одного воспоминания о женском взгляде, полном желания, в горле пересыхало. Тэхён тоже этого хотел.       — Весь светишься, что влюбился? — Джин в это время был в номере, но кокетливо хихикнул и закусил в улыбке губу.       — Ты тоже светишься все последние недели. Что влюбился? — Официант присел на край кровати, а Джин переменился в лице, пряча румянец в подушках.       — Джин.       — Что? — Тот испугался, подумав, что сейчас начнутся расспросы из-за его странной реакции.       — Оставь мне комнату на ночь. — Джин чуть ли не подавился слюной от такой просьбы. Он поднялся и сел, облокотившись на спинку кровати. На него смотрел не чумазый мальчуган, которого к нему заселил хостес по огромному одолжению. Перед ним предстал молодой мужчина, знающий, как нужно укладывать волосы и брить лицо.       — Только сегодня и только один раз.       Ближе к ночи Джин нарядился во все возможные фиолетовые оттенки, положил в сумочку блок с увеселительными веществами и молча удалился из номера. У Тэхёна ныли руки после рабочего дня, но он нашёл в себе силы и перестелил постель, убрал вещи соседа, разложил все баночки и тюбики на туалетном столике. Приведя в порядок комнату, он принялся за свой внешний вид. Парень натёр своё тело щёткой так, что кожа покраснела. Его взгляд упал на бритву. На теле Джина никогда не было лишних волос, но он ведь спал с мужчинами. Братки Тэхёна никогда не брились там. Да и он не умел, скорее всего, вышло бы жалкое и плешивое зрелище, поэтому парень сразу отбросил эту мысль.       Дао пришла глубокой ночью. Чёрная копна волос хаотично лежала на голове, в глазах летали искры. На лице девушки не было косметики, делая её намного привлекательнее для Тэхёна. Ни сказав ни слова, она играла с ним своим мальчишеским взглядом, ходила походкой кошки по небольшой комнате, изучая территорию.       — Как тебе комната?       — Ты думал обо мне? — Ответила Дао вопросом на вопрос.       — Каждую свободную минуту. — Тэхён хотел выглядеть уверенно, поэтому сидел на кровати с широкой постановкой ног.       — Я о тебе тоже. Только и могла мечтать. — Губы её снова остались чуть приоткрыты, это сводило Тэ с ума. — У меня ещё не было мужчины, я хочу научиться делать многое.       Девушка остановилась напротив Тэхёна. На ней была надета белая майка, через которую просвечивался контур груди. Она положила руку на бусы, закручивая их на палец. Второй рукой коснулась внутренней стороны бедра, поглаживая его, тем самым задирая подол короткой юбки. Тэ сидел и смотрел на завораживающую девушку. Он, как дурак, не мог оторвать взгляда от её прикосновений к себе. И она это прекрасно понимала, пользуясь мужской слабостью, анализируя её. Дао приподняла майку, оголяя плоский живот и грудную складку. Она сделала шаг к Тэхёну, припуская ещё и юбку, открывая взору парня лобковую кость.       — Целуй.       Тэ вышел из гипноза, послушно припадая губами к коже рядом с пупком, начиная вести мокрую дорожку вниз до ткани юбки. Его рука сама потянулась к бедру девушки, поднимаясь до ягодицы. Он нежно окутал её ладонью, убеждаясь в том, что Дао пришла без нижнего белья. Мягкость Тэхёна насмешила девушку и на засмеялась, стаскивая с себя майку.       — Когда-нибудь видел женскую грудь? — С насмешкой спросила Дао, на что парень лишь кивнул. — А трогал?       Девушка взяла его руку в свою и положила на горячую кожу. Тэхён сжал упругую грудь, удивляясь насколько она приятна на ощупь. Почувствовав себя смелее, он схватил Дао за талию и усадил к себе на колени, проходясь ладонью по голой спине. Ему захотелось припасть губами к тёмно-коричневым соскам. Он очертил языком ареолу, заставляя девушку неожиданно громко выдохнуть. Доминантные порывы Дао резко утихли, а Тэхёновские амбиции, наоборот, усилились. Он потянулся за поощрительным поцелуем, который ему дали с большим удовольствием. Его пальцы проникли под юбку, отчего бёдра девушки машинально стали сдвигаться, но поза сковывала их действия. Тэхён коснулся влажного клитора, и Дао вздрогнула всем телом.       — Есть резинка? — Она оторвалась от его губ и получила вновь положительный кивок. Тэхён залез в карман штанов и вытащил от туда упаковку. — Я буду сверху.       — Тебе нравится такая поза? — Тэ облизнул губы, целуя её в шею.       — Просто ты слишком сладкий, чтобы быть сверху. — Она снова засмеялась. Для Кима это было самой лучшей музыкой в мире.       Дао толкнула его, и он повалился спиной на кровать. Из штанов давно выпирал бугорок, о который девушка стала тереться, оставляя капельки собственной смазки на чужой одежде. Они целовались долго и мокро, оставляя следы на телах друг друга. Пока Дао не стянула до колен штаны с трусами Тэхёна, разрывая упаковку презерватива и натягивая его на эрегированный член. Это получилось у неё не с первого раза, Тэ даже просился помочь, на что получил жёсткий отказ.       Она предстала перед ним полностью обнажённой, касаясь половыми губами его головки, будто бы дразня, но, на самом деле, она собиралась с мыслями, чтобы сделать это. То, к чему она долго шла. Ей хотелось потерять девственность с человеком, который её любит. Дао давно поняла, что, работая раннером или официантом, она денег не заработает. И ей рано или поздно пришлось бы торговать телом, но Тэхёну об этом знать было пока необязательно. Она погрузила в себя сначала головку, прогибаясь, как кошка, рукой схватилась за левую ягодицу, сжимая и отодвигая её. Тэхён, покорно лежавший на подушке, ласкал руками аккуратные груди. Он не мог наиграться с мягким бюстом. Дао опустилась ниже, чувствуя неприятный жар, разрывающий изнутри. Девушка стала потихоньку двигаться, привыкая, точнее, перебарывая боль. Прикосновения Тэхёна приносили удовольствие, ей хотелось, чтобы его руки были везде. Она водила тазом по часовой стрелке, начиная наигранно постанывать, доводя этим парня до нирваны. При этом неприятные чувства стали понемногу уходить, но настоящего кайфа от процесса она не получала. Хотя дикое возбуждение заставляло её течь, как водопад, отчего презерватив был хорошо смазан и член легко погружался в узкий проход.       В какой-то момент Дао перешла на прыжки, прося Тэхёна поласкать её. Парень положил руку на лобок, спускаясь ниже в сложных поисках клитора. Он такое прежде не делал и редко видел в порно, поэтому Дао пришлось помочь ему, положив его пальцы на нужное местечко. С прикосновениями Тэхёна к чувствительной бусинке чувства девушки обострились. Она нашла нужный для неё темп, сочетающийся с движениями парня, которому уже очень хотелось кончить. Дао сжала свою грудь, пальцем симулируя один из сосков. Её тело стало сотрясаться над Тэхёном, живот втянулся. Комнату наполнили искренние стоны девушки, она, казалось, запищала в его руках и остановилась, падая на парня в поисках его губ.       — Я похоже кончила. — Промычала она в поцелуй, довольно улыбаясь. — Как бы ты хотел кончить? Сосу я неважно.       — Хочу попробовать миссионерскую позу. — Проговорил Тэхён, убирая её волосы за ушко.       Парень перевернул девушку на спину, относясь к ней, как к главной драгоценности своей жизни. Тэ стал двигаться, нависая над Дао, смотря на её силуэт, освещённый синей подсветкой. Она водила руками по его крепкой груди смуглого оттенка, по напряженному прессу. Со временем его толчки стали сильнее. Девушка почувствовала болезненные чувства, но о них умолчала, всё так же поощряя парня пошлыми стонами. Он схватился за её грудь, совершая ещё пару размашистых толчков и изливаясь в неё. Тэхён уткнулся лбом в её плечо. Отдышавшись, он вышел из девушки, снимая использованный презерватив и сразу выкидывая его в мусорку. Что в такие моменты стоит говорить, они оба не знали, поэтому Тэ лёг рядом с Дао, молча обмениваясь довольными взглядами какое-то время.       — Только не влюбляйся в меня по-серьёзному, Ким Тэхён.       — Это ещё почему? — Тэ удивился, не понимая слов девушки, ведь он, кажется, уже влюбился.       — Не скажу. — Она отвернулась от него, зарываясь в одеяло.       Он обнял её сзади, выступая в роли «большой ложки» в этой позе. Дао довольно быстро засопела в его руках, а Тэхён какое-то время думал над её словами. Как парень для отношений он не очень выгодный вариант, но у него большой потенциал. Неужели она не хочет с ним встречаться. Ким ещё какое-то время провалялся лишённый сна, постепенно в него погружаясь. Утром он проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо.       — Ну что, обкончали мне всю кровать? — Джин стоял над ним в немного потрёпанном виде. Дао не было в номере.       — Нет, мы аккуратно. — Ответ парня лишь вызвал смех у соседа.       Тэхён в растерянных чувствах оглядел комнату, в его мечтах он просыпался с Дао в обнимку при первых лучах солнца, но реальность была куда жёстче. Он провёл привычные для него процедуры, привёл себя в порядок, нацепил рабочий костюм и отправился сначала к управляющему, а после на вторые этажи натирать столы. Всё это время он думал, как встретит девушку с подносом и поцелует её.       С приходом первых клиентов ближе к вечеру и заказе блюд Дао не появилась. Перед Тэхёном предстал низкий паренёк с противными усиками. Бандиты из семьи Чон сидели сегодня тихо, будто прислушиваясь к каждому шагу. Мужчины расстегнули пляжные майки и протяжно курили самодельные сигареты. На пятое появление усача Тэ не выдержал и решил расспросить инородное тело.       — Где девушка, которая должна была выйти вместо тебя? — Тэхён грозно смотрел на парня сверху вниз, и тот видимо сильно испугался.       — Нету, господин. Ушла.       — Куда? — Парень схватил раннера за плечи, чуть ли не роняя своё верное полотенце.       — В бордель, господин. Только не бейте…— Усач весь затрясся от вида разъярённого Тэхёна. В этот момент кто-то из бойцов окликнул официанта, но тот не обернулся, что очень рассердило бандита. Тэ было не до этих отбросов общества, он выбежал из пятого ложа, собираясь пуститься на поиски Дао, но врезался в самого управляющего.       — Ким Тэхён, в первое ложе прибыли гости.