Ещё один вечер

      Кэйа несдержанно ругается самыми грязными, что можно представить, словами, когда на подходе к дому его с ног до головы окатывает ледяным дождём. Весь день парня мучало палящее солнце, а под вечер наступила гроза. Вот это, конечно, прекрасные погодные условия. Выбирай: сгореть заживо или захлебнуться?       На дорожке быстро образовываются лужи, и домработник спешит навстречу с зонтом, дабы защитить одного из хозяев поместья от потоков воды. Конечно, это уже бесполезно, но Альберих всё равно растягивает губы в благодарной улыбке. Оба игнорируют, как после нервного дёрганья рукой часть земли оказывается покрыта льдом. – Господин, - невысокий мужчина средних лет быстро передвигает ногами, стараясь не отставать от капитана кавалерии, - сменная одежда уже ждёт вас. Желаете выпить кофе или чай?       Парень лишь мотает головой, дёргая плечом и желая просто поскорее оказаться в тёплой и, что важно, сухой комнате. Он не уверен, дома ли Рагнвиндр, но очень на это надеется. На него можно и наорать, и обнять – и то, и то прекрасно помогает сбросить напряжение, подаренное «прекрасным» днём.       Помимо непостоянства погоды, он был неслабо так подпорчен количеством работы.       Помимо того, что молодого человека завалили кучей бумажной волокиты, так ещё и пришлось делать несколько вылазок на неблизкое расстояние, дабы разобраться с какими-то жалкими кучками слаймов и парочкой хиличурлов. При получении этого задания в глазах можно было прочитать: «серьёзно? Именно я должен заниматься этим?».       На такие задания в основном отправляли группы простых стражников или новобранцев, которым стоило попрактиковать боевые навыки – никак не капитанов. Но, кажется, сегодня Джинн решила поиздеваться.       За спиной хлопает дверь, и Кэйа спешит избавиться от обуви и потяжелевшего воротника, отправляя его прямиком в руки подлетевшей горничной. Та здоровается, не получая ответа и переглядываясь со складывающим зонтик мужчиной. Оба пожимают плечами – такое настроение «начальства» не редкость.       Альберих быстрым шагом поднимается по лестнице, сворачивая сразу в ванную. Избавляется от прилипшей к телу одежды, ногой отталкивая её куда-то в угол помещения. Проходит к душу, сразу пуская по трубам горячую воду. Капли стекают по лицу и волосам, заставляя блаженно выдохнуть и прикрыть глаза. Он быстро споласкивается, после чего обтирается полотенцем и переодевается в подготовленные вещи: домашняя рубашка и брюки, ничего необычного. Бельё остаётся лежать на туалетном столике – и без него хорошо.       Теперь его путь лежит в спальню. Несколько шагов по коридору, опущенная вниз ручка и скрип петель. Он наконец-то здесь. Опирается плечом о косяк, осматривая комнату. Не обнаруживает присутствия другого человека, и только собирается расстроиться из-за этого, как сзади его обнимают, укладывая голову на плечо. – Мастер Дилюк, - усмехается, поднимая руку и зарываясь пальцами в чужие волосы, - даже не представляешь, как я рад тебя видеть. – Ты меня не видишь, - резонно замечает собеседник куда-то в шею.       Кэйа оборачивается, носом утыкаясь в алые пряди, что, на удивление, не были собраны в привычный хвост. Обычно распускал их мужчина только перед сном. – Голова разболелась, - отвечает на незаданный вопрос хозяин винокурни, пожимая плечами.       Альберих кивает, массируя подушечками кожу, чуть оттягивая локоны у корней. Они стоят так ещё несколько минут, после чего Дилюк наконец выпрямляется и дотрагивается губами до чужих, лениво целуя. Партнёр так же спокойно отвечает, аккуратно проводя языком по нижней и чувствуя поглаживания по спине. Проходят вперёд, прикрывая за собой дверь и наконец разворачиваясь друг к другу лицом.       Кэйа оплетает руками торс мужчины, обнимая и прижимая ближе к себе. Глаза прикрыты, ресницы чуть дрожат, и по помещению разносится лишь тихое дыхание. – Устал? - интересуется герой Мондштадта, отстраняясь и укладывая ладонь на щёку парня.       Капитан «угукает» в ответ, потираясь носом о чужой и утягивая Рагвиндра с собой на кровать. Матрас прогибается под двумя упавшими телами, и все конечности приверженца ледяной стихии оплетают Дилюка. Тот посмеивается, ласково поглаживая его по бедру и боку, удобнее устраиваясь на лежбище. Завтра выходной, а значит можно будет отдохнуть. – Как оно меня всё достало, - недовольно фырчит член Ордо Фавониус в грудь напротив, - вот серьёзно. – Ляжешь спать? - интересуется обладатель той самой груди, опираясь свободной рукой на локоть и укладывая на неё голову. – О нет, - Кэйа резко приподнимается практически в сидячее положение, смотря на него теперь сверху вниз, - ты поможешь мне расслабиться, ясно?       Мужчина смеётся, разглядывая столь нацеленного приятно провести вечер Альбериха. Так агрессивно предлагать секс может только он. Ну, по крайней мере Дилюку от других подобного слышать не доводилось. Хотя и не сказать, что партнёров было особо много, но тем не менее.       Парень оказывается на ногах и делает несколько шагов от кровати. На губах играет чуть заметная ухмылка, а руки тянутся к завязкам на рубашке. За окном раздаётся раскат грома, когда он тянет за одну из них, ослабляя узел. Неспешно растягивает его полностью, позволяя ткани разойтись в сторону и открыть вид на загорелую грудь, что и так обычно особо не скрывается.       Лёгкий материал сползает с плеча, оголяя его, но Кэйа не даёт ей задержаться тут надолго, возвращая в изначальное положение. Теперь пальцы расправляются с затяжками вокруг запястий, ослабляя их и позволяя ладоням наполовину скрыться в рукавах. Подцепляет нижние края и неспешно стягивает элементы одежды через голову, постепенно давая наблюдателю возможность лицезреть сначала живот, рёбра, а после и руки, когда рубашка наконец полностью исчезает с тела и отправляется в сторону стоящего недалеко массивного стула.       Три пуговицы на штанах придумал какой-то извращенец, думается Дилюку, пока тот смотрит, как медленно каждая из них выбирается из петель. Капитан разворачивается, демонстрируя спину, и проводит ладонями по бёдрам, стягивая тёмную ткань с ягодиц. Рагнвиндр сглатывает, пробегаясь взглядом по линиям чужого тела и коротко облизывая губы. Кэйа окончательно избавляется от одежды, и складывает руки в замок, выгибаясь и звучно хрустя позвоночником. – Это вредно, - окликает его Дилюк, заставляя обернуться. – Что вредно? - парень приподнимает бровь, вопросительно моргая. – Спиной хрустеть, - поясняет, слабо взмахивая рукой. – О Боже, - Альберих закатывает глаза, полностью разворачиваясь и упираясь кулаками в бока, - ты сейчас хочешь почитать мне лекцию?       Хозяин винокурни не сдерживает смеха, прикрывая глаза. Отрицательно мотает головой, вновь возвращаясь взглядом к парню, который теперь приближается и опирается ладонями на простынь, прищуриваясь. Дилюк хмыкает, хватая его за предплечье и мягко дёргая на себя. Когда парень оказывается на чужой груди, тянется к губам, оставляя на них лёгкий поцелуй.       Рагнвиндр рукой проводит по выпирающим лопаткам и перекидывает партнёра на спину, давая расположиться рядом. Сам с раздеванием не тянет, избавляясь быстро от всей имеющейся одежды. Кэйа пальцами ведёт по теперь открытой коже, прикусывая губу и сверкая огоньком в глазах. Каким бы тяжёлым ни был день, вид оголённого торса любимого мужчины всегда прибавляет сил.       Полуночный герой усмехается, наклоняясь и припадая губами к чужой шее. Мягко спускается к её основанию, переходит на плечи и ключицы. Слегка прикусывает, стараясь не оставлять следов на видном месте, и движется дальше, к солнечному сплетению и рёбрам. Проходится по всем языком, двигаясь вверх. Очерчивает поцелуями грудь, и стоит приблизиться к ореолам, как чувствует копошение у себя в волосах.       Кэйа оттягивает их, поглаживает, перекатывает пряди меж пальцев и просто держится, наслаждаясь их, что удивительно, мягкостью. Его собственные слишком ломкие, сухие, выжженные солнцем. Хотя сейчас их особо сухими не назовёшь – ещё не успели полностью обсохнуть после дождя и душа.       Рагнвиндр опирается на одну руку для удобства, второй проводя по ноге. Сжимает плотно бедро, гладя внутреннюю сторону подушечками. Губами обхватывает один сосок, чуть втягивая и играясь языком. Чужое дыхание становится тяжелее, а его голову прижимают ближе, безмолвно прося продолжать ласки. И мужчина повинуется, переходя ко второму и повторяя свои манипуляции.       Ладонь тем временем накрывает полувставший член, неспешно поглаживая. Большой палец массирует головку, на которой по мере ускорения начинают выступать капли предэякулята.       Дилюк отстраняется, на что получает недовольный выдох парня. Переползает коленями ниже по кровати, теперь выцеловывая живот. Оставляет красноватый укус на тазобедренной косточке и всасывает кожу на лобке, после зализывая. Альберих теперь не может найти, куда деть руки, потому прикусывает большой палец на одной, вторую сжимая в кулак вместе с кусочком простыни.       Хозяин пиро-глаза бога отстраняется, смотря ему в глаза, и склоняет голову вбок, убирая ладонь. Человек под ним фыркает, сильнее впиваясь зубами в костяшку, и молчит, ожидая продолжения. Его за ноги разворачивают в сторону партнёра, а после раздвигают их, открывая обзор на всё, что можно и нельзя. Хотя мужчине здесь можно всё.       Он дотягивается до подушки, и Кэйа приподнимается, давая подложить её себе под поясницу. Рагнвиндр кивает, переходя в лежачее положение и опираясь теперь на локти. Не сообщает о своих действиях, молча приближаясь и языком проводя по ложбинке меж ягодиц.       Альберих громко выдыхает, опуская веки и сглатывая. Мышцы сжимаются и быстро разжимаются, когда сфинктер смачивают обильно слюной, водя по краям кончиком. Дилюк умело двигается, заставляя участиться сердцебиение парня, и ладонями чуть приподнимает его за бёдра для собственного удобства.       Ускоряется и замедляется, получая удовольствие от соприкосновения с чужой кожей. Собственный член дёргается от возбуждения, но его игнорируют, прижимая к матрасу. Несколько минут, и язык проникает внутрь, оглаживая стенки и срывая с губ капитана первый стон. Проходит глубже, а после почти полностью исчезает, сразу же возвращаясь обратно.       Работать языком, казалось бы, дело нехитрое, но это только на первый взгляд. Челюсть постепенно начинает затекать, однако мужчина не останавливается, стремясь доставить любимому как можно больше удовольствия. Тот поджимает пальцы на ногах, кусает щёки и царапает ногтями простынь.       Кажется, Кэйа готов кончить. Никому из своих бывших партнёров он не позволял римминга, считая это слишком интимным, но, как мы уже знаем, Дилюку можно всё. И он действительно позволяет себе всё и даже чуточку больше – доводить до такого только языком, это что-то невозможное.       Рагнвиндр наконец отстраняется, рассматривая теперь чужое лицо, и довольно кивает, видя его выражение. Брови сдвинулись к переносице, ресницы дрожат, проступил румянец и из приоткрытого рта раздается тяжёлое дыхание.       Альберих прокашливается и облизывает пересохшие губы. Открывает глаза, встречаясь с чужими, и расслабленно усмехается. Хозяин дома зеркалит его эмоцию, отворачиваясь лишь для того, чтобы достать из ящика необходимый в данный момент лубрикант. Собирается выдавить, когда его останавливают, перехватывая тюбик. – Ложись, - капитан кивает на матрас, меняя положение.       Теперь он расположился на коленях и терпеливо ждал, пока мужчина окажется на спине. Удовлетворённо дёргает плечом, и щёлкает крышкой, после смазывая пальцы и приподнимаясь. Один проникает внутрь, и Кэйа откидывает голову назад, неспешно двигая им. Быстро добавляет второй, всё ещё не чувствуя дискомфорта. Начинает раздвигать из стороны в сторону и сгибать, прощупывая самого себя.       Дилюк жадно впивается в него взглядом, ладонью накрывая собственный член и почти невесомо проводя по нему. Такая картина может разве что прийти в эротическом сне, а он наблюдает её воочию во всех красках.       Свободной рукой капитан тянется к груди, сжимая один из сосков и бесстыдно играясь с ним, возбуждая себя ещё больше. Облизывает пальцы, после проходясь по второму и чуть выкручивая его. Внутри уже свободно двигаются три, проникая как можно глубже – но этого всё равно мало.       Он быстро заканчивает, с тихим хлюпом вытаскивая пальцы и не задумываясь обтирая их о своё бедро. Когда Рагнвиндр уже собирается подняться, чтобы выбрать позицию, его толкают в плечо, заставляя остаться на месте. – Не сегодня, - усмехается Кэйа, резко оказываясь над ним.       Вздыхает, прикрывая глаза и рукой находя чужой член. Направляет его к сфинктеру, упирая головкой, а после аккуратно опускается, вводя в себя полностью. Неприятных ощущения почти нет, а чувство заполненности заставляет издать протяжный стон       От ощущения сжимающих его мышц, Дилюк закатывает глаза. Несколько секунд, и Альберих начинает двигаться, чуть склонившись над мужчиной. Выцеловывает ключицы и основание шеи, руками подбираясь под чужую голову и начиная излюбленную игру с волосами.       Ладони хозяина винокурни опускаются на талию парня, сжимая её и помогая насаживаться глубже. Чуть сдвигает партнёра, меняя угол проникновения, и по комнате прокатывается громкий стон. Кэйа приподнимается, самостоятельно двигаясь в этом направлении и до крови кусая губы, чтобы не шуметь на весь дом. Персоналу, конечно, не привыкать, но из уважения парень старается себя сдерживать.       Постепенно темп ускоряется, а короткие ногти впиваются в грудь Рагнвиндра, оставляя еле заметные следы. Одной рукой он переходит на поясницу, нежно поглаживая. Сам подмахивает бёдрами, желая как можно дольше находиться внутри парня.       Обоим не требуется много времени, чтобы дойти до финала. От ощущения горячей спермы, выплёскивающейся внутрь, капитан и сам изливается на живот партнёру.        Падает сверху, стараясь отдышаться, и спустя несколько секунд находит губы мужчины, накрывая их своими. Ему отвечают с таким же удовольствием, поочередно целуя каждую, а после сплетая языки.       Раздаётся стук в дверь, и голос девушки спрашивает, будут ли господа ужинать. Дилюк откликается, сообщая, что они спустятся через двадцать минут. Альберих глубоко вздыхает, понимая, что нужно подниматься и поспешить принять душ. Вставать не хочется от слова совсем, но поесть стоит. А сидеть за столом, пока из тебя вытекает чужое семя, не лучшая идея.       Пока он ополаскивается, Рагнвиндр стирает с себя всё имеющимися в спальне салфетками и на скорую руку подбирает разбросанные вещи. Одевается, а после направляется в ванную, чтобы оставить на столике рубашку и брюки парня. Тот благодарит, понимая, что сам даже не вспомнил надобности взять одежды, и мокрой рукой притягивает мужчину к себе, чтобы коротко чмокнуть, а после шлёпнуть по ягодице, отправляя на выход.       В указанное время они действительно спускаются, лениво здороваясь с выстроившимися работниками и занимая свои места. Быстро разбираются с ужином, не желая задерживаться, и уходят обратно. Постельное бельё к тому моменту было успешно перестелено, что не может не радовать.       Заваливаются на кровать, сразу же накидывая на себя одеяло и удобнее устраиваясь в объятиях друг друга. Ещё некоторое время тихо говорят на отвлечённые темы и не замечают, как проваливаются в сон.