Останься

На следующее утро Кас проснулся от странного сочетания ощущений: кто-то тряс его за руку, а по лицу разливался солнечный свет. Он перевернулся, раздражаясь от действий над своей рукой, и устало застонал. Но тряска продолжилась, и он поднял руку, чтобы остановить это, чем бы оно ни было, но был поражен внезапным ощущением чужих пальцев на его руке. Он открыл глаза и повернул голову направо. – Эй, парень, – Дин бормотал почти бессвязно, медленно дергая его за руку, – у тебя есть аспирин? Кас смотрел на него в течение нескольких секунд. Что за черт? – Э-э... – выдавил он, начиная оглядываться вокруг в попытке сориентироваться. Он был в своей комнате в общежитии, и по каким-то причинам Дин лежал в его кровати, а сам он полулежал в кресле, прямо рядом с тумбочкой. Он находился достаточно близко к кровати, чтобы Дин мог дотянуться до него и схватить его за руку, так что, по крайней мере, он знал, что его разбудило. А потом до него дошло. Дин был в его постели. – Чувак, – устало позвал Дин, – ты в порядке? В его постели. – Да, – ответил Кас, откашливаясь. Дин Винчестер в его постели. – Я в порядке, – продолжил он, – просто еще не совсем проснулся. Он устало выдохнул и протер глаза, пока не обращая внимания на часы, все еще одетые на запястье и показывающие двенадцатый час дня. Он даже не переоделся с прошлой ночи. Он смутно помнил, как присел сразу после того, как уснул Дин, с целью встать через пять минут и выпить стакан воды или еще зачем-то. – Эй, – Дин снова потряс его за руку, и Кас повернулся в его сторону. – Не тряси меня, – устало пошутил он, и Дин ответил ему такой же усталой улыбкой. – Как еще я должен привлечь твое внимание? – Чувак, я серьезно, – предупредил Кас, но его улыбка говорила об обратном, и Дин продолжил его трясти и тыкать пальцами, пока не добрался до места на груди, от прикосновения к которому Кас начал извиваться. Черт возьми. Он надеялся, что Дин этого не заметил, но он заметил. – Ого, – его брови поднялись вверх, – боишься щекотки? У Каса не было времени, чтобы опровергнуть это, потому что Дин сделал еще одно пробное движение по его груди и животу, и Кас снова затрясся. Лицо Дина растянулось в победной улыбке. – Чтоб ты знал, – сказал он, как вдруг Кас, беспорядочно отмахиваясь, попытался оградить себя от уверенных щекочущих движений Дина. – Нет, нет, нет, – повторял он, невольный смех прорывался в его голосе, когда он пытался уйти от прикосновений, – серьезно, остановись. – Я тебя не слышу, – спокойно сказал Дин, улыбаясь, – аспирин мог бы мне помочь. Кас схватил руки Дина и попытался отвести их подальше, но это было по большей части бесполезно. – Ладно, – смягчился он, – хорошо! Дин поднял руку в обезоруживающем жесте, сдаваясь, а Кас оказался застывшим с поднятыми в оборонительном жесте руками, изображая собой веселую пародию на ниндзя. – Просто подожди секунду, – попросил он, приходя в себя, его глаза сощурились и сфокусировались на Дине, когда он вставал с кресла. Он ткнул в его сторону пальцем: – Никаких махинаций. Дин улыбнулся, его глаза закрывались от усталости и недосыпа. И от похмелья, скорее всего. – Махинаций? – переспросил он. – Кто так говорит? Кас пожал плечами, и Дин вздохнул. – Хорошо, – сказал он, – никаких махинаций. Кас удовлетворенно кивнул и направился в ванную. Он достал из шкафчика аспирин и налил воды во взятый наугад стакан, прежде чем принести его Дину. Он почти не поменял позы, довольно растянувшийся на кровати Каса. «Моя кровать». Кас сглотнул. – Держи, – сказал он, оставляя на прикроватном столике стакан и таблетку, – наслаждайся. Дин положил таблетку в рот и проглотил ее большим глотком воды. Закрыв глаза, он выдал довольный звук. – М-м-м, – протянул он, – звучит как издевательство. Кас усмехнулся, не в силах сдержать улыбку. Дин открыл глаза, посмотрел на него и улыбнулся. – Спасибо, – сказал он, когда Кас снова сел в кресло. – Не за что, – ответил он, смутно вспоминая, как Дин благодарил его прошлой ночью. Когда схватил его запястье и смотрел на него так искренне. «Никто так не заботился обо мне. Спасибо. Я хотел это сказать». Дерьмо, Кас забыл об этом. Тогда он не чувствовал себя так странно. Но сейчас, при свете дня и отсутствии алкоголя, он понял, как странно на самом деле это было. Он не очень хорошо знал Дина, но у него было ощущение, что это для него нехарактерно. И это ставило его в неудобное положение. Кроме того, он не помнил, что он чувствовал, когда Дин мягко сжал его запястье с усталой и благодарной улыбкой на лице. – Вопрос, – сказал Дин, и Кас глянул на него. Тот лежал на спине, – как я сюда попал? Кас был искренне удивлен внезапному сосущему чувству под ложечкой. Дин не помнил. Конечно, он не помнил. Он был слишком пьян для этого. Хотя почему его вообще беспокоит то, что он не помнит? – Ну, – начал Кас, не показывая истинных эмоций, – ты напился в стельку, и я мог либо привести тебя сюда, либо оставить где-то там, на земле, отсыпаться. Дин удивленно посмотрел на него. – Спасибо, – сказал он, прежде чем удивление сошло с его лица. Он нахмурился, размышляя, – почему ты не отвел меня ко мне домой? – Ты выглядел абсолютно уверенным, что живешь на дереве, – объяснил Кас, получая веселую улыбку от Дина, – и еще я не знаю, где ты живешь. – О, – сказал Дин, глядя в сторону, как будто он не продумал это. Его взгляд вернулся к Касу: – Ты должен как-нибудь зайти. Кас безотчетно сжал кулак, но Дин, казалось, этого не заметил. – Я имею в виду, – объяснил Дин, – я был здесь уже дважды. Было бы честно. Кас медленно кивнул. – Да, – согласился он, – конечно. Они оба молчали какое-то время, просто глядя друг на друга. Кас чувствовал себя будто замороженным, он не мог отвести взгляд, и зеленые глаза Дина держали его на месте, приковали его. Они разорвали взгляд, когда Дин откашлялся и сел на кровати. Он вздрогнул, как будто какая-то идея резко пришла ему в голову. – Черт, это похмелье меня убьет, – пробормотал он, и Кас увидел, как тот зажмурился. – Ты придешь в себя, – сказал он, с удивлением не услышав в своем голосе сарказма или неловкости. Дин повернул к нему голову. Он выглядел так, будто хотел что-то сказать, но вместо этого просто улыбнулся. Затем он встал и направился в ванную, закрывая за собой дверь, и Кас глубоко вздохнул, освобождаясь от странного, незнакомого напряжения. Он не понимал, что это. Стук, раздавшийся из-за двери, удивил его, и Кас нахмурился. Кто, черт возьми, это может быть? Он поднялся со своего кресла и пошел к двери. С удивлением он обнаружил, что в коридоре стоял Сэм. – Привет, – сказал он с улыбкой, – надеюсь, я ничему не помешал? – Что? – спросил Кас, пока до него не дошло. – Нет, нет. Что случилось? Сэм выглядел сомневающимся. – Ты не видел Дина? – спросил он. – Я его не видел с прошлой ночи, и он не отвечает на телефон. Глаза Каса широко распахнулись. – На самом деле, он... – начало было он, но был прерван звуком открывающейся двери ванной комнаты. Сэм нахмурился. Кас оглянулся на Дина, который с шарканьем вышел из ванной и встал замертво, увидев своего брата. И улыбнулся своей типичной озорной улыбкой старшего брата. – Эй, Сэм, – кивнул он брату, и Кас медленно обернулся на Сэма. Тот продолжал хмуриться, все еще смущенный, прежде чем открыл рот в попытке что-то сказать. – Оу, – наконец, выдал он, слегка поднимая брови, – хорошо. Великолепно. Он откашлялся, а Дин подошел к двери и встал рядом с Касом. – Что? – его тон был шутливо-обвиняющим. – Ничего, – ответил Сэм, – это просто... Ну, я не могу вспомнить, когда в последний раз ты заканчивал ночь не в комнате какой-нибудь случайной девчонки. Дин пожал плечами, а Кас опустил взгляд и стал смотреть куда-то сквозь Сэма. Он вдруг почувствовал себя очень неловко и неуклюже, как будто он не хотел быть частью этого разговора. Одновременно с этим неудобством он почувствовал облегчение и обеспокоенность, когда Сэм сказал о Дине, на этот раз не закадрившем девчонку. – В любом случае, – продолжил Сэм, продолжая хмуриться и немного раздражаясь, – я звонил тебе пять раз. Почему ты не брал трубку? Дин наклонил голову. – Я ничего не слышал, – сказал он, роясь в карманах в поисках своего телефона. Он вытащил его и проверил экран, прежде чем его брови полезли вверх, – посмотри на это. Он поднял взгляд на Сэма. – Прости, – сказал он, пожимая плечами, – я очень крепко спал. Сэм вздохнул, явно уставший от поведения брата. – Ты слышал что-нибудь? – спросил Дин, толкая Каса, который почти подпрыгнул от удивления, услышав неожиданный вопрос. – Что? – выпалил он, поднимая голову. – Нет, ничего. Это была правда, он не слышал звонков телефона, пока спал. Дин многозначительно склонил голову к Касу, глядя на Сэма и как бы представляя неопровержимые доказательства своей невиновности, на что Сэм только покачал головой. – Какая разница, – сказал он, – я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Дин кивнул. – Спасибо, Сэмми, – поблагодарил он, – со мной все хорошо. Сэм одно мгновение смотрел на него, скрывая озабоченность под раздражением, и кивнул в ответ. – Хорошо, – сказал он, и, посмотрев на Каса, добавил: – Спасибо. Кас не спросил, что он имел в виду, очевидно, Сэм понял, что он был тем, кто убедился, что Дин вернулся домой в безопасности. Ну, почти домой. Кас не мог найти слов для ответа, хотя в словах Сэма было достаточно заботы и благодарности. – Увидимся, – попрощался Сэм, хлопнув Дина по плечу, на что Дин ответил озорной улыбкой. – Да, – сказал он, – увидимся. С этими словами Сэм ушел, а Кас медленно закрыл дверь. Он повернулся к Дину, который поднял брови. – Он слишком много беспокоится, – пояснил он и направился обратно в комнату Каса, а Кас поколебался одно мгновение. – Ну, – начал он, – ты не отвечал на телефон. Я бы тоже беспокоился о своем старшем брате. Дин ему не ответил. Его лицо приобрело странное выражение, как будто он сильно сжал челюсти. Кас решил не говорить на эту тему снова. – И, кстати, – сказал, нахмуриваясь, – ты планируешь остаться здесь? Ты явно чувствуешь себя как дома. Как только слова вылетели из его уст, он пожалел, что сказал это. Он хотел произнести это как шутку, но, как всегда, его попытка не имела успеха, и он звучал просто грубо. По крайней мере, он уже это сказал, и большинство людей его именно так и воспринимали. И что самое страшное, когда он сказал это, он понял, что не хочет, чтобы Дин уходил. Он действительно не хочет. Но какая разница, как слышали бы его другие люди, когда он говорил это, если Дин сейчас ему просто улыбнулся. Он сел рядом с книжным шкафом у подножия кровати, скользя по корешкам множества книг, стоящих там, останавливаясь на некоторых из них. – Я планировал уйти, – легко сказал он, и сердце Каса остановилось, – но с таким отношением, я думаю, я должен остаться еще на некоторое время. Сердце Каса начало биться снова, хотя и немного быстрее, чем минуту назад. Он наблюдал, как Дин проводил пальцами по корешку книги вверх-вниз. – У тебя здесь хорошая коллекция, – пробормотал он, и Кас пришел в себя и направился к нему. – Спасибо, – сказал он, глядя на Дина, рассматривающего книги. Его зеленые глаза вспыхивали, фокусировались и двигались, когда он читал названия, и Кас понял, что они сидят слишком близко. Кас находился почти рядом с ним, так близко, что чувствовал запах кожаной куртки, которую он так и не снял с прошлой ночи. Она пахла приятно. – Вот, – сказал Дин, выпрямляясь, и Кас моргнул, как будто выходя из какого-то транса. Дин зацепил пальцем корешок книги и вытащил ее, чтобы передать Касу, – вот эта. Кас смущенно глянул на него, не обращая внимания на книгу. Это был сборник рассказов Эдгара По, и он не мог удержаться от улыбки. – И что с ней? – спросил он, глядя на Дина, пребывающего в состоянии полного комфорта и легкости. – Прочти ее, – сказал он и вложил книгу в руку Каса, повернулся и направился обратно к кровати, по пути стягивая с себя кожаную куртку и бросая ее на кресло. Кас стоял в замешательстве. – Я читал, – хмурился он, – несколько раз. – Так прочитай еще раз, – просто сказал Дин, садясь на кровать Каса. Потом он спустился ниже и практически лег, положив одну руку под голову, а вторую разместив на животе, многозначительно глядя на Каса. – Что, сейчас? – спросил Кас, и Дин кивнул, поднимая брови в очевидном жесте, и Кас нерешительно пошел к нему. – Вслух? – Да, – сказал Дин, – прочти мне что-нибудь. Кас смотрел на него, с особой подозрительностью разглядывая лицо, но Дин просто усмехнулся. – Чувак, похмелье будет длиться еще какое-то время. Может, проще будет лечь и расслабиться. Затем он взглянул на Каса с маленьким неожиданным намеком тревоги в зеленых глазах. – Если ты не возражаешь? – след той тревоги был и в голосе тоже, Кас и представить себе не мог, что такая эмоция может исходить от Дина. Он вздохнул, намереваясь сесть в кресло, но Дин остановил его движением руки. – Я не кусаюсь, – в его голосе не было ни юмора, ни сарказма, ни флирта, когда он жестом указал на кровать. Кас был уверен, что его сердце бьется чересчур громко, но ему все же удалость сесть на кровати спиной к стене, неуверенно размышляя, куда деть ноги. Дин лежал на подушках, а Кас сел на нижнюю часть кровати, выбирая – либо положить ноги на Дина, либо ноги Дина окажутся поверх его собственных. Он успокоился, усевшись со скрещенными в индийском стиле ногами. – Что бы ты хотел услышать? – спросил Кас, стараясь не думать, какой странной была вся эта ситуация, и посмотрел на Дина. Тот уставился в потолок, морща лоб и пытаясь придумать. – Мне нравится «Сердце-обличитель», – признался он после нескольких минут с мрачным выражением на лице, – немножко шаблонно. – Один из моих самых любимых рассказов, на самом деле, – согласился Кас и многозначительно посмотрел на Дина, – это классика, а не шаблон. Дин посмотрел на него и криво улыбнулся. Это была самая лучшая улыбка. – Тогда я хочу ее услышать, – сказал он и пристально посмотрел на Каса, прежде чем тот взял себя в руки и вернулся к книге. Он проверил содержание и открыл нужную страницу. Он практически чувствовал взгляд Дина на себе и откашлялся перед чтением. – «Правда!»* – начал он. – «Я нервный – очень даже нервный, просто до ужаса, таким уж уродился; но как можно называть меня сумасшедшим? От болезни чувства мои только обострились – они вовсе не ослабели, не притупились. И в особенности – тонкость слуха». Он остановился, почувствовав, что взгляд Дина пропал, и медленно поднял голову. Его глаза были закрыты, и Кас просто смотрел на него какое-то время, считая, что тот внезапно уснул. Было что-то расслабляющее в том, чтобы разглядывать Дина лежащим на кровати, когда его грудь вздымается, футболка плотно облегает его тело, натягиваясь с каждым вздохом. На его лице с закрытыми глазами и расслабленными губами не было никаких морщин. Но Кас все еще мог их видеть, видеть следы от них, и мог представить, как лицо Дина озаряется улыбкой. Затем Дин открыл глаза и сонно посмотрел на Каса, от чего тот постарался не подпрыгнуть на месте. – Продолжай, – многозначительно сказал Дин, и Кас откашлялся и вернулся к книге. Он не мог поверить, что Дин только что поймал его за подглядыванием. Он почувствовал себя невероятно неловко. Но чтение помогло ему. Оно всегда помогало успокоиться, и он расслабился, отпустил мысль об их сидении здесь, его чтении Дину, пока тот лежал на его кровати. «На моей кровати». Эта часть была самой сложной для восприятия. Он облизнул губы. – «Я слышал все, что совершалось на небе и на земле», – продолжил он ровным голосом. – «Я слышал многое, что совершалось в аду. Какой я после этого сумасшедший? Слушайте же! И обратите внимание, сколь здраво, сколь рассудительно могу я рассказать все от начала и до конца».