Часть 3
6 февраля 2023 г., 21:27
Первое, что увидел Питер, открыв глаза — перепуганное, побледневшее лицо профессора Старка, который звал его по имени. В нос ударил едкий противный запах, и он вяло оттолкнул руку с ваткой, смоченной в чем-то, выедающем мозг.
— Пит, ты как? — профессор придержал его, пытающегося подняться, за плечо. — Погоди, не торопись, полежи минутку.
— Что со мной? — прохрипел Питер. Во рту пересохло, и он с благодарностью принял стакан воды, как и помощь в том, чтобы попить.
— Ты упал в обморок, — Старк отставил стакан и осторожно, влажным полотенцем обтер его лицо. Я сейчас позвоню моему доктору, чтобы он подъехал и осмотрел тебя. Возможно, нужно сдать какие-то анализы…
— Не надо доктору! — Питер слишком резко сел, от чего его снова немного повело. — Я уже в порядке! Пожалуйста, профессор, только не нужно никуда звонить!
Старк скептически смотрел на него, все еще держа в руке мобильный телефон.
— С тобой такое часто бывает?
— Нет, что вы, — почему-то Питер постеснялся рассказать о том, какие странные ощущения он испытал, глядя на картину. Совершенно очевидно, что это были галлюцинации, вызванные… чем? Вероятнее всего, тем, что он не позавтракал нормально. И еще не поужинал. На нервах перед предстоящей встречей с профессором Старком Питер действительно мало ел и мало спал. — Голова внезапно закружилась.
Думаю, я просто забыл позавтракать, — изо всех сил Питер постарался улыбнуться. Профессор выглядел уж больно обеспокоенным.
— Тогда тем более я просто обязан тебя накормить. Встать можешь?
Питер кивнул, в голове уже достаточно прояснилось. Стараясь не делать резких движений, он поднялся. Удивительно, но чувствовал Питер себя не больным, а странно отдохнувшим, будто крепко проспал не менее десяти часов. На радостях, он сделал слишком поспешный шаг вперед, запутался в собственных конечностях и неуклюже завалился на Старка. Тот ловко подхватил его одной рукой под локоть, второй скользнув вдоль талии, прижимая ближе к себе, позволяя восстановить равновесие. Питер замер.
Профессор тоже замер, внимательно глядя ему в глаза. Внезапно, ощущая даже сквозь футболку тепло от ладоней и крепкого тела, картины недавнего то ли сна, то ли галлюцинаций, вновь встали перед глазами, и Питер почувствовал, что отчаянно, мучительно краснеет. Старк моргнул, отворачиваясь и разжимая руки.
— Ты что-то бормотал, едва придя в себя, я не расслышал. Что-то про руки и плечи. Помнишь что-нибудь? — пытливо вглядываясь в его лицо спросил он. Питер, вспоминая отголоски сна, отчаянно понадеялся, что бормотал он не что-то крайне неприличное.
— М-м-м… нет? Но вообще мне показалось, что я снова в школе на физкультуре получил мячом по затылку. Бывало, знаете ли. От этого помогало… э-э-э… плечи размять. Кровообращение восстановить, все дела, — смущенно сочинял на ходу он.
— Да, пожалуй, это неприятно, — натянуто улыбнулся Старк и в глубине его глаз Питер увидел что-то похожее на… разочарование?
***
— Ты был у Старка в гостях?! — от возбуждения Нэд едва не перешел на ультразвук. — Это круто, чувак! Питер поморщился от громкого возгласа и шикнул на друга. Голова немилосердно трещала, потому что он провел практически бессонную ночь, то и дело погружаясь в кошмары. Вчера они успели со Старком не только поесть на его большой светлой кухне, но и вернуться аккурат к отбою. Он довез Питера ко входу в студенческие общежития и отправился в другой конец, где были квартиры преподавателей. За весьма насыщенный событиями день Пит чувствовал себя донельзя вымотанным и, едва дойдя до кровати, почти мгновенно отрубился. Однако поспать спокойно до утра ему так и не удалось. В большой богато украшенной комнате горит огонь, ложе, на котором он лежит, устлано мягчайшими шкурами. Питер успевает только изумленно оглядеться, как дверь отворяется, впуская Старка, одетого лишь в тонкие полотняные штаны. Мягкие отблески огня играют на рельефных мышцах груди, ярко подсвечивая шрамы — доказательства храбрости и отваги. Невольно засмотревшись, Питер пропускает момент, когда мужчина оказывается рядом с ним в постели крепко прижимаясь к нему своим горячим телом. — Скучал по мне, Чудо мое? — голос его хриплый, глубокий, обволакивает, затягивает, гипнотизирует, и Питер почему-то подчиняется, прогибается, подставляясь, откидывает доверчиво голову на руку, покорно демонстрируя открытое горло, к которому тут же прижимаются чужие губы. Все кажется таким правильным, таким естественным. Знакомым. И сильные руки, и нежные губы, и тихий шепот на ухо. Питер знает это тело до последнего шрама, этот запах, вкус чужой кожи. Помнит ощущения, когда в него скользит полностью возбужденный член, делая первый, длинный и глубокий толчок. Он скулит от удовольствия, прикусывает плечо Старка, нет, Эдварда. Своего Эдварда, который умело распаляет огонь внутри каждым выверенным движением. Который отдаст за него жизнь и душу, и за которым Питер готов опуститься в самое пекло. Огонь в камине трещит, он на ощупь находит чужую руку, сжимая крепко, до боли, и кончает, выстанывая любимое имя… Питер очнулся задыхающимся, мокрым, и в штанах, перепачканных спермой. Он как никогда был счастлив оттого, что его сосед по комнате ночует у своей девушки, потому что можно только догадываться, какие непристойные звуки он издавал во сне. Приснится же такое… Кошмар. Вот до чего доводит слишком живое воображение. Со стоном откидываясь на влажную от пота подушку, Питер устало растер лицо, ощущая, как снова проваливается в сон. Но, засыпая, раз за разом возвращался то в знакомую уже комнату, то в палатку, то на конюшню. Общим во снах было одно — он яростно, с небывалой отдачей трахался с профессором Старком, которого почему-то называл Эдвардом. А может быть, с Эдвардом, в котором видел профессора Старка, но после третьего оргазма за ночь, в шестом часу утра, он еле поднялся с кровати, чувствуя себя совершенно разбитым. Отчаянно хотелось прогулять пары, но во-первых, он прогуливал вчера, а во-вторых, снова уснуть Питер уже просто опасался. — Ты узнал, что хотел? — Нэд все еще сидел напротив немного выпавшего из реальности Питера и все еще жажадал подробностей. — На самом деле, немного, — вздохнул он. — Только то, что это точно не Старк, что рыцаря звали Эдвардом, и его портрет хранится у профессора дома. Он мне его, собственно, и показал. Сходство потрясающее. Про свой обморок и сны Питер дальновидно умолчал. — И что теперь? — Нэд смотрел сочувственно. Видимо, он принимал внешний потрепанный вид Питера на счет настигшего его любовного кризиса. — Приударишь за Старком? Раз уж они одно лицо? Питер аж вдохом поперхнулся. — Да ты в своем уме? Он наш профессор, между прочим! — И что? Как это мешает ему быть эффектным мужчиной и твоей ожившей мечтой? Питер задумался. Старк, конечно, был как две капли воды похож на его рыцаря, но это же совсем не значит, что он может вешаться на него или делать непристойные намеки. И то, что в его доме даже не пахло женщинами, еще ничего не значит. Больше всего ему не хотелось уподобляться глупым студенткам и студентам, преследующим симпатичных преподавателей. Даже если неудержимо тянет хотя бы еще раз оказаться с профессором наедине, навязываться Питер не станет. — Он вообще-то может оказаться не геем, — возмущенно шикнул он. — Да даже если и да, с чего бы ему заинтересоваться мной? Он-то не дрочил на мой светлый образ последние восемь лет! Нед уже было открыл рот, чтобы возразить, но прозвенел звонок, и миссис Крэби спасла Питера от необходимости с ним спорить. День потянулся своим чередом. За ним еще и еще один, похожие друг на друга, как близнецы, чего нельзя было сказать о ночах, каждую из которых Питер проводил в объятиях своего рыцаря и через неделю готов был признать, что воображение тут явно ни при чем. Вероятно, он просто сходил с ума. Он то смеялся вместе с Эдваром, наблюдая за возней щенков, то тот обучал его бою на мечах, и после таких ночей у Питера целый день болела рука, в которой он во сне держал клинок, то он таял в его объятиях в постели, и эти сны казались самыми невозможными. В их свете Питеру стало сложно не только посещать пары профессора Старка, но и вообще случайно видеть его в коридорах университета. Он обходил его по широкой дуге, а во время лекций старался устроиться в углу на самом последнем ряду. И будь он любым рандомным студентом, Старк был этого даже не заметил, но тот знал Питера, не мог не ощущать перемену в его настроении. Поэтому, когда спустя две недели он попросил его задержаться после пары, Питер даже не удивился. — Как самочувствие? — осведомился Старк, едва они остались в аудитории вдвоем. — Нормально, — промямлил Питер, сам понимая, как неубедительно звучит его голос. Старк поджал губы, переложил стопку бумаг с одного конца стола на другой и вздохнул. — Не буду ходить вокруг да около, Питер. Я заметил, что ты явно меня избегаешь после того раза, как побывал у меня дома. И я должен знать, не сделал ли я чего-то, что обидело тебя или показалось тебе неуместным? — Нет! — Питер ответил так быстро и с таким жаром, что Старк невольно улыбнулся. Его улыбка чертовски напоминала Эдварда, и он поклясться бы мог, что знает, каковы на вкус эти губы. — Это… дело во мне, просто в последнее время скопилось много домашней работы, и… Питер и сам понимал, что его оправдания звучат глупо и не в тему. Но и допустить, чтобы профессор думал, что он чем-то обидел его, Питера, тоже не мог. Старк был ни в чем не виноват. Никто не виноват, что его мозги плавно уезжают куда-то не туда. — А раз так, я просто обязан отвлечь тебя и убедиться, что с тобой все в порядке. — Он поднялся, и уверенно застегнул портфель. — Поэтому приглашаю на чашечку настоящего кофе по-арабски, вместо той бурды, что подают в здешнем кафетерии. — П-приглашаете? — Питер непонимающе моргнул. — Куда? — К себе, — Старк невозмутимо пожал плечами.— Отдам тебе материалы по реферату, который ты выбрал в качестве зачетной работы, у меня есть нужная книга. И угощу настоящим кофе в знак полного взаимопонимания. Идет? Тут недалеко. И Питер кивнул, уже понимая, как нелегко ему придется.
