Часть 7
3 мая 2023 г., 23:08
— Что? Вы знали моего отца? — От удивления Питер снова обмяк на стуле. Такого он точно не ожидал. До сих пор все, что рассказывал Старк было очень логичным и последовательным, но только не…
— Мы были хорошими друзьями еще с университета, Питер. Только твой отец стал археологом, а я так и остался на историческом. Ему тоже очень нравилась эта легенда, и он часто рассказывал ее на ночь своему маленькому сынишке. Позже, я думаю, воспоминания об этом стёрлись, а вот саму легенду ты запомнил. Возможно, она обросла твоими собственными фантазиями и домыслами.
— Но это невозможно! — от волнения Питер соскочил со стула, невежливо ткнув пальцем Старку в грудь. — Откуда тогда у вас все эти рисунки? На них изображен я в те периоды жизни, когда вы меня знать не знали. Я не помню вас, профессор, хотя уверен, что, раз встретив, уже не забыл бы никогда.
— Твой отец, а после и твой дядя показывали мне твои фото. Кое-что даже осталось на память, я могу найти, если хочешь. К тому же, мы встречались с тобой, Питер, просто ты был тогда совсем маленький и вряд ли запомнил.
— Дядя Бен?! Вы хотите сказать, что он тоже был в курсе всего и ничего мне не сказал?! Простите, но вы лжете. Этого просто не может быть!
— Почему? — совершенно спокойно проговорил Старк. — Как я уже сказал, я был другом твоего отца. Конечно я был знаком и с его братом. Что в этом удивительного?
— Потому что дядя Бен тоже никогда о вас не рассказывал!
— А должен был?
Питер сбился, судорожно вспоминая все, что знал о друзьях и знакомых дяди Бена. Он знал о его напарнике, его начальнике, нескольких сослуживцах… Питер мог бы с уверенностью сказать, что хорошо знал только напарника дяди, который присутствовал на его похоронах.
— Мы не были так уж дружны с Беном, как я уже сказал, я был другом его брата — твоего отца. С твоим дядей у нас было мало общих интересов. Я даже не знал, что он погиб — был в то время в командировке, поэтому не смог прийти на похороны. Однако, мы встречались несколько раз, и основной темой разговоров был ты, Питер. Мне хотелось знать, как дела у сына моего друга, которого я знал еще крошкой.
— Но дядя знал, как я хочу узнать что-то о рыцаре с портрета в той энциклопедии и никогда ничего не рассказывал! Погодите, — оборвал он сам себя от внезапного озарения, — это вы дали дяде эту книгу?
— Конечно. Это была моя первая книга и, разумеется, я дал ее ему в одну из наших встреч.
— Он ничего не рассказывал мне ни о рыцаре, ни о легенде, — правда все еще отказывалась укладываться у Питера в голове. Он отошел к окну, сложив на груди руки и покачал головой. — Хотя я только и говорил о нем. Искал любую информацию. Мне кажется, в какой-то момент я окончательно достал этим тетю Мэй.
— А он ничего и не знал, ни о легенде, ни о рыцаре, — грустно улыбнулся Старк. — Это была только наша с твоим отцом история. И немножко твоя — в виде красивой сказки на ночь.
Питер снова упал на стул, сжав голову руками. Что-то не сходилось в этой истории, по крайней мере, для него. Зудело на краю сознания, не позволяя выдохнуть расслабленно, посмеяться над своими страхами и подробнее расспросить профессора Старка об отце. К сожалению, в жизни Питера осталось слишком мало людей, которые помнили бы его достаточно хорошо.
— Хорошо, — резко взлохматив волосы, он поднял голову, впиваясь в невозмутимое лицо Старка. — Хорошо, допустим. Но как же мои видения? Мне снились всякие сны и даже иногда наяву я видел вещи, знать о которых никак не мог!
— Человеческий мозг — странная и удивительная штука, — пожал плечами тот. — Как я уже говорил, ты не раз слышал эту историю от своего отца. Когда он погиб, возможно, твой мозг заблокировал какие-то воспоминания. Чтобы не травмировать тебя. А сейчас, под воздействием нашей встречи, ты просто… вспомнил?
— Не сходится! — Питер стукнул ладонью по столу. — В одном из моих снов я видел кольцо, которое рыцарь Эдвард подарил своему оруженосцу. Я… вчера я нашел его! В том самом месте, в котором оно было спрятано более трех сотен лет назад!
— Вот как? И как оно выглядело?
— Большой золотой обод и ярко-красный камень. Точно мне по размеру!
— Питер, — Старк наклонился вперед, осторожно накрывая его руку своей ладонью, — прошу тебя, успокойся. Я нашел тебя вчера возле старой церкви, без сознания, промокшего до нитки и в нервной горячке. У тебя не было никакого перстня. И вокруг не было никаких следов, указывающих на то, что он был. Ты точно уверен, что видел его? Что тебе на почве переживаний не приснился слишком реалистичный сон?
Открыв рот, Питер смотрел на него в ответ. Сон? Какой сон? О чем вообще говорит Старк? Да он готов заложить все, что у него за душой, что еще ощущает в ладони холодный вес металла. Но отчего-то момент, куда потом делось кольцо, Питер вспомнить никак не мог. Вот он вытаскивает камень из кладки, вот достает полуистлевшую тряпицу, в ней — удивительно ярко вспыхивает желтый металл и кроваво-красный камень. Вот он судорожно примеряет перстень, убеждаясь, что тот сидит, как влитой. Опускается на колени. И… слышит голос профессора Старка. А потом и видит его. Куда же делось кольцо?!
— Оно было на мне, — Питер неосознанно прикоснулся к среднему пальцу левой руки. — Прямо вот тут…
— Не было у тебя ничего, я клянусь тебе. Поверь, мне нет смысла лгать.
— Скорее всего, я вернул кольцо в нишу! — Питер подскочил и снова сделал круг по кухне. — Мне надо срочно вернуться туда! Я могу вам доказать!
— Хорошо, — немного удивленно наблюдал за ним Старк. — Я могу отвезти тебя, если не возражаешь.
Питер не возражал. У него даже руки тряслись — так хотелось оказаться там как можно скорее.
Переодевшись, он пулей вылетел из ванной к уже поджидавшему его Старку. На улице прояснилось и потеплело, и тот остался в тех же джинсах и футболке, накинув сверху только клетчатую рубашку.
***
Они доехали удивительно быстро. Вчера ночью Питеру казалось, что их путь был гораздо длиннее, хотя он и проспал всю дорогу. Сегодняшним днем округа совсем не казалась такой таинственной и пугающей, как во сне. Светило яркое солнце, по дорожкам парка то и дело проезжали отдыхающие на самокатах и велосипедах, слышались детские голоса, а вдалеке доносился гул, намекающий на то, что аттракционы тоже работали. Вокруг ветхой, полузавалившейся церкви больше не было строительных лесов. Питер отлично помнил, что ему пришлось обойти ее едва ли не дважды, пока он нашел место, где подобраться к стене вплотную было наиболее удобно. — Но… — он приблизился к зданию, неуверенно оглядываясь на Старка. — Но тут должны быть леса! Вчера они были. Зачем их убрали и когда успели? — Пит, — Старк смотрел на него уже с некоторой тревогой. — Тут никогда не было строительных лесов. — Церковь действительно собирались восстанавливать. Об этом даже в местной газете писали, я упоминал на одной из своих лекций о том, что это место считалось местом силы в древности, поэтому люди, интуитивно чувствуя такие вещи, построили в свое время здесь храм. Но восстановить его нерентабельно, посмотри, — он кивнул на строение, — он же держится на честном слове. Восстанавливать пришлось бы с фундамента. Власти еще рассматривают эту возможность, может быть, найдутся спонсоры, но пока это только на уровне разговоров да публикаций в СМИ. — И вы хотите сказать, что вчера тут лесов тоже не было? — тихим, убитым голосом проговорил Питер. — Когда вы меня нашли? — Конечно нет. — Ты сидел прямо там, у входа, вон на том камне, — он махнул рукой на большой булыжник, бывший, вероятно, когда-то частью фундамента пристройки. Не видя ничего перед собой, Питер пошел вперед, безошибочно, даже при свете дня отыскивая нужную стену и нужный камень. Он помнил, где надо нажать и где потянуть, чтобы открыть нишу, но камень, как и вся кладка, выглядел так, словно его никогда не трогали. Ни разу с момента постройки. Несколько раз попытавшись сделать то, что он делал ночью, Питер убедился, что тот стоит, как влитой. — У вас в машине есть какие-то инструменты? — обернулся он к стоящему за спиной Старку. — Хоть что-то, чем можно было бы подцепить? — Вообще-то есть, но тут вокруг люди ходят. Как бы там ни было, церквушка все еще имеет статус исторического наследия, — он кивнул на ранее не замеченную Питером табличку. — Может, не стоит ломать стены среди бела дня? — Я не собираюсь ломать стены, — Питер состроил умоляющую мордашку. — Мне просто надо убедиться, мистер Старк! Тот тяжело вздохнул, окинул Питера еще одним нечитаемым взглядом и, развернувшись, направился к машине. Питер остался один. Он сел на тот самый булыжник, пытаясь сосредоточиться и вспомнить, что же произошло вчера. Однако, весь пейзаж и атмосфера вокруг были совсем не такими, как запомнилось ночью, поэтому все произошедшее действительно начинало казаться сном. Мало ли? Может он еще и во сне ходит… Господи, как перед Старком-то неудобно! И что только он сейчас думает о Питере?! Не успел Питер провалиться окончательно в пучину самобичеваний, как тот вернулся, неся небольшой ломик, охотничий нож и гаечный ключ. — Все что было, — передал он предметы Питеру.***
— Вы так и не рассказали, откуда пошел ваш род, если, как гласит легенда, рыцарь Эдвард любил своего оруженосца и вообще — был по мальчикам? — Питер оторвался от бездумного рассматривания пейзажа за окном автомобиля. Они направлялись назад в город, решив, что Питеру лучше вернуться в дом тети, пока она окончательно не подняла панику по поводу долгого отсутствия новостей от племянника. — Как ты сам сказал, в то время, для того, чтобы произвести наследника на свет, необходима была женщина, — ухмыльнулся Старк. — Только не говорите, что это была та самая барышня по соседству, заказавшая бедного оруженосца, — вздохнул Питер, — после того, как они так ничего и не нашели у стены, — никаких следов перстня и даже тайника, — хотя, вместе со Старком, все-таки выломали нужный булыжник, — он больше не ассоциировал себя с ним. — О нет, — как гласит летопись, то была «прекрасная леди из северных земель. — Ого, — вяло проговорил Питер. Они практически подъехали к его родному району. — Простите меня, мистер Старк. — Да за что? — тот, на секунду отвлекшись от дороги, озабоченно взглянул на Питера. — Это ты извини меня, за все эти треволнения. Следовало рассказать тебе все с самого начала, но я… почему-то мне было неловко перед тобой. Что после смерти твоего папы и дяди ни разу не приехал, хотя я следил за тобой через соцсети. Но сначала было слишком… — он замялся. — Больно? — подсказал Питер. — Именно, — кивнул Старк. — Не смог бы не вспоминать Ричарда, глядя на тебя. А после мне просто было стыдно. Стыдно за то, что я такой трус. — Вы не трус, — вздохнул Питер. — Это нормальная реакция организма, как говорил мой психолог. — Я так и не смог больше войти в квартиру, где жил с родителями, и дяде Бену пришлось ее продать. — Все равно, — мотнул головой Старк. — Ты был маленьким, а я — взрослым. — Я мог бы участвовать в твоей жизни. Как-то быть рядом, особенно когда погиб Бен. Питер молчал, какое-то время обдумывая услышанное. Машина плавно свернула к дому его тети и остановилась в тени деревьев. Пришла пора прощаться. — Знаете… Я рад, что вы этого не сделали, сказал, наконец, Питер. — Рад? — Старк тоже не спешил прощаться, развернувшись всем корпусом к нему, пристально рассматривая. — Ага. Если бы вы были рядом со мной с детства, было бы сложнее. — Сложнее что? — тихо проговорил тот. Питер осторожно отстегнул ремень безопасности, тоже повернувшись к лицом к Старку. Несмотря на самые безумные пару дней в его жизни, сейчас он впервые чувствовал умиротворение и покой. Хотя всем странностям нашлось весьма прозаичное пояснение, Питер с сожалением думал о том, что его маленькое приключение закончилось. А значит, больше нет повода так долго быть в компании профессора Старка. И к этому Питер был совершенно не готов. — Вам и мне было бы сложнее сделать это, — пробормотал он и отчаянно-храбро потянулся своими губами к его губам. Старк перехватил их на полпути, тут же жадно забирая инициативу. Это был даже не поцелуй в полном смысле этого слова — Питер просто коснулся на мгновение губ Старка и тут же попытался отстраниться, подбираясь, словно ожидая удара. Но его робкое движение на полпути перехватили, жестко фиксируя, одной рукой обхватив за плечи, другой — обняв щеку, не пуская, не давая и малейшей возможности отступить. Чужое дыхание лишь на долю секунды скользнуло по щеке, но этого хватило, чтобы тело мгновенно подстроилось, доверчиво расслабляясь. Питер прилежно пытался отвечать, как-то повторять все те невероятные вещи, которые делал с ним Старк, но не поспевал, в конце концов, сдавшись на его милость. Почувствовав, как из жадного поцелуй постепенно переплавляется в ласковый, а после и вовсе мягко сходит на нет чередой лёгких прикосновений, Питер недовольно застонал, дернувшись вперёд, но был остановлен уверенной рукой. — Я тоже совершенно не хочу оставлять тебя, Пит, но сейчас действительно не время и не место, — прошептал Старк. — Я думаю, тебе стоит поторопиться к тете, а мне — все-таки попытаться подготовиться к семинару в понедельник, на котором ты, надеюсь, будешь присутствовать. И не думай, что я забуду тебе курсовой проект. — Я помню, хотя, мне кажется, у меня есть к вам пара вопросов по содержанию. Можно напроситься на индивидуальные консультации? — совсем осмелев, спросил Питер, заглядывая в глаза. От увиденного там, пальцы на ногах сладко поджимались от предвкушения. — Посмотрим, — протянул Старк, а после резко подался вперед. Питер доверчиво нырнул в объятия, укладывая подбородок на плечо. — Вообще, это были сейчас не обнимашки, это я двери тебе открываю, — шепнули ему прямо в ухо. — И если ты немедленно не уберешься из машины, боюсь твоя тетя не дождется тебя очень долго, и нам придется многое пояснять и ей, и руководству университета. Питер хихикнул, смущенно убирая сцепленные на спине Старка руки, и практически вывалился из машины, молясь, чтобы красные щеки успели остыть, пока он поднимется по лестнице.
