Книга II. Удар молнии

      Падающий Снег скатал собранный с большого валуна мох во внушительный ком и подкатил его к тем, что успели соорудить Рыжая Лисица с Шумным Градом.       «У врачевателей мало кошачьей мяты, — припомнил он слова Сверкающей Молнии, сказанные мягколапом вчерашним вечером. — А тем временем Зелёным кашлем уже охвачено четыре кота. Ещё и Снежный Холм объявился с предостережением. Но какой запрет может нарушить Терновый Куст? Выберется в лес в одиночку? С чего же я должен ему в этом помочь?».       Не успел он додумать, как морозный утренний воздух сотряс звучный рёв Острого Листа.       — Ого, — выпалил Шумный Град. — Чего это он?       — У него сейчас тренировка со Сверкающей Молнией, — пояснила ему Рыжая Лисица. — Наверное, он его чем-то разозлил. Неудивительно. Ни на кого ещё Острый Лист так сильно не злился, как на Сверкающую Молнию.       Повернувшись к рыже-белой кошечке, Падающий Снег подметил, как её зеленоватые глаза отчего-то досадливо сузились.       — Похоже, это был последний мох в нашем лесу, — грустно мяукнул Шумный Град, оглядывая получившийся ком.       — После Поры снегопада вырастет новый, — обнадёживающе ответил ему Падающий Снег и, когда чёрно-серый котик покатил мох в лагерь, а Рыжая Лисица пошла рядом, направился вслед за мягколапами, насторожённо дёргая ушами в сторону любого сколько-нибудь подозрительного звука.       «Нельзя допустить, чтобы хоть кто-то пострадал от лап куницы, — подумал белый кот, тщетно пытаясь приподнять шёрстку, скрытую под отвердевшей коркой из лепестков календулы. — На наш клан и так напала болезнь. Сейчас мы уязвимее всего».       Переступив порог входа в лагерь, белый кот заметил в палатке врачевателей сидящего спиной к её выходу Огненного Шторма и недоумённо шевельнул усами.       — В чём дело? — спросил он у сидящего перед кучей дичи Крыла Пустельги.       — Солнечное Пламя заболела, — мрачно ответил кремовый остролап, отрываясь от худощавого зяблика. — Вроде ничего серьёзного — горло болит.       Повернувшись к заталкивающим ком мха в палатку врачевателей мягколапам, Падающий Снег вошёл следом и увидел сидящую рядом с мышиной лапкой Солнечное Пламя.       — Ну что ж ты совсем как котёнок? — раздосадованно прохрипела вождь, отстраняясь от прижавшегося щекой к её шее Огненного Шторма. — Я же ещё не умираю.       — Но мама, — отчаянно выдавил крепкий пушистый остролап. — Если это Белый кашель, то он перерастёт в Зелёный и тогда ты…       Тут рядом с Огненным Штормом встала Рыжая Лисица и он, не договорив, посмотрел на дочь горьким взглядом.       — Неужели ты так сильно не доверяешь мне, Огненный Шторм? — нахмурился Шёпот Камыша, убирая нос от носа Тихой Лани.       — Нет, что ты, — пристыженно помотал головой рыжий остролап. — Просто все древние подхватили Зелёный кашель, а Солнечное Пламя старше даже их.       — Так значит, ты в мои силы не веришь, — с улыбкой покачала головой вождь и, когда сын резко обернулся к ней, посмотрела на них с Рыжей Лисицей тёплым взглядом своих янтарных глаз.       — Не переживайте за меня, мои хорошие, — хрипло промурчала она. — Я вас не оставлю.       — Солнечное Пламя, — позвала Рыжая Лисица, краем глаза увидев устраивающуюся на утрамбованное для неё Шумным Градом моховое гнёздышко Цветущую Лилию. — Можно мы тебе тоже гнёздышко сделаем?       — Не надо, — отмахнулась рыжая старуха. — А если на куницу наткнётесь?       Рыжая Лисица хотела что-то ответить, но не решилась и жалобно сузила свои зеленоватые глаза.       — Лучше иди поешь, — добродушно проворчала Солнечное Пламя. — А то исхудала донельзя.       — Не хочу отнимать еду у других, — глухо ответила Рыжая Лисица, однако осеклась под укоризненным прищуром матери своего отца.       — Можешь считать это приказом твоего вождя, — проскрипела Солнечное Пламя. — Ну всё, иди, а то ещё начнёшь болеть.       Рыже-белая мягколапа молча кивнула и, опустив тёмные уши, поплелась к выходу из палатки врачевателя.       — Я тоже пойду, — вздохнул Огненный Шторм, поднимаясь на лапы. — Надо бы Шумного Града потренировать охоте. Поправляйся, Солнечное Пламя.       — Спасибо тебе, — сердечно улыбнулась вождь и проводила уходящего сына взглядом.       — Как ты? — тем временем мягко поинтересовался Падающий Снег у свернувшейся калачиком на свежем моховом гнёздышке Цветущей Лилии. — Вижу, уже не кашляешь.       — В горле сильно першит, — тихо призналась подруга, подняв на него мутные карие глаза.       Поколебавшись долю мгновения, белый кот дотронулся носом до лба трёхцветной кошки и, когда та устало прикрыла глаза, повернулся к скрючившемуся на гнёздышке для больных Раскату Грома.       — У него, наверное, Зелёный кашель уже, — тихо просипела Соловьиная Песнь, проследив за взглядом белоснежного остролапа. — Спит с самой ночи.        Почувствовав, как в груди сжалось сердце, Падающий Снег безжизненно кивнул золотистой кошке и перевёл взгляд на Солнечное Пламя.       — В чём дело, Падающий Снег? — поинтересовалась та, посмотрев в его зелёные глаза.       — Солнечное Пламя, — всё же решившись, промяукал белый кот. — Мне сегодня приснился странный сон.       — И о чём же? — чуть склонила голову к плечу старая рыжая кошка.       — В нём ко мне пришёл кот, назвавшийся Снежным Холмом.       Падающему Снегу показалось, что при упоминании имени своего сонного наставника в медовых глазах вождя на мгновение вспыхнул огонёк заинтересованности.       — Вот оно как, — покачала головой Солнечное Пламя. — Надеюсь, ты поймёшь его послание и поделишься догадкой со мной.       — Постараюсь, — кивнул Падающий Снег, как вдруг ему в плечо врезался плечом Шёпот Камыша.       Повернувшись к бежевому врачевателю, белый кот наткнулся на его глаза, полыхающие яростным зелёным огнём.       — Падающий Снег, — подрагивающим голосом процедил он, выронив изо рта стебель какой-то целебной травы. — Не мог бы ты убраться из моей палатки? И так места мало!       Не успел белый кот и рта раскрыть, как Шёпот Камыша развернулся к припавшей боком к ежевичной стенке палатки посапывающей во сне Звонкой Реке и, набрав в грудь воздуха, рявкнул:       — Звонкая Река!       От звука его голоса даже Раскат Грома ошеломлённо распахнул веки и перевернулся на живот, а белая с серым врачевательница судорожно отшатнулась от стенки и, разлепив покрасневшие зелёные глаза, посмотрела на наставника взглядом нашкодившего котёнка.       — Отдохнула? — теперь уже тише выдохнул Шёпот Камыша и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Тогда осмотри Раската Грома и, если надо, дай ему лекарство.       — Поняла! — с готовностью кивнула Звонкая Река и бросилась к усевшемуся на гнёздышке для больных сыну.       «Выходит, Снежный Холм действительно передал Солнечному Пламени пророчество, — размышлял Падающий Снег, выбравшись из палатки врачевателей. — Но что же оно означает?».       Тут внимание его привлёк показавшийся на пороге лагеря клана Ясного Солнца поджарый тёмный силуэт.       — Небесные предки, — еле слышно мяукнула себе под нос Рыжая Лисица, когда пошатывающийся Сверкающая Молния направился к куче дичи, у которой она сидела.       Вглядевшись в лицо ученика, Падающий Снег ошеломлённо округлил глаза, увидев, что его левое ухо распухло так, будто в нём вырос немаленький камень.       — Что у тебя с ухом? — растерянно поинтересовалась Рыжая Лисица, когда Сверкающая Молния неуклюже уселся рядом с ней.       — О дерево ударился на тренировке, — мрачно ответил тот.       Приблизившись к мягколапам, Падающий Снег встал рядом со Сверкающей Молнией и невольно переглянулся со входящим в лагерь Острым Листом.       Клокастый белоснежный кот неприязненно сузил свои синие глаза и зашагал к палатке остролапов, рядом с которой Яркая Звезда играла с длинными усами Кедрового Ореха.       — Знаешь, — мяукнул Сверкающая Молния, проследив за взглядом Падающего Снега. — Я скучаю по тем временам, когда ты был моим наставником.       Белый кот повернулся к чёрно-белому ученику и сочувственно сузил глаза.       — Как там Раскат Грома? — поинтересовался тот. — Не рискну заходить в палатку врачевателей, а то Шёпот Камыша меня убьёт.       — Твой брат, — тихо выдавил Падающий Снег, когда перед его взором предстал ослабевший до потери сознания Раскат Грома. — Он пока не поправился.       — Ясно, — кивнул Сверкающая Молния и с отчаянным вздохом промяукал: — Если бы мы только знали, где достать кошачью мяту.       Рыжая Лисица растерянно посмотрела на него, а Падающий Снег невольно призадумался.       «В лесу у Пограничной реки она есть лишь у Пепельной Лапы, — проговорил он про себя. — А вот в землях Двуногих...».       Тут ему в нос прокрался еле слышный, манящий аромат кошачьей мяты, которую некогда выращивала в своём саду бывшая хозяйка Цветущей Лилии.       — В саду Сони должно быть несколько кустов, — промяукал он, вновь посмотрев на мягколапов.       Сверкающая Молния с надеждой повернулся к белому остролапу.       — Тогда мы отправимся туда и принесём мяту в лагерь, — горячо промяукал он. — Ты, я и Рыжая Лисица!       — Солнечное Пламя вряд ли нас отпустит, — возразил Падающий Снег, как его тут же прервал бывший ученик: — Да наплевать!       Рыжая Лисица ошеломлённо округлила свои зеленоватые глаза, а Падающий Снег невольно приподнял шерсть на загривке.       — Неужели её слово дороже жизней, что может спасти та кошачья мята? — вопросил чёрно-белый ученик, коротко переведя дух.       — Сверкающая Молния, послушай, — промяукал Падающий Снег, шевельнув ушами. — Прошло несколько лун с того дня, когда мы в последний раз там были. Те кусты могли ссохнуться, или Двуногая вовсе их вырвала. Мы не знаем наверняка, а это большой риск.       — Если есть хоть малейший шанс, я готов рискнуть, — решительно отрезал Сверкающая Молния и, вскочив на лапы, засеменил к палатке врачевателей.       — Стой! — раздосадованно прошипел Падающий Снег, бросившись вслед за чёрно-белым мягколапом. — Не трать время на эту безумную идею!       Сверкающая Молния никак не отреагировал, а лишь ускорил шаг и, переступив порог палатки врачевателей, подошёл к подоткнувшей под себя лапы Солнечному Пламени.       — Солнечное Пламя, — обратился он к вождю. — Позволь нам принести в лагерь кошачью мяту!       — Нам? — непонимающе переспросила старая рыжая кошка, подняв на него недоумённый взгляд.       — Я хочу отправиться в земли Двуногих вместе с Падающим Снегом и Рыжей Лисицей, — затараторил Сверкающая Молния, демонстративно игнорируя скрежещущего зубами от злости Шёпота Камыша. — Сразу за пшеничным полем есть двор Двуногих, в чьём саду растёт кошачья мята! Её должно на всех хватить!       Тут он неуверенно смолк, заметив, как вождь мягко оторвала от земли переднюю лапу на высоту половины кошачьего хвоста.       — Что с ухом? — поинтересовалась старая рыжая кошка, заметив округлую опухоль.       Не дожидаясь ответа, она повернулась к Шёпоту Камыша, и тот после короткого кивка осторожно достал из своих запасов тонкий стебель, увенчанный остроконечным зубчатым листом, а затем короткий моток вьюнка.       — Приложи лист к уху, — пробурчал он, положив целебную траву перед Сверкающей Молнией. — Только не обожгись.       — Как я могу обжечься об лист? — раздражённо спросил Сверкающая Молния, подцепив лекарство когтями и резко приложив к ударенному уху.       — Сверкающая Молния, — запоздало выпалила Звонкая Река упавшим голосом, глядя на неродного сына, чьё лицо болезненно скривилось от жгучей боли, впившейся в ухо множеством острых игл.       — Это же крапива, — охотно пояснил Шёпот Камыша, убирая переднюю лапу ученика от листа и обматывая его вместе с ухом вьюнком. — А её листья ещё как жгутся.       — Тогда как он мне поможет?! — рявкнул Сверкающая Молния, от боли выпустив когти, но тут же их втянув.       — Сожжёт опухоль напрочь, — фыркнул Шёпот Камыша, закрепив лист на ухе пациента и довольно осмотрев проделанную работу. — К следующему рассвету ухо будет в порядке, поверь мне.       — Как я поняла, ты хочешь, чтобы я отпустила двоих мягколапов и остролапа, возможно больных Белым кашлем, в земли Двуногих, где, наверное, есть кошачья мята, — задумчиво промяукала Солнечное Пламя, заставив Сверкающую Молнию повернуться обратно к ней. — При том, что по нашей территории бродит раненая куница, которая может легко напасть и разорвать мягколапов в клочья, а остролапа серьёзно покалечить.       Сверкающая Молния возмущённо взмахнул хвостом, но не нашёлся с ответом и молча отвёл взгляд от янтарных глаз вождя, посмотрев в покрасневшие глаза лежащего на боку Раската Грома.       — Надеюсь, ты понимаешь, что я не могу так поступить, — серьёзно промяукала вождь после сиплого вздоха.       — Да, — безжизненно кивнул Сверкающая Молния. — Прости, что обратился к тебе с такой глупой просьбой, Солнечное Пламя.       С этими словами он развернулся и, пропустив внутрь Побега Утёсника, направился в палатку мягколапов.       Падающий Снег проводил взглядом идущих к выходу из лагеря Рыжую Лисицу с Крылом Пустельги и, спохватившись, последовал за Сверкающей Молнией.       — Терновый Куст, — позвал белый кот, увидев разлёгшегося на своём гнёздышке ученика. — Идём тренировать захват шеи.       — Как скажешь, — грустно кивнул бело-бурый котик и вскоре вместе с наставником покинул лагерь клана Ясного Солнца.       — Что с твоим ухом? — взволнованно спросила вылизывающаяся Белое Ушко, когда Сверкающая Молния устало рухнул на своё моховое гнёздышко.       — О дерево ударился, — буркнул в ответ чёрно-белый ученик, не желая открывать куда более очевидную правду.       Белое Ушко вместо ответа приблизилась к нему и, усевшись на его гнёздышко, стала с громким урчанием вылизывать ему шерсть на загривке.       — Я знаю, где может быть кошачья мята, — глухо пробормотал Сверкающая Молния.       — Правда? — радостно переспросила Белое Ушко. — Тогда давай отправимся туда и принесём её врачевателям!       — Она растёт в саду бывшей хозяйки Цветущей Лилии, — ответил чёрно-белый мягколап. — Я хотел отправиться с Рыжей Лисицей и Падающим Снегом, но он в ответ стал топорщить усы, а вождь и вовсе запретила этот поход.       Тут он судорожно вздохнул и посмотрел в голубые глаза золотистой кошки отчаянным взглядом.       — А что Рыжая Лисица? — поинтересовалась та.       — Она не отказывалась от похода, — неуверенно мяукнул Сверкающая Молния.       — Тогда давай попробуем её уговорить, — предложила Белое Ушко. — Отправимся втроём, глубоко ночью, пока все спят. Пусть на утро нас наказывают, зато спасём жизни больных Зелёным кашлем!       — Думаешь, Рыжая Лисица согласится на такое безрассудство? — с сомнением покачал головой Сверкающая Молния.       — Эта хворь унесла её мать, — горько выдавила золотистая кошка после ощутимой паузы. — А теперь и Солнечное Пламя ею болеет. Думаю, если мы предложим Рыжей Лисице принести в лагерь кошачью мяту, она, не задумываясь, пойдёт с нами.       Сверкающая Молния молча опустил взгляд и посмотрел на лапы золотистой кошки.       Перед его мысленным взором поочерёдно всплыли лица Раската Грома, Соловьиной Песни, Цветущей Лилии, Солнечного Пламени и других больных, заполнивших до отказа палатку врачевателей, которым едва хватает лекарств, чтобы отсрочить распространение Зелёного кашля.       Вновь посмотрев в глаза Белое Ушко, Сверкающая Молния решительно кивнул и заявил:       — Постараемся застать Рыжую Лисицу одну и поговорим с ней. Если она согласится, то вместе отправимся в земли Двуногих.       Белое Ушко утвердительно кивнула, а Сверкающая Молния раздражённо фыркнул, услышав жалобное урчание, доносящееся из своего живота.       Поднявшись на лапы, он выбрался из палатки мягколапов и подошёл к куче дичи, у которой разъедала землеройку Яркая Звезда.       «Хоть ей и исполнилось три луны, а глаза так и остались голубыми, — с пренебрежением отметил про себя чёрно-белый ученик, присаживаясь напротив серо-белой малышки. — Прямо как у отца».       Взяв себе из кучи дичи зарянку, Сверкающая Молния принялся разрывать её зубами, спешно проглатывая едва пережёванные куски свежего мяса, чтобы поскорее закончить.       — Сверкающая Молния, — неожиданно мурлыкнула Яркая Звезда, отчего чёрно-белый ученик, едва не поперхнувшись, резко поднял на неё ошеломлённый взгляд. — А что у тебя с ухом?       «Да уж, — хмыкнул Сверкающая Молния, откусив ещё пару кусков от своей зарянки. — Похоже, каждый в нашем клане поставил себе целью непременно спросить, что же у меня с ухом?».       — Выглядит странно, — задумчиво мяукнула тем временем Яркая Звезда. — Болит, наверное.       Сверкающая Молния облизнулся и вместо ответа пристально уставился в голубые глазёнки серо-белой малышки, но к своему удивлению, не обнаружил в них ни следа того презрения, с каким на него всё время смотрит Острый Лист.       — Надеюсь, твоё ухо поправится, — улыбнулась Яркая Звезда, проглотив очередной кусочек землеройки.       — Скажи, — ошеломлённо выдавил Сверкающая Молния. — А почему ты не назвала меня Фриц, как это делает твой отец?       — Мама сказала, что тебя и твою семью надо называть клановыми именами, — ненадолго призадумавшись, ответила малышка. — Вас ими назвала Солнечное Пламя, а она — мудрый вождь.       — Но ведь твой отец называет нас бродячими именами, — пренебрежительно скривив губы, заметил Сверкающая Молния.       — Он так делает, потому что злится на вас, — наставительно пояснила Яркая Звезда. — А мне зачем это делать? Я же не злюсь на вас.       Скривившиеся губы Сверкающей Молнии сами собой выровнялись в лёгкую улыбку, и он сердечно произнёс, глядя в синие глаза кошечки:       — Спасибо тебе за это, Яркая Звезда.