Глава 19
10 января 2024 г., 17:19
— Не дерись с Фрицем, пожалуйста, — жалобно промурчала Клео, встав рядом с бывшим мягколапом. — Если бы не он, ты бы уже умерла от лап Костолома!
Мамба в ответ недоверчиво сузила бледные зелёные глаза и, втянув в себя воздух, с раздражённым фырканьем оглядела нанесённую на раны застывшую кашицу.
— Это календула, — вкрадчиво пояснил Фриц. — Она залечит твои раны, так что не убирай её, пожалуйста.
Щуплая чёрная кошка резко повернулась обратно к бродячему ученику и медленно подошла к нему. Клео напряжённо распушила шерсть на загривке, а двуцветный котик посмотрел в глаза Мамбы немигающим взглядом.
— Я отгрыз тебе ухо, — безжизненным голосом выдавил он. — Прости меня.
Едва с его губ слетело последнее слово, как кошка оторвала переднюю лапу от земли и с коротким рыком ударила его в подбородок.
— Фриц! — выдавила Клео, бросившись к болезненно подавшемуся назад котику.
— Когда я вернулась в логово после нашей схватки, Костолом меня едва не убил! — зарычала Мамба, распушив короткую шерсть по всему телу. — Кнуту удалось его отговорить, и я осталась жива. Но теперь мне всё время приходится доказывать остальным в стае, что я всё ещё могу дать отпор. Ты превратил мою жизнь в кошмар и всерьёз думаешь, что я приму мимолётное извинение?!
Фриц не нашёлся с ответом и ненадолго опустил отяжелевшие веки, чувствуя, как сердце терзают острые когти вины.
— Мне плевать, насколько сильно ты раскаиваешься в том, что сделал, — прошипела Мамба, сглотнув подкатившийся к горлу ком. — Твои извинения не вернут мне ухо и не заставят остальных оставить меня в покое до тех пор, пока я не умру!
— О, так ты очнулась, — с интересом промяукал вставший в дверном проёме между комнатой и коридором Кнут. — Костолом будет рад, когда об этом узнает.
Тут он перевёл взгляд с предостерегающе выгнувшей спину дугой чёрной кошки на сына и улыбнулся, горделиво расправляя плечи.
— Весь в Сару, — потеплевшим голосом промурчал отец. — Только окрасом шерсти в меня и пошёл. Я будто в собственное отражение гляжу.
Тут он вновь повернулся к бродяге и продолжил похолодевшим тоном:
— Я бы на твоём месте забыл про откушенное ухо и был благодарен Фрицу, как никому другому, Мамба, он же тебя спас.
Чёрная кошка возмущённо раскрыла рот, но не решилась ответить и вместо этого стеганула себя хвостом по боку.
— А ты, Клео, учись у Фрица врачеванию, раз оно действительно помогает.
— Поняла, — пискнула серо-белая малышка, глядя в жёлтые глаза чёрно-белого кота.
— Кстати о Саре, — спохватился Кнут, обратно поворачиваясь к Фрицу. — Давай пройдёмся, заодно поговорим о ней или о чём ты захочешь.
Бывший мягколап ненадолго повернулся к прижавшимся друг к другу боками Мамбе с Клео и, вновь посмотрев в морду отца, молча кивнул.
Тот довольно улыбнулся и повёл сына по длинному коридору.
— Кнут, — глухо позвал Фриц. — Как думаешь, я должен был дать Костолому убить Мамбу?
— Если честно, я бы тоже её защитил, — вздохнул в ответ поджарый бродяга. — Если в моих силах спасти чью-то жизнь, я обязательно постараюсь это сделать. В конце концов, именно так я и познакомился с твоей матерью.
Фриц в ответ недоумённо повёл ушами, а Кнут провёл хвостом по его боку и продолжил, когда они выбрались из логова и засеменили к ближайшей Гремящей тропе.
— Мы с Вулканом встретили Сару неподалёку от логова, — продолжил рассказ отец. — Она пыталась поймать воробья. Меня с первого взгляда заворожили её грация и большие зелёные глаза. Когда воробей заметил её и улетел, я выследил его и поймал, а затем принёс ей и предложил съесть вместе. Сначала Сара жутко испугалась, но, поняв, что я не причиню ей вреда, всё же согласилась. Я не большой любитель птиц, но мясо того воробья показалось мне вкуснее всех съеденных до этого зверей.
Тут он невольно улыбнулся и тихо заурчал.
— Хоть Костолом поначалу посчитал, что Сара слишком слаба для того, чтобы вступить в нашу стаю, я каким-то чудом смог убедить его в том, что её навыки охоты нам пригодятся.
Два кота вместе подошли к Гремящей тропе и, дождавшись подходящего момента, резво пересекли её за мгновение до того, как на них налетело Чудовище.
— Когда ты родился, нашей с Сарой радости не было предела, — промурчал отец, едва они с Фрицем зашагали лапа в лапу по широкому тротуару, огибая ходящих туда-сюда Двуногих. — Но Костолому в голову пришла идея — воспитать тебя в безжалостного и непревзойдённого бойца, который сможет легко расправиться с любым врагом нашей стаи. Сара не захотела для тебя такой судьбы и, улучив момент, когда в логове не было ни вожака, ни меня, сбежала, не испугавшись того, что вас могут выследить. Поэтому остальные считают, будто бы она обезумела от страха, но я другого мнения, — пронзительный взгляд его жёлтых глаз впился в мордочку Фрица, отчего бывший мягколап невольно приподнял шерсть на загривке. — В отличие от остальных, твоей матери хватило храбрости пойти наперекор вожаку.
Чёрно-белый бродяга судорожно вздохнул и, немного помолчав, мягко промяукал:
— Я вижу, что тебя терзает вина перед Мамбой, и ты всеми силами хочешь её искупить, но лучше оставь её в покое на какое-то время. Рано или поздно гнев Мамбы сам собой перегорит, как огонь от ударившей в дерево молнии.
Внезапно ноздрей Фрица коснулся незнакомый манящий запах, заставивший его невольно облизнуться.
— Тоже почуял, — крякнул Кнут, ускорив шаг. — Знаешь, чем пахнет? Двуногие в одном из своих гнёзд готовят еду для сородичей. Если нам повезёт, сможем урвать остатки их стряпни, которые они почему-то не доедают.
«Значит, Сара не хотела, чтобы я рос в стае, — подумал Фриц, кивнув отцу и направившись вместе с ним к источнику аппетитного запаха. — Она унесла меня, не побоявшись Костолома. Но он что, действительно настолько страшен, что остальные боятся его расправы после побега из стаи? — тут перед ним предстали прижавшиеся друг к другу Мамба с Клео. — Плевать! Я, в отличие от неё, не собираюсь бежать. Я должен помочь моей стае, чем смогу. Надеюсь, из Клео выйдет хорошая врачевательница, а Мамба меня хоть когда-нибудь простит!».
***
Падающий Снег и Побег Утёсника вывели Быстрого Зайца, Тонкую Ветвь и Тернового Куста к Пограничной реке, чей журчащий быстроводный поток окрасился серебром в тусклом утреннем свете. Завидев немногочисленных солнечных котов, на противоположном побережье появились коты из клана Бледной Луны, возглавляемые Лунным Сумраком. Пушистый чёрный кот окинул чужаков внимательным взглядом и растерянно повёл усами, не обнаружив среди них Солнечное Пламя. Лунные коты бесшумно зашептались меж собой, а их вождь стал поочерёдно заглядывать в глаза остролапов, стоящих в первом ряду процессии. Когда взгляд его льдистых голубых глаз со слабой надеждой остановился на Огненном Шторме, тот твёрдо кивнул, отчего чужой вождь только шевельнул усами и, развернувшись, повёл своих котов параллельно солнечным, ведомым пушистым рыжим остролапом. — Может, нам вообще не следовало приходить сюда? — прошипела на ухо Побегу Утёсника Тонкая Ветвь, украдкой покосившись на перешёптывающихся на противоположном берегу лунных котов. — Тогда подозрений с их стороны было бы ещё больше, — покачал головой в ответ бурый пушистый кот. — Нужно постараться показать им, что мы сильны, несмотря на обрушившиеся на нас потрясения. — А вам не кажется, что они какие-то уж слишком худые? — задумчиво прошипел Раскат Грома. — Да по сравнению с тобой любой кот покажется стройнее тростинки, — ехидно промяукал Быстрый Заяц. — Хочешь сказать, я толстый? — угрюмо поинтересовался Раскат Грома, однако осёкся, увидев что-то во взгляде синих глаз Острого Листа. — Кончайте препираться, — прошипел тот, ненадолго обернувшись на ходу к мягколапам. — Если лунатики и вправду исхудали, значит, могут позариться на нашу дичь. Нам следует держать ухо востро! Вскоре солнечные и лунные коты сгрудились по обе стороны от перекинутого через Пограничную реку каменного моста, выжидающе глядя на Огненного Шторма с Лунным Сумраком, идущих к Островку вождей. Едва чёрный и рыжий остролапы запрыгнули на него с противоположных берегов, коты из двух разных кланов стали перебираться на чужую территорию. — Серебристый Цветок, — радостно пророкотал Раскат Грома, ступив на песчаное побережье клана Бледной Луны и приблизившись к светло-серой пушистой кошке с зеленоватыми глазами. — Здравствуй! — Привет, — улыбнулась лунная кошка, легонько дотронувшись носом до его носа. — Что-то я не вижу Сверкающую Молнию, неужели он решил впервые пропустить Встречу? Да и Солнечное Пламя не видно. Тут она осеклась, заметив, как зелёные глаза коренастого серого мягколапа потемнели, а губы беззвучно зашевелились в попытке внятно объяснить отсутствие вождя. — Да она, небось, от Зелёного кашля померла, — прохрипела палевая старуха, чья спина кое-где была усеяна белыми пятнышками. — Солнечное Пламя же старше любого кота в этом лесу. — Но если бы она умерла, предки бы поведали об этом Лунному Сумраку, — задумчиво промяукал вставший рядом с Серебристый Цветок бело-рыжий худощавый кот. — Значит, она болеет и не пришла, боясь нас заразить. Как благородно. — Звонкая Река, — хрипловатым голосом обратился к бело-серой кошке щуплый серый кот, ступив на песчаное побережье клана Ясного Солнца. — Что ж, похоже, не только Солнечное Пламя не смогла почтить нас своим присутствием. — Приветствую тебя, Пепельная Лапа, — поклонилась чужому врачевателю Звонкая Река. — Шёпот Камыша занят сбором целебных трав. — Понимаю, — мягко кивнул Пепельная Лапа. — Пора голых деревьев не позволяет им как следует разрастись. Но разве у вас что-то случилось? Неужели Зелёный кашель? — Мы его почти побороли, — обнадёживающе ответила ученица солнечного врачевателя. — Все, кто здесь находится, здоровы и не заразят ваш клан. — Рад слышать, — улыбнулся в усы Пепельная Лапа. — Что ж, желаю здоровья тем, кто ещё болеет. — Поглядите на него, — покачал головой бурый полосатый старик, усевшись напротив Ветвистого Дуба с Лепесток Фиалки и повернувшись к Огненному Шторму, говорящему о чём-то с Лунным Сумраком. — Не даром говорят, что листик от дерева недалеко падает. Кажется, я уже понял, чем закончится голосование, если Солнечное Пламя не назовёт своего преемника. — Как по мне, Острый Лист лучше сгодится на роль вождя, — прохрипела в ответ Лепесток Фиалки. — С ним наш клан уж точно не пропадёт. — Лунного Сумрака это мало обрадует, — хмыкнул лунный старик. — Слишком уж Острый Лист резок для вождя. Через какое-то время холодный утренний воздух пронзил громкий клич Лунного Сумрака, призывающего судачащих котов смолкнуть и обратить своё внимание на них с Огненным Штормом. — Даже не знаю, с чего начать, — повёл ушами пушистый чёрный кот, неотрывно глядя в зелёные глаза сидящего напротив рыжего остролапа. — Где же Солнечное Пламя? Неужели возраст всё же дал о себе знать, и у неё не осталось сил на поход? — Вождь потеряла голос из-за Зелёного кашля, — поразмыслив долю мгновения, ровно ответил Огненный Шторм. — И сочла своё появление у Пограничной реки нежелательным. — Вот оно как, — фыркнул Лунный Сумрак. — Раз Солнечное Пламя больна Зелёным кашлем, значит, есть риск того, что кто-то из находящихся здесь солнечных котов тоже болен и может заразить нас. — Шёпот Камыша осмотрел находящихся здесь котов и допустил их ко Встрече, — подала голос Звонкая Река, обратив на себя внимание пушистого чёрного кота. — Болезнь покинула их тела, и они больше не заразны. — Что ж, в таком случае нам не стоит волноваться, — с облегчением вздохнул вождь и, повернувшись обратно к сидящему перед ним Огненному Шторму, спросил: — Прогнали ли вы со своих земель куницу? — Мы расправились с ней, — кивнул Огненный Шторм. — К сожалению, от её лап погибла Белое Ушко. — Мне жаль, — скорбно мяукнул Лунный Сумрак, а его коты в ответ на эту новость сочувственно переглянулись с солнечными. — Также из нашего клана в земли Двуногих убежал Сверкающая Молния, — нехотя сказал Огненный Шторм, отчего лунные остролапы, мягколапы и древние подняли тихий ропот, а их вождь с задумчивым видом поочерёдно оглядел Падающего Снега и Раската Грома со Звонкой Рекой. — Выходит, бродяги бывшими не бывают, — промяукал вождь, повернувшись к Огненному Шторму. — Ну или Сверкающая Молния оказался самым малодушным из всей стаи, которую приютила Солнечное Пламя. Падающий Снег от возмущения распушил шерсть на загривке и стиснул зубы, чтобы не бросить в сторону чужого вождя неосторожное слово. Звонкая Река открыла было рот, но Пепельная Лапа провёл ей хвостом по плечу и предостерегающе мотнул головой. — Как я вижу, Пора голых деревьев даёт о себе знать, — проговорил Огненный Шторм, украдкой оглядев толпу котов из двух разных кланов. — Стоит ли нам волноваться по этому поводу, Лунный Сумрак? — О, пусть стройность моих котов тебя не смущает, Огненный Шторм, — обнадёживающе промяукал в ответ пушистый чёрный кот. — Ваша дичь останется вашей, несмотря ни на что. Тем более, я бы не стал бродить по территории клана, поражённого болезнью, ради пары мышиных тушек. — Помнится, перед преступлением Громкого Ливня ты тоже обещал, что твои коты не станут воровать нашу добычу, — ледяным тоном проговорил Острый Лист, невольно обнажая когти. — Надеюсь, следующего вора нашей дичи ты не убережёшь от возмездия. Солнечные остролапы согласно закивали и подняли тихий ворчливый ропот. Падающий Снег с недоумением повернулся к стоящему рядом Кедровому Ореху и увидел, как тот смотрит потемневшими янтарными глазами на бурный поток Пограничной реки. — Ты сильно заблуждаешься, Острый Лист, — укоризненно заявил Лунный Сумрак. — Громкий Ливень сбежал прямо перед тем, как я передал его Солнечному Пламени для казни. — Именно, — хрипло поддержал вождя Рыжий Глаз. — Незачем вспоминать этого змея. Думается мне, наказание уже настигло его в землях Двуногих. «Чего же такого натворил этот Громкий Ливень? — невольно задумался Падающий Снег, заслышав, как Острый Лист в повисшей на Встрече гнетущей тишине скрежещет зубами от ненависти. — Надо будет спросить у кого-нибудь, как вернёмся в лагерь». — Луна скрылась за горизонтом, — заметил Огненный Шторм, окинув посветлевшие небеса быстрым взглядом. — Пора заканчивать. — Верно, — кивнул Лунный Сумрак, поднимаясь на крепкие лапы. — Что ж, ты послужил достойной заменой матери, Огненный Шторм. Пушистый рыжий остролап в ответ только повёл кончиком роскошного хвоста, внимательно глядя в льдистые глаза чужого вождя. — Надеюсь, Солнечное Пламя поправится и посетит следующую Встречу, — с лёгкой улыбкой продолжил чёрный пушистый кот. — В противном случае я не удивлюсь, если вместо неё на Островок вождей снова запрыгнешь ты, Огненный Шторм. Тут два кота почти одновременно развернулись на месте и прыгнули на противоположные берега Пограничной реки. — Молодчина, Огненный Шторм, — одобрительно промяукал Побег Утёсника, когда солнечные коты направились в родной лагерь по лесной тропе. — Ты смотрелся на Островке вождей, как кролик в куче дичи! — Ну и сравнение, — нервно фыркнул пушистый рыжий кот и с глубоким вздохом оглядел своих соклановцев. — Надеюсь, я не дал лунным котам повода посчитать, будто мы ослабли. — От тебя тут мало что зависит, — пожал плечами Крыло Пустельги. — Нашему клану сейчас нелегко, это и так понятно. — Лунные коты сильно исхудали, — прошипел идущий справа от Огненного Шторма Острый Лист. — Я не верю россказням Лунного Сумрака. Обсуди с Солнечным Пламенем усиление ночных патрулей. — Думаешь, Лунный Сумрак настолько глуп, что отправит своих котов воровать нашу дичь? — скептически поинтересовался у белого клокастого остролапа Падающий Снег. — Ты знаешь его только по Встречам, — уверенно ответил тот, обернувшись к бывшему одиночке через плечо. — Он хитёр и коварен, как старый лис. — Я согласен, — вновь промяукал Огненный Шторм. — Лунные коты уже воровали нашу дичь, не исключено, если и в этом сезоне на неё позарятся. Когда солнечные коты вернулись в лагерь, Огненный Шторм направился ко входу в пещеру вождя, занавешенному моховым пологом, а Острый Лист засеменил к палатке древних, чтобы рассказать им, как прошла Встреча. — А можно нам ещё поспать? — робко поинтересовался у Падающего Снега Быстрый Заяц, когда белый кот поравнялся с ним и Терновым Кустом, идущими в палатку мягколапов. — Нет, вы и так едва Встречу не проспали, — твёрдо ответил остролап, оглядывая братьев строгим взглядом. — Думаю, Колкая Роза и Соловьиная Песнь не будут против совместной тренировки. — А пускай один Терновый Куст пойдёт, — предложил Быстрый Заяц, отчего его брат обиженно насупился. — С нами двумя ты до самой ночи провозишься, Падающий Снег! — Не волнуйся, — обнадёживающе улыбнулся белый кот. — Я готов уделить нашим занятиям столько времени, сколько потребуется. Два мягколапа с досадой переглянулись меж собой и с траурным молчанием поплелись следом за белоснежным остролапом к выходу из лагеря. «Надеюсь, Солнечное Пламя скоро поправится, — подумал он, ступая по занесённой опавшими листьями лесной тропе, ведущей к поляне для тренировок. — Хоть шансы на это и ничтожно малы, — Падающему Снегу вспомнились слова Лунного Сумрака, сказанные Огненному Шторму по завершению Встречи. — Даже чужой вождь думает, что она может не пережить эту луну. Но если Солнечное Пламя умрёт, кто станет во главе нашего клана?». Из мрачных мыслей белого кота вывел мелодичный голос Соловьиной Песни: — Смотри, Падающий Снег братьев привёл! — И вправду, — фыркнула Колкая Роза, повернувшись к вставшим на краю поляны для тренировок остролапу и двум мягколапам. — Только со Встречи пришли, а уже тренироваться? — Вот-вот, — пробурчал себе под нос Быстрый Заяц. — А я ещё поспать хотел. — Разбаловала тебя Цветущая Лилия, — покачал головой Падающий Снег. — Я поговорю с ней об этом, когда она очнётся. — А очнётся ли она вообще? — спросил Терновый Куст, отчего шерсть на загривке Падающего Снега ненадолго зашевелилась. — Конечно, очнётся, — уверенно заявила Колкая Роза. — Цветущая Лилия сильна, хоть сразу и не скажешь. Я уверена, что Небесные предки помогут ей исцелиться. Бывший одиночка с благодарностью посмотрел в зеленоватые глаза трёхцветной кошки и, коснувшись хвостом до плеча Тернового Куста, вывел его на поляну для тренировок. Быстрый Заяц уселся там же, где стоял, и в ожидании своей тренировки стал внимательно наблюдать за тем, как двое остролапов учат своих подопечных боевым приёмам и отрабатывают с ними те, что уже выучили.
