Стражи Агаты

Крепость встречала своих гостей на небольшом пригорке близ реки. Высокие стены этого огромного ромба с квадратной башней на каждом углу стояли прямо на том самом месте, где одна большая река делится на две меньших, и с каждой стороны в направлении крепости высился каменный, уверенный и внушающий своим видом, мост. Рыцари сопровождали карету её высочества и не могли скрыть радости при виде союзных строений. Понимание того, что всё уже миновало было для них утешающим, спасающим от плохих мыслей о будущей войне. А она, почти наверняка, будет невероятно кровопролитной. Быть может никто из них и не переживёт новый и настолько обширный конфликт, но какая разница? Сейчас случилось что-то хорошее, значит нужно радоваться, разве люди не так делают? По середине крепости расположилось административное здание. Так называемая ратуша, больше похожая на небольшой замок. Несколько некрупных башен с краёв округлой стены и одна толстая, высокая и очень внушительная в самом центре. Окружение такого детища было многим скромнее: ровные квадратики, прямоугольники с, преимущественно, одним-двумя этажами окружали ратушу, формируя множество тесных переулков и три более широких улицы, где уже могли поместиться пара тележек. Две вели к мостам через двоящуюся реку, а треться в том же самом направлении, что и реки, словно эта дорога была такой же рекой, которая расходилась от большой и более величественной. Авендор поспешил попасть внутрь Дорстада. На площади перед ратушей он увидел тренирующихся Стражей, как и под самыми стенами. На потрёпанный экипаж и воинов глазели как-то неопределённо. То ли с сочувствием, то ли с печалью. Безусловно гонец уже здесь был. И все его, разумеется, выслушали. Харпер был целью Авендора сейчас и целью отличной: он встречал генерала прямо перед ратушей в льняной рубахе и мешковатых штанах. Скорее всего он проснулся недавно и ему доложили о прибытии её высочества, Авендора и их свиты. -Синьор Авендор! Рад приветствовать в крепости Дорстад! Приятно вам будет слышать, что гонец ваш пришел и поведал нам о трагедии в Сивитасе. По этому я послал в столицу за подкреплением, а сейчас мы готовы выслушать ваши указания, генерал. -Прекрасно, полковник. — Сказал Авендор, спускаясь с коня рядом с собеседником. — Сколько в крепости солдат? -Три сотни гарнизонных солдат. Стрелков и воинов поровну, и ещё тысяча воинов моего полка. -Где ещё пять сотен? -Они на тренировке верховой езды немного северо-западнее. -Хорошо. Нам есть о чём поговорить. Идёмте. -Конечно. Авендор и Харпер удалились в ратушу, оставив позади экипаж её высочества, который уже встречали почтенные слуги. Сперва из него выгрузили раненого Вольтера и понесли к лекарю, а принцесса вышла уже следом и тоже, с сопровождением, направилась в ратушу. Вскоре у кареты остались только Аскольд и Тир, мирно смотрящие в сторону моста, откуда они приехали. -Ставки делать будешь? — Тир первым нарушил их молчание. -На счёт чего? -Ну как же. О том, — он тяжело вздохнул, опираясь рукою о карету, — куда пойдёт Мейсон. -Что ж… В этом случае у нас целая куча вариантов и Дорстад, конечно, одним из них и является. -Думаю слишком дорого ему эта крепость обойдётся, он сюда не пойдёт, когда есть варианты слаще. -Например Солдис? -Например Солдис. Там никогда не было нормальных укреплений, а крепость, между тем, довольно важная, если разговор зайдёт о войне в этом направлении. Я думаю это известно всем, а Ордену в первую очередь. -Что ж… Тогда я склонен думать, что здесь мы не задержимся. -Мы с тобой — может быть, а вот Вольтер останется здесь. Может для него это и лучше, здесь безопасно. — Тир вздохнул и оттолкнулся от кареты, бодро зашагав в направлении ближайшего здания. — Пойдём поедим. Два товарища взяли себе по миске картофельного пюра, давно уже остывшего и по два куска грубеющего хлеба. Задерживаться в столовой они не стали, хотелось насладиться свежим воздухом и хоть частичной тишиной, так что они решили отужинать на мосту. Не слишком широкий мосты были перекинуты к крепости с обеих сторон через обе реки. Они не были особенно быстрыми или глубокими, но в момент паводка могли подняться почти до нижней части каменной ограды на мостах. Далеко отходить Тир и Аскольд не стали. Где-то на полпути к середине копейщик остановился и поставил миску на широкую каменную ограду с краю моста, а сам встал рядом. Аскольд оперся спиной об эту же ограду, глядя на пылающий вдали закат. Такой вид солнца навевает воспоминания, при том очень приятные. Порой после такого возвращения в прошлое возвращаться вовсе не хотелось, но Аскольд это делал снова и снова. Тир использовал ограду как каменный стол и смотрел на единую и быстро текущую реку, которую разделял Дорстад. Ему это казалось забавным, ведь эта крепость делила ещё и единую команду из трёх друзей и братьев по оружию; один остаётся здесь, остальные идут вперёд и, возможно, на смерть. Радовало только то, что будет человек, который останется в живых и сможет рассказать их историю кому-нибудь другому. Тир знал: Вольтер помнит и будет помнить их, хотя и омрачал факт отличия Аскольда от них. Но это отличие было вовсе не из тех, которые могли бы согнуть пополам и выбросить настоящее дружбу. -Аскольд? -Да? -Мы умрём плечом к плечу? -Нет… Боюсь даже в старости я не смогу пустить мужчину к себе в постель. Оба разразились душевным, дружеским смехом. Откровенным и громким. Так смеются люди, когда у них по-настоящему хорошее настроение, или у них всё настолько дерьмово, что хочется над этим посмеяться. Ни один из них не мог дать точный ответ, по какой же из двух причин они смеются. Но это, рано или поздно, станет известно. Вольтер лежал в чистой, опрятной и, тем не менее, тесной комнате. В нём было не так много мебели: кровать справа от входа под самым окном, рядом тумбочка, круглый стол и стул у стены и прямо слева от входа платяной шкаф. Места в помещении оставалось ровно столько, чтобы можно было беспрепятственно пройти к кровати. Вольтер сдвинул с груди одеяло, глядя на своё покрытое бинтами тело. Сколько прошло времени? Этот вопрос влетел в его голову случайно и теперь не могла её покинуть. Даже хлопки по голове не помогали, хотя и нередко отгоняли плохие мысли, если те вдруг нахлынули. Сейчас он по крайней мере чувствовал себя лучше. Он чувствовал возвращающиеся крупицы силы в конечностях, так что решил попытаться привстать, чтобы заглянуть в окно. Рывок, голова закружилась, упор обеими руками и цепкие ладони Вольтера схватились за края кровати, чтобы не дать ему свалиться. Ему удалось немного выглянуть наружу, сильнее приподнимая голову и увидел тренирующихся во внутреннем дворе солдат. Солнце было высоко, а когда его вытаскивали из кареты был вечер. Прошел как минимум день. Ещё один день без движения. Есть не хотелось, но он понял, что должен это сделать как можно скорее. Медленно опускаясь обратно на кровать, он всё пилил своим взглядом дверь, думая как ему, чёрт возьми, раздобыть поесть. За дверью послышались споры на языке голубых кровей, то есть без брани и грубых оскорблений. Женский ему был смутно знаком, а мужской он узнал сразу: Авендор. Вольтер прочистил горло и сделал глубокий вдох. -Авендо-о-ор! Крик получился громким, но однозначно сдавленным. Вольтер звучал не так как раньше даже для себя самого. Стало тяжелее дышать и он расслабился, стараясь угнать боль и стресс, давящие на голову. Дверь в комнату отворил старик в годах, с короткой бородой и почти совсем лысый. Синий доспех рыцаря идеально сидел на нём, однако это значило, что здесь он не задержится. -Вольтер? Как ты? -Жив. И готов. — Прохрипел Вольтер. Авендор прошел в комнату и тяжёлыми шагами приблизился к стулу. Опустившись на него он вздохнул. -Вот что, Вольтер. Нам нужно двигаться в Солдис, авангард уже выступил. А тебе надлежит оставаться здесь до выздоровления и при худшем исходе событий — выведи её высочество отсюда, а затем в столицу. -Почему не послали с ней отряд?.. -У нас нет лишних людей, а Орден нанял несколько шаек, чтобы те орудовали на дорогах. Это мы узнали недавно, а бороться с ними придётся местным ополченцам. Приказы я уже отослал. И вот ещё что. — Аведор поднялся, распрямил спину, гордо вздёрнув подбородок. — Сержант Вольтер, вы произведены в чин Капитана и по выздоровлению получите в своё распоряжение пятую и четвёртую роты третьего полка Стражей Агаты. -Что за ерунда? У них есть свои командиры! — Поперхаясь возражал Вольтер и начал приподниматься. -Офицеры третьего полка — опытнейшие из всех, что мне сейчас доступны. Все без исключения ветераны и были со мной почти с самого начала. Мне нужны надёжные люди в грядущей битве, но и Дорстад горстка воинов защищать не может. Здесь останется пять сотен человек для защиты крепости и её высочества. Включая тебя. -Если спросишь — мне это не нравится. Я не так хорош, чтобы командовать. На эту роль больше подошел бы… Аскольд, быть может. -Он понадобится мне на передовой, а калека нас подстрахует. И твоё мнение, уж прости, не учитывается. Должен сказать, Тир яро голосовал за то, чтобы ты здесь остался. -Я его придушу… -…когда сможешь самостоятельно держаться на ногах. Вольтер ничего не ответил, да и отвечать было нечем на эти издёвки, которым старик явно научился у того, о ком и шла речь. -Я понял, ладно, сдаюсь. Отправляйтесь и желаю вам удачи в битвах. -А я тебе желаю скорейшего выздоровления, малыш. Поправляйся, ребятам тебя не хватает. Старый рыцарь усмехнулся и отправился прочь из комнаты, оставляя Вольтера наедине с его размышлениями, которые были далеки от войны, этой комнаты и даже его самого. Хотелось поскорее закончить турнир и вернуть всё на круги своя, однако всё перевернулось с ног на голову, а сам Вольтер едва не погиб. Хотя это обстоятельство его бы уж точно не расстроило. Ему совсем не нравилось то, чем он занимается сейчас и занимался ранее. В один момент Вольтер обратил внимание на приоткрытую дверь. Он пытался вспомнить и быстро понял, что дверь за собой Авендор закрыл. Приглядевшись получше, он увидел в сильно затемнённом коридоре чьи-то внезапно сверкнувшие зелёные глаза, смотревшие прямо на беспомощного доходягу-рыцаря на кровати. Сначала Вольтеру стало не по себе, однако вглядевшись, он увидел едва различимый и смутно знакомый силуэт. Озарение пришло за секунду до. Этот женский силуэт он видел в карете. Тогда его попросили не двигаться и он покорно продолжал отлёживаться. Сейчас же он услышал громкий шёпот, пронёсшийся по комнате и разносящий только одно слово «Спи». И Вольтер, неожиданно для самого себя, уснул. С того случая минуло два дня. Вольтер начал весьма неспешно оправляться от ран и начинал ходить самостоятельно, как в первый раз. Для дополнительной опоры он использовал трость. Скорее даже длинную палку, которую для него подточили и довели до ума несколько местных солдат от накатившего безделья. Сегодня отправлялась последняя часть третьего полка, которой предстояло сразиться с основными силами Мейсона под Солдисом. Среди них были Тир и Аскольд, так что Вольтеру очень хотелось их проводить. Хотя бы махнуть на прощание рукой и пожелать удачи. Он проспал. Во дворе уже копошились последние солдаты, закрепляя сумки с личными вещами на лошадях, проверяя грузы в повозках или просто ожидая команды для отправки, которую ждать было уже не долго. Вольтер спешил наружу, сбегал, перешагивая через несколько ступеней сразу и кое-как успевал подставить трость в нужное место, чтобы не свалиться, не упасть вниз лицом, и не покатиться кубарем до самого выхода. Выскочив наружу, он остановился на пороге ратуши, бегая взглядом по каравану в поисках знакомых ему лиц. К счастью они нашлись и, видимо, надеялись, что Вольтер пойдёт их проводить, потому как стояли совсем рядом. Шлёпая сапогами через пыльную площадку, Аскольд и Тир приблизились к своему другу, осматривая его с ног до головы. -Выглядишь как прогнившая рухлядь. — Заметил Тир. -Пожалуй… иди ты в задницу. Затянувшееся после пары фраз молчание решил прервать Аскольд, обратившись сразу к обоим друзьям, весело, при том, ухмыляясь. -Тут недавно разведчики вернулись. Говорят, мол, в сторону Солдиса почти десяток тысяч воинов идёт. -Думаете этой развалине удастся выстоять? — Интересовался Вольтер. Но ответ Аскольда упрядила издёвка копейщика. -Но ты ведь выжил. -Пошел ты. Аскольд тихо посмеялся из-за короткой перепалки. Он удивлялся раз за разом навыкам этих двоих так часто ругаться до состояния, в котором готовы грызть друг другу глотки, но при этом держаться друг друга. Возможно дело было ещё и в Аскольде. Он мог быть тем, кто сводит эти конфликты к нулю хотя бы частично. -Ладно-ладно, будет вам. Эта груда замшелого камня и гнилых досок обязана справиться. Иначе конец придёт очень многому. -Тогда я желаю вам удачи. И будьте осторожны, я ещё хочу с вами выпить. -Мы постараемся. Но надеюсь мы не вернёмся сюда к трупу калеки, который свернул шею упав с лестницы. -Тир! -Да?! -Пошел ты, ублюдок чёртов! Всё, проваливайте вообще оба! Видеть вас без победы не хочу, вон! Тир посмеялся в сжатый кулак, а после хлопнул Вольтера по плечу пару раз. Посмотрев в сторону отправляющегося каравана, он тихо вздохнул и отправился к своему скакуну. -Рад был поболтать, Вольтер! Не помри здесь со скуки! — Бросил он уходя и не глядя помахал ладонью своему товарищу. Аскольд и Вольтер проводили его взглядами, а после посмотрели друг на друга, печально улыбаясь. -Чтоб ты знал, он за тебя пёкся больше всех, какой смысл корчить такую важную морду, а? -Я в этом не сомневался, хотя тут ты прав, какая, к дьяволу, разница? -Подумай на досуге, а нам уже пора. Два друга обменялись крепкими рукопожатиями. Аскольд зашагал к своей лошади немного склонив голову. Так долго они втроём были вместе, что по отдельности ощущали странное чувство, похожее на одиночество. Будто рядом нет чего-то важного, или будто они забыли надеть штаны. В высшей степени неуютно и даже слишком одиноко. Вероятно лучше всех это чувствовал Вольтер. Остаток дня он провёл на стене и смотрел вслед уходящему всё дальше по нити дороге, которая становилась всё тоньше, пока не уходила в точку на линии горизонта. Уже стемнело, он отошел от парапета и медленно зашагал к лестнице, глядя внутрь крепости с нескрываемой тоской на глазах и лице. Ужасное чувство. Вольтер чувствовал себя одиноким монстром, не смотря на хорошее отношение окружающих. В конце концов он был среди победителей турнира, да ещё и сбежал из пылающего Сивитаса. Однако ни один из трёх победителей себя таковым не чувствовал. Их поймали в капкан, они бежали поджав хвост и боясь за свои жизни. И их считали героями. Чувство, конечно, приятное, но… В голове тут же всплывает трагедия в Сивитасе и героическая беспомощность этих троих. С такими мыслями Вольтер медленно спустился со стены, пересёк улицу и выбрался к площадке перед ратушей. Было темно, так что снаружи можно было встретить только часовых, остальные сидели в тёплых и уютных казармах. Вольтер поднял глаза на один из балконов ратуши и заметил там знакомую женскую фигуру, которая лениво облокачивается на ограду балкона. Рядом стоял поднос с графином и бокалом, содержимое которых было трудно разглядеть в темноте. Из комнаты позади девушки на её спину, из-за чего её силуэт был хорошо различим. Даже тусклый цвет зелёных волос можно было с трудом разглядеть, но Вольтер не стал и дальше заглядываться на принцессу. Она перевела взгляд на площадку перед ратушей и, кажется, заметила там хромого рыцаря, так что он быстро опустил голову и похромал ко входу в ратушу, собираясь подняться к своей комнате, быть может даже заснуть там.