Эта собака не кусается.

       Томас посидел немного с одногруппниками в небольшом кафе поблизости от университета, отмечая окончание зачетной недели и затем направился на выход. Глянув на часы и увидев, что уже без четверти пять, брюнет взял пальто с плечиков, где оставил его и начал одеваться, когда к нему неожиданно подошла Бренда. Мерфи обратил внимание на то, что она еще в универе снова начала обращать на него внимание и часто подходить к той компании, где стоял он, присоединяться к их столику, где они обедали, при том, что в дни, когда он был занят работой и пропускал учебу, Алби говорил, что ее видно не было.        И все то время, пока они сидели в друзьями в кафе за столиком, девушка не спускала с него глаз, часто ему улыбаясь.       - Уже уходишь? – заглядывая ему в глаза, спросила девушка, поправляя короткие темные волосы за ухо. Бренда была крайне эффектной красивой брюнеткой с яркими карими глазами, но Томас внезапно понял, что не ощущает вообще никакого влечения к ней.       - Да, через пятнадцать минут мне уже нужно быть в другом месте, - дежурно улыбаясь, ответил Томас, думая о том, что Ньют с Арчи должны будут вернуться ближе к половине шестого может чуть позже, а до этого он хотел успеть хотя бы немного пробежаться с Графом.       - Ты так изменился, - неуверенно начала говорить она, прикасаясь пальцами к воротнику пальто парня и разгибая его, - стал больше обращать внимание на внешний вид, стал больше общаться с одногруппниками. Ты с кем-то встречаешься сейчас?       - Да, встречаюсь, - коротко ответил Томас, снова сдержанно улыбнувшись и думая о том, что не может долго стоять и разговаривать, поскольку хотел успеть доехать домой до того, как начнутся вечерние пробки.       - Я просто хотела сказать, - девушка замолчала, глядя Томасу в глаза и взяла его за руку, останавливая. – Хотела сказать, что я сейчас свободна и надеялась, что если у тебя еще остались чувства для меня…       - Нет, прости, - Томас мягко отстранил руку девушки от себя, ощущая внезапно себя неловко, отвергая чужие чувства, хотя до встречи с Ньютом она казалась ему невероятно притягательной. Но теперь все изменилось и Мерфи понял, что внутри к ней не осталось ничего кроме воспоминаний. – Я встретил особенного человека и сейчас должен торопиться. Прости еще раз, но мне надо идти. Пока.        Томас развернулся и застегивая на ходу оставшиеся пуговицы, направился к двери, когда услышал в спину брошенные слова:       - А я была недостаточно особенной?        Томас не знал, что на это ответить, поэтому не стал оборачиваться.        Домой он доехал, не застряв ни в одной пробке, настроение после разговора с Брендой слегка испортилось, но, когда он подъехал к дому, то неминуемо начало подниматься. Томас буквально взлетел по лестнице, встретив по дороге миссис Трейси с ее шпицем.        - Томас, добрый день! Вы общаетесь с вашим соседом мистером Эмерсоном? – произнесла женщина, остановив этим Мерфи на полпути наверх на этаж.       - Да, общаемся, - подтвердил Томас, усмехнувшись формулировке.       - Вы не знаете, что некая юная особо частенько ночует у него, потому что они не дают мне спать своеобразными звуками… вы не могли бы с ним поговорить, чтобы они вели себя потише?        Было видно, что женщине неловко говорить на эту тему и парень оценил ее тактичность, активно закивав:       - Конечно, я с ним поговорю и попрошу, чтобы они вели себя потише… - едва не засмеявшись на местоимении, брюнет подумал о том, что Ньюту придется стонать потише, чтобы не смущать соседку снизу.        Попрощавшись, Томас поднялся до квартиры Ньюта и уже через дверь услышал радостный лай двух собак, что его озадачило. По всем его расчетам Арчибальд сейчас должен был быть с Ньютом у грумера. Открыв дверь и поздоровавшись с четвероногими, парень увидел, что Арчи, сидит в вольере, как обычно они делали, когда уходили. Удивившись, Томас достал телефон и набрал Ньюта. Если бы он не успевал из-за работы, он бы написал или скорее всего позвонил. Блондин был очень обязательным.        - Абонент недоступен или находится вне зоны доступа сети… - послышалось в телефоне и неприятный холодок плохого предчувствия обжег Мерфи, но тот заставил себя успокоиться. На стройку сегодня Ньют ездить не должен был, а если и ездил, то всегда выполнял технику безопасности. За рулем тоже Эмерсон всегда был крайне аккуратен и за весь водительский стаж был участником всего одного ДТП и то не по своей вине. Это ему Херли рассказал, во время одного из разговоров.        Разве что…        Томас быстро отогнал от себя неприятную догадку и набрал Минхо.       - Привет! – жизнерадостно ответил Парк уже после второго гудка.       - Привет, ты давно Ньюта видел? – спросил Брюнет, открывая вольер у Арчибальда и направляясь в комнату, чтобы переодеться и выгулять собак, поскольку если придется ехать куда-то за Ньютом, то стоит быть уверенным, что у четвероногих все хорошо.       - На обеде. У них с Дженсеном сегодня был супер успешный день. Договор подписали, и он сказал, что даже успевает все закончить раньше, чем планировал. А что случилось?       - Его до сих пор нет дома и не было, - Томас торопливо переодевался, скидывая одежду на кровать и доставая прогулочные штаны и кофту. – Он должен был отвести Арчи еще в четыре к грумеру, но уже пять, а его до сих пор не было. Ты сам знаешь, какой он обязательный. Телефон у него не отвечает. Ты не знаешь Дженсен еще на работе?       - У тебя есть его телефон?       - Нет, можешь скинуть?       - Да. Сейчас отправлю. Держи меня в курсе. Если не найдёшь на работе, звоним в полицию.        Закончив разговор и взяв поводки, а также шлейку для Арчи, Томас пристегнул собак и вышел на улицу. Дженсен еще был на работе и вскоре собирался уходить, но по его словам, Ньют ушел из офиса еще в три и не возвращался. Мужчина даже спустился вниз на стоянку, после того, как тоже не смог дозвониться до друга и обнаружил оставленную машину с вмятиной на задней двери.        Вот тогда Томас ощутил снова закрадывающийся в душу неприятный холодок. Что-то явно случилось. Ньют не был склонен бросать машину, отключать телефон и не выполнять обещания.        Весь оставшийся день он провел на телефоне и даже съездил к парню на работу и осмотрел его машину. Машина была закрыта и поставлена на сигнализацию, но на дверце была видна вмятина, а на сером бетоне Мерфи с Дженсеном ясно рассмотрели капли крови.        Дальше все завертелось устрашающим калейдоскопом, закручивающим внутри Томаса тугую спираль страха потери, беспокойства, ужаса и бешеного стремления что-то делать. Страха опоздать. Не успеть.        День словно стекло треснул на две половины. Солнечное беззаботное утро, полное любви, заботы, благополучия, внимания и солнечного света. А затем – страх, беспокойство, улицы покрытые таящим грязным снегом, полутемная парковка с пятнами крови на бетоне.        Домой в квартиру Том вернулся в абсолютно выжатом состоянии и, зайдя внутрь, опустился на пол, внезапно ощутив, что все силы его оставили. Пустота внутри снова вернулась, наполняясь страхом и беспокойством. Собаки, устремились к нему, ощущая его беспокойство и внимательно обнюхивая его руки. Митч закрыл лицо руками, понимая, что без Ньюта квартира, которая прежде была уютной, красивой и солнечной - стала пустой.        Пусто стало везде – и внутри, и снаружи.        Только два мокрых носа, заставили его вынырнуть из глубины отчаяния, в которую он внезапно провалился. Убрав руки от лица, он встретился в двумя парами беспокойных глаз, устремленных на него, и внезапно понял, что Арчи больше не улыбается, а тихо подвывает, глядя на него.        Он поднял взгляд на большое зеркало в коридоре, перед которым Ньют еще утром поправлял галстук. Репп вспомнил, что блондин одел новый костюм, который ему очень нравился и вообще выглядел идеально, словно созданный для обложки журнала о красивых и успешных. А еще они вместе завтракали, мыли собакам ноги после прогулки и целовались. И было много солнца, льющегося в квартиру из окон. Было тепло и хорошо. Солнечные лучи, падая на светлые волосы застревали золотом на волосках и рыжеватых ресницах, отражаясь в глубине темных карих глаз чайными нотками и возвращаясь миру солнечной зубастой улыбкой.       - Я не знаю… - шепотом ответил Митч, глядя попеременно на Арчибальда и Графа и почувствовал, как по щекам заструились слезы сами по себе. Это было отвратительно и больно, поэтому брюнет дергано вытер лицо, а затем впервые услышал, как Граф завыл в пустоту квартиры.

***

      Осознание себя началось с судорожного вздоха, будто он и не дышал. Сердце бешено колотилось в груди, подгоняемое кортизолом и адреналином.        Откуда-то сверху донеслись чужие возмущенные возгласы:       - Ты какую дозу ему вкатил?! А если он кони двинет?! Не видать нам тогда денег!!! – смутно знакомый голос.       - Ты говорил, что он хромой и хилый, а он Гриверу нос сломал и мне челюсть рихтанул! Еще вертелся, как уж!       - Зачем спрашиваю такую дозу вколол?! Он же худой, как щепка! Не видишь что ли?!       - Так получилось!        Сил не было даже на то, чтобы открыть глаза, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться и Ньют ощутил, что снова проваливается в небытие.        Когда он снова пришел в себя, то первое, что почувствовал – был холод. Обычно ему никогда не было холодно и Минхо удивлялся тому, что блондин несмотря на свой низкий вес не мерзнет, а наоборот, готов обогреть всех вокруг.        Пошевелив руками, Ньют понял, что все ужасно затекло и лежать было неудобно. Открыв глаза и тут же прикрыв их рукой из-за слепящего света сверху, блондин зажмурился и прислушался к себе.        Голова болела. Нога болела. А еще мутило и хотелось пить. Вокруг царила какая-то глухая тишина. Привыкнув к свету лампы под потолком, Эмерсон открыл глаза и сел.        Он лежал на простой продавленной панцирной кровати, которая явно видала лучшие времена. Вокруг – настоящий каменный серый мешок без окон. Две двери – одна металлическая, вторая – деревянная. Под потолком бодро работающая вентиляция из-за чего возможно и было так прохладно. Парень поежился и только сейчас обнаружил, что на нем нет ни куртки, ни пиджака. Брюки, которые еще утром были новыми, сейчас были все в пыли и пятнах. Когда-то белая рубашка была в таком же состоянии. Часы, подаренные Томми на Рождество исчезли, как и куртка с пиджаком.        Увидев в ногах кровати плед, парень взял его и накинул на плечи, кутаясь.        Холодно. Воздух пахнет пылью и бетоном. Наметанным взглядом блондин понял, что находится где-то в подвале. Толщина стен наверняка немаленькая. А еще было похоже, что этому месту много лет, хотя проводку явно подновляли.        Окончательно придя в себя и обнаружив на предплечье след от укола, блондин направился сначала к металлической двери, которая оказалась закрыта, а потом к деревянной – там оказался старый санузел. Годов пятидесятых, если не раньше.        Оставив плед на кровати, парень воспользовался туалетом, порадовавшись тому, что есть вода. Пусть только обжигающе холодная, но все же это лучше, чем ничего. Около ножки кровати на полу он нашел литровую бутылку с водой. Постепенно воспоминания начали выстраиваться в одну ровную линию. Кто бы его ни похитил, его смерти они явно не хотели, а вот денег – хотели.        Выпив половину бутылки воды, Ньют, закутался в плед и, сев на кровати, привалился спиной к спинке кровати. Стена оказалась слишком холодной. Ждать долго ему не пришлось – уже через пятнадцать минут металлическая дверь загремела и открылась, впуская внутрь высокого человека, которым оказался… Бен.

***

      Митч потерял счет времени впав в ступор и пришел в себя от того, что Арчибальд ткнулся влажным носом ему в щеку и облизнул ухо, отчего парень вздрогнул и слабо улыбнувшись, пришел в себя.       - Простите… простите… я совсем забыл про вас… пойдемте, я положу вам поесть… вы же кушать хотите… Ньют меня не простит, если с вами что-то случится… - больше для себя забормотал Митч, поднимаясь на ноги и гладя по голове обоих псов, которые явно воодушевились тем, что тот вышел из ступора.        Положив в миски еду, Репп облокотился о стену, наблюдая за животными, а затем достав телефон, набрал контакт «Книги почтой по доступным ценам». Полиция – это, конечно, хорошо. Но он не мог позволить себе ошибиться на этот раз. Ньюта было необходимо вернуть назад живым и здоровым.       - Я слушаю… - ответил после первого гудка Стен.       - Ньюта похитили. Со стоянки. Его надо найти. Если можно, я хочу войти в состав оперативной группы, - быстро проговорил Митч, не отрывая взгляда от собак. Граф, будто почувствовав его взгляд повернулся в его сторону и остановил на нем вопросительный взгляд.       - Я так и знал, что он доберется до него, - Херли говорил, как всегда ровно, но Репп мог с уверенностью поспорить, что услышал в его голосе досаду. – Я высылаю тебе адрес. Приезжай по нему.       - Считай, что уже еду.

***

      - Привет, Ньют, - Бен зубасто улыбнулся из-за чего улыбка стала больше похожа на оскал, - ну, как ты тут устроился?       - Приглашение не понравилось. В следующий раз лучше позови меня в кафе и я приду. Сам знаешь, не в моих правилах избегать разговоров, - хмуро глядя на бывшего любовника, произнес Ньют, думая о том, что говорить было бы легче, если бы у него не болела так сильно голова.       - Обстоятельства, Ньют. Прости, - Бен картинно развел руки в разные стороны.       - Переигрываешь, - не удержался Эмерсон и подумал о том, что переобщался с Минхо. Подобные комментарии были больше в стиле азиата. Ньют обычно предпочитал быть более сдержанным в замечаниях, но тут, очевидно, наболело. – Я так понимаю, тебе по-прежнему нужны деньги, и ты решил, что кое-что можно вытрясти с меня…        Бен несколько секунд молча смотрел на Ньюта, а затем уже совсем другим голосом, больше похожим на того Бена, которого блондин когда-то любил, ответил:       - Ты всегда был умным. Честным. Поэтому с тобой всегда была тяжело. Было бы легче, если бы ты был последней блядью или… - Бен нервно провел рукой по коротким волосам, - лживой сволочью или просто недалеким… но с тобой всегда все было…        Договорить он не смог, потому что в дверь за спиной отворилась и на пороге возник высокий сильный мужчина с распухшим носом.       «Гривер» - заключил про себя Ньют, вспоминая обрывки фраз, которые слышал из разговоров. А еще он заметил свои часы на запястье вошедшего. На Ньюта браслет был великоват и он постоянно собирался зайти и уменьшить, а на мужчину они были явно маловаты, но он все равно натянул их. Злость зажглась внутри ярким огнем, но Эмерсон заставил себя успокоиться, понимая, что сейчас все равно ничего не добьется пустой агрессией.       - Я насчет девчонки. Она не ломается. Уколоть ее? – спросил мужчина, бросив злой колючий взгляд на Ньюта и тот понимал отчего.       - Да. У нас нет времени миндальничать, - просто согласился Бен и Ньют, несмотря на то, что это было сказано обычным повседневным тоном, понял, что девушке подписали только что смертный приговор. Возможно, что-то похожее, ждало и его, если он откажется играть по их правилам.        Гривер бросил еще один уничтожающий взгляд на Эмерсона и тот ощутил, что в горле встал ком.       - Это Гривер. Он с нами в компании, - уточнил Бен, когда мужчина вышел за дверь.       - Я уже понял. А еще он спер мои часы, - в упор глядя на бывшего любимого, произнес Ньют, чем поставил Бена в тупик и тот на мгновение опустил взгляд на пустые запястья Эмерсона.       - Ньют. Хватит. Все очень серьезно, - Бен снова поднял хмурый взгляд на парня, - я еще в прошлый раз попробовал тебе объяснить, что мы серьезно проебались с ребятами и задолжали серьезным людям серьезные деньги. Мы отдали почти все. Осталось не так много и это поможешь отдать нам ты, когда подпишешь вот эти бумаги. И можешь идти на все четыре стороны. Никто тебя пальцем не тронет.        Похититель взял с небольшого столика у стены стопку бумаг и протянул ее Ньюту, а тот подумал, что до этого даже не замечал этого столика. Взяв бумаги, Ньют прочитал о чем они, хотя и без этого знал.        Договор о передаче всей недвижимости в собственность одной фирмы. А также перевод денег со счетов. Ньют даже не удивился тому, что Бен знал о всех его вкладах и заначках. Его неприятно поразила мелочность, жадность, эгоизм и жестокость человека, которого он когда-то любил.       - Тебе нужны деньги и… - Ньют отложил бумаги на кровать, потерев переносицу, - одним словом все, что у меня есть…       - Заработаешь еще. А мне надо свою шкуру спасать. К тебе всегда деньги липли, словно ты магнит для них. А мне очень нужно, - Бен поджал губы, а затем сделав несколько шагов по направлению к сидящему на кровати, продолжил, - если бы мне не было так позарез нужно, я бы не стал все это делать! Тебе всего лишь нужно подписать эти гребанные бумаги и никто не пострадает! Обещаю. Ты уйдешь отсюда своими ногами.        Ньют посмотрел на бумаги и подумал о то матери, которая тяжело пережила смерть отца и сестре. София сейчас работала и могла уже обеспечить себя и маму. У них оставалось еще кое-что в собственности. Но основным собственником семейного имущества был именно он после смерти отца и распоряжаться имел полное право на свое усмотрение. И похоже Бен это знал.        Блондин поднял взгляд на Бена и заглянул в светлые красивые глаза, в которых когда-то видел любовь. И понял, что даже если прямо сейчас подпишет эти бумаги, его уже никто не отпустит. В лучшем случае пуля в затылок и безымянная могила где-то в поле, на которую изредка будет приезжать Бен и винить себя в случившемся. А может и не будет.       - Нет. – Коротко, но твердо заявил он, отодвигая бумаги так, что они упали на пол к ногам Бена. – Во-первых, ты не собираешься меня отпускать и не собирался. Во-вторых, я не могу оставить маму и сестру без средств.        В комнате повисло тяжелое тягучее молчание. Которое не предвещало ничего хорошего. Ньют понимал, что только что подписал себе не просто смертный приговор, а с долгой и мучительной смертью, но иначе поступить не мог. Это было дело принципа.       - Ньют, я знаю тебя. Я знаю, что ты упрямый. Но еще я знаю, что ты умный и должен понимать, что я не оставлю тебя в покое. Ты так или иначе перепишешь всё на эту чертову фирму! – Гордон прокричал последнюю фразу и Ньют увидел, что парня трясет. Похоже, дело было серьезно и Бен по-настоящему боялся не получить деньги.       - Или что? – Ньют внезапно ощутил, что больше не может сдерживаться. Он так долго страдал из-за этого человека. Переживал их разрыв. Переживал, что не может дать ему все, что тому нужно для счастливой жизни. А вот как все обернулось. – Ты в любом случае избавишься от меня…       - Ты… - Гордон презрительно искривил губы и нервно дернув плечом, сделал торопливый круг по камере, - ты вообще знаешь, что всё это из-за тебя! – Бен обвёл всё вокруг руками, но видя, что Ньют не понимает, продолжил, - я любил тебя, но видел, что недостоин тебя! Рядом с тобой я был жалкой тенью! Ты весь из себя такой сияющий талантливый архитектор из хорошей семьи, шикарный, красивый! Я хотел доказать, что не хуже тебя! Я хотел заработать много денег, впечатлить тебя и вернуться!       - Так всё из-за денег..? – усмехнулся Ньют, - как обычно. Ничего нового. Только я не понимаю зачем это было надо. Ты сам знаешь, я никогда не придавал достатку большого значения и в людях я ценю другое, в не размер счета в банке.       - Зато другие ценят! А я хотел быть достойным тебя в глазах твоих грёбаных друзей! - Бен снова сорвался на крик и Ньют, внезапно ощутив укол боли где-то в груди, заметил, что у того по щеке ползет одинокая слезинка. Ньют чувствовал, что тот не врет. Бен так считал на самом деле и это было ужасно.       - Не надо было, Бен, - Ньют не смог удержаться и снова мягко произнес его имя, как, когда они были вместе, - я любил тебя таким какой ты был. Очень любил и, когда ты ушел, мне было больно.       - Вот видишь! Опять! – Гордон, закрыл лицо руками, собираясь с мыслями. – ты весь какой-то нереально хороший! Так не бывает и самое отвратительное, что я знаю, что ты не играешь! Но.. блядь… я так не могу! Не мог и не могу! Я хотел быть достойным тебя!       - Ты и был! Мне все это неважно! Я сейчас встретил человека, с которым у нас тоже разный достаток, но… - начал говорить Ньют, но Бен прервал его, криво усмехнувшись и издевательски изогнув бровь:       - Ты про Томаса своего..?       - Ты еще и следил за мной? – настороженно спросил Ньют.       - Конечно! Я же планировал вернуться, когда разбогатею и присматривал за тобой. И видел этого кабеля, который пристал к тебе, как банный лист. А ты знаешь, что этот твой Томас совсем не безобидный котенок?!        Ньют устало пожал плечами. Он знал и принимал это. Потому что шестым чувством ощущал, что Томми никогда не навредит ему. В отличие от Бена…       - У него руки по локоть в крови! Больше, чем у меня или любого здесь! Но мы плохие, а он – хороший! Он же раньше работал на государство! А за государство убивать можно! А за деньги – нельзя! – Гордон разошелся на столько, что перешел на крик сам того не заметив. – Сейчас принесу доказательства и ты сам все узнаешь! Увидишь, что я прав!        С этими словами Бен буквально вылетел из камеры, оставив дверь открытой. Ньют оторопело уставился на открытую дверь и поднявшись с кровати, подошел к проему. Его камера располагалась посреди длинного серого коридора с еще тремя такими же дверьми. По потолку тянулись старые ртутные газоразрядные лампы, которые сейчас старались уже не ставить в подобных помещениях. С обоих концов коридора располагались двери на лестницы. Справа от его камеры, не доходя до лестницы – поворот в соседний коридор.        Похоже это был бункер времен холодной войны. Тогда многие американцы, запуганные «Красной угрозой» строили подобные убежища. И самым плохим было то, что многие из них не были даже нанесены на карту, и находили их совершенно случайно, начиная строительство какого-то объекта. Дженсен рассказывал как-то о таком случае, когда они начинали постройку аквапарка и наткнулись на заброшенный бункер. Этот, похоже, был из их числа. Толстые стены, блокирующие любое излучение, мощная вентиляция, хотя фильтры скорее всего сняты, проведенная проводка и водопровод. Никто не придет и не спасет. Потому что элементарно не найдут.        Справа из коридора послышались приближающиеся шаги и Ньют торопливо, прихрамывая, вернулся на кровать. Нога после потасовки на стоянке пульсировала тупой болью. Бен влетел в камеру, сжимая в руке бумаги. Он, похоже, даже не допускал мысли, что Эмерсон мог подняться и уйти, пока он бегал за своими «доказательствами».       - Вот! Читай про своего рыцаря! Он тебе даже насчет своего имени соврал! У меня есть знакомый человек, который смог нарыть на него необходимую информацию, но это было нелегко. – С этими словами Гордон подошел к кровати и протянул обычную папку-скоросшиватель Ньюту. Эмерсон подумал о том, что в этом весь Бен – аккуратный, дотошный, алчный, эгоистичный. Конечно, у него было множество положительных черт, но сейчас Ньют не мог вспомнить ни одной.        Ньют открыл первую страницу, начав чтение.        Митч Репп. Родился, учился. Родители погибли в четырнадцать.        Хулиганил. Но потом успокоился и поступил в университет на факультет права. Катрина Ричардсон. Погибла во время теракта на Ибице, когда он сделал ей предложение руки и сердца.        Ньют вспомнил, как Томми рассказывал ему об этом в ту ночь, когда Ньют удержал его от самоубийства и сердце сжалось в отклик на чужую давнюю боль. Томми тяжело переживал её смерть, потому что любил. Мерфи не рассказал ему про ЦРУ и операции, в которых участвовал и Ньют понимал почему. Такие вещи относились к разряду информации, не подлежащей разглашению. Эмерсон всегда ощущал скрытую в Томми угрозу, ровно на столько, на сколько был уверен, что тот никогда не навредит ему.        Тут же прилагались и фотографии. Ньют внимательно рассмотрел их все и не смог удержаться от улыбки. Это был его Томми. Взъерошенный, неряшливый, неприкаянный, импульсивный, но четко идущий к своей цели.        Таким он был до их встречи. Сейчас же он изменился. Хотя и тогда он был тем же Томми. Человека невозможно изменить. Людей надо просто любить такими, какие они есть. А аккуратность, красивая прическа, одежда, богатство – просто антураж. Шелуха, которую можно снять, а потом снова отрастить, если захочешь.       Митч. Томми.       Ньюту было все равно.       Человек все равно был один и тот же.        Одни и те же глаза, руки, душа.       - Если ты хотел меня чем-то удивить, то у тебя не получилось. Он мне рассказывал о многом, - Ньют любовно провел пальцем по одной из фотографий, где Митч был сфотографирован в военной форме с оружием и это не укрылось от Бена. Эмерсон торопливо закрыл папку, протягивая ее обратно Гордону, заметив, как тот поджал губы. - Я вижу человека, который защищал нашу страну от терактов, защищал таких простых людей, как я, ты, Минхо и Тереза. Есть чудовища и надо уметь от них защищаться. Томми был одним из тех людей, кто защищал нас от этой угрозы.       - Сними розовые очки! Он сам – чудовище! – Бен хотел что-то еще сказать и даже махнул рукой, в которой сжимал, скрученную руликом папку, но передумал, а потом произнес:       - У тебя срок до конца дня. Решай. По-хорошему или по-плохому, ты подпишешь эти бумаги. – Гордон кивнул на прощание и выйдя из камеры, закрыл дверь на засов с другой стороны.

***

      - «Вспышка» - непростой наркотик. Это вещество имеет вирусную природу и многие на него реагируют очень плохо. – Стоя у экрана вещал Херли время от времени окидывая взглядом сидящих перед ним специалистом и наемников из оперативной группы. Большинство ловят кайф и прочно подсаживаются на эту дрянь. Слезть с неё очень сложно, но есть препарат. Сыворотка, которая изготавливается из крови людей, у которых нет никакой реакции на «Вспышку», - Стен взял со стола вакуумную пробирку, наполненную флюоресцирующей голубой жидкость поднял над головой демонстрируя. – Да, есть и такие, но таких людей мало и, успех лечения зависит от того на сколько быстро в организм пострадавшего поступила сыворотка и на сколько она ему подходит.       - Лекарство может не подействовать? – спросила высокая женщина, сидящая рядом с Митчем на первом ряду.       - Не то, чтобы совсем не подействовать, но лечение займет больше времени и могут быть осложнения в виде – тремора, перепадов настроения и другие. Об этом вам могут более подробно рассказать наши медики. – Стен на мгновение замолчал и продолжил.       - Кроме того, кроме людей, получающих кайф от «Вспышки», людей не восприимчивым к ней, есть небольшая группа – меньше пяти процентов – на чей организм «Вспышка» действует, как вирус и просто убивает за трое суток, вызывая системные нарушения. Таким пострадавшим важно ввести сыворотку до конца вторых суток иначе их уже будет не спасти. Вирус сначала поражает сосуды, - Херли вывел на экран фото человека пораженного «Вспышкой» все руки, шея, грудь и лицо которого были покрыты черной сосудистой сеткой. Кто-то особенно впечатлительный в зале негромко ахнул, Репп обвел внимательным взглядом фото пострадавшего и подумал о том, что Ньют все еще в руках похитителей, а те обкалывали всех своих жертв, чтобы добиться от них желаемого. Большинство погибло.       - Затем вирус добирается до сердца и вызывает инфаркт, и соответственно смерть. У некоторых пациентов наблюдалась деменция и агрессивное поведение. Стен еще некоторое время посвятил докладу о «Вспышке», а затем перешел к деталям операции.       - Похищенных всего четверо и трое из них – дети крайне влиятельных родителей. Виктория Трей – дочь сенатора. Похищена три дня назад.       На экране появилось фото миловидной пухленькой брюнетки, беззаботно улыбающейся с экрана. Затем картинка сменилась и на экране появилось фото двух близнецов.       - Александр и Вильям Тернеры – дети крупного промышленника в области машиностроения. Похищены позавчера. Всю подробную информацию вы можете найти в файлах, которые прилагались к материалам по делу. И последний – Ньютон Эмерсон. Владелец двух фабрик в западном Милфорде, нескольких фондов и счетов в разных банках. Похищен последним.        Херли, бросив беглый взгляд на Митча, заметил как тот не мигая смотрит на фото Ньюта на экране и переключил слайд, чтобы не видеть его убитого взгляда. Ньюта похитили только вчера, но Стен обратил внимание, как Митч резко изменился. Он снова начинал походить на того волчонка, которого привела когда-то к нему Айрин. Снова появился тяжелый затравленный взгляд, и отчаянная готовность действовать. Херли вспомнил, каким Митч был, когда он заехал к нему на Рождество и встретил у входа в подъезд, чтобы предупредить о возможной опасности.        Словно другой человек – улыбающийся, взгляд искрится, жизнерадостный. Живой… теперь же Репп выглядел так, словно из него выпустили воздух. Он снова стал наемным убийцей с великолепными отточенными инстинктами. Стен не раз видел такой взгляд и хорошо был с ним знаком. Так же он понимал, что если Ньют не выживет, то не выживет и Митч.       - Всего в группировке десять человек. Похищение организовывают трое человек и они же являются головой - Бенджамин Гордон. Стивен О’Джерси. Дарси Виккет. Мы смогли внедрить агента в их банду, но вчера его раскрыли и уничтожили. Мы знаем о трех укрытиях, где банда скрывалась в течение последних трех месяцев и сейчас там идет зачистка. Но достоверно известно, что существуют еще два. Найти пока их оказалось невозможных и времени на поиски нет. Изучите материалы по делу. Сейчас наши группы почесывают несколько квадратов, где возможно находится одно из укрытий, но пока безрезультатно. Гордон и Виккет нашли идеальные укрытия – заброшенные бомбоубежища времен холодной войны. Там есть все необходимые условия для выживания, а стены достаточно толстые, чтобы глушить любые сигналы. На этом все. – Херли выключил проектор и включил свет под потолком, - если будут вопросы, то вы знаете, где мой кабинет.       - Я вот думаю, возможно ли как-то через спутник отследить пустоты в нужных секторах под землей? – вчитываясь в документы, спросил Уилсон. Митч знал его с прошлых операций – хороший надежный оперативник, владеющий навыками оказания первой медицинской помощи, поскольку еще до военной карьеры получил диплом медбрата.       - Не знаю. Судя по всему последнего – Эмерсона, - Митч с трудом сглотнул ком в горле, произнеся фамилию любовника, - увезли на белом фургоне со скрученными номерами. Затем фургон въехал в тоннель, а оттуда уже не выехал. Поэтому не получилось его отследить. Зато в окно в пятнадцать минут из тоннеля выехали три фургона, одним из которых является наш, но все они были другого цвета.       - Внутри тоннелей камеры не работали? – спросил Уилсон, перелистывая страницу. Они остались сидеть тут же в конференцзале, изучая бумаги. Все равно своих кабинетов у них не было, а в учебной сидеть не хотелось. Там всегда было слишком шумно.       - Как и на стоянке. В то окно, когда Ньют выходил с работы камеры вышли из строя. – Репп запоздало спохватился, поняв, что говорит только о блондине и называет его по имени.       - Не переживай, - Уилсон на удивление чутко все понял и успокоил, - мы все знаем, что у тебя личный интерес в этом деле. Слухами земля полнится. Все всё понимают. Осталось только найти их и вернуть. Живыми.       - Это точно, - Митч поджал губы, кивнув. – Знаешь, всегда ненавидел похитителей больше остальных.       - Понимаю, - Уилсон одобрительно кивнув, улыбнувшись отчего в уголках глаз появилось множество морщинок, делая лицо еще более добрым. – Давай изучим все и обсудим. Надо вытаскивать оттуда твоего архитектора.        Митч снова усмехнулся, подумав о том, что к Ньюту пристало это прозвище с легкой руки Херли. Викторию Трей все дружно для сокращения прозвали – Дочкой или Викки. Братьев Тёрнеров – Близнецами, а Ньюта – Архитектором.        Сразу после звонка Стену, Репп набрал Минхо и объяснил ситуацию, ничего не скрывая, а затем взял собак и отвез азиату, вместе с запасом корма, игрушками и лежанками, вольером для Арчи, чтобы в его отсутствие они ни в чем не нуждались. Тереза плакала и так и не смогла успокоиться, даже, когда Митч приехал. Постоянно сквозь слезы говорила, что с самого начала чувствовала, что Бен – плохой человек и, что Ньюту надо держаться от него подальше. Репп заметил, что Минхо тоже морально опустошен, но ради Терезы сдерживает эмоции и держится, уйдя в заботу о ней.        А Митч собирался вернуть Ньюта чего бы ему это ни стоило и не дай Бог кто-то встанет у него на пути.

***

      Бен пришел раньше, чем через сутки. Ньют задремал, закутавшись в плед и свернувшись в три погибли на неудобной кровати. Ему снилась его уютная светлая квартира, серьезные глаза Графа и улыбка Арчибальда, а еще родинки на левой щеке и кривоватая улыбка Томми, от которой его обычно клинило и мысли шли в определенном русле. А потом шум открывающейся тяжелой двери, мгновенно вернул его в реальность, где он сидел в сером бетонном мешке, на старой панцирной кровати. Вокруг было холодно, пахло пылью и немного плесенью.        Сев на кровати, поджав под себя ноги и плотно закутавшись в плед, Эмерсон почувствовал жжение в горле и подумал о том, что впервые за долгое время простыл.       - Ну, как у нас дела? – Бен решительно вошел внутрь, тут же бросив взгляд на бумаги, которые вместе с ручкой оставил на столе у двери. – Понятно. Никак. – Мужчина поджал губы и зло глянул на Ньюта, - Ньют… ты же умный. Расчетливый. Без этих качеств ты бы не смог добиться успеха. Но сейчас-то что?!       - Я сказал, что не могу… тут дело не только во мне. Я внимательно прочитал бумаги – они подчистую лишают любого содержания и опоры моих мать и сестру. Так не пойдет. Давай я отдам все вклады, деньги со счетов… фонды. Но фабрики должны остаться за мной. Тогда даже если… - наклонил голову, вглядываясь в бледное настороженное лицо бывшего любовника. – Точнее когда я умру, фабрики уйдут им.       - Нет. Мне надо все!       - Так не бывает, Бен! Нельзя получиться все! Это фабрики моего отца и я не имею никакого права переписывать их на… - договорить он не смог, потому что в камеру зашел Гривер.       - Девчонка подписала. Близнецы еще держатся, но думаю и они скоро согласятся. Одному правда плохо. Говорит «все болит». – Доложил он и Ньют снова остановил взгляд на своих часах на руке похитителя. Гривер был высоким и плотным – Бен на его фоне смотрелся едва ли не изящно. Одет мужчина был в потертые темные джинсы и расстегнутую клетчатую рубашку поверх засаленной на животе футболке.       - У нас мало времени. Они принялись всерьез за поиски. Нас могут обнаружить в любой момент. Скажи парням, чтобы разобрали арсенал и были готовы встретить незваных гостей, в случае чего. Все вернулись?       - Девять. Рич похоже нас кинул и свалил. А с этим что? – Гривер повернулся в сторону Ньюта.       - Надо бы обработать, но пока без увечий. Если окажется мало, то колем. Пусть словит пару мультиков и на такой ноте он подпишет все что угодно.       - Принято, - Гривер в несколько шагов пересек комнату и стащил за воротник Ньюта с кровати одним мощным движением дернув на себя. Блондин не успел даже дух перевести после того, как буквально слетел с кровати и тут же почувствовал пару увесистых ударов в живот, от которых ему показалось, что внутренности превратились в фарш. Боль ослепляла и мешала что-то предпринимать. Было такое ощущение, будто его снес автобус на полном ходу. Краем сознания Эмерсон понимал, что дверь в камеру открыта, но рвануть к ней все равно не мог.        Удар в скулу опрокинул его на спину и приложившись затылком об пол, Ньют потерял на пару секунд сознание, на мгновение перестал ощущать боль в ноге, животе и вообще все вокруг.        Вернулся мир беспокойной болезненной пульсацией, болью в ребрах, как если бы его несколько раз приложили ботинками по бокам, а также истеричным голосом Бена и гулким басом Гривера откуда-то со стороны.       - Я же сказал – «без увечий»! – голос Бена пробивался будто сквозь вату, которой заложили уши. Картинка перед глазами тоже несколько секунд была расплывчатой.       - Сади его на кровать. Я за дозой… - снова голос Бена и через несколько секунд Ньют ощутил, что его подняли с пола и посадили на скрипнувшую кровать. В голове шумело и свет стал казаться слишком раздражающе ярким, хотя Ньют помнил, что это не так. Едва он пришел в себя, как в камеру вернулся Бен, что-то держа в руке.       - Держи его, - скомандовал он и Ньют понял, что именно сейчас произойдет что-то по-настоящему плохое.       - Нет. Не надо! Давай договоримся! Я же предложил хороший вариант! – попробовал он достучаться до Бена, отползая от похитителей на другой край кровати, но его крепко схватили за руку. На автомате вывернувшись, блондин рванул к двери, но уже у самого выхода его перехватили поперек тела и завели руку, которой он попробовал отбиться за спину.       Гривер кинул его снова на пол, приложив хорошенько затылком о бетонный пол отчего в глазах потемнело и желание сопротивляться застряло в коме из боли, дезориентации и оглушения. Резкая боль в правой руке, заставил его вздрогнуть и дернуться.       - Готово! – Бен поднялся с колен, - получай удовольствие, сладкий!        Ньют несколько раз быстро моргнул, пытаясь прийти в себя и ощущая, как жидкая боль растекается по венам и со стоном выдохнул воздух внезапно ставший горячим.       Скула после удара болела, пресс тоже, нога напоминала о себе непрекращающимся нытьем, но то, что происходило с его рукой не шло ни в какое сравнение со всем остальным.       - Что это?! Почему так больно? – простонал Ньют, ощущая, что не может подняться с пола, поскольку боль, расцветшая на руке огненным цветком, выпивала все силы. Он перевел взгляд с лица Гривера на Бена и обратно и внезапно уловил на них растерянность. Похоже, это был не тот эффект, которого они добивались.       - Ты какую дозу вколол?       - Половину. В нем веса мало для полной.       - Чего тогда ему так хреново?       - Может… он это… из тех, кто подыхает от неё?        Боль ползла от локтевого сгиба вверх и Ньют, собрав оставшиеся силы в кулак кое-как поднялся, сначала подобравшись на четвереньки, а после, опираясь на спинку кровати, затащил себя на матрас.       - У нас есть сыворотка? – нервно кусая губы, спросил Бен.       - Нет. Последнюю вколол себе Джаред, когда его накрыло.       - Блядь. Нам срочно нужна сыворотка.