Гость, которому не рады

Чжун Ли застал Рагнвиндра, сидящим в кресле перед входной дверью. Его глаза были закрыты, а пушистые ресницы трепетали. По правую руку от него, облокотившись на кресло, стоял изящный двуручный меч. Чжун Ли видел с какой легкостью аристократ с ним обращается, словно тот ничего не весит. Дилюк много тренировался. Чжун Ли наблюдал за его тренировками из окна особняка. Аристократ много времени уделял тренировкам на выносливость. Только во время них он снимал верхнюю одежду, оголяясь по пояс. У него была отлично развита мускулатура, а годы усиленных тренировок заточили ее рельеф. Его светлая кожа Чжун Ли напоминала нежный фарфор. Дракон размышлял над тем, что к ней следует прикасаться невесомо, в ином случае можно ее повредить. Необходимость обращаться со своим «новым другом» крайне деликатно трансформировалась в своего рода занимательную игру. Моракс всегда брал, то что ему нравилось. Он забирал вещи, которые ему действительно приглянулись, по праву сильного. Он забирал земли, ресурсы, людей. Со временем на его территории скопилось достаточно много интересных вещей и изобретений. Не все доставалось ему легко. Но если он чего-то действительно желал, это означало, что рано или поздно, эту вещь можно будет найти в его границах. Не все архонты разделяли его страсть к накопительству, но многим из них пришлось с этим смириться. У Моракса были периоды активности, когда он завоевывал желаемое. Были периоды покоя, когда он засыпал в окружении своих богатств. Это время воспринималось людьми, как наилучший период для ведения бизнеса и заключения сделок. Иными словами, когда дракон засыпал, приходило время людей, показать все, чему они у него научились. Именно люди, жившие в Ли Юэ, разработали первую объединенную денежную систему, чтобы порадовать своего Бога. А он наградил их за предприимчивость и раскрыл перед ними недра благородных металлов, которые и по сей день используются для чеканки монет. Так денежная единица «Мора», разумеется названная в честь Моракса, разошлась по всему континенту. Дракон бы никогда в этом не признался вслух, но ему это польстило. Он любил быть во всем первым, и особое внимание уделял тому, чтобы об этом знали остальные. Со временем Моракс обрел мудрость. Он понял, что грубая сила может завоевать земли, но никак не сердца. Поэтому, он стал уделять больше времени тому, что происходит внутри своих границ. Вместо врагов, он стал искать союзников. Его путь от беспощадного завоевателя, до всеми любимого повелителя был долог и тернист. Дракон отмечал в себе положительную динамику. И все же, кое-какие дурные привычки вывести так и не удалось. Дилюк Рагнвиндр был тем самым камнем, о который Моракс споткнулся. В их первую встречу Чжун Ли испытал нечто вроде любопытства. Дракон давно уже стоял рядом с креслом, в котором так безответственно уснул Дилюк. Звука его шагов нельзя было услышать. Рагнвиндр даже пожаловался ему на этот счет, ведь он обычно узнавал своих домочадцев по походке. Чжун Ли же ходил абсолютно бесшумно, будто совсем не касался земли. Дилюк всегда был на стороже. Всегда чего-то ждал. Проверял взглядом места, где могла затаиться опасность. Моракс понял, почему тот прислушивается к чужим шагам. Чтобы узнать не явились ли враги к его порогу. В этой привычке они с Рагнвиндром были похожи. Моракс тоже слушал. Всегда слушал. У аристократа были длинные пышные волосы цвета огня. Чжун Ли ничуть не стесняясь протянул руку и коснулся их. В свое время он погасил множество таких огней. — Мягкие, — озвучил он, перебирая пальцами прядку за прядкой. Любопытство подтолкнуло новую личность Моракса написать Рагнвиндру письмо. Интерес отправил Чжун Ли в страну Барбатоса. Цель присвоить себе то, что принадлежало другому, заставила его остаться в поместье. Опасение Барбатоса не были беспочвенными. Он вперед Моракса разглядел в нем проявление давно позабытых животных инстинктов. С чуйкой у духа свободы всегда было хорошо, именно благодаря этому он неплохо выживал. Барбадос был одним из тех, кто видел, на что способен Моракс, когда его увлекает какая-либо идея. Разумеется, времена изменились, и дракон уже не тот что прежде. Теперь он предпочитал мягкую силу грубой, но мотив его действий был прежним. Если ему что-то нравилось, он забирал это себе. Чужое мнение, как и чувства, роли не играли. Дилюку просто не повезло, что дракон им заинтересовался. Причем интерес этот нельзя было назвать безобидным. Рука Рагнвиндра скользнула к рукоятке двуручного меча, а веки приоткрылись. Он смотрел прямо на Чжун Ли своими глубокими алыми глазами. Он перевел взгляд на руку консультанта, которая удерживала на весу его волосы, убранные в высокий хвост. — Что ты делаешь? — задал вполне ожидаемый вопрос аристократ. — Тебе не стоит спать в кресле, утром будет болеть шея, — Чжун Ли наконец выпустил хвост из рук. — Не нужно за меня переживать, — Дилюк не спускал с него глаз, — Где ты был? — Учил плавать одного своего знакомого. Разумеется, речь шла о Венти, который теперь трижды подумает перед тем, как терять лицо в присутствии Моракса. — И как успешно? — поинтересовался хозяин поместья. — Летать, не плавать, — неопределенно высказался Чжун Ли. Консультант повел носом, принюхиваясь. Кэйя Альберих был здесь. Теперь его здесь нет. Но Дилюк почему-то не лег спать, стало быть кого-то ждал. Двуручный меч рассказал ему о настрое Рагнвиндра. — «Неужели с его помощью Дилюк собрался выставить отсюда Чжун Ли?» — дракон улыбнулся своим мыслям. Он бы сам не отказался посмотреть на это представление, но все же, во имя устранения недопонимания, решил уточнить. — Ты ждал здесь меня? — Мне больше делать нечего, — без эмоционально огрызнулся Дилюк, — Пока ты отсутствовал, в дом кто-то проник, Аделинда его видела. — В самом деле? — по выражению лица консультанта нельзя было определить взволнован ли он. — В таком случае, правильно ли было засыпать на посту? — Чжун Ли перешел сразу к критике. — С чего ты взял, что я спал? — вопросом на вопрос ответил хозяин поместья, после чего поймал на себе заинтересованный взгляд Чжун Ли. — Если ты не спал, значит ты был в курсе, что я вернулся. Ты мог бы встретить меня, как полагается. — Как полагается кому? — бровь Рагнвиндра поползла вверх. Чжун Ли чувствовал, когда Дилюк недоволен им. Не ради виду, а по-настоящему. Он ощущал это в воздухе, от того, что температура в помещении начинала повышаться. Он, как представитель вида хладнокровных, чувствовал перемены особенно остро. Моракс любил все горячее. Начиная от перепалок, заканчивая геотермальными источниками. — Моему благородному меценату, — обозначил их статусы консультант. — Вот это прогресс, — Рагнвиндр убрал руку с рукоятки меча и свел уже обе руки на животе, — Наши отношения развиваются прямо-таки семимильными шагами. — Разве ты не хотел купить мою дружбу? — Чжун Ли был прямолинеен, — Думал, тебе будет приятно, если я стану называть вещи своими именами. Пожалуй, именно так это и выглядело со стороны. Винный магнат стабильно катал своего нового «друга» на аттракционе невиданной щедрости. Так как Мондштадт был городом свободы, во всех смыслах, люди вокруг, без конца, судачили на этот счет и строили самые невероятные предположения. Например, что Чжун Ли потерянный сын Крепуса Рагнвиндра, который теперь претендует на наследство. Или, что господин Чжун Ли шантажирует винного магната. Были и вовсе невероятные, какие по мнению Дилюка мог распускать только его сводный брат Кэйя. Суть их была проста — Дилюк и Чжун Ли ни много ни мало - любовники. Эту тему смело развивала и женская половина населения Мондштадта, о чем Дилюк всегда узнавал от мужской. Рагнвиндру было плевать на слухи. Его репутация, в определенных кругах, говорила за него. У него были свои связи повсюду, в том числе среди общества, что живет в тенях. Дилюк не ошибся в господине Чжун Ли. Тот был умен. Разумеется, он пришел к вполне однозначному выводу. Дилюк в самом деле хотел его подкупить. Чжун Ли один из немногих, кто вызывал у Дилюка интерес. Так называемая «дружба» была ничем иным, как способом получить информацию. Чжун Ли был особенным и Дилюк это чувствовал. Сам Чжун Ли догадывался, что стал предметом интереса, но раскрывать интригу не спешил. Он стабильно принимал все подарки Дилюка, как должное, при этом держался от Рагнвиндра обособлено. Кэйя, как мог, сигнализировал Рагнвиндру, что с Чжун Ли что-то не так. Последняя информация, которую капитан ему преподнёс на блюдечке, это подтверждала. Он знал, Кэйя не врет, ведь в первую очередь Дилюк сам решил разузнать о нем побольше, и не узнал ровным счетом ничего. Его «друг» Чжун Ли был чистым листом, не считая скоротечных знакомств, набранных за три года жизни в Ли Юэ. Он в самом деле был замечен в присутствии, как минимум двоих Предвестников Фатуи. С одним из них его не раз видели в достаточно престижных заведениях. Спрашивать о том, что именно связывает Чжун Ли с Фатуи было рано. Не спросить об этом было глупо. Кое-что еще не вязалось друг с другом. А именно, повышенный интерес к консультанту со стороны суматошного архонта. Венти постоянно преследовал Чжун Ли, заявлялся к Рагнвиндру в поместье без приглашения. Мило с ним щебетал, будто они оба состоятельные домохозяйки, коим нечем заняться, пока мужья на работе. Дилюк занял выжидательную позицию. Он решил посмотреть, что же будет делать его новый постоялец дальше. Его нужно заставить шевелиться. Чжун Ли придется сделать шаг на встречу, если он хочет продолжать играть в свою игру. Иными словами, ему придется стать чуточку откровеннее, чтобы здесь остаться. — Я думал, что уже тебя купил, — ответил Дилюк, и это не было похоже на шутку. — У тебя не хватит моры меня купить, — Чжун Ли даже не улыбнулся, — Ложись спать, я посторожу. — Ты же не умеешь драться, — на губах Рагнвиндра заиграла улыбка. Чжун Ли так ему сказал, но Дилюк ему не поверил. За все время аристократ ни разу не видел того с оружием в руках, даже когда они путешествовали. Чжун Ли выступал в качестве консультанта, а все сражения были за Рагнвиндром. Но человек, который обладает глазом бога не может быть безобидным априори. Да и то, как бесшумно консультант движется, навело Дилюка на вполне конкретные мысли. — В случае опасности я буду кричать, — отбил подачу Чжун Ли. — Не могу себе это представить, — улыбка аристократа стала шире. — Какая бедная у тебя фантазия, — парировал консультант, — Если серьезно, не думаю, что вылазка в твой дом повториться, после того, как визитер был замечен. — Этот визитер был замечен в твоей комнате, поэтому я здесь сижу. — Хотелось бы узнать, как первое ты связываешь со вторым? — Чжун Ли чуть склонил голову на бок. — Ну, вдруг ты мне о себе что-то расскажешь, чего я не знаю, — надавил аристократ. — Я всего лишь консультант в бюро ритуальных услуг, если у меня и могут быть враги, то только покойники, — кажется Чжун Ли шутил, хотя на лице это никак не отразилось. — Бывает, то, что мы похоронили поднимается из могил, — Рагнвиндр поднялся с кресла и подхватил одной рукой двуручный меч. Он прошел мимо Чжун Ли, — Подумай до утра, может чего вспомнишь о своих скелетах. Дилюк поднялся по лестнице и вместе с ним из гостиной ушло тепло. Только по его течению Моракс мог судить, что его щедрый во всех смыслах друг, сейчас очень раздражен.