Гость, которому не рады

Чжун Ли придерживал Альбедо за плечи, когда они выходили через вход для персонала. Ничего страшного не произошло, просто организм алхимика, обладал своими уникальными особенностями. Его совсем не брал алкоголь, зато он моментально опьянел от обычного яблочного сока. Подобное открытие они сделали совершенно случайно, так как Альбедо всегда пил вино, с подачи капитана, либо чай или воду. Консультант взялся отвезти его обратно в поместье, так как праздник для него подошел к концу. Кэйя должен был остаться для того, чтобы вручить награду победителю турнира. Дилюк куда-то запропастился, последний раз Чжун Ли видел, как его увел подчиненный. — Со мной все в порядке, я могу идти сам, — Альбедо казался сонным, стоило Чжун Ли его отпустить, алхимика сразу повело в сторону. — У тебя такое впервые, — рассудил консультант, — давай, я все же помогу. — Господин Чжун Ли у меня сердце так быстро бьется. Все не успокаивается. Вы можете что-то с этим сделать? — Сердце сильно бьется? — удивился консультант. — И мое тоже бешено стучит, — знакомый голос ворвался в их беседу, — каждый раз, как вижу вас учитель. Из тени на свет фонаря вышел некто иной, как Тарталья Чайльд. Чжун Ли остановил его приближение одним предостерегающим взглядом. — Смотрю, вы не рады меня видеть. Скоро же вы нашли мне замену, — одиннадцатый предвестник мило улыбался. Чжун Ли знал, что за его милой улыбкой не кроется ничего хорошего. Тарталья был неуравновешен сам по себе. Его бросало из одной крайности в другую. Он мог быть заботливым без меры или бесконтрольно жестоким. Он быстро сменял свои маски, с ним нельзя было быть беспечным, особенно, когда рядом есть те, кто может стать невольной жертвой его переменчивого настроения. — Получается, ваше молчание я могу расценивать, как знак согласия, — в ярких глазах предвестника теперь отражался алхимик. Тарталья сразу его подметил, как легкую мишень, — ну же, не молчите учитель. Чжун Ли сделал шаг вперед и заслонил собой Альбедо. Тем самым он обозначил свою позицию. Если дракон принимал какое-либо решение, то он был подобен горе, которую невозможно сдвинуть. Натянутая улыбка не сходила с лица одиннадцатого предвестника. Но его глаза были холодны, как лед. Наконец, Тарталья рассмеялся. Его смех не был злым, скорее беззаботным. Похоже настроение Чайльда опять переменилось, ему хватило всего пары секунд. Он поднял руки вверх, выставляя вперед безоружные ладони, но Чжун Ли не спускал с него глаз. — У вас такое серьезное лицо учитель, — Чайльд улыбался, — ах да, оно у вас всегда такое. Сегодня вам повезло, я не намерен устраивать здесь драку. Хотя, — он коснулся указательным пальцем своих губ, — могу и передумать, если вы меня сильно вдохновите. — Что ты здесь делаешь? — спросил Чжун Ли. — Я тут в качестве эскорта. У начальства тут видите ли какие-то дела, — растрепал Тарталья, — я бы с радостью с вами размял кости, но мне сильно влетит, если он узнает, что я тут развлекаюсь в городе. — Какие дела могут быть у Фатуи в Мондштадте? — прямо спросил консультант. — Попридержите коней учитель, — Чайльд не терял дружелюбную маску, — мы с вами так давно не виделись, а вы сразу о работе. Почему бы нам не выпить вместе, как в старые добрые времена или чего еще? Чжун Ли почувствовал, как руки Альбедо цепляются за его спину. Кажется, ему ничуть не стало лучше. Нужно было как-то увести его отсюда. Взгляд предвестника был острым, он моментально улавливал детали в окружении. Задняя дверь в Долю Ангелов распахнулась, и оттуда показалась Сахароза. Она увидела господина Чжун Ли и Альбедо, который держался на ногах, только благодаря тому, что ухватился за консультанта. — Вы еще не успели уйти, какое счастье, — пролепетала девушка. Она подбежала к мужчинам и резко замерла, будто примерзла к земле, под холодным взглядом предвестника. Она не знала, кто этот человек, но явно ощутила его недобрые намерения. — Ты как раз вовремя, — голос Чжун Ли был абсолютно спокоен, будто ничего им не угрожало, хотя, девушка чувствовала обратное, — ты сможешь позаботиться о господине Альбедо? — Я, я, я, — ученица начала заикаться. В воздухе поселилась опасность, и Сахароза это ясно чувствовала, — А что будете делать Вы г-г-господин Чжун Ли? — Я отойду поговорить со своим учеником, — Чжун Ли расцепил руки Альбедо. Сахароза быстро перехватила учителя, закинув его руку себе на плечо. — Извини, что тебе приходится это делать, — сказал Чжун Ли. Он чувствовал, как предвестник прожигает его взглядом, он чувствовал в нем предвкушение. Он понимал, что сейчас Тарталья едва сдерживает себя в рамках приличия. Еще немного, и он взорвется. — Может быть, мне позвать на помощь? — неуверенно произнесла Сахароза, смотря в лицо консультанту. Ответом на ее вопрос был безудержный смех Тартальи. — Все нормально, просто иди, — отдал приказ консультант, — И не давай ему больше яблочного сока. Чжун Ли двинулся вперед. Чуть погодя, за ним пристроился предвестник, он помахал на прощанье рукой, потерявшей дар речи девушке.

***

Стул скрипнул, принимая на себя вес тела Рагнвиндра. Он, без приглашения, уселся за стол в уличном кафе на втором этаже. Напротив него сидел мужчина, имеющий самые неповторимые черты. Он явно не ожидал компании, но пока воздержался от комментариев. Мужчина поднес чашку со свежезаваренным кофе к губам и сделал осторожный глоток. Его лицо непроизвольно украсила улыбка. Тем временем, его рубиновые глаза беспристрастно изучали, нарисовавшегося оппонента. Незнакомец, усевшийся напротив, был яркой личностью, но совсем не произвел на Дотторе впечатление. Хотя, на лице его гостя застыла показная маска равнодушия, исходящая от него агрессия, заряжала воздух вокруг. — Мне бы поучиться у вас манерам, — спокойно произнес второй предвестник, осторожно указав на правила приличия, которые этот незваный гость нарушил. — Определенно стоит, — ответил ему незнакомец, — Заявиться на мою территорию после покушения, вверх наглости. Дотторе аккуратно поставил чашку на блюдце и поправил так, чтобы ее ручка стояла под правильным углом. — Не помню, чтобы мы были знакомы, внешность у вас незапоминающаяся, — пренебрежительно высказался предвестник. Эта реплика у Дилюка вызвала усмешку. Он чувствовал на себе пронзительный взгляд Дотторе. Хотя, внешне тот был совершенно спокоен, было ясно, что собеседник ему не нужен. Рагнвиндр сделал резкий рывок вперед, одной рукой перенося часть своего веса на столешницу. Вторая рука зависла в сантиметрах десяти от шеи второго предвестника. Реакция у Дотторе была отменной, он перехватил зажатую в кулак руку Дилюка за запястье, отводя ее в сторону от своего лица. Встретившись с ним взглядом Дилюк разглядел секундное раздражение. Пальцы Дотторе были похожи на тиски. Он бы никогда не подумал, что в этих руках сокрыта огромная сила. Кулак Рагнвиндра разжался, и его пальцы смогли дотянуться до ворота предвестника, чуть оттягивая его в сторону. Глаза Рагнвиндра притянулись к шее Дотторе, и тот это заметил. — Ты не он, — вынес свой вердикт Дилюк. Если верить воспоминаниям, у того на шее должен быть шрам. Шрам, который Дилюк сам ему оставил. Нет, не так. Этот человек сам пожелал его себе оставить. Оставить, как воспоминание. — Воспоминания, у тебя их нет, — Дилюк говорил это, глядя предвестнику в глаза. Правильные слова заставили Дотторе разжать пальцы, отпустив руку незнакомца, который его узнал. Скажи он что-то другое, предвестник бы оторвал ему руку, затем и остальные конечности. — Говоришь, у меня нет воспоминаний о тебе, — подвел итог второй предвестник. Он уже все понял. Рагнвиндр снова откинулся на спинку стула. Дотторе внимательно наблюдал за этим незнакомым человеком. Он даже имени его не знает, но тот определенно знаком с одним из клонов. В клонов обычно трансплантировали только важную информацию. Остальной опыт, который они приобретали по отдельности, не играл особой роли в общей картине. Один из клонов вполне мог знать этого мужчину и взаимодействовать с ним. — Если тебя нет в моих воспоминаниях, — решил снизойти до объяснений Дотторе, — значит твоя ценность несущественна. Алые глаза незнакомца снова устремились на него. Что-то звериное было в этом человеке. Оно было спрятано под слоем аристократического флера, но чутье предвестника не обманешь. — Но у тебя были воспоминания о ком-то определенном, — Дотторе даже смог выдавить из себя «сочувствующую» улыбку, — расскажи мне, раз уж ты все равно занял мое время. На лице незнакомого мужчины появилась такая же «сочувствующая» улыбка, как совсем недавно была на Дотторе. Его собеседник отзеркалил ее обратно. — Рассказать тебе. Ты все равно ничего не поймешь, — тон его был пренебрежительный. Иллюзорное расположение второго предвестника моментально исчезло, он совсем перестал вежливо улыбаться. — Если я о чем-то спрашиваю, это не ради праздного любопытства, — его голос приобрел угрожающие нотки, — Если я хочу получить ответ, я его получу любыми способами. Рагнвиндр под его нажимом не прогнулся, он только сжал свои руки в замок, так сильно, что послышался хруст костей. Дотторе не упускал ни одной детали. Его собеседник явно не из робкого десятка. Было видно, что сама беседа доставляет ему сильный дискомфорт. Он прикладывает усилия, чтобы говорить с Дотторе, а это значит, что ему что-то от него нужно. — Я своего рода торговец информацией. Я не отдаю информацию просто так, даже если она имеет отношение к тебе самому, — озвучил свою позицию Дилюк. — Интересно, и что же ты хочешь получить за свою информацию? — Я хочу встретиться с тем, кем ты не являешься. Я знаю, вас много, поэтому поиски сопряжены с определенными трудностями. — И что ты будешь делать, когда найдешь нужного меня? — Дотторе даже был немного заинтригован. — Просто поговорю, — произнес незнакомец, и Дотторе прочел в его глазах какое-то необъяснимое веселье. — Прозвучало так, будто ты собираешься сделать с ним что-то ужасное. Я бы мог воспринять это, как персональную угрозу. — Воспринимай, как хочешь. Мне нужен только один конкретный. Дотторе поднес руку к своему подбородку. — Думаю, мы сможем договориться, но сперва тебе придется рассказать, что он тебе сделал. Хочу взвесить все за и против. Дотторе не видел опасности в человеке сидящем напротив. Второй предвестник просто трезво оценивал свои силы. — Будет проще сказать, чего он со мной не делал, — загадочно усмехнулся Рагнвиндр. — В таком случае, что тебя заставляет думать, что я от него чем-то отличаюсь? — указал на очевидное Дотторе. — Наоборот, я рассчитывал на то, что ты будешь действовать, как он, — Дилюк поднялся из-за стола, Дотторе никуда не спешил, — Кое-чем вы все-таки отличаетесь, тебе не хватает, — Рагнвиндр поднес руку к своей шее, обрисовывая существенный недостаток одного из клонов, — шрама. Видимо, в это понятие незнакомец вкладывал особой смысл, который был для предвестника загадкой. Шрам носил только один из них и Дотторе «гамма» прекрасно знал, кем он был. Дотторе «альфа» никогда его не скрывал, можно даже было сказать, что он выставлял его напоказ. Остальные клоны его никогда не спрашивали от том, откуда шрам появился на его белой идеальной коже. Они его не спрашивали, почему он от него не избавится. Шрам был его уникальной отличительной чертой и оставлял уродливую кляксу на обобщенном совершенстве. — Назови свое имя, — обратился к незнакомцу Дотторе. — Ты можешь придумать мне любое, — небрежно отмахнулся незнакомец, — я дам тебе время подумать до утра. Если мы не придем к соглашению, следующая наша встреча будет для тебя последней. Дотторе ничего не сказал, когда мужчина, без сомнений, имеющий самую запоминающуюся внешность, его покинул. Предвестник потянулся к чашке кофе, язык прошелся по губам, на которых застыла улыбка предвкушения.