Гость, которому не рады

Теперь Хозяин его опасается. Его шея перевязана бинтами. Он смотрит на Дикого кролика своим пронзительным взглядом, словно гипнотизирует. Теперь Хозяин его боится, он больше не остается с ним один на один. Вместе с ним еще двое, таких же как он. На них нет бинтов. Воспоминания есть только у одного из них, поэтому он единственный, кто источает дурманящий запах страха. Остальные этого не понимают, они не такие, как он. Теперь на Хозяине его метка. Теперь Хозяин принадлежит ему. И никому не под силу отнять его добычу. Он больше не позволяет другим Дотторе к себе прикасаться. Он не дает им взять с него био материал. Дикий кролик стал достаточно сильным, чтобы нанести его клонам прямой вред. Одного из них он ломает, во время очередной попытки его усмирить. Хозяин похоже просто в ужасе. Они разнесли несколько этажей в его замке, в попытке его поймать. Дотторе его ненавидит, Дотторе его презирает. Дотторе переполнен отвращением. Хозяин все еще считает его грязным. Он никогда не снимает свои перчатки. Дикий кролик давно подметил, что у других Дотторе нет этой проблемы, как и нет с ним общих воспоминаний. Это значит — Хозяин особенный. Дикий кролик разрешает прикасаться к себе только ему. Пальцы Дотторе дрожат. Он не позволяет ему надевать на себя перчатки. Если ему нужно что-то взять у Дикого кролика, он должен их снять. Дотторе брезгует к нему прикасаться, но иначе ничего не выйдет. Доктор перебарывает себя. Доктор понимает, что он создал Монстра, и он вынужден жить с ним в одном замке. У Монстра есть имя и Дотторе приходится его запомнить. Монстр называет себя Дилюк. И если доктору что-то он него нужно, он должен обращаться к нему так, а не иначе. Дотторе очень умный, Дилюк и половину не понимает из того, что доктор делает. Но он теперь всегда рядом. Он теперь всегда наблюдает. Кажется, доктор думает о том, как бы от него избавиться. Дилюк бы думал в том же ключе. Но Дотторе его удивляет. Дотторе хочет сделать Дилюка равным богам, лучше богов. Доктор рассказывает ему о новых возможностях, о мире в котором не будет богов, а будет только наука. Дотторе оказывается мечтатель. Дилюк смеется над ним, его смех эхом прокатывается, в погрузившейся во мрак крепости. У Дотторе абсолютно незабываемое лицо. На нем читается показное равнодушие, а в глазах сильная обида. Дилюк смеется над ним и его мечтой, и доктора это уязвляет. Никто не смеет над ним смеяться. Никто. Он ненавидит Дилюка, в этот самый момент, он ненавидит его сильнее всех. Он единственный удачный эксперимент доктора, и Дилюк это знает. Он единственный представляет для доктора ценность. Дотторе думает о том, что Дилюк его не понимает, Дилюк совсем его не понимает. Голос дикого кролика затихает, и слышен только звук ветра, который гуляет по затихшему замку. Дотторе отворачивается от него, он смотрит куда-то вдаль. Там растянулись горные вершины. Они оба вышли наружу. Здесь всегда идет снег, но им двоим совсем не холодно. Смех Дотторе нарушает тишину. Он совсем не громкий, постоянно запинающийся. Создается впечатление, что он задыхается. Похоже, доктор для себя обнаружил какую-то шутку, возможно, он просто сошел с ума. В этом безнадежном месте почти нереально сохранить рассудок. Дилюк мог бы свернуть этому безумцу шею. Здесь и сейчас остановить его путь. Дотторе это тоже понимает. Дотторе видел, как он умирает несколько раз от рук своего же Монстра. То были всего лишь его клоны, но он знает, что может стать следующим в любой момент. Дотторе боится, он в ужасе прямо сейчас. Только он и его Монстр, здесь совершенно одни. Дилюк слышит, как колотится его хладнокровное сердце. От него тянет колючим страхом. Дотторе смеется, Дотторе все еще смеется. Он не может остановиться, иначе будет еще страшнее. Сегодня он видел очередную смою смерть. Дилюк вырвал позвоночник его клону. Дилюк избавился от очередной куклы, без какого-либо сожаления. Дилюк не знает, каких трудов стоит собрать хотя бы одного, Дилюк ничего о нем не знает. Дилюк никогда его не узнает, он не хочет ничего о нем знать. И это задевает его. Это задевает доктора сильнее всего. Доктор наконец перестает смеяться. Он опускает взгляд и смотрит на свои руки. Они в перчатках. Дотторе стягивает одну из них медленно. Затем вторую. Его руки трясутся совсем не от холода. Он раскрывает ладони и ловит ими снежинки. Они таят на его белоснежной коже. Он никогда так раньше не делал, скорее всего, это последняя его возможность. Он чувствует, как Монстр пришел в движение. Он чувствует, как тот приближается. Дотторе почти не дышит. Его мечта так близко и вместе с тем так далеко. Доктор создал яд, который может убить монстра. Здесь и сейчас он должен сделать выбор. Умереть самому или убить свою мечту. Дотторе понимает, что его успех был случаен. Он собрал единственный неповторимый, работающий вариант. Доктор в себе не уверен. Он больше не уверен в том, что сможет повторить. Его руки дрожат, когда монстр хватает его за плечо. Сила рывка разворачивает Дотторе к нему. Сердце доктора бешено колотится. Его лицо — картина. На ней изображен весь его путь, от начала до самого конца. Он чует, что подошел к своему концу, к своему пределу. Дотторе мог бы пожертвовать собой ради цели. Он уже пожертвовал многим. На его ресницах таят снежинки. Его глаза горят даже во мраке. Он их не закрывает. Лицо Монстра по имени Дилюк напротив. Его можно было бы назвать красивым, но Дотторе видит красоту иначе. Он считает Дилюка прекрасным, потому что это творение он создал сам. Сама идея о его сотворении прекрасна. Доктор медлит, он не может решиться уничтожить эту красоту, уничтожить это совершенство. Руки Дотторе дрожат, он не может найти им место. Дилюк принимает решение за него. Он сжимает их в своих руках. Его руки невероятно горячие. Дотторе ненавидит его прикосновения. Он испытывает невыносимый дискомфорт. Дилюк заставляет его испытывать эти чувства. Дилюку всегда мало его страданий. Дилюк направляет его ладони, он кладет их на свои щеки. Он заставляет Дотторе силой делать то, что он бы никогда не сделал. Щеки Дилюка горячие, как и его руки. Пальцы доктора дрожат совсем не от холода. Монстр трется о него, так если бы Дотторе сам выбрал приласкать его. Дотторе ничего не выбирал. Его сердце вот-вот должно было остановиться. Но оно еще билось. Дилюк смотрел прямо на него. В его глазах Дотторе прочел намерение. Намерение нанести ему еще одно оскорбление. И это оскорбление его Хозяин не забудет никогда.

***

Дилюк входит, так как ничего не может его остановить. Он абсолютно безучастен к мольбам Дотторе, как тот когда-то был безучастен к нему. Дилюк помнит, он ничего не забыл. Он помнит, как доктор входил в его плоть, как он разрезал его кожу. Как он доставал из него душу. Дотторе шипит, Дотторе угрожает. Дотторе сопротивляется. Поэтому Дилюк сжимает его запястья с такой силой, чтобы тот это хорошо прочувствовал. Хозяин кричит, и это самая прекрасная музыка для его ушей. Дилюк понимает, что доктор ничего подобного в своей жизни раньше не делал. Ему отвратительны любые прикосновения. Поэтому то, что сделает с ним Дилюк, Дотторе запомнит. Он запомнит это навсегда. Благо память у него хорошая. Дилюк тоже запомнит, каким сладким бывает чувство, когда он все контролирует. Теперь он может делать все, все что захочет, и никто не может ему запретить. Кажется, он снова впился в шею Хозяина и прокусил ее до крови. Ему нравится, ему так она нравится. Но в этот раз он умней. Он зализывает свой укус, а затем оставляет новый. Теперь ему можно все. Дилюк двигается, как ему хочется. Ему придется выдержать все, что Дикий кролик намерен ему отдать. Дилюк расплатится с ним за все. В какой-то момент Дотторе перестал ему сопротивляться. Кажется, что он не дышит, возможно в бреду. Его лицо не отображает ни одной ясной мысли. Дилюк не знает, как это произошло. Возможно, его разум просто сломался. Он перестал работать и выдавать гениальные идеи. Взгляд Дотторе абсолютно бессмысленный. Его красных зрачков больше не видно, так как они закатились вверх. Его губы приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, а затем забыл. Дилюк замирает, он смотрит на Дотторе сверху вниз, таким доктора он видит впервые. Он похоже умирает. В голове Дилюка тоже нет ни одной гениальной идеи, он не знает, что ему сейчас делать. Он не решается покинуть Дотторе, он с ним еще не закончил. Ему этого мало, Дотторе нужен ему еще. Доктор никак не реагирует на удар по щеке. Второй удар более ощутимый, от его силы голова доктора поворачивается в сторону, реакции никакой. Рука Дилюка скользит по груди Дотторе, его сердце все еще бьется. Кожа у него красивая, теперь Дилюку никто не запрещает смотреть. Теперь все это принадлежит ему. Дилюк беззастенчиво рассматривает его со всех сторон. Теперь он может прикасаться к нему не только глазами, и руками тоже можно. Дилюк рисует пальцами узоры на его белоснежной коже. Он сжимает, он надавливает, он изучает так же, как Дотторе изучал его. Доктор неожиданно дергается и этот рывок только усугубляет его ситуацию. Дилюк его все еще не отпустил, и он не намерен выходить из него в ближайшее время. Похоже Дотторе приходит в себя. Он лежит на спине на плоской поверхности лабораторного стола. Всем приборам, что на нем стояли, пришлось временно переехать на пол. Одежда доктора разорвана в клочья, ее разорвал Монстр. Но это мелочи, ведь Монстр никуда не ушел, он все еще здесь. Он все еще внутри. Дотторе чувствует его кощунственные прикосновения. Они обжигают, и совсем не потому, что у Дикого кролика горячие руки. Любой контакт с ним вызывает у Дотторе отвращение. Но Дилюку плевать на его проблемы. Он продолжает. Он продолжает эту пытку. Он ненавидит Дотторе так же сильно, как и доктор ненавидит его. Теперь все ощущается иначе. Везде где он трогает, Дотторе чувствует острую боль. Его разум искажает абсолютно все. Нервные окончания посылают в мозг противоречивые сигналы. Эти прикосновения сбивают с толку. Он не может на них не реагировать. Дотторе ненавидит боль, но лучше бы Дилюк его пытал по-настоящему. Лучше бы он сломал ему что-нибудь и на этом бы все закончилось. Но Дилюк касается его, он касается его везде. Шипение Дотторе заполняет лабораторию, в которой его препарировал Дилюк. Дотторе уже не контролирует ситуацию, скоро он перестает контролировать и свой голос. Он стонет и этот стон каким-то образом облегчает его положение. От этого становится чуть легче, и его разум хватается за эту спасительную соломинку. Голос Хозяина звучит в ушах до крайности пошло, похоже, он и в самом деле безумен, раз наказание пришлось ему по вкусу. Это было именно оно. Дилюк наказывал его, как Дотторе его наказывал. Он оставлял на Дотторе свои отметки, как доктор оставлял на нем шрамы. Возможно, Дилюку не хватает терпения. Он больше не может слушать стоны Дотторе, он не может это вынести. Он желает закончить все немедленно. Но отпускать его еще рано. Доктор должен страдать, он должен страдать сильнее. Дилюк не может остановиться, только не сейчас. Он должен продлить наказание Дотторе еще дольше. Кажется, у Дилюка у самого трясутся руки. Он первый раз в жизни делает нечто подобное. Он не думает о том, насколько в этот самый момент он сам отвратителен. Насколько отвратительны его мотивы. Но он уже не забудет этого никогда. Дотторе снова застыл без движения, его глаза закатились назад. Он сейчас абсолютно в другом месте. Дилюк не знает где. Он не знает насколько далеко его унесло от этого кошмара. Но когда он снова сюда вернется. Он будет помнить все. Они оба будут помнить всегда.