Я буду любить за нас двоих

      Чимин       Я готовился к этому дню целую неделю. Составлял в голове список вопросов, которые хочу задать Тэхёну и даже записал их в блокнот, чтобы не забыть ничего. Я продумывал весь вечер, как и чем напоить Тэ, чтобы он выболтал всю необходимую мне информацию.       А еще я заметил, что всю эту неделю Тэ ходит какой-то загруженный, как будто что-то случилось. Что-то серьёзное. Грозящее ему неприятностями. Так в моей голове нарисовался и повод, чтобы выпить, и повод, чтобы поговорить. Я очень переживал за друга, видя его таким подавленным, но и про себя тоже не мог забыть, иначе это неведение сведет меня с ума.       Дождавшись вечера, я накрыл журнальный столик в зале перед телевизором и стал ждать того момента, когда Тэ уложит Минки спать и выйдет из их комнаты. Ждать пришлось недолго, ведь перед сном друг выходил на прогулку с малышом, чтобы тот лучше спал. Появившись на пороге комнаты и заметив мои приготовления, Тэхён посмотрел удивлённо и приподнял вопросительно брови в упор уставившись на меня.       — Нам нужно поговорить, и это не обсуждается, — серьёзно посмотрел я на друга.       — А?..       — Отмазки не прокатят! — перебил я все возражения Тэ. — Этот разговор назревал уже давно.       — Хорошо… — выдохнул омега и присел напротив меня с другой стороны столика.       — Тэ? Что происходит? Ты последние дни ходишь сам не свой? Вы снова поругались с Гуком? — начал я издалека, наливая в бокал первую порцию вина.       — Тебе показалось, — посмотрел на меня своими лживо-честными глазами друг.       — Ты меня совсем за дурака держишь? Я потерял память, но не стал от этого идиотом. Ты периодически не ночуешь дома, прося меня присмотреть за Минки, при этом наводя марафет. Вы смотрите друг на друга как два голодных волка после неудачной охоты. При этом ваши взгляды настолько влюбленные, что аж зубы сводит от приторности. Гук постоянно помогает тебе, всё чаще приходит к нам и вытаскивает вас с Минки на прогулки. Но на людях вы лишнего прикосновения себе не позволяете. Точнее ты постоянно от него сторонишься, если мы находимся в компании. Избегаешь его прикосновений, от чего он становится мрачнее тучи. Что у вас случилось?       — Я так больше не могу, Чим! — вдруг всхлипывает друг, выпив залпом бокал вина. — Ты прав, Чонгук в последнее время стал таким же, каким был во время начала наших отношений. Он снова тот же внимательный и влюблённый в меня парень. Но я боюсь… Боюсь, что это ненадолго. Что он снова поиграет со мной и бросит. Что в скором времени ему надоест. А я этого уже не выдержу! Для меня наш развод стал настоящим ударом. Каким бы я не показывал себя стойким и сильным, в тот момент я был слабее младенца. Мне очень многого стоило восстановиться после и научиться одному справляться со всеми проблемами.       — Но ведь ты не был один, Тэ? Мы все были рядом, и я помню, какой бойкот тогда все ребята объявили Гуку. Я не разговаривал с ним почти год, — тут же возразил я другу.       — Это не то, Чим! Ты меня сейчас не поймешь, ведь ты ничего не помнишь. Знаешь… — задумчиво говорит Тэ, смотря на меня сквозь бокал. — Я даже тебе немного завидую. Ты не помнишь последний год, и поэтому разлука с Юнги проходит для тебя незаметно. Для меня же это будет катастрофой, и я не уверен, что в этот раз выберусь из этого омута.       Я сделал вид, что не заметил его оговорку про Юнги, хотя в груди что-то сжалось от слов друга. Но не время пока обо мне, сначала нужно узнать, что же стряслось у Тэхёна и Гука.       — Тэ, объясни мне, что между вами происходит? И что тебя так настораживает?       — Чонгук всё чаще стал намекать мне, что был бы не прочь восстановить наши отношения. Ты был прав, когда сказал, что в последнее время он стал всё больше времени проводить с нами. Каждый раз, когда мы все вместе, он прямо светится, смотря на меня и сына. Всё чаще в его разговорах проскальзывают фразы о нашем совместном будущем. Мы пока не поднимали эту тему в наших разговорах… Точнее, Чонгук пытался, но я постоянно пугался и переводил разговор.       Мда… Как же у них всё сложно. Эти два влюблённых идиота ходят друг вокруг друга и никак не могут остановиться. Но не мне сейчас осуждать Тэ. Он прав, я не могу себе представить, что он чувствует. Да и Минки тоже непоследний человечек в разборках этих двоих. Ведь больше всего от их необдуманных действий пострадает именно он. Сейчас он старше, чем во время их развода, и уже многое понимает.       — Вам надо сесть и всё обсудить. Тэ, я понимаю, что тебе страшно, но если ты будешь игнорировать проблему, то она от этого никуда не денется. Соберись с мыслями и пригласи Гука на разговор. Поговори с ним, выясни, чего он хочет?       — Эх, Чим… Если бы всё было так просто. Я боюсь. В конце концов, могу же я бояться?       — Конечно, Тэ. Но ведь это не решение.       — Я знаю, Чим, я знаю… Но это не единственное, что беспокоит меня в сложившейся ситуации, — Тэхён нервно трёт ладошки, и я понимаю, что сейчас друг собирается с силами, чтобы поделиться со мной какой-то новостью. — У меня была задержка…       В театральных паузах ему нет равных. Сейчас Тэ заставил меня напрячься. Я смотрю на него огромными глазами в ожидании вердикта.       — Я беременный, Чим. Срок небольшой, всего 6 недель. Я на днях был у врача. Это точно. Во мне растёт ещё один наш малыш. И я не знаю, что мне с этим делать…       — Тэ? — я посмотрел на друга удивлёнными глазами. — Ты серьёзно?       — Нет, блядь, это я так шучу! — выкрикнул мне в ответ омега. — Конечно серьёзно, Чим, — уже тихим и уставшим голосом проговорил он. — И я правда не знаю, как мне поступить в сложившихся обстоятельствах.       — Конечно, рассказать всё Чонгуку, — недоумённо посмотрел я на друга.       — Чим, как ты не понимаешь. Это даст Гуку тот самый повод для возобновления отношений. А я пока не решил, готов ли я так рисковать.       — Но, Тэ, рано или поздно ты всё равно должен будешь сообщить об этом своему альфе.       — Он не мой, Чим.       — Да ладно! — вскрикнул я. — Он всегда был и всегда будет твоим. Как и ты его. Вы ж как две половинки одной жопы — всегда вместе. Я, может, открою тебе секрет, но Гук никогда первый не находил себе нового партнера. Только после появления оного у тебя. Он жутко ревновал тебя к каждому альфе и дико бесился от этого.       — Серьёзно? Я этого не замечал…       — Ты просто великий слепой. Каждый омега Чонгука был похож на тебя. И все вокруг это замечали. Так же, как и каждый твой альфа имел либо черты, либо привычки, присущие Гуку. Вы ж не можете друг без друга. Я даже иногда завидовал тебе. Знаешь… — задумчиво проговорил я. — Мне иногда казалось, что вы истинные.       — Чим, это бред…       — Как бы бредово это не звучало, но, Тэ, вы ведь правда идеально подходите друг другу. И после вашего разрыва страдал не только ты, но и Чонгук.       — Тогда, какого же хрена наш развод был его идеей? Зачем?       — Я не знаю, Тэ. И сомневаюсь, что и Гук знает ответ на этот вопрос. Одно я знаю точно — вам надо вместе решать, как дальше жить. Это не может так продолжаться. У вас скоро будет второй малыш, а вы всё как школьники — прячетесь по углам, боясь, что вас застукают взрослые. Прекращай это, дай Гуку второй шанс. А уж если он не оправдает себя и в этот раз, тот я оторву ему яйца и заставлю их сожрать! Так ему и передай.       Наконец-то я услышал звонкий смех своего друга. Видеть его таким подавленным и испуганным было для меня страшно. Я безумно переживаю за них обоих. И если Чон одумался и решил, что их семья для него важнее всего, то я поддержу их. Но… пора было потихоньку переходить к моим вопросам.       — Знаешь… — проговорил я задумчиво, прослеживая рисунок на обоях. — Это так странно — когда ты не помнишь целый год своей жизни. Странно и страшно. Я постоянно терзаю себя вопросами. А что, если я забыл что-то или кого-то важного? Что, если я забыл о каком-то важном событии, которое произошло за этот год?       — На важное событие ты немного не успел… — услышал я от Тэхёна. Резко развернувшись, я требовательно посмотрел ему в глаза.       — Упс… — зажал руками рот друг.       — Тэ?       — Я не должен был этого говорить. Это вырвалось случайно, — конечно, неслучайно. Для этого и были задуманы эти вечерние посиделки. Но надо дожимать Тэ, пока он не придумал какую-нибудь отмазку.       — Тэ?!       — Помнишь того парнишку, который приходил с нами к тебе в больницу?       — Конечно помню. Но при чём здесь он?       — Его зовут Мин Юнги. Он пришёл к нам в бригаду около года назад. Как он рассказывал, он долго не мог найти своё место. Постоянно переводился из одной бригады в другую.       — Ближе к делу, Тэ!       — Ну уж нет, раз ты развёл меня на этот разговор, то ты выслушаешь. Так вот, после частых переводов он попал к нам. Первое время он был очень замкнут и особо ни с кем не общался, очень редко посещал наши сборища и вообще держался особняком. В каком-то смысле я его понимаю. Он боялся, что и в нашей команде не найдёт своего места. Но в один день всё изменилось.       Тут Тэхён помахал перед моим лицом пустым бокалом, и я понял, что без добавки я не услышу продолжения истории.       — Что же произошло в тот день? — нетерпеливо спросил я, пока так называемый друг смаковал свой напиток.       — Ты вышел с больничного. Ты конечно этого не помнишь, но буквально за пару дней до прихода Юнги ты свалился с сильнейшей простудой. На больничном ты валялся две недели, и полторы из них наша команда пыталась подружиться с Шугой.       — Шугой?       — Юнги. Он получил это прозвище из-за того количества сахара, которое сыпет в свои чай или кофе. Ты не представляешь — четыре ложки с горкой. Когда мы в первый раз это увидели, у всех отвисли челюсти, — рассмеялся друг. — Мы все знали, что в ближайшие дни наша команда пополнится новым членом. Всем было интересно, кто он и какой. Ты тогда очень расстроился, что не смог увидеть новичка, и полдня доставал меня вопросами о том, какой он. Но вот ты выздоровел и вышел на работу. Представь такую картину: мы все дружно крутились на кухне, накрывая стол к завтраку. В тот день Юнги впервые присоединился к нам. Команда была очень внимательной, боясь спугнуть его неосторожным действием или словом. И вдруг он застывает как вкопанный, смотря в сторону входа. Конечно, мы сразу же это заметили, а обернувшись, увидели тебя. Ты был в своих любимых драных джинсах, белой футболке и радужной рубашке, что была не застегнута и развевалась за твоей спиной. Твоя солнечная улыбка всегда приводила в ступор альф, которые видели тебя впервые, да и те, кто знали тебя, нередко подвисали от неё. Вот и представь, какое впечатление ты произвел на нашего тихоню.       Я захихикал после этих слов друга. Ведь знал, какое впечатление произвожу на альф, когда улыбаюсь. Первое время было интересно наблюдать за их реакцией, а потом это стало надоедать. Не настолько я и красив, чтобы так реагировать. Но друзья на эти мои слова всегда говорили мне, что я просто очень скромный и недооцениваю себя. Это было очень приятно.       — Мы с интересом наблюдали, что же будет дальше. Как ты поведешь себя, ведь знали, что ты устал от подобного. Но ты всех удивил — просто подошёл к Юнги, ладошкой поднял его челюсть на место, да-да, он стоял с открытым ртом, и протянув ему руку, представился:       — Привет, меня зовут Чимин! Я недостающее звено этой команды, просто валялся с простудой и не смог встретить тебя вместе со всеми.       — Ю… Юнги, — заикаясь проговорил новенький. — Ты очень красивый!       После этих слов ты засмеялся, чем привёл Шугу в ещё больший ступор, и проговорив: «Добро пожаловать в команду!» — развернулся и пошёл в сторону раздевалок, даже не обратив внимания на других. Я полагаю, вся команда заметила, как в тот момент, когда вы находились рядом, вокруг вас летали сердечки и маленькие купидончики нарезали круги, выпуская в вас стрелы одну за одной. С того дня Юнги не отлипал от тебя практически никогда. Первый месяц ваших ухаживаний был на зависть любому омежке, начитавшемуся любовных романов. Юнги заваливал тебя букетами цветов и всевозможными вкусняшками. Поначалу ты пытался отнекиваться, но вскоре сдался. Ваши отношения развивались на удивление быстро. Вся команда радовалась за вас. Вы выглядели невероятно счастливыми. Да и мы, зная о твоих неудачных отношениях до, держали кулачки, чтобы у вас все сложилось. Ты говоришь, что не испытывал тех чувств и эмоций, которые были у нас с Гуком. Но ты ошибаешься — ты их испытал. В тот год вы были счастливы до усрачки. И уже я иногда завидовал тебе. В том числе, и благодаря вам с Юнги я подпустил Гука к себе снова. Я помнил всё, что однажды испытал с ним, и смотря на вас, мне захотелось снова окунуться в этот водоворот радости и счастья.       Тэхён тяжело вздохнул, рассматривая снова пустой бокал в своих руках. Мы сидели молча около минуты. Я понимал, что другу нужно прийти в себя, собраться с мыслями, чтобы продолжить свой рассказ.       — В тот день Юнги приехал на работу раньше тебя. Уж не знаю, какую лапшу он навешал тебе на уши, но предыдущим вечером он связался со всеми нами и попросил приехать на работу пораньше. Когда мы собрались, Юнги встал и показал нам коробочку. Это было обычная бархатная коробочка, но при взгляде на неё мы всё поняли. Тогда он и рассказал нам, что в конце смены хочет сделать тебе предложение и что ему нужна наша помощь. Однако его планам не суждено было исполниться. На первом же вызове случилась трагедия: во время пожара деревянные перекрытия не выдержали и ты провалился на этаж ниже. Это было страшно. Мы все тогда жутко испугались за тебя. Мы боялись, что ты погиб, ведь тебе известно, что при таких обрушениях шанс выжить совсем маленький. Но хуже всего было Юнги. Чим, он плакал, когда обрушился пол. Плакал от страха и постоянно молился, разбирая завалы с парнями. Когда парни нашли тебя живого и дышащего, Юнги плакал уже от облегчения. От радости, что ты выжил. Что тебе повезло. Мы все плакали. Это было жутко страшно — стоять возле дома и ждать новостей о лучшем друге. Я до сих пор вздрагиваю, вспоминая те события. А потом больница, операции и твоя кома. Шуга не отходил от твоей кровати весь месяц. Только на работу, и то потому, что мы его вытаскивали. На него было страшно смотреть. Он так ждал и надеялся на твоё выздоровление. А потом ты очнулся и не узнал его. Это было ещё одним ударом для него. Он не мог не ходить к тебе в больницу, но и ухаживать за тобой, как и прежде, тоже не мог. Поэтому он всегда стоял в стороне, снова замкнулся в себе как в первые дни, подпускал только нас с Джином. А потом он уехал. Джун сказал, что по семейным обстоятельствам. Что у него с мамой что-то случилось. Вот, как-то так. Ты хотел знать правду — ты её узнал.       — Спасибо, Тэ… — ответил я на автомате. Я всё ещё не мог уложить в голове рассказ Тэхёна. Друг, поняв, что на этом наши посиделки окончены, отправился в комнату к Минки, а я так и остался сидеть на полу в зале, обдумывая и анализируя услышанное…       И тогда я подумал: а такую ли правду я ждал?