«Забияка». В броне и пламени…

— Ну эти хоть вроде нормальные. Первые, кто догадался вынуть железку из потрохов! Не то, что предыдущие. Те, небось, думали, что я не танк, а игрушечная моделька — кнопку жмёшь, и едет. А вот ничего подобного…

***

Разыскавший сержанта Аккермана посыльный был юн, излишне тощ, безус и вёл себя крайне нервно, напомнив Йоргу поведение пингвина, перепуганного появлением больших и страшных человеков, но не могущего ни улететь, ни уплыть из-за разбушевавшегося шторма. На то имелись свои причины, потому что своим появлением этот незваный гость значительно оживил сонную предзакатную идиллию рембазы. Ещё и комендантский взвод перебаламутил, да так, что парни сами притащили его под двери бокса, занятого «Аннигилятором» сержанта. Так и кинули у ворот в большой, совершенно не по размеру шинели, словно глупого пингвиненка перед лежкой моржей… Стоило признать, о поведении пингвинов коренной уроженец Гаммельёрда знал довольно много, половину своей двадцатидевятилетней жизни проведя в непосредственной близости от этих птичек. Детство в глубинке на берегу беспокойного северного океана наложило на Аккермана свой неизгладимый отпечаток. — Кто послал? — Лениво осведомился Йорг, расписываясь в бланке о получении пакета. — Господин майор Красс лично, эм, господин сержант, сэр! — Попытался изобразить казённую уставщину юнец. На взгляд Аккермана, получалось у лопоухого солдатика, видимо только-только прибывшего из учебки, сильно так себе. — Во-первых, не «господин», а герр сержант, — педантично поправил Йорг безымянного посыльного. — Во-вторых, хватит мне тут дергаться, как неврастеник! Ты солдат Имперской Гвардии или барышня из гимназиума для благородных леди?! Командный рык в исполнении танкиста подействовал на юнца самым положительным образом. Тот выпрямился, из его взгляда исчезло всяческое разумное выражение, а вбитые в учебке рефлексы наконец стали действовать быстрее, чем туповатый мозг салабона. — Яволь, герр сержант! — Сиплым мальчишеским фальцетом проорал посыльный. — Рядовой Олаффсон, герр сержант! Второй взвод третьей ударной роты! — Вот и молодец, — похвалил его Йорг, с трудом сдержав рвущийся наружу тяжелый вздох: — А теперь свободен, рядовой, и чтобы больше я тебя тут не видел, мать твою! Шляется по режимному объекту кто попало! Совсем распустились, Император дай вам всем мозгов!!! Изрядно окосевший от начальственного ора рядовой Олаффсон ретировался из бокса едва ли не быстрее мощной звуковой волны, исходившей от сержанта. Так бежал, что чуть не сбил заглянувшего на крики капрала Фошше, как раз тащившего банку с бледно-жёлтой краской и явно выменянный в цеху покраски грубый трафарет под высокий готик. — Чего это он? — Перепугался Карл, который привык, что орут в основном на него, а не на залётных рядовых: — Спёр что-то, скотина?! — Да какое там, — отмахнулся немного выдохшийся Йорг. — Приволок тут пакет от Красса под роспись, вес-с-стничек… Сейчас гляну, что там нам майор понапридумывал. — А, ясно, — успокоился капрал и продолжил уже более официально. — Герр сержант, разрешите поднять личный состав по боевой тревоге? — Разрешаю, — отмахнулся Аккерман, воюя с массивными печатями на засекреченном послании: — Только краску сначала поставить не забудь… — Яволь, командир! — Поспешил убраться с глаз долой Карл. Наконец, холодная негорючая упаковка поддалась рукам Йорга, только чтобы явить сержанту типовой и насквозь официальный желтый конверт из вторсырья, да закодированный дата-чип. Такие мелкие хранилища информации использовались в Имперской Гвардии повсеместно. Не превышая по размеру фаланги пальца взрослого мужчины, они служили для передачи секретных и закодированных донесений, приказов, цифровых карт, отчётов, а также прочей писанины разной степени полезности, без которой было ну никак нельзя в войсках. — Теперь ещё считыватель искать, — пробормотал Аккерман, обхлопывая свою утеплённую шинель по карманам. Чипы, при всей своей простоте и распространенности, всё ещё имели достаточно сложную систему защиты от взлома и несанкционированного проникновения, а за «случайную» поломку таких устройств грозил скорый на расправу трибунал. Расстреливать конечно не стали бы, всё же не та сержант Аккерман фигура, чтобы ему какие-то секретные и особо важные приказы выписывали, но вот в штрафную роту внутри полка вполне могли перевести. Испытывать судьбу Йорг не хотел, а потому, найдя требуемое, подтвердил свою личность длинным идентификационным кодом, заученным наизусть вместе с сержантскими лычками, и приступил к вдумчивому чтению послания от майора Красса… — Вот ведь гадство! — Ругнулся он пару минут спустя и схватился за конверт, как утопающий хватается за соломинку. Увы, написанное в бумажном послании почти ничем не отличалось от сухого и обезличенного цифрового приказа за подписью самого командира сто второго Гаммельёрдского, полковника Хоффа. Просто чуть меньше официальщины и настоятельная рекомендация не затягивать с выполнением. В итоге, к танку и уже построившимся в ожидании дражайшего начальства подчиненным сержант Аккерман подходил в раздраженно-задумчивом настроении и совершенно этого не скрывал. — Радомир! Ты никак дрых, стервец! — Я, — немного заторможенно отозвался бывший наводчик, ещё не проснувшийся до конца, но подсознанием понимавший, что отвечать надо: — Так точно, герр сержант. — Хвалю, — неожиданно для всех кивнул Йорг. — Вот тебе приказ — заливай БК в своё чудо технической мысли и грузи гранаты. Вещи свои тоже закинь, само собой. — Яволь! — Уже более осмысленно отозвался Славич. Он сразу порывался куда-то бежать, но стоявший в строю соседним Ильяс почти нежно придержал товарища и сослуживца за плечи. — Теперь ты, Диего, — бледный и немного промороженный ещё под Якобштадтом палец Йорга упёрся в наводчика. — Я, герр сержант! — Готов к службе на благо Империума и нашего бессмертного возлюбленного Императора? — Всегда готов, командир, — откликнулся Диего и осторожно, словно опасаясь, уточнил: — А в чём именно служба заключается-то? — Это хорошо, что готов. Касательно же твоего второго вопроса, — Йорг сделал скорбное лицо, — то могу сказать следующее: нашему экипажу поступил приказ в шестичасовой срок завершить ремонт вверенной нам техники, получить двойной боекомплект, тройной запас топлива и паёк, а затем выдвинуться на соединение с основными силами полка в районе Куусамо. По-возможности догонять колонну бронегруппы самого майора Красса, что в полном составе ушла из Канкаанпяа ещё час назад. Сержант Аккерман оглядел сослуживцев. На лицах Ильяса и Карла читалась напряженная работа мысли в попытках понять, что за проблема приключилась у полковника Хоффа, раз уж из тылов выдёргивают даже ремонтирующиеся экипажи. Радомир просто пытался зевать не слишком широко, а вот Диего уже надумал пару вариантов и порывался их немедленно уточнить. — Предвосхищая ваши всеобщие вопросы, — поспешил разъяснить Йорг, — про нас немного забыли, но потом вспомнили. Увильнуть не вариант. Кажется, в этом и так никто не сомневался. — А я вот совершенно не понимаю, зачем нам срочно понадобилось перебазироваться на северо-запад, если мы уже седьмой год воюем с мятежниками на востоке, — проворчал Диего. — Дело ясное, что дело тёмное, — резюмировал капрал Фошше за всех. — Но старик на ровном месте шум поднимать не будет. Видно, ситуация из ряда вон… В этом с Карлом был согласен каждый. Полковника Хоффа можно было обвинять в разных недостатках, вроде любви вкусно и обильно поесть, страсти к бюрократическому оформлению или излишней резкости в общении. Однако никто из ветеранов не смог бы сказать, что командира сто второго Гаммельёрдского полка когда-либо подводило его ставшее почти легендарным чутье на неприятности. Раз уж полковник собирал под своим командованием все подразделения, дело и впрямь грозило быть очень кровавым… — Собираемся по полной? — Уточнил Ильяс, невзначай взвешивая в руке тот самый гаечный ключ, что вытащили из прошлой турбины «Аннигилятора» в начале ремонта. — Боеприпасы к болтеру, благо со снарядами теперь проблема отпала, как и вопрос необходимости снарядов вообще, — скаламбурил Йорг. — Огнесмесь по верхней мерке, топлива под горловину. Все вещи с собой, естественно, только нужные. Диего и Карл понимающе кивнули. Оставлять немногочисленное личное имущество в боксе никто, конечно, не планировал, но вот сменять кое-что габаритное и уж точно лишнее в танковом бою на нечто полезное требовалось вот прямо сейчас. — Комплект дополнительного бронирования вешать? — Напомнил о своём существовании окончательно проснувшийся Радомир. Йорг задумался. Вопрос был отнюдь не праздный, потому что навесные бронеэкраны на башню и лобовой лист «Аннигилятора» хоть и доводили массу танка до шестидесяти с лишним тонн, изменяя стандартные параметры расхода топлива вместе с проходимостью, но давали экипажу боевой машины сорок миллиметров дополнительной комбинированной брони. Поскольку вооружение потенциального противника и особенности будущего ТВД были сержанту Аккерману совершенно неизвестны, требовалось принять решение исходя лишь из опыта да смутных предчувствий. Последние Йорг особенно не любил. Слишком уж часто ошибался он в лучшую сторону… — Пусть будут, — наконец решил Аккерман. — В самом неприятном случае просто скинем их на обочине, там работы минут на двадцать, а нам спокойней будет. И Карл… — Да, командир? — Откликнулся капрал, уже собиравшийся мчаться к снабженцам за топливом и навесным баком. Тот устанавливался на стабилизирующий «хвост», предназначенный для пересечения траншей и преодоления высоких склонов. Для «Леман Руссов» выпускались типовые модели на сто, двести и четыреста литров. На рембазе такие точно должны были быть… — Про краску не забудь, — улыбнулся сквозь силу Йорг. — Надо же дать имя нашему танку.

***

После недолгого, но жаркого обсуждения танк было решено наречь грозным, но по-доброму домашним именем «Забияка». В «Аннигиляторе» действительно было что-то такое, почти задиристое, но непередаваемое никакими понятными человеку словами. Имя подходило ему. Почти гремело в мерном шуме прогреваемого двигателя, откликалось в шипении вокса, передавалось с мягким гулом приводов наведения и системы охлаждения лазерных орудий. Им вторил скрежет переключаемых передач, полускрип тщательно смазанных катков и сытое урчание работающей на холостых турбины. Танк определённо был доволен. Возможно, так говорило Йоргу его чутьё ветерана, да ощущения от нахождения внутри боевой машины. Хотя сержант не сомневался, что остальной экипаж понимал «Забияку» примерно так же. Красные буквы, запечатлевшие его новое имя для врагов и союзников, аккуратно шли вдоль имперской аквилы на дополнительном бронеэкране, размещённом поверх левой скулы башни. Двуглавую птицу окрасили в бледно-жёлтое, чтобы не демаскировать танк, но воздать должное священному символу Империума Человечества. С другой стороны на таком же экране был нарисован тактический номер боевой машины в составе прославленного сто второго Гаммельёрдского, а также отличительный знак полка — вставший на дыбы бурый медведь, яростно скалящий окровавленные зубы на врагов Императора. — Мощь! — Восхитился Йорг, впервые увидевший работу капрала Фошше и помогавшего ему Радомира. — Сила! — Мы старались, герр сержант, — польщённо улыбнулся тот. — Хвалю, хвалю, — покивал Аккерман и, глубоко вздохнув, взвалил на спину следующий ящик с крак-гранатами. Радомир с его обгоревшими и пока ещё не зажившими до конца руками всё равно мало чем мог помочь при погрузке, а Карлу ещё полночи нужно было управлять многотонной махиной «Аннигилятора», в то время как Диего, Ильяс и сам Йорг могли как следует отоспаться в пути. Потому и таскали они боеприпасы наравне с имуществом и запчастями, наплевав на звания и должности. Экипаж — семья. Работают вместе, воюют вместе, горят тоже вместе… Но каждый по-своему, да. — Это зачем? — Немного озадаченно поинтересовался Аккерман у Ильяса, голыми руками разламывавшего деревянную укупорку стандартного для Имперской Гвардии оливкового цвета. Укупорка жалобно трещала, крышка ходила ходуном, а немного проржавевшие петли гнулись и поддавалась всё больше с каждым новым подходом могучего стрелка Мурадова. Сам Ильяс, сосредоточенно сопя, ломал укупорку, словно мутузил врага самого Императора и разговаривать не слишком хотел. Йорг терпеливо ждал. — Сменял у комендачей на обогреватель, — всё же ответил Ильяс, наконец вырвав непокорную крышку вместе со щепой и погнутыми в разные стороны петлями: — Нам его грузить некуда, а вот это может быть пригодится. Сержант Аккерман сунул свой пытливый командирский нос внутрь и присвистнул, разглядев блестящие от новенькой краски стволы и обложенные заводским противоударным материалом оружейные ложа. Внутри укупорки ждали своего часа четыре лазкарабина самого известного и широко распространенного паттерна Mk I. — А у них такое чудо откуда? — С подозрением уточнил Йорг. — Так знамо дело, сменяли, — пожал плечами совершенно не удивленный Ильяс. — Удачненько, — решил сержант. — Куда запихнуть их только, ума не приложу. Разве что на запасные батареи? Заслышав разговор, в котором упоминались элементы питания к его любимым лазерным пушкам, подошёл и Диего, до того сидевший на башне «Забияки» и вручную калибровавший датчик ветра на прицельном комплексе. — Не надо мне на батареях ваших железяк, в боеукладке и так не развернуться, — сразу отказался наводчик. — Пихайте под вытяжные фильтры. — Ага, разбежались! — В тон ему откликнулся вездесущий капрал Фошше. — У нас там консервы и боекомплект для курсового болтера, если ты забыл. Аккерман молча согласился с Карлом. Консервы были важнее четырех пускай и новеньких, хоть и очень удобных, но всё же лазкарабинов. Гроксятину бы рано или поздно съели, а эти железяки будут только место занимать. С другой стороны, экипажу «Забияки» действительно не хватало личного оружия. Конечно, у самого Йорга имелся лазерный пистолет офицерского образца, года три назад снятый с трупа одного очень невезучего лейтенантика. Диего носил на поясе револьвер, у Карла был дробовик, а Радомир хранил в заначке гранаты. Что уж тут, даже Ильяс расхаживал с кривым клинком поистине жутких размеров, некогда взятым с родного Дашта, и не расставался с гаечным ключом. — Если там будет что-то вроде Якобштадта… — намекнул на толстые обстоятельства Диего. — Мне класть некуда, у меня огнесмесь, — тут же предупредил Радомир. — Но вещи хорошие. Сержант тяжело вздохнул. Как всегда, решение такого банального вопроса оставалось за командиром экипажа и он его, в общем-то, уже принял. Ценой собственного комфорта, правда, но тут уж ничего не поделаешь. Или обратно укупорку сколачивать, чтобы за башней привязать и возить снаружи, или так… — Варп с вами, возьму я эти карабины, — буркнул Йорг. — Под распределительный щит за креслом запихну, как раз есть немного пространства. О том, что он планировал разместить там неприкосновенный запас алкоголя, Аккерман, естественно, умолчал. Пускай потом пьют ледяной амасек, который теперь вне бронекорпуса поедет и как следует проморозится. Коварство сержанта поистине не знало границ… — Карл, что там с заправщиком? — Сменил он тему. — Обещали подогнать в течение часа, командир! — Пока они там провозятся, ты успеешь мне тут залететь, родить и состариться! А ну-ка быстро разберись, что за бардак и саботаж они там устроили! Засранцы, ни на кого положиться нельзя! — Яволь, герр сержант, — преданно ел разбушевавшееся начальство взглядом капрал Фошше. Йорг, в свою очередь, успокаиваться не спешил. — Распустились! Устроили тут варп знает что! Ни порядка, ни дисциплины, ни толкового командования! Одному мне потом — «Аккерман, срочно», «немедленно» и «ещё вчера»! Как тут воевать с таким беспорядком?! — Яволь! Да! Так точно! — Поддакивал ему Карл. Нервное напряжение откровенно суматошных суток всё ещё не спешило отпускать командира «Забияки». Сержанта Йорга Аккермана настойчиво грызло непонятное, но от того даже более тревожное предчувствие…