«Забияка». В броне и пламени…

К назначенному сроку все возможные приготовления были завершены и Йорг, на всякий случай прочитав про себя краткую молитву Императору, отдал приказ выдвигаться. Диего и Радомир ещё проверяли, что ничего не было забыто второпях, когда Ильяс включил гидравлический механизм открытия дверей бокса. Холодный воздух рембазы, отдающий резковатым запахом химического производства, мигом выстудил прогретое и какое-то сроднившееся с экипажем помещение. — Бр-р, поехали уже, — поежился сержант Аккерман, на всякий случай поднимая воротник своей шинели. Он кивнул капралу Фошше, а тот, помянув Омниссию и машинных духов, активировал главную силовую установку «Аннигилятора». Сыто взревев во всю мощь своего тысячесильного двигателя, «Забияка» окутался сизым дымком, громко лязгнул отключаемыми стопорами катков, а затем медленно, словно громадный стальной монстр из древних сказаний, пополз навстречу неизвестности… — Хорошо, хорошо, — руководил Йорг. — Понемногу ворочайся. — Яволь, герр сержант! — Перекрикивал гул турбины и рёв двигателя капрал Фошше, как и положено сидевший за рычагами. Люк мехвода был поднят в условно-походное положение так, чтобы из бледно-жёлтого пространства ходового отделения высовывалась только голова Карла, туго обтянутая новеньким кожаным шлемофоном. Несмотря на относительно хорошую обзорность, сам капрал активно вертел головой и тянул толстую шею, стараясь держать одинаковую дистанцию до стен. Габариты «Аннигилятора», изменившиеся по сравнению с линейным «Леман Руссом», накладывали свои ограничения на управление многотонной боевой машиной. Впрочем, Карл не упустил возможности покрасоваться. Заблокировав направляющий каток справа и подав тройные обороты на левый, он лихо развернул танк «на пятке». Из-под траков полетели снопы искр, а выглянувший сбоку ремонтник щедро обматерил бронелобых идиотов. — Чего-о-о?! — Проорал в ответ Фошше, которого приглушенный писк каких-то тыловиков изрядно веселил: — Не слы-ы-ышу! Ремонтник только рукой махнул и скрылся в полумраке ангара. Или не хотел спорить с явно неадекватными танкистами, или просто куда-то торопился… — Всё забрали? — Тем временем уточнил Йорг у Ильяса, спешившего к танку с двумя вещмешками самого задрипанного вида. — Всё, командир, — уверенно кивнул Мурадов. Словно вторя его словам, оба мешка глухо брякнули каким-то железом. Кажется, рачительный стрелок курсового болтера дополнительно прихватил с собой скрученных с подбитой техники запчастей. — Тогда в танк и выдвигаемся, — решил Аккерман и махнул рукой Радомиру с Диего. Ещё пять минут спустя, когда экипаж наконец расселся по своим местам, а всё чуть не забытое было с руганью распихано по самым неожиданным местам, привязано, убрано в ящики за башней и уложено на дно боевого отделения, Йорг наконец смог вздохнуть с облегчением. Зудящее предчувствие надвигающихся проблем ещё не отпустило, но он, его экипаж и их танк были подготовлены к неприятностям в максимально возможном виде… Оставалось лишь уповать на Императора, да не забыть подписать финальную пачку актов, заключений, ведомостей и бланков. Въедливая тыловая бюрократия порой безмерно раздражала Аккермана, но иногда позволяла своевременно прикрыть задницы экипажа от совершенно лишних заморочек.

***

Как ни крути, но перемещаться по Канкаанпяа верхом на собственном танке нравилось Йоргу куда больше, чем на каком-нибудь тыловом грузовичке или, не дай Император, вовсе на своих двоих! Во-первых и в главных, ни одна вшивая крыса на блок-посту не смела чинить препятствия человеку, сидящему в нынче шестидесятидвухтонном «Аннигиляторе» — комплект дополнительных бронеэкранов никто не отменял, да и прочие мелочи, вроде личных вещей, топлива или боекомплекта, прибавляли веса боевой машине. Даже мудаки из военной полиции, искренне и полностью взаимно нелюбимые фронтовиками, лишь кивали в ответ на протянутую сверху бумажку с кучей разрешающих и подтверждающих печатей. То ли слишком увлеклись разглядыванием кустарно модернизированного танка, то ли просто решили не связываться с бронелобыми. Аккермана устраивали оба варианта, поэтому он не забивал себе голову. Во-вторых, смотреть на мир вокруг из-под танковой брони в принципе было гораздо безопаснее, чем как-то иначе. Да и уверенности в своей правоте прибавляло… Не говоря уже о таких «мелочах», как наличие буквально под рукой спаренных лазерных пушек, верного экипажа в целом и одного конкретного Ильяса в частности. Короче говоря, ехать в «Забияке», по пояс высунувшись из башни, сержанту Йоргу Аккерману очень даже нравилось. Почти так же, как на «Бравом», но тут он мог признать хотя бы для себя, что очень предвзят. Всё же с тем «Леман Руссом» они провоевали почти полтора года… Йорг постарался отвлечься от мрачных дум, переведя внимание на окрестности. Смотреть, впрочем, было особо не на что, да и климат не располагал к любованию — с утра приударил знатный морозец, от которого ёжились даже привычные ко всем капризам погоды караульные на площади, сторожившие главный флагшток города. — Бедолаги, — немного пожалел их сержант. — Вся дурь от коменданта… Чтоб ему прихватило! Он быстро забыл о мерзнущих караульных, потому что площадь уже осталась где-то сзади. Взрыкнув могучим двигателем, «Забияка» свернул на северо-восточную объездную дорогу через пригороды. Здесь они ещё не ездили, но географию городка Йорг знал достаточно хорошо — судьба заставила. По обе стороны от грунтовки, разбитой гусеницами тяжелой техники до состояния подмороженной кашицы, тянулись низкие каменные бараки без окон, построенные на фундаментах некогда стоявших тут коттеджей весьма состоятельных жителей Канкаанпяа. Аккерман видел пикт-снимки, поэтому знал, что в предвоенные годы здесь было очень красиво. Вдоль широкой пешеходной улицы росли громадные деревья, высаженные ещё основателями городка, по тенистым аллеям прогуливались нарядные парочки, гувернантки с хозяйскими детьми и просто солидные господа, а где-то слева возвышался ухоженный парк, в центре которого находилось огромное озеро — одна из достопримечательностей Канкаанпяа. Начавшееся восстание и последовавшие за ним широкомасштабные боевые действия перекроили пейзаж городка до неузнаваемости. Особняки были разграблены, а их владельцы или сбежали, или погибли. Парк был вырублен почти сразу — климат Кайры требовал большого количества дров, в то время как солдатам враждующих сторон было плевать на красоту ландшафтного дизайна. Два последующих штурма и одна короткая оборона окончательно разнесли весь квартал, оставив Имперской Гвардии лишь руины, непригодные для размещения личного состава. Бараки — сначала временные казармы для гвардейцев, а потом один большой квартал для беженцев и вынужденных переселенцев, возводили инженерно-саперные роты десятка разных полков. Строили из того, что было под рукой, поэтому об архитектурных изысках речи не шло. Не дует со всех щелей и ладно. Проехали последний КПП в этом районе. Трое СПО-шников в закрывающих лица дыхательных масках — так было теплее на морозе, — проводили танк безразличными взглядами. Чем ближе к окраине, тем менее презентабельными становились халупы и тем больше у дороги появлялось их обитателей. А ещё сопутствующих факторов, вроде шума, запахов и движений. Взрослых было мало — в вечерние часы дееспособные иждивенцы отбывали норму на тяжелых работах, вроде разбора завалов, ремонта дорожного полотна или оборудования позиций в тылу имперских войск. Зато их отпрыски — детвора всех возрастов и полов, — копошились в грязи по обе стороны от дороги, куда-то брели, чем-то бойко торговали с импровизированных лотков, дрались, орали, занимались варп знает чем ещё и при всём при этом не спешили разбегаться от танка Аккермана. — Карл. Карл! — Гаркнул в гарнитуру вокса сержант. — Давай помедленнее, а то задавим кого. Механик-водитель проворчал что-то невразумительное, но скорость снизил. Идиотов кидаться под танк не было, однако их появление определенно заметили. Словно из воздуха появились обряженные в тряпьё попрошайки, бежавшие по обе стороны от боевой машины на расстоянии, достаточном, чтобы их не задело при резком маневре. Среди брани, оскорблений и призывов поделиться едой можно было расслышать предложения купить дурь и даже — тут Йорг скривился, — «поразвлечься» в ближайшей подворотне. Тощие патлатые девчонки, ни одной из которых не исполнилось и шестнадцати, активно продавали свои тела оптом и в розницу, совершенно не стесняясь в выражениях. На такой товар находились и свои «любители», но ни сержант, ни, слава Императору, его сослуживцы себя к данной категории оскотинившихся не относили. По этому вопросу в сто втором Гаммельёрдском дисциплину блюли строгую, почти монашескую, благодаря в первую очередь самому полковнику Хоффу и комиссару Францискусу Ван Де Бергу. При упоминании комиссара Йорг даже плечами передернул. Ван Де Берг был родом с какого-то мира-храма, а потому, будь его воля, насадил бы в полку тотальный целибат и воздержание, однако Хофф успешно сдерживал зверские порывы Францискуса. — Командир, этим маленьким ублюдкам только покажи слабость — откусят руку по самый локоть, — по-своему истолковал мрачное выражение лица Аккермана выглянувший из своего люка Диего. — Без тебя знаю, — резковато ответил Йорг, но быстро исправился: — Просто тошно смотреть на всё. Не за то воевали… Диего молча кивнул. Развивать крамольную мысль дальше не хотелось, смотреть по сторонам — тоже, потому что местные зверята в человеческих обличьях бесились от невнимания сержанта чем дальше, тем больше. Когда над башней пролетело что-то, похожее на комок фекалий, Аккерман не выдержал и, свесившись в боевое отделение, приказал: — Радомир, огнемёт к работе! Сбрось давление над головами по сектору, только не спали никого! — Есть, — коротко шикнул вокс искажённым голосом уроженца далёкой Вальхаллы. Снизу загудело и жахнуло огнём. Толпа с правой стороны с воплями ломанулась прочь от танка, до крайности впечатленная перспективой как следует обгореть на ночь глядя… — Диего, цель на девять часов, орудия в сопровождение! — Продолжал командовать Йорг. Трёхметровый язык пламени заткнул бесноватую гопоту лучше, чем взвод силовиков Арбитрес, а недвусмысленное покачивание тяжёлых лазерных пушек отпугнуло беспризорников. Смеркалось. Низкая серая облачность постепенно густела, угрожая обильным ночным снегопадом. Мороз крепчал, всё сильнее пощипывая не прикрытые ничем нос и губы Йорга. Дующий с севера ветер, свободно носящийся по опустевшим развалинам, тоже не добавлял тепла. У сержанта совсем испортилось и так похоронное настроение. — В варп их всех, — резюмировал Аккерман, захлопнув за собой крышку люка и кое-как устраиваясь на своём командирском кресле. — И правильно, — поддержал своего командира Диего. Перегнувшись через блоки охлаждения орудий главного калибра, наводчик помог Йоргу снять заиндевевшее пальто. Через пару минут снизу передали термос с горячим концентратом и Аккерман, поудобнее расположившись у ауспекса, погрузился в глубокомысленные, почти философские раздумья о том, когда всё свернуло куда-то не туда… Это касалось не только жизни и службы самого Йорга Аккермана, хотя для себя стоило признать: будь он чуть расторопнее, сообразительнее и инициативнее — вполне мог бы уже командовать танковой ротой и носить минимум лейтенантские погоны. Опыта хватило бы на двоих, а на Кайре стремительный карьерный рост обеспечивался таким же стремительным выбыванием личного состава из-за постоянных потерь. Однако — всё ещё сержант, почти четвертый год в таком звании. Ни должности, ни наград, ни особого отношения… Винтик в системе, о смерти которого вздохнёт лишь майор Красс, потерявший толкового танкиста, да может быть старый знакомый из интендантурата, лишившийся закадычного собутыльника. Зато здесь и сейчас были понимавшие с полуслова — он чуть улыбнулся и отхлебнул из термоса, — подчиненные, вместе с которыми Йорг прошёл огонь и воду. Был новый танк с мутной предысторией и нехорошим прошлым, но вполне соответствовавший — это сержант мог признать, — всем требованиям и пожеланиям Аккермана. А ещё война… Тоже — была. Вся эта война вообще шла не так, как должна была. Сержант слишком редко крутился около штаба, и поэтому вряд ли обладал всей полнотой информации на театре военных действий, но даже ему хватало мозгов понять: Империум на Кайре завяз и завяз надолго. Перспектива победы не просматривалась. Для глубокого прорыва отсутствовали силы, средства и боеприпасы, а также прочие «мелочи» вроде достаточного количества техники, топлива и еды. Ну не дело это, когда половина полка вместо того, чтобы воевать, пытается найти где пожрать, чтобы не сдохнуть от голода… — Меланхолия? — Негромко осведомился из-за пушки Диего. Аккерман лишь угрюмо кивнул, поглубже нахлобучивая горячий изнутри шлемофон. Отвечать что-то конкретное не хотелось. — Поспите, герр сержант, — также негромко посоветовал наводчик. — Мне помогает. Йорг лишь дернул щекой и отвернулся к вокс-станции. Грубить не хотелось, острить и оправдываться — тоже. И правда поспать, что ли? — Карл, двигай по следам колонны ещё четыре часа, затем меняйтесь с Ильясом, — отдал приказ Аккерман. — Диего, я вздремну. Не будить до тех пор, пока не случится конец света, или пока мы не напоремся на врага. Всё понятно? — Так точно, герр сержант! — Дружно грянул в ответ экипаж. Уже прижавшись щекой к прохладному противоосколочному подбою башни и закрыв глаза, Йорг снова размышлял о вероятном будущем и о возможных перспективах. Разум утверждал, что единственный возможный исход — помереть в боях за Императора где-нибудь в глуши этой забытой всей Галактикой планетки. Возможно, убив напоследок пару таких же малополезных «винтиков системы» с другой стороны линии фронта. Сердце считало иначе. Сердце требовало... Цели. Деяния. Подвига. Задачи или дела, выполнив которое будет не стыдно рассказать об этом даже потомкам. Если бы у сержанта Аккермана когда-нибудь эти потомки появились, в чём Йорг вполне оправданно сомневался… Кайра определенно не располагала к продолжению рода. Незанятого женского пола из приличных просто не осталось, а дешёвых шлюх в местных борделях он, по понятным причинам, не рассматривал. Хоть и тратил там, бывало, до трети невеликого сержантского жалования. Уже погружаясь в полудрёму, сержант сто второго Гаммельёрдского танкового полка Йорг Аккерман, командир танка «Забияка» модели «Леман Русс», модификации «Аннигилятор» и паттерна Ризы, очень самонадеянно подумал, что хотел бы когда-нибудь совершить действительно эпический подвиг. Например, искоренить каких-нибудь ксеносов, или хотя бы еретиков. Не в одиночку, конечно! Верный экипаж в любом случае будет помогать своему командиру… И обязательно «Забияку» с собой взять, а то умора — танкист без танка. О том, что ему совсем скоро предстоит реализовать всё выдуманное на практике, сержант Йорг Аккерман, улыбающийся сквозь крепкий сон в теплой башне своего «Леман Русса», в тот момент даже не предполагал. Хотя следовало бы…