Дискотека 00-ых скачать

Шура — День за окном

Старое шерстяное одеяло кололось в ногах, тонкие занавески оранжевого цвета пропускали в комнату тёплую яркость солнечных лучей и окрашивали деревянную мебель коралловой пеленой. Золотистый свет разгонял пыль и всё же добрался до лица, заставляя жмуриться. Руслан, недовольно мыча, зарылся лицом в белую ткань наволочки и попытался вернуться в мягкую негу дрёмы, чтобы досмотреть приятный сон, но попытка оказалась неудачной. Сверху зазвенели бутылки и с грохотом стали падать табуретки. С раздражённым вздохом кареглазый поднялся и стал растирать глаза. Вертел он этих соседей. Хорошо, что хоть в этой коммуналке они жили со Стасом одни, иначе Тушенцов точно прибил бы представителей типичного сброда в виде мамаш с крикливыми детьми или пожизненно опохмеляющихся мужиков. Пытаясь отвлечься от сердитости, парень решил вспомнить содержимое сновидения, но в голове осталась лишь пара кадров, логическую цепочку которых Руслан уже не мог распознать. Из размышлений его вытянула вибрация мобильника, парень со скрипом до него дотянулся и окатился холодным потом, когда посмотрел на маленький экран.

Входящее сообщение от:

«Тот самый рыж…

— Блять, — охнул кареглазый и тут же посмотрел на часы. Почти полдвенадцатого. На вчерашних радостях он проспал мёртвым сном и чуть не забыл, что должен написать Дане. Нутро неприятно закололось волнением, и Тушенцов тут же пожамкал кнопками, открывая диалог. 11:21 Доброе утро:) Я через пол часика закончу, поэтому, если ты свободен, можем скататься на карьеры Парень выдохнул, смайлик и содержимое сообщения заставили зуд в животе слегка утихнуть. Ему было приятно, что Кашин написал ему сам, но нутро всё равно горело негодованием, ведь в понятиях Руслана: кто позвал, тот и договаривается. Прикусив губу, кареглазый стал набирать ответ, обдумывая текст по несколько раз.

11:23

Доброе

Извини, я только встал, сам должен был написать

Вообще я сегодня свободен, во сколько встретимся?

11:23 В 12:30 у моей парадной, пойдёт?

11:24

Пойдёт

11:24 Тогда до встречи:) Руслан довольно улыбнулся и с облегчением растянулся на разложенном диване. Бабочки в лёгких стали робко трепетать, но кареглазый не предал этому значения. Он почувствовал себя лёгким и заряженным, будто Даня через буквы присоединил к нему провод и наполнил его своими позитивными электронами, напитал его счастьем и хорошим настроением, о существовании которых, парень не вспоминал уже давно. Тушенцов вдоволь нанежился в уютных мыслях и задумался о том, чем будет заниматься всё оставшееся время. Брать с собой было нечего, он парень простой, в чём пришёл в том и ушёл. Да и наличие полотенец и прочего барахла его не сильно волновало, поэтому вариант убить время на сборы актуальным не казался. Руслан решил действовать по ощущениям, принял душ, переоделся и забрал из гаража свою Яву. Это не заняло и тридцати минут, поэтому парню ничего не оставалось, как жариться под лучами солнца, сидя в ожидании на лавочке у подъезда Дани. Странным было то, что его ничего не трогало, не раздражало, ни залетевший в голову воланчик, ни шумное сборище карланов у футбольного поля. Всё это казалось незначительным и далёким. Раньше он бы точно пустил пару колких фраз и подкрепил слова крепостью кулаков, а сейчас даже не предавал этому значения. Вся голова была забита предвкушением от времяпровождения с рыжим. Чувствуя, как огненный свет прожигает кожу, парень размышлял, какого это будет, провести весь день с человеком, которого знаешь совсем немного, какого это будет, с каждым разговором раскрывать его с новой стороны. Руслану, на самом деле, было очень интересно рассмотреть содержимое этой рыжей и таинственно яркой шкатулки. И не понятно ведь к чему это приведёт. Может это первый шаг к их закадычной дружбе? А может прыжок в пропасть? От этих размышлений Руслану стало не по себе. Вдруг он опять что-то ляпнет? Вдруг сделает то, что навсегда закроет ему путь к общению с рыжим? Своими же мыслями кареглазый загнал себя в ловушку волнения. Теперь всё пальцы перебирал и кутикулу ногтями отодвинуть пытался, борясь с сосущим и тянущим ощущением в животе. Не нравилась ему перспектива вражды с Даней, ой, как не нравилась. Сотик затрещал противным пиликаньем и выбил из прострации, вернул на землю. Юлик звонил. Руслан вздохнул и ответил. — Да. — Чувак, ты щас где? — прощебетал парень так громко, что Тушенцов поморщился. Шуршание на заднем плане гласило о том, что парень куда-то идёт. — В пизде. Давай по делу, — буркнул кареглазый и уставился на подъездную дорожку. Она покрылась паутиной трещин. — Короче, мы сегодня с пацанами у меня тусуемся. Бабы, выпивка, всё, как положено. Так что пригоняй, — весело прозвенел Онешко, его так и распирала радость от предстоящей пьянки. — Я в пролёте. Дел много. Ещё бы он пошёл, слишком долго ждал сегодняшнего дня. — Ну смотри, если всё-таки заглянешь с тебя пиво, — пошутил Юлий так плохо, что шатен закатил глаза. — Ага. Бывай. Руслан не утаил тяжелого вздоха, сбросил трубку и вырубил звук, убирая телефон в карман и устало потирая глаза. С каждым разговором он всё больше убеждался в том, что его друзья ещё те маргиналы. Хотя, а сам он кто? Росли ведь все вместе, одним двором, значит, не сильно он от них отличался. Если так подумать, неделю назад Руслан и вправду был совершенно таким же, как его друзья. Но что изменилось? Почему сейчас он не подстраивает мысли под окружение, не пытается быть как все? Почему вдруг задумал своей головой? Потому что Даня показал, что так можно. Даня показал, какого это быть самим собой. Он ведь ничего не стесняется и не боится, ни яркого вида, ни откровенных мыслей, ни собственных страхов. Если бы Тушенцов боялся воды, он бы в жизни никому не признался, а рыжий сказал об этом, как о простой вещи, не имеющей значения. В самом деле, Руслан просто не мог поверить в то, что его восприятие поменял всего один человек, при этом намеренно для этого ничего не сделавший. За двадцать четыре года ему ни разу не попадались такие люди, а тут, как с неба свалился. Тушенцов подумал и понял, что правда никогда рыжего в их городе не видел, память на лица у него была хорошая, а тут даже не прикинуть, не зацепиться. Руслан предположил, что тот приехал, когда сам он ещё в армии служил, ну или был затворником, а потом резко вылез, что с обликом Дани никак не рослось. Кареглазый усмехнулся и встряхнул головой. Что-то он увлёкся. Зачем гадать, если можно спросить. — Давно тут жаришься? — улыбчиво буркнул резко появившийся Кашин. Руслан и заметить не успел, когда тот вышел, от неожиданности сконфузился и только засмотрелся на юношу с приоткрытым ртом. Рыжий был в белой майке и красных полосатых спортивках, кофта от которых, так знакомо была перевязана на бёдрах. Непривычно было видеть Даню в таком виде, ни накрашенных ногтей, ни цветастых одежд, но даже так он умудрялся выглядеть особенно. Приятно было осознавать, что рыжий к нему прислушался, да и само по себе его появление наполнило душу тихой радостью. — Да недолго, — хмыкнул Тушенцов. — Тебе идёт. Где хоть такую красоту отрыл? — Из личных запасов так скажем, — усмехнулся юноша. Видно было по довольному лицу, что комплимент его тронул. Даже самому Руслану от этого стало приятно. — Ну, пошли? — Скорее поехали, — улыбнулся кареглазый и пошёл в сторону своего мотоцикла, в голове представляя реакцию рыжего. С непонимающим лицом Даня пошагал за ним и следом округлил глаза. — Нихуя себе зверь… — впечатлённо протянул юноша, разглядывая красные сверкающие пластины. — Твой? Руслан положительно кивнул и сел за руль. Чужое восхищение приносило ещё то удовольствие. — А я с него не слечу? — Если будешь держаться крепче — не слетишь, — хихикнул шатен. — Приземляйся. Даня растерянно поворошил чёлку, думая, как усесться на железного коня, не сломав ни его, ни Руслана, ни себя. Он никогда в жизни не катался на подобных агрегатах, поэтому очень боялся что-нибудь испортить. С техникой у него были не лучшие отношения. С горем пополам юноша уселся на кожаную сиденьку и ухватился за тушенцовские бока так крепко, что кареглазый скукожился. Скукожился не только от сильной цепкой хватки, но и от холода пальцев, который чувствовался даже через ткань. Тушенцов не представлял, как в такую жару можно было быть ходячим холодильником. Может у Дани гипотензия? Или от чего там у людей температура тела понижена? Руслан отвлёкся от размышлений, когда почувствовал, что ледяные пальцы стали совсем неощутимо подрагивать. — Ты боишься что ли? — аккуратно спросил Руслан, повернувшись к юноше, заглядывая в совсем серые от солнечных лучей глаза. — Скорее переживаю, — скомкано усмехнулся рыжий, — честно говоря, я никогда не катался на двухколёсных. — Ну, всё в жизни бывает, — улыбнулся шатен. Странно было видеть Даню неуверенным, но это делало его ещё более настоящим в глазах Руслана. — Смотри, ноги туда, руки сюда, и не сжимай меня так сильно, то откинусь ещё, лучше подвинься ближе, — объяснил со смешком Тушенцов. — Я особо гнать не буду, скажешь, как привыкнешь. Данила последовал указаниям кареглазого и заметно расслабился, хотя холодок адреналина в трахее у него ещё ворошился. — Договорились, — вздохнул юноша, — вроде нормально. — Тогда погнали, — хихикнул Руслан и нацепил солнцезащитные очки, которые висели у него на футболке. Щелчок зажигания, скрип сцепления и с грозным рыком мотоцикл полетел по дворовому тротуару загород, сопровождаясь несдержанным верещанием рыжего и добрым смехом Тушенцова.

❈-❈-❈-❈-❈

Вот это да! — Мальчишник

Изумрудные деревья звучно шуршали от сильных потоков ветра, ноги шагали по неровному бульвару, а солнце стреляло жаркими лучами в глаза. Юлик не стеснялся прятать взгляд в декольте проходящих мимо девушек и двусмысленно подмигивать. Настроение было до жути хорошим. Мало того, что сегодня они всей компанией получили по пачке лавэ в благодарность за хорошую работу, так ещё и выпьют на славу. Это радовало распутную недалёкую голову мыслями о возможном горячем продолжении с кем-нибудь из девчонок, потому парень уже вовсю предвкушал, как в полном объёме удовлетворит свои потребности. Размашистой походкой он надвигался в хозяйственный магазин, который в таких ситуациях всегда спасал его наличием «Гусарских» презервативов. Вообще в этой лавке можно было найти всё, хоть гайки для колёс, хоть Дэнди. Ощущение, что в неё свозили весь хлам, но иногда здешние находки были, как никогда, удивительны и полезны. Да и в соседнем помещении находился кассетный магазинчик, а музыкальный аккомпанемент в амурных делах тоже играл не малую роль.

Я познакомился недавно с прикольною чиксой

Она гуляла по району всегда сама с собой

И никто из парней к ней не смел подойти

У неё такие ******, что с ума можно сойти

С довольной ухмылкой парень вслушивался в любимые строки и думал, брать ли Даше шоколадку, чтобы задобрить её при случае, или всё же поберечь филки на покупку более нужных вещей. Под понятие «нужные вещи» у Юлика подстраивался, например, диск с порно, наличием которого он неоднократно хвастался Давиду, только, на самом деле, даже не имел представления, где его можно приобрести. Язык у него, конечно, помело, но показаться неровным пацаном было никак нельзя, поэтому решил, что Каплан хватит сорванного на соседской клумбе тюльпана. Всё же порнография дорогое удовольствие. Затарившись набором молодого пикапера на месяц вперёд, парень пошёл к железной дороге, чтобы наведать приятеля, который время от времени давал ему самогонку. Проходя мусорный бункер и рассматривая сплошную белую пятиэтажку, Юлик думал, как люди вообще жили в такой страхолюдине. Краска вся потрескалась, да и сам дом, по его мнению, выглядел жутковато. Неожиданно для себя парень увидел знакомый силуэт на одной из подъездных лавочек и уже хотел было окликнуть, но застыл в немом шоке. К Руслану вышел юноша из Левобережного, которого они с Давидом совсем недавно хотели научить традиционным ценностям с помощью кулаков. Тут же захотелось поморщиться. Внутренности загорелись отвращением. «Это ещё чё за хуйня», — подумал неприятно удивлённый Онешко и затаился за зелёной шестёркой, чтобы не спалили. Какого их глава с петушнёй трётся? Неужели в тот раз ситуация не просто так показалась подозрительной? Что Тушенцов тут вообще делает? Это дела у него такие? Голова Юлика теперь гудела от неоднозначных мыслей. Почему Рус выглядит таким живчиком с этим типом? Как он вообще с ним спокойно разговаривает? Руслан же ещё неделю назад от вида гомиков блевать шёл, а сейчас мило ворковал и даже улыбался. От этого женоподобного ведь за километр заднеприводностью несёт, так какого Тушенцов ему ещё лицо не разукрасил? Онешко ничего не понимал. Рус болтал с этим рыжим намного радостнее и раскрепощённее чем со всей их компанией, вместе взятой. От этого в голове Юлика пазл вообще не складывался. Это точно их глава? Может ему припекло? Руслан, которого Онешко знал, никогда не был таким, он жестокий, твёрдый, как камень, что снаружи, что внутри. Его рассмешить, это увидеть восьмое чудо света, если не десятое, а заставить улыбнуться так вообще событие вселенского масштаба. А с этим петухом лыбился, как мартовский кот. Что-то здесь было не так, в этом Юлик был уверен. «Подстава какая-то», — решил усатый и резво скрылся за углом, тут же набирая Давиду, чтобы поделиться испытанным потрясением. — Алё, Давидыч. Тут такой пиздец, ты ща откинешься…

❈-❈-❈-❈-❈

Лондон, гуд бай — Кар-Мэн

Любимая поляна казалась ещё более яркой, чем обычно. Каждая травинка переливалась изумрудом, а маленький песочный берег сверкал на солнце, будто покрытый блёстками. Парни спрятали Яву в кустах и принялись раскладывать вещи, которые Кашин предусмотрительно взял с собой. Рыжий поручил Руслану отрыть в рюкзаке бутылку воды и полотенца, а сам принялся расстилать плед. Как ни странно, но время поездки пролетело для него совсем незаметно. Даня думал, что езда на мотоцикле придётся ему вязкой и мучительной пыткой, но неожиданно для себя в компании кареглазого он очень быстро расслабился. Руслан заражал своей железной уверенностью и спокойствием. Рядом с ним Кашин чувствовал себя в безопасности, а ему, как человеку отчасти трусливому, это было важно. Юноша повесил кофту на бревно и улегся на плед, расслабленно выдыхая и украдкой поглядывая на Тушенцова. Тот стоял в одних шортах и с полным сосредоточенности лицом копался в рюкзаке. С такого ракурса парень казался ещё более внушительным и сильным. Широкие плечи и крепкие руки притягивали, юноша не мог скрыть интереса, обводя взглядом каждую мышцу. Атлетичность тела Руслана рыжего определённо влекла, он даже не мог предположить какими трудами парень добился такого красивого результата, но был уверен в том, что с таким мужчиной и утопиться было не страшно. Взгляд переключился на порхающую бабочку и проводил её до возвышающейся берёзы. Тут же рыжий вспомнил про красноволосую девушку и захотел дать себе подзатыльник. «Блять. Давай без этого», — упрекнул себя юноша, поправляя выпавшую на лоб чёлку. — Ты так плавать собрался? — усмехнулся кареглазый, закончивший копошиться с вещами. Даня слегка подзавис с тихим «А?», но потом понял, что он так и не переоделся. — Если бы, — вздохнул Кашин и поднялся. Ни капли не стесняясь, он стянул с себя одежду, аккуратно складывая её на плед, и нацепил купальные шорты. Заинтересованного изучающего взгляда в свою сторону Даня не заметил и приблизился к спуску с нехорошим предчувствием. Вот испытание и началось. Посторонние мысли тут же вылетели из головы, освобождая место детским слабостям. Юноша на пробу смочил ступню в воде и сел на край склона, стараясь не смотреть на дно, которое казалось ему чёрной затягивающей в себя дырой. Взгляд всё же соскользнул и зациклился на неизвестной глубине. Чувство страха накрыло плечи холодной пеленой и стало щипаться на лопатках. Рыжий был уже не так сильно уверен в своём желании научиться плавать. Тушенцов же без промедления погрузился в воду, начиная обхаживать дно, чтобы понять, где Дане лучше спуститься. Сплошная скользкая глина, да ещё и с водорослями не обрадовала, но Руслан отступать не собирался, обещал научить, значит научит. Он подошёл ближе и уставился на Даню. Внутри ощутимо кольнуло от его напуганного вида. Тут же захотелось помочь, поддержать, взять груз страха на себя, чтобы облегчить чужую мучительную ношу. — Дань, тут не глубоко, — убедительно пробормотал Руслан, протягивая руку помощи, надеясь, что этим жестом хоть немного облегчит чужое напряжение. — Не бойся, я рядом, если что поймаю. Кашин закусил губу и железной хваткой сковал чужие пальцы, опуская ноги глубже в воду. Тело совсем заледенело, как и внутренности. Каждая клеточка напряглась. Под кожей, словно муравьи забегали, и от этого противного ощущения захотелось скорчиться. — Ну вот, всё хорошо, — заговорщически шептал Руслан, внимательно следя за каждым движением Дани, готовясь среагировать в любой момент, если что-то пойдёт не так. Когда тот встал на дно, общее напряжение заметно спало. — Пиздец… — нервозно выдохнул юноша, даже не думая о том, чтобы отпускать чужую руку. Среди водной глади Тушенцов был его единственной надеждой и маяком спасения. Юноша попытался дышать глубже, и скованные переживанием плечи постепенно разжались. С каждой минутой Даня всё больше привыкал к мокрому холоду, шевелил ногами, но двигаться с места пока не решался. — Видишь, ничего страшного, — улыбнулся Руслан, беря вторую руку рыжего в свою. Парень стал аккуратно вести Даню за собой, с трепетом наблюдая за его скованным лицом и закусанной губой. Глаза юноши отражали воду и теперь казались голубыми, ресницы подрагивали, а веснушки светились на солнце. Тушенцов не понимал, почему сегодня так часто заглядывался на рыжего, оправдывал себя тем, что ещё никогда не имел возможности так долго и близко наблюдать его перед собой, и поэтому смотрел, чтобы задержать в памяти, как можно больше деталей. — Что бы я без тебя делал, — выдохнул рыжий, чувствуя, как тело успокоилось и привыкло к незнакомым ощущениям. — Сидел бы на берегу, загорал и грустно смотрел вдаль, — усмехнулся кареглазый и остановился. Парни были в воде уже по рёбра. — Ага, я скорее бы стал красным, как рак, — хихикнул юноша и резко вспомнил. — Бля, я крем забыл. Кожа у Дани была чувствительная, он никогда не мог получить загар, только раздражённую кожу, которая потом жутко чесалась и облезала. Тушенцов прыснул смехом, но потом насторожился, когда увидел ошарашенность на веснушчатом лице. Даня встал столбом и совсем не двигался, от этого потрясенного вида в животе похолодело. Юноше показалось, что к ноге что-то прикоснулось, и уже подумал, что ему померещилось, но щиколотку ещё более ощутимо обхватило что-то склизкое. — Блять. Сука. Блять. ТАМ КАКАЯ-ТО ХУЙНЯ, — панично заверещал рыжий, за долю секунды неосознанно забираясь на Руслана. Руки сковали чужую шею, а ноги оплели крепкие бока. Юноша всем телом прижался к парню, полностью покрываясь ледяными мурашками. Тушенцов застыл в немом шоке. Он почувствовал, как о собственную грудную клетку колотилось чужое сердце, как тонкие руки на его плечах стали дрожать мелким тремором. Не думая, парень приобнял рыжего, начиная ласково поглаживать его по спине, чтобы успокоить. В голову не пришло ни одной мысли о том, что это может быть неправильно. — Эй, тише ты… — шептал Руслан, опуская чужую голову на своё плечо. Он и представить не мог, что рыжий настолько боялся воды и того, что таится в её глубине. Кареглазый прилично обеспокоился состоянием Дани и решил проверить, что его так напугало. Юноша был совсем невесомым, будто и грамма не весил, поэтому совершенно не помешал нащупать ногой причину испуга. Крепко держа рыжего одной рукой, Руслан слегка погрузился с ним в воду и вынул сплетение водорослей. — Смотри, никаких щупалец, — успокаивающе пробормотал парень. Юноша оторвался от теплой смуглой кожи и посмотрел на тёмно-зелёный клубок слегка покрасневшими глазами. — Пиздец… — выдохнул Даня и уткнулся обратно в чужую шею, — только я мог обосраться от такой хуйни. Руслан усмехнулся и отправил водоросли на дно, возвращая руку на бледную спину. Хрупкое тело перестало содрогаться и размякло. Дане было неловко перед кареглазым за всю эту ситуацию, но возвращаться в воду ему совсем не хотелось. — Может, я так останусь? Тут как-то уютнее что ли, — со смешком пробубнил юноша. Опасался, что Руслан идею не оценит, и был готов в любой момент прикрыться шуткой, но, на удивление, отказа не последовало. Тушенцов лишь улыбчиво хмыкнул и принялся ходить вдоль берега с Даней на руках. Кареглазому было странно приятно от такой близости. Его умиротворяло присутствие рыжего. Он больше не подбирал слова, не обдумывал фразы по несколько раз. Он полностью расслабился. Парни ещё немного походили, Руслан умудрился рыжего пару раз окунуть, а следом даже втянул в водные бои. Набрызгались они на славу, Даня о страхе и думать забыл. В итоге мокрые с ног до головы и довольные до ужаса они вылезли и плюхнулись на плед. — Рус, можешь глянуть в заднем кармане. Может я крем взял всё-таки, — буркнул рыжий, укутываясь в полотенце и открывая бутылку с водой. Тушенцов порылся в карманах, но нашел только колоду. Находка загорелась в глазах азартом. — Крема нет, зато есть карты, — усмехнулся Руслан, накидывая второе полотенце на плечи и подсаживаясь к Кашину. — Сыграем? Заманчивая ухмылка на тушенцовском лице Даню зацепила, он узнал в ней манеру заядлого игрока и себя. — На что? — хитро улыбнулся рыжий, закидывая бутылку в тень. Оба признали в друг друге картёжников со стажем, такие по выражению глаз понимали с кем имеют дело. — На пиво. — Базар, — утвердил Даня, и парни закрепили договор рукопожатием. Юноша вынул карты из коробки и принялся перемешивать их с отточенной ловкостью. Руслан наблюдал за этим заворожённо и почти не верил, что это происходит на самом деле. Возможность поиграть с рыжим оставляла в нём радостное впечатление, очень редко он находил игроков своего уровня, а тут шестое чувство подсказывало, что ему попался хороший соперник. — Дурак, пьяница, преферанс? — спросил Кашин, напоследок перемешивая карты принципом Рифл Шафл. — Дурак переводной. Три партии. Юноша довольно хихикнул и стал раскладывать карты. Козырной — вини. Шестерки у каждого в руках. — Насрать в руки тому, кто карты раздавал, — язвительно отметил Руслан перебирая в пальцах масти, отмечая полное отсутствие козырей. Даня заулыбался ещё шире, ведь судьба послала ему три туза и даму вини. Рассматривая довольное лицо, Тушенцов тут же подумал, что что-то рыжий намутил, но был уверен в том, что в следующей партии он себе подмастит. Игра началась с мелочи и перешла к крупному. Нельзя было передать словами, насколько сильно парни погрузились в процесс. Оба смиряли друг друга хитрыми многозначительными взглядами, анализировали и запоминали каждый ход. Тут в деле, правда, были ещё те эксперты. Руслан играть в армии научился у хорошего и ловкого картёжника. Все три года с ним практиковался, оттачивая свои навыки до совершенства. Даня же обучался у многих шулеров, но, в первую очередь, у своего деда. Именно он научил его думать, а потом уже карты скидывать. — Что ж ты, фраер, сдал назад, — довольно проговорил Руслан, ведь выдал своего утаенного козырного валета и поставил Кашина в безвыходное положение. — Ах ты какой… — улыбчиво протянул Даня, начиная мешать колоду, — а я то думаю, куда мальчика спрятал. Улыбаясь, они красноречиво смотрели друг другу в глаза, пока Даня не потянулся за сигаретами. Руслан уже привычно зажег рыжему спичку, чтобы тот не отвлекался от карт и уже предвкушал сладкий вкус победы. Вторая партия прошла резвее и принесла победу уже Кашину. Он ловко притворился беженкой, неприметно скапливая у себя всю мелочь, а потом, то переводя, то скидывая её, наоставлял себе сплошную стену козырей. Тушенцов впечатлённо вздохнул, настраиваясь на решающую игру и тасуя карты. Каждая минута сближала их всё больше. — Держи себя в руках — нервничай после расплаты, — улыбнулся рыжий, пуская последнее колечко дыма и наблюдая за Русланом. Дане нравились его руки с выпирающими сухожилиями, ручейками вен и набитыми перстнями, значение которых рыжий ещё давно хотел узнать. — Ну ты и чёрт, — хихикнул Тушенцов и перевернул козырную. Черви. Значит, игра на любовь. Несмотря на мнимое соперничество, парни получали огромное удовольствие от общения. Они перекидывались остроумными фразами, своеобразными шутками и понимали друг друга с полуслова. Никто из них и подумать не мог, что у них так много общего. — Дети хлопали в ладоши — папа в козыря попал, — воодушевлённо пробормотал кареглазый, вытягивая из колоды козырного туза. — Тузика прикарманил, да? — догадливо промурчал Кашин, выкладывая Руслану тройку валетов. — Как знать, нынче в стране дефицит, — усмехнулся парень, всё покрывая и вслушиваясь в звонкий кашинский смех. Карты заканчивались, напряжение росло. Каждый ход становился решающим, и вот на клетчатом пледе развязалась самая настоящая война. Руслан сохранил червовую даму, которую ему кинул Даня пару ходов назад, и собирался подбить рыжего еще двумя другими, ведь у того оставалось всего три карты. Тушенцов, находясь в полной уверенности, что тот не сможет покрыть, выдал ему трех женщин и уже предвкушал грустный вдох рыжего, но оказался в проигрыше. Даня все покрыл, а Руслан остался с противной крестовой десяткой и глазами по пять рублей. — С тебя четыре литра светлого лагера, — хмыкнул с улыбчивой моськой Даня, откидываясь на спину. Тушенцов стал рассматривать карты и гадать, когда он умудрился упустить столько хороших карт, но в итоге со вздохом сдался, начиная убирать их в коробку. — В тебя же столько не влезет, — прыснул Руслан, убирая карты в рюкзак. Кашину проиграть было не так уж и жалко. — В нас двоих ещё как влезет, — ухмыльнулся рыжий, ловя взглядом чужую улыбку. Тушенцов наполнился тёплым чувством от понимания того, что Даня тоже хочет провести побольше времени вместе, что ему тоже не хватило трех часов на карьерах. — У тебя сидеть будем? — Почему бы и нет. Покажу тебе, в какую красоту превратилась моя квартира, — радостно и гордо известил юноша, потягиваясь. — Пошли собираться тогда? — Пошли.

Она — Би-2

Уже изрядно пьяные парни ржали, как кони, за кашинским кухонным столом с новой скатертью. Как только приехали, Даня пошёл домой, а Руслан завез Яву в гараж, захватил кофту и вернулся к рыжему через двадцать минут с четырьмя бутылками разливного и вяленой корюшкой. Приход начался с удивления, потому что от прежнего потрепанного вида квартиры не осталось и следа. Всё было красиво и аккуратно, стены были покрыты приятными обоями желтого оттенка, на полу вместо деревянных кривых досок покоился линолеум. А из балкона Даня вообще сделал уютное гнёздышко, поставил туда кресла и маленький столик, хоть бери, да живи. Одним словом Руслан был поражён способностью рыжего делать из свалки царское ложе, и подумал, что это будет звучать, как хороший тост. С каждой кружкой парни всё сильнее раскрывались и всё меньше контролировали то, что они говорят. — Смотри… летучая мышь в армии считается знаком разведки, собственно, я и есть бывший разведчик, — объяснял Руслан значение своих татуировок, до этого с чувством гласивший, что наколки без смысла дело людей безмозглых. — Танцующий скелет — значит похуй на смерть, я её не боюсь… Скорпион, если хвост вверх, значит, принимал участие в военных действиях, вниз значит ты сыкло, — бубнил Тушенцов, тыкая в изображения на своей коже. У него скорпион был красивый и с поднятым хвостом. Даня наблюдал за парнем и хихикал, пьяный Руслан походил на сурового отца, который во время застолий после выпитой чекушки сразу начинал полоскать политику и депутатов. — А ты где воевал? — поинтересовался рыжий, с удовольствием жуя соленую закусь. Ему было интересно, каким образом кареглазый вообще попал на службу и какого это было рисковать своей жизнью. — Так… В девяносто восьмом я пошел служить год, потом меня забрали в Югославию, помогали им с НАТО разбираться, потом уже в Дагестан, меня там подстрелили и в конце первого года отпустили со всякими медалями за храбрость и прочей шелухой… — вдумчиво бормотал Тушенцов, допивая пиво, — вообще там такой пиздец был зимой, моешься холодной водой и по пути инеем покрываешься. — Без обид, но я не представляю, как люди добровольно идут на такую каторгу, — выдохнул Даня, запивая сочувствие алкоголем. — Ну так… я не совсем добровольно, — усмехнулся Тушенцов как-то грустно, — мать все мозги проела, да и окружение. Ну, живой ведь, да и опыт неплохой. — Пиздец какой-то, — протянул потрясенно рыжий и потёр глаза, следом заглядываясь на часы и задумываясь. — О, пошли на крышу, — ударила в пьяный мозг внезапная идея. — Че… Дань, какая крыша… — непонимающе прогудел шатен, голова у него совсем не варила. — Да не ломайся ты, пошли, — усмехнулся юноша и потащил Руслана за собой, тот лишь успел прихватить с собой последнюю оставшуюся бутылку и кофту. Парень не успел заметить и понять, каким образом они оказались в лифте единственной в их квартале шестнадцатиэтажки. — Дань, а че мы тут делаем?.. — Звезды будем смотреть, — хихикнул юноша и за руку потянул кареглазого к выходу на крышу. Пара секунд и перед ними открылся замечательный вид. Над головой сияло звездное полотно, а под ногами громоздились кирпичные строения и одинокий свет редких фонарных столбов. Везде царила темень, и только луна ложилась на них белой голубоватой дымкой. — Ахуеть… — пробормотал Руслан, закидывая голову, всматриваясь в звёздные огни и чуть не падая. Кашин дёрнул парня на себя, чтобы тот не грохнулся, но в итоге не рассчитал силы, и оба свалились на крышу, начиная смеяться во весь голос. Когда надрывный приступ закончился, оба уставились на густую синь неба и выдохнули. Их окутала приятная тишина, только тихо слышался шелест их сбившегося дыхания и далекое гудение труб. Парни, будто парили над землёй, стали частью неба, которое растягивалось у них перед глазами. Они словно могли потрогать его вязкость руками и пособирать звёзды. — А ты знал, что большей части звёзд, которую мы видим, уже не существует? — прошептал Даня, подкладывая под голову руки и смотря на Руслана. Его тёмные глаза отражали крапинки света и превращались в маленькую копию неба. Кашину это показалось завораживающе красивым. — В смысле? — растерянно и тихо ответил парень. Был далёк от астрономии и космического мира. — Когда звезда рождается, она пускает на землю свет, но он может идти до нас несколько тысяч, а то и миллиардов лет. За это время звезда уже может умереть, но мы всё равно будем видеть её, — размеренно бормотал Даня, неосознанно ища глазами созвездия. Руслан от этого нежного и неторопливого голоса был готов провалиться в сон, при этом умудряясь отмечать для себя, что слушать высокие умные мысли рыжего было слишком приятно. — Ты какого знака зодиака? — неожиданно спросил Даня и приподнялся. Тушенцов взбодрился чужой внезапностью и оперся на локти по примеру юноши, предполагая, что тому в голову вновь залетела гениальная мысль. — Козерог, а что? — буркнул с улыбкой парень, засматриваясь на чужую голубоватую в лунном свете кожу. Пока Даня что-то выискивал на небе взглядом, кареглазый боролся со странным желанием эту самую кожу потрогать. Он вспоминал её приятное ощущение под пальцами, думал, что на ощупь она была очень мягкой, как будто бархатной. Пьяный мозг уже потянул пальцы к чужому открытому локтю, но резко рыжий притянул Руслана к себе за плечо и тыкнул в яркие небесные фонарики аккуратным ногтем. — Смотри, видишь яркую звезду? Шатен отвлекся от смешанных мыслей и всмотрелся в белые точки, рядом с пальцем юноши увидел самую большую и положительно угукнул. — Это звезда Альтаир, теперь смотри слегка левее, найди созвездие Малого коня, у него форма неправильной трапеции. — Нашёл, — кивнул парень, он чувствовал себя странно, будто занимался чем-то особенным и значимым. Как учёный. — Под ним созвездие Козерога, маленький и большой треугольник. — Реально, — хмыкнул Руслан, когда зацепился взглядом за соответствующую фигуру, которую образовывали звёзды. — А ты откуда всё это знаешь? — восхищённо улыбнулся парень, засматриваясь на яркие от лунного света глаза Дани. — Ну вообще, я по образованию учитель химии, нам вели лекции по астрономии, и в итоге мне так понравилось, что я пошел получать второе образование по этому направлению, правда не доучился нихуя, но не суть, — самоиронично усмехнулся юноша, сталкиваясь с удивленным взглядом напротив. — Стой, это сколько тебе лет получается, — растерянно пробормотал Руслан, что-то в его голове не складывалось. — Так я тебе и сказал, — хмыкнул рыжий, — в правой стороне от Альтаира найди созвездие большой медведицы, посчитай, сколько в ней звёзд и умножь на четыре. — А просто так сказать не судьба, — пробормотал Руслан и принялся решать поставленную задачу. Искать долго не пришлось, фигура большой медведицы была знакома любому школьнику, а с математикой у него всегда было хорошо. Даня выжидающе смотрел на парня и умилялся с его хмурого от сосредоточенности лица. — Двадцать восемь получается? — поражённо выдал Руслан, всматриваясь в веснушчатое лицо. — Угу, — усмехнулся юноша, — что староват для тебя? Парни похихикали, и Руслан потянулся за захваченной бутылкой. Такую новость следовало запить, он никак не ожидал, что Даня окажется старше его на четыре года. — По тебе вообще не скажешь, — потряс головой Тушенцов и сделал небольшой глоток, — ты моложе меня выглядишь. — И на том спасибо, — усмехнулся рыжий и перехватил у Руслана пластиковый сосуд. Они сидели в тишине, разглядывали звёзды и тихо допивали остатки пива. Руслан, заметивший, что от холода юношу стало потряхивать, накинул на его плечи свою кофту и положил свою голову на его плечо. Ведомый алкоголем Тушенцов непривычно для себя хотел чувствовать рыжего рядом, ощущать холодный бархат его кожи, видеть его растрёпанные волосы и красивые глаза. — Дань. — М? — У тебя есть любимая звезда? — Да, Капелла называется, — хмыкнул рыжий, и сонно приложил голову на чужие волосы. — А почему она? — бормотал совсем тихо кареглазый, почти засыпая. — Её считают одной из самых ярких в Северном полушарии, — ответил рыжий. А Тушенцов подумал, что для него самой яркой звездой теперь будет Даня.

❈-❈-❈-❈-❈

Утро встретило мигренью и полным непониманием происходящего. Руслан совершенно не помнил, как он оказался дома, последнее, что он закрепил в голове это разговор с Даней о службе. Дальше шла тёмная полоса. Парню стукнуло в голову проверить телефон. Он нашел его в заднем кармане шорт и включил. Тело затрещало от образовавшегося в нём холода. Лёгкие, будто стали раздираться на куски, а живот щипаться, как от наждачки. На экране высветились сотни пропущенных звонков и входящих сообщений практически от всех его людей. Руслан подумал, что ужасно влип.