То, что сильнее...

Когда матушке-вселенной становится скучно, она посылает Бернигу Шен-Далайну одну замечательную идею. Только одну, но грандиозную и чтоб плечу где было раззудиться. Для той части идеи, в которой полагается зудеть шее, Бернигу, как правило, требуется сговорчивый идиот с водительскими правами. Главное, чтобы к моменту, когда полагается удирать со всех ног от разъяренной толпы с бластерами, этот самый пилот-идиот ненароком не подох. Плазменный луч ошпарил спину, но у Энитира даже не было времени заорать от боли. Адмирал, которого он тащил за растрепанную косу через все лётное поле под шквальным огнем, был не столько занят энергичным передвиганием ног, сколько брюзжал и жаловался на жизнь и неудачи на личном фронте. — И чем ты интересно недоволен, — прошипел Энитир, — когда весь стадион созерцал твою голую задницу между раскинутых ног ирингийки. Не попал что ли? Вроде попал, разрешение у их экранов обалденное, мы насладились во всех подробностях. — Мало попасть, надо довести дело до логического завершения, — назидательно сообщил ловелас-неудачник, — и если б ты меня с нее не стащил… — То через десять секунд тебя изрешетили бы, как тряпку, прямо на девице. — Я бы умер счастливым, как всегда мечтал! — напыщенно сообщил дед. — Ты можешь хромать ровнее? Меня укачивает. — Я тебя сейчас так укачаюююююю! — на этот раз Энитир таки взвыл, ощущая, как от второго выстрела спина немеет от лопаток до копчика. — Туда! Беглецы свернули в секцию лётного поля для неприсоединившихся миров. Тут иринги будут аккуратнее с огнем, чтобы попаданием по чужому звездолету не развязать дипломатический конфликт. — Ищи корабль, скотина, — прорычал Энитир, — или к нам придет Нонсу с косой, а Эритрекс пролетит со вступлением в Конфедерацию! — Да ищу, — буркнул Берниг. — Вон, вроде открытый, шлюз желтым горит… Хотя нет, постой! Это дорианский! — Отлично! — Эни, только не дорианский! Не вздумай! Ищи хотя бы мукарский! Мукарский ищи! Но Энитир, взлетая по трапу, мог думать только о том, как наиболее кратко и ёмко объяснить хозяину корабля намерение позаимствовать его судно на неопределенное время, не прибегая при этом к силе и не нарушая закон. Как ни крути, а пикантная ситуация на стадионе, хоть и обернулась скандалом, но формально не нарушала никаких законов Конфедерации. А что иринги их убить хотят, так это потом их судить будут. Как-нибудь потом… Он рванул в сторону дверь и вбросил деда внутрь, а затем спешно запрыгнул сам, нажимая на кнопку герметизации дверей. Снаружи коротко завибрировало от выстрелов. Прогулочные корабли обычно были настолько малогабаритны, что Энитир вообще не удивился, оказавшись сразу на мостике. Арендованный дедом курьерский флаер, на котором они прилетели, был и то больше, вот только он уже был оцеплен службой безопасности и улететь на нем не получилось бы. — Тебя как зовут? — обратился он к дорианину сидящему в кресле пилота. — Адаке, — ответил тот, невозмутимо поедая забавные, деревянно хрустящие штучки из разноцветной пачки. На мостике приятно пахло сушеной травой. Похоже, хозяина совершенно не взволновало, что его корабль угоняют вместе с ним. — Что, морды бить собираются? — был единственный его вопрос, перед тем, как он пересел, уступая Энитиру место за консолью управления. Получив утвердительный ответ, этот чудак более не проявлял к «захватчикам» ни малейшего интереса, уютно засев со своими опилками в пассажирском кресле. Знакомый лишь по обзорным статьям с дорианской системой пилотирования, Энитир, тем не менее, успешно запустил двигатели и вывел корабль из дока. Посудинка так себе, но до ближайшей станции Торгового концерна дотянет, а может и до приграничных колоний, если удастся сговориться о прыжке в кредит. Из-за дипломатического нейтралитета безопасники даже не попытались захватить их лучом. Истерично мигающий сигнал связи он, естественно, игнорировал. Их объяснения сейчас мало кому интересны. И меньше всего родственникам осчастливленной Бернигом ирингийки. — Тут есть что поесть? — едва они начали ускорение, адмирал совершенно забыл, что его только что хотели порвать на сувениры, и озаботился вопросами куда более важными. Длительные перерывы в его питании ужасно сказывались на душевном состоянии всех имевших несчастье оказаться рядом. Адаке издал какой-то каркающий звук. Должно быть, это означало усмешку. Или что-то вроде. Энитир, в отличие от деда, этот вид вживую впервые сегодня увидел. — Зеленая дверь справа — камбуз, — подсказал дорианин, заметив метания одноглазого. — Не перепутайте с уборной. Дверь тоже зеленая, но слева. С минуту Берниг сосредоточенно сопел, запутавшись в собственной системе координат. — Справа, это на той стороне, где у тебя нет глаза, — подсказал Энитир, — а слева, где карман без пуговицы. — Нормальные цивилизации вешают на двери табличку с картинкой! — надулся Берниг. — Ну я не предполагал, что именно вы угоните мой корабль, а то конечно нарисовал бы. Мне и самому не хотелось бы обнаружить на камбузе… недоразумение, — в этот момент Энитир понял, почему самый злобный и скандальный адмирал во всем космическом флоте так не любит дориан. Его всегда бесили «умники» вроде Кинн-Уэнна, но того хотя бы можно было развести на драку. — Это я по-твоему кастрюлю с ночным горшком перепутаю?! — моментально вскипел Берниг. Адаке снова каркнул. — Ты и ночной горшок с кастрюлей перепутаешь, дай волю, — фыркнул Энитир. — Это по твоей милости, между прочим, мы летим домой не в комфортабельном лайнере с табличками для альтернативно одаренных! И уж был бы благодарен, что хоть как летишь, а не валяешься с разбитой рожей и поломанными ребрами! — Это кто еще валялся бы, — буря миновала, но отнюдь не из-за мук совести. Наверное вредный родич вспомнил, что капитан гвардии умел складывать его аккуратным куличиком секунд за десять, когда он переходил границы приличий. — Тебе еще представится шанс проверить, — Энитир указал пальцем на экран, — когда они нас догонят. — Он кого-то убил? — Адаке отправил в рот очередную пригоршню хрустелок и развернул кресло, чтобы не выпускать Бернига из виду. — Лучше бы убил, — кисло усмехнулся Энитир. — Вы же на матче были? — Нет, я был по делу. — Дориане развлечениями не интересуются, — зазвучал с кухни Берниг. — Они всегда по делу, даже если это пьяная драка. — Что есть — то есть, — ничуть не обиделся «деловой» пленник. — В перерыве между таймами мой дражайший дедуля решил немного развлечься с симпатичной дочерью ирингийского чиновника, — продолжил Энитир свой рассказ. — И не нашел ничего лучше, как задрать ей юбку прямо на смотровой площадке стадиона в ирингийской же секции. А там кругом камеры, выводящие виды трибун на огромный экран над полем. Ну разумеется, папе девушки это кино не слишком понравилось, хотя остальные зрители, что скрывать, были в восторге. — Ага! — радостно согласились на кухне. — Накинулись на меня всей своей ушастой шайкой, я даже штаны не успел надеть. Они мне до брюха едва достают, а злые, заразы! Чуть не отбили этот самый… — Мозг, — пояснил Энитир. — Но в это еще в детстве было. И разумеется, отбили напрочь. — Понимаю, — кивнул Адаке. — И вам пришлось выручать незадачливого любовника. — Я его оттуда вынес, — пожал плечами Энитир. — И потащил к докам. Извинения уже вряд ли бы помогли. — И если бы ты не вмешался, мальчишка, я бы их раскидал, как басарр детенышей грыгла! — лучась боевым задором, дед вплыл на мостик с пластиковым тазом, наполненным какой-то желеобразной серой массой. Из массы торчала большая ложка. Неизвестно, что в этот момент подумал Адаке — его насекомоподобное лицо не было богато эмоциями, но Энитиру стало интересно, отчего Бернига разорвет скорее — от наглости или от жадности. Несносный родственник плюхнулся на свободное сиденье и, громко пожелав себе приятного аппетита, здоровья и счастья, согласно Своду Трапезных Правил, отправил в рот ложку с изрядной порцией дорианской еды… И заорал не своим голосом. — Вкусно? — поинтересовался Энитир. — Очень! — задушенно ответил Берниг, на единственный глаз которого навернулись слезы. — Для ракетного топлива! — Семейный рецепт! — с гордостью заявил Адаке. — Остренько! Вкусовую трубочку проглотить можно! Берниг взвыл. В этот момент ему не хотелось глотать вкусовые трубочки. Огнетушитель представлялся более аппетитным десертом. — Ну вот и заправляйся, «ракета», а как доешь, запустим тебя в ушастых! — посоветовал Энитир, зная, что согласно бесконечно чтимому Своду, Берниг обязан сожрать все до последней крошки и сердечно поблагодарить хозяина их временного пристанища. Берниг снова взвыл и начал «заправляться». — Очень питательная штука, — прокомментировал Адаке. — Долго не чувствуешь голод. — Не сомневаюсь, — прохрипел дед. — Эта штука растворит мне желудок, и я вообще больше не буду чувствовать голода! — Хотите кроччи? — дорианин протянул Энитиру свой пакет. — Они не такие пикантные. — Спасибо, — улыбнулся тот. — Я легко обхожусь без еды длительное время. Для моей физиологии это меньшее испытание. Адмирал на подгибающихся ногах уполз в сторону уборной. Раздался звук текущей воды и жадные глотки. Что ж преследователям сегодня везет — ракета системы «Берниг» лететь передумала. В отличие от их ракет. На экране появились мерцающие значки стремительно движущиеся в сторону дорианского звездолета. Запищал зуммер тревоги. Дорианин шумно выдохнул тем, что у него должно быть считалось носом, и смял опустевший пакет. — Уступи-ка мне место, приятель, — сказал он, вставая, — тебе определенно не мешает отдохнуть после ваших веселых приключений. Как оторвемся, посмотрю, сильно ли тебе попортили шкуру. Адаке расположил на консоли управления все четыре руки, и с огромной скоростью его тонкие сухие пальцы заметались по активной панели. Корабль начал разгон через подпространство. Гаситель ускорения работал неважно, Энитир ощутил, как тело резко налилось тяжестью. Неприятно, но можно потерпеть. — Нежнее! — потребовало несостоявшееся «орудие возмездия» сквозь журчание воды. — Кстати, по ирингийским законам, он вроде бы должен жениться на той девушке, — вспомнил Адаке. — Зачем бы им стрелять в потенциального жениха? В уборной что-то загремело. — А впрочем… — тут же ответил он сам себе. *** — Какие настырные! — возмутился Берниг, когда обнаружилось, что после короткого отрыва иринги снова нагоняют, да не одни, а в компании корабликов посерьезнее. — Боятся, что к алтарю не успеешь, — невесело усмехнулся Энитир, которому Адаке наспех заклеивал спину с помощью портативного медицинского бота. — Я женат, — Берниг вспомнил, что носит адмиральские планки не просто так, и решил заняться корабельными силовыми щитами. Это было вовремя, потому что спустя пару секунд корабль тряхнуло. — Мазилы! — презрительно фыркнул он, меняя конфигурацию поля. — Букашка, у тебя оружие есть? — Вы серьезно? — Адаке закрыл аптечку медицинского бота, подошел к панели управления и оценил повреждения щитов. — Послушайте, бедный внук этого чудовища, не знаю до сих пор, как вас зовут… — Энитир. — Очень приятно. Так вот, Энитир, ответьте только честно, ваш дедушка не употребляет никаких влияющих на психику веществ? — Вроде нет, — пожал плечами Энитир. — Настоятельно рекомендую ему начать, — доверительно посоветовал дорианин. — Он явно представляет опасность для окружающих. — Не ссы, букашка, оторвемся, — гоготнул адмирал. — Моя выделительная система устроена иначе, — возмутился Адаке, — мы не тратим время на справление нужды в стрессовой ситуации. — А у меня даже почек нет, — похвастался Берниг. — Сейчас еще и головы не будет, — Энитир поморщился, когда корабль снова тряхнуло. Мощность щитов упала до критической. — Надо выходить из подпростраства и эвакуироваться на катере, — сказал Адаке, — его не засекут, там хорошая ультрачастотная маскировка. Только там мало места и воздуха на троих будет впритык. Я надену скафандр, это еще немного сэкономит время. Вам тоже дам, только на ваши головы шлемы не налезут, дышите уж как-нибудь через раз. — Можно хоть ушами, только толку, если сесть негде, — проворчал Берниг. — Как это негде? — возмутился Энитир. — У тебя по курсу через две минуты замечательная тихая планета без грависигнатур. — Ууууу, опять необитаемое захолустье, — скривил рожу адмирал. — Зато с атмосферой, — Энитир выпнул его из кресла, — переодевайся живо. — Но-но, — клацнул Берниг зубами, — понятие субординации тебе ни о чем не говорит? Мы на корабле. — Но ты-то в отпуске, а корабль под дорианской юрисдикцией! — торжествующе сказал Энитир, шустро переодеваясь из «гражданского» в поданный Адаке легкий скафандр с отстегнутыми «лишними» рукавами, которые только мешались бы двуруким созданиям. — А в жареном виде тебе будет вообще наплевать, какие у кого планки. Если хочешь набить мне морду, говорливая котлета, то постарайся в ближайшую четверть суток хотя бы выжить. — Яйца кно-кно не учат! — огрызнулся Берниг, беря скафандр и направляясь с ним в уборную. — Ты куда? — Я вас стесняюсь. — Целого стадиона мы не стесняемся, — Энитир проводил его взглядом. — Могу посоветовать хорошего психиатра, — участливо предложил Адаке. Мощный удар ионных ракет пробил щиты, разрывая в клочья обшивку и внутренности дорианского корабля. Никто из беглецов не знал, что в тот самый момент, когда Энитир стаскивал Бернига с ирингийки, Совет Консулов планеты Дориан принял решение о вступлении во враждебный Конфедерации Галактический Союз. Но, несмотря на космические скорости, новость до Бейзана пришла с задержкой в полтора звездных часа, иначе корабль взяли бы штурмом еще в доках. Но Адаке этого не знал. В крошечное окошко спасательного катера он грустно смотрел, как разлетаются в вакууме обломки его хорошенького прогулочного звездолета. Маскировка спасла им жизни, но ведь предстоит еще посадить катер и отправить сигнал о помощи. — Артха! — выплюнул Энитир, управлявший катером. — Что? — Адаке оторвался от скорбного созерцания своего разрушенного имущества. — Взрывная волна отрубила навигацию, придется сажать вслепую. — Сажай хоть как, — вздохнул дорианин. — Не хоть как, — влез Берниг, — а туда, где сейчас ночь и поменьше населенных пунктов. Ой, смотрите, какие древние у них на орбите спутники! Вот бы спереть один, с курсантами в академии поржать. — Да вперед, — огрызнулся Энитир, — хватай, пока не пролетели! — Я на обратном пути, — вывернулся дед. — Куда мне эту махину по планете еще таскать? Адаке заинтересованно посмотрел на адмирала, а потом на шлюз. — Бесполезно, — заметил его взгляд Энитир, — он потом припрется и весь мозг нам с тобой сожрет. Катер задрожал, входя в атмосферу. — Мой самый нелюбимый момент, — пожаловался Берниг Адаке. — Перегрузка? — усмехнулся тот. — Не, Энитира укачивает… У тебя пакетик есть, букашка? Он тут сейчас все заблюет. — Пилота укачивает? — переспросил изумленно Адаке. — Да шучу я! Эни, не надо так нецензурно на меня смотреть. Я хотел атмосферу разрядить. Ой, какая она тут у них плотная… Невозможно плотная… Ик! Так, пакетик кто нибудь даст? Что-то меня тошнит… *** Над головой низко нависало враждебное небо неизвестной планеты. Холодный ветер неприятно пронизывал тело сквозь дыры в пострадавшем от жесткой посадки скафандре. Энитир закрыл глаза, подставляя лицо острым дождевым струям. Тоскливый запах прелой растительности щекотал ноздри. Как тут мрачно и пусто… Как тихо. Как хорошо… — Утонул, — сообщил Берниг, наблюдавший, как катер погружался в топь, куда они неудачно сели, обнаружив этот печальный факт тогда, когда дюзы зачерпнули жидкой грязи и двигатель заглох. — Без тебя не видно, — буркнул разоренный Адаке. — А передатчик-то внутри. — Но шлюз закрыт, — беззаботно ответил адмирал, — что ему сделается? Надо будет дождаться дня и пробовать попасть туда. — Где только дождаться? — загрустил дорианин, обхватывая тонкий корпус всеми четырьмя руками. В сонм запахов сырой земли и растительного тлена вплелся тонкой ниточкой теплый запах дыма. Энитир открыл глаза и посмотрел на темную недружелюбную стену леса, откуда донесся запах. — Идем, — сказал он своим спутникам. — Думаю, тут найдется, где переждать ночь.