И каждое твоё касание становилось созвездием на моём теле

      Шаг за шагом. Сначала медленно, пока не покинул здание. Потом быстрее. И быстрее. Куда глаза глядят. Он не знал, преследуют его, или же нет. Главное не оборачиваться. Ноги уже сами несут него. Он не замечает своей отдышки. Он не замечает, куда поворачивает на развилке. Проезжающие мимо машины кажутся слишком быстрыми. Кадзуха быстро хлопает по карманам в поисках телефона. Руки трясутся, пальцы невозможно контролировать. Убежать, уехать, куда угодно. Но подальше отсюда. Он не был готов к этому. Он знал, что бывают вещие сны. Но даже не предполагал, что такое может произойти с ним. Наконец, в глазах начинает темнеть от усталости. Насколько он далеко убежал? А главное, зачем? Ответ был слишком очевидным. Он не хотел опять видеть эти глаза. Когда ему снились кошмары с присутствием Скармауччи, он хранил воспоминания о них как только мог. А сейчас... Он останавливается, и садится на ближайшую лавочку. Сердце бешено бьется, и даже не планирует останавливаться. Страх и тревога сжигают изнутри. Кадзуха снова старается нащупать телефон, и понимает, что его нет. – Чёрт... - он выругался, и откинул голову назад. Воздух казался горячим. – Как тупо... Он хватается руками за волосы, в попытках то ли вырвать их, то ли пригладить. Руки и ноги всё ещё дрожат, но по крайней мере, в глазах больше не темно. Кадзуха делает несколько выдохов и вдохов, и осматривается. Вокруг никого. Абсолютно. Судя по лавочкам... Он забежал на аллею. Которая, к слову, находилась довольно далеко от клиники. Тревога сменялось ненавистью и злостью. К себе, ко всем вокруг. Он опять куда-то вляпался, и ему самому в этом разбираться. Чего он испугался? Бывшего парня? Невероятно. Внезапно, в голове пролетают слова. "Я изменил тебе." Кадзуха смотрит в пустоту, и сам себе усмехается. Слёзы пошли сами по себе.

***

      Кабинет за кабинетом. Руки невольно сжимаются в карманах пальто. Тарталья увлечённо о чем-то беседует с девушкой из администрации. Скарамучча осматривает людей вокруг. Было бы плохо сейчас встретить кого-то из старых знакомых... Но забавно. Забавно то, что видимо из всей его старой компашки он наверняка один жив. Остальные либо спились, либо сторчались. Скарамучче стоило лишь ухмыльнулся своим мыслям, как Аякс подходит с расслабленной улыбкой. – Синобу как раз вот-вот освободится. Давай подождем. - он кивнул на места напротив кабинета. Скарамучча лишь махнул рукой, и не оборачиваясь кинул: – Я в туалет.       Не дожидаясь ответа, парень направился прямо по коридору. Не то, чтобы у него была нужда. Хотелось остаться одному. Привести себя в порядок. Прямо по коридору, и налево.       Скарамучча стоял напротив зеркала, опираясь руками на раковину. Он пытался разобраться с тем, что он ощущает прямо сейчас. С одной стороны, у подобных врачей он уже бывал. И такая реакция на происходящее у него впервые. Что-то изменилось, но что?       Зеркало стало водной гладью, и все что в нем было – лишь размытые картины. Скарамучча прищурился. Вроде бы ничего не употреблял, а такой эффект. Шестое чувство било тревогу все сильнее, что начинало по-настоящему пугать.       Он покачал головой, в попытке прийти в себя. По ощущениям, он пробыл здесь всего ничего. Но вот, его руки уже красные от ледяной воды. Холодный пот ручьем льет со льда.       Внезапно, дверь туалета распахивается. Скарамучча резко выключил воду, и вылетел из туалета. Он даже не глянул на того, кто зашёл. Однако, от парня, что так громко залетел в туалет, так странно пахло... Но он не мог вспомнить. Смотреть по сторонам не хотелось. Пелена на глазах еще не рассеялась окончательно, и он просто надеялся, что ни во что не врежется. Тарталья, ожидаемо, стоял возле кабинета, недовольно глядя на друга. Скарамучча лишь цыкнул, ещё немного ускоряя шаг. Он собирается открыть дверь, как сквозь пелену в глазах он всё же что-то замечает. И к тому же... Тот странный запах.       Он ни раз мог почувствовать его в толпе, или же дома, среди старых вещей. Такой непримечательный парфюм.       В глаза бросается знакомая фигура. Все внутри мгновенно холодеет. Он уставился на того, кого как казалось, он больше никогда не увидит. Наверное, он сходит с ума. Абсолютно, и уже безвозвратно. Ему видится Кадзуха, стоящий у стойки администрации. Такой знакомый, но совершенно другой. Тот определенно вырос... Волосы очень сильно выросли. Кажется, он их не стриг. Стиль одежды совершенно не изменился. Веснушки посветлели, да и сам он выглядит более бледным...        Скарамучча подмечал мелкие детали... Абсолютно не стесняясь, что его увидят. Он смотрел, рассматривал, анализировал.       Кадзуха оборачивается, и они наконец смотрят друг другу в глаза. Спустя... Сколько лет? Пять? Скарамучча делает пару шагов к нему. Еще чуть чуть, и он будет совсем рядом... Сможет принять то, что ему это не снится.       Но нет. Каэдэхара, как испуганный зверь, срывается с места, и быстро уходит в сторону выхода. Скарамучча собрался пойти за ним следом, как сзади послышался крик: – Кадзуха! Он переводит взгляд на источник крика. Какой-то парень обеспокоено глядит вслед уходящему Кадзухе, но продолжает стоять на месте. Ну хоть кто-то должен его остановить! Он делает несколько шагов, но его останавливают. Аякс крепко держит его за шиворот. – Ну куда ты уже собр... – Тарталья, там Кадзуха! Скарамучча делает еще попытку вырваться, но его сил не хватит чтобы справиться с рыжей машиной.       Аякса будто передёрнуло. Ему казалось, что это имя у него уже в печенках сидит. Он отпускает Скарамуччу, и убегает в сторону выхода. Безмолвно, он согласился стать собачкой на побегушках. Ведь если сейчас его упустить, Скарамучча явно от него не отстанет. Он удручающе выдыхает, как только выходит из здания. Как минимум, он надеялся, что бегать придется не много.

***

      Синобу непонимающе глядит на парня в проходе. Ситуация с ее стороны выглядела, очевидно, странной. Скарамучча тоже оборачивается, и ехидно смотрит на врача за столом. С одной стороны, он знает, что получит по шапке, если сейчас не останется. А с другой... Здесь Кадзуха... А его надзиратель сбежал... Взвесив все за и против, он наигранно улыбается, и бросает краткое: – До следующей недели. Он закрывает дверь кабинета, и облегченно выдыхает. Одной проблемой меньше. Он мельком глянул на свои руки, которые все еще поддрагивали от такого огромного спектра эмоций. В конце концов, есть еще кое что, с чем он не успел разобраться. Скарамучча подошёл к парню у стойки, который нервно названивал кому-то. Если уж хорошо подумать, можно сделать вывод, что скорее всего Кадзухе.        – Ох, а что с этим парнишей? - обеспокоенно обращается Скарамучча к Хэйдзо, который от неожиданности чуть ли не роняет телефон. Сиканоин немного мнётся, но всё же сдается: – Да так, у него некоторые проблемы. Даже не знаю, что взбрело ему в голову. - Хэйдзо устало прикрыл глаза, и убрал телефон в пальто. Почти такое же, как и у Каэдэхары. Чем больше он разглядывал этого незнакомца, тем больше бесился с него. – О. Вы, наверняка, очень близки! - ядовито выплюнул Скарамучча, но Хэйдзо, видимо, этого не заметил. Он резко застыл, будто раздумывая над словами незнакомца. Но все же, очень неуверенно проговорил: – Да, близки... - он помедлил, всё ещё находясь у себя в мыслях. – А теперь, прошу прощения. Мне нужно его найти. Он развернулся, и уже собирался пойти к выходу, как его снова остановили. – Давайте помогу? Мой... Подчинённый тоже побежал за ним, мне нужно его найти.       Хэйдзо недоверчиво глянул на незнакомца. Он выглядит дружелюбным, однако что-то не давало ему покоя. Интуиция подсказывала, чтото плохая идея. Но сейчас, дело касалось Кадзухи. Так что, сейчас это не важно. Оба недоверчиво относились друг к другу, но молчали. Все же, Сиканоин сдался, и они вместе покинули здание. – Кстати, а как к вам можно обращаться? - Скарамучча чуть ли не давится своей вежливостью и дружелюбностью. Еще чуть чуть, и его начнет рвать розовыми блестками. – Ах, да. Забыл представиться, - парень останавливается, и с неловкой улыбкой протягивает руку. – Сиканоин Хэйдзо, но можно просто по имени.       Куникудзуши хмыкает в ответ, принимая рукопожатие. – Скарамучча Куникудзуши.       Хэйдзо на мгновение замирает. Улыбка на его лице блекнет, и вырывает руку из чужой хватки. Скарамучча же продолжает ломать комедию: – Что-то не так? - он криво ухмыляется, глядя на то, как меняется спектр эмоций на лице нового знакомого. Хэйдзо пристально смотрит на Скарамуччу, и чувствует, как кровь начинает закипать. Он неуверенно отходит на пару шагов назад, и на всякий случай уточняет: – Ты же... Ты ведь... Бывший Кадзухи? Скарамучча удивлённо поднимает брови. Так он в курсе? Внутри начинает расцветать что-то тёплое. Кадзуха думал о нём... Но вместе с этим, продолжать делать вид, что все нормально, больше не было смысла.       Скарамучча показательно вытирает о штаны руку, которой только что пожимал чужую ладонь. – О, так он рассказывал обо мне, хах... - он убрал руку в карман, и снова приблизился к Хэйдзо. – А ты, должно быть, его новый дружок... Не важно. Мне приятно быть известным в таком узком кругу.       Сиканоин глянул на свою ладонь, а после обратно на нового знакомого. Злость прожигала все внутри. Это тот человек, из-за которого Кадзуха оказался в таком состоянии. Тот, из-за которого Кадзухе было плохо. Но он посчитал, что показывать своё настоящее отношение к этому - преступление. На место злости пришёл азарт. Хэйдзо игриво улыбнулся, и начал пальцами поглаживать ладонь, которой пожал руку Скарамучче. – Что ж, а мы с тобой в одной лодке, - он вскинул брови, и прикусил губу. – Я его бывший.       Бывший? Скарамучча всё еще ухмылялся, но держать себя в руках стало сложнее. Зубы скрипнули от напряжения. Он понятия не имел, блефует этот идиот, или же говорит правду. – Вот как? - просто ответил Куникудзуши. Он знал, что выходить из себя - это заранне проиграть. Но когда какой-то придурок смотрит на тебя... Вот так... Хэйдзо со всех сторон разглядел нового знакомого оценивающим взглядом, после чего подошёл еще ближе.       Он протянул руку к чужому лицу, и нежно погладил по скуле. Пальцами он отодвинул прядки у ушей, и аккуратно погладил ямочку за мочкой. – Знаешь, а я понимаю, почему Кадзуха с тобой встречался. - Хэйдзо наклоняется все ближе, при этом всё еще прикусывая нижнюю губу.       Он чуть наклонился, чтобы его рот был прямо у чужого уха. – Я бы тебя трахнул, знаешь. Интересно, а кто из вас был сверху? Вот со мной Кадзуха был снизу... - он задействовал вторую руку, которой провел по талии Скарамуччи. Он чуть не вышел из образа, когда через одежду почувстовал, каким до ужаса худым был этот парень.       Что касается Скарамуччи... То, что он до этого считал слова нового знакомого блефом, больше не было важным. Скарамучча сгорал изнутри. Он чувствал, как его лицо становится все более и более красным. Но вовсе не из-за смущения. – Убери от меня свои руки.       Скарамучча уже даже не старался улыбаться. Челюсти сводило от того, как сильно он их сжимал. Он впивался ногтями в собственные ладони, стараясь как можно сильнее держать себя в руках. А в чём причина такого поведения? В Кадзухе. Раз они всё еще были вместе, значит этот идиот все еще, возможно, дорог Кадзухе. Сердце больно укололо. И спустя столько лет, не хотелось разочаровать его.       Горячая ладонь Хэйдзо опустилась ниже, оглаживая нежную шею. Он понизил тембр, и продолжил: – Знаешь, а ведь мы расстались совсем недавно... И по такой мелочи... Сиканоин уже сам не понимал, что он несёт. Потом, ему определённо будет стыдно. И он будет долго извиняться перед Кадзухой. Но сейчас... – Он меня всё еще любит. Скарамучча услышал то, что и так знал. Но думать об этом, и действительно узнать что-то такое, это разное. Сердце в очередной раз сжалось. – Знаешь, может, я и поделюсь с тобой Кадзухой. Хочешь, тройничок устроим?       В этот момент, Хэйдзо понял, что пересек черту собственных моральных норм. В эту же секунду, словно карма, ему прилетела звонкая пощечина. Она не была особо сильной, но была достаточно неприятной, чтобы Хэйдзо отскочил. В ушах зазвенело. Он инстинктивно приложил ладонь к щеке, но в этот момент Скарамучча снова подошел. Он схватил его за ворот водолазки, и притянул к себе. – Ещё слово ты произнесешь своим блядским ртом... - Скарамучча чувстовал, что сходит с ума. От гнева слезились глаза, но он уже не мог остановиться. – И что ты тогда сделаешь? - Хэйдзо снова мерзко улыбнулся. Он сильно пожалел о том, что не умеет вовремя останавливаться. И дело не в том, что он боялся подраться. Его волновали последствия в лице Кадзухи...       В этот момент, ему в лицо прилетел кулак. Из-за того, что его держали за ворот, он не сумел увернуться. Хэйдзо пошатнулся, и постарался встать ровно. Но из-за удара потерял координацию. В ушах звенело все сильнее, но он постарался встать в оборонительную позицию.       Нижняя челюсть неприятно болит и тянет. На силы он определенно не поскупился. Взгляд начинает расфокусироваться... И в этот момент Сиканоин пожалел, что безумно плох в ближних боях. Скарамучча снова медленно подходит, и в этот раз пинает ногой по колену, от чего Хэйдзо теряет равновесие. Его повалили, на живот, и уселись на спине. Скарамучча схватил детектива за волосы, и сильно оттянул в сторону. Он действительно хотел, чтобы прямо сейчас этот полудурок глядел только на него. – Уверен, что выдержишь тройничок со мной? - ответить он не успевает, ведь Скарамучча с силой ударяет его лицом об асфальт. Хэйдзо вскрикивает, и пытается скинуть тушу с себя. Но тот лишь снова поднял его голову за волосы. – Мне повторить вопрос?

***

      Дыхание более-менее пришло в норму. Кадзуха все ещё сидит на лавочке, безучастно глядя в небо. Он пальцем нащупывает пульс на запястье, как его учил Хэйдзо. Сердцебиение есть. Значит он еще жив. С каждой секундой тревога отступала, а на ее место приходила злость. На самого себя. Он прикрыл глаза, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. Где-то вдалеке было слышно машины. Сейчас их особенно много. Судя по всему, час пик. Кадзуха опять попробовал нащупать телефон в карманах, но тщетно. Наверняка он так и лежит на стойке администрации. Наконец, он опустил голову, и осмотрелся. Пока он здесь прохлаждался, начало темнеть. Наверняка, Хэйдзо переживает. Он неспешно встал, искренне надеясь, что его ноги выдержат еще один марафон. Стоило вернуться за телефоном, да и... Он снова подумал о Скарамучче. Если так подумать, он выглядел довольно плохо. Он немного вырос, да и к тому же похудел. Под глазами синяки стали еще больше. А вот стиль одежды совершенно не изменился. Каэдэхара улыбнулся своим мыслям. Он прекрасно понимал, как это сейчас опасно. Но так хотелось... Подумать.        – О, Кадзуха, верно?       Он дернулся от внезапного появления незнакомца. Казалось, он вылетел буквально из ниоткуда. Тарталья приветливо улыбнулся, делая небольшой поклон. Каэдэхара поклонился в ответ, и также улыбнулся. – Вас там разыскивают... Вы так внезапно покинули клинику. Еще и вещи свои не забрали. – Точно... Кадзуха опустил глаза вниз. И действительно. Выбежал на улицу без верхней одежды, без телефона. Даже странно, как он не замёрз в таком виде. Он неловко улыбнулся. – Прошу прощения за беспокойство. Я сейчас же пойду обратно. – Хорошо, я провожу вас. - Тарталья учтиво снял с себя пальто, и протянул Кадзухе. Пожалуй, он и правда немного замёрз... Пока они шли обратно, Тарталья отметил для себя несколько моментов. Во-первых, как такой вежливый красавчик вообще мог быть со Скарамуччей? Во-вторых, да тут и первого пункта хватает! Аякс открыто пялился на Кадзуху, пока тот активно делал вид, что не замечает... Сейчас важно совсем не это. А то, что ему придется вернуться в клинику, и пересечься со Скарамуччей. А также то, что сам Скарамучча послал за ним своего знакомого.

***

      Скарамучча ухмылялся, пока придавливал к земле наглого парня. Всё-таки, есть какие-то плюсы в том, что он вернулся сюда. – Ну что, всё еще хочешь потрахаться со мной ? - он снова вбил голову Хэйдзо в асфальт, а после провёл языком по чужому уху. По Сиканоину прошли мурашки отвращения. Он попытался повернуть голову в сторону Скарамуччи, но любые попытки двинуться пресекали. – Да ты знаешь, кто я... Я, - пытался выдавить хоть что-то Хэйдзо, но вес чужого тела выбивал весь воздух из легких. Пару минут назад он думал, что это просто хилый идиот, который ему ничего не сделает. Кто бы мог подумать.       Радовало лишь одно. То, что Кадзуха все же ушёл. Ему уж слишком не хотелось, чтобы его друг пересекался с этим психом... – Скарамучча.       На голос отреагировали оба. Скарамучча медленно повернул голову в сторону человека, который так нежно произнёс его имя. Он смотрел на своего бывшего так, словно увидел нечто не из этого мира. – Кадзуха... –«Я изменил тебе.»       В голове снова всплыло то сообщение. Он словно снова вернулся в то время. Воспользовавшись смятением, Хэйдзо скинул с себя Скарамуччу, и отошёл подальше. Он прислонил ладонь к расшибленному лбу, но после сразу же отдернул. Тарталья заметил избитого бедолагу, и хотел подойти помочь. Но Сиканоин настороженно отошёл. – Что происходит? Что ты наговорил Кадзухе? - холодно прошипел Хэйдзо, обращаясь к Аяксу. Тот отпрянул, поднимая руки вверх в знак мира. – Ничего! Мне сказали его найти, а я нашёл и привел.       Хэйдзо цыкнул, и перевёл взгляд на Кадзуху.       Он был неподвижен, как и Скарамучча. Они просто сверлили друг друга взглядами. – Ты совсем не изменился за эти годы, да?       Тихо произнес Каэдэхара, и перевел взгляд на Хэйдзо. – Мы уходим. После этого, Кадзуха развернулся, и ушёл. Хэйдзо поспешил за ним, не позабыв о том, чтобы кинуть язвительный взгляд на Скарамуччу.        Он остался один. Он снова всё испортил. Скарамучча поднял руку, на которую упало сразу несколько капель слёз.