Пять обличий смерти: Подмена и возмездие

"Тирания" спускалась штатным курсом на космодром, как и было предварительно согласовано с местной диспетчерской линией. Внизу их уже ждала делегация из местных управленцев. Поэтому незаметно выбраться с борта не представлялось возможным. Трясущийся от страха "понятой" спустился вместе с ними, периодически подгоняемый ласковыми тычками. Пытаясь держаться подальше от лиса-искроеда. И меха-плавильни. И живой дробилки. И окутанной злыми молниями электростанции. И жуткого своей чуждостью Воса. И ходячей инсигнии. И искроеда... В общем, плохо у него это получалось. Пару джооров спустя в бар на окраине зашёл несколько припыленный, и со свежими царапинами на широких плечах, Лоунвульф. Плюхнулся у стойки, заказал чего покрепче, мотивируя "ну и денёк сегодня". Сегодня никому не требовалось переспрашивать, чем припечатал сегодняшний денёк — прибытие ДЖД основательно перетряхнуло это болото. Вот и сейчас в баре было полторы калеки вместо обычных для этого времени полудюжины завсегдатаев. Сам хозяин тоже не закрылся только потому, что иначе точно б со страху рехнулся. Выдавал его даже не столько тяжёлый выхлоп, сколько тот факт, что Лоуну он плеснул почти совсем неразбавленного, которое держал для личного употребления. Слово за слово — выговориться в кои-то веки хотелось не только клиенту, но и бармену — Лоун поведал новости. Что ДЖД развлекается в том районе и двигается вроде в тот, а ему, Лоуну, из-за какого-то урода теперь покрышки стирай. Что за урод? Да не, урод — которого ДЖД тут ищут. А Лоун ищет не урода. У него серьёзное дело ("ну, ты понимаешь" — подмигивание). Приятель рассказывал. Он тут был как-то, вёл дела с неким меха... Точнее, их вроде как трое было, но вел дела один (словесный портрет Лжедифа), остальные вроде как на подхвате. Приятель говорил, парни надёжные... Вот только место, где они тогда встречались, сейчас, как бы это сказать, немного пострадало от (дернулся на какой-то звук с улицы, опытный глаз бармена подметил явно декоративную часть брони — возможно, скрывающую инсигнию) ГЛУБОКОУВАЖАЕМЫХ бойцов фиолетового знака. Диф-Лоун в каждом баре повторял эту историю с небольшими вариациями. Потеряв несколько джооров и кучу кредов и залив в себя немеренное количество отвратительного пойла, он добрался до "автобота". Точнее, его остывающего деактива — кто-то опередил Дифа буквально на шаг. Но, в отличие от своего конкурента, десептикон умел не только искать и убивать, но и прятаться, в том числе на самом дне. Своего двойника, полупарализованного ужасом, (сейчас, кстати, ни разу не похожего) он нашёл неподалёку. Несчастный беспрерывно повторял: "Он просто вырвал ему искру... вот просто взял и вырвал..." Дифайт вырубил несчастного в офф и вызвал Тарна согласовать эвакуацию. Пока ждал, вспомнил ещё кое о чём. Вернулся ненадолго к "автоботу" с вырванной искрой и разорил его ещё и на мозговой модуль — даже если взломать не получится, хоть Пету игрушка будет. Шумиху ДЖД подняли что надо. Бойцы рассыпались по городу в соответствии с планом и действовали планомерно и жестко. Дифайт действительно получил возможность работать спокойно: никому не было дела до того, кто там где тихо-спокойно шастает: все внимание было приковано к большим и нежеланным гостям. Но, несмотря на шум, у Тарна с компанией были кое-какие результаты: Например, они узнали, что в операции "предательство" были замешаны как местные, так и приезжие меха. На вызов Дифайта Тарн ответил почти сразу, но лично мог приехать только через полджоора, поэтому ради оперативности первым прибыл Хелекс — для задержания его было вполне достаточно. Дифайт, всё ещё пребывающий в образе частного детектива Лоуна, нанятого для набора исполнителей некой грязной работенки, получил от появившегося Хелекса приказ "прикинуться ветошью и не отсвечивать, если не хочет неприятностей". И, само собой, старательно его выполнял. А Хелекс, зафиксировав пленника и предотвратив ему коллапс искры, внимательно изучил дезактив. Покачал шлемом: по его мнению работа была сделана очень грубо и неумело. Однако силищи этому трансформеру не занимать. Когда прибывший, наконец, Тарн своим проникновенным голосом сказал: "Скажи нам, кто это сделал, и мы ему вырвем искру тоже", поток откровений пленника было уже не сдержать. Тарну вывалили все, но, к сожалению, из этой мусорной кучи истеричного трепа лидер ДЖД смог выцепить только две ценные вещи: имя и расположение искомого субъекта. Тинивиллс. Несмотря на свое имя, маленькими колесами Тини не отличался, скорее совсем даже наоборот. Трансформа карьерного самосвала, соответствующие габариты и такое же самомнение плюс запредельная жестокость к подчиненным. Лжедиф привел их очень вовремя — прямо на сделку: Тини понемногу воровал у своего босса и приторговывал налево, уже от себя. И даже прибытие ДЖД на планетоид не заставило его отменить или перенести встречу? Уникальный идиот... Получивший адрес и буквально почуявший запах добычи Тарн трансформировался прямо на глазах Дифайта-Лоуна, отвечая тем самым на один из терзавших его вопросов, и устремился вперед с такой скоростью, что вынужденный объезжать препятствия колёсный моментально взмолился: "Возьми меня". Трактовал эту просьбу танкформер по-своему, банально закинув его в свой внутренний отсек. Спустя короткую и экстремально разрушительную поездку (восторгу десептикона внутри не было предела) выяснилось, насколько мудрым было это решение — проламывать стену, находясь внутри танка. Значительно приятнее, чем снаружи. А там... оказался огромный, неожиданно хорошо оборудованный для этого захолустья цех. Невменяемого вида меха в респираторах выглядели истощенными и продолжали трудиться как дроны, невзирая на устроенную вторженцами разруху. Рабочие! Много и все перманентно удолбанные в хлам, потому что какой нафиг респиратор, когда ты круглыми орнами по локоть в синтетике! Калейдоскоп событий, закрутился такой, что было почти не уследить: захват Тинивилса, слаженная работа подоспевшей команды и нереальное чувство радости и успокое... что? Если Дифайта начинает забирать понемногу, значит, фильтры танка уже полностью забиты висящим в воздухе мелкодисперсным синтетиком! Получить на руки обдолбанного маньяка Дифайт не хотел вот ни разу. Тем более, оказаться запертым в нём! Пришлось приложить всю дипломатию и обаяние, чтобы убедить эту машину разрушения отозвать команду и удалиться на борт с уже имеющейся добычей, чтобы потрошить её уже там — с чувством, с толком, с расстановкой... Удалось. * * * У себя в каюте Дифайт вернулся к своему обычному облику, а прочистку своих фильтров от синтетика завершил ещё и максимально полным стравливанием всей выпитой сегодня дряни. Испросил у Тарна разрешения провести первичный допрос. Тот ответил заинтересованным согласием, а дальше просто наслаждался спектаклем. Дифайт вошёл в допросную следом за лидером ДЖД. Дал полюбоваться на себя. — Узнаёшь? Вижу, узнаёшь... Хотя тот дрон убогий весьма шлаково мной прикидывался. "Прошу прощения за лексикон! — улетело в канал присутствующему маньяку и эстету. — Ночью буду делом извиняться." Сочтя паузу на переваривание этой части информации достаточной, Диф продолжил обрабатывать пленника: — Ты ведь знаком с игрой в доброго и злого полицейского? Так вот, я — нишлака не добрый! Честно говоря, я шарковски злой. Со мной такое бывает, когда меня хотят убить особо зверским способом. Хуже только, когда меня подставляют. А ты ведь меня подставил... Из-за твоего видео за мной пришли вот эти ребята. Знаешь, что они собирались сделать? Наверное, лучше будет, если они сами тебе покажут, да. Или предпочтешь говорить со мной и сразу?! Резкое повышение тона в конце прозвучало как приказ. Тарну даже ничего не нужно было говорить. Он просто стоял с непроницаемым видом и сверлил грузовоза тяжелым взглядом. Основная же трагически-эпическая сцена происходила в процессоре самого плененного. А пока Тинивиллс рассыпался в заверениях готовности, соплях и извинениях, Дифайт обрабатывал в личном канале уже самого Тарна, но на совсем иную тему... "Между прочим, я избавился от того гнусного пойла и намерен пропустить ужин. Мой пустой бак умоляет о заправке, ты ведь решишь эту проблему? Сможем гонять сколько угодно, не боясь смешивать. А я буду обгладывать твои магистрали..." На словах про угрызание кабелей танк медленно и шумно продул вентиляцию... и Тинивилс выбрал именно этот момент, чтобы расколоться. Из его рассказа стало ясно, насколько циничным, жестоким и малодушным может быть представитель бывшего шахтерского сословия. Тарн за все время допроса произнес всего несколько слов, но этого хватило, чтобы часть необходимых сведений, а так же куча сопутствующих о местном смертельном бизнесе оказалась в их с Дифайтом манипуляторах. — Ну что же... — произнес Тарн, когда грузовик наконец-то замолк. — Благодарю за предоставленную информацию. — Теперь вы меня отпустите? — с надеждой поинтересовался Тинивилс, расширенной оптикой наблюдая за фиолетовой маской. — Обязательно отпустим, — подчеркнуто благожелательно отозвался палач. — Как только увидим полное, смертельное раскаяние в содеянном, сломанных активах и судьбах, в предательстве Идеи и равнодушии к окружающим искрам. — Я же вам все сказал!!! — завопил тот, мгновенно поняв, что отпускать палачи его собрались только во Всеискру. — Это все, что у меня есть! Вся информация! — И ты полагаешь, что мог купить нас этим? — ласково проговорил Тарн и эхо его акустической манипуляции дерануло искры окружающих серией томительных уколов. Тинивилс тихо хрипнул, выпучил оптику и схватился за честплейт. — Н-нет... — прохрипел он, — не... пола...Ч-что я... — Я же сказал, — Тарн шагнул ближе, а его голос стал тише. — Ты должен раскаяться в содеянном. По твоей милости будущие граждане десептиконской Империи теряли свой облик. По твоей милости блестящий разведчик едва не лишился Искры. Ты понимаешь парадигму "возлюби ближнего своего, как самого себя"? — Кх-х...— вокалайзер здоровяка выдал только немодулированную статику. Тарн брезгливо выпрямился и шагнул в сторону. — Каон, приступай, — произнес он уже своим обычным тоном. — Не вижу раскаяния в твоей искре, Тинивилс~, — певуче-издевательски отозвался Каон. На губах слепца играла хищная улыбка. И началась процедура преддезактивной пытки. Поучаствовали все. Но при этом отсутствовали привычные методы допроса, с мордобитием и оскорблениями. Его не допрашивали. Ему читали лекцию о том, каким меха он должен был быть и поясняли, какой этап пытки за какое преступление ему вменяют. В конце показательного процесса медленной казни от меха осталась едва треть, но при таких обширных повреждениях умелые палачи умудрились сохранить его функционирующим и даже в сознании. Говорить, правда, он уже к этому моменту не мог, но это и не требовалось — Каон прекрасно считывал данные с его Искры. Дифайт наблюдал. Ролики не передавали самого главного. В записи Тарн казался нудным морализатором и садистом, который просто наслаждается возможностью поиздеваться, маскируя это под акт правосудия. Вживую же... Было очевидно, как глубоко Тарна оскорбляют вот такие предатели идеи, он был совершенно искренен, призывая к покаянию, и, хотя его Голос был в этот раз адресован другому меха, Дифайт всей искрой повторял сейчас свою присягу. Никогда ещё верность идеалам фиолетовой фракции не горела в нём так ярко, он раскаивался за каждое сомнение, что иногда посещало его... Меха перед ним тоже перешёл уже от стадии ужаса и безграничного страдания к фазе глубокого раскаяния и смирения. Он даже перестал просить добить его скорее, прекратив мучения, теперь он готов был принять столько наказания, сколько высшим силам в лице Тарна и его команды будет угодно счесть соответствующим его преступлениям. Дифайт прикладывал огромные усилия, чтобы сохранить своё сознание чистым, разделять эмоции свои, наведенные и считанные. Он хотел попросить подарить уже Тинивиллсу освобождение, но не мог этого сделать. Не хотел. И лишь когда Каон подтвердил, что искра предателя раскаялась — ее погасили. Быстро, безболезненно и уже не на камеру. * * * Тарн, убедившись, что все закончилось, отправился к себе — отмываться от остатков въевшейся в броню химической дряни и энергона казненного. Следующими на очереди были два меха. Тот, кто поручил Тини это грязное дело и еще одна, более высокая инстанция, о которой пока были известны лишь обрывки разговоров через третьи манипуляторы. Крайне довольный Пет уже гонял новую игрушку, Хелекс молился за упокой Искры у себя в каюте, Тезарус с мрачной рожей наводил в допросной порядок, Каон ему помогал с шуточками и саркастичными замечаниями, Вос же устроился в кают-компании и листал старый массивный рыжий датапад с облезлыми углами. Дифайт, которого ни к каким делам не приставили, вскоре ушёл в свою каюту переваривать впечатления. А, поскольку предаваться искроедству был не склонен, переваривание вылилось в анализ услышанного. Приведённый сегодня к покаянию Тинивиллс уверял, что всем заправляет некий могущественный и таинственный Сэндз. Это имя вообще звучало в каждом его предложении. Но для любого умнее Тини было очевидно, что на самом деле рулит другой. Скорее всего тот, кого Тини упомянул мельком, и который изредка приезжает на сафари. Дифайт вспомнил, как озверел, когда первый раз услышал об этих "сафари" — дичью в которых были провинившиеся работники завода или специально привезённые меха. Тот мельком упомянутый "охотник" промышлял только вторыми, используя первых для разогрева. Убивая голыми манипуляторами, лишая важных деталей по одной, прибивая пучок проводки к столбу и заставляя ходить вокруг него, наматывая выдираемую проводку, пока не погаснет Искра и делая ставки, сколько кругов продержится тот или иной номер... Любители вырывать Искры и размалывать меха в труху, находящиеся за стеной от него, были честнее! Контроль вентиляции, быстрее, медленнее, в норму. Итак, что есть по Сэндзу и тому, второму? А главное — кому из них и чем так насолил Дифайт?! Хех, вот похитить его для сафари они не пытались, сразу натравили на него ДЖД. Десептикон счёл себя польщенным. Предположение, откуда могли у всего этого расти опоры, Дифу настолько не понравилось, что он счёл нужным вызвать Тарна. "К тебе можно зайти поговорить?" "Заходи", — ответ пришёл сразу. И всё-таки, зачем он вынул из Тинивиллса шестерню трансформации?