Обнимашки или Воздушные поцелуи

... Уэнсдей сидела у окна, устало подперев щёку рукой и устремив взгляд в ночное предгрозовое небо. Энид пропала. Это известие было до такой степени нелепым и фантастическим, что Аддамс даже разозлилась на Вещь, пальцы которого беспорядочно прыгали по столу, передавая новость. Но когда смысл сказанного предстал перед девушкой во всей ужасающей правоте, она почувствовала лёгкое головокружение, сопровождавшееся противным ноющим ощущением в груди. Это произошло три дня назад. Целых три дня не было никаких вестей по этому делу. Тогда всё было как обычно - Уэнсдей писала продолжение своего романа, как вдруг Энид подошла к окну и пожаловалась на головную боль и тоску - первые признаки приближающегося превращения. Время было самое подходящее - полная луна заливала своим светом двухцветную комнату, оседая на плечах оборотня, стоящей прямо в луже лунных лучей, сизым облаком. - Проводишь меня до клеток? Ужасно не хочется идти одной. - поёжившись, спросила Энид. - Не вопрос. - тут же согласилась Аддамс. Накинув плащи, девушки спустились к месту для обращающихся оборотней - многие клетки были уже заполнены. Ободряюще сжав руку подруги, Уэнсдей вернулась в комнату. Через несколько минут воздух прорезал многоголосый вой. Надевая наушники, девушка постаралась заснуть. На следующее утро Уэнсдей удивилась пустующей половине Энид, пытаясь заглушить первые росточки тревоги. Облачившись в тёмную форму академии, она поспешила на уроки. К её полному изумлению все оборотни уже достаточно оправились, чтобы посещать занятия. Тот день тянулся невыразимо медленно, и когда наконец тонкая трель звонка возвестила о наступлении свободного времени, Уэнсдей почти бегом направилась в комнату. Пусто. Лишь Вещь плясал от волнения на столешнице, пытаясь сообщить безрадостную новость - Энид пропала, прутья клетки искорёжены, а директор запретила распускать слухи о произошедшем. ... Вот и сейчас Аддамс мучительно думала, как ей поступить в сложившейся ситуации. Холодный аналитический подход не годился - она была слишком несобрана и эмоциональна, чтобы прибегнуть к излюбленному методу. Закрыв лицо руками, она с удивлением заметила, что между пальцев потекли обжигающе-горячие слёзы. Уэнсдей Аддамс плакала - второй раз в жизни. Она не может потерять Энид! Синклер стала ей так дорога... дороже всех на свете. Перед глазами проплывало её весёлое лицо, в ушах звенел тихий мелодичный смех, а губы всё ещё помнили мягкость и сладость её поцелуев... Вещь осторожно подобрался ближе, поглаживая вздрагивавшие плечи девушки. Но та вдруг резко встала, с отвращением вытерла все следы минутной слабости, и почти ровным голосом сказала: - Вещь, прикрой меня. Я должна отправится на то место и внимательно всё осмотреть. Запри дверь и никого не впускай. Тот поднял большой палец вверх и затем сложил пальцы на удачу. Девушка вздохнула и тихо выскользнула из залитой лунным светом комнаты.