Broken and wild

POV Вип

Я ненавижу утро. Кажется, я об этом уже говорил. По утрам в голову приходят такие мысли, которые заставляют мой мозг просто нахуй разваливаться на куски. По утрам просыпается совесть, эта тварь, которая молчит на протяжении практически всей жизни, но стоит проснуться до полудня, и она поднимает свою голову. Блять. Вот сейчас я лежу, сверля взглядом потолок, и ощущаю под ладонью теплое тело Кота, прижимающееся ко мне. Лежу, чувствую, и проклинаю себя. Себя и все на этом ебаном свете. Чем ты думаешь, Андреас Берг? Нет, я знаю, чем думаю обычно, но блять... Сколько пацану лет? Восемнадцать. Бинго, и вы получаете пиздюлей и путевку за решетку! Точнее, не получаю, но я сам бы ее себе выписал. Для профилактики. Если все пойдет дальше вот так, то я просто не смогу удержаться. Мое тело очень часто побеждает разум, очень часто. Слишком часто, чтобы я мог себе позволить дальше продолжать эту игру. Игру, в которую я уже сам заигрался, только правила где-то проебал. Не хочу, чтобы все началось и закончилось так, как всегда. Лохматый не заслуживает такого к себе отношения. Чтобы его трахнули и бросили. Он же сам, сам того не понимая, поддается и тянется ко мне. С одной стороны, я этому... рад? С другой стороны, готов убиться об стену. Блять. Наверное, стоило его оставить в покое. И не травмировать его еще детскую психику своими загонами. Вот я сам бы с собой не связался. Переспать бы переспал, но что-то большее - никогда. Вздохнув, я выскользнул из-под одеяла и оделся. Нужно хорошенько нахуяриться кофе и решить, что же делать дальше.

POV Кот

Проснулся я от того, что исчез мой источник тепла, который грел меня всю ночь. Первое, что бросилось в глаза – это моя пустая кровать, и тут в голове всплыли воспоминания прошлой ночи. Жуткий кошмар и все, что было после него. Черт, стыдно-то как! Андреас куда-то ушел, а мне вдруг стало жутко некомфортно в его постели, где я спокойно спал всю ночь. Нехорошее предчувствие подкралось незаметно, будто сейчас это наше негласное перемирие рухнет самым отвратительным образом. Поспешно вылез из-под одеяла и перелез на свою кровать. Встав на колени, я потянулся к своим ящикам и выудил из всего этого бардака пачку сигарет. Нужно успокоить нервишки. Все остальные еще спали, а я даже не удосужился посмотреть, сколько сейчас времени. Да и не важно это. В данный момент значение имела только полупустая пачка этой отравы. Я не люблю оставаться один, но иногда это жизненно необходимо даже мне. На улице было еще темно, видимо, я проснулся слишком рано, а еще меня крайне обрадовал тот факт, что водитель тоже решил устроить себе перерыв, и, как видите, мы никуда не движемся, что давало мне возможность спрятаться за автобус и насладиться одиночеством и сигаретами. Не знаю, сколько я там просидел, часов при себе у меня не было, но пачке уже давно пришел конец, а я все сидел и сидел.

***

Три дня пути, беспрерывной тряски в этой машине пыток. Сука, да ваши ебаные передачи типа "последний герой" просто хуи сосут по сравнению с этим. Настроение портили еще и мысли, снова возникающие в голове. Мысли по поводу лохматого, мысли по поводу моих прошлых отношений с парнем, мысли по поводу концертов, да по поводу всего. Если бы кто-нибудь спросил меня, о чем же я думаю, я сказал бы "обо всем ебаном дерьме, которое может существовать в моей жизни". И я бы не соврал. Кот, хоть и крутился все время поблизости, ко мне не подходил, наверное, видел, что я совершенно не готов с ним контактировать. И я надеюсь, без обиды в этот раз. Иначе я просто двинусь. Эмиль видел мое состояние, но помочь не мог абсолютно ничем, из-за чего расстраивался сам. Атмосфера тлена и уныния. Ну, заебись тур начался, че. И только Оле и Кангуру было насрать на все. Пиво начало медленно исчезать из ящика, несколько кастрюль (совершенно не ебу, откуда они взялись) стали ударной установкой, и ребята расчехлили акустику. Под этот симфонический оркестр шведского разлива я думал повеситься только за сегодняшний день уже раз десять. Чудесно, не правда ли, блять? - Ребят, сворачивайте этот балаган, - донесся голос Кошмара из кухни, - а то сейчас Берг окончательно психанет и засунет одному гитару, а второму - палочки, в ваши задницы. Хмыкнув, я поднял голову. Да уж, лучший друг и сквозь стены чувствует мое состояние. - О да, великий Диктатор, вставь мне, давай, - Скинни очутился на моих коленях и вполне натурально стонал, ерзая. - Да, выеби меня гитарным грифом. Намотав дреды Кангура на кулак, я резко притянул его к себе. - Сейчас так выебу, ты потом ходить не сможешь. И гитару в руках держать тоже, - доверительно протянул я, глядя ему в лицо. Возле глаз появились морщинки и рот растянулся в улыбке. - Я думал, ты там помер уже, - Скинни высвободил свои дреды, поднялся на ноги и теперь деловито поправлял кофту, - а нет, живой еще. Бон, пошли остальных будить от этой ебанной спячки. Закатив глаза, я слушал, как они с криками "Кооооотик, где ты", побрели искать бедного лохматого. Вот же долбоебы. Ладно, скоро уже остановка.

***

Когда я наконец решил вернуться, все уже проснулись. Берг даже не смотрел в мою сторону и уж точно не собирался говорить о прошлой ночи. Все были с бодуна и поглощали воду литрами, и я – не исключение. Осушив огромный стакан, я прошел к своей кровати и завалился на нее. После того, что было со мной ночью, простыни были сдвинуты и кровать превращена просто в пиздец. Поправив все, я-таки увалился на нее и прикрыл глаза. Голова гудела, и сквозь дрему я слышал, как парни выбирают отель на сегодняшнюю ночь, ведь вечером мы должны быть уже в другой стране, а завтра уже концерт. Никогда не думал, что Deathstars так популярны в Финляндии, но билеты на наш концерт были раскуплены уже давно, и, как говорил Найт, все очень заинтересовались новым гитаристом. К такому я не был готов, но эти мысли вызвали улыбку на моем лице. После трех дней практически беспрерывной езды я шатался на ходу, как после поезда. Я пил, спал, спал, спал, и еще раз спал. Я так и не понял, нахера меня пытались растормошить чем-то довольные Оле и Йонас, я все еще был похож на овощ и не собирался вставать и быть активистом. Сказать честно, я все еще чувствовал небольшой дискомфорт, знакомы мы ведь были не так давно, плюс эта разница в возрасте. Да, это не придурки Маркус, Денни и Слим. Я вдруг громко расхохотался, вспоминая наш с ними неудачный поход в клуб, от чего проходящий где-то рядом Найт косо на меня посмотрел. А потом сон все же взял меня. Что я творю со своим режимом? Сплю днем, бухаю ночью. Ну просто рок-звезда по всем параметрам. В этот раз мне ничего не снилось. Проснулся я от того, что Скинни тормошил меня за плечи: - Кот, мать твою, вставай, приехали уже, - я пробурчал что-то и, перевернувшись, уткнулся лицом в подушку, но тогда Кангур чуть ли не за ноги решил вытащить меня из постели, - в гостинице отоспишься, маленький засранец, вставай! - Да встаю я, встаю, - шлепнувшись на пол, злобно бросил я. К этому времени все уже стояли с вещами и ждали, очевидно, одного меня, пока я сонно потирал глаза, сидя на полу. - Кот, хватит копаться, одного тебя ждем, - сказал Найт, нетерпеливо постукивая ногой по полу. Уж не знаю, что это была за гостиница, но выглядела она на все сто. До нее нам прошлось пройти какое-то расстояние, потому что такой «неприметный» тур-автобус вряд ли кто-нибудь мог не заметить. В лобби мы проторчали достаточно долго, хотя мне было плевать, я безучастно смотрел на все это полуприкрытыми глазами, и откровенно зевал, пока Эмиль и Андреас выясняли что-то с менеджером. Когда они наконец решили все вопросы и подошли к нам, я потянулся и приготовился слушать. - Нужно решить, кто с кем поселится в номерах. Конечно, можно было бы всех распихать по одному, но во-первых, это дорого, во-вторых, в этом нет нужды. Итак, какие предложения? - Эмиль обвел взглядом всю нашу компанию. - Я с тобой, - поспешно выпалил Андреас, будто это было жизненно важно, и мельком покосился на меня, не ожидая, что я этот взгляд поймаю. Внутри кольнуло какое-то ощущение разочарования. Понятия не имею, откуда оно взялось, просто какая-то часть меня жутко хотела оказаться на месте Эмиля. Поспешно отогнав от себя эти мысли, я постарался больше не думать об этом. Оле перевел многозначительный взгляд с меня на Берга, очевидно, догадываясь, что между нами происходит какая-то херня. - Ко-о-о-отик, - сладким голосом протянул он и подсел ко мне на диван, приобнимая за талию. Я тут же в панике дернулся, потому что вообще не ожидал этого, а на него накатил смех. Ну что я за паралитик такой? - Чшшш, не бойся. Пошли со мной жить, обещаю, не буду приставать, - Оман мирно поднял руки ладонями вверх, все еще посмеиваясь, явно считая, что это может быть забавно. Юморист хренов. - Да, да, хорошо, - сказал я, пожимая плечами. - Так, ну вот и здорово, все разобрались, - уставшим голосом проговорил Найт, но заметив, как Скинни косится на него, а-ля «ты ничего не забыл?», поспешно добавил, - да, Кангур, тебя хотел к себе наш дорогой тур-менеджер, - и, заметив, как скривилось его лицо, заговорщицким тоном уточнил, что тот достал траву и это не будет так скучно, как в прошлый раз. Моментально повеселев, Скинни выхватил у него из рук ключ и, пританцовывая, направился к лифтам. Эмиль и Андреас тоже удалились, о чем-то перешептываясь, а я все никак не хотел вставать. Было жутко лень шевелиться, хотя на часах было всего-то десять часов вечера. Нехотя я встал на ноги, потянулся и пошел за Оле. Дождавшись лифта, он нажал на нужный этаж. Молча мы дошли до нашего номера. Оман был занят тем, что увлеченно искал что-то в телефоне, я же просто зевал и хотел спать, не смотря на то, что именно этим и занимался весь день. Номер оказался просторным, с двумя кроватями, огромным телеком, одной спальней и чем-то типа гостиной. Было видно, что номер не дешевый, и, оглядевшись, я развалился на диване. Выпить бы… Хотя, куда мне, и так в алкаша превращаюсь. Тем не менее, я полез в холодильник, и, обнаружив там пиво, с нескрываемым удовольствием взял его. И, конечно, как только я уже решил спокойно сходить в душ, как только Оле оттуда вышел, в комнату ввалился Найт и сказал, что нужно срочно обсудить какие-то «важные» дела. Мне не хотелось ничего обсуждать. Я хотел спать и мое настроение было в говно, а о причине я даже думать не хотел. И, тем не менее, вот он я, сижу в комнате Найта и Випа, слушая то, что и так уже сто раз слышал. Черт, даже я меньше парюсь, хоть это и мой первый концерт. А еще жутко бесили эти шизы Берга. Черт, он опять принялся за свое: делает вид, что меня не существует и кидает свои многозначительные взгляды. Как будто я могу таким образом понять, в чем мой косяк?! Эта глупая логика выводила меня из себя. Через час я уже почти заснул, съехав на плечо сидящему рядом Оману, но Эмиль наконец-то понял, что все изрядно устали, и решил, что на сегодня хватит. Ну неужели! - И чего он так парится? – раздраженно спросил я у Бона в коридоре, на что тот только посоветовал не обращать внимания, мол, он всегда такой. Душ. Черт, как же приятно после трех дней в дороге наконец-то его принять. Спать я лег, даже не высушив голову. Чувствуешь себя бабой в такие моменты, потому что волосы у меня длиннее, чем у половины моих знакомых девушек. И ничего удивительного, что уснуть я не мог полночи. Все думал о предстоящем концерте и о том, как кто будет вести себя на сцене. Со мной-то все понятно, буду стоять, как столб, и играть свои партии, потому что просто ахуею от такого количества народа, которое там должно было собраться. Так, зарывшись в мягкое одеяло, я провалился в сон.

***

В гримерке, как обычно перед концертом, царил полный бедлам. Орали колонки, подцепленные к ноуту. Повсюду валялись какие-то огрызки, перья, косметика, одежда. Кот у зеркала выпрямлял волосы (которые оказались кудрявыми), попутно что-то опять жуя. Скинни красился, открыв рот. Так и подмывало подойти к нему и засунуть туда палец. Бон хмурый сидел на кресле, курил, и выбивал палочками по подлокотнику очередной ритм. Найт, замотавшись с ног до головы, опять копался в каких-то проводах. Электрик херов. Я шлепнул его по заднице. - Эй, мистер-пропер-все-решил-и-ничто-не-повредил, хватит уже, расслабься. - Отъебись, Андреас, мне надо доделать эту херню. Иначе наш Котик на концерте будет играть под фонограмму. А потом нас закидают помидорами и отпиздят в подворотне. - Да я сам кого хочешь отпизжу... - пробурчал я, но от друга отстал. Скучно. Пойти тоже, что ли, морду накрасить. Через 20 минут уже выход. Дойдя до зеркала, я изящным движением задницы подвинул Кангура к Коту и вгляделся в отражение. Ебать. Да мне можно и без грима выходить. Синяки под глазами и припухшее лицо. Красавчик. Ладно, сейчас все замажем. Пять минут и готово. Ура, блять. Я прекрасен. Только губы нихуя красить не умею, выгляжу потом как трансвестит. А хорошенького понемножку. Мне нужна помощь. - Эмиль, накрась мне эти ебаные губы. - Я занят. Кот, накрась ему губы, он же косорукий, блять. А то вместо рта накрасит себе еще и подбородок с щеками. Лохматый от неожиданности снова дернулся, и чуть не выпрямил себе ухо вместо пряди волос. Ладно, к этому я уже привык. Паралитик. - Вы вообще с чего все решили, что я в этом мастер? - наигранно-обиженным тоном спросил он. Ответом послужило молчание. - Давай, принцесса, не выпендривайся, - Кангур не упустил возможность подъебать. Ну, как всегда. Чую, сейчас останусь без макияжа. Я пнул его тощую задницу. Лохматый перевел взгляд с него на меня и обреченно вздохнул. - Ладно, ладно, - он выискал на тумбочке красную помаду и нерешительно подошел ко мне. Ну, я же не кусаюсь, мы уже выяснили сей факт. - Я предупреждаю, - снова вздох, - будет пиздец, - я не виноват. Надо же, напугал, можно подумать. Такого ювелира как я, это вряд ли смутит. - Хуже чем я, ты не сможешь меня накрасить, - хмыкнув, я окинул его взглядом и уселся на стул. - Давай, действуй. Кот раздвинул коленом мои ноги и подошел совсем близко. Опасно близко. Я вздохнул и заставил себя не реагировать. Мне должны дать ебаную медаль за выдержку. Мой подбородок осторожно взяли и приподняли вверх. Сдавалось мне, что парень очень даже шарил в макияже, но не хотел признаваться в этом. Мудрое решение. Иначе подъебов не избежать. - Ну же, открой рот, я так ничего не сделаю. Я едва подавил смешок. Часто я сам говорил эту фразу, только немного в другом месте и в другое время. Он, похоже, сам это понял, потому что кошачьи щеки порозовели. Решив не смущать его окончательно, я закрыл глаза и разжал губы. Пара движений трясущимися (какие мы, блять, нервные) руками, и вуа-ля. - Вау, даже нормально получилось, - пробормотал Кот себе под нос. Отодвинув его от себя, я встал и наклонился к зеркалу. Да получилось просто охуенно. Визажист хуев. Я расплылся в улыбке. - Спасибо. - Да не за что, - пристально всматриваясь в свою "работу", пробубнил лохматый и отвел глаза, закусывая губу. Интересно, о чем он думает? - обращайся, - Кот вернулся к выпрямлению своих волос. Я потянулся, разминая затекшую спину, и поплелся одеваться. Фанаты ждут. ~ - Blitzkrieg! - рычу я в микрофон, придерживая рукой фуражку. Внутри кипит просто лавина эмоций, от которых мне необходимо избавиться, выплеснув наружу. Мое альтер-эго снова во мне, мы вместе, мы - не разделимы. Я ощущаю власть, это невероятно пьянит, сильнее, чем самый крепкий алкоголь. Сильнее, чем что угодно в этом мире. Я жонглирую чувствами людей, словно мячами в воздухе, я могу убрать ладонь, и кто-то рухнет вниз. - Boom! - ревет зал в ответ. Фанаты - сумасшедшие люди. Наши фанаты - особенно. Они любят тьму, сквозящую в текстах песен, она их завораживает. Это словно танец змеи, которая гипнотизирует свою жертву. Но мы не убиваем их. Они сами убивают себя. Мы лишь меняем к этому отношение. Порой на сцене я чувствую себя одержимым. Музыкой, группой, толпой людей. Эмоциями, которые заставляют меня хрипеть, рычать, орать в микрофон. Отпускать пошлые шуточки в зал, падать на пол или приставать к кому-то. Я этим не управляю. Мне срывает крышу и я отпускаю поводья. Hear all my secrets Tell all the lies Hear all my secrets Tell all the fucking lies... Меня просто переполняет неудержимое желание. Желание прикоснуться, ощутить чужое сердце под ладонями, сжать чье-то тело. Схватить за волосы, подчинить, присвоить. Сделать хоть что-нибудь. Эта ебаное возбуждение просто не дает мне покоя, заставляя тело подчиняться. Стояки от музыки - это вполне нормально. Это естественно. Музыка - это секс. Hush... It's what I keep inside, This is the crime that I've tried to hide... Envy. Sloth. Gluttony. Wrath. Pride. Lust. Greed. Мозг все еще работает, из последних сил я обхожу стороной Кота, хотя к нему тянет больше всех. Тянет так, что хочется его раздеть и взять прямо здесь и сейчас, на сцене, перед возбужденной толпой фанатов. Хочется видеть его лицо, как он прогибается подо мною, молит и стонет, как капли пота стекают по его коже, как меняется в оргазме его лицо... Хочется... Подхожу к Эмилю, хватаю за отвороты рубашки. Я знаю, он все понимает. И меня поймет. Дергаю на себя, разжимаю его пересохшие губы языком, и проскальзываю внутрь. В зале вопят, а мое сознание проваливается в какую-то пропасть. Все к черту. Трахаю податливый рот языком, слышу, как он тихо стонет в ответ, не прекращая играть. Спускаюсь рукой вниз, минуя гитару. Да он тоже возбужден так, словно выпил пол пачки виагры. С трудом отрываюсь от чужих губ, напоследок укусив за нижнюю и насмешливо смотрю прямо в глаза Кошмара. Ты тоже не в адеквате. Как и все мы.

***

На сцене все по-другому. Я почувствовал это, когда только увидел эту обезумевшую толпу. На сцене твое тело не подчиняется никаким физическим законам. Твой мозг отключается, как только берешь первый аккорд и буквально взрываешь зал. На анализ происходящего у меня было ровно несколько секунд, пока я пытался охватить своим взглядом всю эту толпу. Они кричали, рыдали от счастья, устраивали полнейшее безумие, и я знал, каково это, находиться по ту сторону сцены, но никогда не представлял, каково это, находиться по эту. Музыка полностью поглотила меня, а гитара будто стала продолжением рук. Я был будто в вакууме, все привычные движения стали мне чужды, мои руки не дрожали, и я уверенно передвигался по сцене, то подходя к ее краю, то отходя куда-то в ее глубь. Всю мою скованность как рукой сняло, и, судя по тому, как орала толпа, я все делал правильно. Но вот зал словно взорвался, люди вопили и тыкали пальцами, расплываясь в широченных улыбках, и я повернул голову. Андреас, нет, скорее уж Виплашер притянул к себе Эмиля и целовал его прямо на сцене. Требовательно и страстно. От шока я чуть не позабыл, как держать в руках гитару. Но вот это маленькое шоу закончилось, и я взял аккорды следующей песни. You’ve never seen anything like this before You will never see a clockwork sunrise no more Пожалуй, единственное, что для меня сейчас имело значение – это голос нашего вокалиста. Я понимал, что сейчас вижу перед собой. Я видел диктатора, которому с легкостью подчинится вся эта обезумевшая толпа, стоит ему только махнуть рукой. And the strike of the night will trash the skyline... И я бы с удовольствием оказался в этой толпе или на месте Найта, потому что одни лишь мысли об этом вызывали у меня дрожь в коленях и учащенное сердцебиение. And darken the marks I've put in your skin Неужели я правда хочу этого? Наплевав на все «правильно» и «неправильно», я хочу этого? Или же всему виной музыка? Я чувствую, как напряжено и возбуждено все мое тело, кожа стала чувствительнее и, клянусь, я бы просто упал на подкошенных ногах, если бы только ощутил вблизи его запах. Все это только из-за музыки? Cause I want to play God With you... I want to rule it all Rule you Даже здесь и сейчас мне приходится держать себя в руках. Сейчас, когда я должен вывернуть свои эмоции наизнанку, но если я это сделаю, то кто знает, чем это закончится? Теперь, когда я точно знаю, что только разогрею толпу, если прямо сейчас подойду к нему и, обвив руками шею, жадно поцелую в губы, издавая стоны и прижимаясь как можно ближе. От этих мыслей закружилась голова, и я только тихо проскулил, прикусывая губу. Мои глаза горели от этого возбуждения, и все, что я мог – это выражать свои эмоции через музыку, поэтому только с силой сжал гриф гитары, целиком отдавая себя игре…

***

- Бляяяяя, Кот, я тебя ваще поздравляю! - Скинни набросился на лохматого с объятиями, едва мы скрылись за кулисами, - первый концерт - это самое сложное, а ты молодец, не растерялся! Мальчишка нервно дернулся, все же реагируя на объятия. - Да не с чем меня поздравлять, я же все это наизусть выучил, - он явно не понимал, почему его поздравляют, и что же он такого сделал. Покосившись на меня, он тут же отвел взгляд. - Ну знаешь, прошлый гитарист, который у нас был, на первом концерте не хило так налажал только потому, что дико волновался, - Эмиль улыбнулся, открывая дверь, и мы все зашли в гримерку. Кот заметно приободрился, и, выслушивая похвалы от Омана, уже улыбался, попутно стягивая с себя концертную униформу. Меня все еще немного трясло от возбуждения, и необходимо было хотя бы покурить. Я направился к подоконнику. Наверное, нужно тоже было что-то сказать. Кот и правда неплохо справился для первого раза. Не знаю, как он себя вел на сцене, я старался не смотреть в его сторону, но по слуху - не сбился ни разу. Хоть какая-то от него польза, а то все проблемы, проблемы... - Ты молодец,- негромко проговорил я, склонившись к кошачьему уху, стараясь к нему случайно не прикоснуться. Я себе еще не совсем доверял. - Спасибо, - донесся тихий ответ. Потом, видимо, не совсем еще отойдя от концерта, он все же решился добавить, - мне правда важно твое мнение... Ничего не ответив, я все же добрался до окна и присел на подоконник. А что мне было сказать? Он же не идиот. Поймет. Затянувшись дымом, я поморщился. Ебаные джинсы невероятно давили. Пожалуй, стоит купить себе штаны пошире. Специально для концертов. Я поймал понимающий и сочувствующий взгляд Кошмара с другого конца комнаты. Ну да, братья по разуму... В голове некстати вспыхнуло - тихие стоны, расфокусированный взгляд, запах... Особый, Найтовский. Он всегда так охуенно пах, клянусь, не был бы он моим лучшим другом, давно бы стонал подо мной. Да блять! Блять, блять, блять! - Так, все. Берем бухло, пару сучек, и все в наш с Кошмаром номер. Отметим первый концерт тура, - я выбросил окурок в окно и оглядел гримерку. - А где ты их взять собрался? - конечно, это Кот. Ну какой же он ребенок, блять. Просто до невозможности. Кто занимался его половым воспитанием вообще? Священник? - Для детишек поясняю, - я ухмыльнулся, - берешь телефон, звонишь по одному номеру, и вуа-ля. Либо берешь пару совершеннолетних фанаток, которые толпятся там у заднего входа. Еще никто не отказывался провести ночь с Deathstars. Лицо лохматого скривилось. Ну да, тут далеко от высокоморальных отношений. А чего ты ждал? Прогулок под луной за ручку, стихов и признаний? Бррр. Может, я и способен на красивые жесты, но явно в совсем других ситуациях, и с людьми, которые мне действительно нравятся. А это... просто одноразовый трах. Надеюсь, за то время, пока он будет с нами, научится хоть чему-нибудь. В жизни пригодится.. ~ Хорошее настроение = удачно отыгранный первый концерт тура + куча алкоголя + музыка, орущая на весь номер + трава, которую вручил Скинни наш тур-менеджер + мои веселые ребята. Все были просто в говно. И я в том числе. Наконец-то я допил ровно до той грани, за которой начинается тлен и поиск смысла жизни. Допил, и не переступил ее. Красавчик. Я как раз танцевал вальс, кружа Кошмара по комнате, как в комнату ввалился Кангур, и за ним еще две девушки. Все, как мы заказывали, прям. Заебись. Кот, завернув голову в сторону двери, чуть не слетел со стола, на котором лихо отплясывал. С налаченными волосами, макияжем, и в рубашке, завязанной на животе, он выглядел слишком вызывающе, и я старался поменьше смотреть в его сторону. - О, девочки, - донесся пьяный голос Бона откуда-то с кровати. "Девочки" тоже были уже веселые, явно наш добрый басист чем-то с ними уже поделился. Пошатываясь, они умостились на диван. В руки им тут же сунули по стакану с алкоголем и по самокрутке. Какая обходительность, охуеть. - Прости, милый, ты, конечно, прекрасен, но я предпочитаю женский пол, - Эмиль чмокнул меня куда-то в подбородок, и, высвободившись из моих объятий, направился к гостям. Вот предатель. - На моей кровати не трахаться. Пизды дам, - сразу предупредил я. А то знаю я их. Так, мне нужна еще порция виски. Желательно, со льдом. Надеюсь, его не сгрызли просто так. Могут же. Сварганив себе "коктейль", я пошел к Оману. Наверное, это была кровать Найта. А может, и моя. Я уже не различил бы их даже под угрозой расстрела. Впрочем, какая разница. Улегшись рядом, я отхлебнул примерно половину из своего стакана, и удостоверился, что дало в голову. Охуенно, прощай крыша. - Беееерг, - похоже, у Оле снова проснулась любвеобильность. Как всегда бывает, когда он много выпьет. - А? - перед глазами все кружилось, будто я лежал на карусели. Не тошнотно, как в автобусе, когда меня укачивает, или после горячего душа, когда мне плохо, и я чуть ли не в обмороке. А приятно так. Кружилось, плыло. Я чувствовал себя одновременно внутри своего тела, и где-то снаружи. И мне было поооооохуй. Все проблемы ушли сами собой. - Я хочу тебя поцеловать, - прозвучало у самого моего уха хриплым голосом. По коже побежали мурашки. Да черт возьми, я сейчас согласен на что угодно. - Валяй, - протянул я, закрывая глаза. Мой рот тут же накрыли чужие губы. О да. Все же, в поцелуях с парнями есть свое преимущество. Не обязательно быть нежным и пытаться держать контроль над своими действиями. Я перевернулся, резко подминая Омана под себя. Какой же он все-таки тощий. Пожалуй, даже на теле Кота побольше мяса будет. Вспомнить его живот... Ох. Плохая идея. По телу снова волной прокатилось возбуждение. Блять. Разозлившись сам на себя, я углубил поцелуй, запуская руку под чужую рубашку. - Мгхм, - явно одобрительно отозвался Бон, вскидывая бедра. И тут на нас свалилось чье-то тело. Что за херня? Я оторвался от нашего барабанщика, кое-как сел и повернулся. Лохматый. - Простите, я случайно, - никто не выглядел менее виноватым, чем он сейчас, - ноги не держат, - пояснил он. Ну да, конечно. Ноги не держат. Я уставился на него, не в силах отвести взгляд. А он на меня. Абсолютно пьяными глазами. И, сука, таким зовущим взглядом... Я поманил его пальцем. Лохматый послушно наклонился. - Иди. Отсюда. Нахуй. Или я тебя выебу прямо здесь, - прошипел я ему в лицо. И так большие глаза распахнулись еще шире. Он явно нихуя не понял. Мне снова захотелось убиться об стену. Черт. Отодвинув его, я слез с кровати и, запинаясь, кое-как добрался до ванной. Из отражения в зеркале на меня смотрел просто какой-то маньяк с горящим взглядом, перевозбужденный и явно перепивший. Блять. Кому-то срочно нужен душ. Похуй. Закрыв дверь на защелку и стянув одежду, я, пошатываясь, забрался в ванну, и врубил душ. Можно было просто включить ледяную воду, но для этого я слишком себя любил, и это было как-то жестоко. Прислонившись к стене, я закрыл глаза. Ебаный мальчишка. Когда-нибудь он допрыгается. Once I ran to you Now I'll run from you Взмах волосами, изгибающееся в темп музыки тело. Этот чертов живот, целиком открытый, и влажный. Да он весь мокрый. Похоже, у меня появился новый фетиш. This tainted love you've given I give you all a boy could give you Take my tears and that's not nearly all Движение бедрами, снова головой. Широко расставленные стройные ноги. Наклон. Задница в непозволительно обтягивающих штанах. Tainted love Tainted love Язык, облизывающий пересохшие губы, затуманенный взгляд. Алкоголь действует на всех - раскрепощает. И оказывается, за шкуркой скромного Котика скрывается ходячий секс... Touch me baby, tainted love Я просто ненавижу свое сознание. Оно определенно против меня. Рука сама тянется к члену. Пара движений ладонью, и я кончаю, как шестнадцатилетний подросток. Не жизнь, а сплошной пиздец. В итоге доползая до какой-то кровати из двух, я просто падаю мордой в подушку и мечтаю только об одном - завтра нихуя не помнить.