Broken and wild

POV Кот

Мое пробуждение было не из лучших, прямо скажем. Мало того, что от похмелья просто раскалывалась голова и проще, казалось, будет умереть, чем встать с дивана, на котором кроме меня спал еще и Скинни, закинув ногу на меня, так еще и чувствовал себя, будто с простудой неделю хожу. Приложив руку ко лбу, я поморщился. Нужно найти обезболивающее, и причем срочно. Попытки пошевелиться и вылезти из-под упитого в хлам Кангура не увенчались успехом, поэтому я решил просто ничего не делать и ждать, когда же меня спасут. Горло пересохло и дико саднило, нуждаясь, как минимум, в канистре ледяной воды. Вспоминая события вчерашней ночи, мне об стенку убиться хотелось. Стриптиз на столе? Серьезно? Да я был хуже этих шлюх, которых они притащили. Кинув взгляд вниз, я увидел завязанную выше пупка рубашку и тут же развязал узел. Черт. Что же там еще было? Вдруг меня передернуло, вспомнив, как я упал на Випа с Оле и… - Блядь! – Заорал я и дернулся, от чего Йонас тоже вскочил, как перепуганный, сначала непонимающе, а потом злобно на меня уставившись. Воспользовавшись моментом, я, ничего не объясняя, свалил в ванную как можно скорее и закрыл дверь. Оперевшись на умывальник, я посмотрел на свое отражение в зеркале и скривился. Ну хуже шлюхи, честное слово! Он что, серьезно так и сказал? В голове очень отчетливо стояла вчерашняя картина, и деться от нее я никуда не мог. Вчера я не придал значения этой фразе Берга, но сегодня она плотно засела в моем мозгу и крутилась почти на повторе. Было одновременно обидно и неуютно от этих слов. Зачем он вообще это делает!? Сначала отталкивает, а потом притягивает, заставляя поверить, что ему на меня не наплевать, а потом все начинается с начала. Я уже чуть ли не рыдал над раковиной, когда в дверь требовательно постучали. - Ты там умер, что ли? – недовольный Скинни, видимо, уже давно ждет, пока я наконец освобожу туалет. – Не тебе одному поссать приспичило, так что, выметайся живее. – Нехотя я открыл дверь и вышел. Нужно бы сваливать в наш номер, но ключ был у Омана, потому что свой я брать не стал. Черт, вот я опять хочу сбежать, как и в прошлый раз. Ну ничего. На завтрак вот, например, схожу. Всяко лучше, чем тут сидеть, и похуй, что я похож на мертвую шлюху. Когда я уже всерьез настроился убраться отсюда и уже стоял в дверях, меня догнал знакомый голос, заставляя вздрогнуть: - Куда-то собрался? – я медленно и нехотя повернул голову. Не хотелось смотреть ему в глаза. Но Андреас выглядел так, будто вчера ничего и не было, и это не он обещал выебать меня, если не свалю нахуй. Сонно зевая, он потягивался и морщился явно от головной боли, все еще ожидая ответа. Да какая ему разница вообще!? - А что? – лучшее, что я смог из себя выдавить. - Я нихуя не помню, - он почесал затылок. - Что вчера было? – мои глаза навыкат Берг явно не заметил. Нихуя себе! Нихуя себе!!! Как же надо было упиться и обкуриться, чтобы ничего не помнить? Да пиздит он все, конечно, помнит, просто не хочет обострять конфликт, вот и все. - Ничего такого… - пробурчал я себе под нос. Раз он не хочет это все вспоминать, то и не надо. Я тоже не горю желанием, если уж на то пошло. Но свалить отсюда я все еще намеривался, поэтому сделал решительный шаг к двери. - Блять, подожди, - замахал руками он, пытаясь меня остановить, и выглядел он очень растерянным. Да чего еще ему надо от меня!? Подняв на него уставший взгляд, ничего толком не выражающий, я стал ждать, что же он скажет мне на этот раз. - Это... – Вип замялся, - если я чем-то обидел тебя вчера, извини. В таком состоянии я себя вообще не контролирую. Не скрывая своего удивления и шока, я чуть ли не с открытым ртом на него уставился. Ничего себе. Он правда не помнит? Интересно, это тот случай, когда в пьяном виде ты говоришь все то, чего никогда не скажешь в трезвом? - Да ничего... проехали уже, - попытался отмахнуться я. - Я правда не помню. Надеюсь, я не натворил какой-нибудь хуйни... - Андреас оглянулся, - ты уходишь? Подумав минуту, я все же сказал: - Нет... Уже нет, - да ладно, человек просто напился, с кем не бывает, - я понимаю, все нормально, говорю же, - принялся успокаивать его я, закрывая дверь. - Надо разбудить всех. Помоги мне, - бросил он и пошел в спальню Кошмара. - Нодтвейдт, свет очей моих, просыпайся, - Берг забрался на друга сверху и принялся тормошить, - встава-а-а-а-ай! – Но Найт никак не хотел просыпаться, пытаясь скинуть Андреаса с себя, он отвернул голову и уткнулся в подушку. – Ну, не хочешь по-хорошему, - с этими словами он наклонился к шее Эмиля, слегка прикусывая кожу, от чего парня передернуло, и он моментально открыл глаза, а Андреас победно улыбнулся. - Нельзя трогать мою шею, ты же знаешь, - потирая место укуса, начал возмущаться он. Я же в этот момент стоял возле кровати Оле и наблюдал за ними с широко распахнутыми глазами. Где-то внутри я почувствовал мимолетный, но очень острый укол ревности. Что за херня? Какого черта бы мне ревновать? Они же друзья… Да и вообще! Какая мне разница? Наверное, во время всего этого внутреннего диалога эмоции на моем лице менялись с удивительной скоростью, а потом я почувствовал на запястье сильную хватку, и рука Омана рывком притянула меня к себе. - Ну-ну, не ревнуй, - протянул он, потягиваясь на кровати, - лучше иди сюда, - Оле потянул меня за руку на себя, видимо, совершенно забыв, что он и так тут с девушкой, и мы все втроем тут просто не поместимся. Не успел я начать возмущаться, что, мол, не ревную я, и мне вообще нет до всего этого дела, как оказался сверху на нашем барабанщике, упираясь руками в подушку. - Оман, отъебись от Кота. И вообще, поднимай свою задницу с кровати, нам собираться нужно. Скоро выезжать, - рявкнул вдруг Берг, вызывая на лице Оле блаженную улыбку. - Какие все ревнивые, Боже мой, - беззаботно бросил он, а я осторожно слез с него, - прости, Котик, не сегодня, - и, лениво выбравшись из-под одеяла, Оле направился на выход из комнаты.

POV Вип

Что? Я ревную? Что этот придурок себе там вообразил? Тоже мне, психолог ебаный... Нам действительно нужно собираться. Я бездумно пялился в спину Коту, который тем временем пытался разбудить одну из девушек. Точно, у нас же были девушки... Я перевел взгляд на кровать Эмиля. Сам Кошмар подскочил, стоило мне добраться до его главной эрогенной зоны - шеи. Каждый раз работает. Я разбудил его подругу на ночь, любезно собрав по полу ее одежду, и со словами "дамы, вам пора нас покинуть, дела ждут" выпроводил обеих нахуй отсюда. Я могу быть обходительным, если захочу. Все наконец разбрелись по своим номерам, и я смог спокойно принять душ. Теплые струи воды приводили меня в чувство, словно промывая мозг. А что, блять, вчера было все-таки? Как-то лохматый странно отреагировал на слова о том, что я не помню ничего. Надеюсь, я не стал к нему лезть, или что-то вроде того. Было бы мерзко потом самому от себя. Вообще, черт меня дернул нажраться с ним в одном помещении. Да вообще, в одном здании даже! Блять. Обычно меня контролировал Найт, но, судя по тому, где я его сегодня нашел, вчера ему было явно не до меня. Самостоятельный, блять, взрослый человек... Ага...Хера с два. Пока я собирал свои вещи по комнатам, Эмиль, как заботливая мамочка, сделал чай. Впрочем, кроме него, у меня практически никого и не было. Он мне был и за мамочку, и за папочку, и за друга, и за девушку. Что бы я без него делал? - Слушай, что вчера было? Ты что-нибудь помнишь? - я устроился на диване, замотавшись в одеяло. Окна все были открыты, чтобы из комнат исчез настойчивый запах перегара. - Ну... Мы вроде как танцевали вальс. Кот зажигал на столе под Мэнсона... Потом Йонас привел девушек, дальше я не знаю, что вы делали. Блять... Ну что мы танцевали, я не удивлен. Так не умею, зато по пьяни компенсирую это сполна. А вот Кот... Да еще и на столе. Любопытное, должно быть, зрелище. - На столе? - Ну да. Никто, по-моему, не ожидал этого, - Найт усмехнулся, - но это было...ммм... горячо. В этот момент я серьезно пожалел, что нихуя не помню. ~ Вдохновение всегда приходит неожиданно. Меня оно на этот раз разбудило посреди ночи, заставило оторваться от теплой кровати, и сесть писать очередную песню. С закрытыми глазами водя карандашом по бумаге, я пытался поймать нужный образ. Что-нибудь, что бы дало толчок, заставив думать в каком-то направлении. Снова некстати в мыслях всплыл лохматый. Да блять. По ночам я не способен сопротивляться своему сознанию. Вообще. Никак. Ладно, к черту. Обреченно вздохнув, я поддался этому, и слова полились сами собой. Your lips are like morphine And your eyes are deceit The make-up runs down into The bullet wound in your cheek Концерт.. вспышки огней вокруг. Все те незабываемые эмоций, которыми, как волной, накрывает целиком и без остатка. Каждый раз - новые. Сможет ли мальчишка справиться с тем, чем музыка наполнит его? Справиться с тьмой внутри себя? There's a secret I can share now Just don't tell And is all about lust There's a world I can show now Just don't cry A black planet of rust Will this hand destroy you? Переведя взгляд на мирно спящего Кота, я снова вздохнул. Как бы я не убеждал себя в обратном, он был красив. Очень красив. И притягателен. И с каждым днем с этим было сложнее бороться. Игнорировать. Эта наивность вперемешку с врожденной сексуальностью сбивала с толку. А когда твоя вторая сущность просто требует этого мальчишку... Venus in arms I'll strip you off In the flood of the light Venus in arms You'll taste the dark Yet so innocent white... Я не хочу в это впутываться. Совершенно. Слишком не хочу. И именно поэтому среди ночи строчу стихи, как ебанутый придурок. С другой стороны, если все это не вытащить наружу, оно сгрызет меня изнутри. Так, может, хоть польза будет какая-то. Your tongue taste like strychnine And your long hair is torn The fancy wings are broken And a black star is born Просто убейте меня.

***

И вот, опять автобус. Следующая остановка в Финляндии, и после ночи тряски в автобусе я был просто как выжатый лимон. Меня укачало и совершенно не хотелось есть. Все остальные тоже были не в лучшей форме. Бон и Скинни, напившись пива со скуки, здорово им траванулись, и нам пришлось даже останавливаться, чтобы их не укачало еще больше. Андреас весь день сидел на кровати, записывая что-то в своем блокноте. Что-то не видел я, чтобы он раньше там что-то писал или вообще пользовался блокнотом, и меня сжирало любопытство, что же он там пишет. Или рисует. А может, это какого-то рода личный дневник. Одним словом, было бы очень познавательно туда заглянуть. Когда ехать оставалось приблизительно полпути, мне вдруг стало так скучно, что я просто лазил по автобусу и ныл о том, как я умираю от скуки. Да, согласен, совсем по-детски, но что поделать? - Да прекрати ты уже слоняться взад-вперед! – Зашипел на меня Кошмар, когда я в очередной раз проплыл от кухни до своей кровати и обратно, как фантом, напоминающий всем о том, что нам еще полдня трястись в этом чертовом автобусе. Наконец, прихватив из холодильника банку колы, я спикировал на свою кровать и угомонился. Черт, надо было хоть почитать чего прихватить из дома. - Давайте, может, хоть в карты поиграем? - не выдержав, взмолился я, - ну ску-у-у-у-учно! – Но на меня только кинули снисходительный взгляд а-ля угомонись, ребенок. Через десять минут наблюдения за потолком я услышал, как Найт просит Берга отойти с ним на кухню, чтобы что-то обсудить. Что-то, должно быть, очень «важное», раз этого нельзя было сделать в моем присутствии. Через пять минут после их ухода я сменил положение и теперь лежал на животе, пялясь в стенку. Кстати говоря, Берг опять вернулся к своей этой излюбленной манере общения со мной. А именно, он решил не замечать меня. Снова. Тяжело вздохнув, я в очередной раз задал себе вопрос о том, где же я успел перейти ему дорогу, и перевернулся обратно на спину. Ску-ка! Я, кажется, уже начал медленно покрываться пылью, когда на глаза попался тот самый блокнот, заглянуть в который было моей целью на протяжении всего дня. Черт, а вдруг там что-то личное? Я же не должен лезть в его личную жизнь, да и вообще, будет неловко, если он меня застанет за просматриванием его блокнота. А с другой стороны, любопытство сжигало меня изнутри, так что, потратив еще минут пять на выяснение, что такое «хорошо», а что такое «плохо», я встал и подошел к кровати Андреаса. Вроде, обычный блокнот, ничего такого тайного я в нем не заметил. Может, человек туда важные рабочие детали записывает, но как только я открыл его, то понял, что это вовсе не так. Внутри все листы были исписаны стихами. Начиная с первой страницы. И не просто стихами. Это были наши песни. Черт, он в нем песни пишет! Скуку сразу как рукой сняло, и я начал быстро пролистывать то, что уже знал. Он сто процентов писал в нем сегодня, значит, придумал что-то новое, а я был слишком любопытным, чтобы после такого открытия просто взять и отложить несчастную тетрадь в сторону. Наконец я добрался до последней страницы: Your lips are like morphine And your eyes are deceit The make-up runs down into The bullet wound in your cheek Потрясающе. Просто потрясающе. Я потонул в этих строчках, потому что действительно считал то, что он пишет, шедевральным. There's a secret I can share now Just don't tell And is all about lust There's a world I can show now Just don't cry A black planet of rust Дочитать я не успел, почувствовав чужое дыхание прямо рядом со своей шеей. Так зачитался, что и не заметил, как автор стихов, которые я нелегально читал, просто подкрался ко мне сзади и был явно не в восторге от того, что тут увидел. - Ну и какого хера ты делаешь? – почти прошептал он мне на ухо слишком уж спокойным тоном, все еще не отстранившись, а я, признаться честно, испугался так, что будто окаменел. Только и смог, что повернуть голову в его сторону, чтобы хотя бы глазами сказать что-то вроде «я не специально», потому что слова не хотели формироваться из потока мыслей. - Еще хоть раз я увижу, что ты суешь свой нос куда не следует... - скользнув рукой вверх, он запустил пальцы в мои волосы и резко притянул мою голову к себе, - и ты пожалеешь, что родился на свет, - я только молча кивнул. Одно мгновение, и он ослабил хватку, отпуская меня, изящным движением вытащил из моих рук блокнот и ушел в сторону кухни, а я до сих пор не мог пошевелиться. Во-первых, жутко стыдно. Мне не стоило этого делать. Совсем не стоило. Во-вторых, дико обидно. Не знаю, в чем причина, но лучше бы он скандал устроил и орал на весь автобус, чем этот тихий голос, шепчущий прямо мне на ухо. Эта ситуация заставила меня чувствовать себя прям как вчера ночью, когда он сказал, что выебет меня. И в-третьих, о ком, черт возьми, этот текст? Губы, глаза, макияж… Черт, да меня не должно это волновать, но все же почему-то волнует. Да под сюжет этой песни попадает кто угодно, причем, не важно, какого он пола. Хотя, это последнее, о чем теперь стоит беспокоиться. Я схватился за голову. Черт. Он меня теперь ненавидит. Если раньше Андреас Берг меня просто не переносил, то сейчас он меня не-на-ви-дит! Очень медленно, будто в тумане, я слез с его кровати и переполз на свою. Сейчас хотелось забиться нахуй в какой-нибудь темный угол и не вылезать оттуда, до того мне было стыдно. Блядь, ну и какого хуя мне теперь делать? Извиниться? Будто бы это поможет. И еще этот текст… Да какого ж черта он не дает мне покоя!? Может быть, он писал про Найта. Ну да, все сходится, они постоянно куда-то вместе уходят, у них какие-то секреты, и еще эта сцена сегодня утром… Эмиль знает его дольше всех и лучше всех, к тому же, они отлично ладят. Я бы тоже в такого влюбился и посвящал бы ему душещипательные стихи, даже плевать, какого он пола. Действительно, какое это имеет значение, если человек просто твой?

***

Я был зол. Нет, не так. Я был нахуй в бешенстве! Какого хуя?! Он что, действительно считает себя бессмертным? Так я его разочарую! Пара нажатий в определенные точки, и он отправится в свой кошачий рай, греть шкурку на солнышке. Я с детства просто не выносил, когда трогают мои вещи. После фраз вроде "тут нет ничего твоего", "купишь на свои деньги, когда вырастешь - будет твое" и т. д, это была невероятно болезненная тема. Что-то брать разрешалось только Эмилю, и то, в именно личное он никогда не лез. Может быть, потому что он не восемнадцатилетний долбоеб? Блять. Мне срочно нужно было на чем-нибудь выместить эмоции, чтобы не поддаться искушению и не свернуть мальчишке шею. Не выдержав, я буквально заставил водителя остановить автобус, и вывалился наружу. Что-нибудь, ну же! Шипя и матерясь сквозь сжатые зубы, я побрел к ближайшему дереву. Я спокоен! Удар. Я, блять, спокоен! Удар. Он не заслуживает, чтобы его убили, он просто придурок и нихуя не знает. Удар. Хоть правила ему пиши, сука, для общения со мной. Удар. Бесит, бесит, бесит!!! Удар. Удар. Удар. Ненавижу! Фух. Выпустив пар, я судорожно вздохнул и оглядел свои ладони. Как обычно, разъебал до мяса. Ладно, не страшно. После стольких лет жизни с самим собой и своей неустойчивой психикой, я к этому уже привык. Сейчас вернусь, Кошмар, как обычно молча мне их поправит, и все будет нормально. Главное, чтобы этот любопытный пизденыш ближайшие пару часов не попадался мне на глаза. Блять, ну почему нужно обязательно меня доводить? У меня на лбу написана просьба, что ли? Что я в этом неистово нуждаюсь? Пиздец.

***

Когда автобус вдруг резко затормозил, я даже подумал, что надо мной сжалились высшие силы, и мы наконец приехали, но, выглянув, я увидел только вылетающего из него злющего Випа, и прикусил от волнения губу. Черт, кажется, я его окончательно довел, и простым «извини» тут не отделаешься. По истечению десяти минут, наверное, выпустив пары, он вернулся. Вернулся, с окровавленными, разодранными чуть ли не до костей руками. К такому зрелищу меня жизнь не готовила, и я даже прикрыл рот рукой. Впервые вижу такого раздражительного человека. Блядь, он меня ненавидит, ненавидит, ненавидит! Хуже всего было от того, что я очень отчетливо чувствовал свою вину. И, конечно, угадайте, кто тут же заботливо вырос перед ним, молча взял его руки в свои и стал бережно осматривать? Ну, конечно же, Найт. Вся эта немая сцена, за которой я, надеюсь, незаметно наблюдал, только подтверждала мою догадку о том, кому же посвящены стихи из блокнота. Эмиль молча покачал головой и потащил Андреаса куда-то к столу, а сам, наверное, пошел за аптечкой. Я глубоко вздохнул. Мало того, что доставляю всем одни проблемы с первого дня своего появления, так еще и считаю уместным эту беспочвенную ревность. Чувство стыда вперемешку с горьким осознанием правды давали в совокупности бешеный микс, от которого хотелось рыдать, напиться, уснуть и не просыпаться, да что угодно, только бы не находиться сейчас здесь на этой гребанной кровати и не кусать свои ногти чуть ли не до мяса. Вот что я ему скажу? Прости, что влез в твои вещи, хоть я тебе никто вообще и звать меня никак, конечно, я не Эмиль, вообще сравнивать нас с ним – самое тупое, что могло прийти в голову… Нет! Опять меня не туда несет. Что же делать-то теперь? Вдруг, (очень вовремя, конечно), откуда-то появились измученные отравлением и долгой дорогой Оле и Йонас, тут же почуявшие запах свежих сплетен. - Так, так, так, что тут у нас случилось? – Кангур подсел к мрачному как туча Андреасу, и стал внимательно изучать его руки. На его месте я бы этого не делал, но, увы, я далеко не на его месте. - Отъебись, - недовольно бросил Берг. Было видно, как он не хочет ни с кем говорить, поэтому Скинни только картинно надулся, сказав: - Пойдем, Оман, нам тут не рады. Оставим этих голубков наедине, - и парни снова скрылись где-то в другом конце автобуса. - Ну и что он на этот раз тебе сделал? – снисходительным тоном спросил Найт. - Залез в тетрадь со стихами, - пренебрежительно произнес Вип, тяжело вздыхая. - Ууу… понятно все, - понимающе протянул Найт. Странно, но он вовсе не казался удивленным или шокированным. Похоже, такие припадки у них тут в порядке вещей. Я бы точно не смог быть таким спокойным при виде подобного. Наверное, именно поэтому Кошмар – его лучший друг. А может быть, и больше, чем друг. Потом, судя по звукам, он уже начал что-то делать с его руками, потому что Берг громко матерился на шипящую жидкость и орал, как его все заебало. Закончив возиться с его разбитыми костяшками, Эмиль спросил: - И где он сейчас? - Хуй знает. Надеюсь, там, где я его не увижу ближайшее время. - Андреас набрал в легкие побольше воздуха, - скажи мне, нахуя мы его взяли? Я же говорил, ничем хорошим это не закончится, - Эмиль глубоко вздохнул, так, что даже я это услышал, ну а что до меня, то к горлу подступил ком и на глаза даже навернулись слезы, которые я быстро смахнул. Неужели, из-за какого-то дурацкого блокнота можно было так распсиховаться? Конечно же, нет, все дело не в блокноте, а во мне! С самого начала он только и ищет повод, чтобы избавиться от меня. Уж не знаю, чем я так ему помешал, может быть, слишком молодой для них, и Берг считал, что мне место в группках местного масштаба, я не знаю! Но факт того, что видеть он меня здесь не хотел, оставался неизменным и стопроцентным.

***

В наушниках играют 3 Doors Down, за окном серо и идет дождь, барабаня по стеклу. Автобус наконец-то едет по ровному асфальту, и меня почти не раздражает тряска. Я лежу на кровати Эмиля, как можно дальше от своей. Лечу карму. Кошмар сидит где-то рядом, читает книгу, я его не вижу, только чувствую руку, рассеянно перебирающую мои волосы. Я как будто вернулся на десять лет назад. Умиротворение и спокойствие. Расслабленность. Мне так этого не хватает в повседневной жизни. Одни нервы, нервы, ебаные нервы. И человек, у которого мозг всегда побеждает чувства - именно то, что мне нужно, что мне необходимо, чтобы нормально существовать. Зевнув, я закрыл глаза. Если постараться, можно представить, что я сейчас не в чертовом автобусе, а где-нибудь в Лондоне. Всегда хотел там пожить, хотя бы немного. В какой-нибудь небольшой квартире, больше похожей на чердак. И никаких нахуй проблем. Закрылся бы там с запасами еды, алкоголя и сигарет, и написал бы песен на новый альбом. Потом ко мне приехал бы Найт, мы бы нахуярились уже вместе с ним, и он написал бы музыку. Надо когда-нибудь так и сделать. Почему бы и нет. Нужно было это озвучить. - Найт, - позвал я, вытащив наушник. - М? - Давай уедем в Лондон бухать и писать альбом. Это будет шедевр, я тебе отвечаю. - Уедем. Потом. А теперь спи, рок-звезда. Скоро приедем уже.

***

Как только автобус остановился возле очередного отеля, я уже точно знал, куда и с какой целью я свалю. Вряд ли меня будет кто-то останавливать. Сейчас, после того, как Вип рассказал уже, стопроцентно, всем, что я сделал, они будут только рады, я уверен, если я исчезну на пару часов, а кое-кто был бы очень рад, если бы я исчез даже навсегда из их жизни. Народ стал выгружать вещи из отдела для багажа, после чего все направились ко входу в отель. Я плелся позади всех, в нужный момент очень удачно завернув за угол. Черт, я хоть взял кошелек? Пошарив по карманам, все же убедился, что взял. В куртке даже нашлись сигареты, вот это повезло! Говоря откровенно, понятия не имел, куда мне теперь тащиться. Я только записал название отеля куда-то в телефон, потому что, зная себя, я могу потеряться, как нехуй делать. Хотя, может, это было бы и к лучшему. Как я себя чувствовал теперь, свободный и независимый? Хуево. Чувство вины усиливалось с каждым кварталом, что оставался позади, а тем временем вокруг сгущалась темнота. Странно так, вроде, соседняя страна, а прохладней и темнеет быстрее. В северных странах вообще лета почти не чувствуешь. Я натянул кожаную куртку посильнее и застегнул до верха. Хотелось найти какой-нибудь тихий бар и просидеть там всю ночь. Грубо говоря, повторить свой день рождения, а на утро вернуться, и чтобы моего отсутствия даже не заметили. Или же, вообще исчезнуть. Ну, взять и не придти обратно. Я уже совершеннолетний, а значит, ответственности за меня никто из них не понесет. На самом деле, мне было жутко обидно. Ну, вот что я ему сделал? И что такого я прочитал в этом блокноте? Ну, подумаешь, песня. Все равно ее потом услышат десятки тысяч людей, так и в чем проблема? Зачем было так психовать!? Поглощенный своими грустными мыслями, я и не заметил, как свернул с тротуара, и перед глазами уже не мелькают пестрые вывески магазинов. Я оказался в темном переулке между домами-свечками, и, оглянувшись, не увидел тут ни одной живой души. Паника плотным кольцом обхватила мое горло, и стало сложно дышать. Так, спокойно. Вдох, выдох. Вот именно такие моменты я ненавижу. Сразу начинаешь жалеть обо всех своих действиях, которые привели тебя в такую ситуацию. Начиная чуть ли не с дня прослушивания. Ненавижу паниковать, но что тут сделаешь? Так, тихо, тебе надо собраться и вспомнить, как ты вообще тут оказался. По-моему, я пришел вон от… Внезапно в мое поле зрения попали трое парней, которые шли со стороны домов. Забыв обо всех мерах предосторожности, я обрадовался уже тому, что встретил людей, и тут же кинулся в их сторону.

***

Очередной отель. Очередные номера, чемоданы с барахлом, какие-то сумки, еще что-то там. Я так устал, что почти ничего не соображал. Мне было насрать на все, и хотелось лишь уже оказаться наконец в кровати, которая, сука, не движется, и вырубиться. Скорее. Мягкие подушки, теплое одеяло, блаженный сон. Голубая мечта идиота просто. Или музыканта в туре. Эмиль с Йонасом разбирались на ресепшене, а мы с Оманом залипали, полулежа друг на друге. Я витал где-то между гранью сна и реальности, словно в трансе, периодически отключаясь. Сука, полноценный сон нам только снится... От Оле разило как от алкогольно-табачного отдела, и он был жутко костлявым, но сил подняться у меня не было. И так неплохо, собственно. Я зевнул и приоткрыл один глаз. Так, стоп. Чего-то не хватает. Или кого-то... Кое-как я пересчитал всех присутствующих. Где лохматый? - А где Кот? - парни наконец вернулись от стойки с ключами. - Я не знаю, - пробурчал я, снова закрывая глаза, - погулять пошел, наверное. Мне было глубоко плевать, куда он там делся. Я убедил в этом сам себя и расслабился. Погуляет и вернется. Уже не маленький. - После того, что ты устроил там, я не удивлен, он же запуган до чертиков. Берг, - тягучий голос Кангура знатно действовал мне на нервы. Что всем от меня надо? Заебали. Берг то, Берг это! Я, будто, блять, виноват во всех смертных грехах! - Поебать. Прибежит обратно, как нагуляется. Укор Кошмара я чувствовал даже с закрытыми глазами. Ну вот сам иди его и ищи, мамочка заботливая. - Ладно, вы тогда идете в номер. Вдвоем. Йонас, ты куда? - Я пожалуй, повторю с нашим тур-менеджером. С ним было весело в прошлый раз, - Скинни сразу забыл про трах моего мозга и, заполучив ключи, тут же скрылся, судя по шагам. Я с неохотой разлепил глаза и перехватил взгляд Найта, смотревшего на меня в упор. - Я буду в номере с Котом. И если к ночи он не вернется, я разбужу тебя и ты пойдешь его искать, ты меня понял? Безумно хотелось послать его нахуй, но препираться с Кошмаром не имело смысла, поэтому я просто вздохнул, соглашаясь, и поймал ключи, в меня летящие. Теперь нужно было найти остатки сил, чтобы поднять свою задницу с дивана, и разбудить Бона, который вырубился окончательно просто. Вот мудак. Это нечестно. Он должен страдать со мной! - Вставай, Оман, блять, - я протянул ему на ухо, - пошли в номер. Он недовольно зашевелился и с трудом открыл глаза, явно не понимая, где находится. Мозг загрузился через одну, две, три... - Берг? Ох, я с тобой что ли? А где Эрик? Ох, не нравятся мне твои "подкаты", Оман, ох, не нравятся... Теперь за педофилию посадить могут и тебя. - Гуляет, - я поморщился, - надеюсь, ты не разочарован, что будешь ночевать со мной, а не с ним? - Расслабься, Отелло, - Бон хмыкнул, - и пошли спать, вырубает, пиздец просто. Я не мог с ним не согласиться. Последняя здравая мысль перед тем, как меня вырубило, была с надеждой, что лохматый пизденыш все-таки вернется целый и невредимый.

***

- Извините, - бодрым голосом начал я, - не подскажите, как выйти на главную улицу? – парни окинули меня далеко не дружелюбным взглядом, будто оценивая ситуацию. Одеты они были как-то уж слишком неряшливо и выглядели агрессивно, а до меня вдруг дошло, что я одет слишком уж, как пидор. - Э, пацан, ты че такой бодрый? – ощущая себя «королями района», трое гопарей с пропитыми мордами стали переговариваться и посмеиваться. - Эм, что? - я уже тысячу раз пожалел, что не подумал головой раньше. - В чем твоя проблема, э? Отбился от стаи пидоров? - Да я не... - тут один из них стал подходить ближе, а я попятился. Ну блядь! Рассказывать им, что я восходящая рок-звезда точно будет лишним. И бесполезным. - Слышь, ты куда пошел-то? Мы тя проводим, - тот, что был настроен враждебнее всех, вдруг схватил меня за ворот и чуть приподнял, а я даже не знал, что мне теперь делать. Силу с ними применять точно не будет эффективным решением проблемы. - Слушайте, вы не так все поняли, я не по этим делам... - хотя, весь мой вид говорил совершенно об обратном. Даже без макияжа я выглядел явно не как типичный парень. - Да, да, цыпочка, сказки будешь своему ебарю рассказывать. А может, нам тебя по кругу пустить? М? - Я нервно сглотнул. Вот такого я точно не ожидал. В голове пронеслись самые ужасные и мерзкие мысли, и я поморщился от отвращения. Крепко держа меня за ворот куртки, этот ублюдок улыбался и переглядывался со своими дружками, которые очень загорелись подброшенной им идеей, а я уже даже был готов кричать, но только я будто онемел от страха. Это самое ужасное, что может случиться, и неужели, сейчас это сделают со мной? Я уже думал, что мне пришел пиздец, но как только его мерзкие руки коснулись моей голой кожи где-то под майкой, я будто очнулся. Со всей силы ударив это уебище между ног коленом, я побежал в неизвестном направлении. От страха в голове вдруг всплыл маршрут, по которому я дошел в этот ебаный переулок, и я бежал, бежал, бежал, пока не увидел светящуюся вывеску какого-то супермаркета, а остановился, только влетев во внутрь. Пара человек, которые были в этот момент в супермаркете, с удивлением смотрели на то, как я не могу отдышаться, и испуганным взглядом всматриваюсь в темноту переулка, из которого только что выбежал. Я все ждал, что они погонятся за мной, но никто не появился спустя десять минут, никто не показался оттуда даже через двадцать минут, а мое сердце все еще было готово пробить грудную клетку. Через еще какое-то время ко мне подошел продавец и попытался выяснить, когда я соизволю съебаться, а я чуть не отлетел на другой конец зала, когда он внезапно подошел ко мне. - Где у вас бух… спиртное? - За молочкой, - недовольно отозвался он и зашаркал обратно к кассе. Мне. Срочно. Нужно. Выпить! Что со мной вообще только что произошло? Чуть не потерялся в незнакомом городе? Чуть не был изнасилован какими-то гопарями? Я в адеквате вообще, или нет? Так, что у них тут есть покрепче… Выцепив с прилавка бутылку «Джека Дениелса», я молча поставил ее перед недовольным продавцом, который даже не стал спрашивать мой паспорт. Так сильно хотел, чтобы я уже убрался. А вот с выходом он поторопился. Как только я подошел к двери, меня тут же проняла дикая дрожь и страх перед темнотой, которая была снаружи. «Это пиздец», - пронеслось в голове. Я поспешно открыл бутылку и сделал два больших глотка. Да, нажраться в такой момент – лучшее, что пришло тебе в голову. Молодец, придурок! Я уже думал, что придется заночевать в чертовом супермаркете, как прям ко входу подъехало такси, из которого, шатаясь, вышла пара полупьяных девушек. Тут же сложив два и два, я подбежал к машине, не долго думая, запрыгнув в нее. Водитель удивленно посмотрел в зеркало. - В отель «Хилтон», - скомандовал я. Он хотел что-то возразить, но я уже расположился на заднем сидении, сбираясь напиться прям тут. Я вливал в себя алкоголь без остановок, пока мы проезжали центр города, красивые здания, все эти светящиеся неонами ночные клубы и бары. Адреналин бурлил в крови, делая действие алкоголя еще более сильным. Таксист попытался завести со мной разговор, но я только мычал в ответ на его вопросы. Все, что ему удалось узнать, так это то, что я «турист» и потерялся. К концу поездки я выпил уже половину бутылки, и меня немного укачало. Сунув таксисту десять евро, не дождавшись сдачи, я вывалился из его машины и, слегка пошатываясь, направился ко входу в отель. Судя по пейзажу, я приехал туда. - Где остановилась группа Deathstars? – заплетающимся языком спросил я у менеджера. - Молодой человек, мы не можем давать вам такую информацию. Музыканты не хотят видеть здесь никаких фанатов, вообще не понимаю, как вы узнали о том, что они тут остановились, - чуть ли не шепотом говорил слегка напуганный парень, - и вы пьяны. Пожалуйста, покиньте отель, иначе… - Да я один из этих музыкантов, придурок, можешь проверить, Эрик Бакман, - с этими словами я сунул ему свой паспорт, и в течении нескольких минут лицо этого, судя по его бейджику, Лэйсса менялось весьма выразительно. - О… - это все, что ты можешь сказать? Серьезно? – Я прошу прощения! – Засуетился он, протягивая мне обратно паспорт и ключ, - нам сказали, что вы можете подойти позже, поэтому, вот ваш ключ, номер двести сорок шесть, пожалуйста, наслаждайтесь нашим отелем… - что он там дальше лепетал, я не посчитал нужным слушать. У меня в руках была еще бутылка виски и целая ночь впереди.

***

Я же говорил, что за этого лохматого идиота не стоило волноваться. Ну, или стоило... Только я устроился в номере Кошмара, наконец, как белый человек... На диване, поспавший, после душа, с кружкой чая в руках... Это, видимо, было слишком классно, потому что входная дверь открылась и в номер упал Кот. Просто ввалился, рухнув на пол. Бухой в абсолютное говно. И какой-то странный. С абсолютно каменным лицом, он с трудом поднялся обратно на ноги, держась за стену, закрыл дверь. Разулся. Так же по стене прошел, опасно шатаясь, в комнату. Опустился на четвереньки, видимо, для надежности, и дополз до свободной кровати. Я смотрел на происходящее просто в полном ахуе, не понимая, как можно так нажраться, и что, блять, произошло. Хоть я не всегда мог похвастаться ей, но сейчас моя логика сломалась нахуй. Найт, очевидно, был со мной солидарен. - Че за хуйня? - мой рот, как всегда, взял на себя инициативу в общении. Кот не среагировал. То есть, вообще. Никак. Лишь мимолетное удивление проскользнуло на лице при взгляде на чай и печенье, стоящее на диване. Ну да, музыканты тоже люди. Будто вместо бухла мы не можем пить сок или чай. Затем лохматый, очень решительно настроенный, решил, видимо, закончить то, что начал. А именно - упиться до потери пульса и откинуть копыта прямо здесь, в их с Найтом номере. Вот это я понимаю, цель в жизни. Не хухры-мухры. Блять, какой же он придурок. Однако у Эмиля были другие планы на этот счет. Подойдя к кошачьей тушке, бревном валяющейся на кровати, он выхватил полупустую бутылку из чужих рук. Мальчишка протестующе замычал. Ага, мычи сильнее. Он даже у меня бутылки отбирает, когда считает, что мне уже достаточно. - Отдай сюда это дерьмо, - Кошмар поморщился и отправил бутылку в мусорное ведро. Вздохнул и посмотрел на меня. Я пожал плечами. И что делать с этим горе-пьяницей? - Найт, - до меня снова донесся осипший голос и невнятное бормотание. Что он, блять, пытается сказать? Еще и на ноги хочет подняться, посмотрите-ка. Герой. Делать два дела сразу на такую пьяную голову... Юлий Цезарь ебаный. Я все еще не мог понять, какие эмоции у меня вызывала вся эта картина. В голове крутилось только "это полный пиздец". И больше ничего. - А ну-ка... отдай! - Лохматому все же удалось подняться на ноги, и, шатаясь, он подошел к мусорному ведру. Нет, он что, серьезно? Ебать... Видимо, так сильно хотелось нажраться. Я уже чуял, чем закончится этот трюк, поэтому подошел ближе. Раз, два, три, пьяный Кот на Берга упади... ага... Долбоеб. Вздохнув, я удержал тщетно падающую тушу Кота, которая в пьяном виде сделалась в несколько раз тяжелее. Дотащил до кровати, уложил обратно, усевшись рядом, и сцепив ему руки над головой. - Ну, и что нам с этим делать? - обратился я к другу. На мальчишку я даже не смотрел. Найт открыл рот, чтобы ответить, как опять раздалось: - Отвалите от меня и отдайте мою бутылку! - А хуй тебе не пососать? Заткнись и лежи тихо. Заебал. Не умеешь пить так, чтобы хоть немного себя контролировать - не берись. Детский сад. Эмиль махнул головой в сторону душа, и я вздохнул. Да, неплохо было бы его туда засунуть. Хоть немного мозг бы прочистился. Вздохнув еще раз (сука, день огорчений просто), я повернулся к лохматому. Он молчал, только губы нервно дрожали и выглядел он каким-то напуганным. Но хоть заткнулся. - Так. Слушай меня и вникай. Сейчас я снимаю с тебя все выше пояса и веду тебя в душ. Ты молча туда идешь, не сопротивляешься, приходишь в хоть какую-то пародию на порядок. Далее, ложишься обратно в кровать, и сука, спишь до утра. Увижу поблизости алкоголь - и тебе пиздец. Ты все понял? Голос Виплашера так легко полился из моего рта, как свой собственный. Пока не рявкнешь, до мозга не доходит, видимо. Сглотнув, лохматый кивнул. Отлично. Еще не весь разум пропил. Забравшись с ногами на кровать, я уселся поудобнее, и аккуратно посадил мальчишку, облокотив на себя. На какой-то момент я почувствовал себя врачом-роботом, потому что делал все просто на автомате, ни о чем не думая, и никак не реагируя эмоционально. Выполнить задачу. Вот что я должен был сделать. Ухватившись за низ кофты, я попытался потянуть ее вверх. Что за херня?.. Как только Кот почувствовал, что одежда ползет вверх, его будто прошибла паника. Он задергался, пытаясь высвободиться из рук, и что-то замычал. Что именно, я нихрена не расслышал. Еще один приступ буйства?.. Я притянул его обратно, все еще не отпуская кофту. Лохматый хрипло вздохнул и судорожно вцепился пальцами в мои плечи так, что костяшки аж побелели. - Нет, нет, пусти меня, не надо! Да что, блять, происходит в этом дурдоме? Кошмар хотел подойти, но я мотнул головой, что разберусь сам. Я вгляделся в лицо мальчишки. Испуганное выражение лица, хриплое дыхание. Все это перебило просто асфальт на его лице, образованный алкоголем. Он выглядел как загнанное животное. Напугал кто-то ? - В глаза смотри. Смотри, говорю, - я перехватил его взгляд. Я держал его за плечи, а он вцепился в меня, как бездомная собака в брошенную кость. Со стороны, наверное, выглядело странно. - Ты же знаешь, что я не сделаю тебе плохо или больно. Пусть ты и полный придурок, но в обиду я тебя не дам. Слышишь? Я сниму только кофту, чтобы не залить ее водой. Потом ты вернешься в кровать. Эрик. Я впервые назвал его по имени и даже мне стало не по себе. Ладно, потом. Все потом. Зато Кот явно расслабился, словно я дал ему какую-то гарантию душевного спокойствия и безопасности. Коротко кивнув, он наконец перестал сжимать мои плечи и позволил мне таки снять с него кофту. Пока я приводил лохматого в чувства, Найт как всегда, своевременно, расстелил кошачью кровать. Так что, притащив его обратно, я просто опустил заснувшего прямо в ванной парня на простыни. Надеюсь, он меня простит. Стащив с него штаны, я прикрыл Кота одеялом и устало опустился на диван. - Попили, блять, чаю... - протянул я, переводя взгляд на Эмиля. - Ага... заебись, - он выдохнул и внезапно разразился смехом. Ну да, только в нашей группе, состоящей из отборных долбоебов, что ни день - то пиздец.