46.
24 августа 2023 г., 18:52
Как обычно, Сэй проснулась рано утром и накрыла на стол. Впрочем, Шиней ещë не проснулся, поэтому мы остались вдвоëм. Сэй раздумывала над тем, стоит ли принести ему завтрак в постель. Я убедил её в том, что он не планирует рано вставать. Но она и сама обнаружила вскрытую бутылку ликëра, вздохнув с некоторым возмущением.
— Нашли повод! — фыркнула она. — Беременность ещë не повод для праздника! Посмотрим, переживу ли я роды.
— Не наговаривай, пожалуйста, — сказал я. — Уверен, всë будет хорошо.
— Ещë около трёх месяцев я буду ходить на работу. Так что, если хочешь быть уверенным в моей безопасности, возьми на себя все мои домашние дела. Я не могу быть полностью здоровой в постоянных стрессах и заботах.
— Хорошо. Но заметь, что я изначально предлагал полностью взять на себя уход за домом.
— Раньше я не понимала твоей доброты, — вздохнула Сэй, разлëгшись на диване. — М-да… Не сильно я была готова к такому.
— Будущие проблемы решим в будущем, — я сел рядом с ней и положил еë голову себе на колени. Она замурчала, как кошка.
— Как же я завидую таким, как Рия. Не переживают, не беспокоятся. И беременность легко проходит, и роды…
Сэй взяла мою руку и начала тереть. Глядя на еë выражение лица, мне казалось, что она не выспалась. Конечно, об этом она мне никогда не расскажет. Я не вставал с дивана, чтобы она могла спокойно полежать, или вздремнуть. Рядом с диваном, на тумбочке, лежала книга, поэтому я начал её читать.
— Танагра? — пролепетала Сэй, когда у неё сменилось настроение; о да, переменчивое настроение, наша любовь.
— Да? — спросил я.
— Как думаешь, родится мальчик или девочка?
— Не знаю. Надеюсь, что будет здоровый ребёнок. А остальное уже не важно.
— А я очень девочку хочу. Назову её в честь моей старой подруги.
— Ярелей, получается, — хмыкнул я. — Красивое имя.
Еë настроение менялось в мгновение ока. Когда она расстраивалась, стоило кому-то сказать хоть глупую шутку, как сразу Сэй начинала смеяться и забывала все свои печали. А Шиней всегда старался держать её в хорошем настроении, да и меня тоже. Он и сам был безмерно счастлив. Таким счастливым я видел его только в тот день, когда микрокомиссия об актах гражданских состояний одобрила тройную свадьбу, раз уж «такова воля героев революции». Я тоже был счастлив, плакал от счастья. Пока я провожал его на работу в один из дней, по моим щекам текли слëзы.
— Эй, что такое? — со смешком спросил он, обхватив руками мои щëки.
— Да не знаю, — ответил я. — Не знаю, что случилось. Люблю тебя просто, вот и всё.
— Фух! Ну, раз всё хорошо, то я пойду.
— А-хах, давай тогда… Пока.
Маленькая часть Луктус и Юфории внутри меня извращала моё проявление эмоций таким образом, словно это я был беременным. Я грустил и смеялся, в иной момент радовался и плакал. Соседи решили, что я впал в меланхолию, раз каждый день я появлялся с выплаканными глазами. Даже Туз начал мне сопереживать. Это сопереживание где-то минуту продлилось.
