В ожидании тебя

      Быть зомбированным Тэхёну совсем не понравилось. Будто ты и правда зверь и все делаешь на инстинктах, не вкладывая никаких человеческих чувств и мыслей.       Они с Кибомом бежали за сохатым, пока тот выбирал дорогу, позволяющую пройти снежные просторы. Одно хорошо, маленькие дети в шкуре волков становились такими, как звери в их возрасте, поэтому четырехлетний волчонок бежал вровень с отцом. Ну, может, чуть семенил лапами да охотиться не умел, а в снегу не утопал и был выносливым.       Шаману-то хорошо, веток пожевал или мха откопал, а вот Тэхён добывал хоть какую-нибудь птицу или мышку. Сейчас, сидя у очага в доме Ан Бого и вкушая привычную человеческую пищу, младший сын Капсу морщил нос при воспоминаниях о том, как он ловко вскрывал мелких грызунов для Кибома. Мальчишка же с бурей восторга рассказывал медвежатам о своем первом опыте зомбирования. А вот взрослым было не до восторгов.       Когда олень с двумя волками вышли прямо на дозорных бурых медведей, их спасло только послание, что висело на шее шамана. Заветные слова были произнесены, и они смогли принять свою человеческую форму. Зима бушевала вовсю, потому обратившиеся гости вмиг замерзли, а теперь отогревали косточки в гостеприимном доме смотрителя равнин.       Тэхён одним глазом присматривал за сыном, а вторым отслеживал передвижение взрослых. И точно с таким же цепким взглядом рядом сидел бурый медвежонок Джисон, о котором Ким наслушался столько историй, а вот теперь и сам мог оценить предполагаемого жениха племянницы Ынчжон. Парню было уже 15 лет, и пусть он был худ, но в теле медведя, поди, уже мог разгуляться не на шутку. Джисон как-то скомкано поведал, что сопровождал «императора Хёнджина» к волкам, но почти сразу был отослан обратно. А теперь молодой Ан был твердо намерен идти с отрядом к Кимам, как бы опасно там не было.       Пока шаман проводил сложные ритуалы с местными волхвами, а Ан Бого выяснял, узнали ли Гималайские, что гости с севера прошли, минуя их перевал. Хоть птицы путников не сопровождали, смотрящий не верил семейству Ли. Все они на одну морду – заговорщики.       Потому Тэхён пока наслаждался заботой бурых медведиц и отвечал на их расспросы про Чимина, Хосока, Намджуна и Цзыян. Волк же интересовался о событиях, которые происходили на равнинах в его отсутствие, и хмурил брови.       Недовольных смешанными браками было немало, но открыто противиться они боялись, зная о желании Ан Бого породниться к Кимами. И только при поддержке Гималайских иногда организовывались саботажи. Смотрящий равнин на все провокации реагировал быстро и разбирался лично.       Услышав, что местные лисы тоже против смешанных браков, Тэхён вспомнил, что брат рассказывал о похожих настроениях в лесах Сон Ильгука. А еще Ким прозрачно намекнул главе семейства Ан, что раз они смогли нарушить запрет на передвижение с птицами, то что помешает выходцам из других земель затесаться меж жителей равнин. А потом многозначительно напомнил, что Пак Чимин пришел пандой на север аж из Китая. Смотрящий беззвучно показал клыки и ушел на совещание с глашатаями богов.       Джисон проникся к сынишке Тэхёна и наставлял его, что следует делать в сильные ветра на равнинах, где прятаться и как охотиться. Конечно, его наука была больше медвежьей, но Кибом слушал старшего с раскрытым ртом, часто кивая и вспоминая своих старших братьев с севера. Когда и к Джисону он стал обращаться «хён», молодой медведь смущенно румянился и гладил вихры волчонка. Тэхён шутейно подначивал сына дружить со всеми медведями. Китайские и белые уже были в родне, Гризли станут сватами Намджуна, глядишь, и бурые станут родственниками. На такие слова смущенный медвежонок выкрикивал, что тогда уж и Атласских надо захватить, и Барибалов. Но при упоминании индийских смотрящих взрослые становились серьезными, а Джисону приходилось подробно рассказывать Кибому о всех смотрящих материка.       Ритуалы волхвов меняли шамана. Он начинал заговариваться и странно себя вести, и лишь когда он забасил на бабуинском, местные волхвы довольно кивнули.       - Что вы… сделали? – испуганно притянул к себе сына Тэхён. – Чего он чирикает, как Цзыян?       - Мы наладили прямую связь с девочкой, - гордо выпятил грудь старший волхв бурых медведей. – Если говорит не на нашем, значит передает послание от Цзыян.       - Да это чирикание только Хёнджин понимает, - возмутился Ким. – Я его не понимаю.       - Верховный шаман сам все понимает, - серьезно отозвался равнинный глашатай богов. – А то, что происходит здесь, он может передавать наследнице Пак на север. Но, - значимо поднял указательный палец медведь, - эта связь будет длиться до первого обращения в зверя. Так что теперь он путешествует только человеком. Для вас смотрящий даст птиц.       - И для шамана тоже дайте, - тяжело поглядел на собеседника Ким. – В звериной шкуре он опаснее, а если придется отбивать… ребенка, - вздохнул Тэхён, - то рога ему пригодятся. Когда он уже начнет переводить? – поморщился волк на непрекращающуюся речь оленя.       - Ждем, - весомо сказал Ан Бого. – Если это инструкции от Пак Цзыян, то все будем участвовать. – Джисон выскочил перед дядей, выпятив грудь. – Я сказал «все», - махнул ему вождь, веля отойти в сторону и пробуждая на лице мальчика радостную улыбку.       «Бред» шамана слушали напряженно и медведи, и волки, а местные волхвы протягивали ему пишущие принадлежности, принуждая записывать. Но приступить к записям олень смог только на следующее утро. Отвлекать его не пытались, лишь опасливо заглядывал через плечо Бого, да мельком глянула его жена, поднося гостю еду. Тэхён ждал вердикта с каким-то внутренним напряжением. Цзыян после всплеска бабуинской речи часто приносила плохие вести, да и дело, ради которого Тэхён вернулся на равнины, добрым не назовешь. Месть за смерть племянника. Младший Ким даже мысленно боялся представить себе гибель хоть одного из потомков, хотя прекрасно знал, что его детям ничего не грозит. Верховный шаман, что сейчас недовольно бурчал себе под нос, был тем самым человеком, который щедро одарил его хорошими предсказаниями, а Джину предрек смерть Юсона.       Нервозность шамана сквозила уже и в движениях, и в срывающемся на крик голосе, но слушатели ожидали вдумчивых объяснений. Подчиненные Ан Бого все чаще заглядывали в дверь, будто подхватив общее беспокойство.       Наконец шаман заявил:       - Опоздали мы. Ребенок умрет.       - Так, если только умрет, то надо быстрее… - подскочил с места Джисон.       - Не успеем, - покачал головой северный олень. – Даже будь мы самыми быстрыми птицами, механизм уже запущен. К тому же пророчество должно исполниться, волчонок действительно умрет. Но мы его обменяем, - глаза шамана загорелись сумасшедшим блеском.       - Вещай так, чтобы всем было понятно, - распорядился Ан Бого, приглашая своих людей в комнату.       - Злая тень древних заклятий пришла все же из Индии. Разы в помощь Донуку дали увечную медведицу…       - Ли Сяо, - зло сощурился Тэхён.       - Ее и скормим смерти вместо волчонка, - торжественно потряс склянкой с поясом китайской принцессы шаман.       - Что там? – тихо поинтересовался у Тэхёна Бого.       - Лента пропитана кровью нашего старосты Ли, - задумчиво потер подбородок Ким. – Он муж Ли Сяо. И помнится, Паки говорили, хорошо бы, чтоб он сам свою жену и прикончил, - поморщился волк.       - Не жалей, - велел смотрящий равнин. – Враги заслуживают смерти, а белогрудые так вообще распоясались. Он обернулся к оленю: - Вели, шаман, что нам делать.       Тот опасливо оглядел присутствующих и весь подобрался перед тем, как изречь:       - Надо вырезать весь клан равнинных волков Джу. Это они выкрадут Джина, позволив проклятию свершиться. – Медведи тревожно загудели, потягиваясь и разминая мышцы. – В живых надо оставить лишь наследницу. Только ее.       Жена Бого сердобольно произнесла:       - У Джинмо есть внебрачная дочь, да только он ее не жалует. Слепа она на один глаз. Он сам и приложил ребенка. Одноглазую ее кто возьмет-то?       - Должен взять кто-то из семьи Ким, - грозно велел шаман. – Тогда на законных основаниях земли Джу станут принадлежать Капсу и его клану, а все дети от наследницы Джу станут Кимами, и сгинет проклятый род с ее смертью.       - Собирай наших, - велел помощнику Бого. – Сами против волков пойдем, - и он отодвинул выбежавшего Джисона. – Ты – нет.       - Дядя, - голос подростка дрогнул от обиды, - вы сказали «все».       - Сестра мне не простит твоей смерти. Или волки сомнут, или из нас кто зашибет в пылу схватки, - пояснил вождь клана.       - Тебе, Ан Джисон, - торжественно вдруг заявил Верховный шаман, - предстоит личная миссия, и она не менее опасна, - мать мальчика со стоном сложила руки на груди. – Не волнуйтесь, - кивнул в ее сторону олень, - волхвы его заговорят, и он не пострадает.       - А что за миссия? – затанцевал на месте Джисон под насмешливым взглядом дяди.       - На равнины проникла бешенная лиса, и ее задача покусать местных, чтобы они несли заразу дальше. Тебе надо найти и убить пришлую и всех, кто успел заразиться, - махнул ладонью, как мечом, в воздухе шаман. – Ее жертвой падет и пятнистый олень. Этого не трогай, - поджал губы глашатай богов, - пусть сам издохнет. Тело его волки потом найдут и предадут огню.       - Надо, надо заговорить сыночка, - с мольбой уставилась мать Джисона на смотрящего. – И сами лис берегитесь. Кого уже успела покусать…       - Помнится, - вдруг подал голос Тэхён, - брат Намджун рассказывал, что подобная бешенная лиса покусала Гризли в лесах, и тот убил истинного Ильгука. Сон сам убил зараженного в 17 лет, и именно благодаря этой победе стал главой всего лесного края.       Джисон при этих словах расправил плечи, а жена смотрящего замахала волхвам:       - Всех, всех заговорить. Не хватало еще напасти.       - Откуда к нам лиса пришла? – хмуро уточнил Ан Бого.       - Цзыян говорит, из степей Атласских медведей, - ответил шаман.       - Готовьте птицу с посланием Кан Донвону, - зычно велел своим смотрящий. – Пусть белогрудые прочитают, что я знаю правду.       - Тогда уж и императору, - опасливо предложил Тэхён, - чтоб в Гималаях тоже знали, что заговор раскрыт и не удивлялись потом смерти своих собратьев.       - И императору Китая, – кивнул подчиненным смотрящий равнин.       - Волки, - хрипло и грустно заговорил шаман, - у вас тоже есть индивидуальное задание.       Тэхён вытянулся по струнке, а маленький Кибом вцепился в ногу отца.       - Одних не пущу, - рыкнул Ан Бого.       - И не придется. Они пойдут с вами, - успокоил олень, - но должны будут вернуть портрет маленького песца.       Тэхён так витиевато ругнулся, что медведицы со смешками выбежали из комнаты. Кибом с распахнутым ртом смотрел на отца, а Джисон запоздало прикрыл уши мальчику.       - Убери руки, - поморщился шаман. – Задание именно для него.       Тэхён взволнованно прижал сына к ноге и тихо подсказал шаману:       - Кибом.       - Ким Кибом, - торжественно начал олень, - тебе надо изловчиться и забрать портрет маленького брата у врагов племени Ким, мятежного племени Джу. Они тоже волки, но они добиваются смерти твоих родственников. Маленький песец… - замялся шаман, и Тэхён снова подсказал:       - Юсон.       - …Мин Юсон, - тряхнул косами олень, - умрет. – Ребенок поджал задрожавшую губу и царапнул ткань на штанах отца. – Но эта смерть будет не от ран, это проклятье, наговор. А если вернуть портрет мальчика, на который и наговорено злое слово, то проклятье можно снять. Цзыян говорит, что можно, - менее уверенно проговорил мужчина. – Мы попытаемся сделать все от нас зависящее. Как только я встречусь с Хёнджином, то связь с Цзыян передам ему, а сам смогу обратиться. И тогда давать указания будет уже он, - пожал плечами олень.       - Ты сказал, мы все равно опоздаем, - недовольно рыкнул Бого. – Как скоро мы должны выдвигаться?       - Бури встанут на пути, - сник шаман. – Поэтому пусть волхвы всех заговаривают, и отправляйтесь зверями. А мне дайте сопровождающих на санях, человеком ведь поеду.       - И остерегайтесь лис, - заглянули в дверь медведицы.       - И оленей местных, - добавил шаман. – Все должны остаться целы.       - Кроме моего братца, - со слезой выкрикнул Кибом.       - Отстоим Юсона, отберем у смерти, - оскалился Тэхён. – Исполним свое предназначение.       Маленький волчонок обвел взглядом сосредоточенные лица взрослых и потянулся к руке Джисона.       - Я один пойду, - одернул его подросток.       - С нами пойдешь, - приказал смотрящий. – Отсоединишься, когда возьмешь след, - медведицы согласно закивали.       Суматоха затянулась на несколько дней. Как только часть медведей проходила обряд заговора, обращались и уходили группами. Птицы над их головами давали понять, что идут они с разрешения смотрящего. Тэхён с сыном и Джисон пошли в группе смотрящего. Шаман уехал чуть раньше, ведь ему стоило передвигаться дорогами, (в то время как звери могли срезать путь), и все снежные бураны надо было пережидать.       Бурые понимали, что могут вызвать панику столь массовым походом, поэтому заходили во все встречные кланы, ссылаясь на заботу смотрящего в эту снежную зиму. Кое-где даже помогали починить разрушенные постройки, походя упоминая, что Ан Бого хочет наведать Кимов и посватать племянника.       Понятно, что вести опережали медведей, потому их встречали с радостью, кормили досыта и укрывали от непогоды.       Джисон исчез из стана ночью. Бого поднял лицо к полной луне и прикрыл глаза. Бурые вокруг тревожно заворчали.       Но непогода опять остановила их передвижение. В такую погоду птицы лететь не могли, а медведи опасались передвигаться без их сопровождения, боясь спровоцировать масштабную драку. Последнюю весть от шамана они получили день назад. Племя Джу выкрало Сокджина и держало его в заточении. Так что у племени Ан были развязаны когти, добраться бы только до предателей.       Тэхён с сыном среди могучих бурых спин смотрелись жалкими псами, но волк прикрывал тылы отряда и выл, предупреждая об опасности.       Встречные семьи равнинных волков сообщили, что Капсу заявил о пропаже сына. Медведи ломанулись к землям клана Джу, распугивая остальные семьи. Однако, заметив Тэхёна в хвосте отряда, волки примыкали к армии смотрящего. Понимая, куда идут, они щерили пасти и подвывали сыну Капсу.       Битва была не на жизнь, а на смерть. Клан Джу принял бой, и все новые его члены бросались на стаю бурых медведей из подлеска. Бого не перекидывался в человека и не отдавал приказов, но волки других семей и сами видели, что происходит резня собратьев, однако остановить медведей не пытались. Джу отбивались так, будто были виноваты, потому люди Ан Бого беспрепятственно перебили мужчин мятежного клана. Тэхён поспешил со смотрящим к землянке Джинмо и оторопело прижал сына волчьим боком к косяку, глядя на изуродованного вожака здешней стаи. По повязкам было понятно, что раненного лечили, а вороны шумной стаей надрывно орали снаружи.       - Жаль, издох, - сплюнул Бого на пол. – Могли бы его обменять на маленького Юсона. – Все равно всем Джу путь на тот свет.       - Дочку его надо найти, - напомнил смотрящему подчиненный. – Девочка вроде тоже невеличка, но опознаем мы ее легко. Дитё без глазу не проглядишь, - вздохнул медведь.       - Остальных надо вырезать, – с нажимом проговорил Бого, принимая от своих людей одежды и прикрываясь. – И другим волчьим кланам будет наука, и исполним справедливое возмездие. Гималайские должны знать, что в наших землях не получится плести заговоров. Веди к женщинам.       Слабая часть племени Джу толпилась людьми на полянке в окружении бурых спин, и гул стих, как только перед ними предстал смотрящий. Тэхён с сыном чуть замешкались, подбирая себе одежды, поэтому пришли, когда Бого уже объявлял о ликвидации племени и предлагал добровольно уйти из жизни.       Растрепанный Кибом охнул, оглядев сборище, и тут же к нему обернулись старухи.       - Он жив! Он жив! – кричали они. – Проклятье не сработало!       Соседние волчьи кланы обнажили клыки, получив подтверждение предательства сродственников, а Бого поманил маленького волчонка к себе.       - Проси, что шаман велел, - чуть подтолкнул его вперед смотрящий.              Старухи рвали на себе волосы, женщины в слезах обнимали детей, а медведи заносили сильные когти над их головами. Кибом растерянно осмотрел чужаков и вдруг увидел девочку, о которой говорили взрослые. Пегие косички растрепались, платочек съехал с головы, пустая глазница была закрыта, и край ее оттянут вниз. Та, которой надлежало выжить. Кибом шагнул к ней, протянув руки, и тоненьким голоском крикнул:       - Дай портрет!       Усталая женщина пригладила девочке волосы, накинула обратно платочек и умоляюще посмотрел на смотрящего. Бого властно заявил, предупреждая расспросы:       - Она единственная останется жить из вашего племени, как наследница вожака. Ей надлежит влиться в семью Ким Капсу, принеся земли клана Джу в качестве приданного. Вашего клана больше никогда не будет существовать, все дети этой девочки будут Ким, - рыкнул он. – Теперь на равнинах лишь четыре волчьих стаи. – Волки из соседних стай натужно завыли. – Отдайте портрет ребенка и девочку.       - Отец ее и так не любил, - вздохнула женщина, а теперь всю жизнь в чернавках у Кимов ходить…       - Ты что ли мать? – сощурился Бого.       - Джинмо пришиб мать девочки и саму ее изувечил. Я неплодна, потому мне доверили приглядывать за бедняжкой, и хочу попросить. В качестве последнего желания, - молитвенно сложила она руки. – Не отдавайте мою Минджи волку, который будет издеваться над ней. Натерпелась она уже. Обещайте, как смотрящий…       - Ополоумела! – дернулся вперед Бого. – Смотрящему условие ставишь, предательница?!       - Я обещаю, - четко проговорил Тэхён, и приговоренные обернулись к Киму. – В нашем племени не обижают омег, а если что, любой может пожаловаться вожаку. Отец научит Хичоля справедливости, и при следующем вожаке правила сохранятся. Отдайте портрет и наследницу, - устало выдохнул он.       Старухи суетно выудили откуда-то работу Хёнджина, сунули ее в руки трясущейся Минджи и вытолкнули девочку из круга. Портрет был замотан в грязную тряпку, которая развевалась по ветру и сползала, ведь шестилетнему ребенку трудно было справится с ношей. Бого жестом велел своим людям оттеснить приговоренных. Кибом побежал навстречу девочке и дернул портрет на себя. Тряпка упала наземь, и волчонок радостно выкрикнул:       - Папа, это мой портрет!       Тэхён с суеверным ужасом смотрел на нарисованного мальчика и силился вспомнить, говорил ли хоть раз Хёнджин, что Кибом и Юсон похожи. Но тут его и детей оттащили подручные Бого, а округа огласилась истошными предсмертными криками. Тэхён с силой прижал к себе обоих детей, зажмурившись и встав на колени, ощущая как их закрывают массивные спины бурых медведей.       Быть может, он так бы и продолжал стоять, если бы поблизости не раздался девичий крик.       - Смотрящий! Где смотрящий? Я Ким Ынчжон, внучка Ким Капсу. Нужна помощь! Помогите!       Тэхён тут же отмер и, окинув взглядом нагое тело девочки, понял, что та прибежала волком. Кинувшись к ней, Тэхён поспешил укрыть наготу родственницы, тихо шепча:       - Я Ким Тэхён, дядя, брат твоего папы. Самый младший из братьев.       - дядя? – растерянно обернулась к нему Ынчжон, но тут взгляд ее скользнул по двум маленьким волчатам, и она упала на колени, подползая со слезами к детям:       - Юсони, маленький, ты жив? Папа так обрадуется, и отец, и дед тоже. Только бы папу теперь найти. Иди же, братец, - тянула она руки.       - Это мой сын, - чуть виновато пояснил Тэхён. – Ким Кибом. Мы исполнили то, что велел шаман – забрали портрет Юсони. Я не знал, что мальчики так похожи.              Ынчжон не поверила, бросилась к малышам, сбила шапку с головы Кибома и стала вертеть его голову из стороны в сторону. Ребенок напряженно застыл в ее руках, ведь одежда снова соскользнула с плеч девочки, являя ее наготу. Одноглазая Минжи заверещала, оттолкнула старшую и прижала Кибома к себе. Дочь Сокджина в горьких рыданиях корчилась на снегу.       - Не он… Не он, - подвывала она.       А тут и Бого подоспел, успев заметить стройный стан омежки прежде, чем Тэхён снова накинул тулуп на плечи племянницы.       - Кто звал смотрящего? – пробасил Ан.       Всхлипывая и утирая слипшиеся ресницы, Ынчжон выдавила:       - Он сказал, что ваш племянник. Там, - махнула она в лес. – Удавил трех лис… и нашел труп оленя. Стережет, просил позвать подмогу.       - Что ты делала в лесу? – зашипел на нее Тэхён.       - Веди, - рыкнул смотрящий, снова перекидываясь в бурую шкуру и прекращая споры.