Холод огня

Одевались и завтракали в молчании. Неуверенность испарилась, на ее место пришли спокойствие и неотвратимая надежда. Сирилл, наконец, поверил, что скоро избавится от печати. До этого мгновения он ждал подвоха, даже розыгрыша – глупость, но так и было. Даиру удалось прогнать эти чувства, буквально заставив Сирилла поверить, что он не один, что ему есть на кого положиться. Сирилл поставил чашку на стол и улыбнулся. Говорить не требовалось, сейчас они понимали друг друга с полуслова. Минуты перед поездкой в Академию были своеобразным ритуалом, последним мигом заключения, дальше – свобода. – Готов? – Даир отложил газету. Кивнув, Сирилл поднялся и обвел взглядом комнату, словно запоминая. – Мне кажется, – пояснил он на невысказанный вопрос Даира, – что сегодня все изменится, и я буду другим, не таким как прежде. И эта комната тоже изменится. Ладно, – усмехнулся, – нам пора. Академия встретила привычным холодом. За шесть лет здесь не изменился даже цвет шпалер на стенах. Сирилл ощутил привычное волнение, возникавшее каждый раз, когда он переступал порог. Ничто здесь не говорило о магии. Считалось дурным тоном кичиться способностями, поэтому большинство учеников мало отличались от остальной молодежи. Тем не менее, они были особенными. Когда-то Сирилл потерял право причислять себя к магам, однако сегодня ему должны дать второй шанс, пусть статус не восстановят полностью, но одна только возможность снова применять магию… Это уже было за пределами его мечтаний. Ректора не было на месте и их попросили подождать, сообщив, что он будет с минуты на минуту. Даир словно этого и ждал, он стиснул ладонь Сирилла и поднес ее к губам, быстро целуя запястье. При этом он выглядел настолько невинно, что на секунду Сирилл усомнился, было ли это на самом деле. Через пару минут их провели в зал, где уже ожидало несколько человек. Судя по мундирам на одних и знакам отличия на одежде других, это были преподаватели Академии и действующие маги. Сирилл никого из них не знал – тем лучше. Даиру позволили остаться, что несказанно радовало. Все же его присутствие придавало сил. – Я надеюсь, – сказал Даир после приветствий, – герцогу Триорскому ничего не грозит и я могу не беспокоиться? – Вероятность неблагополучного исхода есть всегда, – ответил ректор, – но беспокоиться не стоит. Здесь собрались профессионалы. Разумеется, мы не заинтересованы в том, чтобы калечить вашего супруга. – Я рад это слышать. – В голосе Даира все еще оставались сомнения, и он посмотрел на Сирилла. – Можно начинать? Сирилл чуть сжал его руку и, отпустив, шагнул вперед. – Приступайте, – кивнул ректор. Признаться, было страшно снова проходить через это. Хоть память о той боли частично стерлась, Сирилл все равно испытал неуверенность, когда его посадили на скамью и зафиксировали руку в ремнях. Немного помог Даир, следящий за магами с заметной тревогой. Его беспокойство приятно удивило, и Сирилл немного успокоился. В то, что боли не будет, он не верил, но Даиру ничего не сказал. Ректор никогда не интересовался учениками, его волновало только мнение света и репутация Академии. Сирилл был позором этого учебного заведения, поэтому с чего бы ему проявлять какую-то заботу. Правильно, логично, но от осознания этого не становилось легче. И все-таки он нашел силы улыбнуться Даиру, показать, что все хорошо. Пока маги готовились, Сирилл считал про себя. Главное перетерпеть первую минуту, потом будет куда легче. Конечно, боль пришла внезапно, ведь никто и не собирался предупреждать его. Сирилл сжал зубы. Это не было похоже на то, что произошло на берегу, сейчас ощущения нарастали, жжение усиливалось. В какой-то миг показалось, что он не выдержит, но вдруг все ушло. Сирилл даже не заметил, что зажмурился. Когда он открыл глаза, его уже освободили от ремней. – Я могу к нему подойти? – услышал он голос Даира. Ответа Сирилл не понял, но ощутил прикосновение, – Даир убрал прядь волос со лба и погладил его по щеке. – Больно? – Почти нет, только… – Сирилл встал, ощутив мерзкую слабость. Пришлось опереться на руку Даира. – Не торопись. – Он придержал его, не давая сползти на пол. – Передохни немного. – Все хорошо, я хочу уехать. Сириллу на самом деле не хотелось находиться здесь дольше необходимого. – Хорошо, подожди минуту. Мы можем идти? – спросил Даир. – Конечно, – ответил ректор. – Печать снята, можете не волноваться. – И? Теперь к Сириллу вернутся способности? – Да. Возможно, не сразу и не полностью… Трудно сказать. – Что значит, трудно сказать? – Даир повысил голос. – Вы не знаете последствий того, что сами же натворили? – Прецедентов… Печать обычно не снимают, но в вашем случае вмешались влиятельные люди, – сухо пояснил ректор. – К тому же магия каждого человека имеет индивидуальные особенности. – Я это уже слышал, – оборвал его Даир. – Если с моим мужем что-то случится… Академию и в частности вас ждут большие перемены. Даир покрепче перехватил Сирилла и помог добраться до экипажа. – Сирилл, скажи что-нибудь. – Ты наверняка здорово их напугал, – усмехнулся Сирилл, приваливаясь к стенке кареты. – Это было предупреждение, – отозвался Даир и, вытащив платок, вытер испарину с его лба. – Но я хотел услышать не это. Как ты себя чувствуешь? – Слабым. Я пока не чувствую магии. – Может, поначалу так и должно быть? – Я не знаю. Он мог бы переживать по этому поводу, но все, на что был сейчас способен, это закрыть глаза и уснуть. Тепло чужих рук успокаивало, Сирилл знал, что это объятия Даира, чувствовал их даже сквозь сон. Его разбудили и куда-то потянули, кажется, они приехали домой. Даир сам раздел Сирилла и уложил в постель. – Принести тебе что-нибудь? Сирилл покачал головой и улыбнулся. – Надо же, какой ты заботливый, надо почаще болеть. – Нет уж, лучше я буду заботливым просто так, без всяких болезней. – Даир опустился на кровать и вздохнул. – Меня пугают все эти вещи, я в них ничего не смыслю. – Что тебе сказать? Либо это убьет меня, либо нет, – пошутил Сирилл. – Если ты попробуешь сделать меня вдовцом в четвертый раз... – мрачно отозвался Даир. Кажется, он не нашел шутку смешной. – То что? Ладно, извини, Даир, мне не стоило начинать эту тему. – Не позволю. Он помотал головой, словно пытаясь отогнать ненужные мысли. – Если ты ничего не хочешь, попробуй поспать. – Даир наклонился и коснулся губ Сирилла. – Я так и сделаю, если ты кое-что пообещаешь. – Думаю, я смогу это сделать. Что? – Пока я буду спать, не прикасайся ко мне, ладно? На всякий случай. Даир медлил с ответом, очевидно, ему не хотелось соглашаться. – Хорошо, – наконец, сказал он, убрав руку с груди Сирилла. – Это ведь ненадолго. – Спасибо, что понимаешь. Сирилл с трудом удерживал себя в сознании. Стоило закрыть глаза, как он тут же заснул, уже не разобрав ответ Даира. * * * Проснулся он разбитым, но вполне выспавшимся. Сирилл был так голоден, что мог бы съесть целую корову. Он приподнялся на подушках и заметил Даира, который читал в кресле у камина. Сирилл снова лег, молча рассматривая его. Даир оторвал глаза от книги и посмотрел в сторону Сирилла, натолкнувшись на его взгляд. Через секунду книга полетела на пол, а Даир оказался у постели. – Ну, наконец-то! Появилось малодушное желание прикинуться больным, уж очень заботливым стал Даир в последнее время. – Сторожишь мой сон? – Сирилл улыбнулся. – Ты проспал два дня! Я уже хотел разнести Академию! – обвинительно сказал Даир, но потом вдруг успокоился. – Как ты? Можно? – Он хотел коснуться щеки Сирилла, но замер, так и не дотронувшись. Сирилл сам взял его руку, поцеловал, как раньше это сделал Даир. – Значит, можно, – улыбнулись в ответ. – Все хорошо? – Кажется, да, но я дико хочу есть. – Неудивительно, – хмыкнул Даир. – Сначала обед, потом ванная. Он вызвал горничную, и меньше чем через десять минут перед Сириллом стоял полный поднос. Даир не хотел ничего слушать, пока он не поест и не вымоется. Он собирался уложить Сирилла обратно в постель, но тут уж пришлось уверить, что все с ним в порядке. – Хорошо, – проворчал Даир, сдаваясь. – Посиди у камина, только недолго. – Даир, я не болен. – Ты говоришь так каждый раз, а потом лежишь то в бреду, то без сознания, а я не знаю, как помочь. – Хорошо, это я виноват, – примирительно сказал Сирилл. – Не ты. Что с магией, ты что-нибудь чувствуешь? Что-то Сирилл определенно чувствовал, но нужно было попробовать, прежде чем… Свеча на столе вспыхнула, но удержать силу не получилось. За фитилем начал плавиться воск, она опрокинулась, грозя устроить настоящий пожар. Даир настороженно наблюдал, но через пару мгновений подскочил к столу и, взяв графин с водой, залил огонь. – Это было неожиданно, – выдохнул он, возвращаясь назад и вытирая пот со лба. – Прости… – Сириллу было стыдно, что не смог сделать элементарное. Этому учили совсем маленьких детей, а он даже не в состоянии удержать силу. – Не знаю, как это вышло… – Но это вышло! – В отличие от самого Сирилла Даир не был огорчен. – Я не все понимаю, но разве это не значит, что ты можешь пользоваться своей силой? – Да, только я не могу держать ее в узде. – А ты хотел все и сразу? Сирилл, ты шесть лет прожил без магии, дай себе немного времени. Все же он надеялся, что снятие печати станет последним препятствием. Оказалось, радоваться пока рано. – Я знаю, я рад. Это случилось только благодаря твоим усилиям, а я не верил. Даир поморщился. – Не нужно говорить так, словно мы чужие и теперь ты мой должник. Хотя... – Выражение его лица переменилось, а взгляд стал лукавым. – Ты можешь расплачиваться поцелуями и еще улыбками. Да, пожалуй, это мне подойдет. Сирилл невольно улыбнулся, но все равно расстроился из-за неудачи со свечой. Кажется, ему придется долго возвращать способности или учиться заново. – Напиши от меня Владу, – сказал он. – Поблагодари за участие в моем «помиловании». Наверное, после свадьбы он не очень хорошего обо мне мнения. – Зря ты так считаешь, он хорошо к тебе отнеся, к тому же теперь знает, что наши отношения наладились. – И, тем не менее, он твой друг. – Хорошо, я пошлю ему от тебя пламенный поцелуй, – рассмеялся Даир, но через секунду спохватился: – Нет, поцелуй я все же оставлю себе. – Не волнуйся, с тебя не убудет. Надо будет попробовать еще раз и не в доме. Сирилл не хотел устроить пожар и спалить имущество Даира. – Прогуляемся? – предложил Сирилл. – Ты уверен, что готов? – Даир, – вкрадчиво сказал Сирилл, – я не калека. Со мной уже все хорошо, к тому же ты не считаешь, что свежий воздух полезен? – Он усмехнулся. – Ты выиграл, упрямец. Собирайся. Они отправились на набережную – второе любимое место горожан для прогулок. Сирилл так привык к полям и лесам Геста, не говоря об океане, что сидеть дома было тяжело. Пусть здесь они могли столкнуться с кем-то из знакомых, это уже не волновало так как раньше. Мархилд стал чужим. Да был ли он чем-то большим? Пока Сирилл учился в Академии, он считал ее домом. Родная усадьба очень быстро перестала быть таковой, и он старался бывать там как можно реже. Все же Даир прав. Гест, он и Аластар превратились в прибежище, где Сирилл мог быть самим собой. – Я подумал. – Даир первым нарушил молчание. – Если с тобой все хорошо, мы могли бы уехать завтра. – Я согласен, уедем. Тебе, наверное, не терпится спровадить герцогиню? – с улыбкой спросил Сирилл. – Да, пока оттуда не сбежала вся прислуга. После смерти отца моя мать стала почти невыносимой. – Тебе повезло, что ты наследник. – Я слышу это едва ли не с самого рождения, но ты прав. – Извини, но это на самом деле так. Ты бы мог остаться без наследства и воевать где-нибудь или искать богатую наследницу, что тоже не лучшая судьба… Зато теперь у тебя есть я, – усмехнулся Сирилл. – С последним аргументом трудно поспорить, – поддержал его тон Даир. – А ты сам? Все еще жалеешь, что подошел ко мне в тот вечер? – Странно спрашивать об этом, когда мне сняли печать. Как я могу жалеть теперь? Нет, я не жалею, но тогда твой напор взбесил меня, я просто не мог относиться к тебе объективно. Пожалуйста, не злись, я говорю честно, потому что… Потому что хочу доверять тебе и чтобы ты доверял мне. Глупо звучит, да? – Сирилл вздохнул. Очень хотелось сделать что-нибудь для Даира, чтобы он тоже был счастлив. С некоторых пор их отношения стали более откровенными, и Сирилл то и дело ловил себя на желании поделиться всем – мыслями, надеждами, сомнениями. Безусловно, Даир заслуживал этого. – Возможно, и правда глупо, но мне нравится. – Даир взял его руку и чуть сжал пальцы. – Я рад, что нам удалось преодолеть неприязнь и поладить. – Еще бы ты не рад, – подмигнул Сирилл. – Я ведь так хорош в постели, согласись. – Конечно, потому что со мной невозможно иначе, – поддразнили его в ответ. Так, прогуливаясь и перебрасываясь шутками, они дошли до конца набережной. Настроение Сирилла улучшилось, он даже забыл о своем провале со свечой. В конце концов, Даир прав, он только избавился от печати, следовало подождать. Они расположились на террасе маленького кафе, чтобы перекусить. Ожидая, пока принесут еду, Сирилл решил начать разговор на тему, который раньше всячески избегал. – Я должен рассказать о Кристине, – сказал он. – Иначе это будет нечестно. Я вижу, что тебя обижает неизвестность. Даир ответил не сразу, какое-то время он хмурился, но все же посмотрел на Сирилла. – Ты прав, я хочу знать о ней, но только если ты сам хочешь рассказать. – Мне неприятно вспоминать об этом, и надеюсь, ты понимаешь, почему. – Сирилл опустил глаза, рассматривая поверхность стола всю в узоре прожилок, под мрамор. – Я был настолько глуп, что это почти унизительно. Манеры и благородство, которые мне прививали с детства, вышли боком. Но ты должен знать – я не хочу Кристине зла. Может, из-за чувств, которые, как я надеюсь, были настоящими и с ее стороны, не знаю. – Сирилл глубоко вздохнул. Ему еще не приходилось говорить откровенно на эту тему. Даир будет первым, кому он откроется. А что из этого выйдет, неизвестно. – Она всегда была излишне честолюбива, но мне это казалось хорошим качеством. Знаешь, в Академии все иначе, чем в свете. Там принято, что все равны, происхождение не имеет особого значения. Во всяком случае, во время учебы. Кристина из среднего класса, дочь адвоката, но общалась исключительно с аристократами. Я не замечал или не хотел замечать ее неприглядных черт характера. Сирилл сделал большую паузу, собираясь с мыслями. – Она всегда была очаровательна, умела держаться в обществе и имела превосходные манеры. И множество поклонников, – усмехнулся он. – Я был одним из таких слепо бегущих по мановению руки глупцов. Но я любил ее, пусть и наивной детской любовью. Когда я думаю об этом сейчас, мне все равно тепло от воспоминаний. Первое время после исключения мне помогала мысль, что и она испытывала ко мне хотя бы привязанность… Теперь я не знаю. При встрече в Гесте Кристина никак не показала, что хотя бы узнала меня. – Это в твоем характере – отдаваться чему-то полностью. Тебя научили манерам, но не показали, как разбираться в людях. Твое исключение, ведь это из-за нее? – Не совсем, я сам пошел на это, поэтому винить Кристину нельзя. Пойми, я не жалею, что поступил именно так, как поступил. Я не мог предвидеть такого исхода и не ожидал такого наказания. У нашей «жертвы» оказались высокопоставленные родственники. – Сирилл все еще не смотрел на Даира. Было стыдно, и в этом чувстве мешалось множество оттенков, он бы просто не нашел им названия. – Все начиналось как шутка. Кристина часто подшучивала над другими учениками, обычно в этом не было ничего плохого… почти. Мне тоже приходилось участвовать, если я хотел быть ближе к ней. Тот маг воздуха, Райтер, чем-то насолил ей и разозлил, и Кристина решила его проучить. В результате его парадная мантия оказалась испорченной, и он вызвал Кристину на поединок. – Все это происходило в стенах Академии? – Ты удивлен? Мир магии довольно жесток. – Сирилл подождал, пока девушка расставит тарелки и приборы. – Многие надеются возвыситься за счет своих способностей. На самом деле им больше нечего делать, это их единственный шанс чего-то добиться. – Прости, но я не могу представить тебя таким. – Все-таки у меня хотя бы имелся титул, у многих не было и этого. – Сирилл взял бокал с вином, но пить не спешил, вертя его в пальцах. – Тебе сложно поверить, но разве не то же самое происходит в свете? Многим приходится идти на службу, чтобы как-то обеспечить себя и семью. Даже аристократам, если они не наследники, нечего ждать от жизни, они вынуждены пробиваться сами. Но я отошел от рассказа. – Сирилл усмехнулся, хотя весело ему не было. – Мы увлеклись, заигрались, можешь думать, как хочешь. Все начиналось шуткой, а закончилось… Тебе ведь рассказали в Академии. Кристина «победила». Но мы так испугались, что слишком долго спорили и не позвали вовремя на помощь. Из-за этого Райтер лишился глаза, хотя этого можно было избежать. Я не оправдываю нас, но остальные упрашивали Кристину, однако она, наверное, боялась наказания. Она так убивалась… – Сирилл вздохнул. – У Кристины было мало шансов избежать исключения, она ведь даже не была аристократкой. – И ты взял вину на себя. – Не вопрос, утверждение. Даир подвинулся поближе и сжал плечо Сирилла. – Или... Она тебя попросила? – Нет, я сам предложил. Я уже говорил, что мы не ждали подобного наказания. Такие случаи были и раньше, но самое крайнее, что следовало за ними, это исключение и то чрезвычайно редко. Райтер не сразу пришел в себя. Я не знаю, почему его родные не добились признания вины Кристины, возможно, не хотели проволочек, а может, не было достаточно свидетелей, готовых дать показания. Я же взял на себя всю вину. Мои родители восприняли это как величайший позор, но подробности не афишировались, поэтому мало кто знает, что я вообще учился в Академии. Но дело не в наказании. – Сириллу было тяжело говорить о собственных чувствах. Сухие факты не приносили столько боли. – Кристина обещала – писать, не забывать. Я хотел встретиться с ней, но не смог. Она дала понять, что не хочет меня видеть. Долгое время я не понимал, почему она так жестока, старался найти оправдания. Но все просто – Кристина вычеркнула меня из своего прошлого, как неприятный эпизод. И ее даже можно понять – вряд ли кто-то захотел бы жениться на девушке с сомнительной репутацией. – Ты считаешь себя недостойным общения с дочерью адвоката, простолюдинкой? – Даир стиснул его пальцы. – Все скорее наоборот, и эта дрянь воспользовалась твоими чувствами, чтобы выйти сухой из воды, неужели ты не понимаешь этого? – Я так и думал, что ты это скажешь. – Сирилл поморщился. – Но я сам предложил ей такой выход. Я не считаю себя недостойным, но мне было больно от ее безразличия, ты это хотел услышать? Кристина не скрывала, что собиралась выйти замуж за богатого аристократа, что она в итоге и сделала. – Прости, я не хотел тебя обидеть, но она мне безразлична, а ты нет. – Тебя можно понять, – улыбнулся Сирилл. – Но я смирился с тем, что случилось, ничего другого мне не оставалось. Возможно, все повернулось бы иначе, не реши маркиз открыть «тайну» моего рождения. – Ты уже упоминал об этом, но уверен? Может быть, он сказал это под влиянием эмоций, а ты не так понял. – Поверь, было очень сложным понять его неправильно. Он и раньше относился ко мне как к чужому. Я надеялся, что после окончания Академии это изменится, но теперь понимаю, что дело было не во мне. Только мама как-то старалась уделять мне внимание, но, по-моему, она просто стыдилась своей ошибки, вот и пыталась загладить вину. В любом случае я с радостью переехал в Академию, и возвращение в отчий дом было тяжелым. – Тогда понятно, почему маркиз не вступился за тебя, он просто не захотел рисковать. Ты что-то знаешь про своего настоящего отца? – спросил Даир. – Нет. Мама сказала, что он давно умер, и отказалась назвать его имя. Честно говоря, меня это и не интересует. Ну, – скривился Сирилл, – теперь ты все про меня знаешь. Удручающая картина, правда? – Я бы сказал, что рад, что все обернулось именно так. Я не имею в виду эти события и пережитую тобой боль, но кто знает, был бы ты сейчас моим мужем, сложись все иначе? Звучит эгоистично, но постарайся не обижаться на меня. – Ты эгоист, – согласился Сирилл и поставил бокал. – Налей мне еще вина. – Но ты мне нравишься. – Даир ничуть не смутился и выполнил его просьбу. – И что ты намерен делать дальше? – Заново научиться владеть своей стихией. – Я говорю о Кристине. Ты хочешь с ней объясниться или... Я был бы не прочь отказать ей от дома. – Не нужно. Ты принимаешь даже Рене, хотя вы ненавидите друг друга. Кстати, почему? – Сирилл улыбнулся. – Я покаялся во всех грехах, теперь ваша очередь, милорд. – Мне проще не замечать маркиза, нежели тешить его самолюбие и давать повод для сплетен. Тут нет особых тайн. – Даир усмехнулся. – Видишь ли, Рене считает меня своим соперником и мечтает убить на дуэли по каким-то древним обычаям. – Почему же он так считает? Сириллу, правда, было интересно. Он не понимал их вражды и хотел узнать причину, по которой эти двое вели войну. – Рене слишком самолюбив и злопамятен. Не поверишь, он помнит все случаи, когда мне оказывали больше внимания, чем ему. Все это длилось годами – мелкие обиды, склоки, но когда я увел у него из-под носа землю, которую он хотел приобрести, вражда стала непримиримой. – Ты украл его сделку? – Как грубо. – Даир улыбнулся. – Речь о тех участках, которые прилегают к лесу недалеко от деревни, как думаешь, я мог их уступить? – Дело в том, как ты действовал. Рене, видимо, посчитал это ужасным оскорблением. – Его право, но это не значит, что я не замечаю его попыток переманить моих арендаторов или приударить за супругами. Сначала Эйлин, теперь ты... Сирилл погладил его по руке. – Я же говорил, что тебе не о чем волноваться. Рене слишком навязчив, в любом случае. – Тебе такие не нравятся? А как же я? – Ты неизбежное зло, – пошутил Сирилл. – Если серьезно, ты не можешь не понравиться, если разобраться в тебе получше. – Я польщен, – улыбнулись в ответ. Наконец, принесли еду, так что разговор сошел на нет сам собой. Сирилл ощущал легкость, теперь Даир знал все, не нужно было ни о чем умалчивать. Будущее выглядело почти безоблачным, если не считать магии, – здесь Сирилл пока не мог сказать что-то определенное. Но ему дали возможность, остального он должен добиться самостоятельно. На следующий день они выехали в Гест. Сирилл не ощущал никаких последствий снятия печати. Он снова попробовал использовать магию – в саду, чтобы ненароком не спалить Даиру дом, но итог был один – неспособность контролировать свои силы. Сирилл не падал духом, это было ничто по сравнению с предыдущими шестью годами. К тому же Даир очень помогал – не давал грустить, старался быть рядом. Его поведение так изменилось, что Сириллу иной раз даже становилось неловко. Хотелось верить, что его забота искренняя. Даир настаивал на помощи мага, но Сирилл отказался. Он не хотел, чтобы в доме жил посторонний, к тому же думал, что и сам справится с помощью книг. Еще одна причина, о которой он умолчал, – нежелание признавать беспомощность. Магов отличала чрезмерная гордость, Сирилл тоже был ей не чужд. Унизительна даже мысль, что кто-то будет учить его контролировать силу, словно пятилетнего ребенка, да еще и посмеиваться про себя. Поэтому этот вариант они оставили на крайний случай. Как только они вернулись в Гест, герцогиня объявила, что и так слишком задержалась, и через день отбыла в Мархилд. Этель она оставила на попечение Даира, что устроило всех и больше всего саму девушку. Сирилл не был против ее компании, просто беспокоился, что она заскучает, но, кажется, зря. Этель была в восторге, когда узнала, что Сирилл маг. Впрочем, все ее действия отличались яркими эмоциями. – Ты покажешь что-нибудь? – тут же попросила девушка. – Пожалуйста-пожалуйста! – Тебе придется потерпеть, Этель, – осадил ее Даир. – Сириллу нужно время, чтобы вспомнить старые навыки. – Жалко, – расстроилась она. – Но я подожду, и Ал тоже захочет посмотреть. – Не сомневаюсь. Только не сильно досаждай Сириллу. Внимание Этель приятно удивило. Сирилл пока не мог что-то продемонстрировать, но собирался вернуть контроль над стихией огня. К тому же он станет хоть чем-то полезным.