Холод огня

Даир отпустил управляющего и потянулся в кресле. Тишина кабинета угнетала, хотелось выйти на улицу и отвлечься от утомивших дел. Сирилл наверняка где-то в саду. В последнее время он часто ходил на развалины, чтобы поупражняться в магии. Даир не отпускал его одного к океану, – жандармы так и не нашли стрелявших, и он не хотел рисковать. Теперь он и сам носил оружие и редко когда ездил в деревню в одиночку. Его нервировали подобные меры предосторожности и необходимость оглядываться в собственных владениях, но он терпел. В отсутствие Сирилла все чаще становилось скучно, – они сблизились, но все меньше времени проводили вместе. Даир понимал, что глупо ревновать супруга к его способностям, – те в любом случае важнее, но ничего не мог с собой поделать. Присутствие Этель немного разряжало обстановку, наполняя дом шумом и болтовней, но Даиру не хватало именно Сирилла. Раньше тот подолгу сидел в кресле у камина, наблюдая, как Даир работает, теперь же Сирилла все чаще можно было встретить у какой-нибудь бочки, где он пытался вскипятить воду и еще в сотне других мест, но не рядом с Даиром. Пришлось признать, что Сирилл перерос статус законного любовника. Даир мирился с его характером, сглаживал углы и признавал собственные ошибки. Никогда раньше такого не происходило, обычно все подстраивались под его желания, Даир лишь принимал «жертвы». Рассказ Сирилла о прошлом возмутил Даира. Он солгал, сказав, что Кристина ему безразлична, – Даир презирал эту женщину. Хотелось отомстить, раскрыть истинного виновника тех событий, или хотя бы вычеркнуть ее из их жизни, заставить Сирилла забыть. Даир не мог сделать ни того ни другого, Сирилл его не поймет или еще хуже – не простит. Он не мог не заметить, что Сирилл все еще испытывает к Кристине какие-то чувства. Ностальгия или что-то еще, Сирилл запомнил ее такой, какой она казалась ему шесть лет назад, в пору юной влюбленности. Но правда была в том, что он заблуждался. Кристина – расчетливая коварная кокетка, ничего более. Даир, в отличие от Сирилла, видел ее насквозь, не понимал, что можно любить в этой женщине, и, конечно, ревновал. Даир не считал ее ровней, но это не избавляло от глупых чувств. Посидев еще немного, он отправился на конюшню в поисках Сирилла. Его там не оказалось, зато нашелся разозленный конюх, который ругал новую лошадь. – Прошу прощения, милорд, – сказал он, завидев Даира. – Я не хотел… – Все в порядке, – кивнул Даир. – Все еще не слушается? – Такой упрямой кобылы я еще не встречал! – воскликнул раздосадованный конюх. Даир уже слышал жалобы на Асти, кобылу, которую он приобрел на выставке, но не думал, что она способна вывести из себя вечно спокойного конюха. Мабель никогда не терял самообладания и уж точно не бранил животных. – С ней нужно больше терпения, – ухмыльнулся Даир, вспоминая характер Сирилла. Он взял несколько кусочков сахара и протянул на открытой ладони. Асти фыркнула, независимо мотнув головой, но чуть позже все-таки подошла, слизнув сахар, не оставив и крошки. – Красавица, – тихо сказал Даир и погладил ее по лбу, убирая челку. Он не жалел, что приобрел ее. Асти стоила уплаченной за нее суммы, а независимость и упрямство лишь подкупало. – Будь с ней поласковей, – кинул он Мабелю, прежде чем уйти. Сирилла он нашел позже в развалинах часовни. Он сидел на камнях – взъерошенный и злой, скорее даже раздосадованный – и немигающим взглядом смотрел в стену, думая о чем-то. Даиру захотелось подойти и обнять, но он не рискнул, окликнув Сирилла с безопасного расстояния: – Не помешаю? Сирилл обернулся и покачал головой. – Я повсюду тебя разыскиваю. – Даир все-таки подошел и сел рядом. – Ты не выглядишь довольным, что произошло? – Не получается, – коротко ответил Сирилл. – Может, я могу помочь? – Вряд ли. – Сирилл крутил в руках слегка подпаленную ветку. – Я не могу использовать магию правильно, выходит либо слишком мало, либо слишком много. Не имеет смысла, что я умею, если использование этого грозит несчастьями людям и их жилищам. С моей стихией так нельзя. Даир мало что понимал, он ухватил основную мысль, и этого было достаточно. Сирилл мучился тем, что не мог обуздать свои силы, порой, казалось, что он жалеет о том, что избавился от печати. – Послушай. – Даир привлек его к себе и поцеловал. – Ты слишком напряжен, расслабься и не думай о последствиях. Даир говорил спокойно, гладя его по шее и плечам, разминая мышцы. – Здесь никого нет, и ты не сможешь причинить вред этим развалинам. – Поэтому я и хожу сюда, хотя мне неприятно здесь находиться. Тебе тоже не стоит. – Я это уже слышал. – Даир провел языком по его шее, чуть прикусывая кожу. Они были наедине, и ни что не мешало ласкать Сирилла. – Ал по тебе соскучился, он все утро кричал «Дай». – Меня зовут не так. – Тем не менее, это заставило Сирилла улыбнуться. – Пожалуй, я оставлю попытки на два-три дня, так будет лучше. – И уделишь время любимому мужу? Даиру удалось пробраться ладонью под рубашку Сирилла, и теперь он неторопливо поглаживал грудь и живот. – Уделю. Что это ты задумал? – Сирилл накрыл его ладони своими. – Ничего, что бы тебе не понравилось... – Даир вновь коснулся его шеи губами, но ненадолго. Он поддел сапогом сухой лист и кивнул на него. – Сожги. Он посчитал, что Сирилл достаточно отвлекся и расслабился, чтобы не воспринять просьбу слишком серьезно. Расчет оправдался, листок вспыхнул и сгорел, прежде чем Сирилл успел ответить. Теперь он удивленно смотрел на место, где пару мгновений назад, лежал сухой лист. Даир не удержался от смеха. Он, в отличие от самого Сирилла, не сомневался в его способностях и считал, что виной неудач было излишнее старание. – Ты сказал специально? – догадался Сирилл. – Не делай так, я ведь мог ненароком поджечь твою одежду. – Не мог. Даир подобрал ветку, которую Сирилл держал до этого. – Попробуем еще раз? – Я не хочу, чтобы ты держал ее. Одна ошибка может стоить тебе жизни. Огонь распространяется в мгновение, тем более магический огонь. – Столько. – Даир отмерил на ветке место, до которого Сириллу предстояло ее сжечь. Он проигнорировал предупреждение, которое, видимо, должно было его напугать. – Давай. Сирилл некоторое время смотрел на него, затем вздохнул и закрыл глаза. Через секунду ветка начала тлеть, появился язычок пламени. Все шло замечательно, но Даир рано обрадовался. Скоро ветка вспыхнула и пришлось бросить ее на землю. – Мне кажется, за эти годы в тебе накопилось слишком много магии. – Даир улыбнулся, пытаясь отвлечь Сирилла от досадного промаха. – Предлагаю это исправить. – И как же? – без особого желания спросил Сирилл. – Вот так... Даир легонько тронул его за подбородок, поворачивая лицом к себе, и коснулся губ, вовлекая в поцелуй. – Что ж, это не так сложно, – улыбнулся Сирилл через минуту. – Знал, что ты оценишь. – Даир встал, потянув его за собой. – Теперь домой, супруг и ребенок хотят твоего внимания. – Кто еще хочет моего внимания? Домашняя скотина? – Сирилл засмеялся, выбираясь из развалин вслед за Даиром. – Расскажу тебе позже, – пообещал Даир, прибавив шаг. Он торопился, желая поскорее оказаться в их спальне, чтобы, наконец, перейти от слов к действиям и насладиться близостью Сирилла. * * * Даир стоял перед зеркалом и уже несколько минут возился с воротником, то и дело отвлекаясь на Сирилла. Он только что вышел из ванной и там было, на что посмотреть. – Если ты сейчас же не оденешься, – хмыкнул Даир, – мы опоздаем. Они собирались в гости к графу Бренгу. Он устраивал пикник в последний день лета на протяжении нескольких лет, и это уже стало своеобразной традицией. – Это было бы ужасно, мы, конечно, не можем допустить подобного, – откликнулся Сирилл, пройдя мимо и погладив его по спине. Даир схватил его за руку, привлекая к себе. – Я смогу это пережить, но вот Этель... Пожалуй, я свалю всю вину на тебя. – Последние дни ты просто ненасытен, – улыбнулся Сирилл. – Но мы и правда опаздываем. Пришлось признать правоту Сирилла и отпустить его. Внизу их ждала разъяренная Этель, которая накинулась на Даира с упреками, стоило им спуститься. – Даир, как можно собираться так долго! – воскликнула она, недовольно наморщив нос. – Я уже давно готова, а вы!.. – Милая, мы немного отвлеклись... – Даир улыбнулся, посмотрев на Сирилла. – Что может быть важнее выезда на природу? Соседи подумают, что ты их не уважаешь! – Ты говоришь как мама. Не волнуйся, здесь недалеко, экипаж готов, мы успеем. Этель хмурилась всю дорогу до поместья Бренгов и успокоилась, лишь когда обнаружила, что они прибыли вовремя. Среди гостей были и супруги Мильве, они снова явились в сопровождение Рене. Даир перевел взгляд на Сирилла, пытаясь понять его реакцию на Кристину, но на этот раз тот остался спокоен, что не могло не радовать. Даир расслабился, окунаясь в привычную атмосферу. Граф Бренг как обычно говорил об охоте и поместье, спрашивал об урожае и ценах на зерно. Его супругу, напротив, интересовали последние сплетни из жизни света и – это невозможно было не заметить – сестра Даира. Она взяла Этель под крыло, уделяя ей почти все свое внимание, – это выглядело довольно забавно. Даир посмотрел на Нивана и сочувственно улыбнулся ему. – Я слежу за вами, милорд, – тихо сказал Сирилл, заметив его взгляд. – Ваша Светлость, простите мою оплошность, – усмехнулся в ответ Даир. Сирилл настойчиво сжал его локоть. – Я не шучу, хватит раздаривать улыбки направо и налево. – Не ревнуй, это всего лишь проявление вежливости. И, тем не менее, проявление собственнических чувств Сирилла было приятным, это доказывало, что Даир небезразличен и им не собирались делиться. – Я беспокоюсь за виконта, – фыркнул Сирилл. – Твои улыбки могут вселить в него ненужную надежду. – Но ты ведь всегда на страже. – Только это и вселяет в меня уверенность. – Ты лучший, – поделился Даир, едва удержавшись от поцелуя. – Спасибо. Даир лишь усмехнулся, – Сирилл снова принял невозмутимый вид. Их ожидала приятная прогулка и восхождение на холм, с которого открывался великолепный вид на реку – гордость семейства Бренгов. День выдался ясным, солнце нагрело воздух, даря тепло, так не похожее на удушливую жару летнего полдня. Листва была неподвижна, ее не беспокоило даже тихое дуновение ветра, – природа словно сжалилась, предоставив небольшую отсрочку. Тишину нарушали только пение птиц и оживленные голоса гостей, которым не терпелось подняться на вершину холма и приступить к трапезе. Даир замешкался и, наклонившись, сорвал ярко-красный блестящий на солнце плод шиповника. Гости разбились на пары – так было легче преодолеть узкую тропинку среди можжевеловых зарослей. Ниван хотел, было, подойти, – Даир заметил его нетерпеливый взгляд, сменившийся досадой оттого, что Сирилл успел первым. Он взял Даира под руку и не отпускал все время, пока они поднимались наверх. Нивану ничего не оставалось, кроме как составить компанию Этель, к явному удовольствию своей матери. Стремление графини свести Этель с сыном не укрылось от Даира, но он не возражал, так как был уверен, что девушке ничего не грозит. Напротив, Ниван был прекрасной возможностью отвлечь ее от Рене, на которого она все еще поглядывала украдкой. Даир выхватил взглядом маркиза, – он шел под руку с Кристиной, которая, видимо, предпочла его супругу. Герцог Мильве был вынужден идти в хвосте процессии в компании четы Бренгов. Даир какое-то время наблюдал за их милой беседой, придя к выводу, что между ними что-то большее, нежели простая дружба. – Даир! – Нетерпеливый оклик сестры отвлек его от размышлений. – Почему ты молчишь? Она обогнала их и встала на пути, кажется, не собираясь двигаться с места. Даир на всякий случай обернулся, чтобы удостовериться, не мешают ли они кому-нибудь. – Этель, милая, я уже наслушался тебя дома. – Поэтому ты должен купить мне птицу! – радостно заключила она. – Это дрозд, – подсказал Ниван. – Дрозда, – подтвердила Этель. – Это же так красиво, Сирилл, скажи. – Мм, – неопределенно отозвался Сирилл, что Этель расценила как согласие. – Вот видишь, Даир, это непременно должен быть дрозд! – И ты, конечно, намерена ухаживать за ним сама? – ухмыльнулся Даир. – Разумеется, он ведь будет петь для меня. Выпишешь его из Мархилда? Можно? Алу тоже понравится, я знаю. – Он начнет петь не раньше зимы, и то, если ты, конечно, не убьешь его своей излишней заботой. Даиру не нравилась ее прихоть, он был уверен, что птица надоест Этель еще до конца недели. – Я подожду, – заверила она. – Ладно, позволь ей завести эту птицу. – Сирилл улыбнулся, подмигнув ему. – Только если ты возьмешь на себя ответственность. За них обеих, – добавил Даир, чуть подумав. Этель посмотрела на Сирилла с мольбой, и он сдался. – Хорошо, я буду приглядывать за птицей. Даир осознал, что его ловко обвели вокруг пальца, только поймав насмешливый взгляд Нивана. Этель едва не прыгала от счастья, Сирилл улыбался. Только это смирило Даира с поражением. Наконец, тропинка вывела их на открытую, поросшую травой, площадку. Здесь было пустынно, не считая нескольких колючих кустарников с черными ягодами. Даир не знал их названия, дикие растения его не интересовали. Они с Сириллом прошли через поляну и присоединились к остальным. Гости, оказавшиеся здесь впервые, недоумевали, как им удалось забраться так высоко. Дамы пытались угадать высоту холма и спорили с мужчинами, наперебой называя цифры. Вид с этой стороны открывался величественный. Внизу виднелись пашни и поля, с начавшей жухнуть травой, чуть поодаль синевой сверкала река, воды которой были необычайно спокойны в это время года. Сирилл отпустил руку Даира и зачарованно смотрел вниз. – Нравится? – улыбнулся Даир. – Признаться, в такие мгновения я понимаю, почему ты стремишься в Гест. – И все же многим не по вкусу эти места, они получили печальную славу однообразных и безжизненно-холодных. – Не всем дано понять их красоту. – Сирилл обернулся и весело заметил: – Кажется, пока мы любуемся видами, остальные восхищаются более приземленными вещами. Даир проследил за его взглядом и не удержался от усмешки. Слуга успел расстелить на земле плед и разложить угощения. Гости с удовольствием поедали хлеб с холодным мясом и запивали их вином. – Нам нужно поторопиться, иначе все съедят без нас. Общество развлекалось болтовней и безобидными шутками, – так случалось всегда, когда собиралась разношерстная компания людей, некоторые из которых были мало знакомы друг с другом. Этель была полностью поглощена Ниваном, и граф отвечал ей взаимностью. По крайней мере здесь не было никого, кому бы он уделил больше внимания чем ей. Глупышке это льстило, она то и дело заливалась краской и заливисто смеялась. Ее веселость подкупала, и Даир был бы только рад за сестру, если бы такое поведение не граничило с легкомысленностью. – Милорд. Подошел маркиз О`Морелл и Даиру пришлось отвлечься от наблюдения за сестрой. Аэрон не так давно прибыл в княжество и поселился в Гесте. Даиру не раз приходилось слушать его рассказы о родине, северной стране, которая, по его словам, так походила на Гест. Тем не менее О`Морелл был довольно приятным собеседником и, обладая обширными знаниями в разных областях, зачастую мог дать дельный совет. – В последнее время я редко вижу вас среди местного достопочтенного общества, и это меня печалит, – сказал он. – Я сам немало раздосадован, – солгал Даир, приправив ложь смущенной улыбкой. В это лето он как никогда тяготился посторонними, его больше чем устраивало проводить время с Сириллом. – Но у меня было слишком много дел. Аэрон покачал головой. – Жаль. После смерти вашей жены прошло довольно много времени, и мы рассчитывали на ваше общество. И, конечно же, на общество вашего прекрасного супруга, которого вы так бессовестно прятали от нас. Маркиз шутил, его карие глаза искрились весельем, так что Даир не мог сердиться. – Мне нет прощения, – виновато сказал он. – Как я могу загладить свою вину? – Конечно же, представив нас друг другу. Хотя… Вряд ли я покажусь ему приятным собеседником после такой прелестной особы. Даир проследил за взглядом О`Морелла, и улыбка исчезла с его лица. Сирилл стоял чуть поодаль и говорил с Кристиной. Он не видел лица Сирилла и не мог разобрать слов, зато хорошо разглядел покровительственную улыбку девушки. – Никто не устоит перед очарованием хорошенькой женщины, – безразлично отозвался Даир, в то время как боролся с желанием подойти и оттащить эту дрянь от своего супруга. Сирилл что-то говорил, но его на полуслове прервал герцог Мильве: – Многие из вас знают, что моя прелестная Кристина – маг земли. – Его губы скривились в самодовольной улыбке. – Сегодня она обещала показать нам свои умения. Надеюсь, вы поддержите ее, она немного стесняется, да, душа моя? – О, милорд, вы смущаете меня, право, – проговорила Кристина. Она и впрямь выглядела смущенной, только Даир уже не слушал ее, все его внимание было приковано к подошедшему Сириллу. – Ты говорил с ней. – Это был не вопрос, но Даир не знал, что сказать и как спросить, чтобы не оскорбить его. – Да. Я попросил прощения. – Ты? За что? – Так вышло. Она решила, что я преследую ее, чего-то хочу и буду шантажировать. – Сирилл вздохнул. – Мне пришлось сказать, что наш брак был договоренностью. Кристина все такая же, – добавил он совсем тихо. – Эта дрянь слишком много на себя берет и ты не должен перед ней отчитываться! – Даир посмотрел на Кристину, которую все в один голос уговаривали показать что-нибудь. Она медлила, но было видно, что не из-за стеснения, – напротив, уговоры и всеобщее внимание ей необычайно льстили. Он перевел взгляд на Сирилла и пожалел о своих словах. – Прости... – Даир отвел его в сторону. – Я не хочу наживать врага в лице Кристины, – сказал Сирилл. – Она может быть очень опасной, если решит, что ей что-то угрожает. И да, мне неприятно слышать от тебя такие оскорбления, все-таки она женщина и, возможно, заслужила свое счастье. Мильве выглядит совершенно очарованным ею… – Сирилл взглянул на герцога. – Впрочем, вокруг Кристины всегда собиралось много восторженных поклонников. – Мне неприятно, что ты по-прежнему один из них. – Это не так. – Во взгляде Сирилла мелькнуло почти страдание. – Я же говорил тебе и думал, ты понял… – Понял, но ничего не могу с собой поделать. Ты же ревнуешь меня к Нивану. – У меня никогда не было связи с Кристиной, в отличие от ваших отношений. – Но ты любил ее, – проворчал Даир. Злость улеглась, оставив неудовлетворенность. Он посмотрел на Кристину, она, кажется, сдалась на уговоры, но ничего не происходило. Она лишь стояла, вытянув руку и повернув ладонь вниз, однако через какое-то время земля под ней пришла в движение и стала рыхлой, словно ее только что вскопали. Кристина опустилась и взяла ее в пригоршню. Еще через пару минут к всеобщему восхищению у нее в руках вырос и распустился цветок подснежника. Даир лишь поморщился. – Куда мне до нее. – Пожалуйста, не надо. – Сирилл незаметно сжал его руку. – Даир... Я с тобой, а не с ней. Это ведь что-то значит. Даир не стал говорить, что если бы у Сирилла появилась возможность, он сейчас был бы как раз с ней, на месте этого старика, герцога Мильве. – Все хорошо, – улыбнулся он. – Нет, и ты это только что показал. Сирилл отошел в сторону, наблюдая за представлением. Даир не последовал за ним. Вряд ли Сирилл нуждался в нем, он был поглощен зрелищем, устроенным герцогиней. Кристина снова что-то выращивала, цветы шли по рукам и, в конце концов, оказывались на земле, растоптанные гостями. Почему-то это произвело на Даира слишком неприятное впечатление. Он любил природу Геста, любил гулять весной и наблюдать за силой и стойкостью этих растений, пробивающих путь через толщу снега. Сейчас клубни спали в земле, но потревоженные магом в итоге погибли. Даир не понимал, как Кристина могла не замечать того, что делала. Она ведь маг земли и должна заботиться о ней, впрочем, от этой женщины не приходилось ждать ничего другого. Представление закончилось бурными овациями и восхищенными взглядами. Кристина стала королевой вечера, гости обсуждали ее трюки даже по возращении в поместье. Единственным человеком, кто разделял отношение Даира, оказалась Этель. Сначала она, как и все остальные, поддалась очарованию магии, но потом приревновала к Кристине. – Что они в ней нашли, – буркнула она. – И эти фокусы... О них никто не вспомнит, когда Сирилл научится показывать свои. Впрочем, Ниван быстро ее успокоил, уведя танцевать. Настроение же Даира ползло вниз с каждой минутой. Он прохаживался по залу, не вступая ни с кем в продолжительную беседу. Графиня Бренг даже попеняла ему за то, что он не танцевал, но Даир испытывал лишь одно желание – уехать. Разговор с герцогом Мильве стал последней каплей, и Даир едва удержался от грубости, ему так и хотелось открыть старому болвану глаза. Вместо этого пришлось изображать вежливого собеседника и вести светскую беседу, выслушивая восхищенные речи о его жене. Казалось, что Мильве от него не отстанет, но хозяева позвали гостей к столу, а после ужина Даир успешно избегал его общества. В конце концов, желание воплотилось, и они уехали домой. Этель ушла в свои комнаты, но Даир не спешил отходить ко сну. Он расположился в кабинете с бутылкой превосходного вина из соседней провинции. Наверное, не меньше чем через час на пороге показался Сирилл. Он был одет в одну рубашку и штаны. – О, мой супруг. – Даир отсалютовал бокалом. – Что ты здесь делаешь? Его не удостоили ответом, Сирилл молча прошел к столу и, поставив свечу, сел напротив. Пристальный взгляд нервировал. Не выдержав, Даир отвернулся и продолжил наслаждаться вином, пытаясь игнорировать Сирилла. – Я стал тебе настолько противен? – через несколько минут Сирилл нарушил молчание. Даир закашлялся, поперхнувшись от неожиданности. Он смотрел на Сирилла во все глаза, не понимая причин странного вопроса. – Противен? – Он отставил бокал. – Кажется, сегодня пил только я... – Тогда в чем дело? Ты делаешь вид, что меня здесь нет. Мне уйти и не докучать тебе? Переехать в другую спальню? Что? – Ничего. Даир запутался в посыпавшихся вопросах, сознание немного плыло от выпитого, и он с трудом мог сосредоточиться. – Я не хочу сейчас ложиться, ты здесь ни при чем. – Не стоило рассказывать о Кристине, – вздохнул Сирилл, будто не слыша его и отвечая собственным мыслям. – Ты винишь меня во всем, что случилось, а вовсе не ее… Конечно, ты прав, и это понятно. Я бы поступил так же, особенно после всего, что ты для меня сделал. – Я ненавижу ее! – сорвался Даир. – Двуличная, эгоистичная, циничная и тщеславная простолюдинка, которая морочит всем голову своим ангельским личиком! Все восхищены, аплодируют, и она забирает тебя у меня, не пошевелив и пальцем! Я столько месяцев потратил на то, чтобы… а ты... она! Он запнулся, запутавшись, потом и вовсе замолчал, махнув на все рукой. Бокал вина был нужнее, чем бессмысленные разговоры. Сирилл очень долго молчал. Одно выражение на его лице сменяло другое, он сжимал и разжимал пальцы на ручке кресла. – Значит… – подал он голос. – Ты меня не презираешь?.. – Я тебя... – Даир осекся. Слово, готовое было сорваться с языка, испугало его. Он слишком много выпил, чтобы делать такие заявления. – Ты вызываешь желание, восхищаешь, нравишься и… что за дурацкие вопросы, неужели этого не видно?! Неуверенно, но Сирилл улыбнулся, затем встал и подошел к Даиру. – Я бы хотел говорить правду, но это сложно… И ты имеешь все, а я ничего не достиг, у меня ничего не выходит. Тяжело быть с тобой рядом, Даир. С таким как ты. Сирилл дотронулся до его щеки. – Я никогда не думал о тебе так и никогда не принижал. Все, чем я владею, – это состояние моей семьи, наследство, так о чем ты переживаешь? – У тебя есть не только состояние и титул. Ты держишься иначе, чем другие. – Сирилл невесело усмехнулся. – Порой это давит так, что трудно не растерять уверенность. А ты не замечаешь… – Я давлю? Не хочу давить, только не на тебя. – Я знаю, что ты не нарочно. – Усевшись к нему на колени, Сирилл обнял Даира за шею. – Хоть от этого и не легче. Даир умиротворенно вздохнул, ощутив тепло его тела, и только ревность и соперничество не отпускали до конца. – Но она еще хуже. Почему ты не хочешь полюбить меня? – Я… Нам обязательно об этом говорить? Забудь Кристину, я просто хотел быть честным с тобой. – Я забуду, когда ты меня полюбишь, – повторил Даир, зарываясь лицом в его волосы. Было приятно сидеть вот так и наслаждаться теплом Сирилла, знать, что он здесь, а не с ней. Даир почти уснул, убаюканный его дыханием. – Пойдем в спальню, там тепло. – Сирилл потянул его к двери. Даир пошатнулся и вцепился в него. Не хотелось куда-то идти, и он не понимал, зачем его тащат наверх. – Мне и тут хорошо, – пробормотал он. – И где моя бутылка?.. – В кровати будет еще лучше, обещаю. Даир сомневался, но не стал спорить. Ступеньки казались бесконечными, но вскоре они добрались до спальни. Сирилл сам раздел его, долго провозившись с одеждой, потом все-таки позволил лечь и прижался к нему, что-то сказав, но Даир уже не слышал.