Во имя дружбы

Последние несколько недель вышли весьма… насыщенными. Пожалуй, если вспоминать обо всём, что неявно упоминал в разговоре господин Чжу… Моракс, Чайльд мог бы сложить цельную картину из кусочков самостоятельно. Если бы не был так сильно увлечён. Разумеется, он злился. А кто бы не злился, если бы самый потрясающий мужчина оказался не то Богом, не то подлецом, решившим поиграть с человеческими жизнями? И всё же, куда хуже оказалось то, что в партии на шахматной доске ставкой оказались не только жизни, но и чувства. В его характере было бы вызвать Властелина Камня на бой. Или избегать того вплоть до отъезда в Снежную. Или написать гневное письмо Капитано, в котором выплеснуть всю свою злость и обиду. В письме Чайльд набросал примерно с три десятка строчек и столько же клякс. Кое-где перо вообще прорвало бумагу, с краю расплылась капля воска, а лист самую малость покрылся копотью от упавшей на бок свечи. А потом все эти строчки оказались перечеркнуты по нескольку раз – так, что разглядеть содержимое просто не удавалось. Бумагу Чайльд неаккуратно сложил в прямоугольник, решив оставить именно её, а не брать новую, просто из вредности. Врождённой. На внешней стороне он написал всего пару слов: "Ты знал?!" Ответным письмом от Капитано Чайльд получил даже меньше – на всё той же уже изрядно смятой бумаге своим идиотским каллиграфическим почерком Кэп дописал: "Знал". В принципе, Тарталья мог и не спрашивать. Капитано почти всегда был в курсе событий и почти никогда не мог поставить его в известность. Всё в этой жизни имело свойство предсказуемо повторяться. И, поскольку злиться на друга у Чайльд получалось совсем недолго, а злиться на Властелина Камня уж тем более не имело особого смысла, на следующий день он, всё ещё весьма недовольный, заходил в ритуальное бюро. А ещё через пару часов в шатре Синьюэ Чайльд просто из вредности (на этот раз приобретённой) уплетал любимый суп с морепродуктами, ловя на себе – или, скорее, на своём супе, – несколько косые взгляды. Всё возвращалось на круги своя. Ну, разве что теперь Чайльд отчётливо понимал, кого именно имеет удовольствие лицезреть перед собой по вечерам – и это понимание ни разу не облегчало его состояние ближе к ночи. Потому что архонт казался ещё более недостижимым, чем обыкновенный консультант господин Чжун Ли, а восхищение Чайльда росло в геометрической прогрессии. Впрочем, вряд ли он вообще смог бы втрескаться в кого-то нормального. Вся его обида и злость всё ещё плескалась глубоко внутри, однако там и оставалась. Оно и к лучшему. По большому счëту, Властелин Камня был настолько далëк от него, что, выпусти Чайльд эти чувства на волю, его одержимость господином Чжун Ли лишь усилилась. Подозрение, что где-то в своих рассуждениях он явно сбился, подобралось неожиданно. Вместе с курьерской доставкой посылки на дом. Поначалу, увидев на краю подпись: "Отправитель: Капитано, четвёртый предвестник Фатуи", Чайльд решил отложить столь официально оформленное дерьмо в сторону, как он и поступал с большей частью подобных посылок. Практика показала, что Капитано никогда не передаёт важную информацию с таким официозом. И чем серьёзнее упаковка, тем большим количеством сарказма могло оказаться приправлено содержимое. Самые ценные сведения Капитано некогда передал в конверте с подписью: "рыжему лоху", и об отправителе на нëм свидетельствовала лишь личная печать. Так что, исходя из логики Кэпа, эта посылка точно не могла быть ничем серьёзным. И всё же на второй день Чайльд не выдержал. Ему было невыносимо скучно, а от альтернативного варианта времяпрепровождения в штанах уже заранее фантомно болело от чрезмерно интенсивного трения. Потому он выцепил с дальней полки посылку, разорвал упаковку и удивлённо уставился на томик древних ритуалов ухаживания Ли Юэ. "Придурок", – подумал Чайльд и открыл книгу на специально для него заложенной странице.