Мир под ногами

      — Чёрт, чёрт!       Он бормотал едва слышно, буквально коротко выдыхал проклятия себе под нос. Грёбаные твари были похожи на освежёванных тощих обезьян под два метра ростом и ориентировались исключительно на слух. Всё, как описывал погибший офицер в своём блокноте: они прятались в темноте высоких потолков, и выдавало их только тихое клацанье огромных когтей.       Леон осветил фонариком коридор ещё раз, сглотнул, споткнувшись лучом о мёртвую тушу с длинным языком. Что же за хрень тут происходит… Весь город, полный зомби, залитый кровью и забитый под завязку трупами офицеров полицейский участок — и теперь ещё и эти твари.       Это было похоже на какую-то атаку. Как будто чья-то злая воля хотела поиграть с Раккун-сити и его жителями в какой-то аналог джуманджи. Надо было разобраться. Найти решение, найти выход. И, чёрт подери, найти Клэр. Она ведь уже должна была добраться до участка с другой стороны.       Леон перевёл дыхание, замер, прислушиваясь, вглядываясь в темноту коридора второго этажа. Вроде бы, не было слышно ни шарканья, ни стонов, ни клацанья когтей — только ночной дождь смывал кровь и грязь, стрекоча по подоконникам и стеклу. Он повёл фонариком, захватывая пятном света табличку около двери.       “Офис СТАРС”.       Леон сглотнул, надеясь, что там не заперто и не понадобится ещё какой-нибудь чёртов старинный ключ. Там могло быть оружие, патроны, информация… Он чувствовал себя странно: как будто оправдывался перед самим собой, что ему нужно в эту комнату, что у него есть веские причины туда войти.       Дверь открылась тихо, почти беззвучно, впуская его в святая святых местного спецназа, и Леон коротко, нервно хмыкнул. В офисе было пусто, сумбурно, и, как ни странно, не было и следа крови или смертей. Видно было, что кто-то быстро собирал — да так и бросил в коробках — какие-то документы и скарб, а многое из личного и вовсе осталось лежать и висеть вокруг рабочих столов. Это выглядело… почти нормальным в сравнении со всем остальным участком.       Леон быстро осмотрел кабинет, подхватывая по пути полезные вещи. Вскрыв кладовую с оружием — повезло ведь найти электронную карточку СТАРС на одном из трупов! — разжился патронами и новым стволом. А потом споткнулся взглядом о лист рукописного письма, там, прямо в оружейной.       Его писал Крис. Тот самый Крис Редфилд, с которым он познакомился два месяца назад в кафе на углу — в ещё мирном, цветущем городе, когда ездил писать заявление на приём в Департамент. Тот самый Крис Редфилд, что не выходил из его головы всё это время, на новую встречу с которым он всё же надеялся, несмотря на спешку и грядущий отъезд Криса.       Леон принялся читать — с затаённой жадностью, буквально глотая слова, как будто так смог бы снова осязать того светлого плечистого парня из пьянящего августовского утра.       “Моим самым лучшим ребятам из СТАРС!       Ну, как вы там все в этом унылом старом участке? Держитесь против старика Айронса? Ну а я? Да только что со свиданки с горячей цыпочкой. Держу пари, вы догадываетесь, что мы вытворяли под её громадным зонтиком.       Европа потрясающа. Одного месяца не хватит даже царапнуть самый верх. Похоже, я расширю свой отпуск на следующие полгода.       Барри, даже не вздумай ко мне присоединяться. Ты же не захочешь заставлять рыдать столько милашек, а? Так что оставь всех деток мне.       Джилл, если Клэр попробует с тобой связаться, скажи, что со мной всё норм.       Крис       29 августа”       Леон выдохнул, отводя от листа взгляд.       Письмо было странным: как будто бы глупым, чванливым и невнятным… Поборов внезапно всхлынувшее, буквально захлестнувшее его до горла чувство обиды — за все эти недели мыслей о Редфилде, все минуты фантазий и слабости, — Леон нахмурился, всматриваясь в строки и размышляя. В конце концов, он ведь не просто так пошёл в офицеры полиции. Он мечтал стать крутым детективом или даже агентом ФБР, а не просиживать до пенсии штаны в каком-нибудь патруле!       Во-первых, в письме, несмотря на всю браваду, скользило предупреждение: не ехать в Европу, где находился сам Крис.       Во-вторых, Крис не мог или не хотел сам связываться с сестрой хотя бы письмом, и его подруга из СТАРС должна была передавать ей вести о брате. Как видно, в последний раз уже ничего не передала, если Клэр решила искать брата самостоятельно.       В-третьих, это упоминание огромного зонтика казалось самым нелепым, что было в письме. Даже если — Леон поджал губы — Крис развлекался там направо и налево, кадрил всех европейских красавиц на всех побережьях подряд, делать такие штуки под пляжными зонтами было не очень-то удобно. Совсем неудобно. Да и толку хвастаться такими деталями…       Ну и наконец, письмо было датировано концом августа, а виделись они тогда в кафе как раз второго числа. Месяц, о котором писал Крис, ровно совпадал с датой. И Леон помнил эти странные слова о том, что Крису больше не место в РПД и ему надо улетать. “Автобус, вокзал, самолёт”, — это всё-таки не было попыткой избавиться от общества восторженного новичка, как иногда мнилось Леону при воспоминании о встрече. Он действительно улетел — и его что-то там крепко держало уже второй месяц.       Леон прошёл к столам и развернул одно из кресел, сел около чьей-то кожаной куртки на стене — так, чтобы иметь обзор на всё помещение сразу, и вгляделся в неровный, но чёткий почерк.       Чёрт возьми. Он намекнул, что там, в Европе, очень опасно. Он зашифровал всё послание! И, похоже, здесь как-то была замешана… Амбрелла?       Леон стиснул бумагу. Крис что-то знал. Заранее, ещё до отъезда. И, похоже, он доверял только двум людям из своего отряда, даже сестру оставил в стороне.       Он нахмурился, пробегаясь взглядом по столу в поисках зацепок. Но на глаза попалась только чья-то грамота о получении первого места в соревнованиях по стрельбе среди офицеров РПД. Леон с удивлением присмотрелся: да, действительно, грамота была выдана тому самому Редфилду. Всё это вокруг, оказывается, было его личным рабочим местом. Он моргнул и обернулся. И электрогитара, и кожаная куртка с “цыпочкой”, сбрасывающей бомбы с небес, (Леон невольно скривился), и диск с инструментальной музыкой — всё это, похоже, принадлежало Крису.       Леон сглотнул. Тут, в самом центре зомби-апокалипсиса, он как будто прикоснулся к чужой жизни. К жизни человека, о котором хотел бы знать больше ещё буквально день назад, а может, и вовсе как-либо связаться с ним, влиться в чужую жизнь не только на пять минут перед отъездом.       Что ж, он так не хотел бы найти здесь, в РПД, Криса-зомби, но хотел бы узнать о нём — не меньше самой Клэр, пусть и молчал всю дорогу. Его желание сбылось.       Он осторожно провёл пальцами по грифу гитары, по коричневой коже куртки, вдохнул её запах, всё яснее понимая, что не просто должен выбраться из умирающего города — но и что-то сделать дальше. Он чувствовал, что у Криса есть ответы хотя бы на часть вопросов.       Леон накоротко прикрыл глаза, выдыхая, буквально ощущая, как всё становится яснее, проще. Значит, его путь лежал туда — к Крису. И явиться он должен не с пустыми руками.       Он сложил письмо, аккуратно убрав его во внутренний карман, и поднялся, быстро проверяя карманы. Нужен был ещё один марш-бросок за последней деталью — и путь будет открыт. Здесь он и так достаточно задержался.       Внезапно в коридоре за дверью раздались быстрые шаги, и Леон приготовился защищаться в случае нападения. Дверь распахнулась, впуская красно-каштановый вихрь. Он опустил ствол.       — Клэр?       Она вздрогнула, обернувшись на него с расширенными глазами и поднесла палец к губам. Леон оказался около неё за секунду. Вместе они настороженно замерли у двери, где раздавался тяжёлый топот.       “Что это?” — Леон вопросительно махнул головой в сторону коридора.       Клэр сделала отчаянное лицо и пожала плечами.       Топот приближался, нарастал — и вдруг замер около них, где-то напротив входа в офис СТАРС.       Леон стиснул пистолет, но в конце коридора что-то грохнуло, упало и покатилось, послышался визг, — и топот немедленно двинулся туда.       — Я знаю, где выход, — одними губами сказал он. — Остался один медальон, и всё, под статуей в главном холле есть проход.       Клэр кивнула и порылась в кармане:       — Вот этот? — она улыбнулась, показывая круглую монету с девой, а потом обернулась на кабинет, вцепилась тревожным взглядом в куртку и стол. — Ты его не видел, да?       Настала очередь Леона победно улыбаться.       — Да, но я думаю, что знаю, где он сейчас. Далеко отсюда, Клэр, очень далеко, — он стал серьёзнее, доставая листок с письмом Криса. — И, похоже, очень занят.       Клэр опустила голову, прикусывая губу и вглядываясь в знакомый ей почерк.       — Это так не похоже на него… Я его найду. И помогу. Во всём, — тихо, но решительно сказала она. — Я знаю, он не оставил бы меня просто так.       Леон глядел на неё долгую секунду, борясь с желанием попросить вернуть письмо — но не зная, как его объяснить.       — Я с тобой. Думаю, мне тоже есть что у него спросить, — он как можно беззаботнее пожал плечом и проверил патроны в стволе. — Идём. Тварь может вернуться.       Они тихо выбрались в коридор, через разломанную душевую к широкой парадной лестнице, спустились, отстреливаясь от очередных зомби.       Топот не заставил себя ждать.       Леон обернулся наверх: там, за балюстрадой, высилась громадная человеческая фигура в шляпе и чёрном плаще с нечеловечески мятым и серым лицом. Он видел их, он шёл к ним молча, не сворачивая и едва ли замечая ходячих мертвецов.       Леон выстрелил несколько раз, метко сбивая с преследователя шляпу, но того это едва ли остановило. Он чертыхнулся, перезаряжая пистолет.       — Что это за мудак?       Клэр отчаянно обернулась, открывая запертую дверь очередным музейным ключиком — и где только добыла, Леон же всё обыскал!..       — Не знаю. Но он убивает всех живых, Леон. Здесь можно срезать!       Они бросились к центральному холлу, прямо через западный офис, где он должен был провести свой нормальный первый рабочий день и где всё ещё болталась радостная надпись под потолком:       “Добро пожаловать, Леон!”       Трёхметровой махине, преследовавшей их, нужно было сделать круг по коридору, — и это давало им буквально минуту.       Но они должны были успеть.       Медальон ровно встал в паз, и под статуей стал медленно, невыносимо медленно раскрываться ход вниз.       Там, под лестницей за их спинами, около входа в холл, раздался гулкий топот. Нечеловек шёл по их следу. Он шагал всё ближе, уже через ступень.       — Идём, — Леон спрыгнул вниз первым, протягивая руку Клэр.       Проход так же медленно закрылся за ними, и они выдохнули, было, свободнее.       …Страшный удар сотряс стену с двойной решёткой, отделившую их от холла полицейского департамента. Ещё один, ещё.       Стена сдюжила. Осыпалась мелкая крошка, но старый кирпич здания музея, видать, мог выдержать и не такую осаду. Если, конечно, враг не окажется не только снаружи, но и изнутри.       Леон мысленно попрощался с несбывшейся работой, лейтенантом Бранахом и всем Раккун-сити, который уже был на волоске от небытия.       — Быстрее!       Их путь лежал прямиком в логово Амбреллы. Но в этом же был их выход.

***

      Леон яростно ругался, перезаряжая дробовик. Патронов оставалось всего ничего, но грёбаная тварь, уже растерявшая большую часть одежды, с бугристыми серыми мускулами и вывернутым на кожу сердцем, почти не похожая на человека, всё ещё преследовала их и не собиралась отступать.       Огромная лаборатория Амбреллы под Раккун-сити оказалась мрачным кладезем, ещё не до конца разорённым ящиком Пандоры. Они с Клэр нашли место в рюкзаках для целой тонны компромата. Видеозаписи, дневники, фотографии, электронные письма — экспериментов, удачных и не очень, бесконечные грязные испытания биооружия, даже подтверждения взяток руководству города и шефу полиции.       Теперь — теперь! — они знали, кто был виноват, и чьей больной фантазии, чьих рук были эти чудовища, заполонившие город. Они знали, кто устроил — по халатности, просто из любви к игре с человеческими жизнями — весь зомби-апокалипсис в Раккун-сити.       Но им осталась самая малость: выбраться из НЕСТ живыми.       Тварь этому всё также стремилась помешать — а он пытался не подпустить её к себе и Клэр, пока последняя разбиралась с эвакуационным поездом Амбреллы.       Наконец-то ей удалось открыть двери в вагон. Заглянув внутрь, Клэр радостно вскрикнула.       — Здесь есть большая пушка. Давай внутрь, я ему врежу!       Леон бросил уже бесполезный дробовик. Они вдвоём столько прошли, осталось только выбраться из грёбаной базы, которая с минуты на минуту должна была самоуничтожиться.       Отсчёт до взрыва активировался буквально случайно. Вокруг уже был ад, устроенный руками её учёных, весь город наверху погибал от инфекции и под когтями ужасных существ — но Амбрелла всегда подстраховывалась, чтобы держаться до последнего и успеть замести следы. Всегда. Именно поэтому её так трудно было поймать на горячем.       Теперь он понимал, что делает Крис в далёкой Европе, что он там скребёт под огромным зонтиком и почему чужие девочки не должны плакать, если что-то пойдёт не так. Крис разбирался там, полез в другой филиал ада — первым. Леон стиснул зубы: ничего, вскоре Крис будет в этом не одинок.       Клэр выстрелила ракетой, едва не падая от отдачи, прицелившись почти в упор, — но нечеловека с сердцем прямо поверх груди всё же разнесло взрывом до основания. Клэр пошатнулась, откладывая РПГ, вздохнула свободнее.       — Порядок, — хрипло кинула она в стороны кабины машиниста.       Леон кивнул и надавил на рычаг, искоса глядя на то, что осталось от чудовища, прошедшего за ними весь путь от самого участка полиции.       Поезд медленно двинулся с места, набирая скорость, увозя их из недр Амбреллы куда-то на запасной эвакуационный путь, ведущий прочь из города в Арклейских лесах.       Они надеялись, что хотя бы этот ад теперь уж точно остался за их спинами.       — Подождите! Прошу вас! Подождите нас!       Они обернулись на срывающийся отчаянием голос. Система вслед за этим криком бездушно подтвердила, что до взрыва было менее двух минут.       К ним, к поезду, набирающему ход, со всех ног бежали по платформе белокурая женщина с маленькой девочкой. Вокруг уже рушились балки, трещали стены, наконец-то не могущие больше выносить весь возложенный на них груз. Женщина едва успела увернуться от огромного бетонного куска, зацепилась пальцами за поручень, подталкивая девочку вперёд.       Леон с Клэр не сговариваясь протянули руки, втащили обеих прямо на ходу.       Девочки сразу же сжалась в комок, обняв колени, её глаза были красными от слёз. Едва отдышавшись, женщина в халате сотрудницы Амбреллы осела на пол вдоль стены, прижимая ребёнка к себе рукой.       — Благодарю вас, — голос у неё казался сухим и хриплым, видимо, от бега. — Я Аннет. Аннет Биркин, это моя дочь Шерри.       Девочка плакала, плакала не переставая, сидя с широко открытыми глазами и почти не обращая внимания на людей вокруг. Клэр присела рядом, осторожно погладила её по голове.       Леон хмуро смотрел на них обеих: он заметил на руке у Аннет фиолетовый браслет четвёртого уровня. Это значило, что она не просто была сотрудницей корпорации — она была её ведущим специалистом.       — Мы убили папу, — Шерри всхлипнула, утирая нос. — Мы сделали ему плохо…       Аннет вздохнула и печально покачала головой, поглядела в глаза Леону, потом посмотрела на Клэр, крепче обняла дочь.       — Нет, Шерри. Я убила не своего мужа и не дело всей его жизни. Эти слова говорил уже не Уильям — за него давно всё решил вирус. Он хотел уничтожить нас, тебя и меня. Это был не папа — и он нас уже не любил.       Её голос, обращённый к дочери, стал мягче и тише, и Шерри прижалась к ней, смаргивая новые слёзы.       Леон и Клэр переглянулись. Аннет серьёзно посмотрела на них.       — Я убила монстра и то, что его породило. G-вирус, который превратил его в чудовище, не должен был покинуть это место! Я надеюсь, что у меня получилось, — она опустила голову. — Нельзя было слепо верить. Никому, особенно Амбрелле… Но — мы все совершили свои ошибки.       Она обернулась назад, где оставался НЕСТ, и система отсчитала последние несколько секунд до взрыва… Он расцветал уже там, где-то в глубине, в недрах лабораторий, сминая и уничтожая, выжигая собой всё. Далёкий грохот подхватился там и тут, множась на каждом новом детонаторе.       Поезд сильно тряхнуло, но он устоял, унося их всё дальше от ревущей бездны на месте огромного подземного комплекса.       — Так или иначе, с Амбреллой здесь покончено, — отозвался в тон Аннет Леон, внимательно глядя ей в глаза.. — Но вы знаете, что это далеко не последнее место. Вы знаете, что то же самое творится в других, не так ли? У вас высокий уровень доступа и максимальные полномочия, — он кивнул на браслет. — Вы сможете помочь после всего, что привело к катастрофе?       Аннет поглядела на него задумчиво, поджала губы, размышляя. По её лицу скользнула мрачная, горькая тень, и она кивнула.       — Думаю, я должна. И это в моих силах.