Синяя борода

— Точно доедать не будешь? — спросил Рон, уже перекладывая себе оставленный без внимания Гермионы кусок ягнёнка. — Точно, — кивнула она. — Ты как будто не из Норы сюда переместился, а после суточного рейда, — не удержалась она от комментария. — Проспал весь день, в последний момент собирался, — отмахнулся Рон в ответ, закинув ягнятину в рот. — А вот ты точно как будто после обеда моей мамы из трёх блюд и двойного десерта, — не успев прожевать, вернул он ей сомнительный комплимент. — Я что-то пропустил и в столовой Министерства начали прилично кормить? — Просто кому-то для утоления голода нужно чуть меньше тазика мяса, — невесть зачем продолжила она эту вялую перебранку. — Угу, пара салатных листков, глоток тыквенного сока, а на десерт кусочек тоста — и нормально. Поверить не могу, что твой котяра до сих пор не умер с голоду! — Живоглот умеет о себе позаботиться, — ответила она. — Видимо, для сосуществования рядом с тобой это жизненно важное умение, — задумчиво протянул Рон, словно случайно озвучил собственные мысли. — В отличие от Живоглота, участие любого другого претендента в попытке совместного сосуществования исключительно добровольное, — хмыкнула Грейнджер. — Миона… — произнёс он и замолчал на некоторое время. Так, что только одному Мерлину было известно, чего стоило Гермионе в тысячный раз попросить не коверкать её имя. — Миона, а давай попробуем? Что скажешь? — Рон отодвинул в сторону меню, которое официантка оставила на столе по его настойчивой просьбе и которое так и пролежало открытым и совершенно не востребованным весь вечер. — Что попробуем? — придя в некоторое замешательство, переспросила Гермиона, хотя прекрасно догадывалась, что речь идёт не об одном из многочисленных десертов. — Ну, сосуществовать. Вместе. Ты и я. — Мне кажется, сегодня обсуждать эту тему немного несвоевременно, — ответила, интуитивно осознавая, что конец вполне приятного вечера наступил. Прямо в эту секунду. — Чушь собачья, — удивив её, Рон рассмеялся. — Считаешь, что после долгих лет в Хогвартсе, месяцев скитаний в поисках крестражей и отношений на расстоянии целых три года мы не сумеем нормально устроиться в Норе? — он отмахнулся. — Даже в голову не бери, Миона! Всё будет круто. Подожди, не перебивай! — не позволил он даже попытаться отбиться от слегка закамуфлированного предложения, вызвавшего в ней липкое ощущение испуга, какое бывает после пробуждения от ночного кошмара. — Я принимаю тебя такой, какая ты есть. Хочешь торчать на работе до глубокой ночи? Пожалуйста. Не хочешь утруждать себя готовкой? Никаких проблем. Не желаешь жертвовать карьерой ради ухода за детьми? Тоже решаемо. Моя мама с радостью возьмёт на себя эти заботы. Она в восторге от тебя. То есть… Буквально обожает. Почти как Джинни. От тебя нужно будет просто… Ну… Быть. Со мной. — Рональд… — Пожалуйста, дослушай. Я готовился к этому чёртову вечеру с момента, когда узнал о твоём возвращении, — вновь не дал он ей право слова. — Я не хочу давить, Гермиона. Но я люблю тебя… Давно, чёрт возьми! И знаю, что наломал дров, — он нахмурился, и Грейнджер тут же поняла, о чём в эту секунду он вспомнил. — Но за неделю, что ты в Лондоне, понял, что другого шанса вернуть тебя не будет. Ты меня избегаешь. — Я не… — Избегаешь. — жёстче припечатал он. — И теперь, когда получила возможность навсегда посадить Малфоя, вовсе исчезнешь с радара, ухватишься за шанс. И это неправильно. В смысле ухватиться за шанс — правильно, а вот исчезнуть с радара — нет. Гарри категорически против моего участия в этом деле, но если мы будем жить вместе, работать как команда, обсуждать детали дела, то и месяца не пройдёт, как этот подонок получит свой поцелуй дементора! — Рональд! — почти выкрикнула Гермиона, что несколько гостей за соседними столиками обернулись в их сторону. — Можно мне, наконец, хоть слово вставить? — осёкшись, гораздо тише спросила она. — Да не нужно ничего вставлять! — отмахнулся Рон. — Примерно догадываюсь, что ты начнёшь с того, что я рано завёл этот разговор. Что у нас первое свидание после единственного поцелуя в Тайной комнате. Что никогда не согласишься разглашать тайну следствия. Что хочешь самостоятельности. Чёрт, Миона! — он отбросил вилку, и та с оглушающим звоном упала на идеально отполированную плитку, украшавшую пол ресторана. Вышколенная официантка моментально левитировала прочь испачканный столовый прибор и принесла на замену новый. — Можешь единственный раз пойти мне навстречу и просто попытаться? Вдруг всё окажется не так ужасно? Вдруг моя семья — не недалёкие простаки, которые обязательно будут лезть в твоё драгоценное личное пространство? Вдруг возвращаться в уютный дом, где тебе искренне рады, окажется лучше прозябания в маггловской необжитой квартире? Вдруг я окажусь не твердолобым бараном, который только жрёт и сморкается в скатерть, а неплохим мракоборцем, который может помочь? — Я не думаю ни о тебе, ни о твоей семье ничего из того, что ты сейчас наговорил! — не выдержав, прервала его Гермиона. — Тогда соглашайся, и на выходных переберёшься! — торжествующе провозгласил Рон, победно сложив руки на груди. — Миона, ты не пожалеешь! Я следил за Малфоем всё то время, что ты была в Австралии. В твоём распоряжении будут все наработки. Уж кто-кто, а Гермиона Грейнджер сумеет найти им достойное применение. — Прекрати, Рональд, — попросила Гермиона чересчур спокойно. Даже немного отстранённо. Будто та пьеса абсурда, в которой ей довелось прямо в эту секунду исполнять главную роль, к её реальной жизни в действительности не имела ни малейшего отношения. — Я не перееду в Нору, — безапелляционно заявила она. Эти слова дались легко. Даже слишком. — Знаешь, я и не сомневался, — зло рассмеялся Рон. — Так и знал, что вся эта история с Хогвартсом и Австралией была только поводом сбежать от меня! — Это нелепо! — пошла в ответную атаку Гермиона. — Рональд, ты бы слышал себя со стороны! Мы обсудили каждый пункт меню. Посплетничали о знакомых. Поговорили о новостях в колонке Скитер. Ты приплёл даже чёртова Малфоя, соперничать с которым в борьбе за твоё внимание — дело изначально обречённое, и внезапно я получаю предложение переехать в дом твоих родителей! Ты серьёзно? — взяв в руку бокал вина, она пригубила его, чтобы сглотнуть подступивший к горлу ком. — А ты серьёзно хочешь портить этот вечер той темой, из-за которой у нас всё разладилось? — насупившись, уточнил Рон. Следовало отдать должное: он сразу понял, о чём речь. — Я считаю, что замалчивать неразрешённые разногласия и при этом съезжаться — в корне неверный выбор, — отчеканила она. — Считаю, что мы могли бы рассказать друг другу о том, чем каждый из нас жил эти три года. Ну, не знаю, познакомиться заново, что ли! Именно так ведут себя взрослые люди. Может быть, закончить этот вечер поцелуем на прощание. Договориться о новом свидании. — Это бред, Миона! — отмахнулся он от её слов. — Мы тысячу лет знакомы. Ты в Норе бывала каждые каникулы столько же времени, сколько дома у родителей. И интересоваться той кучей потерянного времени, когда ты сбежала от меня, не хочу! Да, мне неинтересно! — повторил громче, вероятно чтобы смысл сказанного она поняла окончательно. — Главное, что ты, наконец, здесь! Нужно навёрстывать упущенное как можно скорее, а не тратить время зря! В ответ Гермиона промолчала, спокойно встретившись с Роном взглядом. Она поняла: это конец. Можно было продолжить говорить о том, чего на самом деле хотелось бы ей, но он в очередной раз отмахнётся. — Ты будешь жить в комнате Джинни, — неверно расценив её молчание, продолжил Рон невпопад. — Я буду ждать столько, сколько потребуется. Ты ведь поэтому только про поцелуй сказала, так? Не собирался давить на тебя в этом вопросе. Я же понимаю всё. — А почему Джинни в своей комнате не живёт? — резко сменила тему Гермиона, не придумав способа донести свою позицию лучше. — Она переехала к мужу. Неужели это не понятно? — Рон подозрительно посмотрел на неё, хотя на вопрос ответил. — Мне-то как раз понятно желание жить отдельно. Самостоятельно. Иногда без ужина из трёх блюд и десерта, да. Но самостоятельно, — она ещё раз выделила тоном последнее слово. — Мои родители тоже в Лондоне, Рональд. Тем не менее с нашего возвращения я живу отдельно. В той самой необжитой квартире. — Мои родители потеряли сына, и если мы разбежимся… — Рон, Молли и Артур умные люди и точно не держат вас подле себя. Тут вопрос только в том, что ты сейчас, как и три года назад, хочешь устроить всё только так, как будет удобно тебе. Тогда не мне, а тебе была нужна та проклятая правда об изнасиловании! А теперь ты хочешь сразу, не особо утруждаясь, устроиться комфортно под одной крышей с девушкой и матерью. И то, что ни её, ни меня, это может не устраивать, — такие пустяки, правда? Да, ты даже не мог и подумать о таком! — Гермиона горько усмехнулась. — Действительно, зачем тратить время на ухаживания, если можно всё провернуть быстрее и проще? — Многие женщины были бы счастливы получить такое предложение! Были бы счастливы понимать, что в отношениях с ними настолько уверены, что вместо нелепого растягивания тянучки из «Сладкого королевства» предлагают сразу стать семьёй! Свидания, встречи, общение — это может длиться месяцами, и не одна девушка не уверена на сто процентов в том, что всё завершится кольцом. — Рон нервно облизнул губы. — Хочешь правду? Я мог бы тебе прямо здесь и сейчас сделать предложение, но понимаю: ты не согласишься. Решился на эту полумеру, но ты снова недовольна! Что мешает нам знакомиться заново, живя под одной крышей?! — спросил он, буравя её тяжёлым взглядом. — Глазам своим не верю! — злоба, с которой слетела с губ младшего Уизли последняя фраза, заставила Гермиону вздрогнуть от неожиданности. Она даже не сразу поняла, что обращено это было не к ней. Ответ нашёлся, стоило проследить за направлением его взгляда: в сопровождении официантов к столику шли Блейз Забини, одна из сестёр Гринграсс, которых Гермиона путала, и Драко Малфой собственной персоной. — А говорили, это приличное заведение, — чересчур громко произнёс Рон, чьи глаза горели ненавистью почище адского пламени в Выручай-комнате, из которой они чудом спаслись. — Сам в шоке, Уизли, — ответил Блейз, смерив кавалера Гермионы донельзя презрительным взглядом. — Гуляешь на премиальные Министерства, которые получил за то, что постоял с краешку, пока Поттер и Грейнджер сделали всю грязную работу? — Уж кто стоял с краешку, так это ты, Забини, — хмыкнул Рон. — Сбежал в начале битвы с детьми через Выручай-комнату, отсиделся. Браво, ничего не скажешь! Мерзкий скользкий гад, не пожелавший выбрать ни одну из сторон. Как по мне, ты заслуживаешь такой же камеры, как и твой дружок, который пришёл в ресторан повеселиться сразу после похорон очередной жены! Что молчишь, Малфой? Продолжаешь дело своего Лорда? Три мёртвые магглорождённые ведьмы — прекрасное начало! То ли ещё будет! — Рональд, пожалуйста, на нас смотрят! — попыталась одёрнуть своего спутника Гермиона. С чем это было связано, сама толком не понимала: то ли с нежеланием устраивать сцену, которая гарантированно завтра украсит первые полосы «Ежедневного пророка» и иже с ним, то ли от сочувствия, которое отчего-то испытывала к Малфою. Как мракоборец, она привыкла не разбрасываться обвинениями до момента, когда соберёт для них достаточно доказательств. — Сильвия была сиротой, — хотя Гермиона не проронила ни слова в адрес бывших слизеринцев, Малфой вступил в разговор, не сводя взгляда именно с неё. — Она не любила родовые замки, так что мы решили почтить её память здесь. На нейтральной территории. — Это очень удобно, — Рон продолжал выплёскивать агрессию, предназначеннную Гермионе, в некрасивой перепалке. — Нет родных, некому и претензии предъявлять. — Уизли, или арестуй Драко, или отцепись, — процедила Гринграсс, подняв бровь. — Ах, прости, не расслышала? — она наигранно прижала изящную ладонь к уху. — Не имеешь права, ведь расследование тебе Поттер так и не доверил? Выдернул Грейнджер с другого конца света, лишь бы не ты этим занимался? — хмыкнув, она элегантно присела на отодвинутый официантом стул. — Благодарю, — кивнула, принимая меню. — Если у тебя всё, мы хотели бы спокойно поужинать. Не устраивает находиться с нами в стенах одного заведения — дело ваше. Только мы такие же гости и с места не двинемся. — Тогда мы уходим! — покраснев как рак, Рон вскочил со стула. — Вставай, Гермиона! — почти приказал он. — Рональд, сядь сейчас же! — сожалея, что наложить Оглохни на всех присутствующих не получится, Грейнджер попыталась использовать строгий тон, который раньше на Рона и Гарри действовал безотказно. — Нет! Ремус, Тонкс, Сириус, Колин, Фред… Мне продолжить перечислять причины, по которым я ни секунды не проведу в обществе Пожирателей Смерти?! — Пожирателя Смерти, Уизли, — поправил Рона Малфой, который вёл себя совершенно иначе, чем привыкла Гермиона. В надежде украдкой понаблюдать за ним, она скосила взгляд в его сторону, однако от этой идеи пришлось отказаться: он снова неотрывно смотрел именно на неё. Это было странно, ведь на дополнительном курсе Хогвартса Драко старательно и даже нарочито избегал её, и причина такой перемены могла быть только одна. Скорее всего, он просто пытается понять, считает ли назначенный следователем по делу о гибели его жён мракоборец виновником самого вдовца. — Заканчивай разбрасываться обвинениями. Тёмная метка только на моей руке. И я ответил перед судом за каждое из своих деяний. И раз могу сидеть здесь, значит, волшебники куда умнее и опытнее тебя сочли это возможным, — спокойно ответил он. — За каждое? Или только за те, в которых тебя обвиняли? — Рон зло рассмеялся. — Интересно, а твои так называемые друзья в курсе, что случилось с Гермионой в Малфой-мэноре? Не хочешь поделиться тем, чем похвастался передо мной и Гарри, когда спустился в подвал, в котором нас держали? Уверен, им будет интересно узнать, с кем они сидят за одним столом! — Это просто немыслимо, Рональд Уизли! — не веря собственным ушам, воскликнула Гермиона, тоже рывком поднявшись со стула. — Знаешь что? Я отказываюсь здесь находиться, но совсем не из-за Драко Малфоя! — одним движением подхватив сумочку, Грейнджер почти бегом покинула злосчастный ресторан.