Синяя борода

Гермиона сидела на кушетке и в ожидании, пока колдомедик завершит диагностические заклинания, сосредоточенно сочиняла вопросы, ответы на которые намеревалась получить от Гринграссов. К счастью, беспокойство о том, каким станет вердикт врача, отошло на второй план, ведь выбранное занятие требовало максимальной сосредоточенности. И раз уж после всех событий минувшего дня она так и не прислала Кингсли обещанный список, заснув буквально в тот же момент, когда голова коснулась подушки, следовало собственную оплошность исправить как можно скорее. — Мисс Грейнджер, я закончил, — объявил доктор Уайт, немолодой уже мужчина с поблёскивающей на висках сединой и высоким лбом мыслителя, вырвав её из размышлений о том, как сформулировать основной, а к нему пару вспомогательно-проверочных вопросов, дабы одним львиным прыжком преодолеть змеиную хитрость. Моментально спрятав пергамент и перо в сумочку, Гермиона вернула внимание ему, с готовностью кивнув. — Что скажете? — впившись пальцами в аксессуар, нетерпеливо спросила она. — Есть изменения? Теперь можно снять Обливиэйт до конца? — Мисс Грейнджер, мне жаль вас разочаровывать, но хотя в сравнении с прошлыми показателями тёмное пятно в линии воспоминаний сократилось, его плотность прежняя, — колдомедик развёл руками, расписываясь в собственном бессилии. — То, что, несмотря на два эпизода прорыва, никаких тяжёлых последствий не наблюдается, — очень хороший показатель, — он ободряюще улыбнулся. — Я теряю сознание в эти моменты! — поспешила напомнить Гермиона, с трудом сдерживая возмущение. — Как мне работать?! — Мисс Грейнджер, вы ведь несколько лет в Сиднее провели, уверен, что подобного рода заключение получаете не впервой, — как можно миролюбивее напомнил мистер Уайт. — Конечно, не мне тягаться в компетенциях с лучшими мировыми специалистами, и всё же… — Что? — жадно впитывая каждое слово, невесть зачем перебила Гермиона. — На консилиуме по вашему случаю заключили, что Обливиэйт создавали с использованием магии крови, оттого он так силён и привязан к личности наложившего его волшебника. — Да, всё так, — подтвердила она. — А я бы поспорил, — мистер Уайт задумчиво почесал начавшую пробиваться щетину. — Прорывы происходят не после попытки отменить заклятие кем-то посторонним. Они случаются самопроизвольно, если вы попадаете в сходные обстоятельства. Потеря сознания — побочный эффект, а не кара за неповиновение. — И что это означает, на ваш взгляд? — спросила Гермиона настороженно. — Что заклинание забвения было наложено, безусловно, кем-то очень могущественным, но неумелым. Возможно, использовался мощный магический проводник, может, мои коллеги правы и имела место быть магия крови, или родовая магия — источник значения не имеет. Важно только, что личность этого волшебника не играет роли в том, что процесс возврата воспоминаний запустился самопроизвольно, — подвёл черту своим мыслям колдомедик. — Сутки — не такой уж объёмный промежуток времени, и безопаснее будет позволить воспоминаниям восстановиться без вмешательства. — Но, мистер Уайт… — заспорила было Гермиона, однако он пресек начало дискуссии на корню: — Я всё понимаю, мисс Грейнджер. Вы порядком устали от этой ситуации, но поверьте: лучше набраться терпения, чем усугубить состояние. Держите мои визитки: — он протянул ей стопку. — Старайтесь бывать одна как можно реже, и раздайте мои контакты всем своим знакомым. Предупредите, что, если вновь потеряете сознание, нужно вызвать меня по каминной связи. Буду отслеживать ваше физическое состояние во время обморока, и если показатели продолжат оставаться в пределах нормы, считаю допустимым позволять воспоминаниям возвращаться в больших объёмах. — То есть работать мне нельзя? — насупилась Гермиона, сложив руки на груди. — Вы ведь понимаете, что потерянные воспоминания связаны с обстоятельствами, когда я была в опасности, откуда следует, что и прорывы случаются в сходные моменты? — Вести расследование, опрашивать причастных и свидетелей вам вполне по силам, — поспешил успокоить мистер Уайт. — А что до опасных рейдов — тут, уверен, комментарии излишни. Раз мы не знаем, что может послужить детонатором нового прорыва, лучше быть уверенными, что если таковой произойдёт — вы в этот момент точно будете в безопасности. Когда приём завершился совсем не на той ноте, на которую рассчитывала Гермиона, она поспешила покинуть больницу Святого Мунго. В душе царил полный раздрай, сложно было даже понять, действительно ли эти прорывы были к лучшему: как ни крути, с утратой воспоминаний за три года она успела смириться, а наложенные теперь ограничения даже работать полноценно не позволят. Пришедшие воспоминания, возвращения которых по сути она уже и перестала ждать, дали толчок к тому чтобы подстегнуть саму себя к ещё более значительным результатам. Но колдомедик не предложил ей план действий в виде свитка на три фута с подробным описанием, а лишь ограничил её рабочие возможности. От этого было одновременно обидно и беспомощно. И приводило в бешенство. Вздохнув, Гермиона бросила взгляд на часы, показывавшие, что малая стрелка пересекла цифру десять. Она не предупреждала мистера и миссис Уизли о своих планах навестить их, однако откладывать визит было никак нельзя. Нужно как можно скорее сгладить впечатления от этой отвратительной статьи, и скорейшее посещение Норы — лучшая возможность обойти все острые углы, которые благодаря вероломству мерзкой Скитер потенциально могли появиться. Дойдя до точки трансгрессии, Гермиона спешно, будто боясь передумать, переместилась к порогу Норы. В том, что Молли точно дома, она была уверена, как и в том, что Рон сейчас отсыпается после ночного рейда. Набравшись храбрости, она громко постучала. — Открыто! — раздался голос миссис Уизли откуда-то издалека. — Можно? — спросила Гермиона, однако скрипнувшая одновременно дверь определённо перетянула всё внимание на себя, и вопрос никто не услышал. Пришлось взять инициативу в собственные руки и двинуться в направлении кухни, где, скорее всего, и находилась хозяйка дома. И надеяться, что благодаря стуку собственных каблуков не застанет никого врасплох и не напугает. — Флёр, моя дорогая, поотвлекай Мари Виктуар ещё буквально несколько минут, завтрак для малышки почти готов! — не поворачивая головы, распорядилась миссис Уизли. — Молли, здравствуйте! Простите, что вломилась без предупреждения. Не успела ещё обзавестись своей совой, — выпалила Гермиона на одном дыхании. — Моя дорогая девочка! — воскликнула она после секундного замешательства, заключая Грейнджер в объятия. — Вы посмотрите, совсем взрослая, и какая красавица! В школьные годы была хороша, а теперь и вовсе глаз не отвести! — на секунду оторвавшись, чтобы получше рассмотреть гостью, она вновь обняла её. — Молли, я так скучала! — совершенно искренне призналась Гермиона, крепко обнимая её в ответ. — Простите, что так внезапно… — И слышать ничего не хочу, наш дом — твой дом! — отрезала миссис Уизли, порывисто оторвавшись от неё и вернув внимание плите. — Прости, моя дорогая, у нас тут целое столпотворение! И Билл с семьёй приехали, и Андромеда с внуком гостят, да ещё и Джинни вчера отыграла последний матч в сезоне, и, конечно, тоже здесь! — Так у вас семейные сборы, — сделала вывод Гермиона, смутившись окончательно. — Молли, давайте я загляну в другой раз… — Милая, не обижай меня! — миссис Уизли смерила её строгим взглядом, прежде чем призвала тарелку. — Именно потому, что у нас семейные сборы, твоё появление как раз кстати. Даже если у вас с Роном не сложится, ты мне как дочь. И никакая статья от Скитер этого не изменит. Поняла? — уперев руки в боки, она испытующе посмотрела Гермионе прямо в глаза. В ответ та молча кивнула, постаравшись как можно скорее сморгнуть подступившие слёзы. Нахлынувшие воспоминания о том, как порой она представляла себя частью большой семьи Уизли, причинили почти физическую боль пониманием, что те мечты, какими бы прекрасными они ни были, давно канули в Лету. И что печалило сильнее всего — она не смогла ничем заменить образовавшуюся на их месте пустоту. — Присаживайся, мы все уже позавтракали, только Мари Виктуар всё проспала, так что составишь ей компанию, — решительным тоном сообщила Молли, поставив на стол перед Гермионой тарелку с овсяной кашей с кусочками запечёных зелёных яблок, издающей такой умопомрачительный аромат, что отказался бы разве что сумасшедший. — И возражения не принимаются! Ты стала такой худой, что вот-вот заклинание левитации перестанет быть нужно, чтобы подняться в воздух! — категорично предупредила она. — Снитчик мой золотоволосый, завтрак на столе! — крикнула миссис Уизли. Спустя несколько секунд на кухню вбежала очаровательная девчушка на вид двух лет от роду, следом за которой вошла Флёр. — ’Эг’миона, какой пг’иятный сюг’пг’из! — также тепло поприветствовала её ещё одна миссис Уизли. — Маг’и Виктуаг’, где твои манег’ы? Как же пг’иветствие? — Привет! — тихо произнесла девочка и робко помахала рукой. — Привет! — весело подмигнула ей Гермиона. — Меня тут кашей кормят. Составишь компанию? — Да! — с горящими глазами воскликнула малышка, ловко залезла на лавку и уже через мгновение восседала у Гермионы на коленях. — Корми! — милостиво распорядилась она. — Маг’и Виктуаг’, разве так можно? — возмущенно воскликнула её мать. — Слезь немедленно и не позог’ь меня! — Флёр, всё в порядке, — поспешила успокоить Грейнджер, в суматохе так и не поздоровавшись с невесткой Молли. — Мне даже приятно, что мы так быстро поладили, — улыбнувшись, она провела ладонью по выбившейся из косы белокурой пряди девочки. Непроизвольный жест навеял какую-то несвойственную моменту необъяснимую грусть, как будто вновь напомнив о том, что ей в жизни недостаёт чего-то безумно важного. Логики в этом не было. К созданию семьи она не стремилась. По крайней мере, сейчас точно. О детях не помышляла тем более. Однако пустота в душе, появившись словно ниоткуда, будто бы разрослась ещё больше, пустив корни в самое сердце. Списав эти странности в собственном переменчивом настроении на очередной всплеск ностальгии, Гермиона подхватила девочку за талию, заставив повернуться в свою сторону, после чего неумело отправила той в рот первую ложку каши. — Горячо! — мгновенно объявила малышка хнычущим голосом. — Прости, милая, надо было подуть… — Не обращай внимания, температура идеальная, у мамы по-другому не бывает, а она просто вредничает, — огненным вихрем влетела на кухню Джинни, подбежала к Гермионе, по очереди поцеловав в щёки и её, и Мари Виктуар, после чего показала девчонке язык, на что та расхохоталась. — Если хочешь потренироваться перед появлением своих, советую начинать с Тедди. Просто идеальный ребёнок, кушает всё до последней ложки и никогда не капризничает! — налив себе какао, она села напротив. — Не расстраивайся, тут как с метлой, дело опыта! — Боюсь, эти тренировки увенчаются тем же успехом, — попыталась отшутиться Гермиона, тем не менее исхитрившись запихнуть в рот ребёнка вторую ложку с кашей. — Так, снитчик мой, ну-ка возвращайся к маме! — взяла дело в свои руки Молли, быстро вернув дочку Флёр. Как ни странно, та даже не пикнула. — А тебе, моя дорогая, нужно не незамужней Гермионе советы раздавать, а самой переходить к этим тренировкам! — отбрила она дочь. — Вы с Гарри уже достаточно давно женаты, а времени вместе проводите столько, что едва ли наберётся месяц за целый год! — Мам, границы! — Джинни, границы! — усмехнулась Молли, качнув головой в сторону Гермионы. — Ладно, уела! — рассмеялась супруга Гарри. — Ну как ты, дорогая? Рассказывай! — вернула она своё внимание Грейнджер. — Честно? Странно, — призналась Гермиона на выдохе. — Всё как будто привычно, а в то же время — словно с другой планеты вернулась. — Во-первых, не забывай завтракать, — старшая миссис Уизли левитировала ей новую тарелку и ложку. — А во-вторых, дай себе время, милая, — присев рядом с дочерью, она ободряюще улыбнулась. — Это наша вина, что вам всем пришлось так рано взрослеть, не следовало ждать исполнения пророчеств, надо было брать ответственность на себя. В чём-то покойный Сириус Блэк был прав, нужно было не дожидаться усиления Волдеморта и захвата Министерства, а атаковать первыми. Кто знает, как бы тогда всё повернулось… — изменив своему позитивному настрою, Молли быстро призвала бумажную салфетку с другого края стола и суетливо промокнула выступившие слёзы. — Мама, пожалуйста, — взмолилась Джинни. — Нет-нет, я в порядке… — она поспешила вновь вернуть широкую приветливую улыбку. — Так вот, Гермиона, ты вовсе не обязана подстраивать себя под чьи-то ожидания. Даже моего сына. — Тем более — её сына, — согласно хихикнула Джинни. — Он вёл себя как полный осёл. Хоть он и брат мне, но говорю как есть: на твоём месте три года назад я бы тоже сбежала подальше. Хоть бы и на другую планету! — Никуда она не сбегала, Джиневра! — снова осадила её миссис Уизли. — Флёр, милая, тебе помочь? — она ненадолго отвлеклась, увидев, как Мари Виктуар самозабвенно размазывает кашу по столу. — Всё хог’ошо, общайтесь, — отмахнулась молодая мать, наложив очищающие чары на столешницу. — Молли, в пятницу вечером Рон передал мне ваше предложение о готовности во всём помогать… — заговорила было Гермиона. — Жаль только, что мой совет не ставить тебе ультиматумов он сам себе не передал! — вновь перебила её хозяйка дома. — Не ругайтесь, Рональд действительно очень старался, — поспешила не согласиться Гермиона, отчего-то испытав порыв заступиться за своего несостоявшегося кавалера. — Просто… Этот отъезд был крайней мерой. Простите мою откровенность, но тогда я поняла, что если мы продолжим постоянно быть рядом, то просто возненавидим друг друга, — она встретилась глазами с понимающим взглядом Молли. — Я надеялась, что время и расстояние сведут на нет наше недопонимание. Или что лучшие колдомедики снимут заклятие забвения. Или Рональд просто приедет и попросит вернуться. Просто… перевернуть ту страницу, на которой остались и плен, и война, и суды, и его неуёмное желание отомстить. Что он разрешит мне быть счастливой. С ним… — Я неисчислимое количество раз говорила ему, что, если бы уделял тебе хотя бы сотую долю того внимания, которое досталось зацикленности на желании посадить Малфоя, — ты бы никуда не уехала! — не выдержав, Джинни подскочила на ноги, начав мерить шагами кухню. — Малфой… Не знаю, виноват он в чём-то перед тобой или нет, но жизнь его и без того уже наказала чересчур жестоко, — покачала головой Молли, погладив Гермиону по руке. — Ты совершенно правильно сделала, что осадила Рона в ресторане. Каким бы он ни был, бить лежачего — не в духе Гриффиндора. — Гермиона разберётся в этом деле! — убеждённо заявила Джинни, вновь плюхнувшись на своё место. — Выдать бы только нашему белобрысому судебный запрет на новые отношения до окончания расследования! — она хихикнула. — Интересно, а так можно? А то вдруг Рон всё-таки прав и таинственная Синяя Борода продолжает дело своего Тёмного Лорда, влюбляя в себя, а затем уничтожая магглорождённых волшебниц! — придав голосу таинственности, договорила она, прежде чем прыснуть от смеха. — Джин, прекрати, — попросила Грейнджер. — Версий много, и я изучу их все. Но если Малфой жертва, а не преступник, глумиться над его горем жестоко. — На твоём месте я была бы настороже, — та и не подумала смутиться. — Всё одно к одному. В Хогвартсе болтали, что у Малфоя есть ген вейлы. Если это так, то ему ничего не стоит кого угодно окрутить! Эй, Флёр, ты не в курсе, эти слухи про вейлу правда? — Откуда мне это знать? — Ну, ты же полувейла! — Джинни, дог’огая, а ты знаешь абсолютно всех г’ыжих в Англии и за её пг’еделами? — прищурившись, уточнила Флёр, отпустив дочку с колен. — Чтобы ты понимала, это звучит почти по- г’асистски! — Ой, не дуйся только! — отмахнулась она в ответ. — Если бы это не было так важно, я бы и не спрашивала! Дело-то совсем непростое. Вдруг в этой статье Скитер есть доля истины? Только не Гермиона приехала бегать за Малфоем, а он, наоборот, наметил её в качестве новой жертвы? А что? Она у нас девушка свободная, очарует её в два счёта — и всё, прощай, ярчайшая ведьма своего возраста! — Так, Джинни, тебя заносит! — Молли строго посмотрела на дочь. — Мам, что бы ни говорила Джинни, Малфой у Мионы всегда и во всём вне подозрений, — раздался в дверях голос Рона. — Всем доброго утра, если кто-то считает его таким. Не беспокойтесь, своим неугодным присутствием досаждать не буду, зашёл воды попить, а потом обещал Джорджу в магазине помочь. — Привет, — тихо отозвалась Гермиона, решив не комментировать очередной выпад, которым она давно со счёта сбилась. — Тебе бы отдыхать больше, — сочла нужным добавить она. — В рейдах важна концентрация, а если не высыпаешься… — Какая забота, — хмыкнул в ответ Рон, смерив если не презрительным взглядом, то чем-то близким к тому. — Да, если бы один из Пожирателей Смерти не убил Фреда, то Джорджу сейчас на хер не нужна была бы моя помощь! — Рональд Уизли, ты не смеешь произносить такие слова в адрес девушки в моём доме! — звонко хлопнув ладонью по столешнице, железным голосом отчеканила его мать. — Ты немедленно извинишься перед Гермионой! — Прости меня, Гермиона, что я не могу простить преступления тому, кто потешался над моей семьёй из года в год! — Рон издевательски упал на колени. — Тому, по чьей вине до сих пор в кошмарах слышу твой крик боли от Круциатуса! Тому, кто едва не помешал Гарри найти диадему в Выручай-комнате! Тому, кто тебя, возможно, изнасиловал! За что ты защищаешь его?! Почему?! Ответь, здесь, при всех! Я не понимаю! Воцарилась тишина, не нарушаемое даже тиканьем часов, на которых счастливо улыбались все отпрыски этого большого семейства. И даже Фред, чья стрелка навсегда остановилась той страшной ночью 1998-го. — Потому что если бы не Драко Малфой, я была бы уже мертва, — отрешённо ответила Гермиона, когда сгустившийся над ней воздух показался настолько тягучим, что почти перестал помогать делать жизненно важные вдохи. — То есть ты что-то вспомнила, а сообщать мне важным не сочла? — почти припечатал Рон, сверля её тяжёлым взглядом. — Скажи спасибо, что Гермиона настолько добра, что вообще отвечает на твои вопросы, — встав между сыном и ней, поспешила завершить этот допрос Молли. — Собирался к Джорджу? Вот и отправляйся, пока не наговорил того, о чём сам потом будешь жалеть! — с этими словами она буквально вытолкала Рона из кухни. — Я пойду, пожалуй, — кивнув самой себе, Гермиона поднялась на ноги. — И слышать ничего не желаю! Не для того мы тебя так ждали, чтобы отпустить из-за какой-то мелочи! — замахала руками миссис Уизли. — Габриэль, сестра Флёр, вместе с малышами какой-то спектакль на улице подготовили, сейчас будем смотреть, а потом устроим пикник! Когда ещё такая погода будет? Надо ловить момент! — пресекла она попытку бегства на корню. Гермиона пробыла в Норе до самого вечера, вернувшись домой, когда темнота уже окончательно опустилась на Лондон. После обиталища шумного семейства Уизли собственная квартира первые несколько минут казалась ей звуковым вакуумом. От детских криков и смеха в ушах с непривычки звенело, а в горле пересохло оттого, что с ней стремились пообщаться буквально все: Андромеда, чуть позже вернувшийся с работы Артур, Билл, даже Перси для приличия перебросился парой фраз под строгим взглядом матери. Она устала, но усталость эта была какой-то необычной, даже приятной. Особенно радовало, что родители Рона не держат обиду за то, что их невесткой она, похоже, не станет. Переодевшись в любимую клетчатую пижаму, она распустила аккуратно уложенный пучок, завязав непослушные кудри в удобный хвостик, когда раздался звонок в дверь. Изрядно удивившись, она поспешила в направлении звука. На секунду в мыслях промелькнуло, что, пожалуй, не очень прилично встречать нежданного посетителя или посетительницу в настолько домашнем виде, особенно учитывая, что низом пижамы были довольно короткие шорты. С другой стороны — жара не отступила, даже несмотря на наступление вечера, а гости явились без предупреждения, так что едва ли рассчитывают на соблюдение делового дресс-кода. — Ты? — казалось, стой на пороге гиппогриф, Гермиона не удивилась бы так сильно, как сейчас, наблюдая перед собой высокую худощавую фигуру Драко Малфоя, которая, тем не менее, заняла собой все пространство дверного проёма. — Привет, Грейнджер. Прости моё вторжение, просто Поттер сказал, что ты приболела и какое-то время не появишься, — он нахмурил свой высокий лоб, будто помогая себе понятней сформулировать причину собственного появления. Гермиона застыла, отчаянно пытаясь привести мысли в порядок и изо всех сил сдерживаясь от того, чтобы проверить, засунула ли палочку в задний карман шорт и успеет ли в случае чего вытащить её максимально быстро. Понять её смятение было просто: не существовало ни одной вразумительной причины для Драко Малфоя заявляться к ней домой. Новый её визит в Малфой-мэнор планировался для сканирования замка, а не для допроса, тем более что под сывороткой правды из него и так вытянули даже излишне много подробностей. Справиться о её здоровье можно было отправив филина с запиской. А уж безумная мысль, что тому, кто пытался выдержать её общество с помощью огневиски, захотелось просто пообщаться, была настолько нелепой, что при её появлении Грейнджер едва сдержала нервный смешок. «Ему ничего не стоит кого угодно окрутить!» — ворвался в мысли звонкий голос Джинни. «Не Гермиона приехала бегать за Малфоем, а он, наоборот, наметил её в качестве новой жертвы», — ещё одна теория, которая, если вдуматься, могла иметь право на существование. Что ж, опыта работы под прикрытием и, тем более, ловли на живца у неё ещё не было, и получить от Гарри добро на этот спонтанный план будет той ещё задачей, однако для раскрытия такого непростого дела можно было попытаться пойти на какие угодно уловки. А заодно — кто знает, вдруг запущенный в его присутствии процесс отмены наложенного на неё заклятия пойдёт быстрее? Это опасно, чертовски опасно. Однако ставки так высоки, что Грейнджер решила идти ва-банк. — Входи, — разрешила она, сопроводив слова приглашающим жестом.