Синяя борода

— Нет. Гермиона вздохнула. Разумеется, иллюзий о том, что Гарри с радостью позволит взять под козырёк и идти исполнять озвученный план, она не питала. Тем не менее с её подачи он когда-то вскарабкался на спину дракона, чтобы покинуть превратившиеся в ловушку стены Гринготтса, возглавил Отряд Дамблдора, в конце концов, спасся от Дьявольских силков и не позволил Волдеморту заполучить философский камень. Теперь же, судя по сжатым в тонкую нить губам и прищуренным зелёным глазам, даже не воспринял её предложение серьёзно, обрубил на корню, демонстрируя полнейшее нежелание вникать. — Ты выслушаешь меня, Гарри Джеймс Поттер, или я наколдую тебе хобот вместо носа на добрую неделю! — на одном дыхании выпалила Гермиона. Не хватало только, чтобы он отмахнулся от неё, как от Луны Лавгуд. — Тут нечего обсуждать, мракоборец Грейнджер! — нелепо попытавшись изобразить тон старшего по званию, отрезал Гарри. — Ты совсем сдурела? — уже своим привычным голосом продолжил он, не выдержав ролевую игру в начальника и подчинённого. — Отчёт колдомедика такой, что впору отстранить тебя от оперативной работы, а ты собралась соблазнять предположительно Синюю Бороду?! — Это не менее безумный план, чем брать свою помощницу, не сдавшую Ж.А.Б.А., на арест оборотня! — парировала Гермиона, с ухмылкой сложив руки на груди. — Напомнить, что Кингсли прямо сейчас лично присутствует на слушании, чтобы прикрыть наши задницы? — Он это делает, чтобы виновный в нападении на ребёнка не избежал наказания! — И заодно прикрывает наши задницы. Одно другого не отменяет! Не была бы зафиксирована куча нарушений при проведении ареста — не было бы и сомнений, что преступник не сможет выкрутиться! — Когда-то мы с тобой и Роном прикрыли задницы всем, кто теперь заседает в Визенгамоте! Проглотят. И даже не подавятся. — Ты серьёзно? — подняв бровь, уточнила Гермиона. — Былые заслуги ставят нас выше теоретически единого для всех закона? — Ладно тебе, сама знаешь, мне списали тот же Империус, применённый к гоблину! — Гарри отмахнулся. — Ушам не верю, — покачала головой Гермиона. — Мы… мы просто не будем это обсуждать, иначе я наколдую не хобот, а чего похуже! Ты утвердишь мой план, Гарри, потому что благодаря ему мы прикроем сразу несколько слабых мест в расследовании! — И каких же? — пришла очередь Гарри использовать скептический тон. — Связанных с опасностью для новых потенциальных пассий Малфоя! Подумай сам: я обучена, подготовлена и превосходно владею боевой магией. И лучше уж в качестве жертвы злоумышленник, кем бы он ни был, будет видеть меня, а не другую беззащитную магглорождённую! — Гермиона, ты можешь превратиться в беззащитную магглорождённую за несколько секунд, как это было во время ареста оборотня! — не преминул напомнить Гарри. — Да и потом, Малфой и ты… Это… Договорить он не успел: в дверь постучали, и когда Гарри отозвался, в кабинете показалась белокурая макушка Элизы: — Мистер Поттер, господин Министр Всеобщей магии просит вашей аудиенции. — С ума сошла? Приглашай немедленно, — почти беззвучно отреагировал глава ОМП, поднимаясь на ноги. По его примеру, Гермиона тоже встала. И из соображений всё той же пресловутой субординации, и с почти стопроцентной вероятностью предположив, что донести до Гарри все плюсы собственного плана придётся позже. — Гарри, здравствуй, — устало поприветствовал его Кингсли, едва успев войти. — Гермиона, — кивнул он. — Очень кстати, что ты тоже здесь. — Чай, кофе, господин Министр? — звонко спросила Лиз, не спешившая покидать кабинет шефа. — Прохладной воды, — отмахнулся он в ответ. — Ну и наделали вы дел, господа мракоборцы, — покачал он головой. — Мисс, я дождусь воды сегодня? — обратился он к не очень-то торопящейся выполнять просьбу Лиз. — Э-э-э… но есть же Агуаменти! — пробормотала она, изображая непонятливость. — Элиза, это конфиденциальный разговор, — отрезала Гермиона строго. — Ступайте за чёртовой водой и позвольте его продолжить! В ответ девушка активно закивала, заметно стушевавшись. Стукнула дверь, возвещая, что помощница Гарри отправилась выполнять поручение. — Мне очень жаль, — прикусив нижнюю губу, мгновенно сменила тон Гермиона, чувствуя на себе насмешливый взгляд Гарри и мечтая невербально спустить ему штаны на глазах Кингсли, чтобы чувство неловкости было с кем разделить. — Обошлось на этот раз, — к чести министра, он не стал их долго мучить. — Имя Гарри Поттера пока что само по себе весомый аргумент. — Пока что, — прошипела Грейнджер, ненавидящая выслушивать отповеди за неверные решения других, и в очередной раз сверкнула сердитым взглядом в сторону друга. — О, Кингсли, кстати, как думаешь, выйдет из Гермионы роковая соблазнительница? — неправдоподобно буднично спросил Гарри и, совершенно не реагируя, что в его кабинете Министр магии поперхнулся водой и начал отчаянно кашлять, а подруга детства покраснела то ли от смущения, то ли от злости до самых кончиков волос, вытащил из тумбы в столе початую пачку чипсов и с преувеличенным аппетитом отправил один кружок картофеля в рот. — Какая глупая попытка отвлечь Кингсли от цели его визита, — предупреждающе прошипела Гермиона, беззвучно приманила чарами несколько традиционно валяющихся на всех поверхностях бумажек и начала невербально трансфигурировать их. — Отнюдь. Если я правильно всё понял, тема с оборотнем себя исчерпала, а ты не намерена отступаться от своего глупого плана. Так что вполне логично, что я советуюсь с тем, кто действительно может оценить, справишься ли ты с тем, что предлагаешь, — договорил он и захрустел вторым чипсом, давая стоящим напротив волшебникам переварить его слова. И слишком уж очевидно наслаждаясь их смущением. — Какие-то проблемы? Помнится, однажды вы оба меня наперегонки убеждали, что секс дружбе не помеха и что у вас всё под контролем. Так что, раз теперь секс не помеха и расследованию, мы взрослые люди и должны обсудить компетенции мракоборца Грейнджер в этом вопросе. — Опуньо! — произнесла Гермиона, с удовлетворением наблюдая, как друг отбивается от её наскоро наколдованных птиц. — Не хочется прерывать веселье, но о чём речь? — обратился Кингсли к ней напрямую, не став приходить на помощь главному символу победы над Волдемортом. Либо считал, что он заслужил взбучку, либо справедливо рассудил, что выживший после двух Авад волшебник совершенно точно справится с почти безобидными бумажными творениями Гермионы. — Фините! — вместо ответа произнесла Гермиона, и птицы вмиг рассыпались на бесконечное количество мелких обрывков, вернуть которым первоначальный вид не смогла бы никакая магия. — Сейчас инициатор разговора с удовольствием озвучит подробности, — пообещала она, в мгновение переводя самого Гарри в статус того, кому придётся объясняться. — Гермиона, гриндилоу тебя подери, это были страницы отчёта, который я готовил для Кингсли! — так и не сумев привести себя в более-менее приличествующий начальнику мракоборчекого отдела вид, Поттер плюхнулся в кресло напротив них. — И Кингсли, так и быть, даст тебе ещё пару часов на их восстановление, прежде чем потребует отчёт, который ждёт уже неделю, — в голосе Министра послышались стальные нотки. — Существуют границы, Гарри. Ты их перешёл. И теперь хотелось бы услышать причину, спровоцировавшую весь этот цирк. — Гермиона решила ловить Синюю Бороду на живца, — совершенно не подбирая слов, наябедничал Гарри. — На себя. — Ты серьёзно? — Кингсли повернулся в сторону Гермионы. К собственному сожалению, ей пришлось констатировать, что взгляд его оставался совершенно нечитаемым, так что понять, чью сторону в споре он займёт — её или Гарри, — было совершенно невозможно. — Да. Малфой не умеет долго быть один, — аккуратно процитировала она его самого так, чтобы Гарри не понял, что буквально вчера они обсуждали это дело. — И моя с ним интрижка не только избавит от новых жертв, но и позволит чаще бывать в его поместье. — Или сделает новой жертвой тебя, — упрямо повторил свою мысль Поттер. — Кингсли, ты не знаешь всей истории, — не позволяя Грейнджер начать спорить, быстро заговорил он. — «Тайная комната открыта. Ты следующая, грязнокровка!» — Ему тогда двенадцать лет было! — фыркнула Гермиона, внутренне всё же сжавшись от тех неприятных воспоминаний. — И я в таком его отношении тоже была в чём-то виновата, — добавила, вспомнив свой недавний разговор с Драко. До тех её слов о том, что Малфой попал в сборную Слизерина отнюдь не за талант, он никогда не тыкал носом в её происхождение. — Прекрати нести чушь! — перебил её Гарри. — Ты была «виновата» только в том, что родилась в семье магглов! — Драко Малфой сейчас не чурается отношений с магглорождёнными, те его мерзкие детские фразочки в большей степени принадлежат Люциусу, чем ему самому. По крайней мере, он прикладывает недюжинные усилия, чтобы ситуация выглядела именно так, — прервал их спор Кингсли. — Гермиона права, Гарри, это не аргумент. С другой стороны, раз у вас с ним такая непростая история, почему ты так уверена, что сможешь соблазнить Малфоя? — в лоб спросил он у Грейнджер, сверля её испытующим взглядом. Гермиона взяла паузу. Сказать напрямую, что начала действовать, не дожидаясь одобрения, она просто не могла. — Кажется, теперь я понимаю, что сделал неверное предположение о личности гостившей у тебя вчера соседки, — неожиданно пришёл ей на помощь Кингсли. — Прости. Я не хотела врать, просто растерялась, — не став отпираться, кивнула Гермиона в ответ. — Может быть, теперь и мне объясните, о чём речь? — раздражённо подал голос Гарри, будто напоминая, что всё ещё продолжает находиться в своём кабинете. — Я думал, что вчера у тебя был Рон, — заметил Кингсли тем временем, удерживая зрительный контакт с Гермионой. — Всё сходилось: и проведённый день в Норе, и его сова, доставившая мне послание, и ваше обоюдное отсутствие на работе. Решил было, что тебе неудобно признаваться после статьи и того нашего разговора, что встречаться с ним ты больше не планируешь… А это… это был Малфой, — из его тона ушла настороженность, сменившись облегчением. — Гарри, если ты ждёшь моего мнения, то уверяю: Гермиона с ума его сведёт, — хмыкнул он, незаметно подмигнув Грейнджер. — Оу, спасибо за комплимент, — кокетливо повторила его жест, поддерживая игру. — Нет, умоляю, хватит с меня увиденного в Сиднее! — возопил Гарри, подскочив со стула в сторону двери: — Лиз, куда ты запропастилась?! Завладела маховиком времени и отправилась в поисках самого чистого источника в далёкое прошлое?! — Скажете тоже — маховик времени… Их же уничтожили, в отделе Тайн последний неисправный экземпляр. Простите, мистер Поттер, мисс Грейнджер чётко дала понять, что вода была лишь поводом меня спровадить, — с обезоруживающей прямотой начала оправдываться девушка, моментально материализуясь в кабинете со стаканом. — Ваша вода, господин Министр, — объявила она. — Благодарю, Элиза. Отдел Тайн уже давно можно переименовывать в отдел Откровений, судя по всему. — Да ладно вам, это всего лишь один из множества редких артефактов, — отмахнулась Лиз. — Было бы очень глупо уничтожать их все. В правильных руках они могли бы принести больше пользы, чем вреда. — Это лишь оценочное суждение, юная леди, — покачал головой Кингсли. — Слишком субъективное. То, что один сочтёт благом, для другого станет катастрофой. Нельзя подстраивать прошлое или будущее под свои капризы. Это может уничтожить мир. И волшебникам неплохо было бы помнить о том, что даже возможности магии не безграничны. Если вдуматься, маховик времени ничем не лучше амортенции. Нельзя сотворить любовь. И нельзя рассчитывать, что любую ошибку с лёгкостью можно будет в случае чего исправить. Судьбы людей так или иначе связаны. Если изменить одно, это непременно окажет влияние на другое, и так далее, и далее по цепочке. — Вы мыслите как Министр. Про общее благо. А представьте, что в вашей власти помочь чем-то кому-то очень дорогому? Неужели не воспользуетесь? — Лиз, спасибо за воду, — не дожидаясь ответа Кингсли, прервал странный диалог Гарри, буквально вытолкав помощницу за дверь. — Простите, её порой заносит. Проведу с ней беседу. — Ничего страшного, порой полезно подискутировать о чём-то абстрактном, — отмахнулся Кингсли. — Элиза видит мир иначе, помню, как при битве за Хогвартс она не ждала нападения Пожирателей, а бросилась на Долохова первой. Если бы их не было так много и я успел бы помочь, как знать — вдруг Ремус и Тонкс были бы живы? — Он развёл руками. — Так или иначе, история не знает сослагательного наклонения. Тем не менее нужна смелость, чтобы брать на себя ответственность. Вы сами такие, и Элиза тоже. — Хватит с меня чересчур инициативной подруги детства, — проворчал Гарри, совершенно не впечатлившись речами Кингсли. — Судя по всему, ты принимаешь её сторону? А ты в курсе… — Про обмороки при возвращении воспоминаний? Конечно, — невозмутимо кивнул в ответ министр, спокойно сделав мизерный глоток воды. — Это не такая уж большая проблема, Гарри. Мракоборцы часто имеют проблемы со здоровьем от проклятий, что не делает их профнепригодными. Если Гермиона будет изображать отношения с Малфоем, эта особенность только укрепит его доверие в её искренности. Разумеется, легенду нужно будет продумать более тщательно, но и сходить с ума тоже не стоит. В конце концов, нельзя исключать, что к гибели своих жён Драко Малфой никакого отношения не имеет. — Да это просто бессмысленно! То, что убило этих волшебниц, запускает беременность! Или ты собираешься идти настолько далеко? — поджал губы Гарри, даже не пытаясь скрывать осуждающий взгляд. — Я дочь медиков и, по вашему общему негласному мнению, жуткая зануда, — фыркнула Гермиона в ответ. — Не будет никакой беременности, Гарри. Как и не будет опасений о появлении новых жертв, пока идёт расследование! — Будет секс. Вы оба понимаете это?! С каких пор чувства настолько обесценились, что ты стала готова трахаться с Малфоем, из-за которого у вас с Роном всё разладилось, всего лишь ради расследования?! Сначала ваша странная связь, теперь это! Да что с вами не так?! — Гарри, ты забываешься, — процедил Бруствер. — Кингсли, не надо, я сама, — прервала его Гермиона. — Наши с Роном отношения разрушил сам Рон! Малфой тут ни при чём. То, что ты в курсе особого характера нашей с Кингсли дружбы, не даёт тебе права никого осуждать. В этом тогда нуждалась я и только я, он просто благородно пошёл мне навстречу! И то, что у вас с Джинни получилось стать первыми и единственными друг у друга, не даёт тебе права свысока судить о тех, у кого так не вышло! То, что кто-то живёт не так, как ты, не означает, что он живёт неправильно! Я хочу раскрыть проклятое дело! Малфой мне не противен. Более чем не противен, если хочешь подробностей. — Не хочу, — быстро открестился Гарри. — Тогда прими как факт, что моё тело — моё дело, и одобри чёртов план, без которого мы с места не сдвинемся! — Кингсли, и ты допустишь это?! — Я не могу претендовать на Гермиону, мы просто друзья, — пожал плечами он, продолжая крутить стакан в руке и внимательно вглядываясь в кристально прозрачную жидкость. — С былыми привилегиями мы покончили, а работа под прикрытием — распространённая и эффективная практика, — договорил он. — Так с чего мне быть против? — Вот и чудесно, — хлопнула ладонями по столу Гермиона, давая понять, что спор окончен. — Я возьму с Малфоя клятву магией, что он не причинит тебе вреда, если ты потеряешь сознание, когда вы будете наедине, — медленно проговорил Гарри, сдаваясь под напором аргументов. — Это тоже обычная практика. И жду от тебя достоверную легенду на согласование. — Хорошо, сделаю, — согласно кивнула Гермиона, поднимаясь на ноги. — Прошу меня простить. Очень много работы. Гарри, и на твоём месте я бы тоже времени не тратила. Кингсли всё ещё ждёт от тебя отчёт, — договорила она прежде, чем поспешила покинуть кабинет, изо всех сил сдерживаясь, чтобы идти спокойно и не броситься бегом, пока кто-то из оставшихся там друзей не успел передумать.