Колыбельная

Огонь. Всепоглощающий, проницательный огонь. Он везде, повсюду, от него нельзя сбежать или спрятаться, он везде найдёт, везде достанет. От него бесполезно прикрываться, он прожжет все. Он способен сжигать леса, способен прожигать души и забирать жизни. Он безжалостный. Он безрассудный и вечно голодный. Ему всегда мало. Он всегда ищет свою жертву. Даже среди глухих стен он ее найдёт. Он не успокоится на достигнутом. Огонь. Он способен подарить жизнь, так же как и отнять ее. Он способен разжигать войны между самыми крепкими отношениями. Он способен прервать мучения, но и даровать их. Для него не существует ни богатых, ни бедных. Он никогда и никого не щадит. Ему не ведом страх, ведь он и есть страх. Ему не ведома боль, ведь он и есть боль. Он ломает судьбы, разрушает миры. Он беспощаден. Он никому не даёт опомниться, сжигая в секунду до самых костей, обгладывая плоть, жадно слизывая ее с уже почерневших останков. Огонь. Его путь всегда тернистый. Он являет собой суть мироздания, что никогда не будет благосклонна к тем, кто попался под языки пламени. Его невозможно приручить. Его невозможно обмануть, ведь это он обманывает, притворяясь безобидным, давая потушить себя, но всегда скрывает в пепле маленький тлеющий осколочек, что способен разгореться вновь пожирая всех, кто некогда был главным, возвышая себя над ним, думая, что так будет всегда. Огонь. Он способен оставить лишь пепел да обугленные кости, тех, кто встал на его пути, тех, кто помешал ему достигнуть желаемого. Он способен раствориться во тьме и снова вспыхнуть в середине леса, надрывно смеясь, забирая тысячи невинных душ с собой в ад. Он жесток и неумолимый, его невозможно забыть, от него невозможно оторвать взгля и перестать глядеть в эти бескрайние языки пламени, что с легкостью играют с ветерком, который легонько их колышет, подпитывая и обогощая. Невозможно прекратить видеть в нем погибших близких, потери, боль, которую приносил этот мир в бренную душу страдальца. Невозможно прекратить видеть в нем узоры, что ещё долгое время будут пробиваться сквозь закрытые веки, вновь напоминая о том, насколько же он прекрасен. Насколько неотразим. Насколько обворожительный, что способен переманить на свою сторону всех, кого только захочет. Сал тоже любил любоваться кострами. Он видел в них нечто прекрасное, нечто великолепное, но и нечто изуверское. Он всегда уважал огонь и никогда не переходил черту дозволенного. Всегда восхищался им, но никогда не давал возможности выбраться из отведённого огню места, ограничивая его масштабы, но не красоту. Салли видел, что такое пожар, хоть и не вживую, но в своих снах, он прекрасно видел как легко горят трупы в крематории, трупы его родителей. Он пытался потушить этот озверелый огонь, но слезы ребёнка не способны остановить это деспотичное пекло. Только вот, видеть огонь во снах и наяву совершенно разные вещи. Он навсегда запомнил тот день, который оставил ему ожег на правом боку и ребре. И пускай шрамы уже не так ярко видны, воспоминание до сих пор всплывает в памяти. Это случилось весной, когда классная руководительница решила устроить пикник в близлежащем лесу. Казалось бы, безобидный пикник, с посиделками у костра и поджариванием зефирок, какао, бетербродами и веселыми играми на природе, что может пойти не по плану? Оказывается, все может пойти не по плану. Особенно, если в классе есть один единственный изгой, который вместо того, что бы веселиться со всеми, бегая друг за дружкой с палочками или собирая подснежники, будет сидеть на стволе поваленного дерева возле костра и завороженно наблюдать за тем, как языки пламени взмывают вверх, пуская редкие искры в лазурное небо. Никто не ожидал, что однажды задиры перейдут черту словесных обзывательств и побоев на школьном дворе, и решаться толкнуть нерядивого одноклассника в огонь. Но, к сожалению, это все таки произошло. Всего секунда, и перенесенный на руках одного из задир Салли, оказывается в пламени. Он не успел быстро сообразить, что только что произошло и эта заминка подожгла легковоспламеняющуюся кофту, в которой и был Сал, а она в свою очередь сильно обожгла нежную кожу на боку и ребре. Салли помнил как ему было больно, как хотелось плакать и кричать, но он так и не сделал ничего из этого, он посчитал, что эти люди только и ждали, что он заплачет, что он закричит, попросит о помощи. Он боялся, что эта звенящая тишина, которая образовалась после его слабого вскрика и громкого смеха задир, превратиться в дикий балаган, в котором будут преобладать насмешки и улюлюканья, вперемешку со смехом. Он боялся, что всем понравится такой исход и они будут с каждым разом все сильнее и сильнее истязать его. Однако, после минутной заминки, классная руководительница сказала всем быстро собираться, так как они возвращаются обратно. Оперативно вернувшись в школу, она наспех обработала ожег, который нестерпимо болел, и отправила всех детей по домам. В ту ночь Салли плакал. Плакал навзрыд, ему было больно и обидно. Обидно, что с ним так поступили, что его совсем ни во что не ставят, обидно, что каждый может с ним так поступить. Он искринне не понимал, почему же с ним так обращаются. В конце концов, он не выбирал рождаться ангелом, а наличие протеза не было такой уж неприятной вещью. Сал не понимал за что так с ним поступают, ведь ничего плохого он никогда никому не делал и не говорил. Обидно, что этот случай больше не поднимался в их школе, а бабушка отказалась идти защищать внука, сославшись на то, что тот сам виноват в том, что с ним так поступили. Салли было из-за этого очень горестно, но перечить он не стал. *** В квартире его уже ждал Гизмо, который совсем не понимал как вышло так, что хозяин проснулся, даже из квартиры ушёл, но совсем забыл покормить своего пушистого питомца! Он сидел под дверью ожидая возврата Сала, который по возвращению должен будет дать ему двойную порцию, дабы Гизмо простил его. Поэтому, когда Салли таки вернулся, он с важным видом тут же повёл его на кухню, громко крича и постоянно оборачиваясь на хозяина. Это не могло не улыбнуть голубоглазого. Он незамедлительно прошёл за своим пушистиком и насыпал ему еды, осознавая, что ещё одно кормление и еда для Гизмо закончится. Да и самому хотелось есть. Всё-таки выпечка Лизы хоть и была очень вкусной, но как и все в этом мире имела свойство кончаться. Заглянув в холодильник ещё раз, надеясь, что добрый волшебник наколдовал ему туда еды, Сал разочарованно вздохнул, осознавая, что чуда не произошло, и пустота ничем не заполнилась. На сборы ушло немного времени. Все же маленький выбор одежды имеет хоть какие-то плюсы-не приходится подолгу стоять и думать, что надеть. Повседневная одежда сменилась черными джинсами и голубой футболкой с принтом какой-то музыкальной группы. Сал вполне предполагал, что этой группе уже более сорока лет, ведь эту футболку он нашёл в пакете, который бабушка заставила его вынести на помойку. Многие вещи появлялись в шкафу именно таким образом, только изредка переживая лёгкий ребрендинг и авторские доделки от Сала. Так на старых красных брюках появились дырки, а старый свитшот обзавелся скрепками справа на груди и в некоторых местах на подоле. Вскоре рация зашипела и из неё донесся голос Ларри: — Чел, жду тебя на первом этаже около выхода! — Хорошо, сейчас приду — подал голос Салли и попрощавшись с Гизмо, взял свою сумку, выходя и закрывая дверь. Лифт, словно телепорт доставил его на первый этаж, где его уже дожидался Ларри, что-то листая в телефоне. — Быстро ты, молодец! — Шатен пихнул друга в плечо — ну что, пошли? Кстати, ты что, слушаешь эту группу? Не, я канешн не осуждаю, но чел, она ж совсем девчачья и старая! — Ларри указал на тот самый принт на футболке. — А? Да нет.. Честно, я даже группу то не знаю, просто нашёл эту футболку в мусорном мешке, который бабушка приказала выбросить.. Я так практически все вещи и приобрёл.. А что за группа то хоть? — Сал оттянул край футболки, получше рассматривая заурядное изображение каких-то букв. Они были похожи на те, что красовались на безрукавке Ларри, только выведены в более готическом стиле. — Господи, чел! Мы обязаны купить тебе сегодня нормальную одежду! — Ларри был откровенно говоря в шоке. Он все больше и больше сомневался, что об этом ангеле хоть кто-то когда-то заботился. — Но у меня нет денег.. — Зато у меня есть! — Но я совсем не хочу тратить твои.. Я это ничем не заслужил — Ещё как заслужил! Ты мой друг, на тебя мне денег не жалко, так что не ерничай мне тут! — Джонсон явно был настроен биться до конца, но Салли не стал спорить и лишь обнял его. — Спасибо тебе! — Салли совершенно не ожидал, что с переездом его жизнь измениться настолько, однако, эти изменения очень его радовали, он был бесконечно счастлив и благодарен, что отец привёз его именно сюда. До города решили долететь, а не ждать автобуса, который неясно когда приедет. Сверху все казалось невероятным: красочным и волшебным. Крохотные домики, крыши которые блестели в лучах дневного солнца, речка, что оплетала это место словно огромная змея или дракон, что защищает эту местность от глаз всего мира. Здесь был словно собственный мирок в огромном мире. Салли летел и завороженно наблюдал за всем этим, чем вызвал у Ларри улыбку, он ещё ни разу не видел, что бы кто-то так увлеченно следил за промелькивающим внизу пейзажем. Городок оказался не менее милым. Все в нем было небольшое, домики, магазинчики, даже небольшой торговый центр и кинотеатр, все это выглядело очень аккуратно и дарило какое-то ощущение уюта. — Чувак, мне надо зайти за сигаретами, если хочешь, можешь подождать меня снаружи, что бы не дышать всем этим дымом — они опустились прямо напротив двери в табачный магазинчик. — Я тогда тут постою — Салли не очень любил сигаретный дым, к тому же просто хотел осмотреть городок, хотя бы с этого места. — Ок, я быстро! Ларри скрылся за дверью магазинчика, а Сал остался стоять на месте ожидая его. Вдруг за спиной раздался резкий голос от которого голубоглазый дернулся. Он был неприятным, даже можно сказать скрипучим, в нем отчётливо слышались насмешки и презрение: — Так, так, так, а что это, ангелы настолько расплодились, что теперь отжимают и нашу законную землю? — Незнакомец обошел Салли и окинул его беглым взглядом. Он был блондином, одетым в довольно дорогую одежду, — мда, видимо все своё золото пустили на статуи Бога, который от вас давным давно отвернулся! Что ты тут забыл, а уродец? Ты настолько страшный, что даже маску на людях носить решил? — Он посмеялся со своей собственной шутки. Однако, ему не понравилось то, что Салли никак не отреагировал на это высказывания, хотя внутри того бушевали тысячи смешанных эмоций, начиная от страха, заканчивая предвкушением боли, поэтому незнакомец незамедлительно подошёл к нему поближе, — чего молчишь? Немой что ли? Или тебе твоя маска говорить мешает? — Это протез, не маска — холодный тон Салли лишь подлил масла в огонь, поэтому блондин толкнул его в грудь, прижимая к стене. Это ужасно напугало Сала, ведь он помнил, что после этого чаще всего следуют побои. — Да какая мне нахрен разница?! Отвечай, что ты тут забыл, ангел? — Незнакомец очень сильно разозлился, от чего начал особенно сильно надавливать на грудь Салли задевая некоторые шрамы. Голубоглазому было довольно больно, но он терпел, не желая встревать в ещё больший конфликт. — Он тут теперь живёт, а тебе я советую отвалить, пока не огреб по полной! — Тяжёлая рука Ларри легла на плечо блондина, от чего тот дернулся и отскочил в сторону. — Давай, беги отсюда к своему папочке! — Шатен раскрыл свои гигантские крылья в стороны, запугивая незнакомца. Блондин явно по каким-то причинам боялся Ларри, ибо только завидев его тут же побледнел. Как оказалось, повторять дважды не пришлось и он, обойдя Джонсона направился в другую сторону, подальше от этого места. — Ты как? Он ничего тебе не сделал? — Ларри обеспокоенно посмотрел на Сала, который потирал грудь в том месте, о которое опирался незнакомец. — Нет, не успел.. Благодаря тебе — Салли благодарно улыбнулся — а кто это был? — Трэвис, сын местного богача.. К сожалению, он учится с нами в школе.. — Ларри взял за руку Салли и повёл его в торговый центр, где зашел в первый попавшийся магазинчик с одеждой. — Ничего, я к таким уже привык, потерплю уж как-нибудь — Таких не надо терпеть, их надо сразу же на место ставить.. Ты мне сразу же говори, если он будет к тебе приставать, я ему вломлю! — Ларри ударил кулаком о ближайшую стену с такой силой, что сам скривился от боли потирая ушибленное место. — Не думаю, что он ещё будет ко мне приставать.. Он тебя очевидно боится.. — Сал вздохнул, но тут его взгляд привлекла чёрная футболка с красной пентаграммой. — Я надеюсь — Смотри какая классная! — Он приложил ее к себе, подходя к зеркалу — Ага, тебе идёт, чел, бери ее! — Ларри расплылся в улыбке, когда почувствовал счастливый настрой друга. Так они проходили по магазинами ещё какое-то время, за которое Салли умудрился обзавестись берцами по скидке и чёрными джинсами, которые так же продавались на распродаже. Он был просто невероятно счастлив, хотя и испытывал стыд за то, что потратил деньги Ларри на это все, поэтому пообещал ему, что когда-нибудь вернет эти деньги, на что Джонсон посмеялся и сказал, что даже если не вернет, то ничего страшного. Этот день Салли запомнит надолго, как самый прекрасный день в его жизни.