Мерлин! Это же ребенок!

      В доме Гриммо, как всегда, был настоящий дурдом. Ребята, которые неслись на всех порах, чтобы узнать свежие новости из первых уст, не обнаружили Драко и были крайне этим расстроены.       Куда же он мог подеваться на ночь глядя, да ещё и с ребёнком?       — Может… он ушёл за Люциусом? — предположил озадачено Невилл, заглядывая под подушку, как будто Драко со Скорпиусом могли туда поместиться.       Нет, ну правда, зачем так делать?       — Мерлин, Драко точно сын своих родителей, — ругнулся Гарри, обречённо падая на диван и снимая очки. — Что ж, давайте просто подождём.       Это был самый лучший вариант, потому что вряд ли Драко ушёл куда-то далеко, и он обязательно вернулся бы. Потому что здесь его дом, а ещё скоро ребёнка надо будет кормить и укладывать спать.       Режим все-таки.       Драко строго к этому относился, считая, что к дисциплине нужно привыкать с самых малых лет. Гарри, может быть, и поспорил бы, но так действительно было легче, да и Скорпиус стал значительно спокойнее, когда привык к новому распорядку дня.       — И почему я узнаю последней, что Драко — старший брат Скорпиуса? — всё ругалась Панси, взмахивая руками. — Я его лучшая подруга! Я должна была узнать об этом самой первой!       — Но я тоже узнал последним, — промямлил Невилл.       — А я узнал ещё тогда, когда мы стирались, — самодовольно хмыкнул Тео. — Так что, завались, Паркинсон, я лучший друг Драко.       Гарри закатил глаза: помнит он, как они «стирались». Наверное, нужно и Тео когда-нибудь раскрыть все тонкости такого сложного и замороченного дела, как стирка. Так, на будущее.       — Иди ты к Мордреду, придурок, ты никогда не будешь его лучшим другом, — злобно прошипела Панс.       — Значит, ты ещё тогда узнал? Вообще-то, Драко должен был мне сказать в первую очередь, я же его парень, — всё же возмутился Гарри несправедливости жизни.       — А это точно то, что мы должны были с вами обсуждать? — буркнул Рон, садясь вместе с ним на диван. — Какая разница, кто и когда узнал об этом, но главное то, что всё проясняется.       — А я тебе говорила, Гарри, с Малфоями всегда всё сложно, — проворчала Гермиона. — Потому что пособие «Как укротить Малфоев» ещё не выпустили, и инструкция к нему не прилагалась.       Гарри хохотнул: юмор его подруги специфичный, но забавный.       — Я его инструкция, — заявила Паркинсон. — Потому что я его лучшая подруга.       — А я тогда пособие «Как укротить Малфоев», — не отставал Нотт, чтобы доказать свою значимость.       — А я всё думаю: тут нормальные люди вообще имеются? — озадаченно протянул Невилл и сел к Рону и Гарри.       — Неа, братан, — покачал головой Рон, сочувственно похлопав его по плечу.       — Вообще нихрена, — поддержал Гарри.       — И это спрашивает тот, кто восторженно обделывается каждый раз от розочек и тюльпанчиков? — язвительно хмыкнула Панси.       — Это спрашивает тот, кто продает тебе редкие растения на зелья по скидке пятьдесят процентов, но теперь больше не будет, — хмыкнул Невилл, пожимая плечами.       — Вот так ей и надо! — обрадовался Тео тому, что Панси заткнули хоть на немного. — Тебя уделал гриффиндорец.       Паркинсон пнула Нотту в колено, чтобы тот согнулся от боли, а потом схватила его за волосы, запрокидывая голову, и нависла сверху.       — Зато тебя всегда на место ставит девчонка, а это гораздо унизительнее, — прошипела она.       Рон ткнул Гарри пальцем в бок и шепнул на ухо:       — Как думаешь, когда они уже переспят, а?       — Оу, так они уже, — проговорил тихо Гарри. — Только тссс, мне Драко по секрету сказал.       — А может и правда, создать инструкцию к Малфою, чтобы Гарри было легче с ним жить? — а Гермиона всё о своём. О книгах.       — И вообще, я не обделываюсь восторженно каждый раз, Панс. Я просто… люблю растения, — обиженно сопел Невилл.       И в такой обстановке застал их Драко вместе со Скорпиусом, величественно входя в свой дом, абсолютно спокойный, словно ничего и не происходило. Он медленно обвёл всех долгим, а потом повернулся к ребёнку.       — Мерлин, какие же они всё ещё дети, верно? Смотри, малыш, я тебя научу их всех строить, — тихо проговорил Драко, а потом повысил голос. — Это что тут происходит?       — Блэмп! — строго заявил Скорпиус.       Истинный Малфой. Никаких сомнений.       — Умничка, — поцеловал он своего… сына.       Да, сына, никак иначе.

***

      Как Драко и предполагал, он нашёл маму у тети Андромеды. Они как раз спокойно пили чай и болтали меж собой, когда Драко нагло заявился к ним без стука и без приветствий.       Эээ, даа, эта привычка у них семейная. Приходить и уходить по-английски.       — А вот и мы, — радостно объявил он, проходя на кухню со Скорпиусом в руках. — Малыш, поздоровайся со своими бабушками.       — Значит, я все-таки бабушка, — дрогнула уголками губ его мама, с гордостью глядя на Драко. — В тебе я точно не сомневалась.       — Конечно, бабушка. Самая прелестная и самая умная, — кивнул он.       — А кто это у нас такой сладкий? — потянулась тётя Андромеда к Скорпиусу. — Иди сюда, малыш.       — Ам, — согласился тот.       — Хочешь познакомиться с Тедди? — продолжала сюсюкаться тётя, тактично оставляя Драко и Нарцисса одних, понимая, что им нужно было поговорить без свидетелей.       Пока Драко шёл сюда, — благо, что тётя Андромеда жила не так уж и далеко, выбрав себе дом поближе к площади Гриммо, всего лишь через две улицы, — он долго думал о том, как начать разговор с мамой.       «Мама, а ты знала, что отец тебе изменил?», — это было слишком жестоко, и Драко предполагал, что она всё знала.       «В общем, я решил, что мой брат станет моим сыном», — Мерлин, ну что за глупость. Конечно, по документам так и будет, но всё же фактически это невозможно.       «Как ты посмела меня бросить меня одного с ребёнком?!», — а вот это вообще звучало слишком по-детски, будто Драко — не взрослый мужчина, который не способен справиться с таким делом.       Он задумчиво пожевал губу, искренне надеясь, что мама всё же начнёт разговор сама, извиниться за свой поступок и за то, что ничего не объяснила, но нет: Нарцисса продолжала гордо хранит молчание. Нет, конечно, он понимал почему: все-таки поступок отца глубоко ранил её сердце. Это было настоящим предательством, и мама имела полное право расстраиваться, страдать и хранить свою боль.       Драко аккуратно взял её за руку и склонил голову на бок, изучая такое родное и такое осунувшееся лицо: в голубых глазах матери словно погас тот самый яркий и безумный огонёк, которым гордились все Блэки. Под глазами залежавшийся тени, а кожа будто померкла, посерела. Среди золотых волос уже проблескивалась седина, а морщинки стали глубже и отчётливо выделялись на её красивом лице.       На ней был одет обычный розовый халат из арсенала тётушки Андромеды, всегда распущенные волосы впервые на памяти Драко были завязаны в пучок, а на ногах были плюшевые мягкие тапочки белого цвета.       Перед ним сидела больше не величественная и гордая Нарцисса Малфой, а простая женщина Нарцисса Блэк с глубоко израненной душой. Но при этом всё равно горячо любимая и единственная мама.       — Как ты? — тихо спросил он и прижал её холодную ладонь к своей щеке.       — Прекрасно, — проговорила Нарцисса, но её голос дрогнул.       Драко прикрыл глаза, сдерживая внутренние претензии к маме, ведь ей и так не просто. Он знал, отлично знал, что внутри она очень сломлена и разбита, она чертовски устала от всего, и ей просто хочется тепла, поддержки и любви.       Но она, как всегда, замыкалась. Говорила, что всё прекрасно, и держала эмоции даже не годами — десятилетиями.       У неё всё было прекрасно, когда её семья начала рушится: старшая сестра оказалась в Азкабане, а средняя — сбежала из дома.       У нее всё было прекрасно, когда отца впервые чуть не посадили в Азкабан, и она уже почти осталась одна с маленьким ребёнком на руках.       У неё всё было прекрасно, когда в ее доме начал жить Тёмный лорд, а её сыну поставили метку.       У неё всё было прекрасно, когда её сына и мужа чуть не упекли в Азкабан, и она столкнулась с общественным давлением.       У неё всегда, черт побери, всё прекрасно.       Драко мог покляться — ни один мужчина в этом мире не стоил даже мизинца его матери. А уж тем более отец.       — Отец приходил, — ровно произнёс Драко, снова глядя на её прекрасное лицо, чтобы увидеть хоть одну эмоцию.       — Знаю, — кивнула мама, погладив его по щеке. — Сначала он пришёл ко мне, ведь я закрыла доступ в мэнор, а когда узнал про ребёнка и про Асторию, не дослушал и сразу отправился к тебе. Я знала, что ты придёшь.       Драко закатил глаза: Мерлин, отец просто неисправим. И даже не вернулся обратно, чтобы извиниться перед мамой, уязвленный тем, что Драко поставил его на место.       И кажется, мама решила проучить отца вот таким способом. Неизвестно, отдала ли она его Гринграссам на самом деле, или это была всего-навсего угроза, но в любом случае месть его отцу действительно вышла отличной. Чтобы вернуть менор обратно, отцу точно придётся попотеть.       Но почему мама не ввела в курс Драко — вопрос, конечно, интересный. Неужели бы он не помог бы матери?       — Вот как, — протянул он. — Не расскажешь подробности?       Драко подбирал каждое слово аккуратно, чтобы не затронуть ее душу, чтобы не расстроить ещё больше, хотя в любом случае этот разговор был больным.       — Не могу, Драко, — покачала головой Нарцисса, отворачиваясь, а потом её рука нырнула в карман халата и вытащила что-то. — Лучше прочитай, ладно?       Это был обычный пергамент, сложенный вдвое и исписанный с друх сторон, и казался чуть ли не самым главным сокровищем в этом мире. Ведь Нарцисса никогда не обнажала душу ни перед кем, но решила довериться сыну.       Пусть и в таком виде.       — Хорошо, — Драко взял пергамент и обнял её крепко. — Ты же знаешь, что я всегда буду с тобой, верно? Что бы ни случилось. Я тебя пойму.       Нарцисса тихо рассмеялась.       — Ну, конечно. В первую очередь, ты мой сын. Я тебя родила и воспитала, и в конце-концов, ты всё же вырос очень хорошим человеком. И я верю, что ты воспитаешь своего сына так же, с любовью. Я тебя люблю, Драко, — прошептала мама, поцеловав его в макушку.       — Я тебя тоже, — тихо отозвался он, обнимая её ещё крепче.       И если раньше проявление любви для Драко казалось — дико и жутко неправильно, то теперь он с лёгкостью мог проявить мягкость, которой его научил Гарри, и он понимал, что эту мягкостью и любовь дарила его мама. Без неё — возможно у Драко не было бы и шанса вовсе на счастливую жизнь.       — Уже поздно, — проговорила Нарцисса, выглядыва в окно. — Наверное, вам пора домой. За меня не переживай, я здесь останусь на… неопределённое время.       — Да-да, ты права, — отстранился Драко и улыбнулся ей. — Я скучал. Приходи к нам с Гарри в гости, ладно? Думаю, ему уже не терпится поделиться всеми сплетнями родительских будней.       Короткий смешок, который вырвался из груди Нарциссы, был переливистым, как звон колокольчиков, и вместе с этим горьким и с ноткой сожаления. Ей ещё тяжело просто осознать принять тот факт, чтоб Скорпиус — сын её мужа и его любовницы.       — Когда-нибудь точно приду. Но не скоро. Пока… не время, — ласково произнесла она. — Тем более, у вас и без меня хлопот полно: быть молодыми родителями не просто. Ах, где мои былые годы!       — Да ну брось, мам, ты ещё молода и прекрасна! — Драко погладил её по щеке.       — А ты всё такой же хитрый лисенок, — заулыбалась она. — Прекрати подлизываться. И передавай Гарри привет, ладно?       Драко согласно кивнул. Он знал, что не стоит давить на маму, да и вряд ли она скажет что-то ещё. Он забрал Скорпиуса, по-настоящему отвоевав его у Тедди: тому так понравился малыш, что принёс все свои игрушку и так расстроился, что не показал весь арсенал, а потом на прощание подарил плюшевого зайчика.       По пути домой, Драко думал об отношениях отца с матерью. Всю жизнь он считал, что у них идеальная семья — мама всегда была на стороне отца, а тот всегда относился к ней как к королеве, скупая все дорогие украшения и платья. У них не было ни ссор, ни претензий, ни проблем между собой. Всё ровно, тихо, размеренно и… опустело.       Не то, что у них.       И теперь Драко всё не мог перестать улыбаться, слушая весь этот крик и бесмысленный трепет ребят. А Гарри, как его увидел, и вовсе моментально к нему подлетел, перехватывая Скорпиуса и ловко целуя в щечку.       Вот это и есть настоящая его семья.       — И где ты был, черт побери? — проворчал Гарри. — Малфой, тебя не учили, что надо хотя бы предупреждать, перед тем, как куда-то уходить? Ну что за…       Видимо, Поттер хотел наградить Драко ещё парочкой ласковых, но вовремя вспомнил, что у него в руках был Скорпиус, и его уже надо было бы покормить.              — Завались, Поттер, — хмыкнул Драко, а потом широко усмехнулся. — Вот, когда ты станешь моим мужем, тогда и будешь ворчать, ясно тебе? А пока лучше займись делом.       И все застыли в гостиной в одно мгновение, боясь даже вдохнуть, а Гарри уставился на него широко распахнутыми глазами, и затем медленно улыбнулся, искренне и лучезарно.       — А когда я стану твоим мужем? — уточнил он, и Драко его погладил по щеке.       — Желательно завтра, потому что в понедельник мы уже должны подойти в органы опеки и попечительства со всеми документами, чтобы оформить на Скорпиуса свидетельство о рождении. Надеюсь, Поттер, в этом случае ты не будешь выпендриваться, а используешь свои связи, чтобы нас расписали в ЗАГСе без очереди?       — Понял, принял, уяснил, — пропел Гарри, а потом быстро поцеловал Драко в губы, и повернулся к Скорпиусу, глядя на него счастливыми глазами. — Слышал, малыш, мы скоро станем твоими папами! Пойдём кушать. Сейчас тебя покормят, сейчас тебя помоют, сейчас тебя уложат…       И Гарри, танцующий какой-то дурацкий танец, ушёл в детскую, — они всё равно потом поговорят. Драко не удержался от ласковой усмешки, влюбленно посмотрел ему вслед.       Боже, как ему повезло.       И пусть здесь не было никакой романтики, здесь гораздо было важнее то, что они счастливы.       Драко самодовольно улыбнулся самому себе: он выходит замуж за Гарри Поттера! Хотелось писаться от счастья, но вовремя вспомнил, что он Малфой, а Малфои не пищат, тем более тогда, когда на тебя смотрят все друзья.       — Эм, всего лишь один вопрос, Малфой, — подала голос Гермиона и указала на всех ребят. — Мы-то хоть на вашу расписку приглашены?       — Пфф, ещё бы, и да, ребят, у вас новое задание. Панси, завтра с утра ты в ювелирный, — мне нужно самые красивые и дорогие обручальные кольца, которые только найдешь. Тео, с тебя, естественно, колдографии, и подумай над тем, где можно было бы сделать красивую свадебную фотосессию. Долгопупс, тут без слов, я хочу букет. Из лилий и нарцисс. И, Мерлин, вот только давай без всяких там странных примочек, окей? Уизли, найди самый крутой ресторан и зарезервируй его на вечер для нас всех. Грейнджер, а тебе нужно составить список документов, которые нам могут понадобиться завтра с утра, — у нас с Поттером головы явно будут забиты другим.       Рон издал хриплый смешок, а Панси шаловливо поиграла бровями.       — Да не этим, извращенцы, а нашим сыном, — закатил глаза Драко. — Чего встали? А ну все свалили. Быстро! Завтра у нас всех тяжёлый день.       И да, Драко, конечно, видел немые вопросы в их глазах, ведь всё решилось мгновенно, всё было так непонятно и скомканно, и им хотелось всё же знать историю от начала до конца, но…       Драко сам не знал, и собирался её узнать прямо сейчас.       Он прошёл на кухню, тихо вздыхая. Хорошо, что Поттер сейчас занят — самое время, чтобы побыть одному и перевести дух, а потом собрать все воедино.       Не смотря на то, что будет в этом письме, Драко уже принял своё решение. Он хочет настоящую семью, где будет царить любовь и доверие, а не честь и долг. И нет смысла терять времени, потому что он любил Гарри всем сердцем, и ни за что на свете не предал бы его.       И он был абсолютно уверен, что это взаимно.