Ляпис-лазурь

Первые несколько часов по возвращении Артур откровенно проспал. Отослав от себя всех с наказом: не беспокоить – ни под каким предлогом! – граф растянулся на роскошной кровати в своих покоях, в которых всё осталось так, как он запомнил, и провалился в глубокий сон без сновидений. После узкой койки на корабле, с которой его несколько раз чуть не сбросило во время шторма, и жуткой тряски в карете он просто не мог придумать какое-то другое желание, кроме отдыха. Проснувшись и приняв душистую ванну, приготовленную по его просьбе, Артур почувствовал в себе силы взяться за дела. И в первую очередь он вознамерился осмотреть имение: пусть поверенный каждый месяц и присылал им с отцом удовлетворительные отчёты – лично убедиться не помешает. Но даже беглая инспекция отняла у Артура больше трёх дней. Он изучал бумаги, объезжал территорию, проверял состояние конюшен, мельниц, дорог. И тщательно записывал: собственные замечания, жалобы и просьбы горожан; необходимые для закупки товары и материалы – а также подмечал настроение жителей и основные темы разговоров. Как он и ожидал, жители Альбиона не обошли своим вниманием реакционный настрой и деятельность Ордена, хотя на данный момент проповеди его адептов по большей части поднимались на смех. Да уж, для людей, веками поклонявшихся духам природы, новость о едином Боге была из ряда фантастики. И всё же магия на валлийской земле медленно, но верно уходила в историю, оставляя на память старух-знахарок, несильные заговоры да обряды с ритуалами, превращающимися, скорее, в традицию или повод для веселья. «Тем не менее к магии всё ещё относятся с должным уважением и страхом», – размышлял Артур, сидя вечером в отцовском кабинете. Этот вывод он сделал из ответов на вопрос: «Жив ли ещё старый Гаюс?» – за помощью к которому он собирался обратиться. Жители старательно уклонялись от всех расспросов, касающиеся этой темы, и только Джеффри объяснил их реакцию. Оказалось, что Гаюс около полугода назад покинул графство Пендрагон, переселившись в Эалдор после смерти старого друга Балинора (о котором шла репутация колдуна, способного разговаривать с животными), чтобы помочь его вдове Хунис до возвращения их сына. – Quel dommage!* – прицокнул языком Артур. Он помнил, что Гаюс был его семье верным другом и мудрым советником. В молодости он практиковался в магии, но по какой-то причине отрёкся от неё, отдав предпочтение науке и алхимии, применяя полученные знания в медицине. Жители его любили и уважали. Понятно, почему они приняли отъезд едва ли не за предательство. «Чёрт! Не вызывать же старика за тридевять земель ради отцовской прихоти!» – с сожалением решил граф. – Месяца три назад, если верить слухам, – неожиданно продолжил повествование Джеффри, и в голосе его послышались нотки недовольства, не укрывшиеся от внимания Артура, – в Эалдор, прервав обучение в Оксфорде, вернулся Мерлин. А вот Гаюс, по-видимому, не собирается возвращаться. – А что с ним не так? – встрепенулся Артур. – Не знаю, – смешался слуга. - Возможно, дорога слишком утомительна для пожилого человека… – Да не с Гаюсом, с сыном… – У Гаюса нет сына... – округлил глаза Джеффри. – Да с сыном Балинора! – чуть ли не прокричал граф, поражаясь своему камердинеру. – С Мерлином! – Да так-то всё с ним нормально, – попытался уйти от ответа Джеффри, но встретив сердитый взгляд хозяина, бросил свои попытки: – Он маг. Артур вскинул бровь: маги не были редкостью, так почему же Мерлин вызвал у его подчинённого неприязнь, буквально сквозившую в каждом слове? – Мерлин в своё время доставил нам много хлопот, – правильно истолковав выражение лица графа, ответил камердинер. – Он… как это бы сказать? Неуправляемый… – Не контролирует силу? – Сейчас – не знаю. Но ребёнком он использовал её крайне неосмотрительно. Крестьяне с настороженностью, чуть ли не страхом, отнеслись к его возвращению. Жители Карлеона, да и всего графства Пендрагон, никогда не обращаются к нему за помощью, а завидев на рынке, стараются избавиться от посетителя как можно скорее. Он, в принципе, тоже не пытается развеять дурную славу о себе. – Странно, почему-то я не слышал о нём, когда мы с семьёй жили здесь. – Возможно, до вас слухи просто не доходили. Артур с ужасом начал подозревать, что дело в другом. – А в чём конкретно он провинился? Джеффри пожал плечам и попытался припомнить: – Да там много чего было: то сено загорится – ни с того ни с сего; то гроза налетит в солнечный день… Всего уж и не упомнить. – А почему вы решили, что это он? - Так больше-то некому! К тому же, как он уехал, всё прекратилось. – И долго ли его не было? – Да чуть больше, чем Вас, милорд. «Ох, Моргана! – мелькнула у Артура испуганная мысль. – Ты бы была расстроена…» – Хорошо, я тебя понял, Джеффри, – улыбнулся отчего-то повеселевший граф, небезосновательно вызвав у камердинера плохие предчувствия. – А сейчас мне нужны любые сведения касательно этого самого Эалдора и его владельцев. Что они из себя вообще представляют?.. Из того, что удалось накопать, Артур вынес для себя следующее: владение Эалдор располагается аккурат на границе графств Цендред и Пендрагон. Оно небогато и принадлежало семье Мерлина с незапамятных времен. Каким образом оно им досталось, история умалчивала, но всё сходились на том, что предок Мерлина когда-то там что-то сделал для какой-то королевской семьи – и ему пожаловали титул. – Лорд Мерлин Эмрис, значит, – криво усмехнулся Артур, понимая, что добиться встречи будет не так-то просто. Сепаративное владение, пусть и не высокого ранга, это вам не ленное владение, где можно беспрепятственно командовать. Ситуацию скрашивало лишь то, что ни предкам Мерлина, ни ему самому титул был, кажется, не нужен – так же, как и вменяемые им права... Насколько Артур мог судить по слухам о Балиноре и других родных Мерлина, те не любили покидать имение, предпочитая проводить дни, перелистывая древние фолианты и не жалуя гостей, – исключение составил лишь юный чародей. Артур припомнил, что слышал имя «заклинателя зверей» только от Утера, который обращался к Балинору за редкими книгами. Но вот старого отшельника не стало и Мерлину пришлось бросить обучение ради престарелой матери. – Как, однако, удачно… – промурлыкал граф, просто сгорая от желания лично посмотреть на это чудо природы, которого все так опасаются. Тем же вечером он послал в Эалдор гонца со срочным письмом, содержащим вежливое приглашение в гости. И когда в ответ пришло столь же вежливое «нет», Артур ничуть не удивился. Он тут же отправил гонца обратно – с более настоятельной просьбой, в которой мягко намекнул на то, что отказывать в визите графу местных земель как-то некорректно. На что получил отказ, не содержащий в себе явных причин (это сочли бы верхом неприличия), но составленный в полном соответствии с правилами светской переписки. Собственно, этикет в подобных случаях вынуждал графа смириться и пожелать Мерлину скорейшего разрешения вопросов, не позволяющих ему покинуть имение, но Пендрагону этот маг нужен был до зарезу. Так что, отправив гонца в третий раз, граф ожидал появления рассерженного человека – но всё-таки появления! Чего Артур не ожидал, так это прискакавшего без письма и мага, но бледного от страха, гонца. В четвёртый раз посетить Эалдор он, конечно же, отказался – пусть даже его и казнят за это! Медленно впадавший в ярость Артур, не найдя добровольцев, отправил почтовым экипажем грубое требование немедленно явиться ко двору, подкреплённое логичными, на первый взгляд, выдержками из исторических документов, из которых следовало, что Эалдор давно подотчётный графству Пендрагон, а следовательно обязан платить налог, и бла-бла-бла… На четвёртый день ожидания Артур извёлся до такой степени, что услышав от своего камердинера: «Лорд Мерлин Эмрис, из Эалдора, испрашивает аудиенции», ушам своим не поверил. «Испрашивает он – конечно! Смиренно – ещё скажи! – тут же вскипел Артур. – Да я его с повинной ещё сутки назад ждал!» Несколько секунд он всерьёз раздумывал, а не отправить ли наглеца подальше и с позором – да здравый смысл оказался сильнее. Единственное, что он себе позволил – задержать гостя на пару минут, чтобы успокоиться и взять себя в руки. – Пригласи его, пожалуйста, Джеффри, – дозволила Его Милость, напустив на себя благодушный вид. Дверь тихо приоткрылась, впуская… «Да вы издеваетесь…» – мысленно застонал Артур, до этого момента представлявший Мерлина замызганным провинциалом (даром что из Оксфорда), старше себя лет эдак на пять (спросить у Джеффри о возрасте мага он как-то не догадался). Юноша был немногим младше его самого, худощав и высок. При этом он превосходно держал осанку – что было редкостью для молодых людей его возраста и сложения. Одет он был в недорогой, но качественный камзол синего цвета, отлично подогнанный по фигуре. Светлые брюки, плотно облегали стройные ноги, обутые в высокие сапоги для верховой езды. Тонкую же шею украшал аккуратно повязанный красный шёлковый платок, как ни странно, не казавшийся лишним. – Лорд Мерлин Эмрис, из Эалдора, – представился юноша приятным голосом, – к Вашим услугам, милорд… – и чуть склонил черноволосую голову, ни на миг не отрывая от графа пристального взгляда удивительно-синих глаз. – Я ждал Вас ещё вчера, – откинулся в кресле Артур, строго глядя на посетителя. – Простите за опоздание, – без особого сожаления в голосе извинился Мерлин, пожав плечами. – Есть выражение: «Точность – вежливость королей», – нравоучительно припомнил Артур, внимательно изучая собеседника, с жадностью впитывая каждую деталь: от тембра голоса до мимики и жестов. – Я не король, – фыркнул Мерлин, и впервые на его красивых, чётко очерченных губах появилось подобие улыбки. – И, кажется, мои письма довольно прозрачно намекали на существование некой причины, по которой я не имел намерения встречаться с Вами. Мягкий укор, прозвучавший в голосе мага, недвусмысленно указал на то, что он думает о несдержанности молодого Пендрагона, пренебрегшего нормами приличия. – Тем не менее я рад, что Вы нашли время для визита, – ровным голосом проговорил граф и мысленно поздравил себя с этим героическим подвигом. – Я был в городе по поручению матери и заскочил лишь за тем, чтобы попросить Вас впредь не беспокоить меня. Артур напрягся. Эта непринужденная с виду беседа, по сути, являлась ожесточённым сражением – первая кровь в котором оказалась за Мерлином. И чем дальше оно заходило, тем большим глупцом чувствовал себя Артур. – К великому сожалению, – процедил Пендрагон, – причина, по которой я вынужден был настаивать на Вашем визите, никуда не исчезла… – Сочувствую, – непочтительно перебил Мерлин, умудряясь при этом выглядеть совершенно невинно. – Не похоже, – в том же тоне бросил Артур, сверля посетителя недовольным взглядом. – Простите, – обворожительно улыбнулся маг, но в его глазах откровенно плясали чёртики. – Какой бы ни была причина, я не могу быть Вам полезен. – Но ты даже не выслушал! – забывшись, воскликнул растерянный Артур. – С прискорбием сообщаю, – опуская глаза в пол, притворно вздохнул черноволосый волшебник, – что вынужден покинуть Ваш гостеприимный дом… – Подожди-ка… – повышая голос, привстал из-за стола Артур, разрываясь между желанием убить паршивца (что не достойно графа) и желанием убить паршивца так, как тому и не снилось (и плевать, в общем-то, на титул!). – … ведь я и так уже отнял у Вас слишком много… – на одном дыхании чеканил Мерлин. – … ты не можешь вот так запросто отказать мне! – …драгоценного времени своим неожиданным визитом. И оба замерли, глядя друг другу в глаза. – Могу, – нахально усмехнувшись, сообщил маг красному от гнева Артуру. – И я только что это сделал. – И тебя, похоже, это несказанно радует, – угрожающе протянул Пендрагон, окончательно отбросив всякие формальности. – О-о-о, да-а… – широко улыбнулся маг со смешанным чувством разочарования и сожаления в глазах. Артур вперил в наглеца уничижительный взгляд, понимая теперь, что именно имел в виду Джеффри, говоря: «Не старается развеять дурную о себе славу». К слову сказать, этот взгляд не произвел на юного лорда ровным счётом никакого впечатления. – Мне, и правда, нужна твоя помощь, – сквозь зубы признался оскорблённый Пендрагон. – И, поверь, оплата будет достойной… – Серьёзно? – вскинул брови Мерлин, и Артуру очень захотелось чем-нибудь швырнуть в него – только бы стереть это насмешливое выражение с красивого лица. – Чем это ты можешь мне так дорого заплатить? На Артура как ушат холодной воды вылили. И правда – чем? Даже при том, что семья Мерлина не была богата, в средствах они, в принципе, не нуждались. – Я мог бы приказать тебе! – в отчаянии выпалил Артур и тут же прикусил язык, глядя на то, как Мерлин в беззвучном смехе запрокидывает голову. – Конечно, могли бы, милостивый граф. – И каждая буква этой незамысловатой фразы врезалась в Артура иголками понимания причины, по которой Мерлин вёл себя с ним как дикобраз. – Это самое простое из всего того, что Вы бы могли. Ведь такая самовлюбленная задница никогда не догадается до иного решения проблемы. Артур, не ответив, медленно опустился на стул, сражённый собственной глупостью, и прикрыл лицо ладонью. Разумеется, ему и в голову не приходило, что, раз возникла острая необходимость в помощи мага, который ему ничем не обязан, можно было бы не гонять туда-сюда подневольных, а самому нанести в Эалдор визит вежливости. Но отказ (хоть трижды обоснованный!) слишком сильно задел за живое его дворянскую гордость – ведь, даже будучи воспитанным в лучших традициях, молодой граф привык, что каждая его прихоть исполняется по мановению руки. Меж тем он мог хотя бы и в общих чертах, но, обрисовать суть проблемы первым же письмом, чтобы заинтересовать или, по меньшей мере, узнать, в силах ли этого мага помочь ему. – Всего доброго, – выстрелом прозвучал едва различимый шёпот Мерлина. Пендрагон не видел, но мог себе представить, с какой иронией смотрели на него эти синие глаза. Не дождавшись никакой видимой реакции, маг направился к двери. – Не думай, что я оставлю тебя в покое! – выпалил Артур, плохо отдавая себе отчёт в том, что делает. Мерлин, не оборачиваясь, неопределённо махнул рукой и покинул кабинет. – Ах, да! – раздался магический голос, заставив Пендрагона вздрогнуть. – Твои претензии по поводу уплаты налога необоснованны. Почитай договоренность позапрошлого года! «Наши отношения явно начались как-то не так...» – мрачно сощурился Артур на возникший в воздухе, прямо перед его носом, лист бумаги, который медленно спланировал на стол. ______________ * как жаль! (фр.)