Поворот.

      Когда Тэхён приехал на Чеджу, он поселился в ту же гостиницу, что и Чонгук. Бросив не разобранный чемодан около своей двери, он сразу же побежал искать его номер. Оказывается, он находился напротив. Ну, надо же, как совпало. И здесь вместе! Как будто судьба распоряжается, сводя их друг с другом. Тэхён постучал Гуку в дверь — никто не открыл, примкнул ухом к двери — ни звука. Спустившись на ресепшен, от администратора он узнал, что Чон совсем недавно ушёл на пляж. Тэхён так уже успел соскучится за эти три дня, что незамедлительно подорвался к пляжу.       И вот он идёт по песку, вглядываясь в тела загорающих. Омеги оборачиваются на этого красавца. Высокий, широкоплечий, с горящими, ищущими кого-то, глазами, накачанным телом… А ну, кто на новенького? Омеги томно вздыхают, стараясь обратить на себя внимание принимают разные соблазнительные позы, бросая на него недвусмысленные взгляды. Но нет! Он совсем не обращает внимания на это. Ведь ему никто не нужен, кроме одного милого, удивительного мальчишки, с оленьими глазами и кроличьей улыбкой. И вот он видит ЕГО! Он сидит такой красивый, немного уже загоревший. Отросшие волосы затянуты в тугой хвост. Футболка без рукавов открывает взору забитый татуировками рукав (Серьезно? У омеги?). Это что-то смутно напоминает Киму. Чонгук сидит на берегу и любуется волнами, плещущими об его ноги. Он задумчиво что-то тихо напевает, перебирая в руке морские камушки. Иногда, он с задором кидает один из них в волны и мечтательно смотрит на траекторию его полёта. Его чёрные волосы смолью блестят на ярком солнце, его тело как будто бы покрыто сладким мёдом, а брызги от волн, скатываются с него бриллиантовыми каплями. И сам он весь сейчас похож на какого-то ангела. Только лишь без крыльев. У Тэхёна от этой картины вдруг перехватывает дыхание. Тягучая слюна заполняет весь рот. В шортах стало неуютно узко. И так вдруг захотелось обнять, заласкать, занежить это чудо! Это родное, до боли любимое чудо! Так захотелось взять Гука на руки и нести его, укачивая, долго-долго, по пути зацеловывая, облизывая, затискивая! Положить его к себе в кармашек и никому, никому на свете никогда не показывать, оставить себе и ни с кем не делиться! Тэхён стоит, как дурачок, позади Чона, пожирая его своими глазищами. Потом со вздохом опускается коленями на песок, молча гипнотизирует его затылок. Чонгук, как будто чувствует его взгляд и медленно оборачивается. — Тэхён? — На лице его удивление, а в растерянных глазах — большая радость: он и не ожидал увидеть его здесь после последнего их разговора! Он-то уж подумал, что старший всё же внял его словам, что не пара они, ну совсем не пара… А сам подсознательно ждал его. И в душе он очень хотел, чтобы Ким всё-таки приехал сюда, на Чеджу. Ведь Чонгук давно уже понял, что влюбился в Тэхёна.       Все эти дни, находясь здесь, Гук вспоминал, как Тэхён его целовал. И от этого становилось горько. Он страдал. Он страдал так, что хотелось выть — ведь наверняка это был их первый и прощальный поцелуй. «Но, — думал Чонгук, — всё ведь в жизни проходит — пройдёт и это! Зато спокойнее будет у него жизнь, как раньше. Надо только подождать!» И, уехав на Чеджу, он старался не думать о Киме. А буквально на следующий день, он начал страдать, очень уж хотелось ему увидеть Тэхёна, да и что уж тут греха таить, хотелось вновь ощутить его губы на своих. А тут ещё Чхве, бросив работу, подорвался за ним на остров. Опять ходит, надоедает. Ещё какой-то альфа на рамен всё время приглашает. Но это всё не то! Всё не те. Потому что мысли только о Киме. И вот он — собственной персоной!        Тэхён, двигаясь на коленях ближе к Гуку, нежно, как хрустальную вазу, обнимает его. Он проходится одной рукой по позвоночнику, оглаживая спину, второй наклоняет его голову на своё плечо. Бережно прижимает его к себе, и со страстью в голосе, говорит: — Малыш мой! Если б ты знал, как я по тебе скучал эти дни! И они оба, задыхаясь от нежности, вдыхая запах друг друга, на глазах у всего пляжа тянутся друг к другу губами. У Кима от переизбытка чувств к этому парню переворачивается всё внутри, как будто сердце распадается на миллион маленьких звездочек, горящих бенгальскими огнями. А Чонгуку так хорошо в этих объятьях, так приятно от этих прикосновений, что он тает, превращаясь в кисельную реку: — «А-а-а, пропади оно всё пропадом! Что будет — то и будет!» — думает он, и доверчиво кладёт голову на плечо Тэхёна. Оба понимают, что любят! И любят так, что никакая сила не сможет разлучить их в этом мире.       — Ты где остановился? — спрашивает Чонгук. — Представляешь, мне дали номер как раз напротив твоего! — Оба улыбнулись, — «судьба».       Они тихо бредут по прибрежной полосе по колено в воде. Тэхён, бережно придерживая Гука за талию, предлагает: — Давай, сегодня отметим нашу встречу. Здесь наверняка найдется какой-нибудь симпатичный ресторанчик. Но сначала мне надо разложить свои вещи, а то я чемодан на пороге бросил. — Хорошо. Да и переодеться тоже надо. У Чонгука такое счастливое лицо, все его эмоции так ярко прописаны на нём, что Тэхён залипает на него, наклоняется и целует. Гук густо краснеет. Но невольно поддаётся этому порыву — отвечает на поцелуй. Они приближаются к номеру. И, действительно, чемодан стоит у порога. Надо бы занести и разобрать. Но, проходя внутрь, Тэхён опять оставляет его на полу — есть дела намного важнее! И их никак, ну просто никак нельзя отложить! — Гук-и, иди ко мне! — Мелкой россыпью поцелуев он начинает покрывать лицо младшего. Тот, прикрыв свои чёрные, как омуты, глаза, явно переживает эту ласку, наслаждаясь ею. — Гук-и! — надрывно шепчет Тэхён своим низким голосом, — Как долго я ждал тебя в своей жизни! Как тебя не хватало в ней все эти годы! Навсегда! Слышишь, мы с тобой вместе теперь навсегда! Обхватывая голову Чонгука своими тёплыми ладонями, он целует глаза, пробует на вкус шрам, проходится по нему языком. Потом спускается к губам. Губы мягкие, податливые. Мажет по ним своими, всасывая в себя. Языки переплетаются, лаская друг друга. Это так вкусно! Так сладко! Чонгук млеет, всё его тело наливается тягучей истомой, ноги подгибаются. Но его тут же поднимают сильные, накачанные руки, сжимая в объятьях. Они держат его по-хозяйски крепко, несут на кровать и начинают раздевать. А губы, эти настойчивые губы не прекращают в это время своих жгучих поцелуев. Вот они уже спускаются на шею, прихватывают кожу зубами до лёгких вспышек боли, мокро зализывают, тут же втягивая её в рот. Вот они уже выцеловывают ярёмную впадинку, доползают до сосков. Зубы легко прикусывают их, язык вылизывает ореолы. Раздаётся надрывный, протяжный вздох. На секунду губы застывают, Тэхён приподнимается, внимательно смотрит в глаза Чонгука и ему нравится эта картина. Гук весь во власти своих чувств. Волосы разметались по подушке, губы приоткрылись от наслаждения, глаза-омуты горят страстью… Ещё вздох! Тэхён тает от наслажденья! Губы продолжают свой путь вниз по дорожке счастья, вылизывая каждый сантиметр этого великолепного тела. Перед его глазами чужое возбуждение. Во рту неожиданно скапливается вязкая слюна, а проходящая по стволу красивая венка так и просится, чтобы прошлись по ней языком. Тэхён вбирает в себя влажную головку и, посасывая её, надавливает языком. Сверху слышится стон… Его мальчику хорошо! Это возбуждает ещё больше. Пройдясь по всему стволу языком, Тэхён захватывает это всё великолепие себе в рот. «Моё!» — кричит его сознание. Хочется взять глубже, ощутить его полностью в глотке. Неистовые стоны сверху подсёгивают его, и он начинает двигать головой, забирая в себя член младшего всё глубже и глубже. «Моё!» Горло насаживается и насаживается, слёзы ручьём льются из глаз, так хорошо! Завтра будет день тишины. Наверное, звуков из этого горла слышно не будет. Но это будет завтра! Да и по хер! — Тэхён-а… — звучит низкоутробный, тягучий стон, — я больше не могу… — Кончай, мой мальчик! Любовь моя! Оргазм вулканом скручивает Чонгука. Широко раскрытые бессмысленные глаза; скривившиеся в дугу, как от боли, губы, — прекраснее картины Тэхён ещё и не видывал. Он глотает извергшуюся сперму: — «Моё! И навсегда!» — И сам скручивается в оргазме, не дотронувшись до своего возбуждения ни разу. Так они лежат в послеоргазменной неге, с нежностью глядя друг на друга. Потом Тэхён берёт своего мальчика на руки и несёт его в ванную комнату, омывает тёплой водой и, бережно заворачивая в простынь, кладёт на кровать. Чонгук бессмысленно улыбается от счастья…