Поворот.

      Сегодня Джин с Чимином пришли на репетицию пораньше. Скоро приедут парни, читать рэп, и хотелось отточить свою хореографию до них, чтобы рэперам осталось больше времени. Ведь, по словам Намджуна, они давно этим не занимались! (Ещё с универской скамьи, вроде бы). Репетиция проходила за несколько часов до открытия клуба. И в это время там находился только обслуживающий персонал: бариста, бармены, официанты и уборщики, занимающиеся своими делами. Но когда ребята исполнили свою хореографию, никто не остался равнодушным. Побросав насущие дела, все с удовольствием зааплодировали им. Дурашливо откланиваясь, парни послали всем воздушные поцелуи и приступили к репетиции своей основной программы. А когда Чимин чистым, звонким голоском запел свою новую песню, в зал вошли трое: Хосок, Намджун и …Юнги. Чимин, прищурив глаза, чуть не поперхнулся на очередной ноте. До него только что дошло, о каком друге-рэпере рассказывал Намджун. Глаза Чимина беспокойно заметались в растерянности. Ведь если Хосоку понравится и он даст «добро» Юнги, то отныне придётся делить с ним сцену. Работать вместе с этим блядским любителем рамёна. Чимин уже и сам не помнит, как допел свою песню… «Вот чтоб тебя укусила ебанашка! Припёрся сюда на мою голову, опять приставать начнёт». Но он-то, Чимин, терпеть это не намерен! Ну, что ж — будет война! Чимин сумеет дать отпор любому! А Юнги восторженно залипает на Пака и думает: — «Ну, как из такого чуда-юда, матерщинника и хулигана, могут литься такие слова о любви, красивые и трогающие душу? Как эта ангельская личина может сочетать в себе дворового гопника и трогательного романтика? Вряд ли этот мальчишка понимает, о чём поёт, да и вообще, знает ли он, что такое любовь?» Но по окончании песни Юнги не сдерживается и громко хлопает, так затронул его этот звонкий голос и текст песни. Чимин зло сверкнул на него своими глазюками и показательно громко хмыкнул. «Ну, ты дерзкий!» — пронеслось в голове Юнги, а в сердце его что-то сладко заныло. Этот оторва всё больше и больше поселялся в нём.       Когда Намджун предложил встряхнуть стариной и помочь ребятам с программой, Юнги сразу понял — вот он, шанс завоевать доверие Чимина. Сколько уже раз он проклинал себя за то приглашение на рамён. Ведь он такой опытный ловелас — и так прокололся с этим мальчишкой! И надо же! Однако, существуют ещё на свете те, кто может отказать Юнги. Ведь обычно стоило ему только взглянуть на кого-то своим лисьим взглядом и пригласить в постель своим хрипловатым голосом, и любая омега готова была перед ним разложиться! А кто ж он такой, чтобы не пользоваться этим? Но, однако, не всё так просто в этом мире. И на старуху бывает проруха… И пока Хосок и Намджун согласовывают, что читать из их репертуара, Юнги, размышляя об этом, не сводит глаз с Чима. Тот отвернувшись о чём-то разговаривает с Джином, дружески похлопывая его по плечу. Вдруг Чимин, до сих пор стараясь казаться безразличным, спиной почувствовал себя неуютно под взглядом Мина. Он, как бы невзначай повернулся и встретившись с ним глазами, с уничижительной улыбочкой, втихаря показал ему средний палец и показательно закатил глаза. Юнги громко засмеялся от этой дерзости — мальчишка, определённо ему нравился! Внутренний Зверь начал подхихикивать:"Как весело! Да бери его уже поскорей — скучно точно не будет! Где ещё найдешь такого, с придурью?» Хосок и Намджун обернувшись на этот смех, удивлённо посмотрели на Юнги: — «Ты чего?» Тот постарался сделать серьёзное лицо и неопределённо пожал плечами.       Но вот Хосок приглашает ребят на сцену. Намджун и Юнги начинают свой рэп. Они его ведут так профессионально, что первые слушатели — работники клуба начинают «качать». Джин и Чимин застывают в удивлении. Хосок в умилении слушает их, не выдерживает и… присоединяется к ним, выбегая на сцену. Пока читают по бумажкам, но у них получается так, как будто они всю жизнь занимались этим. Чимин вступает в такт ударными, Джин подыгрывает на фано. Хосок замечательно вписывается в этот квинтет. Ведь когда-то он учился этому. Но это было там, в далёкой юности. Но ведь талант не «пропьёшь». И сейчас он с удовольствием вспоминает, как он жил в горах, читал местным свой рэп; девчушку, с обожанием смотревшую на него, его первые с ней поцелуи… Где она сейчас? Что с ней? Молодость промелькнула перед его глазами. Вот ведь, жизнь как повернула! А как бы хотелось остаться там, где всегда тепло и беззаботно. Хосок так расчувствовался, что по окончании репетиции поочередно обнимает парней. Вот ведь, как можно почувствовать себя счастливым! Джин, кидаясь в объятья Намджуна, поздравляет их с дебютом. Тот плывет от этого, не забывая нежно поглаживать его по спине. Он предлагает: — А давайте посидим где-нибудь? Отметим это событие в ресторанчике. Юнги просительно смотрит на Чима. Тот закатывает глаза, но, видя счастливого Джина, разрешает себя уговорить. — Но только без всяких подкатов! — угрожающе шепчет он Юнги, чтобы никто не слышал. Тот молча кивает головой (как пойдет), соглашается.       Милый ресторанчик на берегу моря. Тихо играет ненавязчивая музыка. Уже поздний вечер, а народ всё ещё гуляет по набережной. Намджун с Джином танцуют медленный танец. Джин воробушком прильнул к широкой груди Нама, а тот нежно обнимает его изящную фигуру своими огромными ручищами, что-то ласково шепча ему на ухо. Джин, поднимая голову, пронзительно смотрит в его глаза. Намджун тихо улыбается, светит своими ямочками и губами невесомо касается губ Сокджина, потом целует его в макушку и ещё сильнее прижимает его к себе. Юнги и Чимин, глядя на эту картину, оба разом вздыхают. Это так романтично! Юнги поворачивает голову и встречается глазами с Чимином. Какой он все-таки красавец! Особенно когда вот такой, какой-то притихший, с мягкой улыбкой на губах… Так хочется взять его сейчас в свои руки, обнять покрепче и прижаться своими губами к этим щёчкам-булочкам… «Может, пригласить его на танец? — думает Юнги, — Нет, чёт боязно. Вдруг опять какую-нибудь фигню выдаст?» — Юнги ещё не забыл тот пинок под колено — это было жёстко! И Юнги вдруг отмечает про себя, что он побаивается младшего. Трэш. Ну вот, дожил! Омег стал бояться. Это что за дела? Волк внутри затрепыхался: — «Лови момент, налаживай контакт!» Юнги молча опускает глаза, он не знает, как это сделать, он не готов. Но, прокашливаясь, хриплым голосом говорит: — Ты это… Уж прости меня за то говно! Нашло что-то на меня тогда, я даже сам не ожидал. Чимин серьёзно смотрит на него: — Ну, что же здесь поделаешь — в одной группе теперь, на одной сцене. Но только, чтобы больше — ни-ни! Юнги вздыхает, но кивает головой в знак согласия. А ему очень хочется, чтобы НЕ «ни-ни». Ему тоже хочется с Чимином, как Намджун и Сокджин. Ему тоже хочется обнимать и целовать этого маленького зверёныша, нежить в своих объятьях и зацеловывать эти пухленькие губки, тискать щёчки-булочки и вылизывать эту соблазнительную впадинку около шеи. И да! В конце концов, почему-то ему очень хочется поставить метку на этой цыплячьей шее. И чтобы уже никому и никогда не достался этот дерзкий, строптивый гопник, кроме него, Юнги. Волк завыл со всей дури, в штанах стало тесно и неприятно. Ой, как некстати! Юнги, не зная, как унять появившуюся в ногах дрожь, залпом выпивает стоящий рядом бокал вина. Тут подходят их друзья с радостными лицами и объявляют, что они теперь пара и решили жить вместе. Они так счастливы, улыбки не сходят с их лиц. Джун по-хозяйски обнимает своего раскрасневшегося Джини, который смущённо тупит взгляд. Чимин подскакивает с места. Он так рад за друга! Он начинает энергично поздравлять, обнимая их, по-доброму подкалывать, наливать им в бокалы вино, разделяя их радость. Юнги тоже поздравляет и, прищурив свой лисий взгляд, снова залипает на этом оторве: — «Ну, какой же всё-таки он необыкновенный, непохожий на всех, вон как искренне радуется за друга!» Вечер подходит к концу и Намджины уезжают, оставляя парней в ресторане. Юнги очень хочется проводить мальчишку до дома, уже поздно, но он никак не придумает, как сказать ему об этом. Он боится, что ему нахамят, откажут, а ещё хуже — пошлют на хуй. Ведь у Чимина не заржавеет. Он что-то мнётся, краснеет, бледнеет… — Ну, и что мы здесь тушуемся? — вдруг спрашивает паршивец, — что, язык проглотили? Наверное, кое-кто хочет проводить меня до дому? Юнги молча сглатывает тягучую слюну, внезапно собравшуюся во рту, и судорожно кивает головой. Да уж… Ну ты, Мин Юнги, и попал! — Ну, пошли тогда. Только … — Чимин поднимает свой миниатюрный пальчик вверх и чуть-чуть грозит им Мину. Тот опять понимающе кивает и они вместе покидают ресторан. На улице тепло и безветренно. Луна и кругом горящие фонари освещают их путь. Какие-то ночные птахи щебечут им вслед. Пак идёт чуть впереди легкой, танцующей походкой, что-то напевая про себя. За ним топает Мин, стараясь не отстать. Отныне так и поведётся. Один будет шагать по жизни легко и весело, не оглядываясь назад, второй — шагать капитально, стараясь не упустить своего мальчика из вида. Один будет позволять, чтобы его любили, второй — любить до одури! Ну, что ж, а кто сказал, что противоположности не притягиваются?!