Стая.

В последнее время Чонин ведёт себя странно. Избегает любого контакта с мемберами и почти не выходит из комнаты. Обычно нетактильный альфа не пропускает совместные ужины, позволяя стае проявить свою любовь и заботу. Но последние два дня он забирает еду к себе в спальню, игнорируя беспокойные вопросы остальных парней. Вот и сегодня Чонин молча проходит на кухню, забирая свою порцию под пристальным взглядом Минхо. Встревоженный Чан пытается принюхаться, пока младший уходит в свою комнату. – Наш Крошка-хлеб принял блокаторы? — Хенджин, как один из самых тактильных членов стаи, чувствовал острую потребность в младшем альфе. — Да, я не чувствую его запах. — Чан поник, погружаясь в свои раздумия. Как лидер стаи он обязан защищать щенков, но Чонин не позволяет подойти ни на шаг и плохие мысли одолевают альфу. — Эй, все в порядке, Чанни. В этом нет твоей вины.– Теплая ладонь ложится на плечо, нежно поглаживая напряжённые мышцы. Честно говоря, Чанбин тоже безумно скучает по младшему, но старается не нагнетать и без того не лучшую атмосферу. –Да, Бинни прав, хен.– Феликс подходит к альфе со спины, крепко обнимая его. К ним присоединяется Хенджин, ластясь к альфе под бок. Возмущённый Чанбин с громким фырком наваливается на парней сверху, сжимая в объятиях с такой силой, что не выдержав, Феликс тихо ойкает, спеша выбраться из крепкой хватки. Чан растянул губы в своей фирменной улыбке, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках — Спасибо щенки, мне стало гораздо лучше. – Послышался хлопок входной двери и в комнату зашли Сынмин с Джисоном, передавая пакеты притихшему Минхо. — Минни! — Хенджин с громким криком набросился на опешившего омегу, атакуя его губы. Звуки звонких чмоков наполнили комнату, заставляя Джисона надуть щеки. Заметивший недовольство беты, Минхо притянул его к себе, указывая пальцем на свою щеку. — Можешь поцеловать, но только один раз. — Джисон вытянул губы, оставляя лёгкий поцелуй на щеке и прижимаясь носом к шее альфы. Послышался тихий гул исходящий от беты, что с большим удовольствием помечал себя запахом старшего. — Я хочу есть! — Начал возмущаться Чанбин. Теперь почти все члены стаи в сборе и можно приступить к ужину. После еды парни решили устроить вечер кино, чтобы отвлечься. Феликс сделал уютное гнездышко, прихорашиваясь от похвалы альф. Хенджин с Джисоном, явно не заинтересованные в просмотре, начали шуточно толкаться, грозясь устроить битву подушками, но быстро успокоились под серьёзным взглядом Феликса, беспокоящегося о целостности гнезда. Чанбин лежал в обнимку с сонным Сынмином, свободной рукой поглаживая Ликса, держащего попкорн. Позади всех сидели Чан и Минхо, смотря на экран телевизора. Кристофер беспокоился о Чонине и не мог найти себе места. Ему хотелось прижать младшего к себе, натереть своим запахом и любить, не выпуская из больших объятий. Чья-то холодная ладонь накрыла его, переплетая пальцы. Повернув голову, Чан столкнулся с печальным взглядом Минхо. –Хен, мне тоже неспокойно. — Прошептал Хо, сильнее сжимая ладонь. Альфа нечасто делился своими переживаниями, поэтому этот жест тронул Чана. Прижавшись к нему ближе, Чан уткнулся носом в шею Минхо, чувствуя нотки горечи в природном запахе. — Я поговорю с ним, обещаю. — Так же тихо прошептал Бан, почувствовав ласковые прикосновения пальцев, прочесывающих непослушные кудри. Парни разбрелись по комнатам поздней ночью. Чанбин ушел к Джисону и Сынмину, оставив Чана одного. Альфа не мог уснуть, отданный на съедение тяжелым мыслям. Его щенок находится за соседней дверью, и возможно, чувствует себя не хорошо. В тщетных попытках успокоиться, Бан ложится на кровать Чанбина. Подушка отчётливо запомнила его запах, делясь им с Чаном. Внезапно Кристофер ощутил непреодолимую тоску по членам стаи. Хотелось окружить себя их запахами, хотелось обратно в гнездо, чтобы все щенки были рядом и в безопасности. Чувство печали и вины захлестнуло Чана, заставляя его уткнуться лицом в подушку и тихо скулить, пока горячие слезы медленно скатываются по щекам. Время переваливает за три часа ночи, но Кристофер не может успокоиться. Его феромоны заполнили всю комнату, прося щенков придти на помощь к большому альфе, но день был тяжёлым и мемберы уже давно спят, видя десятые сны. Еще чуть-чуть и Чан завоет от отчаяния, но дверь тихо открывается, пропуская ночного гостя. Крис замирает, пытаясь принюхаться, но от бесконечных слез его нос заложен и он не может почуять своего щенка. Матрас прогибается под чужим весом, совсем близко с альфой. Чан поднимает голову, стараясь разглядеть лицо гостя. Ночник стоящий на тумбочке Чанбина щелкает, озаряя комнату слабым светом и Крис видит перед собой Чонина. Сердце ухает вниз, а слова застревают в горле. Его щенок здесь. Он пришел. — Хен, почему ты плачешь? –Голос Чонина мягкий, он заземляет и успокаивает. Поддавшись эмоциям, Чан тянет младшего на себя, прижимаясь к нему, стараясь почувствовать столь необходимый запах. Ян кивает, выпуская свои феромоны. Действия блокаторов закончились еще вечером и теперь альфа наконец-то смог почувствовать своего щенка. Несколько минут они просто лежали дыша друг другом. Чан почувствовал облегчение, понимая, что с Чонином все в порядке. Внутренний альфа мурчит довольным зверем, ластясь к телу напротив и Чан позволяет себе маленькую шалость. – Хен! — Ян извивается на кровати пытаясь уйти от щекочущих пальцев, но все попытки оказываются четны. Кристофер смеется, целуя нахмурившегося Чонина в лоб. – Нинни, как ты? Почему ты игнорировал нас? У тебя что-то болит? — Осторожно спрашивает Чан, заглядывая в лисьи омуты. Младший дёргается, пытаясь выпутаться из объятий, но лидер крепко держит его, выпуская свои феромоны. — Хлебушек, пожалуйста, не молчи. Неужели стая как-то обидела тебя? — Чонин выпрямляется, смотря на альфу круглыми глазами. — Нет! — Он замолкает, боясь разбудить остальных. Они молчат пару минут просто глядя друг на друга. Чан ждет, когда младший соберётся с мыслями и лишь изредка шмыгает носом. При виде такого альфы в сердце Чонина разливается тепло вместе с огромным желанием чмокнуть кончик красного носа. — Все в порядке, просто… — Ян замялся, утыкаясь лицом в грудь Чана. Он тёплый и пахнет так хорошо, а ласковые поглаживания по спине ощущаются так правильно, что глухое урчание невольно вырывается из груди Чонина. — В последнее время я стал ощущать твой запах сильнее, чем остальных. — Шепчет Ян, комкая Чанову худи. — Я альфа и мне несвойственны такие мысли, но… Когда я слышу твой запах, то мне хочется, чтобы ты... Эм, ну.. укусил меня? Я знаю, что это звучит глупо и я правда старался это перебороть, пробовав запираться в комнате и принимать блокаторы, но эта мысль никак не выходит из моей головы.– Чан поражённо наблюдал, как краснеют кончики ушей Яна, ждавшего ответа. Осознание того, что с его щенком все хорошо застилает разум и, поддавшись моменту, Бан позволяет внутреннему альфе наброситься на Чонина, хаотично целуя. Он гулко урчит, потираясь щекой о младшего, явно не ожидавшего такой бурной реакции. –Хен? — Зрачки Кристофера сужаются и он аккуратно отползает на другую половину кровати. – Нинни, я так счастлив. — Лицо лидера озаряет блаженная улыбка. Ему хочется кричать о своей любви к щенку, что сверлит его нетерпеливым взглядом. — Крошка, почему ты не сказал мне об этом раньше? Мы волновались за тебя. — Ян куксится, прикрывая лицо руками — Н-но я же альфа… Это странно? — Ох, хлебушек, твой вторичный пол не имеет никакого значения! Мы все безумно любим тебя. В этом нет ничего постыдного и уж тем-более странного.– Чан раскрывает руки, приглашая Чонина в большие объятия. Теперь все встало на свои места. Теперь все будет хорошо. — Никогда не бойся озвучивать свои желания стае. — Шепчет он на ухо, заставляя табун мурашек пробежать по коже. Внезапно на душе младшего альфы становится так легко, что набравшись смелости он громко произносит свое самое сокровенное желание: –Укуси. — Нетронутая шея манит Чана, заставляя зрачки расшириться, а клыки зудеть. Его щенок хочет быть помеченным, щенок признает в нем своего альфу. Бан подминает разомлевшего Чонина под себя, выпуская ещё больше феромонов. Ян откидывает голову на подушку, открывая больший доступ к своей шее. Чан благодарно мычит, спускаясь поцелуями-бабочками от подбородка к юношескому кадыку, прихватывая золотистую кожу губами. Младший не сопротивляется, тяжело дыша доминантным запахом своего альфы. Хорошо, так чертовски хорошо, что он готов превратиться в лужу. Чан прикусывает косточку, оставляя засос на ключице и заставляя Чонина выгнуть спину от покалывающего удовольствия. Широким мазком языка он добирается до пахучей железы, начиная дразнить хнычущего альфу, то присасываясь к ней, то просто касаясь губами, выдыхая горячий воздух. Ян впивается пальцами в худи Чана и хнычет. Хочется почувствовать его кожа к коже, а не эту дурацкую ткань. Кристофер притормаживает, нехотя отрываясь от набухшей железы. — Что такое, Нинни? Мне прекратить? — Альфа тянет края кофты, призывая старшего избавится от этой ненужной вещи. Бан ухмыляется, срывая с себя кофту и откидывая ее на пол. Чонин благодарно гудит, прижимаясь носом к крепкой груди. Внутренний альфа подчинен, он признал своего вожака и хочет угодить ему. Крис рычит, пытаясь сдёрнуть пижаму с младшего, что заворожённо наблюдает за его действиями. Потерпев поражение, Чан не находит ничего лучше, чем разорвать мягкую ткань, облизываясь при виде золотистой кожи. Длинные пальцы впутываются в волосы на затылке, направляя альфу к блестящей от пота шее. – Укуси, хен, пожалйста. — Зрачки Чонина расширились. Бан вновь вернулся к железе, методично вылизывая ее, присматривая нужное местечко. – Укуси. Укуси меня — Как в бреду шепчет Ян. Насыщенный запах лимона и сандала напрочь засел в легких, заставляя сходить с ума. Чан замедлился, выпуская клыки. Еще чуть-чуть и… Дверь снова открылась. Послышались медленные шаги, а затем белая пелена волной удовольствия накатила на младшего, сковывая тело сладкой судорогой. — Значит теперь все в порядке.– Минхо смотрит на дрожащего Чонина. Тонкая струйка слюны капает из его алых губ на подушку, пока Чан блаженно вылизывает временную метку громко урча. Без лишних слов Хо взял пачку салфеток, услужливо вытирая губы младшего. — Не знаю, что тут произошло, но если завтра вы не объяснитесь, то я накормлю вас этими же салфетками. — Ли нахмурил брови, окидывая взглядом небольшой беспорядок. Чья-то рука потянула его в сторону кровати, опрокидывая на теплое тело. – Что ты творишь? Хочешь разбудить его? – Шипит Минхо, пытаясь уйти, но мягкие губы на щеке заставляют его передумать. Чан тычется носом в его шею, тихо гудя и, пожалуй, альфа не прочь остаться здесь на ночь, прижимая к себе сопящего Чонина. — Спокойной ночи. — Шепчет Крис, перетягивая руку через талию Минхо, устраивая ее на плече Яна. Пускай кровать не рассчитана на троих, зато теперь он может расслабиться, мерно вдыхая запахи своих щенков.