Я не боюсь

— Тань, подойди на секунду. Голос Риты заставил меня отвлечься от игры на телефоне. — Сейчас. Я прошла на кухню, откуда донесся голос. Тетя Рита сидела за столом с пластиковой скатертью в уродливый цветочек и пила чай. На другой стороне стояла еще одна кружка с горячим напитком и вазочка с печеньем посередине. — В честь чего праздник? — я усмехнулась. — Да просто, хотела чай с тобой попить, — ответ звучал явно нереалистично, но не думаю, что грядет что-то плохое. Я села и сделала глоток. — Как день у тебя прошел? — Да ничего, нормально вполне. — А как там твоя подружка? Как выпускной? — Она тоже в порядке. Выпускной был неплох. Повисла тишина. Да уж. Я так и не научилась… — Слушай, эм, — Рита начала постукивать ногтями по стенке чашки. Нервничала. — Да? — В общем, сестра звонила. Глоток, сделанный мной за секунду до ее слов, чуть не заставил меня поперхнутся. — Ну, то есть… — тетя смотрела куда-то в стол, — Твоя мать… — Я поняла, — перебила я ее, — зачем же? Что-что, а такого я никогда не ожидала услышать. Сколько лет прошло? Нет… Сколько мне было, когда она бросила меня? Я хоть в школу тогда пошла? Напряжение росло в моем теле, я невольно сжала чашку и начала дергать ногой. — Она хотела, ну… Пообщаться, — Рита с трудом подбирала слова, — как-то загладить вину после… — Хватит, — я перебила ее жестче, чем хотела. Тетя замолчала, только усилив этим напряжение. — Ладно, я передам, что ты не хочешь… — Нет, — тяжело выдохнув, я устало потерла лоб, — дай мне ее контакты, я сама разберусь. — Как скажешь, Тань… Оставшееся время мы пили чай в тишине. Я лежала на боку и смотрела куда-то на тумбочку. В руках у меня был телефон, и на нем уже был номер моей матери. «Юлия». Я не буду называть контакт «мама» или «мать», потому что не хочу. Не хочу и все. Я не знала, что мне делать. Написать ей? Но зачем? И что я ей скажу? А что я хочу услышать в ответ? Может у нее и были основания сбежать, но не думаю, что я все-равно смогу как-то принять это. Я написала Янке. Думаю, она единственная, с кем я могу поговорить об этом. ≫ Привет, солнышко, как дела? Ответ не заставил себя долго ждать: ≪ Привеееет, милая :3 ≪ Хорошо, вот видосы смотрю, о тебе думаю~ После этого пришел стикер с ухмыляющимся лицом, явно намекающим на что-то неприличное. Мой рот невольно растянулся в улыбке, я вспомнила нашу недавнюю ночь… Так, не важно! Потом с этими всеми пошлостями! Я отправила хихикающий стикер в ответ и перешла к сути: ≫ Мне тут тетя сказала, что со мной хочет мать связаться Повисло ожидание. Прошло несколько мучительных секунд, после которых я, наконец, увидела долгожданное «печатает». ≪ Ты напишешь ей? Ох, Яна, я бы сама хотела знать… ≫ Не знаю ≪ А ты хочешь? Может, если тебе неприятно, то не стоит… Я задумалась. ≪ Но, честно Новое «печатает» теперь наоборот напрягло меня. ≪ Я бы, думаю, хотела бы встретится со своей матерью в твоем случае ≪ Не знаю ≪ Не мне судить Да, наверное, не стоило поднимать эту тему. У Янки ведь тоже… Не все в ладах с этим. Черт, что же делать-то? Я перевернулась на спину я начала пялиться в потолок. «Мама». Почему-то это слово вызывает во мне какую-то подкожную неприязнь. Но… Наверное, лучше попробовать, чем потом сожалеть, так? Сжав губы, я, наконец, решилась и зашла в мессенджер. А написать-то что?.. Я стояла у торгового центра. Сегодня был будний день, поэтому на улицах довольно немноголюдно. Я ждала свою мать, надо же. «Знакомое чувство» — по-черному усмехнулась я. После непродолжительной переписки, из которой мы не почерпнули никакой информации друг о друге, она предложила сходить вместе в кино, как «мать и дочь». От этой мысли как-то не по себе. Да еще в кино ходить с родителем, боже. Чувствую себя как-то тупо и неловко. Ну, что сделано, того… — Таня! — мое внезапное имя вывело меня из размышлений. Я повернулась в сторону возгласа, но увидела там только какую-то бабушку, зовущую ребенка. Маленькая девочка подбежала к женщине и заключила ее в объятия, вызвав у той смех. Я разочаровано выдохнула, сама того не заметив. «Действительно ждешь, да?» Только сейчас я заметила, как часто бьется мое сердце и как мурашки бегут по моему телу от тревоги. Я даже не знаю, как она выглядит. Она похожа на меня? Что мне вообще ожидать? Не нужно было писать, ой не нужно было… — Привет, дорогая, — слова прошлись по мне электрическим током. Я подняла взгляд и увидела ее, и почему-то я сразу поняла, что это именно она. — Здрас… Те, — мозг не успел решить, как озвучить приветствие, и я выдала это недоразумение. Она выглядела молодо, даже до безобразия. Черный пиджак на красную блузку, да вместе с такой же красной юбкой-карандаш, черная сумочка на плече. На удивление — пышный бюст, явный макияж. Единственное, что нас хоть как-то внешне связывало — темные глаза и черные волосы, которые она закрутила в деловой пучок. — Ты… — обратиться к ней на «ты» далось мне с небывалой тяжестью, — С работы? — Неужели так заметно? — она засмеялась, — Ну, у меня перерыв, но ты не переживай, я, если что, не уйду никуда. Ее голос был отдаленно похож на мой, но выше. Она внезапно завертелась и залезла в сумочку. Порывшись несколько секунд, она достала белую коробочку и протянула мне. «MOONLIGHT» — гласила строгая надпись. Ювелирка. — С-спасибо… — неловко, очень неловко. — Открой, — Юлия нетерпеливо замахала ручкой, в ожидании моих действий, — тебе понравится! Я аккуратно распустила шелковый бантик, перевязывающий коробочку, открыла ее и достала украшение. Это оказался серебряный браслетик с подвижными звеньями, стилизованными под лозу с цветами, в центре каждого из которых мерцал какой-то розовый кристаллик. Я зависла. Браслет, конечно, неплохой, но не то чтобы… В моем вкусе. — Сорок тысяч стоит, — Юлия улыбнулась, — тебе такие подарки, небось, никогда не дарили! Я обомлела. Сколько? Сорок. Ебаных. Тысяч? — Э, эм… Гм… — я замялась. Надо срочно что-то сказать, черт подери! — Очень красивый… Спасибо… — Тебе помочь надеть? Оххххх… Ей, конечно, жуткой неймется, нда… — Давай… Стоило мне только протянуть руку, как Юлия начала шустро пытаться застегнуть браслет на моей руке. Это вышло далеко не с первого раза, учитывая длину ее бордовых ногтей. Ей нравится красный, как я смотрю. — Ну вот! — наконец, она справилась, — смотри, какая красота! Тебе очень идет! Я посмотрела на запястье. Браслет был слегка мне большеват (мои тонкие руки тому виной), поэтому свободно ездил чуть ли не до середины предплечья. Розовые кристаллики… — Это турмалины, кстати! Гм… Розовые турмалины поблескивали в лучах весеннего солнышка. Браслет сам по себе веял весной и чем-то таким легким. Я сразу подумала о Яне… — Ну ладно, подарок подарен, пошли в кино, — Юлия, не церемонясь, схватила меня под ручку и потащила прямо в торговый центр, где и должен быть кинотеатр. От такой напористости у меня невольно ноги обмякли, и я чуть не грохнулась. Что ж, все только начинается. — Я тебе тут взяла поесть, — Юлия поставила передо мной явно большое ведро попкорна и стакан с колой. — Спасибо, — я сразу залезла рукой в ведро и отведала закуску. Соленый — это хорошо, — только я газировку не пью… — Ой, правда? Ее же все пьют, — Юлия изобразила искреннее удивление, — ну ладно, я сама выпью. Ну… Что поделать. Хотя, если бы она перед этим спросила… Ну ладно, может, типа сюрприз? — А что за фильм кстати? — да, стоит, думаю узнать, а то до сеанса, по ее рассказам, меньше десяти минут. — Какая-то новая любовная драма, — Юлия заулыбалась, — она — бунтарка, он — пришел ее укротить, старая схема, но действенная, не находишь? Я криво улыбнулась. Иу. — Да, аха… Действительно… — боже, Таня, что ты мелешь? Юлия улыбнулась во все зубы. — Ну пошли, там уже залы собираются. — Хорошо… Под шум торгового центра мы зашли в зал. Давно я не бывала в кинотеатрах, однако. Мы, кажется, с Янкой один раз лишь сходили, на какую-то комедию что ли? Честно, не помню, мы весь фильм на задних креслах… — Нам на этот ряд, — голос Юлии вывел меня из раздумий, — двенадцатое и тринадцатое место. И мы обе застыли. Я, потому что хотела ее пропустить, а вот почему она? — Давай проходи! — она замахала рукой, попутно улыбаясь, — Я не сяду на тринадцатое, мне отчет скоро сдавать! Я усмехнулась. Забавно. Наконец, мы уселись. Я сразу приступила к попкорну, ожидая начало фильма. Ну что, Тань? Тебя вся жизнь к этому готовила — диалог! Так, что спросить? «Как дела?» Тупость. «Кем работаешь?» Грубо. «Расскажи что-нибудь». Она тебя развлекать пришла что ли? Давай нормальное что-нибудь! Гм… «Мне интересно, что с тобой было все эти годы». Ммм… Приемлемо? Ладно, была не была. — Эм, э… Ну… — я повернулась к Юлии, но увидела, как она молча переписывается с кем-то в телефоне. Я уж не стала подсматривать, что именно, но и отвлекать ее не хотелось: вдруг, по работе. Я посмотрела на браслет. Да, интересно, кем она работает, что может себе такое позволять? Я выдохнула, сидя в молчаливом одиночестве. Вот бы Янку сюда… Наконец, начался показ. Но, даже при знакомом «пожалуйста выключите свои телефоны и не снимайте фильм», Юлия продолжала переписываться. Неужто что-то настолько важное? Ну ладно… Попробуем насладиться фильмом, так? — Да давай, что ты такая грустная? — Я не грустная. Я просто… Думаю… Вот сидят два героя на бережке какого-то водоема (я упустила момент, где они вообще находятся) и, видимо, сейчас будет поцелуй. Слишком читается. Я, хоть и пыталась следить за фильмом, делала это не очень успешно. Но Юлия, оказывается, еще хуже: стоит ей отвлечься от телефона, так она через минуту сразу залезает обратно, и ладно — пишут человеку, но она иногда начинала просто листать какие-то новости или ленту в соцсети. Очень интересное кино, ага. Но… Кое-что меня все же заинтересовало в нем. Разумеется, сюжет был прост, как два пальца, герои, откровенно, не то чтобы очень глубоко прописаны, сама любовная линия банальна и, на мой взгляд, безвкусна и бла-бла-бла… Но! Подруга главной героини. Черт, какая же она хорошенькая… В то время, как главная героиня (Маша? Даша? Я не помню, как ее зовут) — действительно, как по описанию Юлии, — девка-оторва, которая такая, потому что «ее никто не понимает», ее подруга КАК РАЗ та, кто рядом с ней постоянно в самые плохие моменты. Когда у нее снова срыв, кто с ней рядом? Вика. Когда главный-персонаж-пассия что-то не то сказал (по сюжету, разумеется, он имел ввиду не это), кто ее успокаивает и переубеждает именно в том, что он ее любит? Опять Вика. Кто, без ведома подруги, пытается сделать все возможное, чтобы у них двоих все вышло? Правильно. Снова Вика. Да, ей уделено дай бог двадцать минут из двух часов экранного времени, да, она типажа «скучная простушка-стесняшка», да, ей не прописали абсолютно никакой истории и драмы, но почему-то ее такая самоотверженная дружеская любовь к главной героине выглядит в тысячу раз убедительнее, чем эти бесконечные разговорчики главной парочки фильма. Боже, разумеется, она останется за титрами и ее даже не будет на постере в кинотеатрах. Если бы этот фильм позволил себе резкий поворот с лесбийской любовью, это была бы, однозначно, последняя картина в жизни режиссера, если бы она вообще просочилась в свет. Но черт подери… То, как Вика держала Дашу-Машу за щеки и говорила ей, что она не хочет больше никогда в жизни видеть ее такой разбитой, заставило что-то внутри меня сжаться. У Вики зеленые глаза, а-ха-ха. Может, у меня какие-то конкретные предпочтения? — Ладно, видимо, я теперь буду их шипперить… — единственная мысль, которая у меня проскочила к концу фильма. И почему-то мне безумно захотелось погулять завтра. Не одной, конечно, не одной. Зажегся свет, ударив меня по глазам. Попкорн был съеден еще на первой трети фильма, и все остальное время я отчаянно водила пальцем изнутри ведерка, пытаясь собрать остатки соли и масла. Да, думаешь об этом — становится противно. Но вкусно. — Ухх, что за фильм! — Юлия потянулась. Мне казалось, последние минут двадцать фильма она спала, — Пойдем отсюда. — Ладно. Взяв пустое ведерко и стакан, который, почему-то, Юлия не захватила с собой, я направилась к выходу из зала. Когда я выбрасывала все в мусорку, Юлия одарила меня какими-то восторженным вопросом: — Ого, ты взяла все это? Я зависла. Черт, женщина, тебе сколько? Ну сорок где-то должно быть. Откуда столько удивления? — Эм, да? — Ладно. Я не ожидала. Что? К чему это? Я не знаю. Честно, это уже начинает раздражать меня. — Ты не хочешь нормально поесть? — Ну, немного? — Тогда пошли, я знаю местечко. Доверившись Юлии, я молча направилась за ней. Мы вышли из торгового центра, прошли улочку, перешли дорогу и очутились перед небоскребом, этажей, этак, на пятьдесят. — Сюда, — не медля ни секунды, Юлия затащила меня в стеклянную дверь. Внутри было невероятно просторно и светло, стерильно, я бы даже сказала. По этажу ходило множество людей в деловых прикидах или просто формально одетых, бесконечно шныряющих от лифтов и лестниц до каких-то коридорчиков и обратно. — Тут замечательное кофе! «Замечательный» — проглотив желание поправить Юлию, я только сейчас заметила уютно выглядящую кофейню. Через секунду запах свежемолотых зерен заставил мой аппетит разгореться сильнее. Мы расположились за двухместным деревянным столиком, на котором стояла аккуратная высокая белая вазочка с такой же белой искусственной лилией. — Так, ну я пойду нам возьму кофе… — Давай я сама себе возьму? — я аккуратно перебила ее. И через мгновение встретила вопросительный взгляд, даже, как мне показалось, с легкой ноткой оскорбленности. — Ну… Ладно… — ей почему-то не понравилась моя инициатива, — Ну пошли… — А вещи? Вновь вопросительный взгляд. — Ну… Нельзя вещи без присмотра оставлять… — Почему? Этот факт казался мне очевидным, но Юлия, видимо, так не считала. — Ну кто-нибудь… — Тань, — мое имя ее голосом пробежалось по моему телу мурашками, — мы в центре, в бизнес-офисе. Тут даже если попробуют такое сделать — далеко не уйдут. Пошли. — Ладно… — я покорно оставила куртку на стуле и направилась к прилавку за Юлией. Широкий ассортимент различных пирожных и кофе поражал своим богатством. Боже, сколько здесь сиропов… Цены, к слову, были (на мой сугубо бедняцкий взгляд) заоблачными. Ну, плачу не я, так что… — Среднее капучино с ванильным сиропом, — озвучила Юлия с долей какого-то неоправданного снобизма. Опять перепутав род, ладно. Бариста тоже это заметил, на мгновение дернув бровью, но промолчал. — Ну а ты? — Юлия обратилась ко мне со странной улыбкой, — Какое кофе закажешь? Я вновь посмотрела на меню. Эспрессо, американо, латте, бла-бла… Я не пью кофе. Пробовала растворимый — мне не понравилось. Желание пробовать что-то качественнее нет. Но это же чертова кофейня… Мой взгляд упал на категорию «Молочные коктейли». О! Клубничный! Идеально. — Можно мне, пожалуйста, клубничный коктейль? Я почувствовала, как у меня слегка свело живот от голода. — И сэндвич с ветчиной, пожалуйста. Улыбка медленно сползла с лица Юлии. Что теперь-то? Минута, и мы уселись обратно за столик. Мой коктейль, помимо забавной полосатой трубочки, украшала горка взбитых сливок и маленький кусочек клубники. Я, не медля ни секунды, сделала быстрый глоток прямо через край, проигнорировав трубочку, и с какими-то звериный рвением вцепилась в упаковку с сэндвичем. — Молочный коктейль? Да? — Юлия произнесла это как-то пренебрежительно, — Ты в свои семнадцать лет до сих пор не научилась пить кофе? — Мне восемнадцать, — ее тон заставил меня напрячься. — Ладно, проехали… — она пригубила свой кофе. Ей потребовалась лишь секунда, чтобы прийти в то же самое озорное настроение, что и до. — Ну что, расскажи мне что-нибудь! Все-таки… Давно не виделись, аха! — Ну да… — У тебя парень есть? — Юлия, перебив, приблизилась ко мне, жадно смотря мне в глаза. Я слегка отстранилась. Парень, гм… — Эм… Нет. У меня нет… Парня. Энтузиазм Юлии в ту же секунду значительно уменьшился. — И никогда не было? — Нет… — Ты даже не влюблялась?! — на ее лице отобразилось искреннее удивление. «В парня — нет». — Ну… — врать, не врать? — Может быть?.. — Как же это? Неужто в твоем окружении нет мальчиков, кто был бы тебе симпатичен? О боже, да что ты прицепилась с этими мальчиками… — У меня нет друзей-парней. Юлия дернулась и скривила гримасу а-ля «издеваешься?», но промолчала. Пара секунд тишины. — Но, зато… У меня есть… Очень близкая подруга! — улыбка невольно поползла по моему лицу от одной только мысли о Янке, — Мы с ней познакомились в лагере, год назад примерно, и с тех пор вот… — Ты была в лагере? И как? — энтузиазм вновь вернулся к Юлии, но, как-то, не в то русло, — Не думала, что Ритка сможет позволить вам такое! Эм, ладно? — Ну, как видишь… — А хочешь узнать, как у меня дела? — она вновь перебила и дернулась ко мне. Я замялась. И да, и нет? Все слишком… Сумбурно. — Давай… — Ой, ну смотри! Она достала телефон и начала рьяно что-то искать. Наконец, она перевернула экран ко мне лицом, и я встретила ее посты в соцсети. — Это я с Лешей, — ухмылка растянулась на все ее лицо. На фотографии она обнимала какого-то мужчину довольно солидной внешности: ухоженный, в костюмчике, а сзади стоит какая-то с виду дорогая машина. — Да, сзади — его машина! — словно читая мои мысли, произнесла она, — У него отец не из бедных, да и сам он со связями. Думаешь, как я без высшего сюда устроилась, а-ха-ха! Она мотнула вниз. Вот она уже лежит на шезлонге, видимо, у моря. — Нет, это не Мальдивы, как ты могла подумать! — она захихикала, — Просто Леша свозил меня на море. Снова мотнула. — А это он мне подарил. Смотри, какое классное! На фото Юлия стояла на каком-то балконе, и на шее у нее красовалась элегантная подвеска. Недурно. — В общем — жизнь меня не обделила удачей! — она гордо приподняла подбородок, — Осталось только с тобой дело уладить, и вообще — сказка! — Что? — последний комментарий проскочил в сознании как-то быстро и непонятно. — Ну… Мать, дочь, ну ты понимаешь! Какая мать не хочет общаться со своим ребенком, правда? Ммм… Допустим. Она вздохнула. — Да, неважно, конечно, вышло… — она начала отвлеченно крутить уже полупустой стаканчик, — Ну… Наше расставание. — Возможно, — внезапное напряжение отдалось во всем моем теле. Я сделала глоток. — Типа… Пойми меня, ты же сама все осознаешь, я знаю… Я ведь не была создана для всего этого, все это оказалось… Слишком для меня не тем что ли? Мне хотелось веселиться, знаешь? Все это… Ну и, конечно, #&%$ был не подарок. Мое тело окаменело. Ток прошел по нервам, глаза округлились, ладони раскрылись с такой силой, что пальцы слегка выгнулись в другую сторону. В голове что-то лопнуло, я уставилась в какую-то случайную точку и, казалось, задержала дыхание. Не произноси… Его блядского имени. — Я знаю всю эту ситуацию, — голос эхом отражался о стенки моего черепа, — без каких-то подробностей или конкретики, но его аж в тюрьму посадили, да? Что он такого-то сделал?.. Я нервозно начала теребить трубочку молочного коктейля, продолжая отстраняться от реальности. Мои ноги задрожали, дыхание сперло. Слишком внезапно, слишком внезапно, слишком внезапно, слишком внезапно. — Надо было у Риты спросить, поинтересоваться хоть, а то в итоге… Резким движением руки и согнула трубочку пополам, заставив ту брызнуть молочным напитком на стол и, возможно, на Юлию. — Хватит, — сухо и жестко. Я еле разобрала свои же собственные слова. Юлия, кажется, слегка опешила. Потребовалось несколько секунд перед тем, как она переварит увиденное, а я отдышусь. — Ладно, — небрежно бросила она и продолжила пить кофе. Я мяла пальцами несчастную трубочку, потихоньку отходя от случившегося. Все нормально, все хорошо. Скоро ты приедешь домой и напишешь Яне. Вы поговорите с ней, может быть даже созвонитесь. Ты расскажешь ей, какой сегодня был безумный день, она успокоит тебя, вы посмеетесь, договоритесь о встрече, может даже завтра! Да, завтра! Погуляете завтра с Янкой, она обнимет меня, скажет, как она меня любит, мы будем лежать и обниматься, она поцелует меня, да, да, да… Юлия вновь открыла рот. — Неудачный дизайн, не находишь? — она тыкнула на вазочку с цветком. Я молчала. — Кстати, в Японии, если ученик умер, на его парту ставят белую лилию, — Юлия важно покрутила пальцем в воздухе, — А если он еще жив, значит, ему желают смерти. Небось, не знала!.. — Знала, — боже, кто только не играл в этот симулятор. Иди к черту, пожалуйста. Юлия затихла. — Вот как, — проронила она и вновь уткнулась в свой стакан. Оставшееся время мы сидели молча. Да и, собственно, остальная встреча особо не отложилась у меня в памяти.