Цепь со слезой.

На улице прекрасная погода, в Санкт-Петербурге наконец случился солнечный день, не такой жаркий, но и не такой холодный. Самая комфортная температура. Это знаменовало - отличный день, с хорошим настроением Северной столицы. Не так давно, где-то месяца три назад, Михаил подарил Александру современный проигрыватель для пластинок. На что с тех пор Саша думал: "День начинающийся с хорошей музыки - прекрасный день." Если бы оно так и было, счастью не было предела. Но вот, назойливые звуки. Времени девять утра, у кого-то зазвонил телефон который находится под подушкой. Твои подружки хотят ко мне в панамеру Говорят мне о любви но я не верю Строчат мне в инсту для отметки в стори Я выбрал тебя остальным сори. - Это что такое?! - он не зол, нет, просто когда тебя будит такая композиция, радости для культурного человека будет не особо много. А если этот человек Романов, готовься к огромному количеству непрекращающихся возмущений. - Это с добрым утром Сашенька, сейчас выключу. - теперь то, назойливые звуки закончились, а утро началось протяжными зевками с двух столиц. - Зачем ты поставил будильник? Выходной ведь. - не радовал такой расклад, но хорошо что это прекратилось. - Сам знаешь, я главный город России, не проснусь рано, не очнусь никогда, тем более там документы пролистнуть и почитать нужно. - уже тянется своей рукой к злосчастному компьютеру, который покоится на прикроватной тумбочке. - Забудь об этом хотя бы на выходной, тебе завтра уже обратно, а ты, либо работаешь, либо спишь. Меня совсем не радует положение таких дел. Трудоголик чертов. - возмущение, первая стадия слабой обиды на Мишу, то, что столица просыпается рано абсолютно не радовало, абсолютно не давало ощущения получения удовольствия находясь рядом. Впрочем, с этим и смириться можно, но Александр взял за привычку из раза в раз, видя как Москва пьет вторую кружку кофе подряд читал ему поэмы о вреде кофеина на организм, только это никак не влияло, но чтобы не расстраивать своего любимого Сашеньку, Миша его слушал, внимательно, будто действительно сейчас возьмет и забудет про это кофе навсегда. К сожалению, это лишь мечты. - Всё милый мой, уже забыл, можно еще поваляться? - немного умоляющим взглядом смотрит своими голубыми глазками. - Можно. - встает Петербург, накидывает на себя свой любимый шелковый халат который был внезапно подарен в прошлом году на 14 февраля. Не то чтобы он был дорогим или хорошим подарком, ну так, из Цума, зато качество не плохое. Александр стоимость не знал, но если бы ему сказали, кто-то упал бы в обморок от шока. Теперь он держит путь в свою светлую и довольно уютную ванну. Когда он дома один, зажигает ароматические свечи, заменяет их аромат всяким порошком прошлого, это не зависимость, а создание как таковой приятной атмосферы. Но сейчас это ни к чему, видя Московского у себя дома, уже приятно. Так что пока Северная столица занималась своими утренними процедурами, другая столица просматривала письма и сообщения на своем ноутбуке с разными просьбами от городов, а также от чиновников и депутатов. Не так загруженно, но они даже в выходной занимаются государством. Не то чтобы это хоть как-то помогало, скорее делало вид что облегчает жизнь. Михаил не жалуется, он уже привык. Так что быстро отметив пару "важных", а остальные скинув в "прочитано" он встал и направился умываться. Дверь в ванную была закрыта на замок, значит Саша там. Умыться же все равно нужно, а значит и отпереть эту злосчастную дверь тоже. Не слабые махинации с ложкой которую быстро взял с кухни он, смог отвернуть замок. - Что? Дверь же закрыта была, Миша! - сидит в теплой воде с немного мокрыми волосами Романов. - Мм, я тут просто умыться. - подходит к раковине и смотрит на себя в зеркало, усталый взгляд, синяки под глазами. Чудесный вид. Он готов жить. - А я тут просто моюсь, тебя не смущает? - Саша возмущен. - Нет, совсем ни капельки, мне даже нравится. Ты очень милый. - льстит это, но ситуации не меняет. - Это конечно все хорошо. Но ты мог бы и умыться на кухне, там между прочим тоже раковина имеется! - еще чуть-чуть и Мишу обольют водой из ванны. - Все, ухожу, твоя взяла. Милашка. - забирая зубную щетку и пасту говорит он и быстро уходит закрывая дверь. Вовремя ушел. Забавная ситуация. Через пять минут Петербург вышел из ванны, свежий, чистый, от него летел пар, потому что в той комнате было душно. - Вы посмотрите кто вышел. Что у нас на завтрак, любовь моя? - Московский сидит полу лежа на диване и что-то смотрит в своем ноутбуке, неужели решился поработать? Да нет, просто читает новости. Его такой привычке Смоленск однажды научил, сказал "полезно иногда подобным заниматься". - На завтрак? А я про него забыл, сейчас что нибудь, да придумаю. - он умел играть на чувствах других, врать тоже умел, так что просто достал из холодильника тарелку с блинами. И мед уже на столе, сгущеное молоко тоже. Как столица сразу не догадалась. - О, а ты постарался, в этот раз не пышки. Чудесно. - уже встает с дивана, видя как Саша их поставил на стол, идет к кухне. - Конечно постарался. Как иначе? Я без завтрака тебя и себя не оставлю. Ты ведь знаешь насколько важно принимать пищу каждый день для нашего организма? Хоть мы и города, но мы еще и люди, так что для нас это полезно, а также дает силы. - ну началось, хотя. - Окно открыть что-ли. Саш, а не нальешь ли мне кофейку? - первая кружка за день. Счет пошел, к концу дня будет известно сколько он выпьет этого злосчастного напитка искусителя. - Не открывай, я не душный. А кофе, ты и сам сделать сможешь. Кофемашина сам знаешь где. Вот прямо на кухонном столе. - закатил глаза Романов. Не то чтобы он против этого, ладно, он против чрезмерного употребления ибо к вечеру либо Михаил с ватными ногами всю ночь шарится в ноутбуке, либо же совсем не внимателен весь день. Ни одно, ни другое не радовало его. Но поделать с этим, ничего не может. - Какие у нас планы на день? Может дома посидим? - пока жужит кофе машинка наполняя комнату крепким ароматом зерен, Петербург поставил новую пластинку в свой проигрыватель. Тихо, но слышно шла песня. Приятная и спокойная. Кажется, это что-то из излюбленной классики. Возможно это сборник с Вивальди, Моцартом, Бахом. Михаил не знает, но и знать не желает. Ему было все равно, потому что аромат готового напитка в его кружке давал повод жить этот день. - Никакой дома. Ты просто посмотри! У меня все пластинки прослушаны, мне нужна новая музыка, я без нее - мысль в голову летит. - как ты без кофе! - наливает себе только что заваренный чай и присаживается за стол с едой. Блинчики удались на славу. Вкусные, мягкие и немного сладкие. Вот Миша такое любит, Саша тоже. Но еще больше они любят только друг-друга. - И нам получается куда? - вопрошает Москва, действительно, а куда? Если уж и говорить об этом, он хотел бы глянуть на сам город, потому что почти всегда они находятся в квартире, никуда толком не выходя. Только если один раз за алкоголем сходит тот, но не будет наблюдать за всеми красотами, а будет молиться чтобы не потеряться и не быть за коленным до смерти героином. Такое всё ещё продолжается, с 90-ых. С этим сложно полностью справиться, но всяко лучше чем тогда. ``` Тогда Михаил видел, нет больше его Северной столицы, есть только Шура Думской, убитый своим горем, которое создал сам же Московский. И если бы можно было стереть память, Саша бы это сделал. Если бы можно было изменить что-то, Миша бы поменял. Ведь тогда, он как себя помнил, почти потерял его. Обещание данное еще в начале 19 века, было нарушено. Однажды Санкт-Петербургу пришло письмо с первопрестольного. Они уже любили друг-друга, они уже счастливы. Тогда то, пришло одно красивое прекрасное украшение. Серебрянная цепь которая крепится на руку, с которой на пару свисают более маленькие две, на них, были сапфиры. Блеклые только, как небо над городом, почти такие же ясные как глаза Москвы. Была одна просьба. В случае чего, всегда, всегда носить его. Но никогда, никогда, не снимать эту цепь с ясной слезой. Так прозвал во время блокады ее. Цепь сковывающую его жизнь, не дающая покоя, не дающая спокойно умереть. Ведь он обязан. Если умрет, исчезнет, а значит он будет снят. ``` Он не напоминает о том что было, да и сам не хочет помнить. - Я решил куда. Первое, отправляемся в тот магазин, тут минут 15 пешком. Тем более около площади восстания. Потом прогуляемся и можем съездить на Лахту. На закат посмотрим. Согласен? - такой расклад и план дел на день полностью радует. - Ещё как! На ласточке моей до Лахты поедем. - в глазах сверкнула искра детской радости. Это ведь у Михаила появилась новая сверкающая иномарка, которую на удивление ему самому подарили города. Они скинулись со своих карманов по не малой копеечке. Но больше всех как оказалось подкинул Александр, который видимо был инициатором этой затеи. Не то чтобы Миша не был рад, нет, напротив, он любил красный цвет, а такой подарок боготворил. Поэтому все получили от него после этого милый смайлик по почте, а Александру почести всех лавров и действий, начиная от разврата и заканчивая услугами посудомойки после прекрасного ужина. Сверкающая на солнце машина стояла как раз во дворе дома что находился в золотом треугольнике Петербурга, парковка в доме "колодце" довольно странная, но для такого богатого автомобиля самое то, чтобы скрыть от глаз ходящих зевак. Фары по ночам светят ярче самого солнца которое обогревает землю. А скорость, такая большая развивается, что по ощущениям на платной дороге ты по пять минут едешь между столицей матушки России и столицей культуры. Впрочем минусов в ней не наблюдалось, работает, а значит отлично. - Ну, на ласточке, так на ласточке, но в начале пешком. Тут ведь не далеко, не устанешь. - уже допил чай и помыл кружку Саша, он знал как Михаил не любит идти пешком куда-то. - Ты меня пытать собрался? Какой пешком! Я умру! - наигранно, но правдиво. - Ты в своей "Федерации" уже все ноги отсидел. Надо же гулять. - и это тоже чистейшая правда, находясь в своем офисе, он практически никогда не гулял по своему прекрасному городу, он чувствовал что все хорошо, а значит и смотреть не нужно. - Твоя взяла. Только не жалуйся если я вдруг буду возникать по этому поводу. - назойливый, упертый засранец. Таким прозвищем оклеветала его Камалия. Впрочем, ему очень подходит. - Как скажешь. - Александр знал что в таких случаях стоит делать. Они начали собираться. Посуда была помыта, да блины сьедены. Так что не остается ничего кроме как одеваться, брать все необходимое и идти вперед навстречу этому дню. Время 13:17. - Ты готов или мне тебя ждать надо? - кричит из прихожей Саша. Ему не было сложным одеться как-то по-особенному. Обычная водолазка, тёмно-коричневые брюки, да авоську с собой прихватил, куда же еще свои покупки девать? Михаил же, не знал что ему одеть, поэтому, черные джинсы не умирающая классика в его гардеробе, а также выбор пал на бордовую водолазку, однажды ее подарил Александр, сказав что она ему большая, ну а столице в самый раз. Водолазка сексуально обтягивала его грудь и руки. Он казался не пробиваемым человеком, с очень и очень сильным духом, волей и конечно же телом. И это так привлекало, при одном его серьезном виде, можно было подумать что он тот самый бизнесмен с Москва-Сити, который украдет тебя ночью вопреки слов родителей. Такие сериалы крутили на Россия 1, поэтому оно только так и думалось. - Ты прекрасен. - нельзя сдержать румянец, попробуй сдержать свои руки которые так и хотят потрогать это чарующее тело. - Я заметил, еще немного и ты кажется уже никуда не захочешь. - насмехается Миша, на самом деле, такое тоже было, когда в порыве ощущений, чувства взяли вверх, а порочность и действия правили головой. - Много ты чего заметил, идем, принцесса. - почему он назвал его принцессой? Сам даже не понимает. Но да ладно. Они идут по тихим улочкам, по дворам, проходя всю площадь восстания. Александр жил в золотом треугольнике своего города, прямо на Невском. Почти не далеко от Зимнего дворца. От своего старого дома. Идти от туда до магазина около 40 минут, но об этом он умолчал. Жалобные вздохи совсем не нужны были. Поэтому, Санкт-Петербург просто рассказывал то, что помнит с детства, помнит как было хорошо, как больно. Как любил и любит сейчас. Эти разговоры, давали хороший настрой, умиляющее настроение, но иногда и не радовало, например рассказы о блокаде. Он видел как лицо повествователя грустнело по секундам. Поэтому взяв инициативу улучшить настроение своей любви он взял его за руку. Держал крепко, да и чувствовал прохладу в пальцах у Северной столицы. Хотя, с жаром и теплом Московского, они грелись быстро. От того и приятно. Спустя минут пятнадцать, они уже видели в недалеком расстоянии площадь восстания. Руки уже были согреты, но все равно держались вместе, толпы людей большие, так лучше, чтобы не потеряться. Смотря на все красоты, слушая удивительного человека, которого Москва любит больше всего на свете, даже после себя. Он ощущал счастье, чувствовал покой, принимал свое положение как "любящий до безумия". Пришли. Наконец-то, вздохнул и про себя сказал Миша. Он любил гулять с Сашей, но такие долгие дороги не терпел. И вот он, магазин в полном его объеме. По стенам на полочках стоят в упаковках эти пластинки, на полу под подоконниками тумбочки с ними же. Везде эти упаковки, приятный аромат, кажется кофе. Немного приглушенный свет теплого оттенка, коричневая фурнитура. Достаточно уютно. Людей не много, значит можно спокойно походить и посмотреть все что нужно. На сегодня, по плану была покупка лишь трех дисков. Первое Адель. Не умирающая классика, голос и сама композиция западала в душу, спокойное звучание придавало ощущения легкости. Второе Мак ДеМарко. Прекрасные песни, под них чувствуется, вспоминается всё, что даже не хочется, но при том при этом тебе будет нравиться спокойная атмосфера песен. Третье Диана Кралл. Он не являлся фанатом, но мотив ее песен по истине хорош, плавно, даже как-то сладко пелось, а слушалось приятнее, на фон поставить, то, что нужно. - Саш, смотри, это кто? - на картинке картона с пластинкой виднелась рыжеватая кудрявая женщина. Алла Пугачева. - Ты ее не знаешь? Позор тебе Миша, это советская и российская эстрадная певица. Ты полностью забыл двадцатый век? - смотрит ему в глаза Александр держа в своих руках выбранные три картонки и авоську. - Совсем не помню. - кажется это даже хорошо, очень хорошо. - Тебе повезло. - прошептал он уходя к кассе. Оплатил, забрал свое добро и уже вышел из магазина. Пока он там выбирал, прошел примерно час. А ведь теперь еще и обратно идти надо. Как бы грустно это не было придется. - Я вижу ты устал, может, на метро? - эти спасительные слова, как они нравились Московскому. - Саша ты бог? - после таких вопросов задаешься, а есть ли он вообще? Есть, как думает Михаил. Нет, потому что в жизни он не помог, думает Саша. Но в церкви и соборы ходит, любит это всё. Зайдя через не малую толпу на эту станцию, оплатили картой вход через турникеты, спустились по экскаватору и стали ждать. Меньше чем через 30 секунд уже приехал поезд. Быстрое метро, залог того, чтобы перестать тратить время зря. Сидят они тихо, лишь перешептываются, о том что не плохо было бы выпить теплого чаю из какой-нибудь кофейни. Впрочем, станция находится в пяти минутах ходьбы от дома Петербурга, поэтому встретить подобное заведение легко! Тем более высаживаться нужно на Адмиралтействе. И вот они уже вновь на улице, Саша держит Михаила за руку крепко, ведет куда-то. Это кофейня? Да, маленькая, но при том при этом уютная. Чувствуется аромат сладостей за витриной, а также свежих зернышек кофе. Этот запах просто одурманивал столицу. Он оценил, а значит не зря пришли. Заказав себе кофе, а любимому безалкогольный глинтвейн, прошло две минуты и все было готово. Раз готово, значит пора выдвигаться в сторону дома. Тепло от этих напитков исходило хорошее, грело руки, но при этом одновременно могло сжечь язык, поэтому они пока что шли не пив их. Зато, было интересно слушать о том, как однажды в детстве Миша медведя убил. Тогда еще мальчиком же был, вот потешно было. По истине захватывающая история, с хорошим концом. И вот, они дома. Облегченно выдохнула столица. - Дом, милый дом, мне заводить ласточку? - вопрос в воздух, потому что Саша уже убежал ставить те пластинки в свою фонотеку. - Романов Александр Петрович, мне заводить машину? - уже по громче, официальнее заявляет он. - Да, да, заводи. - вышел он из спальни. Время уже около пол пятого, поздновато они решились на закат. Лишь бы успеть. И вот рев мотора, машина тронулась. Смотря на темнеющее небо, но при этом оставляя в своем взгляде каплю загадочности, Северная столица думает о своем. Его даже не тревожит кальянный реп играющий почти на полную, подпевающий под нее Москва был важен. Перевел на него свой не устанный взор. А тот улыбается и продолжает петь. После такого, невольно и он улыбнулся. Милая картина. По пробкам, по навигатору и под бибиканье некоторых пробок людей в автомобилях, которые так и норовят покинуть город. Уставшие, уже немного без сил от этого дня, приехали они. Успели даже. Прошли на пляж. Видят, прекрасное заходящее оранжевое солнышко, которое окрасило все облака в оттенки от красного до желтого. Коралловые облака, жёлто-оранжевое небо, красное отражение солнца в бликах воды. Прекрасное зрелище. - Красота. Ещё никогда не смотрел на закат здесь. - это правда, Саша никогда не смотрел на конец дня с этой точки. - Никогда? Даже грустно, но хорошо, что первый раз мы разделяем вместе. Да? - влюбленно, своими голубыми глазами, полными радости и счастья смотрит на милого Романова. - Да, Мишенька. Да. - отвечает на этот взгляд своими казалось серыми и бездушными очами. На самом деле таилась в них прекрасная натура, просто не каждый видел это чудо. На пляже людей не так много, все в основном в парке, да на камнях сидят и любуются. А значит. Медленно, не ожиданно даже, взяв всё в свои руки Михаил поцеловал его. Нежно, беззаботно. Со всей любовью. Это было радостно для Саши, для самой столицы также. Такая секундная решительность, но очень приятная, заставила их улыбнуться друг-другу. Они не смогли бы прогуляться по парку. Устали, хоть и радость была, жаль сил она не давала. И вот они, идут в сторону парковки, солнце уже исчезло с горизонта, а Саша смеется, Миша, анекдоты рассказывает, редко такое услышишь, но всё бывает. Лахта сияет, а финский залив немного бушует, волны свои качает. И вот, вновь рев мотора, только тихая музыка играет, не шумят машины в потоках пробок, все тихо и мирно едут, ждут. - Чудо мое, спишь уже? - не громко, но и не очень шепотом спросил Москва у своей Зари ненаглядной. А тот молчит. Положил голову на окно и спит. Надо ехать аккуратно, чтобы никакие канализационные люки и ямы в дорогах не трясли машину, в которой спит одно милое создание. Приехали. Навигатор благополучно довез до пункта назначения и был выключен. Также и автомобиль заглушен. А Саша, на сильных руках Михаила спит мирным сном. Очень интересно что ему снится, но это уже уходит на второй план, надо его на кровать положить, а потом уже думать, как его переодеть. В водолазке и брюках спать не удобно, он уже подтверждал однажды, сказал что вновь не хочет. Как бы тихо не пытался выйти из комнаты Московский, Александр все равно проснулся, мыча что-то себе под нос. - Мм, где это я, Миш? - он видит в проходе его. - Ты дома уже, в машине уснул, давай переоденься и спать. Я сейчас тоже прийду. - заботливо, очень. Пижаму свою надел Петербург, уже улегся и вновь уснул. Столица сделала тоже самое. Шла музыка классическая с проигрывателя, но ее выключили. Чтобы не мешалась. Они спят мирным сном. И больше не текут слезы алых глаз.