Глава 8. МАСТЕР ПОДЗЕМЕЛИЙ.
18 февраля 2023 г., 16:15
Часы перетекали в дни, покуда их натаскивали к «полноценным» урокам на тех, что не включали в себя практическую магию. По первости их лишь раздразнили вступительным теоретическим занятием по Защите от Тёмных Искусств, который им преподал Квиринус Квиррелл. Тогда первокурсников собрали в классе второго этажа, где им поведали о Блуждающих Огнях, также известных как «Болотные» или «Бесовские» огоньки. Хотя скорее учитель силился им о тех поведать, в меру довления своего недуга. Его постоянные заикания да тяжёлый чесночный дух в полностью занавешенном классе, делали вдумчивое улавливание и переваривание информации крайне затруднительным. Даже для такой справочной губки как Гермиона. Благо, на сегодня ещё намечались не один, но целых два многообещающих курса: Заклинания и Трансфигурация.
Юная Грейнджер вышла из гостиной и отправилась на завтрак ровно в семь тридцать. Нынче она могла спокойно миновать большую часть Колодца, с его непредсказуемыми лестницами, через секретный проход за портретом бывшей директрисы Хогвартса – Элизабет Бёрк. Благодаря Гарри (который, в свою очередь, кланялся уже близнецам Уизли) она узнала пароль для этой стервозной дамы, в своё время учившейся на змеином факультете.
— «Слизерин превыше всего».
— Ну погоди, грязнокровка! Вот сменю пароль.. — брызгала ведьма рисованными слюнями.
— И я узнаю новый от своего друга-слизеринца, вот незадача.. — девушка распахнула раму и пролезла в ход за той, попутно отсекая поток ругательств. — Благодарю, и вас так же.
К счастью, живые портреты не могли нарушить устных договорённостей, так что стоило тебе только вызнать условие для прохода, и они были не в состоянии ему препятствовать. Проблема же заключалась как раз в самом пароле. Им могло служить что-угодно: от жеста и любого иного действия или поступка, до фразы, стиха или песни. Ходили даже слухи о пароле-запахе (вроде преднамеренного газоиспускания), но она относилась к ним с долей скепсиса. Так или иначе, уйма портретов вовсе не разглашали своей тайны, оставляя проходы за собой обрастать паутиной. Иные же требовали невыполнимого, отправляя каждого из вызнавателей на побегушки без чётко оговоренных условий, да смеялись в лицо всем повёдшимся. А те иногда срывались на причинном холсте, однако последний был зачарован на целостность, не уступая в этой своей характеристике полновесной эбеновой двери.
Гермиона тренированно сбежала по спиральной лестнице, и вышла из подземелий к Большому Залу. На первых порах ей казалось что студентов в замке больше некуда, но позднее она обратила внимание на частые пробелы на скамьях (и даже в час пик). А как позже выяснилось, от былой нормы в тысячу учеников, их послевоенное поколение составляло только где-то одну треть. Сложно и представить сколь многочисленными были сборища начала этого века.
Она проследовала вплотную к своему столу, предусмотрительно не глядя на слизеринский, и молча начала есть. Хоть с начала занятий ещё не прошло и недели, но она так и так не расширила сети (а скорее петли) своих знакомств за пределы одного Гарри Поттера. Когтевранцы казались ей отличными оппонентами в эрудических дебатах, но вот в дежурных беседах держались обособленно и замкнуто. Те же что открыто болтали друг с дружкой, как правило составляли отдельную касту, с негласным запретом на приобщение. Словом, она попросту решила сосредоточиться на учёбе, да надеяться что её как-нибудь потом примут по итоговым заслугам и достижениям. Ну, или так ей очень хотелось думать..
К концу завтрака прибыла почта и перед девушкой шлёпнулась свёрнутая трубкой утренняя газета – «Ежедневный Пророк», на которую она недавно оформила подписку. С первой полосы гремел заголовок: «ГРИНГОТТС ОГРАБЛЕН!», а в абзацах текста помельче смаковалось отсутствие у гоблинов улик, способных и подвести к личностям грабителей. Не упоминался также ни номер хранилища, ни число воров, зато несколько раз сообщалось, что – чисто технически – и ограбления не было, поскольку сам владелец загодя изъял содержимое своего сейфа.
«Тогда зачем называть это ограблением?» — подумала она, а следом напеняла себе за наивность. — «Для того, чтоб я прочла, разумеется..».
Тут к ней вдруг обратились:
— Утречка, Гермиона.
— А, привет. — она махнула Гарри. — Как настроение?
— Первый урок с магией.. — с улыбкой протянул тот, — наконец-то!
— Ну.. нам вряд ли дадут наколдовать что-то серьёзное. — возразила она, хоть и разделяла это его чаяние. — Я слышала что сначала мы будем превращать спички в иголки, или что-то подобное..
— Пусть так, — не унывал Поттер, — но всё лучше чем ковыряться ей в носу, или там чесать спину.. — он потряс палочкой. — О, ты подписана?
Зрачки парня перескочили на газету.
— А, ну да. Если хочешь – забирай. — она всё ещё сердилась и на обманчивые заголовки, и на обманутую себя.
— О, спасибочки.
— Да не за что. Свидимся на уроке.
Но он даже не ответил, с головой канув в инфоповод.
Заклинания проходили на третьем этаже, рядом с тем особо запретным коридором. Часть замка, подвергавшая вошедшего «СМЕРТЕЛЬНОЙ ОПАСНОСТИ», влекла юную Грейнджер в своём направлении, из прямо-таки патологического любопытства:
«Туда наложены какие-то чары? Или там проводят исследования и эксперименты, как когда-то? А может что-то охраняют?» — сплошные вопросы без ответов.
Потому-то она и решилась поймать директора на слове, да подойти к запретной зоне вплотную, одновременно не вторгаясь в её пределы.
«Да и наверняка дверь туда будет закрыта..» — подстёгивала она себя по пути.
Обойдя класс Заклинаний, она прогулочным отправилась через рекреацию к заветной двери. Та выглядела явно укреплённой: с железной оковкой и клёпками, а также фигурной щелью замочной скважины.
«Ну конечно! Обычным заклинанием не отпереть дверь, закрытую на механический замок. Это одним уровнем защиты выше, нежели проход запечатанный магией.»
Разглядывая узкую скважину она внезапно начала улавливать вонь, что отдавала гниением мяса да.. испражнениями, а оглядев дверь, даже различила на ручке красные, потемневшие от высыхания потёки. В этот самый момент другая дверь по соседству отворилась, и в туалетном проходе возник коротышка-профессор, по совместительству являвшийся их деканом, а также преподавателем всего курса Заклинаний. От нежданных совпадений у Гермионы душа ушла в пятки.
— Профессор Флитвик, я.. здравствуйте..
— И вам не хворать. — у него был высокий, до писклявости голос. — Любопытствуете, юная мисс..?
— Гермиона Грейнджер, сэр.
— Ах да, наша самая многообещающая первокурсница! Понимаю ваш интерес, но.. — он погрозил ей длинным пальцем, — кроме шуток: там не скрывается ровным счётом ничего достойного внимания, даже от столь смышлёной юной леди как вы.
— Извините, профессор. Я просто.. не удержалась.
— Пустяки, пустяки! Не нужно извинений. Главное – извлеките из этого случая нужный опыт и сделайте правильные выводы.
Он отправился дальше, а девушка пристыженно посеменила следом. Порог класса уже околачивали её сокурсники, а маленький преподаватель разом впустил их, распределив по слитным рядам парт, амфитеатром окружавших его подиум. Коротышка же резво на него взобрался и обвёл всех присутствующих искрящимся взглядом, а те получили возможность хорошенько рассмотреть уже его. Седые волосы профессора обрамляли лысину с номинальным пушком, а густые бакенбарды и усы контрастировали с тёмными, широкими зрачками. Желтоватая кожа обтягивала острые черты лица, с лёгкой угловатостью ушей да вздёрнутым носом. Вместо мантии, которая ещё сильнее затрудняла бы его передвижения, на нём сидел длинный пиджак с закруглёнными полами и одной-единственной шлицей.
— Приветствую вас, мои юные друзья! Моё имя Филиус Флитвик и, как вы могли заметить, я довольно высок..ого мнения о современных веяниях моды. — он погладил лоснящийся жилет, расцветки его факультета.
По классу пробежал смешок.
— Для начала я объясню что мы будем здесь изучать, хотя.. проще пожалуй будет перечислить то, чего мы изучать не будем. И очень скоро вы поймёте почему.. — он чему-то усмехнулся и продолжил: — На уроках Защиты от Тёмных Искусств вы узнаете каким заклятием сподручнее всего усмирить пикси, а впервые осваивать его вы будете здесь. На Трансфигурации вы научитесь проникать в суть объектов и перестраивать её под свои нужды, а изучать комплементарные тому руны вы будете здесь. На Травологии вам представят Дьявольские Силки, а поразить их уязвимость вы сможете, лишь выучив соответствующие Заклинания.. здесь. Неспроста этот курс имеет столь.. всеобъемлющее название.
Каждый пример Флитвик подкреплял тычком пятерни пальцев в стол, а первогодки следили за тем, почти не шевелясь.
— Ну что же, не будем тянуть ЗуВу за хвост и приступим. Но для начала.. может быть у кого-нибудь имеются вопросы?
Её знакомый слизеринец тут же воздел длань к потолку.
— Да-да? Представляйтесь и задавайте.
— Гарри Поттер, сэр. А сила магии, или сила заклинаний, изменяются с возрастом? И вообще, магическая сила кончается если много колдовать?
— Какие специфичные и занятные вопросы, мистер Поттер. — заметил Флитвик, пробегая пальцами по столешнице. — Отвечу по порядку. Сила волшебника напрямую зависит от его возраста только лишь до достижения совершеннолетия. Покуда наш организм ещё формируется, он ещё метафизически не в состоянии достичь пика своего магического потенциала. Но в остальном все мы зависим исключительно от того чем нас одарила природа. В ком-то магия проявляется бурнее, в ком-то сдержаннее – и не угадаешь. А что до второго вопроса, то тут всё куда однозначнее. И я даже смогу ответить тем, с чего сам планировал начать урок.
Профессор вытащил свою волшебную палочку да выставил её им на обозрение, удерживая на кончиках пальцев.
— Чем, по вашему, является волшебная палочка, помимо стильной указки разумеется? Да, мисс Грейнджер?
— Это проводник магии.
— Верно-верно, но лишь отчасти. До получения письма из Хогвартса каждый из вас ощутил на себе магический выброс, от всех тех запасов что копились с самого вашего рождения. Получается, что для него вам не очень-то и требовалась какая-то там палочка.
Учащиеся выглядели сбитыми с толку.
— На самом же деле, как только юный волшебник устраняет этот затор магия начинает течь через него, но уже не столь интенсивно. Ей требуется что-то что усилит её, что-то с мощным магическим ядром. Что-то, чем можно указать и направить её.
— А разве нельзя мощно колдовать и без палочки, сэр? — снова подал голос Поттер.
— К сожалению, больше нельзя, нет. Основатели Хогвартса, к примеру, умели не только лишь колдовать, но и чародействовать. То есть применять магию не то что без использования палочек, но и без использования каких-либо заклинаний. Но те времена давно ушли. — Флитвик на секунду опустил голову, словно бы в память о почившем, а затем продолжил раскрывать свою мысль. — Поэтому палочка является не только проводником для магии волшебника, но и катализатором. А это как раз то что ускоряет, и тем самым усиливает магию. Можете записать, если это поможет вам запомнить.
Многие так и поступили.
— А насчёт вашего послед.. или точнее предпоследнего вопроса, мистер Поттер: волшебники – такие же проводники, как и их волшебные палочки. Но исключительно магическое существо, в принципе способно вытягивать магию из Небытия. Таким образом, у неё не существует верхнего предела. Но не спешите радоваться. Как заядлый дуэлянт прошлых лет я могу вас заверить, что все сопутствующие махи, жесты, финты и уклонения, сами по себе утомляют только так.. — профессор расплылся в мечтательной улыбке, глядя куда-то мимо них, а палочка скатилась с его рук, вырвав стуком от падения из дальних воспоминаний. — Так, ну хватит о прошлом. Куда важнее подготовить вас к грядущему. А для этого вы должны на зубок знать три составляющие успешного заклятия, или Триумвират: Воображённая Руна, Воспроизведённый Спин, Выговоренная Формула. И если с рунами да формулами вас уже успели познакомить мои коллеги, то я объясню вам что такое спин в природе магии. Кстати, всё это не помешает записать.
На какое-то время аудитория погрузилась в безмолвие, попираемое лишь скрипом перьев.
— Итак, спин.. Любая магическая энергия, подчерпнутая из Небытия, является волной. Как волной на воде, но не ограниченной морем, океаном или лужей, как средой распространения. А такой волной, в которой колеблются мельчайшие частички мира вокруг, что проникают буквально всюду. И если представить себе линию по которой колеблется волна.. — Флитвик взялся совершать широкие и плавные пассы всей рукой, с каждой секундой всё укорачивая да ускоряя их, покуда все в классе не распознали обычный взмах палочкой. — Улавливаете, да? Если кратко, то заклятие – это упорядоченная волна, которая имеет в своей основе постоянный гармоничный спин. А если уж совсем просто, то спин – это жест, который описывает ваша палочка при колдовстве. И этот жест различается от заклинания, к заклинанию.
С теми, кто не читал учебник Заклинаний на каникулах, где-то сейчас приключился «научный шок». Впрочем и сама Гермиона была впечатлена тем, сколь быстро и относительно понятно всё разложил по полочкам профессор.
— Так, со спином разобрались. — вернул их на землю Флитвик, предварительно дав им немного отойти. — Что касается Формулы: это словесное описание предмета или действия, зафиксированное нашими предками на пергаменте, как средстве передачи мыслей между поколениями. С течением времени формулы конечно обросли вариациями, но их предназначение довольно понятно, не правда ли?
У народа всё ещё пухла голова, а потому карлик хлопнул в ладоши и пропищал:
— Вижу вы малость переварились. Ну это ничего. Сейчас я научу вас полезному трюку, в котором нет ни капли магии. — класс моментально оживился. — Выполняйте мои указания без вопросов и жульничества, а просто.. поверьте на слово бывалому, идёт?
Примите устойчивое положение, выпрямите спину и закройте глаза. А теперь, полностью расслабьте тело и дышите: медленно и глубоко. Обратите внимание на свои ощущения: как одежда трётся о кожу, как сквозняк шевелит волосы, как выдох холодит кожу. А теперь не думайте ни о чём кроме собственного дыхания. Если отвлеклись – возвращайтесь к дыханию. Вдо-о-ох. Вы-ы-ыдох. Вдо-ох. Вы-ыдох. Вдох. Выдох. Можете открывать глаза.
Гермиона сразу ощутила себя привольнее от незаметно копившейся усталости, а маленький профессор уже возвращался к теме урока.
— Вот мы и подобрались к Рунам из Старшего Футарка. В чём же их функция? Многие из вас наверняка запомнили что Руны делятся на категории, а точнее на Стихии. Эти стихии: Земля, Вода, Воздух, Огонь и Эфир, также известный как Время. Так что же произойдёт, если мы попытаемся колдовать не используя их?
Флитвик описал в воздухе спин и воскликнул:
— Флиппендо!
Аура его палочки будто подёрнулась рябью, заставив её кончик засиять. Однако никаких проявлений более не наблюдалось.
— Ничего. — подтвердил учитель. — Спин и Формула обрисовывают и называют заклинание, а Руна определяет каким именно заклятием оно будет распространяться в пространстве. Заклинание – формула, заклятие – результат. — он вновь поднял палочку да повторно выкрикнул: — Флиппендо!
На этот раз из конца палочки вырвалась струя сине-белого пламени и разбилась о стену класса. Ученики зачарованно, и слегка испуганно, глядели на неповреждённый участок камня, что принял на себя удар.
— Не волнуйтесь! Это тестовое заклинание и его задача только выглядеть, а не являться. Оно не обладает никаким эффектом кроме наблюдаемого и совершенно безопасно. Так вот.. Стихийные Руны, что определяют характер распространения заклятия, классифицируются как.. уж лучше сразу запишите.
Профессор взмахнул рукой и, размотавшись из толстого рулона, с потолка свесилось полотно глубокого чёрного оттенка. Далее он принялся выводить лучащиеся светом письмена прямиком в воздухе, на фоне полотнища, одновременно проговаривая:
— Первый элемент – Земля. Характер распространения – контактный. Это значит, что заклятие активируется при касании с аурой волшебника, или аурой его палочки. А это крайне близкие расстояния.
Второй и третий элементы – Вода и Воздух. Характер распространения схожий – струевой и облачный. Незаменимы, при накладывании заклятий по площади. Воздушные заклятия распространяется медленнее прочих стихий, но могут покрывать обширную область. Также имейте в виду что струевой характер распространения стихии Воды – немногим быстрее, и напоминает скорее туман, охватывающий большую область вокруг центрального ствола, нежели может показаться. Отличная западня как для жертвы, так и для самого нападающего.
Далее, четвёртый элемент – Огонь. Характер распространения – лучевой. Эта стихия наиболее популярна в боевой магии, как оптимально сбалансированная в плане скорости и мощности заклятий. Они приобретают форму луча или молнии и поражают цель быстрым, концентрированным зарядом. Касательно последней формы – вам потребуется длительное время удерживать цель на мушке, но последующее заклятие долетит почти мгновенно.
И последний, пятый элемент – Эфир, или Время. Характер распространения – пространственный. Самая сложная в применении и наиболее опасная стихия. Теоретически, вы можете поразить ею цель хоть на другом конце земного шара, ведь она не ограничена и телом планеты. Но вот попробуйте-ка попасть в нечто, движущееся по нелинейной траектории, и быстрее чем вы способны уследить. Не говоря уж о погрешностях вносимых тяготением.. — Флитвик уже явно забредал в программы старших курсов, а потому, едва приметив их наморщенные физиономии, тоненько рассмеялся. — Прошу прощения, дорогие мои, я порой забываю что вам такое преподносить рановато. Но о чём я хотел.. ах да, Эфир! Все сложнейшие заклинания, направленные на отслеживание да не только, используют это стихийное зачарование. Например, те же пломбы Надзора на ваших палочках. Все заклинания удалённого действия, которые тянутся сквозь пространство и время – всё они завязаны на стихии Эфира.
Таким образом, среди всех этих Рун и Стихий необходимо знать комплементарную.. то есть, родственную каждому заклинанию. Все названные этапы Триумвирата должны быть соблюдены, иначе и заклятие у вас не получится. Ну что же.. — профессор хлопнул в ладоши, сгоняя с ребят сонное оцепенение, да провозгласил: — теперь, чтобы все это уложилось в ваших светлых головах, давайте-ка я ещё раз повторю сжатую версию, а вы запишете то что пропустили и заодно зададите любые вопросы. Кроме того «где вы раздобыли ваш шикарный жилет?». Не скажу, и не просите!
Ещё полчаса они занимались повторением и конспектированием услышанного. На оставшуюся же половину занятия, Флитвик сопроводил их в соседнюю с аудиторией комнату. В ней был постлан пружинящий пол, а продолговатый зал разгораживали секции ширм, обтянутых тканью с символами, которые юная Грейнджер помнила ещё по подвалу Олливандера.
— Итак, сейчас у нас начнётся практическая часть, НО перед ней я озвучу одну мысль, которая уже должна быть очевидной для каждого, однако ж каждый раз находятся исключения.. — профессор обвёл их строгим взглядом, который внушал даже с высоты его роста. — Классные комнаты, это единственные места где вы будете разучивать и практиковать заклинания. Эксперименты с магией СМЕРТЕЛЬНО опасны для вас самих и всех окружающих! А коли вам и повезёт – существуют увечья, которые заставят вас молить о смерти, как об избавлении.
По классу пробежал холодок.
— Что ж, надеюсь нам не придётся более к этому возвращаться. Для начала разойдитесь, по одному на кабинку. Пока что без палочек – просто повторяйте за мной: «Люмос!».
Помещение наполнил нестройный хор голосов.
— И второе: «Нокс!».
Тот отзвучал снова, и на сей раз дружнее.
— Заклинания Люмос и Нокс. Заклятие и контрзаклятие. В этот раз, я не назову вам его эффекта, но покажу спин. — коротышка описал снизу вверх символ, напоминающий букву «J». — Руна вам пригодится из стихии Земли. А теперь развернитесь лицом к задней части кабинок, зайдите чуть глубже, к центру, и начинайте.
Гермиона почувствовала себя в своей стихии: одна, наедине с поставленной задачей. Первая попытка завершилась ничем – лишь одной отпавшей руной, да лёгким завихрением воздуха вокруг палочки. Вторая пробудила некое ореольное свечение, уже вокруг её руки. На третью возник еле мерцающий огонёк, на самом краешке деревянной указки.
— Нокс! — сбросила она, да в четвёртый раз произнесла: — Люмос!
На кончике её палочки заиграл яркий кружок белого света, окружённый едва уловимым радужным нимбом.
— Отлично, мисс Грейнджер! У вас получилось! Один балл Когтеврану! — довольно пропищал Флитвик.
Её первый призовой балл.. она и забыла что их начнут начислять после вступительных занятий. Заклятие горело триумфальным огнём и она, не удержавшись, воздела палочку к потолку, открывая себя его сиянию.
А чуть попозже, уже отбивая каблуками на перемене бодрый ритм, она нагнала в коридоре Поттера, который отчего-то не разделял её воодушевления.
— Что такое? — осторожно поинтересовалась она. — У тебя разве не получилось?
— Нет. — отрезал он, не сбавляя шага.
— А, ну ладно. Бывает..
Гарри ускорился и исчез за поворотом, а она осталась стоять среди коридора. Девушка хорошо понимала внутреннее неприятие неудач, хоть и нечасто сама испытывала его в классах. Однако от их свербежа сложно было отделаться. Она решила до поры до времени оставить парня в покое.
Следующей же по курсу была Трансфигурация, на первом этаже. Гермиона привычно направилась к портрету вздорной слизеринской директрисы, а уже спустившись к подземельям, лицом к лицу столкнулась всё с тем же, не менее запальчивым слизеринским старостой.
— Вот так так! Ты чего здесь забыла, первогодка? — бросил тот.
Девочка решила начисто его проигнорировать, попросту пройдя мимо, но он удержал её за предплечье.
— Тебя и манерам не учили, когтевранка? — подросток малость её встряхнул. — Что ты забыла в нашем проходе?
— Этот проход для всех кто знает пароль. — юная Грейнджер старалась говорить уверенно, но голос её предательски подрагивал.
— О нет-нет-нет, это проход только для тех кого пропустила лично леди Элизабет. Так может сходим и спросим: пропускала она тебя или нет? Или сама признаешься?
Сдавленная рука начинала неметь.
— Пусти меня. Я не нарушила никаких правил.
— Да что ты? А как насчёт правил хорошего тона? Или проявлять уважение к старшим в магловском хлеву не учат?
Гермиона взвилась, отчаянно пытаясь вырвать руку из захвата.
— От..пу..сти! — прерываясь на рывки, выдавила она.
— Эй! Ты чё творишь?! — раздался знакомый голос за спиной.
Староста разжал хватку в момент очередной попытки и девушка сорвалась на каменный пол. Было не столько больно, сколько унизительно и обидно. В особенности чётко сознавая, что этому козлу всё сойдёт с рук. К ней подбежал Поттер и помог встать, одновременно впиваясь взглядом в старшего слизеринца.
— Совсем охренел – задирать первокурсниц?! Найди кого-нибудь своего размера, ублюдок!
— Следи за языком, сопляк! А то..
— Снимешь у меня баллы? — издевательски отведя край мантии с гербом Слизерина, закончил Гарри. — Валяй.
— А как насчёт отработок до Рождества? —желчно осведомился старшекурсник.
— Только старосты школы могут назначать отработки и снимать баллы с других факультетов. — подала голос юная Грейнджер. — Ты не один из них.. Терри. Интересно почему.. — на том остатки решимости её и покинули.
Староста резко приблизился, но схватил за грудки не её а Поттера.
— А кто мне помешает навалять тебе, прямо здесь и сейчас?
К вящему изумлению Гермионы, Гарри не просто не испугался, но и скрестил руки поверх рук слизеринца да размеренно проговорил:
— Если ты не заметил – я тут довольно знаменит. — он многозначительно смахнул волосы со лба. — Даже интересно, что случится если я покажу синяки и расскажу как меня избил старшекурсник с бывшего факультета Волан-де-Морта?
Староста невольно вздрогнул и попятился, мгновенно отпуская мальчика.
— Ты сам не понял куда попал?.. Думаешь твоё имя что-то меняет на этом факультете?! Ты ещё пожалеешь о своей дерзости! И ты, грязнокровка!
Он скрылся в ближайшем проходе, а девушка наконец смогла выдохнуть. Однако посмотрев на Гарри, она не увидела на его лице торжества, а лишь угрюмую озабоченность. И тогда решила его приободрить.
— Круто ты его.
— За крутость спросят вдвойне. — только и сказал он.
— Гарри.. ты чего?..
— Как к этому пришло? Кто это начал?
Она скоренько пересказала ему краткую версию. По ходу рассказа, выражение лица парня принимало всё более мрачные оттенки.
— Плохо. — под конец резюмировал он. — Теперь он не перестанет.
— Гарри, да ничего страшного.. если что – расскажем деканам. Они помогут.
— Деканы не помогут если ты «случайно» упадёшь и сломаешь себе шею.
— Да ну.. ты и правда думаешь что он рискнёт..
— Он – тупорылый недо-хищник, которому нужно запугивать молодняк, чтобы они не рискнули загрызть его во сне. Он не думает а слушает инстинкт, иначе не цеплялся бы к тебе так настойчиво. Вот только его инстинкт – животный.
— Но.. ты же дал ему отпор.
— Слишком сильный отпор. Я увлёкся. В итоге вообще пришлось надеяться на блеф..
Поттер глубоко вздохнул и устало произнёс:
— Пойдём, а то опоздаем на Трансфигурацию.
Они молча, и без неприятных сюрпризов, добрались до озеленённого Трансфигурационного дворика, с фонтаном посередине да видом на воду. Уже знакомая им профессор МакГонагалл, одарила обоих неодобрительным взором, ведь звонок раздался секунд через пять после преступления ими порога. Сам класс почти не имел декораций, щеголяя лишь фигурной обточкой каменных стен. На подставках были выставлены учебные срезы различных материалов: камня, дерева, пористой породы, металлов и так далее. Да по бокам от преподавательского стола была установлена пара выпуклых полукруглых шкафов, с раздвижными дверцами. Первый же стоял на возвышении перед рядами двойных парт и ничем не выделялся, наряду с жёстким креслом за которым и воссидала учительница. А когда женщина поднялась, все разговоры стихли сами по себе.
— Если кто-то забыл, я – профессор МакГонагалл. Это занятие вводное, а потому я попрошу вас проявить особую внимательность. Впрочем она пригодится вам и на протяжении всего моего курса. Однако, если вы не осознаете ключевые принципы сейчас, впоследствии это вполне может стоить вам самим, или вашим близким жизни. Трансфигурация – это одна из самых опасных дисциплин в школьной программе, и в первую очередь оттого что угоза, которую она представляет лично для вас и для окружающих, далеко не так очевидна, как видимое глазу заклятие. В то время как чудовищные результаты неудачной, или же злонамеренной трансфигурации, поражают воображение зрителя уже впоследствии.
«Похоже Хогвартс – действительно довольно опасное место, раз их уже трижды предупредили о возможной угрозе для жизни.» — думала Гермиона, невольно вспоминая и последний эксцесс.
А лекция тем временем продолжалась:
— Что же такое Трансфигурация? Если кратко: это возможность проникновения в суть материи, с последующей манипуляцией первоосновой вещества. Что это значит на практике: вы используете заклинания, чтобы видоизменить объект в мире для собственной выгоды. К примеру: с горы на вас катится огромный булыжник, вы превращаете его в воду и скорее всего переживаете столкновение. Или же: вы падаете со смертельной высоты, имея при себе только волшебную палочку, и сгущаете окружающий воздух до жидкости, что замедляет падение и предотвращает вашу неминуемую гибель. Но! У трансфигурации имеется и ряд серьёзных ограничений, читай – правил, которым вы должны следовать неукоснительно. Сейчас вы запишете, а после заучите и вдолбите себе в подкорку эти правила, чтоб они и спросонья от зубов отскакивали.
Профессор стукнула палочкой по зеленоватой досочке и та разрослась почти во всю ширь классной комнаты. Далее на ней стали возникать рукописные строки, единомоментно проговариваемые МакГонагалл:
— Правило первое: вся трансфигурация временна. Её можно продлить и даже очень значительно, при помощи магических печатей или зелий, но рано или поздно объект вернётся в исходную форму. Это составляет и первую опасность. Ведь если я возьму камень и оберну его воздухом, а после этот воздух кто-то вдохнёт, то как только вложенная в заклинание магия иссякнет, мельчайшие осколки камня соберутся в организме несчастного и скорее всего приведут его к гибели. Всё это происходит из-за проблем с построением идеальной, или хотя бы достаточно устойчивой структуры вещества нашим, крайне неприспособленным к подобному, животным мозгом. Магия компенсирует это в известной мере, но только за счёт истощения вложенных запасов.
Правило второе: один объём вещества с меньшей плотностью, нельзя в полной мере превратить в тот же объём с большей. Вещество не может взяться ниоткуда. Его может ВРЕМЕННО заместить магическая материя с соседними частицами исходного вещества, но энергия заклятия от того иссякнет ещё быстрее чем обычно. Что до опасностей.. представьте как вы снова превращаете катящийся на вас с горы булыжник, но на сей раз не в воду, а в воздух. Плотный и крупный булыжник обращается бесплотным и сжатым воздухом, или иначе – происходит взрыв. Высокая ли температура, ударная волна, или подхваченные ею осколки, но результат неизменно предсказуем – тяжёлая травма или смерть.
Правило третье: экстернальная трансфигурация магического существа невозможна. Это означает что вы не сможете воздействовать трансфигурационным заклятием на того, кто и сам является проводником магии. Волшебник ли это, другой народ или какое-то иное существо – если они способны направлять магию, то снаружи вы их не трансфигурируете. Но упомянутое выше не касается всех немагических существ. Ежели вы, по глупости своей, превратите птицу в хрустальный бокал, то нечаянно его разбив – останетесь с вывороченным наизнанку трупом несчастного создания.
Разом позеленевшие первокурсники прониклись и умозрительным построением описанного, но МакГонагалл с ними ещё не закончила.
— А теперь вы все поклянётесь на том что вам дорого, что никогда не попытаетесь нарушить эти правила.
Ученики запереглядывались, а профессор заверила:
— Я не шучу. Положите правую руку на сердце, а открытую ладонь левой поднимите над головой.
Над классом нерешительно вырос лес рук, а женщина взмахнула палочкой и всех ребят повязало под кистями, возникшей из ниоткуда красной лентой. Так они все оказались узелками единой сети.
— А теперь повторяйте за мной: клянусь на самом дорогом моему сердцу, что не нарушу трёх правил трансфигурации, разве как для спасения чужой, или собственной жизни.
И они покорно повторили, всё ещё пленённые моментом. А в миг угасания отголоска последнего отзвучавшего слова, перемычки сети, объединявшей их, растаяли, оставив лишь плотный браслет на запястье.
— Хорошо. Есть какие-нибудь вопросы, или может нужно что-то повторить? — напряжение выветрилось из речи профессора, и сама она стала восприниматься куда благодушнее.
Вопрос вывел из транса юную Грейнджер, напомнив об уточнении на которое та не осмелилась прежде. Девушка подняла руку, подвязанную лентой браслета.
— Слушаю, мисс..?
— Гермиона Грейнджер, профессор. В третьем правиле вы дважды уточнили, что магическое существо нельзя трансфигурировать снаружи, то есть.. это в принципе возможно?
Вместо ответа женщина сиганула с кресла, приземлившись на стол уже.. кошкой.
Гарри Поттер отшатнулся в неверии, попутно накренив и скамью, на которой они с Гермионой сидели. А в изумление мальчика повергло не столько само превращение человека в животное, сколько знакомый симметричный окрас его моськи. Кошка на преподавательском столе обладала тем же уникальным атрибутом что и неизвестная мурка, некогда забредшая на задний двор миссис Фигг. Быть не может, или.. профессор магии и впрямь шарилась по помойкам в магловском районе?
«Не будь дураком. Она была там из-за тебя.»
«Я что – один волшебник на весь район?»
«Для них ты – самый важный волшебник.. да пожалуй на всю страну.»
«Тогда чего она добивалась? Раз не выдала себя, значит – только наблюдала.»
«За тем как ты использовал Импульс.»
«А после меня позвала миссис Фигг.»
«И она замешана?»
«Разговор с кустом? Да и бессмысленное поручение..»
«А потом, письмо из Хогвартса.»
«Получается.. она проверяла меня для Хогвартса? Я-то думал берут всех..»
«Всех.. после выброса.»
«А у нас он был?»
«Дверь чулана?»
«Возможно. И волосы отросли после стрижки?»
«Слабовато. Так можно считать и любой наш прыжок через забор.»
«Петли у чулана – тоже не ахти.»
«Да это и неважно! Мы вообще можем быть уверены что это она?»
«Эти полосы либо рукотворны, либо волшебны. Сам примеряй вероятность совпадения.»
Парень удалился со своих внутренних прений. В последнее время он находил крайне полезными подобные споры с воображаемым оппонентом. Они наводили на интересные вопросы и в целом поднимали расположение духа. А в неостановимой действительности кошка уже спрыгнула со стола, вновь оборачиваясь профессором.
— Надеюсь, эта демонстрация предпочтительней простого «да». — первогодки всё ещё пребывали в немом шоке, к неявному довольству МакГонагалл, так что она взялась за разъяснения: — Эту способность может выработать любой, достаточно одарённый в трансфигурации волшебник, но лишь немногие даже станут пытаться. А дело всё в том, что крайне сложна и опасна не одна лишь подготовка, сама по себе занимающая много месяцев, но и результат. А именно – вы можете обернуться совершенно не тем животным, которым изначально намеревались, или же застрять в промежуточной стадии превращения. Так что, мисс Грейнджер, и опасность всё также присутствует, и правило продолжает действовать.
Преподавательница вернулась на возвышение и раздвинула дверцы полукруглого шкафа. Внутри скрывались вращающиеся по вертикальной оси, сегментированные разделы, с разноплановым наполнением. При одном из последовавших обращений им явилась горка чёрных коробочек, которые женщина отправила влёт по классу единственным мановением руки. Перед каждым студентом опустилось по одной.. совершенно невыразительной коробчёнке. Гарри не спешил её трогать, но визуально те никак друг от друга не отличались.
— Весь остальной урок вы будете осваивать основополагающий навык в трансфигурации – сонирование. Без него нету и смысла продолжать изучение самого предмета. — женщина указала на одну из коробок. — С помощью заклинания которое я сейчас назову, вам потребуется узнать содержимое этой коробки. Предметы в каждой из них разнятся, а вскрывать или каким-либо иным образом нарушать её целостность, вам разумеется запрещается. Вы должны прочувствовать её содержимое, испытать его. Я не могу объяснить вам точнее, это нужно почувствовать самому. Формула заклинания такова: «Эссенциa Ревеларе». Руна – Вуньо. А спин...
Она изобразила на доске перевёрнутую букву «J».
— Как только будете уверены в своём ответе – подходите ко мне. Можете начинать.
Юный Поттер принялся за дело без какого-либо азарта, или маломальской надежды на успех. Утренний провал на Заклинаниях, где ему удалось успешно вызвать лишь боль в плече от интенсивного махания палочкой, знатно поднасрал в душу и отрезвил ожидания. И.. всё как он и ожидал – ничего. Само заклинание ни в какую не желало работать. У остальных хоть искра проскакивала, а он махал указкой аки магловский дирижёр без оркестра. В голову тут же стали закрадываться соответствующие мысли: «Что если у него ничего не получится?», «Что если его исключат?», «Что если его зачисление было лишь канцелярской ошибкой?», «Что если он сквиб, как Чарити?», «Что если его единственные способности, так это весьма жалкий в сравнении Импульс, да довольно ситуативный Интуит?», «И какого чёрта тот затаился, когда нужен ему больше всего?». Ни отголоска эмоции в ответ.
«Я не вернусь к Дурслям.» — безапеляционно объявил на всё подсознание парень. — «Я не смогу просто делать вид что всего этого не было, не смогу забыть об этом мире.. Нет! Я не вернусь! А если потребуется – я отыщу путь и в обход правил! Им придётся заставить меня забыть, или же принять таким какой я есть!»
Запитав решимость праведным гневом, он взял коробку в руки, взвесил и слегка потряс. Как и ожидалось – ни звука. Тогда он заключил её в капкан дланей и принялся прощупывать импульсами, словно дверной замок. Внутри была полость.. а точнее несколько полостей: внешняя – пустая, а вторая – с жидкостью. Но его интересовало то что прилегало дальше, в самом центре. Что-то очень твёрдое, острое.. как камень? Да.. драгоценный камень! Впрочем, сравнивать породистость последнего ему было особо не с чем, так что и охарактеризовать драгоценность сверх того не представлялось возможным. А потому он резко встал, покуда присутствие духа его не оставило, да приблизился к учительскому столу.
— Справились, мистер Поттер? — мальчик кивнул. — Что же внутри?
— Какой-то драгоценный камень.
МакГонагалл быстро проверила его предписанным методом.
— Так.. какой формы?
— Я не знаю как она называется.. но это похоже на две сложенные пирамиды.
— Октаэдр. — определила она. — Всё верно. Молодец.
Он подавил судорожный выдох и молча ожидал дальнейших указаний.
— Твоё задание до конца урока. — профессор пододвинула к нему слоистую полоску-срез из чередовавшихся материалов. — учись быстро различать различные основы за одно сонирование.
Гарри кивнул и принял образцы, а по возвращении на место до него донеслось:
— Плюс балл Слизерину.
Так гадко, да после формальной победы, он себя давно не чувствовал. Остаток урока Поттер изображал пустопорожнюю активность своей указкой, а когда им задали на внекласс тренировки с полоской и отпустили, он первым покинул помещение. Ланч, Английский, Арифмантика и Латынь, по ощущениям влачились столько, сколько он ещё не успел пробыть в самом замке. И оказались столь же непродуктивными. Парень даже пропустил ужин, а отходил ко сну с глупой надеждой никогда не проснуться. Он даже не подметил когда именно клятвенная алая лента распалась на лоскуты, да растворилась в воздухе.
***
— Йу-ху-у-у! Гарри лишь плотнее закутался в одеяло. — Будешь меня игнорировать, лежебока? Мальчик промычал что-то нечленораздельное и перевернулся на другой бок. — Ах так.. попробуй-ка проигнорировать это! Тут ему на голову негаданно полилась игристая жидкость, вынудив парня передёрнуться всем телом, да подскочить с готовностью убивать. Но виновница, а по совместительству и его будущая жертва, предусмотрительно находилась за пределами досягаемости да ехидно лыбилась. — Ты! — взвыл он, фонтанируя возмущением и путаясь в простыне. — Я! — патетично воскликнула Дафна. — Какого чёрта ты вытворяешь?! — Бужу злостного прогульщика. Так что если поторопишься, то может и успеешь ещё на пару своих последних уроков. Его желудок немедленно отправился в свободное падение, а похолодевшие конечности уже принялись лихорадочно шарить в поисках одёжки. Однако утреннее раздражение по-прежнему диктовало его рту гневные замечания, в обход разума: — Даже если и так, обязательно было меня обливать?! У меня теперь вся постель будет липк... Его одежда с кроватью не несли на себе и следа влаги, а та что ещё мгновение назад студила кожу – столь же скоропостижно испарилась. Он недоумённо воззрился на Гринграсс, которая уже демонстрировала ему зеленоватую упаковку с.. — Прыский чай. «Улетучивается быстрее, чем наступает расплата». — процитировала слоган самодовольная деваха, после чего выпила остаток да смачно рыгнула. — Фу! Как некультурно с твоей стороны! — во всеуслышание добавила она, уже стоя на пороге и удерживая дверь приоткрытой. Прифигев от эдакой наглости, парнишка даже не успел среагировать, а поганка уже хлопнула дверью и была такова. И лишь опосля ему открылась главная подстава со временем – в семь часов утра. Тут уж либо он проспал полтора дня, чего с ним раньше не бывало, либо... Как результат: неистово исколошматив подушку виновницы, да приняв вымораживающий контрастный душ, он отправился к завтраку более-менее смирным, а точнее выдохшимся. И только в мыслях он продолжал истязать свою взбалмошную соседку, а в первую очередь потому что сам толком не мог её понять. Дафна ложилась затемно, при этом вставая спозаранку. За время их сожительства он ни разу не сумел застать её спящей (пусть отчасти и из-за того, сколь насыщенными оказались первые уроки; что сил на исходе дня оставалось лишь на путь-дорогу до спальни). А помимо упомянутого режима он обратил внимание и на то, что Гринграсс редко появлялась с ним на одних занятиях. Будто бы и вовсе не являлась первокурсницей. Но что куда важнее – существовала и реальная возможность отделаться от подобного соседства, ведь проходя как-то мимо спален сокурсников, он подметил что те же Малфой с Крэббом и Гойлом расквартированы в одной комнате. Далее уже не составило труда разузнать, что для смены спальни требуется лишь дозволение их декана. Какое-то время он откладывал поход к нему, не желая выглядеть капитулянтом в глазах девчонки, однако сегодня подворачивался как повод, так и идеальная возможность всё это провернуть – Зельеварение у Северуса Снейпа, единолично возглавлявшего их факультет. Завтрак немного отвлёк Гарри от недобрых мыслей, а затем он и вовсе забыл обо всём, получив своё первое письмо от Хедвиг. У парня не было под рукой вкусняшек, не выбивавшихся из строгого рациона сов, а потому он просто поскрёб птицу в почесушных местечках, тем самым обозначив свою признательность. Доставленное же послание было нацарапано рукой Хагрида, приглашавшего его к себе на чай в конце первой учебной недели. Он отправил своё согласие с Хедвиг, а уже выходя из-за стола – нос к носу столкнулся с замершей в нерешительности Гермионой. — Доброе утро, Гарри. — Привет. — У тебя первой Травология? — Угу. — Не против если я дойду с тобой? — Не, пошли. Должно быть она до сих пор боялась случайно повстречать того старосту. Он не мог её винить, ведь сам только с годами привык к регулярным боданиям с подобной ущербной шпаной. — Ты здорово справился на трансфигурации. — попыталась завязать разговор девушка пока они спускались к тоннелю, ведущему к оранжереям. — Просто повезло. — обман до сих пор бередил совесть. — Гарри.. если не отмечать свои достижения, то у тебя потом могут быть проблемы с мотивацией.. — Это не тот случай. Грейнджер быстро поняла что он не в настроении и до теплиц они добирались в неуютном молчании. Едва каменный проход вывел их на поверхность, как вокруг раскинулись настоящие застеклённые джунгли, под крепким металлическим каркасом. Разделённая на длинные крылья оранжерея была выстроена крестом, в соединительной секции которого они и находились. Из этого округлого зала вело четыре главных выхода и ещё столько же тех, что поменьше высотой. Меньшие открывали проход в небольшие пристройки, как парничного так и складского характера. А вот двери по всем основным направлениям, однозначно были заперты. Едва все первокурсники оказались в сборе, как из флигеля к ним прочапала полная женщина в изгвазданном комбинезоне, высоких сапогах, да с гнездом седых курчавых волос на голове. — Ну, чего стоим, кого ждём? Раздевалка во-он там. — она указала на одну из меньших дверей. — Идите надевайте рабочий халат, фартук и калоши. Затем берите защитные перчатки, да очки с маской не забудьте! Жду вас у входа в первую теплицу. Собравшись в нужной комнате, они обнаружили халаты с фартуками в разноцветных мешках с широким зевом, да вшитыми в них металлическими кольцами, заместо ручек. Посредством них те зависали на ветвистых стоячих вешалках, со сменной формой внутри. Перчатки и калоши были свалены в соседние короба, а сплошные очки на резинке, да маски с воздушными клапанами, занимали свои крючья на решёточной стенке. Когда же они выстроились, все одетые по наказу, перед нетерпеливо потапывающей женщиной, та скомандовала: — Так-с, теперь повторяем за мной: полы халата одну за другой оборачиваем вокруг бедра и приглаживаем ладошкой донизу, — четыре полы: по две спереди и сзади, прилипли к ногам, образовав штанины, — теперь берём калоши за края и тянем вверх – чуть повыше колена, — матовая резина приобрела глянцевый отблеск, облепив ноги плотно, но не давяще-туго, — то же самое с перчатками: чем выше вы их натянете, тем меньше будет их плотность и защита. Сегодня тяните по локоть. — и правда – чем дальше они их тянули, тем свободнее шевелились пальцы. — Ну и голова: капюшон – вверх, затянуть, очки надеть, маску – пока на шею. Вся садовая форма ужалась под их комплекцию, а в капюшоне обнаружились даже отверстия для ушей. — Ну а теперь – главные правила. В теплицы без меня не соваться. Вас там сожрут, или отравят – как повезёт. Ничего не делать и не трогать, без моего разрешения или команды. Уяснили? Тогда за мной! Они миновали вход под цифрой «1». Там было довольно влажно, а пахло землёй и.. удобрениями. На потолке была установлена цепь зеркал, для прицельного отражения лучей солнца. Ребят же отвели в отсек со вполне стандартной на вид рассадой. Над батареей горшков вздымались толстые стебли с крупными фиолетовыми плодами, напоминавшими блестящие груши с вертикальными рёбрами долек. А едва ученики сгрудились вокруг того стола, и профессор начала урок. — Эти фиолетовые плоды зовутся Прыгучей Луковицей. Их семена, кожура и даже мякоть – это действенные ингредиенты многих зелий, но только если плод был пожат как надо. Коли ошибётесь, его придётся немедленно иссушить, иначе Луковица раздавит семена и отравит мякоть, да оставит одну только скукоженную шкурку. Так что вот ваш порядок действий: обхватываете основание плода ладонью – вот так; сжимаете пальцами плодоножку, у самых чашелистиков, и слегка прижимаете те к кожуре; затем прокручиваете плод вокруг своей оси – на сколько хватит вашего запястья. Но не отнимайте его раньше чем через четыре секунды! Ежели сделаете всё правильно, то уже можете собой гордиться и всё такое, а сам плод не мешкая укладывайте узкой частью вниз, в эти чашечки с субстратом. Ну а коли ошибётесь.. хотя лучше уж покажу на практике. Добровольцы имеются? Неуверенные переглядывания не выявили никого, отчего женщина им и попеняла: — Всё с вами ясно, господа боягузы. Так.. ты! — она обхватила за плечи знакомого Гарри по поезду пуффендуйца, да отвела того за отдельный стол, после чего выставила перед ним горшок с более тёмным и жухлым плодом. — Вот, пробуй! Парнишка сбледнул так, будто бы уже готовился грохнуться в обморок, но в то же время стал покорно следовать указаниям. Хорошо всё шло до момента с прокруткой, где плод, точно ожив, вырвался из захвата да принялся неукротимо подпрыгивать, отскакивая от всего подряд. Луковица разбила и свой горшок да врезалась в крышу, не нанеся той видимого вреда. А ещё два рикошета спустя, профессор ловко изловила её колеблющейся прозрачной сферой на конце своей палочки, словно сачком. Пуффендуец поник, явно ожидая выговора, но преподавательница лишь потрепала его за макушку одной рукой, а второй сбросила плод в таз с жидкостью, уже поджидавшей на полке под столешницей. Оттуда же следом раздалось интенсивное шипение. — Молодец, почти справился! Единственное что не рассчитал, так это выворот кисти да ослабил хватку. Как зовут? — единым махом она восстановила и целостность горшка. — Невилл Лонгботтом, мэм. — мальчик покраснел, словно бы оттаивая от испуга. — Ещё не хватало чтоб мои пуффендуйцы мне «мэмкали». Ох.. я ведь и не представилась, да? Помона Спраут. Травология, профессор, декан, и всё такое. — она приобняла мальчика да отвела его на прежнее место. — Так о чём мы.. а, ну да – чтобы я могла уследить за всеми Луковицами, вы будете работать по паре за раз. А как разделаемся с этим урожаем, перейдём к паффаподам... Полтора часа спустя, профессор Спраут очищала их перемаранную форму заклятием, одновременно сетуя что их не обучают тому в первую очередь на Заклинаниях. От концентрированного физического труда, в противоположность обычному маханию палочкой, юный Поттер немало подвымотался, и едва упаковав одну форму да нацепив другую, он отправился к замку через улицу. По ощущениям, они собрали ингредиентов уже на весь учебный год, а на деле – лишь на пару занятий. Ну а насладившись скоропреходящей свежестью чистого воздуха, парень погрузился в полумрак подземелий, попутно морально готовясь к предстоящему уроку. И чем ближе Гарри подступал, тем яснее осознавал что откладывать разговор с деканом аж до первого занятия, было крайне опрометчиво. А что если, он произведёт дурное впечатление? Чёрт бы подрал это «потом»! У класса уже кучковались слизеринцы, перешёптываясь да бросая косые взгляды в его сторону. Но ещё меньше ему понравился взгляд, подошедшего профессора Зельеварения. Его чёрные глаза цветом напоминали хагридовы, но были напрочь лишены того же тепла. Чёрные же сальные волосы до плеч, обрамляли худое бледное лицо с крючковатым носом. А, опять же, чёрная мантия Снейпа развевалась и хлопала за его спиной, подобно крыльям летучей мыши, пока тот чеканил шаг к двери своего класса. Впрочем, мантия оказалась скорее накидкой, а под ней профессор был затянут в глухой сюртук: с пуговицами по горло да узкими рукавами. Резко распахнув перед ними дверь, он отрывисто бросил: — Рассаживайтесь. Он проводил глазами каждого кто его миновал, а после захлопнул дверь аки крышку ловушки. Класс представлял собой мрачное каменное помещение с купольными сводами, увенчанными зияющими провалами вытяжек. Первокурсники съёжились на своих местах – отчасти от здешней сырой прохлады, частично от суровости обстановки, ну и преимущественно от грозной ауры преподавателя. А тот как раз сменил свою поступь на размеренную, да начал огибать класс. — Северус Снейп. Для вас – «профессор Снейп», или «сэр». — его низкий голос гулко отдавался в воцарившейся тишине. — Вы собрались на моём курсе для освоения чрезвычайно тонкой, точной и опасной науки Зельеварения. И я в праве ожидать от вас соответствующей отдачи. Если же вы относитесь к ординарному стаду баранов, что из года в год осчастливливает меня своим присутствием.. то я советую вам не выпускать из головы фразу «тише воды, ниже травы». Приготовление зелий – это длительный процесс, требующий пристального внимания, непомерного терпения и предельной осторожности. Если последствия бездарного колдовства частенько можно углядеть сразу и невооружённым глазом, то вот воздействие дефектного зелья может таиться, усугубляться да наслаиваться десятилетиями, покуда не приведёт к невообразимым и неописуемым последствиям. Снейп закончил обход класса, возвратившись к учительскому столу, и приступил к перекличке. Пробегаясь по списку имён, он добрался и до фамилии.. — Поттер! — Гарри поднял руку, удостоившись пронзительного взгляда от профессора. — Ах да, вот и наша новая знаменитость.. Мне просто любопытно: вы хоть открывали учебники до начала занятий? — Да, я.. — Вот как! И что же я получу, если добавлю измельчённый корень златоцветника к настойке горькой полыни? Парень не успел разъяснить что не изучал лишь учебник зельеварения, поскольку тот больше походил на кулинарную книгу рецептов, с весьма подробными и специфичными описаниями реакций. А по его опыту, подобное всяко лучше усваивалось на практике, так что и ответа на вопрос.. — Я не знаю, сэр. — Что же, попробуем ещё раз. Если я попрошу вас добыть мне безоаровый камень, или безоар, где вы будете его искать? Мальчик непроизвольно огляделся в поисках ответа, но вокруг возвышались одни голые стены.. да поднятая рука Гермионы. — Не знаю, я просто.. — Так-так, очевидно одной лишь известности недостаточно.. Дам вам последний шанс: какова разница между клобучковым борцом и аконитом? Гарри уже начинал выходить из себя. Только этот преподаватель так цеплялся за небезызвестную фамилию, что аж прерывал ради него ход урока. И кстати о прерывании: манера того пресекать оправдания в зачатке, уже начинала обрастать неким издевательским подтекстом. — Я не знаю, потому что я не заучивал наизусть «Тысячу Растений и Грибов», — не дал перебить себя он, повышая голос, — но кто-то явно пытался. — да качнул головой в сторону вытянутой руки Грейнджер, которая уже еле усиживала на месте. — Может дадите им шанс ответить? В классе каким-то образом стало ещё тише чем было, а Снейп плавно поднялся из-за стола да приблизился к нему вплотную, нависнув над его партой. — Во-первых, минус очко Слизерину. Даже не надейтесь что я проявлю снисхождение к лодырям, лишь оттого что им посчастливилось оказаться на моём факультете. Во-вторых, хамство – это бесплатный билет ко мне на отработки и вы только что его заполучили. Мои поздравления – это тянет на рекорд школы. За деталями подойдёте ко мне после урока. И в-третьих: смесь порошка из корня златоцветника и настойки горькой полыни дают усыпляющее зелье, да настолько мощное, что в простонародье его кличут «Глотком Живой Смерти». Безоаровый камень извлекается из желудка преимущественно жвачных животных, а после простейшей активации служит противоядием от большинства ядов. А клобучковый борец и аконит это одно и то же растение, также известное как «клобук монаха». Профессор распрямился да окинул прочих ребят уничижительным взором. — Вы не конспектируете всё сказанное мной, потому как и без того всё знаете, я правильно понимаю? — и, ещё прежде чем они успели схватиться за автоперья, продолжил: — Превосходно! В таком случае, вам не составит труда набросать к следующему уроку сочинение, длиной в два малых свитка. С детальными описаниями и примерами использования, для описанных мной снадобий и субстанций. Попытка испуска ими протяжного стона оборвалась жалким всхлипом, едва только первогодки осознали где и у кого находятся. Тем временем, профессор уже проявил на доске инструкции к варке сегодняшнего зелья. — Рябиновый Отвар – это эликсир, обладающий быстродействующими целебными свойствами, а также служащий противоядием ко многим усыпляющим зельям, включая вышеупомянутую «Живую Смерть». Ингредиенты для него вы найдёте в примыкающем складе, НО! — вдруг рявкнул Снейп, осаживая повскакивавших с мест студентов. — Неспроста компоненты зелий – не часть списка ваших закупок в Косом Переулке. Ко многим из них предъявляются весьма строгие условия хранения. И на каждой полке, каждого яруса моей кладовой, указаны порядок и методы сбора для каждого отдельного ингредиента. Так что любое.. происшествие в её пределах, однозначно даст мне знать лишь одно – имя кандидата на отчисление. Он дал присмиревшим ученикам переварить эту угрозу, а затем распорядился: — По четыре человека за раз, начиная с передних парт. Все остальные пока могут вынести оборудование со склада инвентаря, в задней части класса. Поттер сорвался за котлом, весами и горелкой, лишь бы занять чем-то так и чешущиеся руки. Несправедливостей он натерпелся с лихвой ещё на Бирючинном, но этот конкретный учитель, особенно будучи деканом его факультета, представлял собой особую проблему. Снейп его ненавидел. А все «за что?» и «почему?», оставались даже без дельных гипотез и маломальских догадок, несмотря на все его интенсивные размышления. Непонятно и являлась ли его ненависть общей для всех знаменитостей, или же адресной. А всё что оставалось делать, так это лезть из кожи вон, да надеяться на выигрыш крох хоть какого-то расположения. Правда, и того мизера вполне могло не хватить.. — Поттер! Вы не видите что Малфой занят в кладовой? Почему вы не помогаете товарищу с оснащением? — пристал к нему профессор, стоило только мальчику усесться обратно. Подавить порыв послать подальше, подняться, повторить заход. По завершении чего, он тщательнейшим образом отобрал всё согласно списку: пробирку слизи флоббер-червя, кармашек коры волшебной рябины, мешочек листьев белого ясенца, а также фунтик порошка из клубней чёртового златоцветника. Засим, старательно игнорируя хлопоты соседей, он установил котелок на пластинчатую горелку (Снейп уже подвёл к ним шланг с горючим) и наполнил его водой из другого шланга. Далее следовал настоящий тест на наблюдательность. Готовка зелья предъявляла доходящие до абсурда требования к: температуре, скорости (а на поздних стадиях – и направлению) помешивания, насыщению кислородом (ограничиваемого крышкой), ну и само собой – к очерёдности и массе ингредиентов. Какие-то из них были уже готовы к отправке в котёл, а какие-то дожидались чистки, нарезки, натирания, да выжимки. Даже с учётом всего перечисленного, юный Поттер полагал что справился довольно-таки неплохо, напоследок фиксируя итоговое зелье Закрепителем. Он изначально разбил приготовления на этапы из двух очерёдностей, одну из которых занимала сама готовка, а другую – обработка ингредиентов, да жонглировал ими с помощью карманных часов. Парень уже наводил марафет на своё рабочее пространство, когда раздалось шипение и класс погрузился в зловонные испарения. Как оказалось, Невилл что-то напутал в процессе и его зелье вовсю било ключом через край котла, забрызгивая как его самого, так и ближайших соседей. Снейп тотчас же примчал к проблемному столу и оперативно избавился от задымления, испарив зелье одной рукой, а второй синхронно окатив пострадавших струёй под напором, из какой-то пузатой бутыли. — Болван! — гаркнул профессор на промокшего, хныкающего пуффендуйца. — Вероятно добавил корень златоцветника, не сбив температуру? Минус очко Пуффендую. А на обратом пути он резко притормозил у котла Гарри. — Так, что тут у нас.. — он оценил консистенцию, запах и цвет варева, прежде чем озвучить вердикт: — Весьма достойный Рябиновый Отвар. За него можно и вернуть очко Слизерину. Но вернувшись к себе за стол, он сбросил бомбу: — Жаль, однако, что вы проигнорировали моё требование о ношении защитных очков, масок и перчаток, а также не проконтролировали Лонгботтома когда закончили со своим зельем. Как-никак, он был за соседним столом. Итого – ещё минус два очка. Язык не слушался мальчика, равно как и дыхание. Сначала он хотел полюбопытствовать (несмотря на общую резонность требования): когда именно их предупреждали об очках, масках, да ещё и перчатках? Но сам осознал ответ всего мгновение спустя – когда он выходил за инвентарём для Малфоя. Никогда ещё его не гнобили столь последовательно и безостановочно, даже Дурсли. А это уже о многом говорило. К примеру о том, что неприязнь Снейпа личная, и острая. Всё ещё функционируя с некоей заторможенностью, он не глядя выслушал в чём будет заключаться его наказание и отправился на ланч, заедать свои треволнения.
