Лев и Змей

      Неутешительные тяжебные вести из вражеского стана основательно подкосили ребят, вложивших столько всяческих сил и времени в это вмиг прогоревшее благое дело. А уж каково приходилось самому Хагриду.. Несмотря на всестороннюю поддержку от преподавательского состава, да большинства студентов вне их приближённой пятёрки (пусть и не столь гласную), душевная рана оставалась чересчур свежа для всякой припарки. Вдобавок, уже сами оговорщики не преминули провернуть вонзённый нож, и, попутно протомив их волокитным ожиданием, назначили казнь гиппогрифа на последние числа экзаменационной поры. А до того переломного момента, их уроки Ухода перестроились под «мягкую» программу Министерства, утратив почти всю свою самобытность и привлекательность в студенческой среде.       Учинённым раздраем наслаждалась одна его виновница – Паркинсон, да и то недолго. Ведь после очередного злорадства (да в не особо затушёванных тонах) на занятии УзаМаС, та сцепилась с Грейнджер. Изначально в форме взаимных устных попускательств, вслед за чем – обмена пустяковыми магическими проклятиями, ну и на десерт – уже типичного магловского мордобоя. А магическая фаза конфликта ограничилась случайным рикошетом, наградившим Булстроуд гипертрофированными резцами кролика-переростка, а Луну – спиральным маникюром, чуть ли не длиннее самих рук (сам процесс роста которого, та наблюдала со спокойствием и любопытством заправского естествоиспытателя). Ну а когда волшебство не принесло желаемых результатов, Гермиона, так сказать, вложила палочку в ножны, преодолела невеликое расстояние до обидчицы, да съездила той кулаком по лицу. Поначалу все оказались настолько шокированы выходкой «примерной ученицы», что на первых порах не последовало даже попыток разнять забияк, покуда те уже не понаоставляли друг дружке по паре ссадин, с десяток росчерков царапин, да не расстались с редкими пучками выдранных волос. Однако даже назначенные в наказание отработки не охладили пыл когтевранки, будто бы разом пустившейся во все тяжкие.       Следующей же «искрой» послужила Трелони, с её гаданиями по хрустальному шару (или, по-ейному: «магическому кристаллу»). И если стихийные стычки, по поводу самого предмета Прорицаний, не были чем-то из ряда вон выходящим для их учительско-студенческой динамики, то вот прорезавшаяся в последнее время скоропалительность «воспитанницы», вкупе с категоричностью в суждениях, успешно довели прорицательницу до белого каления. Тогда-то она со зла и назвала девушку «чёрствой зубрилкой», а та, недолго думая, смахнула со стола злосчастный кристалл, так и выкатившийся из класса через люк, да отгрохавший по каменным ступеням, аж до самого дна спиральной лестницы. Сама же отличница гордо удалилась, заявив что лучше просадит своё время на составление заведомо бесполезных апелляций, чем потратит ещё хоть мгновение своей жизни на этот «мистический цирк с конями». За что, собственно, она и взялась следом (правда, определив своей целью скорее уже отдел по связям с общественностью, нежели какое-либо из судейских подразделений), но предварительно исключив из актуального расписания разом весь пройденный курс Прорицаний.       Такими вот буераками они и приблизились к предыюньской экзаменации. POV Гарри.       Весь последний месяц Поттера занимала эмоциональная эквилибристика, с крайне разноплановыми переживаниями. С одной стороны, он был рад наконец выиграть для своей сборной кубок по квиддичу (по итогам, вплотную за ними расположился Когтевран, а Гриффиндор с Пуффендуем «финишировали» третьими и четвёртыми соответственно), попутно осчастливив и их выпускавшегося капитана. А с другой, уже негодовал по поводу приговора Брыкоклюву, влиять на исход которого было делом дней давно ушедших. С третьей же стороны, неумолимо подступали экзамены, с их непременной загрузкой да нервотрёпкой, а с четвёртой крутилась одна Дафни, в отношениях с которой у них наметился – как метко заметил Сэлз – своеобразный «супружеский застой», когда размеренность и постоянство начинают приедаться, обычно вызревая в определённый эпизодический разлад. К счастью, на данном этапе им удавалось избегать последнего пункта, но иной раз, мысли брюнета нет-нет да и занимало волнительное «а что же дальше?». Ну а пятой стороной, стало неожиданно зародившееся приятельство с Драко. Хоть Гарри и подписывался под каждым словом в их довольно-таки одностороннем разговоре у Визжащей Хижины, в то что те возымели столь скорый и сильный эффект до сих пор как-то не верилось. А получило развитие их только зарождавшееся товарищество с банального, ненавязчивого соседства за приёмами пищи. Таким-то образом к процессу и подключились, значительно его ускорив, сперва Грейнджер (у которой имелась и собственная приязнь к Малфою, ввиду оказанному при судилище содействию), а вслед за ней – и прочие члены их компашки. Наблюдать подобное на фоне ушедших лет было даже несколько диковато, но в то же время до странного.. органично?       Как бы там ни было, а первая неделя аттестации быстро выдула из головы всё, не относящееся к учёбе, погрузив школьников в состояние плотной зубрёжки, да репетитивной отработки. Большинство экзаменов не преподнесли каких-либо сюрпризов в заготовленной процедуре, а выделялись из серой массы лишь два предмета – Защита от Тёмных Искусств и Прорицания. Причём, если Люпин всех приятно удивил, заготовив полноценные тематические полосы препятствий по пройденным главам учебника, то вот индивидуальное собеседование с Трелони ощущалось как интервью на должность, в каком-нибудь паноптикуме. И едва подошла крайняя очередь черноволосого парнишки, он только глубоко вздохнул да смиренно взобрался в верхний филиал ада, из которого и впрямь валил своеобразно пахнущий дымок. И как скоро выяснилось – оттого что гадалка беспардонно накумаривалась, посредством кальяна. Упреждающие же оправдания, навроде абсолютной безвредности травяной смеси, или даже эфемерной пользы для раскрытия Третьего Глаза у пассивных курильщиков, в равной мере не показались прифигевшему подростку хоть сколько-нибудь убедительными. Однако ж, делать было нечего. Раз кошёлка не стесняясь смолила прямо на экзамене, то с подавляющей вероятностью, любые возможные последствия уже были загодя ею предусмотрены. Ведь даже при всех своих заскоках, уж какой-какой а безрассудной их Пифия местного пошиба отнюдь не являлась.       — Мой мальчик.. располагайся на подушках, в позе лотоса.. — она забулькала очередной затяжкой, а по поднятой руке заскользила коллекция браслетов, включая памятный красношнурочный, — позволь своим чакрам распуститься, подобно цветущим бутонам и воспылать подобно..       Как минимум одна из его нижних чакр уже воспылала.. в нетерпении отменить годовую подписку на этот треклятый факультатив.       — .. светочу. А теперь.. что доносят тебе твои немедленные ощущения?       — Что в носу свербит. — как того и требовали, не думая сообщил он, да присовокупил: — Ну, знаете.. от того что тут дышать нечем.       — Просьба стряхнуть острые колючки сарказма за порогом всё ещё актуальна, как и на всяком нашем занятии. — на миг посерьёзнела та, но вскоре опять поплыла по волнам дури. — Ну так как?       — Что мне здесь некомфортно. — не нашёлся с «правильным» ответом подопытный, откровенно не понимая что именно нужно сказать, чтобы от него наконец отстали. — Больше ничего.       В этом и заключалась основная проблема всей программы Прорицаний – от участников требовалось предсказать только лишь субъективно приемлемый ответ. Субъективно приемлемый для самой «ведущей», само собой..       — Некомфортно.. — будто бы распробуя произнесённое слово, повторила она, — а к чему же тянутся корни твоего дискомофорта?       — К пророчествам, к чему же ещё.. — протянул паренёк, находя удовлетворение хотя бы в обоюдной остроте своего посыла, которого именитая вещунья не выкупала и в.. корне.       — Последний раз предупреждаю насчёт сарказма. — вынесла «последнее-препоследнее» та. — Так к какому из моих пророчеств тянутся твои опасения, которые ты столь отчаянно скрываешь за покровом колкостей?       Юный Поттер прекрасно сознавал истинную цель, как и саму методику этих расплывчатых, но одновременно всеобъемлющих вбросов. Однако, те похоже действовали вне зависимости от осведомлённости принимающей стороны, исправно вытягивая из глубин памяти нежеланные воспоминания. Связующей нитью между теми послужила всё та же Голова Зверя, которую он против воли стабильно примечал то тут то сям, на протяжении вот уже долгих месяцев. А во избежание сего, он то и дело соскакивал с обычного чая, – да хоть бы и на отвратный тыквенный сок! – лишь бы избежать рокового оседания гущи, а также старался лишний раз не созерцать плывущие облака, страшась углядеть среди них упомянутые злочертания. Но чёрта с два он сознается хоть в чём-то из вышеприведённого!       — Мне некомфортно не из-за ваших пророчеств, а из-за вас. — устал ступать вокруг да около парень. — Ваших интерпретаций, и ваших «внеклассных активностей», касающихся лично меня. Я и не подумаю возвращаться к вам на следующий год, так что может мы уже наконец займёмся непосредственно экзаменом, да поскорее разойдёмся?       От подобной дерзости предсказательница словно бы вросла в кресло, погрузившись в продолжительнейшую из своих пауз. О том что женщина попросту не заснула на рабочем месте, говорил лишь мерно выпускаемый дым. Гарри успел серьёзно себя накрутить ещё и прежде, чем ненормальная предоставила ему для того весомые поводы, в виде низкого хрипа.       — Кхм.. мэм?       Мальчишка опасливо приподнялся да уже протянул было руку к преподавательнице, когда та вдруг разразилась грубым гортанным гласом, заставившим его оцепенеть на полувдохе.       — МНОГОЛИКИЙ ВОСПРЯНЕТ ВНОВЬ!.. ЧУЖОЮ РУКОЮ ПРЕТВОРИТСЯ В ПЛОТЬ!.. — глаза прорицательницы закатились, проявляясь в сумраке одними миндалинами белков, в то время как рот продолжал доносить разрозненные сообщения, словно активно настраиваемый радиоприёмник, — БЕЗ МАЛОГО ТРИНАДЦАТЬ ЛЕТ!.. СЕНОЩНО ЖЕ!.. ПРЕТВОРЕНИЕ.. — подобно тому же радиовещанию, постепенно глохла и «трансляция» потенциального будущего.       Брюнет прочно застыл в позиции ошалелого наблюдателя, покуда Трелони медленно отходила от своего транса. В довершение надсадно прокашлявшись, та встрепенулась, обратившись к нему уже как ни в чём не бывало:       — Ох, прошу прощения.. я что-то призадумалась. — вот только попросту проигнорировать шокированное выражение визави у неё не вышло. — С вами всё в порядке, мой мальчик?       — Вы..       А стоит ли вообще обращать внимание на её припадок, не удостоверившись сначала в его истинности? Ведь ей только того и надо, что убедить рядового раззяву хоть на мгновение, а малейшие сомнения уже, вероятнее всего, не позволят тому озвучивать все вытекающие противоречия, в силу неуместной порядочности. Вот только многих ли на его памяти прозывали «многоликими»?.. Но так или иначе, Волдеморт – не та куча дерьма, которую удастся смыть всего за пару попыток. И его непременное возвращение – сюрприз только для непосвящённых. Так что если Томми действительно вознамерился где-то «воспрять» да прям «сенощно же», то как-либо ему мешать уже поздновато будет. Следовательно, сейчас стоило сосредоточиться на насущном, а Дамблдора уведомить как-нибудь опосля.. быть может. В конце концов, должны же у старика иметься пророчества на сей немаловажный счёт!       — Вы не расслышали всего моего ответа на ваш вопрос? Или только его части? — осведомился он.       — На мой.. вопрос?.. — вполне убедительно растерялась та, — ах.. очевидно на сегодня я уже порядочно перенапрягла своё Око, да успела наскучить вещим планидам.. — она закрепила мундштук в основании фиксирующей вилки. — Пожалуй, засчитаем ваш ответ как «удовлетворительный», и распрощаемся до грядущего учебного года.       Ещё до конца не веря своей удаче, парнишка не стал развенчивать эту порожнюю убеждённость, а поспешно удалился прочь из-под премногих «очей» ведьмы. Не мог не радовать и тот факт, что Прорицания завершали всю его экзаменационную эпопею, позволяя наконец-то вздохнуть полной грудью. По крайней мере, до скорого момента болезненного осознания, в котором ему вдруг вспомнилось, что ещё для него готовило это самое сегодня – ледяное отрезвление, в виде казни Брыкоклюва. Об уготовленной закатной процедуре Хагрид сообщил им сильно загодя, лишь бы донести до радеющей компании одно – ни при каких обстоятельствах не соваться на сиё мероприятие. А потому, как можно скорее разобравшись с поздним ланчем, ребята единогласно сошлись на крайнем наблюдательном пункте – круге камней, напоминавшем Стоунхендж, к которому они и прошествовали в похоронном молчании. Облепив монолиты где-то за полчаса до часа «икс», они смотрели как министерские в чёрных костюмах кружат вокруг своей будущей жертвы, словно свора стервятников, покуда им не потребовалось уладить какие-то бумажные формальности с лесничим, в хижину которого те и постекались. Это позволило собравшимся разглядеть и само несчастное животное, прикованное толстой цепью к коновязному столбу, среди тыквенных грядок. И само одинокое прозябание гиппогрифа, вполне закономерно наводило неравнодушных на весьма определённую линию мысли.       — Что если освободить его прямо сейчас? — первой предложила удуманное вслух Гермиона. — Гарри, у тебя ведь Мантия с собой?       А тот, по привычке, уже потянулся было к висящему под одеждой ежелю, но потом враз упомнил о своей главной пропаже.       — Нет. Я так и не смог её найти после после последней вылазки в Хогсмид. Скорее всего она у Люпина, или у самого Снейпа...       Вынашиваемые козни с проникновением в кабинеты обоих, разбивались либо о крайнюю занятость перед экзаменами, либо о банальную нерешительность Поттера в планировании. Дафни отказывалась даже рассматривать проникновение в личные покои каждого из них, мотивируя отказ неким неприступным зачарованием, однако ничто не могло поколебать уверенность черноволосого паренька в одном – он скорее урвёт чудо-мантию себе назад по кусочкам, нежели оставит её в распоряжении любого из преподавателей.       — Тогда я попробую прокрасться по самой границе Леса и порвать цепь заклинанием..       — Но ты не сможешь заставить Клювика сбежать. — обречённо отметила Луна, глаза у которой были на мокром месте. — А бежать-то ему и некуда. Он – изгой в своём табуне.       Блондинка шмыгнула носом и – столь нехарактерно для себя самой – расплакалась, уткнувшись в вовремя подставленное Невиллом плечо. Одно это проявление эмоций говорило о глубине переживаний Лавгуд больше, чем и десятки уроков Ухода с её образцовым участием.       — Лучше мы вернёмся в замок. — подсуетился, озвучив пребывавшее в их общем понимании Лонгботтом. — Я и сам не собираюсь смотреть на казнь. Даже не уверен, стоило ли нам вообще сюда приходить...       Двоица медленно развернулась да всё также, в обнимку, направилась под своды деревянного моста. Что, впрочем, нисколько не охладило пыл оставшейся когтевранки, лишь яростно пробормотавшей:       — Что-нибудь придумаю.. — ослиное упрямство становилось какой-то неотъемлемой чертой амнезиачной Грейнджер, — но безвольно таращиться на это постыдство я тоже не стану.       — Тогда лучше предоставь всё это мне. — вдруг подала голос вампирша, отлипая от камня. — Я смогу и порвать цепь, и спугнуть гиппогрифа, и остаться при этом незамеченной.       — Так что ж ты раньше молчала?! — возмутилась на пике волнения шатенка.       — Ждала пока палач прикроет входную дверь. — невозмутимо выдала та, демонстрируя своё орлиное зрение.       Сразу за чем продемонстрировала и скорость: без предупреждения сорвавшись с места, под запоздало взметнувшиеся куски дёрна, а достигнув жилища их любимого узамашника, не более чем за головокружительные пять секунд. Даже сам пленённый зверь также не успел среагировать на столь стремительное появление, равно как и на бесцеремонность, с которой его ухватили за клюв, во избежание случайного возгласа. Неотрывно следя за окном хижины, Дафни ухватилась за цепь одной рукой, а второй вжала голову Брыкоклюва в землю, предотвращая того от инстинктивного подъёма на ноги. Гибриду оставалось лишь беспомощно хлопать крыльями, но и эти его потуги прекратились едва брюнетка порывисто заглянула ему в глаза. Их интенсивные гляделки не заняли и десяти секунд, но по их истечении орлоконь уже вовсю рвал когти в направлении Леса, преследуемый по пятам единственно фигуркой хрупкой девушки. А наблюдавшие за всем этим действом Гарри и Гермиона, только переглянулись в немом изумлении, тогда как их однокурсница окончательно затерялась среди стволов деревьев. И если для Грейнджер истинная природа Дафни, и сама по себе стала немалым откровением, то вот Поттеру просто ещё не приходилось воспринимать столь широкого спектра возможностей соседки, только за один приём. Да ещё и при свете уходящего дня. Но кстати об уходах..       — Нам тоже стоит..       Его приглушённый голос заглушили донёсшиеся со стороны хижины гневные восклицания, живо перешедшие в ругань и перебранку. Не рискуя и выглядывать из-за каменного укрытия, оставшаяся двоица объяснилась друг с другом одними безмолвными взглядами, да принялась отступать в сторону совятни, ведь им обоим не терпелось дождаться возвращения их сверхъестественной подруги.       — А ты уверен.. что она сумеет.. нас найти? — вопрошала у него по ходу, запыхавшаяся при подъёме когтевранка.       — Абсолютно. — опережая ту на целый корпус, бросил через плечо парень, и прибавил уже с долей нежности: — Ей всегда удаётся меня отыскать.       Достигнув подножия одиноко стоящей башенки, они решили не отсвечивать на её вершине, а остаться дожидаться снаружи. Оттуда открывался шикарный вид на Хогвартс.. и даже далёкий Хогсмид.       — А вы, как я поняла.. вместе? — решила продолжить затронутую вскользь тему шатенка.       Ни с кем, кроме пожалуй одностороннего эпизода с Малфоем, ему обсуждать это как-то не приходилось, но ответ так или иначе оставался односложен.       — Да, вместе.       — Надо же.. это здорово. — нежданно одобрила она. — Теперь вам даже не нужно оправдывать слухи вокруг вашего соседства.       — Ага. — ухмыльнулся он. — Только подкреплять.       Гермиона хотела спросить о чём-то ещё, но тут её внимание переместилось по адресу гуляющего взора.       — Так вот он где!       Отследив расположение фокуса её интереса, парнишка отметил шевеление на лугу, неподалёку от квиддичного стадиона. Судя по габаритам да окрасу шерсти, то мог быть только..       — Косолап.. который гуляет сам по себе.       — Угу. Да ещё и Клыка научил.. — недовольно скрестила руки на груди девушка. — Только не хватало, чтобы тот тоже повадился бродяжничать.       Гарри встрепенулся, повторно рассмотрев малоподвижную тень, которую он сначала принял за приземистое деревце.       — Это не Клык.. — с содроганием признал злосчастный силуэт мальчик, но не спешил нарекать дурное знаменье до получения чужой перспективы, — видишь же, какая длинная и лохматая шерсть?       — Слушай.. и правда. — сощурившись признала его правоту Грейнджер. — Этот скорее похож на волкодава, а не мастифа.. ты в норме, Гарри?       О нет.. он стиснул кулаки и прерывисто задышал, уже пребывая далеко за пределами нормы. А перед глазами проплывали многочисленные и многообразные явления Головы Зверя, будучи отнюдь не плодом его естественного полёта мысли. Впрочем, от необходимости отвечать его отвлекло необычное поведение пса, принявшегося наворачивать широкие круги в компании кошака. А если те планировали продолжать свой забег ещё хотя бы с пяток минут..       — Я должен проверить реален ли Грим, а ты оставайся здесь и следи за ним, пока я не покажусь. — отрывисто распорядился он уже спускаясь, и дополнительно акцентировал, повышая голос: — Смотри за собакой! Не отрываясь!       — Стой, что? — не поняла юмора когтевранка. — Гарри! Ты что, серьёзно?!       Но он уже что есть мочи нёсся вниз, оглушённый гулом ветра в ушах, да пульсацией крови в висках. Если ему удастся настигнуть этого пса, то он наконец достигнет и хоть какой-то определённости. А то он настолько устал замечать эту кочующую примету всюду, куда бы ни бросил взгляд, что на задний план отступили и опасения перед бездомной (а то и бешеной) псиной. Его действиями в тот момент определённо верховодила исключительная блажь, однако её подкреплял весомый как никогда порыв – развенчать это повальное суеверие. Где-то на полпути он различил за спиной шаги преследователя, а обернувшись на бегу, обнаружил у себя в хвосте своенравную шатенку. Задерживаться было не с руки, а потому он лишь ускорился, в слабеющей надежде застать тварь врасплох. Вот только в ориентировочной зоне поисков собаки так и так уже не оказалось. Да притом, что и общая открытость окружающей местности не располагала к результативности чьих-угодно пряток.       И когда паренёк уже готовился взвыть от досады, ему привиделось шевеление у самых корней Стегучей Ивы, которая отчего-то вела себя куда смирнее обычного. Не было волнообразного колебания хлыстоподобных ветвей, а при дальнейшем приближении к драчливому дереву, от него также не последовало и предупредительных махов кроной.       — Гарри!.. — через силу пыталась его образумить, до сих пор ловившая ртом воздух Гермиона, — ты что не слышал.. про Громадрынскую Ракиту? Спровоцируешь её.. и она так отхлещет.. что мало не покажется.       — Смотри. — напрочь проигнорировав услышанное, он указал зияющий провал промеж извилистых корней, в котором выделялась фигурка рыжего кота.       — Косолап?.. Вот негодник!.. — поначалу неуверенно протянула хозяйка, а после куда более требовательным тоном скомандовала: — А ну-ка иди ко мне!       Но тот не двинулся с места, будто бы дожидаясь кого-то, или чего-то. Однако стоило только ребятам сделать ещё пару шагов, как шерсть питомца вздыбилась, а из ощеренной пасти донеслось натуральное шипение. Тут-то нынешняя владелица сего недоразумения и решила что с неё хватит, да выдвинулась, в явном намерении провести над тем серьёзную воспитательную работу. Впрочем у рыжего на сей счёт имелось иное мнение, и не успела девушка приблизиться на расстояние вытянутой руки, как тот шустро вспрыгнул на хрустнувшую веточку да, оттолкнувшись от неё, затерялся в глубинах тёмного проёма, уходившего дальше глубокой норой.       — Косолап! — Грейнджер припала к корням да сунула голову в черноту, прокричав вслед беглецу: — А ну вернись!       Вниманием же Поттера быстро завладела ожившая крона Ивы, судорожно возобновившая своё угрожающее волнение. А осознав кто станет главной целью последовавшей атаки за мгновения до её свершения, парень бросился на помощь подруге но, не рассчитав инерции, повалил их обоих в пространство между сучащими корнями. И лишь в последний миг падения ему удалось выставить перед собой руки, дабы не припечатать повалившуюся когтевранку к полу ещё и собственным весом.       — Чёрт.. извини. — неловко помогая той подняться, пробормотал он. — Просто Ива..       — Таки решила нам наподдать. — с пониманием закончила она, оценивая обстановку наверху. — Но получается она.. специально заманила нас в ловушку? Гарри?       Но мальчик только зачарованно глазел в неизведанные недра полноценного земляного подкопа, ведущего куда-то прочь от школы.       — Так вот куда ты делся.. — процедил тот себе под нос, после чего взмахнул палочкой и воскликнул: — Люмос! — да устремился вслед за отступавшей тьмой.       — Стоп! — таки удержала его на месте спутница, цепко ухватив за руку. — И куда ты собрался на этот раз?       — Всё туда же – за Гримом.       — Каким ещё «Гримом»? — всплеснула свободной рукой та. — Это же всё придумки Трелони!       — Я всё понимаю рассудком, но мне просто необходимо убедиться в этом на практике.       — Да в чём ты собрался убеждаться?! Что эта дворняга реальна? Ну так я её тоже видела. Не может же у нас быть коллективных галлюцинаций!       — Мне волнует не сам факт её присутствия, а скорее её истинная природа. — шатенка ещё подыскивала возражения, а он воспользовался этой заминкой чтобы разжать её хватку и привнести свои доводы. — Гермиона.. я постоянно всюду замечаю именно эту псину, ещё с летних каникул. Хотя – ты сама знаешь – я не верю ни единому слову Трелони и даже лишний раз не думаю о её пророчествах, — последнее слово покинуло его уста сродни брезгливому плевку, — но всё равно.. мне всюду мерещится эта дурацкая башка Зверя! Поэтому я обязан сам во всём этом разобраться. Заявиться к нему на своих условиях.       Состроенная Грейнджер гримаса просто-таки источала сомнение, но следом же её смягчила некая нечитаемая эмоция и общий настрой когтевранки разом переменился. Она сняла поблескивавшие на заходящем солнце заколки и спрятала их в карман, прежде чем забрать отросшую шевелюру в функциональный хвост. Затем она связала углы пол мантии за спиной, да подобрала рукава, закатав их почти по локоть.       — Лёгкие пути не для тебя, да?       — Забавно слышать это от самой загруженной третьекурсницы в истории школы.       Разменяв усмешки друг друга, двоица отправилась вглубь подземного тоннеля, с потолка которого проточился целый перевёрнутый лес кореньев, вынуждавший их двигаться полусогнувшись. Разговоры затрудняла сыплющаяся с них же земля, а потому их путешествие протекало в вынужденном затишье.       Точно и не скажешь, сколько по времени заняло однообразное брождение по подземью, но смены декораций пришлось дожидаться со стиснутыми от нетерпения зубами. А свалилась она внезапно, едва подкоп проторился сквозь стену погреба какой-то заброшки. Углы пустой комнаты украшали натянутые тут и там сетки паутины, а горизонтальные поверхности укрывал плотный пылевой ковёр. Неприкосновенность последнего попирала лишь цепочка разномастных следов, вместе составлявших тропинку, что указывала кратчайший путь на верхний этаж. Юный Поттер первым начал восхождение по приставной лесенке к люку в потолке, но не от какого-то избытка храбрости, а скорее лишь бы преодолеть возникшее замешательство. Ведь чем дальше заходило преследование этой бродячей приметы, тем неординарней обстоятельства вскрывались. К примеру, то же убежище, связанное тайным ходом с земельными владениями Хогвартса, воспринималось чуть ли не насмешкой над всеми раздутыми мерами безопасности. Что ни говори, а слоя обыкновенной почвы оказалось достаточно, для сокрытия от великих и ужасных стражей Азкабана, на протяжении целого учебного года. Да и сам обитатель данного подземья, а также этой запущенной «будки», всё сильнее походил на мыслящее существо, способное – возникни такая надобность – не только взобраться по стоячей лестнице на своих четверых, но и завести выгодную дружбу с представителем, классически одиозного всем пёсьим вида. Впрочем, и сам Косолап был далеко не так прост, как могло подуматься при поверхностном ознакомлении. Вот только являлась ли его нехарактерная сообразительность неотъемлемой чертой уникальной особи, или же навеянной злым духом, приобретённой характеристикой?       Но как бы там ни было, пора рассуждений подошла к концу, будучи потеснена моментом истины. Парнишка вылез на верхний уровень, в котором царила глубокая тьма, разгоняемая единственно его спасительной «лучиной», и споро отыскал во мраке матовые бусины глаз, да поблескивавшую от слюны пасть под ними. Вороная псина внешне ничуть не изменилась, чрезвычайно походя на саму себя в их былые столкновения. Сейчас же она удерживала во рту нечто, при этом неотрывно следя за незваным гостем, и будто бы оценивая его намерения, да прикидывая свои собственные. Сам же вторженец также не спешил ничего предпринимать, для начала попросту поддерживая зрительный контакт, да ведя исключительно пристально-очевое противостояние.       — Гарри, — подспугнул его боевую готовность внезапный шёпот снизу, — он.. там?       — Да. Стоит, не двигается. На меня зырит. — краем рта отрывисто набросал тот.       Далеко не сразу брюнет сподобился признать рыжего кота, вытянувшегося в смехотворной защитной стойке, перед куда как более угрожающим зверем. Питомец Гермионы и впрямь казался одурманенным..       — Косолап! — приметила того и сама хозяйка, едва только выбравшись из проёма люка. — Ко мне, мой хороший..       Однако ж, спевшаяся двоица не двинулась с места. Синхронность и неумолимость их реакций, лишь дополнительно подкрепляли догадки мальчика.       — Похоже Грим на него воздейст..       Оборваться на полуслове его заставила жертва, которую-то он и распознал крепко зажатой в собачьей пасти. То была замызганная крыса, шейку которой фиксировал мёртвый обхват клыкастых челюстей, в то время как тельце полностью вмещала ротовая полость, и лишь облезлый хвост безвольно свисал с её края. Несмотря на всю неприглядность своего положения, добыча пса до сих пор цеплялась за жизнь, что выдавали рефлекторные промаргивания да мелкая дрожь вибрисс. Что-то в безвыходном положении беззащитного грызуна тронуло парня и он сильнее стиснул палочку, уже взятую на изготовку.       — Пусти её. — о том что его поняли правильно немедленно сообщили обнажённые в ответ дёсны. — Плюнь!       Грим лишь попятился, но собравшиеся над его носом складки, да зарождавшийся в глотке глухой рык, ясно доносили намерение огрызаться, хоть бы и до последнего вздоха, но не расставаться с наохоченным. Одновременно с тем, Грейнджер всячески силилась завладеть вниманием своего кошака, но тот исправно повторял всё за своим кумиром. Отрезать этому мохнатому дуэту пути отхода, загоняя всё дальше в угол, ребята не решились, а потому только обменялись бессильным переглядыванием, да временно оставили попытки.       — Не знаю насчёт тебя, — наконец резюмировала вслух когтевранка, — но как по мне, так это вполне обычная дворняга. А мы, похоже, как раз прервали её честно заслуженный ланч.       — А что насчёт Косолапа? — не желал расставаться с ладно выстроенными подозрениями паренёк. — Он всегда себя так ведёт?       — Ну.. — заколебалась та, — не прям так, но.. он довольно своенравный товарищ. Гуляет где и когда вздумается, но всегда возвращается.       Поттер переводил исполненный сомнения взор с живности покрупнее, на ту что поменьше, но отступать не спешил.       — И ты не против, чтобы они разделили на двоих эту помойную крысу?       По лицу шатенки пробежала мимолётная судорога инстинктивного отвращения, но полноценно ответить ей не позволило шебуршение, зародившееся где-то в отдалённых недрах того самого подземья, из которого они изначально и явились. С каждой секундой это копошение становилось всё явственней, обретая неповторимую характерность торопливых шагов. Действуя исключительно по наитию, парнишка дал знак спутнице изготовиться, да и сам прицелился в тёмный лаз, уже прекрасно сознавая что кому-кому, а бесшумной вампирше эта поступь однозначно не приличествовала. Но несмотря на всю моральную готовность, каково же было их общее удивление, когда из люка показался бледный и растрёпанный..       — Профессор Люпин? — тут же недоверчиво осведомился брюнет, разом отпуская всяческую настороженность, ведь появление преподавателя Защиты приходилось тут как нельзя кстати.       Кому как не специалисту в области Тёмных Искусств и подобает развеивать нависшую тучу, от этой исключительно зловещей приметы?       — Гарри?! — ахнул тот, словно от обрушившегося на него из ниоткуда каскада студёной воды, после чего окинул более пристальным взглядом всю их эклектичную компанию. — И Гермиона тоже..       А та с чего-то отказывалась полностью снимать оборону, и продолжала удерживать палочку от окончательного опускания, где-то на уровне груди новоприбывшего. Впрочем, едва только мужчина приметил чёрного пса с крысой во рту, как те безраздельно завладели его вниманием, а парень же счёл момент идеальным, чтобы внести некоторую ясность в сложившееся положение дел.       — Сэр, я понимаю что нам обоим не стоило сюда приходить, но этот пёс.. — заготовленная речь постепенно угасла, ввиду отсутствия какого бы то ни было интереса со стороны.. да всех без исключения присутствующих.       Когтевранка неотрывно следила за учителем, а тот, в свою очередь, буравил взором одного Грима с его добычей. Последняя же целиком занимала и с аппетитом облизывавшегося кота.       — Уверен, что это он? — вдруг обратился к собаке преподаватель, в ответ на что та вполне натурально покивала.       Люпин выдохнул, да будто бы с колоссальным облегчением, но и с немалой тяжестью одновременно, прежде чем прийти к некоему решению. А в результате, ни один из ребят не заметил выхваченной единым порывом палочки, тогда как их собственные уже отправились в полёт до распахнутой длани профессора. Мальчик с глубоким неверием наблюдал за тем, что походило на уже традиционное ежегодное предательство в стане зотишников, но пока ещё слабо понимая на что в конечном счёте нацелен, или хотя бы чем мотивирован сей поступок его давешнего примера для подражания. Подругу же разоружение отнюдь не удивило, а скорее раздосадовало как факт.       — Что вы себе позволяете?! — не сдерживаясь выразила своё негодование она, вроде как бы и понимая безнадёжность любых подобных запросов, но всё же делая их, в надежде оценить накал ситуации, да определить ориентировочный вектор её развития. — Верните нам наши палочки! У вас нет права их изымать!       Но вопреки всем ожидаемым исходам, учитель поднял полураскрытые руки в защитном жесте, никоим образом не выдававшем какой-либо озлобленности, или возможной агрессии по отношению к их двоице.       — Всё так. Но боюсь мне придётся переступить через это неписаное правило, дабы избежать острой реакции с вашей.. а точнее – с твоей стороны, Гарри. Мне жаль. — он и впрямь выглядел искренне сожалеющим, вот только пока не представлялось возможным судить об истинной подоплёке его сожалений. — Однако, раз уж нам всем предоставилась столь редкая возможность поговорить с глазу на глаз, то с моей стороны было бы попросту глупо её упускать.       — Моей.. в смысле.. какая ещё возможность? — путался в так и просившихся на язык возражениях паренёк. — И что вам мешало банально задержать нас после совместного урока? Или просто вызвать к себе в кабинет, да буквально когда угодно?!       — Боюсь под «нами» мы с тобой подразумеваем довольно-таки.. разношёрстную компанию, — загадочно изрёк тот невольно ухмыльнувшись, но быстро вернулся к своей нейтрально-серьёзной мине, — ко всему прочему, не включающую Гермиону. Так.. с чего бы нам начать?       Его глаза обежали видавшую виды комнату и всех собравшихся, прежде чем повторно остановиться на терпеливо выжидавшей собаке, с пасти которой уже свисала загустевшая струйка слюны, но чьи челюсти всё также формировали смертельный капкан, фиксировавший несчастную добычу колодками безысходности.       — Ох чёрт, Лапа.. извини. — и прибавил уже для них: — Первым делом мне просто необходимо разобраться с одним скользким нюансом...       Когда старший спрятал обе их палочки себе в карман, а свою воздел в боевой готовности, ребята одновременно подались друг к дружке, но оказалось что бояться стоило совсем не им.       — Готов? — предварительно удостоверился мужчина, на что пёс отчётливо кивнул да напрягся всем телом.       От нашёптанной формулы заклинания невольных свидетелей отвлекло синеватое сияние, разлившееся по комнате. Оно выхватило из сумрака прытко отскочившего с линии огня Грима, выплюнутое последним к потолку тельце грызуна, и зачарованно поджидавшего того внизу Косолапа. Затем свет заклятия всесторонне объял, укутав обмусоленную крысу со всеми её конечностями, и постепенно раздался, тускнея и оседая на пол уже фигурой взрослого человека, в крайне изношенном костюме. Отходившие от доселе невиданного зрелища, школьники позамирали где стояли, в отличие от того же зотишника, вдогонку поразившего новообращённого лучом алого заклятия, с уверенным выкриком:       — Ступефай!       Всякое напряжение тотчас же сошло с тронутого морщинами и сединой, заросшего лица незнакомца (в котором также проглядывались некоторые грызуноподобные черты), погрузив того в беспросветную отключку, что позволило окружающим как следует его рассмотреть. И если на юных лицах читалось одно только любопытство, то вот выражение Римуса Люпина транслировало лишь столь несвойственную тому, брезгливую неприязнь, уходящую в глубокое презрение.       — Всё-таки правда.. — выдохнул он, опускаясь на колено рядом с собакой да мягко укладывая свою пятерню той на загривок, — после стольких лет, Лапа.. я не смею просить тебя о прощении, но надеюсь что как-нибудь..       Однако псу было явно не до профессорских сентиментов, тогда как он гипнотизировал распростёртое на полу тело, с пылавшей во взоре жгучей ненавистью. Затянувшаяся пауза в череде шокирующих откровений, наконец-таки позволила юному Поттеру преодолеть ступор и начать задавать вопросы.       — Да что за хрень тут творится?! Какой к чертям «Лапа»? Это что одна из кличек Грима? — повалили те непрерывным потоком, словно из размытой плотины. — А это ещё кто? И откуда он вообще взялся?       Будто бы вспомнив о своих учительских обязанностях, зотишник выпрямился и сделал шаг вперёд, приготовившись выступать уже перед классом из двух.       — Ну-с.. полагаю и тут будет уместнее всего начать с представлений. — и он не шутил, принявшись поочерёдно указывать на присутствующих, начиная с себя самого. — Как тебе уже известно, я – школьный друг твоих родителей и один из Мародёров, под прозвищем Лунатик, — брюнет уже намеревался грубо оборвать преподавателя, настолько снисходительными и бесполезными воспринимались эти наигранные представления, но тот предупредительно взметнул ладонь, предвидя его вмешательство, и указал на оглушённого им чужака, — этот.. мужчина, — пожалуй невозможно было передать прописные кавычки на речи явственнее, — тоже принадлежал к нашей четвёрке, как Хвост. По-настоящему же его звали Питер Петтигрю. А тот кого ты зовёшь Гримом..       — Сириус Блэк.. — только сейчас на мальчика снизошло озарение о некогда затронутом вскользь, но нынче представавшем уже в реальности.       — Да, это он. — последовало краткое подтверждение.       — Анимагия.. — претерпела своё осознание и долго молчавшая Грейнджер.       — Так и есть. Все Мародёры, за исключением одного меня, самостоятельно выучились на анимагов.       — Да. А вы ещё и оказались настоящим перевёртышем.. — зло припечатала она.       — Можешь говорить и без экивоков, Гермиона. — устало вздохнул Люпин.       — И скажу! Вы – оборотень!       Обвинение повисло между ними тяжёлым духом, лишь усугубляемое отсутствием какого бы то ни было опровержения со стороны профессора. И даже напротив: последний с готовностью покачал подбородком, в выражении полного смирения с рассекречиванием. Вот только из чего конкретно произрастало упомянутое спокойствие в принятии собственной судьбы: из приобретённого со временем безразличия к её проискам, или же из твёрдой убеждённости, что раскрытая тайна не покинет стен этой забытой халупы?       — Это правда? — уточнил Гарри, выигрывая время для разработки экстренного плана побега.       — Насчёт оборотничества – чистая правда. — не помедлил с разъяснением тот, поглядывая на шатенку исподлобья. — Хоть пока и ума не приложу, при каких именно обстоятельствах тебе это открылось. Но думается мне, что.. где-то после урока Защиты с профессором Снейпом?       — Тогда у меня появились первые подозрения. — не стала отрицать когтевранка. — Но главную идею мне подкинули ваши ежемесячные отсутствия за столом преподавателей в Большом Зале.       — Впечатляет. Особенно с учётом плотности твоего учебного графика..       — Уж извините, но сейчас меня как-то не трогают ваши похвалы. — жёстко заявила та.       — Понимаю как всё это может выглядеть со стороны, но..       — Но что?! — поддаваясь пульсирующему в висках раздражению, влез уже со своими претензиями парнишка. — У вас имеются достойные оправдания и для того, чтобы оставить меня безоружным перед убийцей моей семьи?!       — Сириус не убивал твоих родителей, Гарри. — серьёзно произнёс мужчина. — Вина за гибель Джеймса и Лили полностью лежит на одном Питере. Конечно, не считая самого Волан-де-Морта..       — Как удобно.. ещё и все в сборе. Вот только я своими ушами слышал, да от самого министра магии, что Блэк испарил Петтигрю!       — Для непосвящённых в тайну нелегальной анимагии он и впрямь «испарился», а для самого Сириуса – попросту небрежно перекинулся, да смылся через канализацию. Но, вижу такими темпами мы ни к чему не придём..       Следом приключилась очередная неожиданность: Люпин возвратил им обоим палочки, а собственную наоборот – упрятал в карман. И произошло это – на секундочку – за считанные мгновения до намеченной попытки побега, вопреки фундаментальному замыслу которой, Поттер теперь перекатывал свою боевую указку между пальцами, с довольно-таки глупым видом. Псевдопредрассудку подобное решение также пришлось не по нраву, о чём он и дал всем знать раскатистым рычанием.       — Спокойно, Сириус. Мы просто обязаны представить Гарри свою версию тех событий, на самый крайний случай и если дело таки не выгорит, а на нас повесят всех.. словом, мы задолжали Гарри правду. — Лапа нехотя уступил а Лунатик присел, устраиваясь поудобнее на покатой спине мерно сопящего Хвоста, и вновь обратился к остолбеневшим подросткам: — Взамен, от вас я попрошу только одного – выслушайте все мои доводы, а после уж поступайте как знаете.       Двоица обменялась растерянными взглядами, но с учётом общей резонности просьбы, и причин для отказа как-то не возникло. А потому они лишь поочерёдно дали своё добро, дозволяя профессору приступить к изложению.       — Хм.. — основательно призадумался тот, перед решительным приступом, — полагаю, мне придётся начать с краткой предыстории наших школьных лет. Иначе от вас ускользнёт слишком много контекста.       Чёрный пёс напоследок обозначил свою неудовлетворённость задумкой клеврета, но на сей раз не проявил пущего упорства, обосновавшись где-то в тени, за телесным щитом обоих Мародёров. Ну а Люпин, никак не прокомментировав недовольство подельника, вернулся в своё повествовательное русло, словно бы на каком-то внеплановом факультативе.       — Сразу отмечу: можете не опасаться моего.. недуга. Я становлюсь заразен только после превращения, а его смягчает регулярный приём специального снадобья. Так что вам двоим ровным счётом ничего не угрожает. — после данного уточнения, упомянутым задышалось куда свободнее. — Заразился я ещё в раннем детстве, от одного злопамятного ликана, который позже примкнул к Волан-де-Морту. По вполне очевидным причинам, это событие отразилось на всей моей дальнейшей жизни. И дело не только в мучительности самих трансформаций, но и в одиночестве, на которое тебя обрекает подобный образ жизни. Мне бы пришлось распрощаться со всякими надеждами на нормальное существование в магическом сообществе, не прояви профессор Дамблдор исключительного понимания к моей ситуации. Он не просто принял меня в Хогвартс, но и обеспечил мне все условия, включая индивидуальные поправки к расписанию занятий, да постройку целого убежища на безопасном удалении от замка, где я бы мог без происшествий переживать полнолуния. Не говоря уж об экзотичном страже, в виде чрезвычайно редкой Громадрынской Ракиты..       Следуя за расфокусированным взором преподавателя, ребята с запозданием пришли к тому же, к чему он их обстоятельно подводил.       — Так эта «Визжащая хижина».. — сделала было вывод девушка, когда учитель окончательно развеял её сомнения.       — .. была отстроена с нуля, специально для моих «особых нужд». И даже саму Ракиту натаскали под мои ежемесячные посещения.. — взгляд мужчины прояснялся по ходу приближения к сути дела. — Но повезло мне не только лишь с расположением директора. Несмотря на скудные социальные навыки, ещё в первый месяц обучения мне каким-то образом удалось сдружиться с двоицей будущих популярнейших студентов курса – Джеймсом Поттером и Сириусом Блэком. Несмотря на всё своё раздолбайство, эта парочка всегда умудрялась поспевать на всех житейских фронтах. И видимо они попросту сочли мою замкнутость, как своего рода вызов.. — просветлевшее было лицо, быстро осунулось при возвращении к серой действительности. — Тогда же к нам прибился и Питер. Он всегда выбирал сторону сильного.. по крайней мере, в его собственных глазах. — низверженный удостоился лишь мимолётного огляда со стороны бывшего товарища. — Не стану утомлять вас и Лапу пересказом наших школьных будней, но достаточно сказать что мы трое успели крепко подружиться. Так-то наружу неминуемо и выплыл мой главный секрет. Однако, вопреки моим самым пессимистичным прогнозам, друзья и тут не оставили меня одного. Напротив, все трое потратили около трёх лет на обучение анимагии, только чтобы составлять мне компанию в зверином обличье. — в ответ на недопонимание в глазах ребят последовало скорое пояснение: — Сытые оборотни не склонны попусту нападать на других животных. Они всегда предпочитают людей. Вдобавок, волшебники в анимагической форме имеют временную резистентность к ликантропии.       Люпин малость расчувствовался и помолчал, словно бы отсрочивая возвращение давно прошедшей перемены.       — На последних курсах в Хогвартсе как никогда обострились пуристские веяния. Школьные радикалы после выпуска сформировали костяк Пожирателей Смерти и взялись стремительно наращивать число своих единомышленников. В полном сборе те уже очень скоро начали походить на полноценную армию. Скорее всего, тогда-то Питер и начал подумывать над сменой лагеря, в то время как мы с Джеймсом и Сириусом сразу же поддержали Дамблдора, а затем и пополнили ряды новосформированного Ордена Феникса. Вам ведь известно об этой организации?       Юный Поттер утвердительно кивнул за них обоих, а псевдо-Грим отчего-то насторожился и навострил уши да принюхался, но его сообщник не придал тому значения, видимо занятый структурированием в памяти давно ушедших дней.       — Хорошо, так вот.. После нашего выпуска из школы конфликт с пуристами перешёл в горячую фазу, которую спровоцировало принятие некоторых законодательных послаблений в отношении Статута о Секретности. И несмотря на численное превосходство аппаратных сотрудников с Министерств всего волшебного мира, между ними и близко не наблюдалось даже подобия единения, или должной кооперации. А разведывательно-внедрительная активность агентов из стана врага, лишь усложняла наведение глобальных мостов, наряду с повсеместными насильственными и террористическими актами, направленными против всех неугодных пуристам сородичей, да других магических народов. Впрочем, проблемы возникали и на локальном уровне: тому же Ордену, с небезызвестным Альбусом Дамблдором во главе, приходилось то и дело доказывать свою лояльность британскому Министерству, да планировать собственные полевые операции исходя из прихотей Аврората, который обладал ключевыми полномочиями и привилегиями на протяжённости всего военного положения. Начальники мракоборцев – как один – не приемлели самого факта наличия автономных, пусть и союзных боевых формирований, на территории Соединённого Королевства. — даже столь отдалённые во времени воспоминания преуспели в том, чтобы насытить преимущественно нейтральную мину профессора оттенками раздражения. — Но я рассказываю вам обо всём этом, лишь чтобы донести причины, по которым Поттерам в конечном счёте пришлось отправиться в вынужденную изоляцию. На момент тайной женитьбы и беременности Лили, Орден Феникса уже доказал немалую эффективность в противостоянии Волан-де-Морту и его прихвостням. Разумеется, во многом за счёт силы личности его лидера, не говоря уже о насыщенной предыстории нынешнего директора, с аналогичным боевым опытом. Но все кто не мог посоперничать статусностью с Дамблдором – то есть, буквально все остальные – рано или поздно возглавили убойные перечни Пожирателей. Когда же раскол в министерских рядах скомпрометировал и весь институт власти, а информация о многих членах Ордена выплыла в открытый доступ, то на них открылся настоящий сезон охоты. — на усталом лице проступили отголоски разбережённой грусти. — Очень многих тогда застали врасплох и попросту задавили числом. Правда, немало жизней удалось и спасти, исключительно благодаря прозорливости Дамблдора и использованию древних Узилищ Верности.       — А что это за «Узилища» такие? — смутно припоминая уже некогда слышанный термин, осведомился брюнет, а шатенка рядом – попросту выразила молчаливую солидарность с запросом.       — Узилища Верности, также известные как Чары Фиделиуса, это одна из надёжнейших мер для охранения, посредством полного заключения любой магической сущности. Это высококлассное заклятие вырывает целую область из реальности и помещает её в саму безразмерность Небытия. При этом, единственным связующим звеном с реальным миром назначается один избранный Хранитель Тайны. А вот для самого наложения зачастую требуется слаженный тандем из нескольких волшебников, ну или один, но крайне могущественный. Среди нас присутствовал лишь один подобный.       Уточнять кто именно уже и не требовалось, но профессиональная деформация брала своё.       — Дамблдор самолично исполнил ритуал и сокрыл Поттеров, вместе с их загородным домом, в Небытии. А Сириуса назначил Хранителем.       Люпин как раз обменивался долгим переглядыванием со старым другом в собачьей шкуре, когда того внезапно сбило с лап разразившейся будто бы из ниоткуда, красноватой вспышкой. У Гарри ушли считанные секунды на то, чтобы проморгаться от рябения слепящих пятен, а подскочивший преподаватель уже успел лишиться палочки, в молниеносной схватке со своим злопамятным коллегой, который как раз сбрасывал до боли знакомую Мантию..       — Жаль прерывать столь душещипательное воссоединение, хотя.. кого я обманываю – не жаль ни минима! — ликующий Снейп перекинул полупрозрачную ткань через локтевой сгиб, ни на мгновение не сводя боевой указки и с безоружного Римуса. — Чудесная мантия, Поттер, премного вам благодарен. Взамен можете рассчитывать, что я даже не накажу факультет штрафными баллами за вашу пустоголовую выходку. Чего, впрочем, нельзя сказать о вас мисс Грейнджер.. Пусть вы и упустили год школы, но от образцовой ученицы я ожидал куда большей осмотрительности.       — Северус, уверяю вас, вы неправильно оцениваете ситуац..       — Приберегите свои заверения для суда присяжных. — по резкому взмаху палочки чёрного дерева, звуковой поток как отрезало, хотя губы зотишника продолжали артикулировать вхолостую. — Я-то их уже наслушался. А если вам не по душе мои предвзятые суждения, то будьте уверены – Министерство предоставит вашей неразлучной троице великое многообразие дознавателей, и хоть один из которых да придётся вам по вкусу.       Зельевар настолько упивался своим торжеством, что и трезвость его рассудка начала обрастать серьёзными сомнениями. К тому же, парню не нравилось сколь пренебрежительно тот отмахивался от добровольных показаний, которые – в худшем случае – можно было запросто пропустить мимо ушей.       — Сэр, — робко начал он, — почему бы нам не выслушать профессора Люпина? Ну что плохого может..       — Молчать, Поттер! — рявкнул декан Слизерина, обрывая на полуслове и его поползновение. — Советы от ветроголового недоросля мне сдались ничуть не больше! Помалкивали бы в тряпочку, имейся у вас хоть капля стыда! Так нет же – напитались отцовской дуростью, да в такой степени, что никакими вальцами не отожмёшь!       Мальчик поутих, медленно переваривая поношения на малоизведанной почве, но у обитателя подземелий ещё не перевелись плевки той же направленности.       — Эх, сколь презабавно всё складывается.. — рука мужчины не дрогнула, тогда как тёмные глаза мигом обежали полумрак голой комнаты, — на этом самом месте твой лицемерный папаша некогда разыгрывал героя, а вот мне то представление едва не стоило жизни. Ну а теперь я снова, чуть ли не за шкирку вытягиваю из беды его неблагодарного отпрыска, пока тот знай огрызается да отбрыкивается!       Из глотки Снейпа донёсся гулкий гогот, от несвойственности которого всех слушателей почти синхронно проняло скоропреходящим ознобом.       — Да сдался вам мой отец! — не выдержал довления скопившихся недосказанностей паренёк. — Я его знать не знаю, так что хватит меня с ним сравнивать! Лучше бы послушали версию Люпина, и насчёт Питера Петтигрю..       — Не смей мне указывать, мальчишка! — незамедлительно гаркнули в ответ. — К твоему явно ограниченному сведению, я тут присутствую уже довольно продолжительное время и услышал более чем достаточно. А все подробности наша оставшаяся троица «Мародёров» будет втирать уже должностным лицам, которым и платят за выслушивание подобных излияний.       Палочка в крепко стиснутом кулаке юного Поттера вздыбилась, указав куда-то в область нахождения зельевара, что и послужило поводом для очередного невербального заклятия, на сей раз – Разоружения. Повторное лишение единственного инструмента защиты основательно выбесило и без того взволнованного парнишку.       — Какого хрена?! Верните мне мою палочку!       — Что я говорил по поводу раздачи указаний, недалёкий вы мой? — издевательски произнёс декан нараспев, одновременно пакуя подозреваемых в плотный верёвочный кокон. — Вы, Поттер, не устаёте доказывать, что от вас следует ожидать какой-нибудь глупости в любом состоянии сознания, а в теперешнем – и подавно. Так что не вынуждайте меня прибегать к магии, а просто помолчите, да хоть раз в жизни прислушайтесь к старшим! — обёрнутые на манер диспропорциональных катушек ниток, пленники воспарили да проплыли к люку, повинуясь мановению упёртого учителя, который следом указал на выход и им двоим: — После вас.       К вящему удивлению парня, Гермиона подчинилась требованию беспрекословно, а вот его самого мелко затрясло, парализуя от едва сдерживаемой ярости. Он пребывал в шаге от того чтобы броситься на ненавистного преподавателя с кулаками, но его более чем осознанную ошибку опередила уже которая за вечер красная вспышка. Однако на этот раз рухнул сам Снейп, тем самым открыв обзору брюнета перепуганную собственными деяниями когтевранку.       — Ты.. уже разучивала это заклинание? — не придумал чего поуместнее и он.       — Нет.. — пролепетала она, — оно просто несколько раз приводилось как базовое, на вооружении Аврората.. да и спин с руной были такие простые и запоминающиеся.. — лицезрение учинённого постепенно настигало, доселе довольно невинную девушку, — вот чёрт.. что же я наделала?!       Гарри поспешил поддержать оседавшую шатенку под руки, да хоть как-то утешить.       — Ничего непоправимого ты не сделала. Это я уже собирался кинуться на него с голыми руками.. А Снейп так вообще повёл себя как баран.       — Я напала на учителя.. — отчаянно шептала та, — да меня только за это исключат!       — Можно свалить всё на аффект.       — На аф-фект?..       — Ага, на него.. в крайнем случае, я возьму вину на себя. Со мной-то точно ничего не сделают, пока Дамблдор тут в директорах.       Тут-то внимание ребят и привлекла немая просьба в широко распахнутых очах скрученного зотишника. На освобождение того от пут ушло немало их скромных магических потуг, ввиду плотного прилегания тех к телу, но в конце концов Люпин с облегчением распрямился, да невербально же вернул себе голос.       — Вам конечно не стоило так поступать, — неодобрительно покачал головой он, — но всё же я очень благодарен за помощь.       — Откуда он узнал где нас искать? — переступив через взаимные любезничанья, осведомился о насущном паренёк, попутно заталкивая в карман свою драгоценную Мантию.       — Мы виделись с ним незадолго до того, как Лапа меня вызвал. — в выражение его лица закралось осознание собственной провинности. — Должно быть, из-за спешки я забыл стереть Карту..       — Лапа вас сюда «вызвал»? — заинтересовалась иным аспектом сказанного Грейнджер.       — Ну да. С тех пор как ко мне в руки попала наша старая Карта, мы с Сириусом сошлись на условных пробежках в определённых местах, для вызова на встречу и передачи прочих односложных посланий.       У Гермионы на очереди явно ещё имелись и расспросы про Карту, но её опередило наблюдение самого преподавателя.       — Вижу тебе уже передали мантию Джеймса. Я конечно уже слышал о плаще-невидимке, но просто не сразу сложил два и два..       В единственном взгляде читалась этакая прорва ностальгии, сопоставимой разве что с той, которую вызывала в молодом профессоре памятная Карта.       — Дамблдор прислал, ещё на первом году обучения. — поделился мальчик.       — Ах да, припоминаю.. Лили писала что Альбус выпросил Мантию у Джеймса, для каких-то научных изысканий. Должно быть, она так и осела у него на руках.       Вновь всплывшее имя опекуна, вдруг навело парнишку на интересный вопрос, и даже на парочку.       — А почему Дамблдор сам не стал Хранителем Тайны родителей? И что вообще случилось дальше, между Блэком и Петтигрю?       Люпин глубоко вздохнул, тем самым давая некое представление о временном охвате оставшейся истории, но перед тем как вернуться к роли к рассказчика он привёл в сознание своего звероподобного товарища (которого понадобилось ещё и с пару минут обходительнейшим образом успокаивать), да дополнительно обездвижил незваного соперника.       — Так, сперва насчёт твоего первого вопроса, — он повторно расположился на поверженном Хвосте, словно опасаясь ненароком того упустить, при отсутствии постоянного физического контакта, — Узилища Верности способны связать лишь ограниченную область пространства с одним-единственным Хранителем, который служит своеобразным якорем в физической реальности, без которого весь помещённый под охрану объект рискует задрифтовать, да с концами затеряться в Небытии. Не могу сказать по какой именно причине Дамблдор отказался, но будь уверен – не тебя одного посетила эдакая соблазнительная идея. Возможно его уже связывали обязательства перед другим Узилищем, о котором профессор был не готов распространяться, а возможно он не хотел упускать возможность посещать вверенный ему под охрану дом, кто знает.. Но как бы там ни было, а Поттеров с Лонгботтомами по итогу укрыли, как наиболее вероятных жертв следующего нападения.       — Лонгботтомов? — подала голос Грейнджер.       — Меня также удивила подобная выборочность. Но насколько мне известно, немалую роль тут сыграли некие пророчества. — когтевранка продолжала взирать на присутствующих в вящем непонимании, но брюнет лишь мрачно кивнул, что было воспринято старшим как сигнал к продолжению. — Боюсь, все подробности мне неизвестны, ведь к тому моменту я уже очень давно находился под прикрытием в стае оборотней, выступавших на стороне Волан-де-Морта. Из-за этого я месяцами не виделся ни с кем из своих лучших друзей, а они почти не пересекались друг с другом. Лили и Джеймс, будучи неуёмными да сердобольными деятелями по жизни, потихоньку зверели сидя взаперти, пусть и с единственной отдушиной в лице тебя, Гарри. А вот нам с Сириусом и Питером приходилось соблюдать социальную дистанцию, дабы не вызывать ненужных подозрений. Не удивлюсь, если моя роль плодила и вполне естественные подозрения, даже в среде самых близких мне людей. — последнее замечание проложило мостик взаимопонимания, сопроводившийся наиболее продолжительным переглядыванием между двумя друзьями. — А если держать в уме эту изоляцию, то не особо и удивляет ни как быстро Питер скатился до вражеского прихвостня, ни то сколь скоропалительно Сириус бросился ему на выручку по первому же зову, оказавшемуся вероломной западнёй. — опущенный долу взор, с чего-то преисполнился незаслуженной вины. — Я тут забыл упомянуть одно из главных преимуществ Узилищ Верности: покуда жив Хранитель, саму тайну расположения дома не вызнать никаким способом. Даже выпытать не удастся. И не только оттого что никакой точки отсчёта, или системы координат, в Небытии не существует как таковых, но и в силу магического блока, в крайнем случае способном моментально убить носителя секрета, ещё до его разглашения. И даже если бы Пожирателям вздумалось попросту заявиться по последнему адресу прописки Поттеров, то они не только бы не отыскали нужного дома, как бы не старались, но и даже забредя непосредственно в его предместья, никоим образом не приблизились бы к нахождению нужного строения. Ведь место, удалённое из бытия подобным образом, вызывает мощное отторгающее воздействие на психику живого организма, которое тот стремится компенсировать первым подвернувшимся оправданием. Ну и решением убраться подальше с пустыми руками, а себе объяснить неудачу уже задним числом. Эдакие подмены понятий – далеко не в новинку для нашего разума.       Словом, не имея возможности попросту выпытать из Сириуса правду, поймавшие его Пожиратели занялись планомерным угнетением и сломом его рассудка. Знаю только.. что в ход шла тёмная магия и зелья, вместе доведшие Лапу до около невменяемого состояния, в котором-то он и переназначил Петтигрю Хр-ранителем..       Голос мужчины дрогнул и он прервался, дабы элементарно утереть глаза. Последние увлажнились и у шатенки, но юный Поттер, за свою недолгую жизнь, уже воспринял столько лжи, что и сейчас сразу не давал воли эмоциям.       — А откуда вы обо всём этом узнали, если были под прикрытием у оборотней? Это он вам рассказал? И тогда почему сейчас отмалчивается?       Зотишник всморкнул да отнял руки от физиономии.       — Дойдём и до этого. — чёрный пёс встал к нему поближе, будто бы выражая бессловесную поддержку, но по-прежнему не смещая фокуса внимания с бессознательного оборванца. — Учитывая открывшиеся перспективы внезапного нападения, Волан-де-Морт решил самолично и показательно разделаться с Поттерами, а запланировал нападение на ближайший праздник, которым оказался Хэллоуин. Они вдвоём отправились в Годрикову Впадину и Хвост пустил своего нового мастера внутрь дома. Излишне и упоминать, что твои родители потеряли бдительность от столь длительного пребывания в заточении, а застать их врасплох не составило бы труда и самому Питеру. Волан-де-Морт убил Джеймса первым ещё в прихожей. Твой отец кинулся на него безоружным, лишь бы выиграть время вам с Лили. Но, конечно, бежать уже было поздно.. а вдобавок и некуда. Эта мразь загнала твою мать в спальню второго этажа, да там же и прикончила.. прямо у твоей кроватки. — Лунатик уже попросту не размыкал очей по ходу повествования, а мальчику стало тяжко на него смотреть, словно бы от стороннего созерцания чужого горя, которое на деле являлось его же собственным. — Едва погибли твои родители, разрушились и Чары Фиделиуса. Лишившись своеобразных якорей уже в Небытии, дом форсированно возвратился в реальность и сильно покосился, но выстоял. Об этом Ордену сообщила волшебница по-соседству, прямо с места событий – миссис Бэгшот. Дамблдор, всё же не будучи полностью уверен в достоверности информации, отправил ближайшего подчинённого на выяснение всех обстоятельств. Им оказался Хагрид. — преподаватель наконец смог встретить его взгляд. — Параллельно со всем этим, к Сириусу медленно возвращались зачатки осознания. Его надобность Пожирателям была уже исчерпана, а потому и охраняли его искалеченное ментальными пытками тело поскольку-постольку – до скорейшей передачи на растерзание родне. Не представляю откуда у него в том положении взялись силы или воля к действию, но Лапе таки удалось перекинуться в свою звериную ипостась. И, как ни странно, превращение в собаку сработало, преобразовав человеческий мозг достаточным образом, чтобы облегчить помутнение рассудка. Как видно Хвост не успел растрепать своему «Лорду» всего, ведь внезапный побег около недееспособного пленника смог застать Пожирателей врасплох. Затем Сириус снова меня удивил, ведь отбежав на достаточное расстояние, он сумел аппарировать прямиком в Годрикову Впадину.       — А волшебники могут аппарировать без волшебной палочки? — проявила живость ума и памяти когтевранка.       — Далеко не все. И по сей день доподлинно неизвестно, чего для аппарации требуется больше – первозданного магического потенциала, или чистой силы характера. Но, в перспективе, могу с убеждённостью сказать, что лично я склоняюсь к последнему. — а поймав недовольный зырк от главного фигуранта всего рассказа, которому очевидно приходились не по душе зачастившие восхваления, Люпин спешно вернулся к основной канве. — По моим толкованиям, до какого-либо подобия здравомыслия Сириусу тогда было ещё далеко, но острая ненависть поддерживала цель ясной в его сознании. Он застал Петтигрю уже у полуразрушенного дома Поттеров, но ещё до прибытия Рубеуса. Тот, похоже, никак не мог поверить в гибель своего нового повелителя и шастал снаружи, боясь даже зайти да проверить. Лапа сразу же атаковал, но без палочки на его стороне была одна внезапность, а потому и этому мерзкому двурушнику удалось отбиться. К большой неудаче, первым же заклятием он решил обратить превращение Сириуса, и когда тот вернулся к недееспособному состоянию, то быстренько прикинул возможные исходы и сфальсифицировал собственную смерть. Перед побегом он погубил ещё около дюжины невинных маглов, разорвав их в клочья на глазах у целой толпы зевак, что подошли поглазеть на возникшие из ниоткуда развалины. Оплошал он только в трансформации, оставив за собой одёжку, но это лишь сыграло ему на руку и выставило Сириуса ещё большим извергом.       — Получается, — хладнокровно резюмировал услышанное брюнет, — Блэк и сейчас не сможет трансформироваться в человека, чтобы подтвердить ваши слова. Тогда, почему бы нам заодно не расспросить самого Петтигрю, раз уж вы его поймали?       — Мы.. — подельники синхронно переглянулись, а пёс даже подкрепил свою решительность рычанием, — не станем так рисковать. Целый учебный год мы потратили на охоту за этим вертлявым мерзавцем. Ты уж извини Гарри, но в этом конкретном случае, и одной своей уверенности мне более чем достаточно, для вынесения окончательного приговора.       Неуступчивость преисполняла взор визави, а потому парень решил для начала высветить истоки этакой убеждённости.       — Вы не могли поймать его весь этот год? — его тон насытился вполне искренним скепсисом, ведь в это и впрямь было трудно поверить.       — Понимаю какой некомпетентностью это отдаёт без контекста, — возвёл очи горе учитель, — но выслеживание Хвоста – далеко не единственное над чем мы работали. Не говоря уже о том, что ещё только направляясь в школу на Хогвартс-Экспрессе, я относился к Сириусу куда предвзятее вашего.       — Тогда.. что же поменялось?       — Ладно, пробежимся ещё и по этому курсу. Лапа, пожалуйста.. — собачье нетерпение рвалось наружу нутряным рокотом, но помаленьку сходило на нет, только лишь по отчаянной мольбе друга, — Благодарю. Я постараюсь побыстрее.       Должно быть, зотишнику и самому уже приелись эти истории, переходящие одна в другую да вытягивающие последующую (и так вплоть до энной), раз уж его ступня взялась отбивать боевой ритм, а речь ускорилась до обрывистости.       — Пожалуй, начнём с побега Сириуса из Азкабана. Очевидно анимагия меняет человека настолько, что даже дементоры перестают воспринимать его как былого узника. Министерство так и не прознало о главном секрете Мародёров, а раскрывать его постфактум мне тогда показалось уже излишним, учитывая что последний живой носитель тайны и так находился под стражей. Арестовывали же Лапу в людском обличье, и в крайне нездоровом состоянии ума. Но на тот момент, мне не хотелось ему и в глаза смотреть, не то что навещать в тюрьме. А каждый последующий месяц без эксцессов, лишь укреплял моё нежелание с ним видеться. Тогда мне казалось, что он полностью заслужил свою участь. — мужчина смахнул сожаления о днях ушедших, прежде чем те сумели как следует им овладеть. — Почти двенадцать лет Сириус прострадал там как обычный заключённый и лишь случайно разглядев на обложке газеты фотографию Петтигрю, он сумел вспомнить самую суть себя и перекинуться.       — Стоп, он увидел фотографию Петтигрю в форме крысы, да ещё и на первой полосе какой-то газеты? — в густоту совпадений на единицу времени как-то совсем не верилось, даже на фоне всех откровений этого вечера.       — Не какой-то там газеты, а самого «Ежедневного Пророка».       — Вы же.. не рассчитываете что я в это поверю? — неуверенно протянул Поттер.       — Тут тебе виднее, — ничуть не смутился Лунатик, — ведь ты также присутствовал на той фотографии.       Подозрения в горячечном бреде сменились мощнейшим осознанием, от которого широко распахнулись глаза, да безвольно отпала челюсть.       — Не может.. это.. Парша?!       — Так и есть. Старая ручная крыса твоего однокурсника. — с готовностью и пониманием принимая его реакцию, проговорил преподаватель. — Мне также не хватало междометий, когда Лапа притащил мне тот старый обмусоленный номер, в качестве доказательства своих слов.       — То есть.. Петтигрю тогда прибился к отцу Драко? — принялся соединять точки парнишка.       — Скорее попал в услужение. Сильно сомневаюсь, что такой человек как Люциус Малфой, запросто приютил бы бывшего соратника, без каких-нибудь кабальных условий, или далекоидущих договорённостей.       Многое стыковалось, за исключением пожалуй одного временного аспекта.       — Так если вы точно знали у кого скрывается Питер, а он о ваших планах и не подозревал, то почему..       Люпин только махнул рукой, моментально поняв к чему он ведёт.       — Чего только не пошло наперекосяк в этом году.. Впрочем, от подобной вакансии сложно было и ожидать чего-то иного, но когда сам Дамблдор обратился ко мне с просьбой и предложением работы, то у меня и в мыслях не было ему отказывать. Не только из-за выказанной чести или доверия, но также и из вполне материальных побуждений. — взор учителя потускнел. — Перед другими оборотнями на гражданке, обычно не открывается столь привлекательных перспектив.       — А почему он вообще предложил вам место? — внезапно присоединилась к разговору Гермиона, и следом же смягчила не предусмотренную сухость подачи. — Я имею в виду.. он ведь не мог не знать о вашей болезни, и о всех серьёзных последствиях, случись тому же секрету раскрыться.       — Хороший вопрос.. — призадумался тот, — Дамблдору вообще свойственно принимать – на первый взгляд – крайне противоречивые решения, по одному только ему ведомым причинам. Но ведь и с позитивностью результатов, впоследствии, чаще всего и не поспоришь. Подозреваю, что..       Но озвучивать свои подозрения профессор как-то не спешил, вынудив паренька себя поторопить.       — Подозреваете?..       — Мне кажется маловероятным, — осторожно подбирая слова начал он, — чтобы именно я больше прочих подходил на роль преподавателя Защиты от Тёмных Искусств. Как-никак, в старых знакомых у директора водится масса куда как более компетентных в данной области.. к примеру, мракоборцев в отставке. Уверен, многие из них без лишних вопросов согласились бы, как минимум, на год преподавания в Хогвартсе. Но именно в период когда сбегает Сириус, жребий судьбы указывает на его недостойного старого друга.. — Лунатик порывисто вздохнул и растёр физиономию ладонями, а в завершение выдал: — Само по себе, это бы походило не более чем на занятное стечение обстоятельств, если бы сам Дамблдор изначально не оставил Лапе тот особенный номер «Ежедневного Пророка»..       — Дамблдор лично навещал Сириуса Блэка в тюрьме? — удивилась девушка, а её ровесник лишь заскрипел зубами.       — Сразу после убийства Поттеров, он активно настаивал на помещении Сириуса в крыло общего режима. Тогда это удивляло всех членов Ордена, но учитывая что Лапа при любом раскладе оставался в заключении, никто и не придавал этой причуде особого значения. Так что само посещение как раз не удивляет, в отличие от судьбоносно позабытой газеты..       — Так он хотел чтобы вы с Блэком пересеклись? — процедил мальчик.       — Не имею ни малейшего представления, чего желал сам директор, но мы действительно пересеклись по пути в Хогвартс. — зотишник органично влился в оставленное русло повествования. — Мне тогда выделили целый вагон в хвосте, для спокойного отхода от превращения первого числа. Без качественных снадобий профессора Снейпа последствия от трансформации ощущаются куда суровей, но в то же время я не мог себе позволить пропустить адаптацию к чарам замка. Лапа тоже решил проехать в крытом вагоне, но с конечной целью выследить Хвоста по его приметному хозяину. А я уже столько раз видел Сириуса в собачьем обличье, что мигом его узнал. Тогда же я понял что мой старый друг невиновен в гибели Поттеров, ведь вместо того чтобы рвануть на поиски Гарри пока я был не в состоянии его остановить, он попытался что-то до меня донести. А наши безуспешные попытки объясниться, в конце концов оказались прерваны появлением дементоров. Лапе пришлось удирать от клешней их обыска через дезаппарацию, и то что он не преодолел адаптационную поездку, послужило первым затруднением для нашей охоты за Питером. Ведь у меня самого, как у бывшего студента Гриффиндора, не было ни единого повода заявиться в гостиную Слизерина с внезапным ностальгическим визитом. В противном случае, Северусу уж точно бы нашлось что сказать по данному поводу. Итого, приходилось уповать на предприимчивость и упорство самого Сириуса, да собачьи навыки скрытности. Насколько последние были оправданы, вы можете судить по распространившимся вскоре слухам о Гриме. — пёс определённо выглядел уязвлённым, но подтрунивания Люпина были слишком беззлобны, чтобы надолго об них обижаться. — С возросшей популярностью Чёрного Шака среди студентов, Лапе пришлось ограничиться использованием тайных ходов, да и то далеко не всех – большинство требовали чисто людских манипуляций для открытия прохода. Благо, тот что не требовал пароля и только недавно обрушился за зеркалом четвёртого этажа, оставил лаз: слишком узкий для человека, но идеальный для протискивания собаки. Где-то в течение полумесяца, покуда проходила его адаптация к Хогвартсу, мы только навёрстывали по всем иным фронтам: определялись с убежищем и пропитанием, а также находили общий язык и.. просто общались. Пусть и в несколько одностороннем порядке, но впервые за целых двенадцать лет. И если относительно безопасное убежище очень скоро нашлось прямо тут, под надёжным пугалом Ракиты, то вот со стабильной переправкой пищи пришлось основательно провозиться, чтобы не привлечь внимания дементоров. Лапа и так успел усложнить нам жизнь, неоднократно показавшись тебе на глаза..       — А зачем он ко мне подошёл в Литтл Уингинге? — вдруг вспомнил парень. — Это ведь был он?       — Желание впервые взглянуть на повзрослевшего сына Джеймса, терзало не одного только Сириуса, поверь. — отвлечённо заметил Лунатик. — Так что и за упомянутые оплошности я его совсем не виню – сам грешен. Но касательно нашей охоты за Петтигрю.. к ней нежданно подключился наш самый незаменимый сообщник – Косолап.       — Кот.. Гермионы? — подруга выглядела не менее озадаченной, а юного Поттера вновь принялось разбирать недовольство. — Ага, и что дальше? Жаба Невилла – следующий кандидат в вашу команду?       — Я абсолютно серьёзен. И Косолап – не просто кот, а полу-низль. Вдобавок, он являлся далеко не последним котом и для твоих почивших родителей.       Пояснение лишь запутало ребят пуще прежнего.       — Низли.. это же магическая разновидность кошачьих? — уточнила одна.       — И что там насчёт моего семейства? — осведомился второй.       — Так и есть, Гермиона. Их довольно легко спутать, списав на диковинную породу, но низли куда разумнее и проницательнее обычных кошек. — мужчина обратил взор к Гарри. — Ещё до изоляции в Узилище, Косолап принадлежал Поттерам. И ему были хорошо знакомы все их частые гости. А мы ещё удивлялись: чем это ему так, да с самой первой встречи, не приглянулся Питер..       — Косолап был.. нашим домашним животным? — уже сказывалась натуральное перенасыщение всевозможными совпадениями, стабильно порождавшими пульсирующую головную боль.       — Настолько, насколько низлям вообще свойственно кому-либо принадлежать. Потому-то Лили с Джеймсом и приняли решение не обрекать своего крайне свободолюбивого питомца на совместное заточение, а передали в добрые руки знакомых, которые, к большому сожалению, прожили немногим дольше них самих. Так вот и сложилось, что твоё рождение он уже не застал, да не успел признать как хозяина.. — тут раздался звук, скорее напоминавший бурчание в животе, но на деле являвшийся дежурным подстегиванием от Блэка. — Да-да.. так, о чём я.. Косолап, и его первая вылазка! Наш полу-низль не только без проблем ухватил суть своей роли в задуманном, но даже учинил фальстарт.       Рыжий котяра воздел хвост да выпрямился, явно довольный похвалой.       — Однако когда ему таки удалось проникнуть в гостиную «змей», а затем и в нужную спальню, Хвост оказался изворотливее и ускользнул. — вибриссы питомца поникли, но Лунатик не дал тому приуныть, ободряюще потрепав в районе загривка. — Неудачная попытка сильно отбросила нас назад, ведь Петтигрю и вовсе перестал покидать спальню, а подобраться к нему там же более не представлялось возможным. Оставалось только ждать, покуда у него иссякнет запас бдительности. Пусть обжидать пришлось и немало, но в день одного из победных матчей, общая зала Слизерина превратилась в проходной двор. Тогда-то Лапа уже самолично сорвался по шкуру предателя, и почти преуспел. Чтобы отбиться на сей раз, Питеру пришлось даже вновь стать человеком.. или скорее временно принять людской вид. Подлых приёмчиков ему всегда было не занимать, так что он малость травмировал Сириуса и отбился от Косолапа, который поджидал его звериную ипостась за дверью спальни. После того провала нам пришлось затихариться ещё основательнее, но когда волнения насчёт Блэка улеглись, то мы снова развернули обширные поиски.       — А с чего вы взяли, что он уже не смылся куда-нибудь за пределы Хогвартса? — закономерно вопросил брюнет.       — Видишь ли, Петтигрю на протяжении всего своего паразитического существования, крайне единообразно прибивался к сильнейшим. Пребывание в одиночестве ему крайне несвойственно, особенно если приплести все тяготы выживания без волшебной палочки. Конечно у него была перспектива затаиться и подождать пока Сириуса не поймают, но оставлять наследника Малфоев без присмотра и тем самым подрывать доверие Люциуса.. — учитель с сомнением поцикал языком, — Из всех «бывших» Пожирателей, тот пожалуй устроился выгоднее и выше всех. А его обширная сеть знакомств и так включает всех, кто хоть потенциально мог бы предоставить этому прихвостню спасительное покровительство.       — Так как же вы на него в итоге вышли? — видимо уже устала гадать самостоятельно Грейнджер.       — Мы понятия не имели где скрывается Петтигрю, зато точно знали в чьи руки он порывался вернуться. Таким образом, всё что от нас требовалось, так это пасти Драко в замке с помощью Косолапа, и Лапы – за его стенами. Неидеальная стратегия, признаю, но лучшей у нас не было. По крайней мере, пока я не добрался до нашей старой Карты. Ещё с первого семестра я пытался заручиться поддержкой перерождённого полтергейста в её поисках, но Карта всякий раз ускользала из рук Уоррен. Можешь представить моё удивление, когда она внезапно обнаружилась у тебя, заместо этих шкодных близнецов. Тогда, признаться, — взор преподавателя соскользнул долу, — я был внутренне готов и применить силу, лишь бы более не расставаться с этим незаменимым артефактом. Однако, по счастью, Северус позволил мне отделаться вполне заслуженным унижением.       Упомянутый бессознательно содрогнулся но так и не пришёл в себя, что дополнительно комплиментировало даровитость юной когтевранки.       — Но даже с неоценимым подсобьем в виде Карты, отыскать на срезном плане единственную безымянную точку оказалось не так-то просто. — продолжил излагать зотишник, покуда парнишка сражённо присовокуплял ещё один фрагмент, к складывавшемуся всё полнее пазлу мозаики. — А крысёныш опять нас удивил, каким-то образом ужившись по-соседству одновременно с Клыком и Брыкоклювом – под хижиной Хагрида. И раз уж ни тот ни другой так и не полакомился нашим перевёртышем, то кормит своих питомцев Рубеус как на убой.. уж простите. Игры слов знай и подворачиваются под язык, особенно когда в них отсутствует всякая целесообразность.. Словом, Лапа выгадал удачный момент.. предполагаю, что подстроившись под приближение Клыка?.. — догадка тут же подкрепилась гордым кивком, — .. и таки изловил Хвоста. А вы, должно быть, заметили его условную пробежку, вот.. мы и здесь.       Последовали напряжённые всесторонние переглядывания, в ходе которых наметилась неумолимая сдача молодняка, под напором согласованности представленной старшим версии произошедшего.       «Ты заметил какие-нибудь несостыковки, Сэлз?»       «Несостыковки – нет. Но стоит ли мне и упоминать что все эти ладные россказни, по большей части, непроверяемы на месте?»       «Не стоит. Но ведь, при любом раскладе, нам будет выгодней им подыграть, так?»       «Пожалуй, так. Как минимум, стоит прояснить их ближайшие намерения, а то эдакая нерасторопность в сдаче Петтигрю дементорам, меня малость смущает..»       — В таком случае, почему вы не спешите выдать его Министерству? — перефразировал запрос вовне паренёк.       — А это потому.. — на мгновение заколебался Люпин, но нашёл силы для ответа в немой поддержке звероподобного товарища, — что мы более не намерены якшаться с министерской канцелярией. На сей раз, мы возьмём на себя обязательства дознавателей, судей, — да уверенно вернул ответный взгляд, — и палачей.       — Вы же.. — неверяще воззрилась на учителя шатенка, — не собираетесь учинить самосуд?       — Ну, собственно.. именно так мы и поступим, Гермиона. — с не меньшим стыдом, нежели убеждённостью, признал тот. — Но, разумеется, не при вас..       — Да меня совсем не это заботит! — опять взялась повышать голос та. — Какой вообще смысл убивать главного виновника, если он один может очистить Сириуса ото всех обвинений?! Это лишь заставит всех усомниться в вашей искренности!       — Каждый из твоих аргументов разумен и имеет вес, но лишь при условии что Министерству можно довериться в вынесении приговора по данному делу. А у нас уже имеется аналогичный.. тенденциозный прецедент. — мужчина посмотрел на друга, но тот синхронно отвёл глаза. — Несмотря на всю многофакторность хэллоуинского нападения, на отсутствие прямых и неоспоримых доказательств вины Сириуса, на необъяснимость и несопоставимость отдельных улик да свидетельств.. — за глубоким вдохом последовал рваный выдох. — Несмотря на всё это, дело состряпали в рекордные сроки, под небывалым давлением общественного резонанса. И только сейчас – спустя более чем десятилетие – при целенаправленном вспоминании начинает просматриваться суетливая халатность, с которой его попросту назначили козлом отпущения. Он был не в состоянии даже связно коммуницировать, а о достойном представлении обвиняемого на суде даже не побеспокоились. Так что, благодаря одному только радению.. и интуиции Дамблдора, Лапу не обрекли на глубинные уровни Азкабана, где заключённые угасают за считанные месяцы, превращаясь малосознательные оболочки прежних себя.       Зотишника застала внезапно накатившая задумчивость, а девушку возникшая пауза лишь подстегнула к возобновлению попыток достучаться до упёртого оппонента, подсознательно напоминавшего ей её саму.       — Профессор, вы же понимаете что ваша расправа над Петтигрю не принесёт вам ничего хорошего в дальней перспективе? Кроме сиюминутного удовлетворения..       — Я понимаю. Именно поэтому мы предоставим Министерству тело Питера, в комплекте с моими воспоминаниями. В качестве неоспоримых доказательств несостоятельности выдвинутых некогда обвинений.       — Но вас ведь всё равно осудят за линчевание. — заметил юный Поттер.       — Да, осудят. — лицо преподавателя ожесточилось. — Но я и так задолжал Сириусу, как минимум двенадцать лет строгого режима. К тому же, сомневаюсь что мой срок будет и вполовину столь же тягостным, нежели я того заслуживаю..       — Да прекратите вы разыгрывать мученика! — головная боль с общим эмоциональным изнурением делали своё дело, враз переводя его возражения на повышенные тона. — Что толку в вашей отсидке, если вы можете поступить разумно и все, по итогу, окажутся в выигрыше?! А если у Блэка осталась хоть капля соображения, то он и сам должен быть против вашей затеи!       Похоже, эффективнее прочего оказалась именно последняя часть отзвучавшего негодования. Побратимы восстановили зрительный контакт, да принялись высматривать немое подтверждение в чертах друг дружки. Но у мимики не хватало широты или однозначности, так что на помощь подоспели и слова.       — Ты решай как нам поступить. — доверил бремя выбора другу Лунатик, а сам упёрся лбом в сплетение рук. — Сделать как они говорят?       Взгляды всех присутствующих скрестились на Лапе, морда которого передавала воспринимаемую и невооружённым глазом внутреннюю борьбу. Анимаг колебался где-то с минуту, прежде чем утвердить последний вопрос друга окончательным кивком. Будто бы вымотанный не меньше самого Гарри учитель, спокойно принял финальное решение и лишь медленно выпрямился, да произнёс:       — Мобиликорпус!       Бессознательные тела Петтигрю и Снейпа воспарили, зависнув примерно в полуметре от пола, да поплыли в сторону выхода по мановению указки заклинателя. А проследив за миновавшей его невиданно-безмятежной физиономией декана, парень не смог не поинтересоваться:       — Так о каком там представлении с моим отцом тогда упоминал Снейп?       — Дела былые.. — попытался было уйти от ответа профессор, но по настырности во взгляде мальчика, живо уяснил заведомую безрезультатность подобных отговорок. — Неудачная подначка от Сириуса, в результате которой твоему отцу пришлось спасать Северуса от.. меня. В волчьем обличье.       Брюнет окинул Мародёров понову оценивающим взором и развил мысль, едва только вся их группа спустилась в подземье.       — Значит, вы ненавидели Снейпа настолько..       — Не мы все. — быстро поправили его. — Основной конфликт у него возник с Сохатым. Лапа то и дело вписывался за компанию, а Хвост просто подзуживал любой травле постороннего.       — А вы?       — Я.. — выражением Лунатика вновь овладел стыд, — просто не пресекал то и дело зарывавшихся друзей, когда следовало бы.. хотя это и было в моих полномочиях, как старосты.       — А в чём именно заключался их конфликт с «Сохатым»?       — Я уже говорил, Гарри. Ни к чему ворошить прошлое..       — Но вы же сами видели насколько ко мне предвзят Снейп! Если кто и имеет право знать почему, так это я!       Зотишник тяжело вздохнул, нехотя уступая его аргументам.       — Я не вникал в детали их многолетней вражды.. и знаю только что завязалась она из-за Лили.       — В смысле.. — визави лишь покивал, подтверждая его догадки, которые впрочем служили таким себе оправданием. — Стоп, и это всё?!       — Насколько мне известно..       — И Снейп, спустя уже чёрти знает сколько лет, докапывается до меня из-за.. сраной школьной любви?! — эдакая хрень и в мыслях-то не сразу приживалась, не то что в реальности.       — Пойми, Гарри.. — полуприкрыв глаза, ответствовал Люпин, — мы.. не в состоянии примерить на себя переживания другого человека.. так что и судить об их силе мы тоже не.. что-то.. не так..       Преподаватель споткнулся и припал к покатой стенке тоннеля, а транспортируемые им тела разом прекратили движение.       — Профессор?.. — когтевранка осторожно приблизилась к скрючивавшемуся в три погибели старшему.       — Не может бы-ы-ы.. — того будто бы скрутила грудная судорога, — не-е.. подхо-ди-и..       Тут тело мужчины начало буквально изламывать на глазах. Мышцы под кожей принялись неистово сокращаться, извиваясь подобно змеям, а конечности стали стремительно вырастать из одежды, дёргано оформляясь в когтистые лапы, из которых сразу же вывалилась волшебная палочка. А стоило только этому произойти, как доселе инертная туша Петтигрю проявила инициативность, рванувшись за боевой указкой. Блэк, до того занятый нежданным перевоплощением напарника, среагировал на манёвр предателя слишком поздно и оказался поражён тем же заклятием, что изначально реверсировало превращение самого Питера. Ну а Гарри, в свою очередь, запоздал с обезоруживающим:       — Экспеллиармус!       Хвост лишился палочки до того как сумел пуще усугубить ситуацию, но следом же обзавёлся уже настоящим хвостом, со всеми прочими крысиными характеристиками. Ребята же заметались, в попытках выцелить того в разномастных теневых карманах бугристостей почвы, когда их приоритеты разом сместились на Лунатика, уже прекратившего производить членораздельные звуки, а взамен издавшему такой истошности вопль, что постепенно слился в сплошной поток звериного воя. Людских примет, на тот момент, в фигуре бывшего учителя уже было почти не разобрать.       — Гермиона, забирай Блэка со Снейпом и уходи первой! — первым сориентировался парнишка, аккуратно формулируя предложения, дабы избежать неуместного спора по поводу нешуточной рискованности его затеи. — Я прикрою нам тыл!       На побелевшем лице шатенки ясно читалась строптивость вперемешку со страхом, но столь ценимый её факультетом разум возобладал над ними обоими, и она поспешно подхватила худосочного зэка под руку. Тот толком не сопротивлялся, видно не вполне отдавая себе отчёт где находится, что позволило их троице начать медленно но верно удаляться от опасности, которая уже обратила на отделившегося мальчика белёсые омуты своих глаз. Из разинутой пасти полностью трансформировавшегося оборотня активно закапала слюна и несмотря на всю свою худощавость с плешивостью, монстр едва не погрузил паренька в жертвенный ступор.       «Давай же! Лагуз, луковица, "Инсендио Дуо"!» — разорвал оковы крайнего Сэлз.       — Инсендио Дуо!! — завопил он как ошпаренный, попутно очерчивая рукою да разумом подсказанные составляющие Триумвирата.       Из конца его палочки хлынуло ослепительное пламя, мигом затопившее всю округлость пространства перед ним. От распространившегося жара сразу же спёрло дыхание и защипало глаза, но он не позволил спазмам и рези отвлечь себя от поддержания стены огня. Он не позволял воображению отпустить руну, напоминавшую половинку стрелки, а кистью то и дело обводил спин «луковицы», при этом продолжая размеренно пятиться. За треском воспламенявшихся корешков да рёвом огненной круговерти было не расслышать подступа зверя, но тот определённо следовал за ним неотступно, время от времени давая о себе знать мимолётными рассечениями спасительной бушующей пелены.       Отступление затянулось на неопределимый срок, на исходе воспринимавшийся чуть ли не часами реального времени, но едва в земле под ногами наметился характерный подъём, с общим сужением хода, ему в спину вдруг упёрлась неуступчивая ладонь. Он вздрогнул, едва не растеряв разом всю концентрацию.       — Гарри, стой.. — в приглушённом тоне девушки сквозило отчаяние, — пока не ходи дальше..       — В чём там дело?! — против воли заражаясь её негативом, проорал через плечо брюнет. — И говори громче!       — Ива заблокировала выход своими корнями! — почти прорыдала та. — Я никак не могу через них пробиться!       Желудок парня отправился в свободное падение, а стена пламени поколебалась, будто бы уловив его слабину.       — Попробуй «Конфринго» или «Редукто»!       — Уже пробовала! Их ничего не берёт!       Страх ледяными щупальцами проник в лёгкие юного Поттера да заключил в игольчатую хватку сердце. В тот же миг стала сбоить и магия, неуклонно ослабляя эффект, до планомерного схода того на нет. Как бы он ни старался поддержать действие заклятия, по итогу от него остались лишь отдельные язычки догорающего огня, под самым потолком. Но и того ничтожного пламени вполне хватало чтобы высветить из темноты обожжённую фигуру оборотня, раны которого затягивались прямо на глазах. Поскуливавшая бестия ускоренно привыкала не только лишь к боли от ожогов, но и к новоявленному отсутствию какой-либо преграды между ними. С каждым шагом у монстра прибавлялось уверенности, а у парализованной ужасом двоицы – её убывало. Из приоткрытой пасти вновь заструилась слюна, с шипением испарявшаяся при контакте со спёкшимся пластом почвы, а у несовершеннолетних жертв выдохлись и последние остатки отваги, перед лицом неотвратимой погибели...