Лев и Змей

POV Гарри.       Ходы подземелий встречали своих «змеек» сезонным колотуном, да неизменно присущим полумраком. Шествовавший же впереди «Мастер» не удостоил его ни слова, ни взора, с тех пор как кратко наказал следовать за собой. Не иначе как приберегал первые порции яда для тет-а-тет. Что до самого конвоируемого, так от столь длительного ожидания суровой острастки, тот уже успел подрастерять всю нагнетённую опаску. И теперь перед ним маячила лишь спина человека, который годами отыгрывался за увод матери на её несовершеннолетнем сыне. А также опосредованно приложил руку к гибели уже первой любви и самого Гарри.. предположительно. Оттого в голове у парня скопилась закономерная череда вопросов. Что если бы он родился девочкой, да ещё и похожей на Лили? Поменялся бы характер их взаимоотношений? Или, скажем, если б у него была сестра, всем и вся пошедшая в мать? Юноша с готовностью поставил бы хоть все три своих яйца на то, что от враждебной предрасположенности Снейпа, в отношении обоих маменькиных версий, не осталось бы и зловонного следа. И это многое говорило о личности нынешнего декана Слизерина. А также серьёзно подтачивало фундамент его монолитного авторитета в глазах провинившегося четверокурсника.       За работой мысли прошла практически незамеченной вся работа ног, и до места они добрались много быстрее ожидаемого. Зельевар отпер дверь своего класса, одни подступы к которому уже навевали кромешное уныние, и молча указал ему на центральную, из переднего ряда парт. Младший брюнет внял намёку и сел, скрестив на груди руки, да закинув ногу на ногу. После чего откинулся на задний стол и стал ожидать старта представления. Ждать пришлось недолго.       — Ваши оправдания? — деловито осведомился хозяин помещения.       — Они мне без надобности. — нагло ответствовал он.       — Да что вы говорите? — чёрные глаза заблестели в сузившихся прорезях век.       — Да. Я знаю что не сделал ничего предосудительного. Так что и виниться мне не за что.       — Вот как? Значит попирание ясно выраженного указания старшего, выставление на посмешище целого факультета, да и всей школы в придачу, вас ничуть не смущают?       — Я этого не утверждал. А вы сейчас спорите с самим собой.       — Вот и мне так порой кажется. Что я говорю со стеной, с отскакивающим от неё бобовыми, но никак не со зрелой личностью.       — Кому как не вам судить о зрелости личности, профессор.       — И как прикажете это понимать?       — Понимайте как намёк, содержащий прямое оскорбление, основанное на личной неприязни.       — Вы забываетесь, Поттер!       — Да скорее это вы ни в какую не забываете, когда уж давно пора бы..       — Молчать!!       Доведённый до белого каления, да чуть ли не брызжущий слюной Северус Снейп, более не пугал его до усёру. И за свои в общем-то невпечатляющие четырнадцать лет, жизнь успела поварить его в таких ситуативных субстанциях, что это скорее тем мерзким каплям на щеках да лбу стоило избегать взаимодействия с ним.       — Больше не смейте разговаривать со мной в таком тоне! Я вам не Альбус Дамблдор! И опекунская терпимость меня не сковывает!       — Да и хвала Салазару! Иначе ваша увлечённость моей матерью смотрелась бы совсем уж дико.. не то что сейчас...       Дай отпор достаточной неистовости, и даже тигр дважды подумает стоит ли на тебя бросаться. Но малость переусердствуй с экспрессией, и он раскусит твою паническую игру. А за ней и тебя самого.       — Надеетесь меня спровоцировать? — стремительно утихомириваясь, расплылся в коварной улыбке мужчина, — Чтобы я сорвался и применил силу? А вы смогли бы уповать на самое скорое избавление от моего надзора? — засим он устроился того комфортнее. — Сдаётся мне, если вы продолжите общаться в таком же стиле, то рано или поздно непременно избавитесь и от меня, и от верных друзей, и от всяческих заступников иного толка. И даже от членства в школе чародейства и волшебства.       Он промолчал. Но не потому что ему нечем было козырнуть в ответ. И не потому что посыл декана сумел задеть его за живое. А просто потому, что изначальная тактика уже не сработала, и особого смысла в поддёвках не осталось.       — Во-от, сразу бы так. — истрактовал его ход несколько иначе профессор. — Но теперь вам придётся ответить за ваш длинный язык и пожаловать на отработки..       — Это когда, интересно? — прикинув кое-что в уме, лукаво разулыбался и он. — В перерывах между внеклассом и подготовкой к следующему туру? Валяйте – подгоните мне весомое оправдание. А я особо посвящу вам наше общее поражение в Турнире.       Самодовольство сползло с физиономии преподавателя, будто в его сторону нежданно повеяло смрадом общественного нужника.       — По-людски мы с вами не сойдёмся, как я погляжу..       — Даже и не знаю. А вы хоть раз пытались?       Снейп моргнул и замер, словно от хлёсткой пощёчины. Сложно сказать к какому опыту примерил сказанное наставник, но ни одна из предыдущих поддёвок не оставляла его настоль безответным. Неизвестно и чем бы продолжился их диалог, потому как вольному случаю стало угодно его прервать аккурат сей момент.       В дверь дробно оттарабанили да, не дожидаясь дозволения, по-хозяйски ступили внутрь. Наверное один из последних, кого ожидал увидеть тогда на пороге Поттер, и оказался тем кто заявился к ним непрошенным гостем. То был Игорь Каркаров. На бледной физиономии северянина не наличествовало привычной ехидной ухмылки, на смену которой выплыла единственно неподдельная взнервлённость.       — Северус, ты это почу.. — с ходу вопросил было тот, но едва завидев третьего лишнего, споро поубавил обороты. — О, вижу у тебя гости.. но всё равно, не уделишь ли мне буквально минутку своего времени?       — Если ты насчёт того, что мы уже обсуждали..       — На этот раз всё куда серьёзнее! Ты разве сам не.. — он из последних сил сдерживался, чтобы не перейти к некоей сокровенной сути прямо при постороннем, — так можем мы поговорить наедине?!       Зельевар резко вскочил и, походя цепанув гостя за плечо, на пару с тем скрылся за дверью. А перед самым её закрытием таки успел бросить:       — Сидите и ждите, Поттер!       И ровно так он себя и удерживал.. первые секунд десять. На вторых он испытал жгучий свербёж в пятой точке. А на третьем десятке уже подкрадывался ко входу, где живо припал ухом к отверстию старомодной замочной скважины.       —..дцать лет назад! Даже не пытайся этого отрицать! — легко вычленялся взвод ментора Дурмстранга.       — Никому из нас до конца не известно, что конкретно он заложил в её глифировку. — холодно вещал уже Мастер Подземелий. — А подразумевает это целую прорву возможных, или же непредвиденных побочек: от всяческих эфирных наложений, до планомерного самосведения. Словом, ничего необычного в нынешнем лёгком жжении я не..       — «Лёгкое жжение»?! Да по сравнению с началом года, она просто огнём горит!       — Приглуши свои вопли!       — Да какая разница, услышат меня или нет?! У нас обоих намечаются проблемы куда серьёзнее каких-то порочных слушков!       — Говори за себя, Игорь. Наши положения несколько схожи, но не более того.       — Северус.. молю, не руби с плеча..       — Говорю как есть. Мало того, что любая моя помощь в принципе не способна искупить все твои.. свершения, но и помогая тебе, я лишь потенциально усугублю своё собственное положение в отдалённом будущем. Так что не обессудь, но лучше я подумаю о себе. И что-то мне подсказывает, что будучи на моём месте, ты бы поступил точно также.       После фигуральной точки в разговоре, поставленной его деканом, за дверью сразу же раздались совсем уж близкие шаги, и всё что мог сделать любопытный сверх меры парнишка, так это изобразить променадную разминку ног. Сказать что со стороны сиё представало подозрительным донельзя – не сказать почти ничего.       — М-да.. и на что я собственно надеялся?.. — отреагировал на то куда сдержаннее ожидаемого, возникший на пороге Снейп. — Вернитесь на место, Поттер!       Он подчинился, приберегая возражения про запас. А старший брюнет захлопнул дверь и скользнул обратно за преподавательский стол, окончательно возвращая их на исходные позиции. Далее между ними развернулось сплошное полотно тишины. Без существенных прикрас: в пустующем классе зельеварения более не происходило ничего, за исключением их интенсивного перегляда. И так на протяжении того, что воспринималось добрым десятком минут.       — Я считаю, — внезапно прорвал завесу затишья профессор, — что нам с вами следует хотя бы попробовать наконец-то перевернуть эту страницу в нашей общей истории. Как вы на это смотрите, Поттер?       Поначалу смысл произнесённого неизменно ускользал от застанного врасплох паренька. Но чем дольше он анализировал сей незатейливый посыл, тем активнее у него внутри распускался самый настоящий букет из ярчайших эмоций. А доминировали в той связке возмущение, на пару с изумлением.       «Нет, ну охренеть – не встать! Главный зачинщик-рецидивист великодушно предлагает, вот так запросто, установить перемирие! И это после того как годами беспощадно да безнаказанно измывался над ним!» — звенело в одном ухе.       «С его стороны конечно не вполне честно представлять собственную адресную агрессию, сродни какому-то неподконтрольному стихийному бедствию. Но с другой стороны, а в каком ещё виде от живущего в прошлом упрямца по типу Снейпа, реалистично было ожидать демонстрации хоть бы и изнанки белого флага?» — доверительно увещевало его второе.       Ну а в своего рода третье, внутреннее ухо, по прозвищу Сэлз, расщедрилось только лишь на сонное:       «Выбирай уже. Заколебал.»       Тогда он сам, по новой взглянул в непроницаемую черноту глаз напротив и кое-что осознал: он устал от этих непрестанных словесных баталий.       — Звучит неплохо. Но как это будет смотреться на практике?       — Понятия не имею. — вновь удивил его мужчина. — Но полагаю что «это» будет подразумевать многочисленные взаимные уступки. Ещё вопросы?       О, да. И не разрешив как минимум его, они однозначно не смогут продвинуться дальше.       — В то самое полнолуние когда погибла Дафни, ещё до обращения Люпин утверждал, что точно выпил ваше аконитовое зелье. Врать у него тогда не было причин. Как и желать нам смерти, или заражения от своей животной формы. А это означает, что отчего-то не подействовало само зелье... — он не знал как сформулировать своё обвинение так, чтобы оно не звучало как таковое.       Но намёк прошёл и без посредства проводящей среды.       — Вы спрашиваете не я ли специально запорол Аконитовое Снадобье, исключительно чтобы насолить старому школьному недругу, ценою «побочного ущерба» из здоровья или жизней ни в чём не повинных коллег, да около беззащитной школоты?       Он не ответил, но и одно его выражение доносило всё красноречивее любых речевых оборотов.       — НЕТ!! — прогремел единичным залпом главного орудия декан, а после последовательно добомбил из побочных стволов: — Я не запарываю зелий. Причём никогда, и ни по чьей, неважно сколь убедительной просьбе. Но я рад что мы это прояснили.       — Я тоже. — поспешно согласился он, уже отчасти уверовав этакой взрывоопасной искренности. — Может тогда у вас тоже есть ко мне вопросы?       К его удивлению, на худом лице проявилась ненаигранная задумчивость. А результатом последней стало уточнение:       — А если мой вопрос касается подробностей гибели мисс Гринграсс?       — Спрашивайте.       Хуже уже не будет.       — Мне хотелось бы выяснить наверняка лишь одну деталь: она была обречена в тот момент когда слюна оборотня проконтактировала с её смоугом? То есть, она ни разу не пыталась избавиться от поражённых участков, так? Или попросту не смогла?       Неподдельный интерес разжёг и его любопытство, но уже в первоисточниках заинтересованности зельевара.       — Думаю.. она могла бы выжить. — по итогу усиленного припоминания, пришёл к выводу паренёк. — Потому что сначала она не спешила бросаться на Люпина с когтями, а только удерживала его подвешенным. И перебирала оставшиеся выходы. Скорее всего у её смоуга имелись слои, для разный целей. Наподобие.. защитного костюма! А уязвимой была область внутри. Я помню.. верхний слой разлагался так медленно, а внутренний рассыпался почти мгновенно.. Я не успел и..       Его голос предательски дрогнул и сорвался, тогда как горло стиснуло болезненно знакомым спазмом. Одним только приложением воли он не позволил себе расплакаться. А поднимая взор он был уже инстинктивно готов к осуждению, или насмешке над проявленной слабостью. Однако встретил он лишь твёрдый взгляд, да не менее твёрдую руку, в которой была зажата чашка с..       — Какао? Но.. — он с сомнением осмотрел облегающие рукава, да наглухо застёгнутый верх, — откуда вы?..       — У хорошего зельевара всегда имеется при себе запас на все случаи жизни. — уклончиво ответствовал мастер.       — Ну я ещё понимаю зелий, но.. какао?       — А чем какао не зелье? — риторически отметил тот. — Отведайте сами и убедитесь в его действенности. И умерьте опасения – эта конкретная порция не отравлена.       Юноша приподнял брови.       — Это в ту флягу, что я сварил по заказу одного.. вышестоящего лица, будет добавлена трудновыявляемая доза слабительного. Которую очень легко проглядеть за всеми прочими старческим недержаниями.       Не засмеяться было премного сложнее чем не заплакать. И не в последнюю очередь оттого, что Северус Снейп только что пошутил. А он стал единственным тому свидетелем. Тут уж впору было начать всерьёз опасаться за свою жизнь.       — А ведь говорили что не запарываете зелий... — несерьёзно попенял преподавателю Гарри.       — И ведь не соврал. Как-никак зелье оказывает положенное воздействие, да услаждает вкусовые рецепторы. А неприятные побочки имеются даже у питьевой воды. Вопрос в дозировке.       Они синхронно прыснули, откидываясь на спинки стульев, и действительность уже начала отдавать каким-то сюром. А он и в самом деле бодрствовал? Ну.. какао на вкус как настоящее. Даже слишком, если учитывать богатство спектра вкуса. А боль от лёгкого ожога языка, полученного при снятии пробы, устраняла и необходимость в тривиальном щипании кожи.       — Ну-с.. довольно уже нам обходить стороной повестку вечера. — словно бы ощутив масштаб урона, нанесённого его неприступному образу, декан вознамерился отчасти восстановить собственный имидж. — Раз уж мы сошлись на обоюдности уступок, то в качестве жеста доброй воли, я могу закрыть глаза на вашу выходку на Балу. Всё-таки она произошла ещё до нашего уговора. Однако не думайте что я буду потакать любому вашему капризу. Можете рассчитывать лишь на максимально возможную степень непредвзятости с моей стороны. А всё остальное будет зависеть уже от степени вашего сотрудничества. Вы согласны?       — Согласен. — с энтузиазмом подтвердил он.       — Тогда с Рождеством, и не смею вас больше задерживать.       — И вас с Рождеством.. — хоть скоротечность прощания и застигла его вне периода готовности, но он хорошо понимал стремление мужчины к уединению, — до свидания, профессор.       Он вышел за дверь, отошёл за ближайший поворот коридора, да припал спиной к тверди каменной кладки. Этот вечер не переставал преподносить ему волнительные сюрпризы, уже выбившись в топ самых запоминающихся. Хоть бы и от одного только примирения с злопамятным Мастером, которое прежде виделось не иначе как несбыточной фантазией, из разряда «что если?». Но такова уж была магия этого места: в Хогвартсе всё невозможное постепенно превращалось в обыденное.       Брюнет глубоко вздохнул и отлип от стены, двинувшись в сторону их подземной гостиной. А по пути у не было недостатка в труте для ума. POV Драко.       Блондин плёлся в общую гостиную уже глубоко за полночь, еле волоча ноги. Теперь-то он куда лучше понимал мотивы людей, порывавшихся заесть или запить все свои стрессы. Вот и в его желудке сейчас смешалась гремучая смесь из слабоалкагольной жижи, в тандеме с фракцией неудобоваримой каши из плохо совместимых яств. Благо по дороге ему почти что не встречалось праздных зевак, так что и он мог, не беспокоясь о всякой благовидности, по-свински оглашать коридоры так и рвущейся наружу рыготой.       — Тьфу! — сплюнул за край рамы один из видавших виды портретов. — Прогрессивное поколение, так его растак!       — Нижайше извиняюсь, господин.. Как-Вас-Там! — вовсе не глядя в сторону брюзги, походя бросил он. — Вы настолько плоский и ограниченный, что я вас даже не заметил.       — Ах ты мелкий паскудник! Ну погоди, вот я тебя..       Тучный мужик в тоге уже собрался было последовать за ним через чужие портреты, но оскользнулся на собственной харче да комично сверзился за нижнюю грань картины. А даже не сбившийся с шага паренёк продолжил перебирать ногами, и вскоре добрался до заветного спуска в пустующую гостиную. Вокруг лестничных низов также не обнаружилось чужого присутствия, а первым и единственным встреченным её обитателем оказался его блудный сосед. Он лежал, растянувшись поверх покрывала и расфокусированно глядел вдаль.       — О, вот ты где.. — никакой реакции, — эй, Гарри?       — М-м? А, ты уже вернулся... — в расширенных зрачках Поттера наконец промелькнул отблеск осмысленности. — Ну, и как всё прошло?       — Да это я как раз собирался тебя спросить..       — Ну.. стало быть не успел. Так что давай, отвечай первым.       — Ну.. — своими измотанными нуканиями они окончательно уподобились парочке выпасных коров, — сначала я вроде бы нормально так потанцевал с Грейнджер. Потом у меня её ненадолго увёл Крам. Потом мы с ней гуляли в саду. Потом подслушали ссору Хагрида и мадам Максим. Потом поссорились сами. Потом я вернулся в Большой Зал и обожрался как тот восточный медвед.. тот что с фингалами. Потом я слушал «Роковых Сестриц», болтал с Уизли, да смотрел как отжигают Невилл с Луной. А потом припёрся сюда. — в завершение сего синопсиса он плюхнулся на свою кровать, лицом в подушку.       Драко приподнял голову лишь на мгновение, дабы освободить губы и нашлёпать ими:       — Твоя очередь.       — Вау.. — только и вымолвил черноволосый, — ну в плане насыщенности я с тобой потягаться вряд ли смогу, но если вкратце: танцевал с Чоу, обидел её и получил по лицу, проигнорировал самого Дамблдора, побесновался в саду; пока меня не изловил Снейп, да не отвёл на порку в подземелья. Там я посрался и с ним, подслушал их разговор с Каркаровым, а после выпил какао и вернулся сюда.       — У-у, надоже...       Он сам не заметил как провалился в глубочайший отруб, а дальше будто бы затесалась склейка, после которой он вскочил уже поздним утром нового дня: заспанный и дезориентированный.       — Гарри! — первым импульсом окликнул он бесформенное нечто под одеялом, и лишь после приглушённо осведомился: — Ты не спишь?       — Уже нет. — обречённо откинул одеяло, да протёр глаза тот.       — Чёрт, я не хотел..       — Да забей. Лучше озвучь чего хотел.       — Да просто до меня только дошло.. то, о чём ты сказал вчера..       — То есть сегодня? — усмехнувшись, уронил руки вдоль тела сосед.       — А, ну да.. сегодня. — светловолосый парень приподнялся на локте, чтобы лучше видеть лицо друга. — Так что ты там узнал от Снейпа и Каркарова?       — Только что они обращаются друг к другу как давние знакомые. Что Каркаров очень боится усилившегося жжения в районе какой-то «глифировки», да открыто консультируется по этому поводу с ним. А ещё что Снейп предпочитает думать о себе, и отказывается ему как-либо помогать.       Младший Малфой медленно осел обратно на подушку и принялся поступательно прорабатывать весь единовременный навал ценных сведений.       — Кви про кво. Тебе ведь известно об этом больше чем мне, правда? — прервал ток его мыслей товарищ.       Он резко вобрал воздух и свесил ноги с кровати, да упёр локти в колени.       — Ты ведь понимаешь что в этом вопросе.. я не могу быть с тобой до конца откровенным?       — В вопросе пожирательства? — понял его с полунамёка брюнет.       — Да, именно. Поэтому я скажу так: бывших Пожирателей может связывать лишь одна единая глифировка – Тёмная Метка.       Поттер также сел в кровати.       — Получается Снейп – бывший Пожиратель Смерти?       — Ну да. Дело давнишнее. Я-то думал тебя больше удивит что им был сам ментор Дурмстранга.       Но его даже не столько удивила, сколько подавила позабытая деталь биографии их декана. Однако было и ещё что-то, что он упускал из виду...       — А что там насчёт какао в подземельях?       — Снейп предложил. В знак мира.       Он посчитал было что ослышался.       — Тот самый Северус Снейп, что обитает в подземельях, да придерживается похоронного дресс-кода, заключил с тобой мир? И это после..       — Долгих лет обоюдных боданий, да. Мне и самому не терпится узнать в чём тут подвох.       Воцарившаяся тишина обладала вязкостью, для разбавления которой сгодилась бы только радикальная смена русла беседы.       — А я ведь не успел рассказать что вчера устроили Лавгуд с Лонгботтомом...       Переход разыгрался как по нотам и они успешно соскочили на топик свежих танцевальных находок. Если бы кто-то поведал этакую сплетню самому Драко, то он бы наверное посоветовал тому придумщику хорошенько протрезветь, прежде чем беспокоить его своими высокоградусными бреднями. Но в данном случае, трезвым как стёклышко бредоносцем становился уже он. И вот, во всех припомненных деталях, блондин расписал бурный старт и стремительный разгар шоу. Постепенно добравшись и до момента, когда его рыжий собеседник решил тряхнуть застоявшейся младиной, да присоединился к резвлению несовершеннолетней зелени.       — Погодь, а о котором Уизли ты сейчас говоришь? — запутался Гарри.       — Так всё о Билле.. ты ж меня ему и представил.       — Ё-моё, а я-то думал ты всё ещё о Перси..       — Да ты что! Этому кадру я так долго мог бы только кости перемывать.       — А чего это Билл позабыл на Балу?       — Помимо слинявшей юности? Он вроде как всё ещё пасёт кого-то из гостей. А может просто пользуется ситуацией, чтобы «поводить вальсы» с Делакур..       — Он танцевал с Флёр?!       — Веришь или нет, но она первой его выцепила. Знаю, на неё мало похоже. — он встряхнулся, догоняя умчавший локомотив основной мысли. — Но я вообще-то о другом.. Значит, смотрю я как уходят эти двое, как вдруг натыкаюсь взглядом на Луну. И она вертится, будто ей подол подпалили. А Невилл пытается не отставать, ну ты знаешь.. придури сподручней в компании, и тому подобное. Короче, она так бесновалась, что бросалась в глаза даже музыкантам. И когда «Сестрицы» доиграли песню, сам Вертихвост пригласил её себе в подтанцовку! Прикинь? И тогда уже весь танцпол взялся копировать её движения, а под конец Мирон даже обещал посвятить ей их следующий сингл!       — Не знаю ни Мирона, ни Вертихвоста, но суть впечатляет. Даже немного жаль что меня там не было. — Поттер понимающе хмыкнул. — Так что там на самом деле с ней приключилось? Или Луне просто настолько понравилось танцевать?       — Ну.. сама Лавгуд утверждала что привлекла какую-то «Бабу Ши», и потому должна была двигаться без остановки, чтобы та не рискнула на неё напасть.       — Но никто, помимо неё, эту «бабу» конечно не видел?       — Само собой.       — Ясно...       Даже напрямую не участвуя в разговоре, их чудаковатая знакомая умудрялась разряжать обстановку, заряжая позитивом уже всех окружающих.       — А что там насчёт ссоры Хагрида и Максим? Они что..       — Ага, похоже на то. — Малфой невольно вообразил то, чего ох как не следовало и, сморщившись как изюм, постарался физически вытрясти те образы из головы. — Ну, или точнее, пока гуляли всё выглядело именно так. Но потом Хагрид по полной расчехлил свою сельскую харизму...       Он в паре слов пересказал подслушанное, параллельно с чем парни взялись собираться к позднему завтраку.       — Так, великан.. а где тут неожиданность-то? — не уловил самой соли брюнет. — То есть, вряд ли кто-нибудь у кого есть глаза, способен спутать Хагрида с потомком хоббитов.       — Хоббитов? — не понял уже Драко.       — Ну или карликов. Один хрен.. почти.       — Похоже ты совсем ничего не знаешь о великанах. — заключил он. — В нашем мире это не просто широкие в кости, или чересчур высокие дылды. Это целый волшебный народ, который мы подчинили.       — Подчинили? Почему?       — Потому что они чертовски опасны. Даже в своём нынешнем состоянии. Из-за врождённой сопротивляемости к магии их толстую шкуру не пробить большинством заклятий. Особенно если брать в расчёт текущую степень вырождения магии. — слизеринец покончил с одеванием, но не спешил выносить обсуждаемое за дверь. — А ещё они сильны и жестоки как тролли, но почти настолько же тупы. По крайней мере теперь...       — Так что конкретно мы с ними сделали? — с интересом уставился на него сосед.       — Заразили им мозги каким-то грибковым вирусом. От него у них появились огромные проблемы с концентрацией внимания, и терпением как таковым. Это усугубило конфликты, которые и так постоянно возникали в их варварском сообществе, и в итоге великаны проредили собственные ряды за нас. Сейчас их осталось кратно меньше, а все выжившие обычно не покидают гор. Разве что в особенно голодные зимы.       — Прячутся от волшебников?       — Не совсем. Просто их грибок не любит мороза и разреженности воздуха. Оттого им там лучше соображается. Говорят что они даже начали активнее сбиваться в стаи и больше не держатся поодиночке. — его тон снизился до стандартной громкости рассказчика страшилок, словно бы они вдвоём собрались вечерком посидеть у костра. — Ещё ходили слухи, что среди них уже появилась разновидность синих морозных великанов, которые могут поддерживать низкую температуру тела даже за пределами гор. Теперь понимаешь почему и отдалённейший из намёков на родственную связь с ними, воспринимается нашими с предубеждением?       Гарри явно ещё пребывал в процессе осознания, когда молча кивал ему в ответ.       — Конечно Хагрид – скорее единичное исключение. Но это не означает что к нему будут относиться соответствующе.       — А альтернативных объяснений его габаритам совсем нет?       — Ну.. я например сначала предполагал, что в детстве он свалился в котёл «Скеле-Роста». Или его мать принимала зелья с серьёзными побочками. Или отец испытывал на нём заклинания собственного изобретения. Но всем министерским однозначно известно его истинное происхождение. Там это фиксируется ещё до первого приобретения палочки.       — Поэтому его исключили за одни только подозрения в деле Миртл? — озарился догадкой Поттер.       — Скорее всего. А то палочку обычно ломают лишь заключённым пожизненно.       Дальнейших обсуждений не последовало, ввиду вящей обременительности затронутой проблематики. Они воздерживались от разговора и за завтраком, покуда не прибыл свежий номер «Пророка». И при беглом же осмотре передовиц, в серые глаза блондина мгновенно бросилась статейка одной бессменной желтушницы.       — Блин, с чего она.. — тайминг вышел просто безупречным, — Гарри, зацени!       Он протянул просмотренные листы другу, на которых выделялся крикливый заголовок: «Великаны на Святочном Балу!»       — Совпадение?       — Слишком уж удачное.       — Если Хагрид это увидит, то опять уйдёт в запой. — устало констатировал черноволосый.       — Не «если», а «когда».       — Ага.. — тот глянул через его плечо, — кажется Гермиона тоже её прочла.       Он не стал оглядываться сразу а немного выждал, перед тем как обежать гуляющим взором облачный потолок, стены, окна, да соответствующую половинку когтевранского стола. И Грейнджер определённо там была, а вдобавок до сих пор поглядывала в их сторону.       — Так что вчера между вами произошло? — таки затронул нарочито обхаживаемую тему сосед.       Драко тяжко вздохнул.       — Я не удержался и поцеловал её, сразу после того как Хагрида при нас бросили.       — А.. ну, не вижу ничего непоправимого.       — Да проблема не в этом, а просто я.. — он накренился да понизил голос, — я не понимаю зачем было бросать меня на весь вечер. Одно дело если бы я пытался залезть ей под юбку, но я ведь даже языка не распускал. Ну, ты понимаешь.. в том смысле что..       — Да-да, я понял! — поспешно отклонился Поттер. — Слушай, я конечно тот ещё советчик по части плодовитых отношений, но кое в чём уверен даже я – нужно просто пробовать, пока ещё есть шанс. И будь что будет. Иначе потом будешь горько и долго жалеть обо всех упущенных возможностях.       С такой позицией трудно было не согласиться, но уверенности она ему также не прибавляла.       — Можем все вместе сходить после завтрака к Хагриду, — следом предложил Гарри. — тогда у вас появится органичный повод всё обсудить. А заодно навестим нашего полувеликана, да напомним что он ещё и наполовину человек.       С выдвинутым предложением не согласиться стало ещё труднее, а потому он собрал волю в кулак и покивал. Но в односторонне утверждённый ими прогулочный план, посчитала нужным внести свои коррективы сама данность. Ведь Лавгуд так и не сподобилась появиться в Большом Зале. А справившаяся о её самочувствии соседка, вернулась к ним с неутешительными новостями.       — Она всё ещё не вылазит из кровати, и говорит что её придавил «воссидальный морок». — прикрыв за собой дверь с орлоголовым молотком, сообщила она. — Полагаю в переводе на английский это означает: у меня недосып и раньше полудня меня не трожьте.       — Окей.. тогда идём к Хагриду? — проговорил следующий пункт назначения Малфой.       Все трое обменялись нестройными кивками и приступили к долгому спуску из башни Когтеврана. Лонгботтома они встретили ещё по пути наверх, но тот настолько истёр себе давеча ноги болтавшимися туфлями, что теперь стремился лишь в Больничное Крыло. А в самом низу Колодца от них откололся ещё и Поттер.       — Я вас догоню. — проинформировал он их, прежде чем намылиться в район подземелий.       — Ты куда? — с подозрением поинтересовалась шатенка.       — Ну.. раз уж тебе интересно, то я намерен пойти и устроить канализационным трубам внеочередной тест на прочность..       — «В туалет» – более чем достаточно! — спешно отрезала та, попутно делая вид что вовсе не знакома с именитым брюнетом.       А стоило ей отвернуться, как крайний показал ему большие пальцы и отправился по своим, большим да малым делишкам. Так они и остались в относительном одиночестве, на пути к хижине лесничего.       — Гермиона.. — решил не оттягивать неизбежное он, — я хотел ещё раз извиниться за вчерашнее.       Услышанное похоже её удивило.       — Не извиняйся, Драко. Ты ведь не сделал ничего такого..       — Так в этом-то и проблема, разве нет? — не удержался он. — Что-то я всё-таки сделал, но что именно.. сам я определиться никак не могу.       — Да говорю же: ничего такого. Не волнуйся об этом.       «Как же! Не волноваться.. Неужто так трудно выдать всё без прикрас?! Но нет – им обязательно нужно попытать угадайку!»       Пустоты затянувшегося непонимания постепенно начали наливаться безысходным гневом. Потому-то он и не рискнул дальше продавливать свою линию мысли. Должно быть дальнейшее воздержание от комментариев как-то сказалось на скованности его мимики, ведь спутница не помедлила с наблюдением:       — У тебя тоже живот прихватило?       — Нет, я в норме. — прострочил он.       — Что-то непохоже...       Благо они как раз достигли хаты на отшибе, и он банально не успел как-то огрызнуться в ответ. Заместо того он вложил излишки негодования в стук, который поднял бы и мёртвого. Но реакции изнутри не последовало, равно как и лая Клыка. Занавески на окнах не были задёрнуты, и единственный взгляд снаружи полностью подтвердил их догадки. Хранителя Земель не было дома. POV Гарри.       Юноша спешил как мог, надеясь в конечном счёте успеть везде и сразу. Изначально он намеревался просто дать сладкой парочке фору, но потом вдруг вспомнил об озарении, воззвавшем к нему ранее через подповерхностный гул журчащего фонтана. Тогда он метнулся до спальни и, прихватив с собою трофейное золотое яичко, ворвался в туалет, некогда оккупируемый Миртл. Его появление тотчас же встретили истеричными визгами какие-то младшекурсницы, но он соскользнул в тайный проход ещё прежде чем они успели посрывать себе голоса, или повредить ему барабанные перепонки. А зловонность спуска сполна компенсировала реакция его фамильяра, окатывавшего «властелина» волнами чистого восторга при каждой новой встрече.       Он ещё постоял в кольцах Короля Змей, позволив тому малость подпитаться через него энергией Небытия, после чего пересёк Камеру Сокровений, приблизившись к личному лягушатнику Бэзила. Подойдя к тому с краю, где переход больше напоминал ступень нежели покатую горку, он опустился на колени и обеими руками взялся за яйцо. Забавно.. до сего момента он на уровне рефлексов не мог помыслить о погружении этой вещицы в воду. Видимо то содрогались его магловские корни, приравнивавшие сей магический артефакт к электрической лава-лампе. И до сих пор опасавшиеся короткого замыкания.       Парень сморгнул реминисцентное наваждение и рывком опустил золотую приблуду под воду, а засим провернул запор да позволил той раскрыться. Он осознал успешность своей задумки ещё до того как решил собственноушно удостовериться в результате. По обрётшему мелодичность визгу, по преобразившимся в глухой говор вибрациям. А опустив ушную раковину под воду, он во всех подробностях различил цикл следующего послания:

Отыщешь наших голосов поверхностный исток,

Ты лишь взглянув на прилегающий восток.

А преодолев предел вдобавок и узнаешь,

По чьей утрате столь недавно ты страдаешь.

И на возврат тебе отводится лишь час,

Иначе всё твоё останется при нас.

      Это определённо звучало знакомо, сродни.. их с василиском невербу! Что же до смыслового наполнения...       «С восточной стороны у нас прилегает лишь Чёрное Озеро, так что с "пределом" и "истоком" всё сходится. Но вот "утрата"...» — вдоль его хребта пронёсся целый табун мурашек. — «Какой ещё "возврат"? И что может остаться при них? Типа я сам, вместе со всем что у меня есть, и могло бы быть?! Сэлз!».       «Если помнишь, нынешний Турнир с самого старта был заявлен как несмертельный. Так что угрожать тебе всерьёз могут лишь форс-мажоры.» — принялся рассуждать единодушник. — «Но это отнюдь не означает, что вне зоны непоправимого ущерба находится и твоё психическое здоровье.»       «Ты о том что..»       «.. что потеря рассудка и утрата жизни, для абсолютного большинства избирательно сознательных личностей, и по сей день отчего-то не эквивалентны. До тех пор пока ты способен выглядеть хоть отдалённо функционирующей оболочкой для отождествления, все продолжат притворяться, будто ничего непоправимого с тобой и вовсе не случалось. Даже если прежнего тебя уже и след простыл. А твой звёздный статус повлияет лишь на степень освещения всего этого бездейства в прессе.»       «Из "недавних утрат" у меня напрашивается лишь одна.. она. Но каким образом они в принципе могут приплести Дафни?»       «Сильно зависит от того, о ком конкретно мы говорим. От организаторов Турнира вряд ли стоит ждать скандального вмешательства в неокрепшие разумы студентов. А значит для этих целей им понадобятся исполнители. Скорее всего из нелюдей.»       «Наподобие тех, что обитают у нас в озере?»       «Именно. А насколько мне известно, в нашей глубинке хозяйничают преимущественно мерры.»       «Мерры?»       «Русалиды. Это в их гидрополисе дали добро на всплытие дурмстрангцев.»       «У них там целый город?!»       «Не по нашим меркам. Скорее крупное поселение. Но насколько крупное – известно лишь им самим. На рельефе дна мы можем наблюдать лишь выходы из более глубинных построек.»       «Так а что они собственно умеют?»       «Донникам удалось охранить самые сокровенные из своих тайн от наземников. Да куда эффективнее большинства прочих волшебных народов. Ведь непосредственно окружающая их среда, и та крайне недружелюбна по отношению к нам. А в довершение, ещё и природное сродство с водяной стихией позволяет им улавливать всех вторженцев уже на подступах. Ну или легко нагонять да избавляться от них.»       «И что я могу им противопоставить?»       «Если они будут противостоять тебе в полную силу – практически ничего. Но они однозначно не будут, так что сойдёт и базовый набор боевых заклятий, эффективных к применению под водой. А это далеко не обширный арсенал.»       «И насколько "не обширный"?»       «Ну.. сразу отпадают огонь и молния. Вода полностью на их стороне, так что все твои атаки посредством неё обречены на неминуемое гашение. Отлично бы сработала угроза замором при помощи воздуха, но твоего потенциала может и не хватить, чтобы провернуть это достаточно оперативно. Читай – прежде чем рыбьи хари успеют сократить дистанцию. Таким образом, остаётся лишь узко направленная отрасль дуэльной магии. Трансфигурация и чары. А на худой конец.. Тёмные Искусства.»       «Тёмные как..»       «Естественно я не имею в виду "непростительную" темноту, но скорее более легковесные проклятия, порчи, сглаз.. в этой области я тебя поднатаскаю. А самому тебе придётся побеспокоиться о подготовке физической, и психической.»       «По поводу первой я мог бы наведаться к мадам Хуч. А вот насчёт последней.. я конечно согласен, но даже не знаю с чего мне начинать.»       «Тебе необходимо лично столкнуться с ужасом глубин, задолго до того как состоится официальный зачёт. И я говорю не о столкновении с подводниками, а о самом сдавливающем погружении во тьму. Сопутствующие ему ощущения являются первоосновой, на которой зиждится и весь раздуваемый первозданный ужас. Поверь, я с этим знаком не понаслышке.»       Парнишка резво поднялся с затёкших колен да привалился к громаде скульптурного лика. В одночасье у него образовалось столько дел, что по жилам заструилась сообъёмная доза гормональной мотивации. И первым делом он подрядил фамильяра на транспортировку своей тушки наверх, дабы возвратить яйцо в дорожный чемодан. Засим он решил не откладывать, и как можно скорее начать приготовления ко второму туру. Напрочь позабыв и о том, кого собирался проведать не далее как сегодняшним утром, чемп отправился на розыски школьного специалиста по физподготовке. Но прежде чем брюнет успел оставить позади каменное нутро замка, путь ему нежданно преградила его титульная ровня.       — Седрик. — односложно приветствовал он земляка.       — Здравствуй, Гарри. Можно тебя на пару слов?       В его тоне не улавливалось ноток затаённой агрессии, или же презрения, так что он коротко кивнул в знак согласия. Они вышли из Чертогов и не сговариваясь, медленно двинулись к ответвлению коридора с драчливыми латами. А оказавшись в достаточном уединении для разговора в полный голос, единомоментно встали друг против друга. В глазах напротив читался дискомфорт, напополам с удалой решимостью.       — Слушай, я не вполне понимаю что вчера произошло межу тобой и Чоу, но мне нужно знать..       — Я больше не стану лезть в ваши отношения. — судя по выражению визави, целясь навскидку, он умудрился угодить в самое средоточие доносимой до него сути. — Могу ещё конечно дать слово, но сразу имей в виду, что этот благовидный обряд для меня значит чуть более чем ни хрена.       У него вышло основательно расстроить уже намеченный пуффендуйцем план беседы, и тот никак не мог собрать воедино её расслаивавшегося ствола.       — Ты хотел поговорить о чём-то ещё? А то у меня есть и другие дела..       Не пронаблюдав хоть сколько-нибудь однозначной ответной реакции, он счёл само молчание за добро и направился обратно к выходу. Но на полпути к ближайшей двери его придержал за предплечье окончательно собравшийся с мыслями Диггори.       — Погоди, — он предусмотрительно огляделся по сторонам, — ты ведь ещё не знаешь что делать с золотым яйцом?       — Да нет, знаю. Так что с этим ты запоздал, но лишь на самую малость .       Вечно можно было смотреть как горит огонь, течёт вода.. да борется за самообладание первый чемпион Хогвартса. Но какой бы залипательностью ни обладала сия картина, у второго избранного и впрямь уже набежало забот невпроворот.       — До встречи на глубине! — напоследок бросил через плечо он, и растворился в движении.       Следующий месяц живо затянул брюнета в свой январский оборот. Обыденные студенческие заботы обрастали всё жирневшей прослойкой турнирных приготовлений, а неприятным вкраплением на фоне ещё и маячила эта великанья эпопея. Статейка Скитер «открыла глаза» слишком многим из тех, кто также не задумывался откуда берутся такие как Хагрид. Олимпия так и вовсе не казала носу из кареты Бобатона, тогда как Рубеус резко забросил преподавание и принялся спускать заработанное в «Кабаньей Башке» – хогсмидском трактире, с наиболее неприглядной репутацией во всей деревне, да и целой обозримой округе в придачу. Говаривали что под его крышей проворачиваются делишки любого оттенка черноты, а бармен, и владелец заведения в одном лице, активно пользуется покровительством сильных мира сего, чтобы всякий раз избегать заслуженной расплаты. Что до дорогого их сердцам гиганта, так тот попросту регулярно курсировал между родным да питейным домами, обычно оправдывая вылазки нуждой в обстоятельном выгуле своего пса. А озабоченность друзей и знакомых тотчас же умалял, заявляя что намеренно не заказывает спиртного «с собой». Якобы расстояние между ним и выпивкой, само по себе не позволит проблеме вырваться из под его контроля. И стыдно сказать, но в ту пору Поттера не особо заботило запущенное положение друга, ежели сравнивать с печением о своём собственном.       Завертелось всё со сверхпомощи мадам Хуч, которой явно было нечем заняться в отсутствие состязаний по квиддичу. И женщина с готовностью выместила всю накопившуюся тоску по спорту на его бренной тушке. Взяв под личную ответственность ежедневные чемпионские тренировки перед вторым туром, она нещадно загоняла его пробежками вокруг Чёрного Озера, доводила до одеревенения мышцы комплексами уличных зарядок, ну и вымораживала до костей неминуемой закалкой. А случись ему сдаться, да проклиная всё и вся рухнуть в очередном превентивном изнеможении, как она мигом применяла на нём какое-то поистине безбожное заклинание, от которого у него по.. тыловым областям разливалось всё усиливавшееся жжение. И не утихавшее, покуда его жертва не возобновляла ненавистное движение. Про себя юноша прозвал оное Скипидарным Сглазом, но на серьёзных щах винить физручку долго не мог. Ведь она не просто понукала, а на своём же примере демонстрировала требуемую скорость, да стойкость.       И поначалу компанию ему составляли лишь северяне да северянки, по тропам которых он и носился. С той круговой перспективы ему открылся новый взгляд на дурмстрангцев, в основе обучения которых лежала диада Дисциплина-Соревновательность. Почти всё свободное время они проводили под открытым небом: устраивая ли групповые медитации прямиком на снегу, отрабатывая ли работу с посохом на коварном льду, или же участвуя во многообразии командных игр. А наблюдая как иностранец практикует схожие с ихними распорядки, они не могли не проникнуться друг к другу определённым уровнем симпатии. И теперь они почти всегда обменивались приветственными взмахами, даже если ни разу не общались напрямую. Но случалось что и бегали вместе (с обязательной поправкой на темп и итоговое время). Можно сказать что спорт связал их интуитивно осязаемыми узами. Постепенно это в корне изменило отношение к оному и у Гарри: организм наработал запас выносливости и повысил силовой диапазон, позволяя сосредоточить внимание на чём-то, помимо пылания лёгких, да саднения лопнувших мышечных волокон. Прежде он бы и подумать не мог, что к подобным телесным истязаниям в конечном счёте можно и пристраститься.       А вскоре после окончания каникул в их кружке наметилось нежданное пополнение – к ним надумал присоединиться Седрик. Будучи чрезвычайно удивлён таким поворотом событий, четверокурсник не сразу воодушевился форой, за счёт которой в теории мог бы превосходить «золотого мальчика» ещё добрую пару недель. Однако тот оказался в куда лучшей форме нежели он ожидал, и покрыл разрыв в беге да разминке всего за одну. Но не в том, что касалось закалки. Впрочем, трёхминутное прозябание в проруби было тем единственным, что так и не смогло полюбиться даже самому Поттеру. Он конечно адаптировался и более не стучал зубами, а также в целом стал куда легче переносить холод повсеместно. Но утверждать что он с нетерпением ожидал следующего погружения по шею, стало бы воистину альтернативным переложением действительности.       — Ух, твою ж!.. — ругнулся сквозь зубы он, соскальзывая в протопленное отверстие, но быстро ободрился при взгляде на превозмогания напарника по несчастью. — Хой, сухопутный барсук! Харе сиськи мять и айда в прорубь!       Его осипший матросский говор несколько оживил нервно растиравшего грудь пуффендуйца, вызвав у того секундное искривление по линии губ. А затем тот внезапно сиганул к нему «солдатиком», окатив провокатора ледяной волной. После чего вынырнул под дробный перестук собственных челюстей, и довольно на него уставился.       — А ну не бакланить молодёжь! — как и всегда в процессе тренировки, фонтанировала энтузиазмом Роланда (как со временем позволила к себе обращаться мадам).       — Так точно, Роладно-мэм! — (как рисковал её называть уже сам Гарри).       — Довольно чирикать, Поттер! Время идёт, а вы ещё ни разу не окунались. На старт – марш!       Тогда он послушно оттолкнулся от нижнего края лунки и споро юркнул под воду, да того стремительнее вынырнул обратно. На лице ведшей два обратных отсчёта инструкторши читалось лёгкое напряжение, а на бледной физиономии соседа – стоическая выдержка. Сегодня тому нужно было вытерпеть в общей сложности.. целую минуту. Тогда как пятнадцатисекундные надбавки младшего брюнета уже давно зашкалили на максимуме в три. И дабы пустить трещину в «морде кирпичом», он упёрся затылком в льдину да погрёб ковшами ладоней в сторону счастливчика, омывая того волнами искусственного течения. Незначительное, но всё же малоприятное похолодание пробралось сквозь отрешённость Диггори, и он прищурился да грозно склонил голову. Взгляд исподлобья вынудил «змея» сомневаться и предполагать, но едва ли помогал подмечать самое очевидное, потому как ответочка прилетела со струёй изо рта «барсука». А их дальнейшее подводное противостояние предотвратил сигнал к выходу от мадам Хуч.       — Всё, Диггори – окунайся и вылазь!       Тот подчинился и скользнул туда-обратно, перед тем как подтянуться да взобраться на прилипчивую твердь льда. Там его во мгновение ока окатили чарами осушения, что позволило подростку без затруднений влезть в сброшенную спортивную форму. Второй чемпион не без зависти пронаблюдал как первый укрывается за покровом термоизоляции, и постарался занять ум первой залётной мыслёй.       — Сюда бы плеер... — вслух размечтался он.       — «Плеер»? — почти синхронно вопросили с суши.       — Ага. Это такая магловская приблуда для проигрывания музыки. Её можно брать с собой и слушать где угодно.       — Как музыкальная шкатулка? — заинтересовался Сед.       — Типа того. Но на нём можно воспроизводить много разной музыки, если у тебя есть достаточно кассет, или дисков.       — Тогда точно как музыкальная шкатулка. Только для неё нужны особые цилиндры, и необязательно с музыкой. Мне самому попадались ещё различные звуки природы и прочего окружения. А сейчас наиболее популярны гармоники Небытия. На них очень сложно настроиться и поэтому они очень дорогие. Но говаривают, что они могут напрямую влиять на твоё настроение.       Гарри зачарованно слушал рассказ товарища, гадая отчего ему до сих пор не встречалось ни единой волшебной шкатулки. А за гаданием незаметно пролетело и отсчитываемое..       — Время, Поттер! Ныряй и вылазь.       Он сделал как было велено, позволил себя высушить да поскорее изолировал свою гусиную кожу за слоями плотной одёжи.       — Так не расслабляемся и не стоим на месте! Сегодня у нас по плану ещё финальная согревающая. Готовы?       Вопрос являлся риторическим. Они припустили спортивным шагом, вслед за неуёмной тренершей, а уже преодолев большую часть пути до школы, обратили внимание на исключительное оживление подле флагмана Дурмстранга. А именно – около обширной купели, в которую регулярно заныривали прямиком с борта северяне. Сейчас её плотно окружал чуть ли не весь личный состав корабля, громко подбадривавший кого-то вне пределов видимости. Впрочем, в девяноста процентах случаев подобную реакцию вызывал лишь один член глубоководного экипажа – Виктор Крам. Вдобавок, ажиотаж гостей из Скандинавии нисколько не заинтересовал их предводительницу, так что и двоице парней пришлось умерить любопытство. Ведь путь в замок для них пролегал в его подножии: через замёрзший пролив, да водоём под юго-западными окнами астрономического крыла.       — Интересно, Крам уже знает отгадку? — озвучил вертевшееся у них обоих в умах Диггори.       — Определённо. Я буду просто шокирован, если узнаю что Каркаров не подрядил всех дурмстрангцев на её поиски, сразу после завершения первого тура.       — Да, наверное ты прав.       Они ещё поработали дыхалкой, дабы не сдуться на исходе.       — Кстати, я оценил твоё отвлечение со шкатулкой. Спасибо. — вдруг вспомнил младший брюнет.       — Да ерунда. Не представляю как ты держишься там втрое дольше..       — Это легче чем кажется, поверь. — успокоил он напарника по тренировкам. — Для меня самым мучительным вообще оказалось второе погружение.       — Второе? Но почему?       — Наверное потому что я уже представлял что меня ждёт, а по времени надо было вытерпеть аж на целую половину дольше.       За словесной переброской они и не заметили как достигли финиша, у каменного домика с загонами, которыми предполагалось ограничивать практику и теорию Ухода за Магическими Существами. И тогда черноволосого юношу сразило внезапно низвергнувшейся на него идеей.       — Мадам Хуч, а вы не будете против если я зазову на наши занятия ещё кого-нибудь?       — Ну конечно, зови! Чем нас больше, тем всем интересней. И тем эффективней по итогу окажутся тренировки. — оценила все прочие аспекты его затеи преподавательница. — Только имейте в виду, что в приоритете у меня пока что будете только вы двое. Всё-таки только вам и грозит полноценный зачёт. И раз уж напомнили, на какое там запланировано второе испытание?       — Если они будут придерживаться разброса в три месяца, то где-то на конец Февраля. — подсчитал Седрик. — Но подробности должны раскрыть намного раньше. Может уже и в ближайшие недели...       На деле подробностей им пришлось дожидаться чуть менее одной, и с ними вскрылась единственная же пренеприятнейшая оговорка.       — Нельзя использовать зелья?! — возопил он под стать своим мыслям, едва прочитав на доске объявлений злополучный лист пергамента.       «"Запрещается применение за целый час до начала, а также пронос на арену чего-либо, помимо волшебной палочки".» — мигом поправил его Сэлз. — «А не только лишь зелий. К тому же повторяется запрет на "вызов из-за пределов", да "предварительный сброс на месте проведения". Хм-м..»       «Это полный атас! У эликсира Жидкостного Дыхания максимальный порог до интоксикации как раз один час!»       «И не у него одного. Это усреднённый порог для большинства сильнодействующих отваров. А эффекта Кипенной Каприфоли не хватит для нейтрализации сразу двух передозировок.»       «Я и говорю: атас!»       «Не атас, а аваст! Самое время сменить стратегию. Из зелий можем ограничиться лишь альба терморегуляцией, а жидкостное дыхание заменим Пузыреголовыми чарами. Но остаётся и ещё один, пока что неучтённый нами фактор.»       «Ну пли..»       «Твоя закалка под присмотром взрослых и близко не подходит для личного знакомства с настоящей глубиной.»       «И что ты предлагаешь?»       «Как только выучишь чары пузыря, мы с тобой отправимся на ночные ныряния. Понаделаем прорубей от мелководья, и до середины озера, а после будем поступательно заныривать до самого дна.»       «Что вообще без присмотра?»       «О нет-нет-нет, это бы было крайне опрометчиво. Но если сходу отмести всех профессоров, а вдобавок надёжных друзей, в чьей компании ты автоматически почувствуешь себя более защищённым, то для караула подойдёт любой дружественный призрак, не особо-то чтящий нынешние порядки. И у меня как раз имеется на примете просто идеальная кандидатура...»       Выслеживать призрака без наводки казалось довольно-таки безнадёжной затеей. А потому Гарри заранее выяснил повадки факультетского привидения Слизерина у его эфемерных знакомцев, и всяким вечером после ужина, едва освобождалась от студентов Астрономическая башня, отправлялся туда на его поиски. Ему повезло найти искомого уже на четвёртый вечер, застав того за разглядыванием скованного льдом озера.       — Мистер Кровавый Барон? — неуверенно обратился он к недоумершему, но ответа так и не получил. — Могу ли я попросить вас об одной услуге?       — Оставь меня, мальчик. — просипел тот.       — Боюсь не могу. Мне очень нужна помощь призрака, а вы – главное привидение нашего факультета.       Пауза затянулась столь надолго, что парнишка уже было решил что его взялись начисто игнорировать.       — Ты не очень-то походишь на слизеринца. — наконец выдал недопочивший.       А каким интересно в его умозрении представал истинный слизеринец?       — Может и так, но.. — он еле сдержал от приметного раздавания хитрую усмешку, — я – носитель духа Слизерина.       — Вот как? — недоубиенный наконец удостоил его своего взгляда, перед тем как капитально озадачить: — В таком случае я задам тебе один вопрос, ответ на который может знать лишь настоящий энтузиаст змеиного факультета. Если ответишь, то я так и быть, рассмотрю возможность оказания тебе единичной услуги. Но ежели ошибёшься, то более не станешь отнимать у нас обоих время. Согласен?       — Согласен.       — Очень хорошо.. — Барон призадумался, — тогда скажи-ка мне: как Салазар Слизерин научился говорить со змеями, если он вырос в Ирландии, где их отродясь не бывало?       — Он выучился парселтангу не у змей, а у наг. — всё ещё не веря что удалось обойтись без помощи единодушника, ответствовал он. — И выходов к глубоководью у Ирландии предостаточно.       «Ну надо же..» — подивился тому и Сэлз, — «кто-то и впрямь меня слушал.»       Призрак не облёк изумление в слова, но явно остался впечатлён его избирательной эрудированностью.       — Что же.. слово есть слово. Теперь выскажи свою просьбу.       Поттер в общих чертах обрисовал задачи фантомного напарника и кажется ему даже удалось того заинтересовать. Но не без нюансов.       — Пожалуй я смог бы проконтролировать твои нырки с поверхности, но для этого мне понадобится одна вещица.. — а услыхав тяжесть его невольного вздоха, тот сразу уточнил: — и вовсе не от тебя. Ею частенько подпирал двери Пивз, но она вполне может оказаться уже и у Аргуса... — вещая на ходу, призрак медленно сползал под половицы.       — Мистер Барон! — или стоило называть его «мистер Кровавый», а то мало ли обидится? — Так что делать мне?       — Ась? — его выражение враз стало куда как более осмысленным. — Встречаемся в полночь, у выхода из общей гостиной. Не преступай её порога, покуда я тебе не велю. И далее всё точно также – будешь дословно следовать моим указаниям. Понятно?       — Более чем.       На том они и разминулись, придерживаясь каждый своей планировки мироздания. А за десять минут до оговоренного срока юноша уже стоял как штык: в полной боевой готовности, под мантией-невидимкой, перед выходом в прочие подземелья. Ещё через пять сквозь стену просочился его призрачный спутник, и он поспешил ему показаться.       — Мантия невидимости? — скорее утверждал нежели спрашивал он. — Тогда всё должно пройти ещё глаже. Не отставай, парень.       Озвучить – не исполнить, но он таки справился. Благо их маршрут пока что пролегал по более-менее одноуровневой плоскости подземья, и оканчивался в бывшем кабинете завхоза. Его нынешнего хозяина внутри не наблюдалось. Видимо Уоррен рыскал по школе, высматривая всякий следёж своего антипода.       — Так за чем мы пришли?       — За Бесконечным Бо. — и прежде чем младший успел осведомиться насчёт деталей, тот указал предметно: — Вот он.       — Эта.. метла?       — Этот замаскированный под метлу бо. Бери его с собой.       Барон не стал дожидаться пока он сделает как велено, а попросту поплыл дальше. А паренёк, бормоча под нос ругательства, силился пристроить под мантией длинный черенок, и при том не потерять из виду своего полупрозрачного проводника.       «Напомни-ка мне, за каким хреном нам понадобился именно этот призрак?»       «Талассофобия.»       «Что-что?»       «Боязнь глубины.»       «Это у него..»       «Да. Так что у тебя никогда не будет уверенности, что он распознал твою просьбу о помощи.»       «А тебе это похоже доставляет, да?»       «Не путай увлечённость с дотошностью. И следи за ногами, если не хочешь пересчитать рылом все ступеньки.»       Он так и поступил, отложив всякое недовольство на потом, да принявшись бдительно сканировать очами окружение. Но их вылазка проходила как по маслу, и они даже ни разу на нём не оскользнулись. А спустившись к эллингу, они обошли темневшее судно и оба сошлись на готовой купели, как на первой точке спуска.       — Так а для чего нам этот «бо»? — он повертел в руках довольно-таки увесистую метёлку. — Будем смахивать ею снег?       — Для начала сними с него прутья, а потом возьмись за золотой обруч в навершии и перпендикулярно опусти его в воду. Но пока не отпускай.       Он точно претворил наказ в жизнь.       — А теперь скажи «банг» и держи его сколько сможешь.       Ну оке-е-ей...       — Банг.       Опущенная в воду часть получившегося посоха дёрнулась, и начала ощутимо давить ему на ладонь. А считанные мгновения спустя так и вовсе сбросила его руку, удлинившись на добрый метр, да так и оставшись торчать из воды накренённым поплавком. Заключение напрашивалось само собой:       — Он что.. упёрся в дно?       — Да. Тут он тебе без надобности, но на большую глубину будешь спускаться держась за него. А для того чтобы сжать его до прежних размеров, просто скажи «джинга».       — Джинга. — и вот прежний шест уже не больше изначального черенка. — Но откуда он вообще взялся?       — Раньше подобные предметы постоянно возникали в качестве сиюминутно потребных орудий. К примеру в процессе противостояния сильных манифестаций, на особо мощных Источниках. Но до наших дней дожили лишь достаточно усложнённые артефакты. И этот бо – один из них. — обстоятельно разложил всё по полочкам Барон, а после отрезвляюще вопросил: — Ты разве не спешишь поскорее закончить?       Тогда брюнет спохватился и принялся спешно оголяться. Ночью температуры были закономерно ниже, равно как и его мотивация лезть в воду, в особенности не зная броду. Но отступать хотя бы не попробовав стало бы вдвойне зазорно, а потому он стиснул зубы да соскользнул в прорубь. Его кожа вмиг задубела, а под нею закололо так, словно его с ног до головы укутали изнанкой безразмерной ежовой шкуры. Он заработал конечностями, лишь бы мало-мальски согреться, и приступил к погружению. Тогда и сам мозг словно бы парализовало, а все инстинкты единым духом завопили: пора на сушу! Хорошо хоть до дна было буквально рукой подать, а следом можно было и отдаться на волю истеричных позывов. По всплытии он первым делом потянулся к складкам одежды, в порыве нащупать своё спасительное зелье.       «Хочешь прибегнуть к Бодроперцовке сейчас?»       «Я..» — он всмотрелся в ныне багровое наполнение флакона, вручённого ему на одной из первых тренировок мадам Хуч, и моментально раздумал, — «скорее нет, чем да. Но я понял о чём ты тогда говорил – о панике.»       «Отчасти, верно. Но теперь необходимо закрепить усвоенное повторами.»       «Да знаю я!»       «Не знайкай мне! И не забудь переналожить дыхательные чары.»       «А что будем делать если они вдруг засбоят?»       «То же что и при сердечном приступе – неистово биться в предсмертной агонии.» — вытрезвил его донельзя Салазар. — «Но в перспективе – учиться задерживать дыхание. Однако для этого дела сгодится любая бадья подходящего объёма. А сейчас не время и не место для подобных начал.»       Парнишка неловко вскочил, перетерпел очередную волну дрожи, прихватил своё добро, да отшлёпал значительно дальше от берега. А затем навёл палочку на лёд перед собой и произнёс:       — Депримо!       Заклятие вышло не ахти каким, и отверстие получилось чересчур узким. Стоило бы его малость раздать..       — Дефодио!       Над озером эхом разнёсся громоподобный треск, заставивший его похолодеть на зависть всякой сезонной стуже. Поначалу он не смел и шевельнуться, а из ступора его вывело привидение, старательно облетевшее стороной зияющий раскол.       — Двигайся мальчик. В движении жизнь.       Тогда он спохватился и вырастил бо, нащупав тем дно, да повторно принял крещение морозом. За счёт «поручня» посоха опускаться выходило значительно быстрее, но и глубина возросла в пугающей прогрессии. И Сэлз оказался совершенно прав – свыкнуться с паникой не удалось и со второй попытки. А повторно заползая на обманчивую твердь, наружник разжился очередной заботой:       «Сэлз, а что там с давлением на глубине? Оно разве не пересилит мой пузырь, или не стиснет так, что и он мне не поможет?»       «В Чёрном озере наберётся не более двадцати метров в глубину. Насколько я знаю, это как раз на уровне дайвера-любителя. Так что ничего непоправимого тебе там не грозит и без чар, а их собственная стабильность ещё на порядки выше.»       Всех его опасений это не развенчало, но по всей видимости, и заведомо не могло.       «Осталось покорить лишь одну глубину, и на ней я советую задержаться подольше.»       «Как долго?»       «Двух с половиной минут вполне хватит. Ещё тридцать у тебя займёт заплыв туда и обратно. Итого – твои привычные три. Не парься, я засеку.»       «Запариться мне точно не светит.»       «И не забудь про яйцо!»       «А, ну да, точно...»       Парень проделал последнюю дыру, на сей раз даже не оповестив об этом всю округу, сообщил призрачному надзирателю о трёхминутной задержке, надел перевязь с золотым трофеем, глубоко вдохнул, и бросился в омут с головой. Преодолевать студёную массу в третий раз было столь же неприятно, сколь и в первые два, но придерживаясь древка бо он не совершал лишних движений, что ощущалось сродни размеренному пробиранию через терновник, а не буйному продиранию напролом, как при активной гребле своими четырьмя. Достигнув дна много быстрее чем рассчитывал, он стал вглядываться в непроглядную чернь поднятой им мути, не забывая при том и непрестанно содрогать свою спасительную тростинку, дабы Барон не решил что он в беде.       Темнота давила на психику не хуже толщи вод, а воображение «услужливо» дорисовывало таящиеся в той ктулхуёвины, из витавших перед взором «стекловидных бактерий». Ни за что ещё глазом было не зацепиться, покуда он не раскрыл блескучую скорлупу яйца. Послание изливалось уже отскакивавшим от зубов мотивчиком, но какого-либо дополнительного, скрытого содержания не приобрело, даже оказавшись в ареале к которому напрямую отсылало. И раз его догадка не подтверждалась, Гарри уже приготовился сомкнуть металлические лепестки, когда в отдалении проглянуло отчётливое свечение: в начале мутно-зеленоватого, а после куда более ясного, белёсого оттенка. Словно сияние патронуса, явившегося к нему во мраке вечной ночи.       «Ты бы лучше не спешил с такими радужными заключениями.» — поостерёг его единодушник. — «Доверяться блуждающим тут огонькам может статься и куда опрометчивей, нежели в каких-нибудь дремучих трясинах.»       Тем временем свет всё ярчал, обретая отчётливость очертаний. Поттер запоздало захлопнул яйцо да надёжно зафиксировал его перевязью, на случай если придётся без оглядки рвать когти.       «Всё, давай наверх!» — в скором следствии просигнализировал окончание периода погружения Сэлз.       Особо убеждать его и не требовалось, потому как юноша мигом заперебирал руками по черенку, дополнительно помогая тем ножничной работой ног. Воспоминания о всплытии да вскарабкивании на лёд слились в единый эпизод лихорадочной активности, а надёжно отложилась в памяти лишь сухость и мягкость ворсистого полотенца, которым он старательно обтёрся, да плотно обернулся. Вторым шагом к избавлению от простудных последствий стал приём Бодроперцовки, растёкшейся своей живительной остротой по его рту да пищеводу. А следом уже проявилась и основная побочка данного снадобья: изо рта и носа брюнета бурно повалил густой пар. Смешиваясь со вполне естественным зимним парением, тот делал его похожим на Хогвартс-Экспресс перед самым отбытием.       — Надо полагать мы закончили? — напомнил о себе призрак.       — Так вы всё-таки перебороли свой страх? — перевесило приличия его раздразнённое любопытство.       — Прошу прощения?       — Вы.. не спускались за мной под воду?       — Нет.. однако мы ведь о таком и не уславливались.. — тут полупрозрачные черты озарило мгновенное понимание, — Ты её видел?! Говорил с ней?!       — Кого? — присмирел под внезапным напором паренёк. — И с кем?       — Значит нет... — разом потускнело привидение. — Прошу прощения, если напугал. А также за то, что вынужден незамедлительно тебя оставить. Прощай, мальчик.       — Да ничего.. — уже вещая в спину нежданно ретировавшемуся, чисто на автопилоте Гарри закончил: — спасибо за помощь.       Но благодарность повисла в воздухе, так и оставшись без получателя.       «Чего это он?»       «Просто ты ненароком оттоптал ему больную мозоль.»       «Это из-за того что я сказал про страх?»       «Не забивай этим голову. Некоторым историям полное забвение только на пользу.»       Он не стал настаивать и, предпочтя не испытывать пределы эффектов зелья, принялся одеваться да обстоятельно укрываться Мантией. От последней на снегу было мало толку, но лишний слой между влажной кожей и шальными порывами ветра, что рандомно понижал температуру на добрый десяток градусов, благотворно сказывался на его самочувствии. Не в последнюю очередь потому, что отцовская мантия сохраняла непроницаемость не только для невооружённого взгляда, но и для мелкодисперсных погодных капризов. И ещё на парочку курсов ранее, он бы наверное ужаснулся от одной только мысли использовать сей уникальный предмет волшебного гардероба для примитивной защиты от стихии, но годы обладания сделали своё грязное дело, в достаточной степени обесценив бесценное.       Перед входом в замок он не устоял и притормозил у костровой чаши, чтобы по-быстрому прогреть всю отмороженную периферию, а после развернул Карту и проверил чист ли путь. Поттер не спешил целиком и полностью полагаться на детище Аргуса, поскольку кусок пергамента охватывал лишь горизонтальный срез планировки замка, а с таких архитектурных нюансов как балконы и лестницы его легко мог застать врасплох всякий случайный мимопроходила. И поочерёдно сличая действительность с планом, парнишка краем глаза засёк чернильную точку, буквально на мгновение проступившую на бумаге, но столь же стремительно впитавшуюся обратно. И всё бы ничего (как-никак подобное случалось сплошь и рядом, скажем при обычном спуске или подъёме по лестнице), но в тот конкретный момент он оставался преимущественно недвижим. А вдобавок, и мог бы поклясться своей палочкой, что величалась та точка не иначе как «Крауч». Насчёт имени той же уверенности не было, но много ли Краучей нынче могло иметь доступ в Хогвартс?       Жажда разузнать всю подноготную взыграла в нём с новой силой, практически вынуждая отправиться на выяснение всех обстоятельств. А мигнула та точка либо в районе Чертогов, где как раз имелось в достатке лестниц, на любой вкус и цвет. Либо же на верхнем уровне подземелий, где ориентировочно располагался.. класс зельеварения. Проще поддавался проверке именно второй вариант и, метнувшись до ближайшего спуска в подземье, брюнет сбежал по ступеням да повторно сверился с картой. Тогда-то его нутро и замерло в победном предвкушении – точка, с подписью «Бартемиус Крауч», продолжала шевеление в комнатке, предшествовавшей проходу на вотчину их зельевара. Машинально двигаясь в её направлении, он не сразу осознал что там располагается уже знакомая ему кладовая, в которой Снейп изолировал потенциально опасные, да особо ценные (причём одно зачастую не исключало другого, а скорее наоборот) ингредиенты, а также тонкий алхимический инструментарий. Вход туда был заказан для всех и каждого, кто не являлся нынешним деканом Слизерина, или не являлся тому вышестоящим чином.       А теперь, когда от посещения запретной комнаты его отделял единственный коридор, от искушения влезть в тёмные делишки зловредного министерца было уже не отбиться. И вот, миновав превеликое множество дремлющих портретов, юноша достиг искомой двери, да осторожно припал к прорези её старомодной замочной скважины. В тот же самый миг пол у его ног испещрили линии сияющего узора, а в непосредственной близи отзвучал хлопок ослепительного взрыва. Он не успел прикрыть глаза и перед ними тотчас же заплясали фейерверки фантомных клякс, напрочь застилавших ему обозрение. Затем распахнулась нараспашку и сама дверь, добавляя к полученным травмам острую боль, вкупе с пущей дезориентацией в пространстве. Сила удара отбросила подслеповато промаргивавшегося парня к противоположной стене, крепко приложившись о которую тот невольно испустил все вдохи, и сам того не ведая выронил яйцо. Впрочем не ведал он ровно до тех пор, покуда оброненное не ударилось об пол неудачно подвернувшейся защёлкой, да не раскрылось нараспашку. Тогда в закругление его персонального слоя ада влились и оглушающие вопли. Вынести этакий спектр шоковых процедур в столь сжатые сроки не смог и его закалённый организм. Вот паренёк и свернулся калачиком, в ожидании хоть какого-то полегчания. А спустя ещё неопределённый промежуток времени, в сознание начали пробиваться отголоски дельных мыслей, без устали транслируемых его единодушником.       «..крой яйцо! Скорее закрой яйцо!»       И он уже почти собрался оторвать одну руку от уха как раз под это дело, когда нежданно заметил движение в дальнем конце портретных рядов. И с предобморочным замиранием нутра, он признал в том стремительное приближение профессора Снейпа. Прибор к рукам яйца более не представлялся ему резонным курсом действий, так что он потратил оставшиеся секунды на плотное укутывание в Мантию, да неприметное вжимание в стену коридора. Лишь после он признал в нервирующем фоновом шуме дружный гомон, который подняли разбуженные портреты.       — ТИШИНА! — бесцеремонно осадил тех преподаватель.       А едва добившись подобия требуемого, он подошёл критически близко и поднял, да сомкнул доли скорлупы в яйцо. А затем холодно осведомился у всех внимающих:       — И кто же в ответе за этот бедлам?       — Так небось тот неизвестный в капюшоне! — запричитала со стены одна дама в летах. — Он сразу показался мне подозрительным! Ступал вишь, так опасливо да легко. Но разве ж кто меня послушал..       — А ещё был взрыв, Сева! — завторил той сосед, со всклокоченной шевелюрой да безумными глазами навыкате. — И полыхнуло-то.. ух. Словно от магниевого запала!       — И это аппарирующее яйцо!..       Тут свидетельские показания полетели со всех сторон, дополняя и даже приукрашивая друг дружку. Вот старший брюнет и вынужден был их решительно приостановить. Для того идеально сгодилось повторное раскрытие яйца.       — Так, насколько я понял был некто в капюшоне.. — принялся сопоставлять разрозненные факты тот, — пожалуй с него и начнём. Откуда явился, и куда делся впоследствии?       — Ну.. нашего лиходея я заприметила лишь на подходе сюда, а следовать за ним мне было уж очень не с руки. — женщина приподняла край подола пышного платья, — Сами понимаете...       — Не о том ты вещаешь, любезная. — вновь вклинился учёный муж. — Тут куда значимей будет его вторжение в наши сырьевые закрома.       Резко крутанувшись на сто восемьдесят градусов, декан собственноочно убедился в том что дверь так и оставалась приоткрытой. Далее он, с палочкой наизготовку, взялся штурмовать собственную кладовую. Однако в той, вполне ожидаемо, уже никого не оказалось. А взгляд цеплялся лишь за высокую стремянку, позволявшую легко достичь верхних полок, что подпирали потолок.       И то был наиболее подходящий момент для Гарри, чтобы незаметно слинять подобру-поздорову. Да только случай мигом улетучился, стоило ему заслышать уникальный перестук весьма приметных шагов, тотчас же введших его в животное оцепенение. С противоположного конца коридора к ним спешил Моуди. А до кучи, ещё одна проблемка наметилась с бодроперцовыми парами, что в избытке скопились под покровом его мантии, и грозили в любую секунду прорваться наружу.       Узнал поступь и визуально сверявший запасы зельевар. Сразу за чем зримо скривился, да вышел встречать незваного гостя.       — Моуди, вашему Оку случаем не попадался ускользнувший отсюда..       — Эй ты, под мантией! — с ходу обратился к кому-то третьему зотишник. — Да, я к тебе обращаюсь!       И этим третьим оказался он сам.       — Давай-ка без глупостей! Выбрасывай палочку да показывай обе руки первыми! Иначе мы атакуем без предупреждения!       У юноши не возникло и мысли супротив, настолько он был напуган. А последовательно исполняя все приказания, он неизбежно выпустил в свободное воздухоплавание и густые облачка пара.       — МИАЗМЫ!! — немедля проревел экс-мракоборец, прикрывая нос рукавом и выпаливая точно в него первое невербальное заклятие.       Оно мгновенно согнало все случайно ускользнувшие испарения, но парнишку также прибило к земле, наряду со вздутым покровом мантии. В результате и все оставшиеся «миазмы» разом вырвались наружу, а на его мантию обрушился ещё один залп магии. Однако каким-то чудом не пронизал её насквозь.       — Стойте! Не стреляйте! — отчаянно прокричал он. — Это никакие не миазмы, а просто пар!       Настало фронтовое затишье.       — Поднимайся, и вылезай из-под мантии! — наконец рявкнул Шизоглаз, не отнимая от лица сложенного платка, да удерживая здоровый глаз закрытым. — И держи руки на виду!       Он исполнил повеление и как можно плавнее стал в перекрестье двух направленных люмосов. Один из которых тотчас же снял его с прицела.       — Поттер.. — без особого удивления промолвил на выдохе Снейп, а затем: — Бодроперцовое снадобье.       А Моуди не спешил переключаться с боевой готовности, по-прежнему огуливая кончиком указки его абрис.       — Ну, выкладывай парень!       — Это не я лез в вашу кладовую, и тот взрыв устроил тоже не я! — попёрли из него признания. — Я только нечаянно выронил яйцо, когда ударился о стену!       — Тогда что же вы сами затевали в школе ночью, в комендантский час? — декан окинул его испытующим взором сквозь подозрительный прищур.       Делать было нечего, пришлось сознаться.       — Не в школе. Я выходил к Чёрному озеру, чтобы потренироваться перед вторым туром. Это обязательно нужно было сделать ночью.       — Значит это по вашей милости я сейчас жертвую сном..       — Кстати об этом, сегодня ведь не твоя очередь патрулировать северо-западный корпус, а Снейп?       — Мне не требуется ничьё дозволение, чтобы покидать ночью свои покои. По абсолютно любым из возможных причин. Тогда как вас это касаться и вовсе не должно, Моуди. — едко заметил тот.       — Ишь как запел.. — хищно оскалился бывший аврор, — небось уже запамятовал, как у самого тряслись поджилки перед..       — Но раз уж вам так интересно, — повышая голос, споро перебил коллегу зельевар, — то мне дало наводку наше факультетское привидение. Кровавый Барон советовал мне поприсутствовать в северной части замка, хотя бы до трёх ночи.       — Вот как... — волшебное око ещё побуравило черты старшего брюнета, перед тем как скользнуть обратно к младшему. — Ну а вы Поттер? Разглядели того, кто предположительно проник в кладовую?       — Я.. и хотел бы, но как только я опёрся на дверь у меня под ногами сразу активировалась какая-то световая ловушка.       — И как же выглядела эта «ловушка»?       — Как светящиеся руны, но.. вписанные во всякие геометрические фигуры.       — Стало быть глифы... — кажется начал воспринимать его слова чуть серьёзнее Шизоглаз. — А чей это у тебя посох?       — Это не посох, а бо. Бесконечный Бо. Я одолжил его у Уоррена.       — Хм, ну и мантия.. однозначно отцовская.       — Откуда вы?..       — Оттуда что мне было не разглядеть тебя сквозь неё. Оттого и тёплое приветствие. — он нагнулся, поднял серебристую ткань, и пропустил её через узловатые пальцы. — Да и легковесные заклятия об неё разлетались, как комья грязи.       Он протянул вещицу владельцу, а после указал на Карту.       — Ну а это?       — Ах это.. — он постарался накрыть большую её часть, перед тем как куда нечленораздельнее пробормотать: — да так, шалостьудалась.       — Чего-чего?       — Просто мои личные записи. Я делаю их особыми чернилами.       — Что правда? А то мне с чего-то привиделся план, напоминающий чертежи замка..       — Что-то ваше дознание затянулось, профессор. — счёл нужным напомнить о себе Снейп. — Так что дальнейшими расспросами, как и назначением наказания для мистера Поттера, пожалуй я займусь уже без вас.       — И что же подпитывает эдакую уверенность в исключительности твоего права?       — Навскидку: тот факт что возглавляю его факультет, и лично отвечаю за каждого слизеринца; что Поттер стал единственным живым свидетелем проникновения в мою кладовую; ну а вдогонку, что подземелья – это плотно закрепившаяся лишь за мной одним, зона персональной ответственности. Вам есть чем перебить хоть одно из приведённых мною полномочий, Шизоглаз?       Вышеназванный придвинулся к декану Слизерина почти вплотную, перед тем угрожающе процедить тому в лицо:       — Если я узнаю что ты пользуешься своим положением, чтобы безнаказанно измываться на единственным наследником Джимми и Лили, то мне не понадобятся и законные основания, чтобы лично перебить тебе хребет.       — Приберегите угрозы как раз на такой день. — ехидно ответствовал тот. — А то разбазарите и жалкие останки своей былой репутации.       Снейпу хватило смелости не только выдать подобное в лицо Моуди, но и сразу же повернуться к тому спиной, в дерзком намерении оставить последнее слово за собой. А перед уходом Мастер Подземелий ещё и вынул связку ключей, да механически запер кладовую (что, впрочем, не помешало ему накинуть поверх ещё и парочку охранных невербалок).       — Наслаждаетесь шоу, Поттер? — вспомнил и о нём Северус. — Ну так оно окончено. Подбирайте свои вещички и следуйте за мной.       На всё про всё ушло секунд десять, однако при попытке прихватить и бо, он услышал:       — Раз уж это вещица Аргуса, то пожалуй я её ему и занесу. — и задействовав оба посоха для своего рода скандинавской ходьбы, зотишник упредил его возражения простым: — Мне не в тягость.       А самому Гарри осталось лишь понуро поплестись под чёрным флагом, развевавшегося впереди подола мантии зельевара. Ровно как и в ту памятную ночь, пунктом их назначения стал класс зельеварения. А заняв знакомые позиции, они вновь сошлись в противостоянии кардинально отличных взглядов.       — Из уважения к нашему рождественскому уговору, я уточню: всё что вы говорили при Моуди – правда?       — Да. — поразмыслив над необходимостью выдавать не запрошенные напрямую сведения, паренёк таки решил не размениваться на толком не обоснованные утайки, и выдал всё как на духу: — Я не упомянул только то, что заметил на Карте Барти Крауча. Из-за этого я и решился наведаться к вашей кладовой.       — Вы утверждаете, что Бартемиус Крауч собственнолично обносил мои запасы? — даже не делая попыток камуфлировать скепсис, вопросили у него в ответ.       — Я утверждаю, что Карта показала мне точку под именем Бартемиус Крауч в пределах вашей кладовой. Чем он там занимался я представления не имею, но она прежде меня ещё не подводила. — он невольно сжал лежащую в кармане, плотную складку пергамента.       Далее мужчина предпринял нежданное и, повторно вытянув из кармана связку ключей, взялся изучать один из них, с величайшей тщательностью. Хотя, в сути своей, этот процесс скорее напоминал обстоятельную чистку, по итогу которой на столешнице скопилась россыпь частичек, от всякоразных загрязнений. Засим повесив в пространстве между ними плавать магический светошар, хозяин кабинета с особым интересом изучил наиболее крупные, тёмно-синие катышки. А в довершение осмотра, подцепив да аккуратно обнюхав оные, он резюмировал:       — Друбблс.       — Эм.. что? — растерялся младший брюнет.       — «Жвачка-надувачка от Друбблс». — более доступно разъяснил тот.       — То есть.. думаете слепок?       — Не припомню чтобы хоть у кого-то хватило наглости залепить резинкой один из моих замков. Даже Пивзу.       Они помолчали, переваривая масштабы возможных последствий.       — Но кто?..       — Кто-то, кому очень не хватает Ярой Каприфоли.       Едва заслышав уже известное наименование, он недолго думая уточнил:       — В смысле «Кипенной» Каприфоли?       — Нет, в смысле Каприфоли Ярой, а не такой которую можно спутать с идентичным этапом её варки!       Но если отбросить семантику, то они определённо говорили об одном и том же растении.       — Но кто-то у вас её крадёт, сэр?       — Не только её. Но каприфоль пропадает сильно чаще прочих, более редких компонентов.       Вдавшись мыслями глубоко в повседневные заботы, декан далеко не сразу возвратился к изначальной причине их уединения. Но как только...       — Однако мы здесь не на летучку собрались, а на разбор ваших сомнительных подвигов. Ну и? Чем вы оправдаете свои танцы на льду, или чем вы там занимались вдали от чужих глаз?       — Я просто погружался при минимальном надзоре, чтобы пережить, и после научиться бороться с паникой.       Старший неодобрительно повертел головой.       — Вы же понимаете что это не оправдание? Даже непосредственно на турнире вы будете рисковать куда умеренней! Так ещё и, в своей отчаянной безрассудности, вы надумали полагаться на одно из привидений?! Для которых жизнь ещё живущих и так значит немногим больше, чем прошлогодний снег?       В этакой формулировке вся его затея и впрямь представала натуральным полоумием.       — В моей голове эта идея казалась намного умнее.       Тут произошло нечто поистине немыслимое – Северус Снейп прыснул. И не ядовито или иронически, а вполне естественно. Но только осознав что именно натворил, тот мигом стёр малейшие следы отовсюду, кроме образов в памяти визави.       — Мне придётся как-то вас за это наказать? Идеи есть?       — Есть парочка.. но ведь удачными они будут лишь для одного из нас?       — Надо думать... — он и впрямь задумался. — Пожалуй я заберу вашу Карту. В уплату за одно старое и несдержанное обещание.       Юноша снова похолодел изнутри, видя что профессор уже не шутит. Расставание с наследием Мародёров и само по себе представлялось ему донельзя болезненным. Но если прибавить к тому потенциальное пользование ею кем-то из взрослых, то тут уже больше подходило несколько иное определение – попросту невыносимым. Тогда-то его голову и посетила задумка последнего шанса.       — Хорошо, я отдам вам Карту, — медленно проговорил он, — но активирую её только если вы соврёте мне на один вопрос.       — Это ещё почему? — пришёл в лёгкое недоумение собеседник. — Не лучше ли ставить на неудобную правду?       — Нет, не в этот раз. — несмотря на бесспорное превалирование риска над любой потенциальной выгодой, само наитие вынуждало его придерживаться избранного курса. — Вы согласны, сэр?       Ожидание полнилось предвестниками отказа, но в конце концов разродилось единственным:       — Согласен.       — Это правда что вы были одним из Пожирателей Смерти?       Грянувшему из сини запросу удалось расколоть напускную невозмутимость, и под доселе непроглядной поверхностью таки промелькнуло старательно подавляемое волнение. Но лишь на одно ускользающее мгновение, столь же стремительно канувшее в черноту омутов, за очами напротив.       — Аплодирую вашему подходу, — вымолвил зельевар, — но пожалуй я всё-таки возьму Карту, как она есть.       Манёвр действительно оправдал себя, ведь достиг лучшего из худших результатов, посредством минимально возможных затрат. Однако оттого расставание с артефактом отнюдь не переставало ощущаться сродни отъятию родного органа.       — Наверное, для полноты воровского комплекта, стоило бы конфисковать у вас и Мантию.. но посчитаем её задатком. За ваше достойное выступление в двух следующих турах. Согласны, мистер Поттер?       — Согласен. — облегчённо выдохнул тот.       — Тогда постарайтесь воздержаться от ваших сумасбродных выходок, и по возможности не умереть, хотя бы до окончания Турнира.       — Только до окончания? — полуулыбнулся Гарри.       — Только до момента, когда у меня появится шанс наконец умыть руки, да отправиться в заслуженную отставку.       Парень так и не определился: говорил ли декан серьёзно? Видать от второй за вечер, проясняющей всё усмешки, не иначе как расслоилась бы вся грёбаная мультивселенная.       — Вы же не собираетесь и в самом деле оставить нас без своего чуткого надзора?       — Браво! Такая рассчётливая лесть, что я почти не усомнился в её искренности. Почти. — тут мужчина укрыл от него свой взгляд. — Но я и сам ещё не уверен.. скажем так, во многом это будет зависеть не только от меня.       Двоица ещё попребывала в затишье неопределённости, но достаточно весомых причин для растягивания их полуночной беседы так и не образовалось.       — Пожалуй на этом всё. Давайте более не будем растрачивать наше, и без того ограниченное время на сон. — напутственно призвал старший брюнет. — Доброй ночи, мистер Поттер.       — Доброй ночи, профессор.       Расставание с последним прошло на порядок глаже, нежели с оставленным в чужих руках артефактом. Но и всю тяжесть досады быстро перевесили размышления о шальном случае, к которому тянулись корни свежей потери.       «Карта могла ошибиться с Краучем?» — без прелюдий взялся перебирать самую мякотку наружник.       «Событие на самой грани невероятия.» — немедля откликнулся уже бодрствовавший единодушник. — «А точечно повлиять на функционал столь узко специализированного артефакта под силу лишь аналогичному, узко специализированному артефакту. Вот только создание чего-то привносящего хаос, посредством творения порядка, не согласуется с самой сутью обоих здешних полтергейстов. Словом, сам я куда скорее поверю в некий, пока что не поддающийся пониманию замысел Барти Крауча.»       «Ну допустим.. он пользуется официальным допуском в школу, чтобы стрелять из её запасов ингредиенты для своих личных нужд. С одной стороны это логично – он не гадит там где ест..»       «.. а выдвинуть против него обвинения – и это при условии что они в принципе способны назреть – рискнёт далеко не каждый.»       «Но если сразу отпадает банальная перепродажа, то он явно что-то варит.. или изготавливает. Но что?»       «Не зная "более редких компонентов", мы можем лишь гадать на кофейной гуще. Лучше оставим это Трелони, а сами поподробнее остановимся на том, что уже точно знаем о..»       «.. Кипенной Каприфоли!» — вспомянул парнишка. — «В больших объёмах она требуется лишь для повышения порога токсичности. А значит либо сам Крауч, либо кто-то из его знакомых, постоянно превышает допустимую дозу, в приёме каких-то зелий.»       «Или зелья.»       «Или зелья.» — согласился он. — «На самом деле я уже достаточно давно его не видел. А когда видел, то он и впрямь выглядел каким-то.. больным, что ли. Припоминаешь?»       «Особо нервным, да, но пожалуй.. случалось и квёлым.» — погряз в архивах памяти Сэлз. — «Как бы там ни было, ничего нового нам это не даёт. С отношением к Краучу мы уже определились, и о краже со взломом сообщили кому надо. А Снейпу одна беспримерная злопамятность не позволит спустить всё на тормозах. Так что подедуцировали, и хватит. У нас и так важных забот – полный оборот.»       Как ни крути, а сосед по сознанию был прав. С текущим засильем рисков, для юноши так и оставалось далеко не очевидным, которыми из них стоило жонглировать в первую очередь. POV Драко.       На горизонте уже вовсю сиял старт нового семестра, а злополучный Бал всё темнел несмываемым пятном, пропитавшим насквозь все слои памяти младшего Малфоя. В отношениях с «ненаглядной когтевранкой» они так толком и не продвинулись, неизменно долбясь в незримый барьер непонимания, у коего не прослеживалось ни однозначного начала, ни ориентировочного конца. На смену выискиванию крупиц собственной вины пришло всё крепнущее раздражение, а умалчивания о главном (причём с обеих сторон) не позволяли копившейся напряжённости найти выход, для спасительной разрядки. И по состоянию на первую учебную неделю Января, ситуация между ними грозила разрешиться гадким эксцессом, что поставит жирную точку во всех его любовных метаниях. А способов не допустить резкую эскалацию становилось всё меньше, с каждым их непродуктивным контактом.       Для сглаживания эдакой непродуктивности, блондин старался забивать все возможности соскользнуть на личное в диалогах, то и дело озабочиваясь чужими проблемами. Тогда очень кстати пришлись неудачи на любовном фронте у Хагрида, а также сопутствовавшие тем откровения. И если поначалу им четверым (за ясным исключением одного сверхзанятого чемпиона), хоть как-то удавалось удерживать большого друга от оседания на дно бутылки, то с вступлением в должность Вильгельмины Граббли-Плэнк все их усилия пошли прахом. Волшебницу с образованием колдозоолога, да чертовски непривычной уху фамилией, пригласил из хогсмидского зверинца сам Дамблдор. И она временно заняла пост преподавателя УзаМаС вместо Рубеуса, который – достоверно, по слухам – вынес ровно одно занятие, и то не целиком. А после и вовсе наотрез отказался появляться перед студентами. В более располагающей обстановке собственной хаты он объяснял это осуждением и насмешкой, что нынче виделась ему в каждом встречном взоре. И как бы ребята не подставляли плечи, но удержать всю массу великаньих тревог им было не по силам. По крайней мере покуда своей затеей не разжился наименее активный член их группы поддержки.       Сначала Поттер вскользь упомянул некие «групповые пробежки», а затем и свёл лесника с главной спортсвумен. И крайняя часть оказалась коротка лишь в изложении, ведь поначалу громадный пьянчуга ни в какую не соглашался на сделку «выпивка лишь после пробежки» (или просто ВЛиПП). Но нескольким сессиям их дружного хора здравомыслия таки удалось достучаться до интоксицированного здравомыслия гиганта, и в конечном счёте взять того на слабо. Но несмотря на выторгованные выпивохой жертвы (в форме собственноличного участия во всех оздоровительных мероприятиях, на квинту с ним), итог однозначно того стоил. Драко и не помнил когда последний раз так много и долго смеялся, глядя как мадам Хуч пытается приучить лесного колосса к трусце, пока тот, сам того не замечая, сшибает весь подвернувшийся на пути подрост, да единолично протаптывает для всех бегунов единую тропу. Впрочем веселиться у него самого выходило лишь в передышках между тяжким переступом, коим сопровождалось первое знакомство каждого спортивного новичка. Но и от их общей «жертвы» в результате проступили одни плюсы, в виде наладившегося самочувствия да окрепшей дыхалки, что помогала совершать рывки по каменным лабиринтам замка, да поспевать на уроки вовремя. А вдобавок и потребление полувеликаном спиртного значительно сократилось, ввиду нарабатываемой усталой сонливости, куда настойчивее гнавшей того домой. Однако до полного разрешения проблемы с алкоголем Хагрид не мог надеяться на возвращение к преподаванию. А ученикам приходилось довольствоваться министерской программой, в исполнении грабле-планочной заместительницы. Но то отнюдь не значило, что обучали их спустя рукава, или же какой-нибудь скуке смертной. А даже совсем наоборот...       Четверокурсники со всех факультетов стекались к месту проведения Ухода, с нехарактерной для них пунктуальностью. Всем было ссыкотно испытывать терпение нового преподавателя ещё до первого знакомства. И встречала их седоволосая женщина за пятьдесят, с выдающимся треугольником подбородка, которым вполне можно было орудовать на каменоломнях. Одета она была непритязательно и чистоплотности за ней явно не водилось. Равно как и маломальских приличий, ведь даже завидев их приближение, старуха всё равно взялась обстоятельно втирать в дёсны понюшку нюхательного табаку. Или ещё чего-то, очень на него похожего.       Она дождалась звонка, давая всем собраться как в прямом, так и в переносном смыслах, перед тем обратиться к ним с незатейливой речью.       — Как упоминал директор, меня звать Граббли-Плэнк. Можете звать «мадам Плэнк», или «мэм» – как угодно. Я временно замещаю у вас профессора Хагрида. И хоть первое занятие изначально планировалось у нас вводным, да полностью теоретическим, но тут так совпало, что в непосредственной близости от замка расположился на стоянку целый табун единорогов. Такого случая может не выпасть и во весь оставшийся год, так что не будем жевать сопли и выдвинемся к ним немедленно!       Что та и проделала, более не оборачиваясь. Видимо, в отличие от некоторых наставников, она верила в их способность следовать элементарным указаниям. Ну или отсеивала недостойнейших, что таки умудряться потеряться в Лесу. А последний скоро впустил их в свои чащи, которые гасили всё сопроводительное эхо с почти что неестественной быстротой. И как вскоре выяснилось, путь их лежал к незарастающей прогалине загона, в пределах которого проходила их незапамятная встреча с гиппогрифами. Да только ныне его освещали одним своим присутствием сказочной красоты лошади, прямо-таки источавшие благородство сквозь горделивую осанистость. Большинство из них щеголяло этакой белизной узорчатых шкур, что холёные пегасы бобатонцев тотчас блекли в сравнении. Но мелькали в том белоснежном столпотворении и оттенки тёмного золота, сильно отличавшиеся от металлического блеска копыт. И хорошенько присмотревшись, Малфой живо сумел различить в самой гуще стада нескладных жеребят, со скромными шишками выростов заместо спиралевидного рога.       — Как вы могли заметить, старшие единороги старательно оберегают свой около беззащитный молодняк. — прокомментировала то наблюдение зотишница. — Как раз поэтому мы и не станем нервировать старших вторжением на их территорию, а будем дожидаться наиболее любопытных особей у ограждения загона. Но перед этим давайте-ка я устрою вам наглядную демонстрацию их особых предпочтений.. Класс, делимся на две группы! Девушки – туда, подальше от стада, а мальчики наоборот, вон сюда...       Они перестроились как было велено и Драко оказался в окружении прочих яйценосцев со Слизерина. Гарри оказался по ту сторону толпы, Невилл начисто в ней затерялся, а Гермиона с Луной возглавляли стайку умилённых девушек, то и дело перешёптывавшихся, да указывавших пальцами на своих свежих любимчиков. Наверное тут сбоил тот же механизм распознавания, что покрывал и внешку большинства азиаток, но блондину неиронично потребовалась бы подзорная труба, чтобы отыскать отличия и между двумя случайно выбранными, зрелыми единорогами.       — Если один из них заинтересуется вами, то постарайтесь не паниковать. Не совершайте резких движений и для начала позвольте ему себя обнюхать. Если конь примется отстраняться, то не делайте попыток его коснуться. И сразу предупреждаю всех, склонных к накручиванию себя: к вам они скорее всего и сами не пойдут. А вот любую злонамеренность они учуют за версту, и даже могут атаковать – для того и барьер между вами. Но просто чтоб вы знали: их рог проходит и сквозь закалённую сталь, словно та состоит из спрессованной глины. Так что лучше десять раз подумайте, прежде чем их дразнить.       Кажется на сей раз главный посыл дошёл до всех и каждого, а Пэнси так и вовсе предусмотрительно попятилась в задние ряды, памятуя о произошедшем годом ранее. Ну а после настала пора ожидания, за которую мифические лошадки планомерно расслаблялись, обвыкаясь в их пассивном присутствии. Вскоре после этого, наиболее молодые из жеребцов взялись щипать траву всё ближе и ближе к ним. А потом и вовсе открыто уставились на оробевший цвет студенчества, активно вбирая смеси их запашков очертившимися ноздрями. Засим один из любопытствующих единорогов таки не устоял перед искушением и начал целенаправленно подступать к группке, включавшей представительниц прекрасного пола. Но от момента первого контакта Малфоя отвлёк Блейз Забини, обратившийся к нему без уместного для того повода. Однако отнюдь не без причины.       — Ну Драко, как там твой медовый месяц? — негаданно вопросил он. — А то мать утверждает, что лишь в этот скоротечный период в принципе и возможно полноценно наслаждаться браком.       Соблазн ответить подспудной агрессией был велик, а вспомянуть тот занятный факт, что матери однокурсника всяко видней, ведь она овдовевала семь раз подряд – и того больше. Но тогда он сдержал себя.       — А я и не припомню чтобы обручался. Но если тебя так заботит кому меня нынче сватают, то лучше уточняй у моих родителей.       — О, быть может именно так я и поступлю. — медленно проговорил чернокожий парень, поблескивая угольными полушариями очей из-под косого разреза глаз. — Даже интересно, насколько их устроит твоя личная фаворитка...       А вот это уже воспринималось не иначе как неприкрытой угрозой. И плотное оцепление в котором он оказался, вмиг заиграло радикально иными оттенками.       — Ничем хорошим это для тебя не обернётся. — всё ещё стараясь поддерживать стремительно опадающую личину, заявил светловолосый.       — Ещё в позапрошлом году я бы тебе наверное поверил. В прошлом – уже с натяжкой. Но теперь... — Блейз поджал губы да повертел головой. — Что с тобой сталось, а? Неужто такая охота, для разнообразия измазаться в грязи? Или для тебя и вправду мошонка – всему голова?       Драко стиснул кулаки, впившись ногтями в ладони, и в последний раз сдержался от опрометчивого порыва. Вот только это стоило ему шанса на своевременную контратаку, и теперь собираться с мыслями стало поздно, ведь со зрительских трибун ему уже засчитали техническое поражение.       — Что, совсем нечем оправдаться? — попытался его добить Забини.       — Нечем? Скорее незачем. — обрёл второе дыхание он. — Если бы я удостаивал ответа каждую шавку, что брешет на истинно чистокровных, то ни на что другое у меня времени бы уже не оставалось.       И без того узкие глаза превратились в натуральные щёлочки, а ему наконец удалось оставить последнее слово за собой. Но уж точно не за счёт безответности оппонента, а исключительно благодаря внезапному вмешательству учителя.       — Что у вас тут? — с ходу осведомилась та, распространяя вокруг душок, отдававший в носу вонью промокшего курева. — И что я говорила о злонамеренности? Из-за вашей грызни даже едва убелённые не рискнут приближаться, иначе как для того чтобы нанизать вас обоих, словно гадючий шашлык!       Над всем их курсом пробежал стройный пересмех, а зотишница остыла столь же быстро сколь и распалилась.       — Впрочем наши забияки лишь усилили степень той выборочности, на которую я и хотела вам указать. — она повела рукой в сторону противоположной группы, вокруг которой уже вилась целая троица рогатых коней, тогда как к мальчишкам пока ещё не прибился ни один. — Единороги предпочитают контактировать только с несовершеннолетними, и преимущественно женского пола.       А собственноочно завидев как оный льнёт к руке Грейнджер, Малфой основательно залип на том визуальном образе, что позволило неприятелю с лёгкостью проследить его взгляд до точки интереса.       — Хех, похоже благородные единороги ещё и предпочитают истинно грязнокровых. — вполголоса отметил чёрный слизеринец. — Совсем как..       Тут Блейз беспомощно осел на землю, и взялся неверяще ощупывать пальцами разбитый нос. А Драко уже занёс кулак для повторного удара, но его остановили разом: туша Гойла, преградившая подступы к изустному обидчику, да лапы Крэбба, взявшие его в надёжный захват из-под мышек. И символичность ситуации не обошла бы блондина стороной, не будь он настоль взбешён.       — А ну разошлись! — гаркнула на них оперативно подоспевшая Плэнк, да разняла их с силой, которую никак не получалось заподозрить в её неспортивном телосложении. — И стойте где стоите!       — Он ударил меня по лицу! — откровенно играя на публику, возопил Забини.       — Это-то как раз ясно, — недовольно заметила училка, переводя взор на него. — а меня больше интересует причина.       — Нечего было распускать свой паршивый язык. — процедил сквозь зубы он.       — Да я вообще не к тебе обращался! — уже принялся подвирать потерпевший.       — Тихо! — прикрикнула на них преподавательница. — Всё, хватит с меня ваших недомолвок! В следующие хогсмидские выходные оба явитесь в мой зоосад на отработки.       — Какие ещё отработки?! — вознегодовал битый. — Я ведь просто жертва!       — В качестве отработок будете вручную отсортировывать кизяк взрывопотама. А жертва тут только я – обмана. — женщина хитро улыбнулась. — Но, благо, с чертовски острым слухом.       — Но.. — уже не находился с претензиями Блейз, — что ещё за кизяк?       — Ценный компонент для травологии. Представляет из себя лепни иссохшего навоза.       Малфой только что отыскал своего любимого профессора. И плевать что ему самому придётся идентично замарать руки. Одна возможность лицезреть Забини за этим делом, с лихвой компенсировала все персональные неудобства. А вдобавок Граббли-Плэнк позабыла отнять у них штрафные баллы, так что они умудрились отделаться ещё легче прогнозируемого. Правда вот выходного в Хогсмиде было жаль, уж не без этого. Да и этот варварский роспуск рук ему ещё всенепременно аукнется. И с Гермионой ему никак не объясниться. И родители от него откажутся, как только всё узнают...       Пожалуй что он поторопился с выводами. Всё плохо. И дальше всё может катиться лишь по наклонной. POV Гарри.       — Уже читал этот высер? — спросил брюнет, подталкивая к немногословному соседу свежий номер «Пророка».       Они сидели поодаль от прочих слизеринцев, подкрепляясь перед грядущим походом в Хогсмид.       — Не. Чо там? — безэмоционально поинтересовался тот, двигая газетёнку обратно.       — Какие-то студенты дали анонимное интервью Скитер. И там они только и делают что прохаживаются по тому, что осталось от репутации Хагрида. Заливают как всегда боялись его самого, и его лесных тварей.       — Так а что там анонимного? Не удивлюсь если над ним коллективно потрудилась большая часть нашего факультета.       Возражений на данное предположение не отыскалось у них обоих.       — Ладно, я лучше пойду. — вдруг надумал удалиться блондин.       — Не будешь дожидаться остальных?       — Нет. — твёрдо произнёс Драко, но после чуть сгладил подачу разъяснением: — Не хочу опоздать.       — Не хочешь отвечать на расспросы Гермионы? — грустно улыбнулся Поттер.       — Она всё ещё допрашивает тебя? — виновато потупился друг.       — Ага.       — А ты?       — А я.. самоустраняюсь из диалога.       Товарищ не стал настаивать на подробном отчёте, а заместо того полюбопытствовал:       — А что ты сам сказал Чань? Если не секрет.       — Да так, выдал первую сентиментальную хрень, которая показалась мне уместной в моменте. — он ещё поколебался, перед тем как браться озвучивать оную. — Что не хочу делать её такой же несчастной, каким себя чувствую.       — Ё-ё... И сработало?       — А она всё ещё на меня смотрит?       Малфой споро стрельнул зрачками в направлении второго стола, на пару с ихним окаймлявшего центральный проход.       — Ну да, поглядывает.       — Тогда – не особо.       Они разделили понимающую усмешку да распрощались, а в скором следствии компанию ему составила уже готовая к выходу троица, из Лонгботтома, Лавгуд и Грейнджер.       — А Драко уже ушёл? — вместо привета вопросила последняя.       — Ушёл. — подтвердил он.       — Сказал почему?       — Чтобы успеть на отработку у Плэнк.       — И чтобы не идти в Хогсмид со мной?       — Я не в праве..       —.. судить о потаённых мотивах своего подзащитного? — закончила за него стандартную формулировку отвода та.       —.. госпожа прокурор. — внёс финальный штрих он.       Невилл с Луной зажевали улыбки, а шатенка недовольно закатила глаза да махнула рукой, тем самым сигналя и их скорое отправление.       Так, вчетвером они пересекли снежный ландшафт, и по негласной традиции заглянули в «Три Метлы», чтобы бахнуть чего-нибудь горячительного. Не будучи ценителем фирменного сливочного пива, Гарри заказал себе безалкогольный глинтвейн и уже хотел было присоединиться к друзьям, но не тут-то было. Ведь ещё на полпути его живо выцепил один неусидчивый экс-спортсмен. За пролетевшие месяцы странное поведение Людо успело основательно выветриться из памяти паренька, но теперь в той послушно всплывали обрывки расточаемых подсказок, да яркие проявления форменного фаворитизма. И похоже миновавший период не прошёл бесследно и для самого Бэгмена: округлая физиономия посерела да осунулась, из щёк и подбородка проклюнулась жиденькая щетина, а ношеная-переношеная форма «Уимборнских Ос» провисала на схуднувшем владельце, словно на онкобольном в финальной стадии. И лишь в тусклом блеске покрасневших глаз угадывался прежний огонёк подугасшей страсти, с которой тот к нему и нагрянул.       — Гарри! Сколько лет, сколько зим! — он уже собрался дружески хлопнуть его по плечу, но проследил то до удерживаемого бокала с напитком и вовремя передумал. — Не возражаешь если я займу пару минут твоего времени?       — Зависит от того что вам нужно. — не стал скрывать критическую нехватку энтузиазма парнишка.       — О, лишь парочка пустяковых уточнений.. — тут навязчивый собеседник как можно неприметнее покосился по сторонам, и выдал почти не шевеля губами: — наедине, если не против.       Практически обдавая того волнами скепсиса, вслух брюнет озвучил:       — Здесь с этим определённо будут проблемы, — он обвёл пальцами свободной руки забитое под завязку помещение паба, — а наружей я уже понаслаждался на пути сюда, спасибо.       — Ну ты чего Гарри.. не спеши отмахиваться, — окончательно забросил поддержание образа Людовик, — я же пришёл к тебе с дружеским советом..       — Я не знаю что за игру вы ведёте, но вы – просто один из дли-и-инной очереди людей, которым от меня что-то нужно! — наконец выплеснулось через край, всё копившееся внутри у «Мальчика, Который Выжил». — Но в данный момент мне не требуются ваши советы, подсказки, или какая-то иная помощь! А ежели потребуются, то я сам, первым вам об этом сообщу!       Каким-то образом удержав вокальные амплитуды в пределах яростного шёпота, напоследок Поттер пригубил свое парящее питьё, дабы не расплескать по дороге до столика, и не оборачиваясь двинулся по выбранному назначению. Да только...       — Гарри!       Сразу как за ним хлопнула дверь, перед ним нарисовался проныра Бильям из Уизли. Да сходу взялся за своё уполномоченное гоблинское нососование.       — Что он тебе сказал?       — И тебе привет, Билл..       — Нет времени обмениваться любезностями, говори скорее! — явно спеша вернуться к соглядатайству, поторопил его рыжий.       — Пожалуйста играйте в «плащ и кинжал» с кем-нибудь другим. А у меня больше нет желания отыгрывать между вами третью ногу!       Юноша терял уверенность в слетавшем с языка аккурат в момент произнесения. Но больно уж допекли закулисные интриги с его прямым участием, в которое он имел крайне поверхностное посвящение. Благо старший из братьев Уизли не стал заострять внимание на его незаслуженной отповеди, будучи полностью вовлечён в рабочий процесс выслеживания. Вот и не получив дельного ответа с наскоку, тот мигом переключился на режим преследователя, а черноволосый парень так и остался торчать, выставленный не в лучшем свете собственной же гневной вспышкой. И вонь от сего посрамления живо привлекла копрососущий гнус, в размалёваной физиомордии одной бессменной корреспондентки.       — Только вас мне тут не хватало... — процедил на выдохе сам незадачливый эпицентр внимания.       — Я тоже безмерно скучала, Гарри! — игриво провела кончиком своего ППП по его подбородку Рита. — И как погляжу, у тебя уже имеются знакомые и в Министерстве, и в «Гринготтсе», и в «Святочтимой Недотридцатке»... Не желаешь прибавить к ним и ту единственную, кто уже давно «на ты» со всеми остальными?       — А ну-ну, прям со всеми..       — Со всеми кто стоит внимания. — парировала писака.       — А ваше «на ты» небось ещё и обоюдно?       — Не переусердствуй с сарказмом дорогуша, — блеснула золотом коронок она, — это почерк дилетанта.       — Вам ли об этом не знать.       — Дубьё да булыги. Но ты бы лучше не старался угодить в мою немилость, мальчиш. А то, может статься, что выбираться оттуда будет куда хлопотней.       Поттер смерил журналюгу, уже опустившуюся до завуалированных угроз, наиболее снисходительным взором, что ему только удалось воспроизвести по богатой памяти. Но сказануть что-нибудь тон мыслям он банально не успел, будучи опережён своей образцовой сокурсницей.       — Вынюхиваете очередную порцию грязи на полувеликанов? — не церемонясь, зашла с дерзкой предъявы Гермиона. — Тогда вы сунулись не к тому слизеринцу.       — Ах, ты об этом дикаре с опушки леса? — состроила сущее непонимание Скитер. — Да там всё уже ископано вдоль и поперёк. Куда как лукративнее мне представляются таинственные встречи распорядителя Тремажего Турнира, с самым младшим, и неожиданным из его участников..       — Как вам не стыдно выдавать свои бредни за правду?! — праведно взвилась шатенка. — Вы хоть понимаете через что приходится пройти всем жертвам ваших статеек?!       — Не поучай взрослых на темы, в которых сама ни черта не смыслишь, когтевранская пигалица! — натурально окрысилась на ту корреспондентша, но затем подсбавила градус неприкрытой агрессии. — Уж извиняй за неприкрытую правду, но ты слишком ординарна, чтобы стоить и усилий по запоминанию твоего имени. Да и слишком незначительна в плане общей картины, чтобы вызывать какие-либо сожаления. Даже в большей степени, чем ваш дружок полулюдоед.       Брюнету давно не приходилось видеть подругу настоль разъярённой. Её буйные пряди словно бы наэлектризовались, вкупе начав походить на встопорщенную гриву. А глаза так и искрились предвестниками грозовых разрядов. Однако и ей, в свою очередь, не пришлось отстаивать запятнанную честь одной..       — Ну, коли уж взялись поносить меня за глаза, милочка, — вдруг окатило их откуда-то сверху раскатистым басом, — то лучшей поостереглись бы чесать языком без оглядки. А то так недолго и напроситься ко мне в котёл. Лакомой добычей, стал быть.       Все трое так увлеклись своей перепалкой, что напрочь проглядели приход аж целого Хранителя Земель, которого и впрямь сложно было признать в том импровизированном спортивном прикиде, из мокасин старого образца, поистине безразмерных треников, просторной рубахи с вырезом у горла, да подбитой мехом кожаной жилетки. Вдобавок, непослушная шевелюра Рубеуса была забрана хвост, более походивший на сноп кудрявого сена, а открывавшаяся за счёт того часть физиономии по-здоровому румянилась. В противоположность алению под спиртовым градусом. Ну и теперь обзаводился определённым источником тот тяжёлый дух, которым повеяло как раз незадолго до объявления лесничего.       — Да.. что вы говорите? — постаралась не выглядеть застанной врасплох Рита, но безуспешно. — Чтоб вы знали, своими угрозами вы лишь подкрепляете высказанные мной, обоснованные допущения. А высказывать я могу всё, что только мне заблагорассудится.       — Ой ли? — ко всеобщему удивлению не растерялся Хагрид. — Дык давайте спросим, угодны ли ваши речи да выступления здешней хозяйке? — он обошёл тройку скандалистов и обратился напрямую к владелице паба, в образовавшейся завесе тишины: — Что скажете мадам? Надобна ли вам здесь энта сочинительница?       — Да не так чтоб очень. — с готовностью подыграла тому Розмерта. — Выпивки почти не заказывает, как и её частые гости. А сидячие места занимает, собой да своим барахлом, чуть ли не с утра, и частенько аж до самого вечера. Да ещё и нелестно отзывается в своей колонке о моей постоянной клиентуре.       — Значица вы не будете против, ежели я помогу вам спровадить её отседова?       — Нисколько. А то нам ведь как раз понадобится несколько местечек для тебя одного, да Руби?       — Энто да, как есть. — гигант развернулся к Скитер всем своим необъятным корпусом, и та инстинктивно отступила на пару шагов. — Ну, слыхали дамочка? Выметайтесь! Иль вам надобно с этим подсобить? А то я дык с радостью!..       — Вы.. ещё об этом пожалеете! — пятясь к двери, поочерёдно тыкала во всех четверых остриём своего пера журналистка. — Все вы!       А едва дверь за настырной писакой захлопнулась, как по залу пробежала волна дружного тоста, в поддержку их обхождения с оной. Лишь немногочисленные слизеринцы показательно удалились, видать вслед за своей потенциальной нанимательницей. В то время как великан приветственно хлопнул их по плечам, да пошёл и втиснулся за стойку бара, со следующим заказом:       — Мне бочечку лимонной содовой, и твою самую..       —.. большую кружку. — закончила за него барменша. — Я в курсе, здоровяк.       Преувеличениями озвученные выше мерила отнюдь не являлись, ведь вскоре женщина вручила исполину всамделишний бочонок (пусть и из маломерных), да кран к нему. А упомянутая позднее кружка, на поверку оказалась скорее уж полноценной кадкой. И лишь когда Хагрид принялся жадно утолять жажду, их двоица преодолела барьер зрительского ступора.       — Похоже физкультура и впрямь творит чудеса. — выразила их общие впечатления Гермиона, перед тем как составить юноше компанию в пути до их столика.       — Ага, похоже.       Далее они уселись, обменялись улыбками с Луной и Невиллом, а под влиянием тёплого мига голову Гарри посетила задумка, которую-то он и взялся незамедлительно претворять в жизнь.       — Что собираешься делать? — первым поинтересовался Лонгботтом.       — Да вот думаю написать о последних событиях нашим «бирюкам». — он взял на изготовку автоперо. — Хотите добавить что-нибудь от себя? POV Драко.       Наследник Малфоев вышел с отработок уставшим как каторжник, да пахучим как говночист (он попросту зарёкся обнюхивать собственные руки, и в особенности области вокруг ногтей, которые ни в какую не отмывались начисто). И потому, прочухавшись утром следующего дня, он стал одним из немногих, на кого свежая передовица «Пророка» свалилась словно бы из ниоткуда. В ней Скитер проходилась по английским чемпионам с той обстоятельностью, которая попросту не могла быть вызвана ничем иным, кроме как глубоким чувством личной обиды. Большая часть плевков пришлась на младшего из чемпионов Хогвартса, но досталось и пай-мальчику Диггори. К примеру, их обоих не обошли инсинуации в сговоре, с целью победы в Турнире. И раз у Гарри имелись сведущие знакомые в лице Бэгмена, то опосредованно они имелись и у Седрика. Железных доказательств у Риты разумеется не было, но и простых подозрений хватало с лихвой, чтобы заронить в нужные умы семена сомнений, грозящих дать всходы в наиболее неудачное из грядущих поворотных мгновений. Например среди процедуры выставления оценок.       И на одного только слизеринского чемпиона это вероятие не оказывало должного угнетающего воздействия.       — Да и пусть подозревают меня, хоть бы и разом во всех смертных грехах. — беспечно отвечал на высказанные опасения Поттер. — Ещё до выхода этой статьи я принял решение справиться с испытаниями так, как сам сочту нужным. Так что пусть Скитер и дальше фабрикует свои факты – с большей вероятностью где-нибудь проколется.       — А что насчёт судей? Некоторые из них так вообще с готовностью поверят в любой её бред, лишь бы хоть как-то оправдать занижение итогового балла. — безрезультатно взывал к здравому смыслу соседа блондин.       — Значит от меня потребуется победить таким способом, который гарантированно не пришёл бы в голову ни одному из учредителей, по типу Бэгмена.       Ах, всего то! Вот только..       — Ты говоришь так.. будто уже знаешь такой способ? — полувопрошая, забросил наживку он.       Но не получил в ответ ни намёка и на единичную составляющую плана, а только лишь загадочную улыбку, да всеобъемлющее:       — Увидишь.       Обещанное за добрый месяц до старта второго тура, не приводило к катарсису авансом. Но проблемы на личном и социальном фронтах позволили парнишке эффективно позабыть о терзающей тайне, в подавляющем присутствии более насущных трудностей. Одной из таковых продолжала оставаться его «ненаглядная когтевранка». Да вот уже не столько благодаря причудам женских повадок, сколько из его собственных заскоков. Ведь мальчик уже начинал бояться ответов, которые та готовилась ему предоставить. Оттого что за каждым из них тянулась череда возможных последствий, преимущественно негативного характера.       В первом сценарии она отвечала взаимностью, но его родичи неминуемо узнавали о завязанных ими отношениях. А наказанием за то служили.. перевод в другую школу? Отречение? Забвение? Ну а во втором случае он сам и послужит себе злейшим бичом. Но не будучи способным вернуться к прежнему статусу-кво, погрязнет гнетущих думах как минимум на три оставшихся года обучения. В общем мрак, с какой стороны не погляди.       Но ведь наличествовала и препона иного порядка, по имени Блейз Забини. Последний, под стать своей родимой чёрной вдовушке, всегда производил впечатление отъявленного оппортуниста. Но после их памятной стычки на Уходе, он будто бы напрочь перестал это скрывать, взявшись захватнически отбивать все ослабшие позиции Драко в иерархии факультета. И судя по тому сколь быстро у него это выходило, приступил он отнюдь не после выходной отработки у Граббли-Плэнк. Но что хуже всего, в его прямых интересах, да и возможностях, числилось досрочное разглашение секрета их с Гермионой отношений. А до сих пор не сделал он этого лишь в выжидании идеального момента, да ради того чтобы лишний раз помучать конкурента неопределённостью.       Словом приближалась пора серьёзного ответа за всё его опрометчивые выходки, как всегда и талдычил отец. Младший Малфой не ведал сколько ещё они смогут скрывать от всеобщего обозрения своё грязное бельё, но точно знал где пролегает времяраздел, за которым откроется.. своего рода «пляжный сезон». В конце текущего семестра всё тайное так или иначе станет явным, а значит ему остаётся только проживать оставшийся срок на полную катушку и наслаждаться бодрящим веянием иссякающей свободы. Но, ещё до пуска во все тяжкие, неплохо бы и помочь другу под ярмом СМЕРТЕЛЬНОЙ ОПАСНОСТИ. Не в последнюю очередь потому, что это дарует и ему самому лишнюю причину отложить судьбоносный разговор с Грейнджер. Впрочем, как скоро выяснилось, сосед похоже вовсе не привирал насчёт плана, что не пришёл бы в голову никому из организаторов. По крайней мере держался он с готовностью заведомого победителя, и толком не дополнял текущую программу уличных тренировок, предпочитая им лишний часок здорового сна.       Тогда блондин сосредоточился на ограждении товарища от нападок со стороны «пресс-машины» имени Скитер, со всеми её полевыми агентами. Во имя этой цели ему пришлось пуще поступиться своими принципами и даже опуститься до беззастенчивого стукачества Снейпу на каждого, кто донимал их по его собственной первоначальной вине, да нынешней диспозиции Забини. Обнаруживать всё больше прежних корешей по другую сторону баррикад было болезненно до непередаваемости, но в то же самое время и привносило ощутимую дозу облегчения. Ведь теперь, уже не будучи настоль стиснут рамками «благородия», он мог куда радикальнее подразделять свой круг общения, на чёрно-белых врагов и союзников. Тогда как прежде волками в овечьей шкуре, по-умолчанию являлось абсолютное большинство, и лишь конкретные обстоятельства придавали окружающим ситуативно интерпретируемые тона. А по итогам выходило, что чутьё не подвело его лишь в отношении Тео. Что до всех остальных.. скажем так, они в той или иной мере дискредитировали себя в его глазах. Будь то прямой вовлечённостью в деятельность Блейза, или же малодушным избранием невмешательства.       — Не ставь на них крест, только из-за того что они пока не определились. — вразумлял его Нотт. — Иначе они могут определиться поспешно и, скорее всего, не в твою пользу.       — Да и хрен с ними, и с их грёбаным нейтралитетом! — с горяча приписывал к минусам неопределённости он.       — Ты меня не слушаешь. Многие из них реально не успели привыкнуть к новому положению дел, после всех внезапных перестановок в иерархии. А если совсем уж откровенно, то сейчас ты не можешь себе позволить срываться не то что на потенциальных союзниках, но даже на неявных врагах.       Теодор конечно же был прав, но признавать это вслух он не собирался. Хватит и немого следования дружескому совету.       — Кстати, а ты уже понял как они общаются между собой? — вдруг предоставили ему новую задачку.       — Имеешь в виду кодлу Забини, или Скитер?       — А есть разница? — Нотт не стал дальше тянуть, и раскрыл ему истоки сего интереса. — На днях я видел как Пэнси что-то нашёптывает себе в кулак. Она заметила меня раньше чем я успел разглядеть что в нём было, но не сомневаюсь что это нечто – часть их цепи сообщения с Ритой.       — Ясно.. — мрачно покивал на то Драко, — но что по-твоему мне со всем с этим делать?       — Не давай им лишних поводов. И уж точно завязывай с откровенными провокациями!       Обо всём этом ему и самому было давно да прекрасно известно. Так почему чтобы наконец опомниться, парню всё равно потребовалось прислушаться к проговору извне? Неужто пульсация крови и впрямь настоль эффективно перебивает всякую здравость?       Как бы там ни было, слизеринец внял дельной мысли и продолжил более пассивно огораживать младшего чемпиона от выходок бывших знакомцев. За неимением топлива для розжига своих додумок (не говоря уже о полноценных придумках), через некоторое время исчерпала вдохновение и Скитер, более-менее затихарившись аж до старта второго тура. Ожидание того дня полнилось нервотрёпкой, которой отчего-то явно не придавался сам субъект испытаний. В то время как юный Малфой внутренне готовился к моменту осознания, за которым выплеснется наружу паника расслабившегося друга. Однако и за завтраком «Дня Д» Гарри каким-то неведомым образом источал вполне естественную беззаботность, усомниться в которой не выходило и при его интенсивном к тому стремлении.       — Чем думаешь заняться после завтрака? — решился прощупать почву блондин.       — Да ничем. Снейп предупредил, чтобы я был полностью собран к полудню, — позёвывая, делился с ним брюнет, — а до тех пор я свободен как птица.. в авиарие.       — Да как ты можешь быть настолько уверен в своём плане?! — наконец не выдержав, возшепил он. — Не бывает таких гениальных задумок, которые ещё и элементарны в исполнении! Разве что.. — он опасливо огляделся, да максимально понизил голос, — ты собираешься как-то избежать участия, но тогда ты рискуешь лишиться магии.. — сосед продолжал благожелательно улыбаться и поощряюще вздымать брови, — если только.. ну дай хоть одну подсказку!       Поттер подавил веселье, да заговорщически подался к его уху.       — Ну ладно, я.. — он взял театральную паузу, — не собираюсь отказываться от участия.       Поняв что тот нагло заигрывает с его надеждами, паренёк возмущённо съездил черноволоске кулаком по плечу.       — Эй-эй, легче. А то я всё-таки не устою и откошу по состоянию здоровья. А на тебя повешу всю ответственность за свою травму.       Он уже приготовился вдарить тому и под столом, но товарищ вовремя стряхнул остатки весёлости и проговорил:       — А если отбросить шутки, то я собираюсь.. скажем так, я хорошенько испытаю на гибкость их дремучие правила. И посмотрим как им это понравится. — он развалился на скамье, словно бы предварительно довольствуясь успехом, и предупредительно воздел вверх палец. — Всё! Больше ты ничего из меня не вытянешь. Даже не пытайся!       — «Не пытаться»? — обозначил приход гостей сей нежданный запрос. — Надеюсь это не твоя тактика в грядущей подводной баталии?       К ним без спроса присоединились неразлучные близнецы.       — Кто знает?.. — похоже сегодня ничто не могло застать слизеринского чемпиона врасплох. — Но здоровая доза дофенизма ещё никого не подводила.       Попутно беря Драко в зажим с обеих сторон, да ещё и бесцеремонно покушаясь на содержимое его тарелки, братья Уизли по-хозяйски расселись напротив Поттера.       — И кому ты об этом рассказываешь? — риторически вопросил у того более чем вероятный Фред.       — И правда, кому? — вторил брату вполне возможный Джордж.       — Но, не будем делать вид что пёрлись сюда, только чтобы обменяться юморезками. — главный в паре сложил руки на столе и устремил посерьёзневший взор на визави. — Гарри.. ты не будешь против, если мы организуем ставки на победу в испытаниях? Ну и в Турнире?       — А-а.. с чего бы мне быть против? И почему вас останавливает от заработка моё мнение?       — Ну.. не то чтобы останавливает. — виновато потупился тот. — Мы уже прощупали почву, наладили связи, и полностью готовы начинать, но.. мы собираемся принимать любые ставки, в том числе и на твоё поражение...       — Так я, в конечном счёте, наверное и проиграю.. ну а что?! — брюнет принялся незамедлительно оправдывать свои слова, под давлением потяжелевших взглядов округ. — Для победы мы с Седриком, оба, должны выступить около идеально. Причём дважды! Ну или иностранные чемпионы обязаны капитально облажаться, а лучше не раз. Звиняйте конечно, но я конченый реалист, и не стану закрывать глаза на такие мизерные шансы.       — Просто ты слишком зацикливаешься на баллах, но они, вообще-то, никогда и не определяли победителя. — сообщил им второплановый близнец. — По крайней мере никогда раньше.       — А что тогда? — таки сумели основательно озадачить непосвящённого участника те.       — Кубок!.. — в асинхронный разнобой выдали избраннику все трое, ну а Малфой внёс большей ясности за них всех: — Цель последнего испытания обычно в добыче Тремажего Кубка.       — Тогда за каким хреном сдались эти баллы?       — Они дают тебе преимущество на последнем этапе. — раскрыл первый брат.       — Например более быстрый или лёгкий путь к Кубку. — присовокупил к тому второй.       — В общем, противников послабее, а задачки попроще. — свёл всё воедино светловолосый парнишка.       Черноволосый тут же взялся переваривать полезную информацию, напрочь позабыв о вопросе, с которым к нему изначально явились братья.       — А, точно!.. Я не против. Ну, насчёт ставок. Может даже поставлю на..       — Нет-нет-нет! Тебе нельзя. — замахал руками Фред.       — Ага. Как ни крути, а ты у нас лицо заинтересованное. — припечатал Джордж.       — Но спасибо за очистку того, что осталось от нашей совокупной совести. — стал подниматься ведущий близнец. — И удачи на испытании!       — Мы будем болеть за себя, вне зависимости от нашей ставки! — напоследок добавил ведомый.       И рыжие удалились, столь же скоропостижно сколь и объявились. А они вдвоём остались предоставлены собственным думам, но тоже ненадолго.       — Мистер Малфой, — приветствовал его вскоре знакомый низкий голос, — мистер Поттер.       — Профессор Снейп? — малость растерялся Гарри. — Я думал мы договаривались на двенадцать часов..       — Не напрягайтесь раньше срока Поттер, я не за вами. — тут декан плавно обратился к нему: как зрительно, так и вербально. — Драко, прошу вас пройти со мной.       Он сглотнул и молча подчинился, гадая чем мог успеть насолить злопамятному Мастеру Подземелий. Ведь последний не утруждался розыском студентов, иначе как с целью полноценно отыграться на них за все неудобства в самом же скором следствии. Неужто аукнулось его доносительство? Но ведь он сдавал несомненно виновных! Пусть и не всегда в конкретно приписываемых проступках.. но в абсолютно эквивалетных! Или же однозначно грядущих!       — И вы туда же.. — подметил его волнение зельевар, — прекратите накручивать себя понапрасну. Я сопровождаю вас не на казнь, и даже не на предварительные пытки. Под это дело у нас отведён старый кабинет завхоза.       Попытка разрядить обстановку шуткой, да со стороны Снейпа, конечно же произвела на него эффект, но ровно обратный намерениям мужчины.       — А тогда куда, сэр? — проблеял он. — Если не секрет..       — Ну вообще-то секрет, но вы по-любому скоро будете в него посвящены, так что...       Он указал на крышу эллинга, к которому они нисходили по зигзагу каменной лестницы. Там и впрямь царило необычайное оживление, а все подходы оцепляли осанистые министерцы в чёрном. Но первыми в в глаза бросались длинные понтоны, расширившие маломестный док до разлапистой пристани.       — Объясню всё в подробностях уже на месте. — уведомил его спутник, перед тем как обратиться к вышибале на подступах: — Учащийся со мной – потенциальная жертва.       Охранник лишь безэмоционально кивнул да отступил, ни на секунду не прерывая сканирование окрестностей. Тут блондину стало совсем уж не по себе, и неизвестно к какой выходке он бы удумал прибегнуть далее, коли бы вовремя не приметил Грейнджер и Чань, под присмотром крошечного декана Когтеврана.       — А, Северус! Идеальный тайминг! Я как раз заканчивал со своими драгоценными приманками! — поводя дланью в сторону девушек, пищал им профессор Флитвик.       — Благодарю что плотно держите в курсе, Филиус! — давя из себя мучительную улыбку, ответствовал Снейп.       Похоже дружелюбие и жизнерадостность коллеги нисколько не резонировали со стылым нутром «Ужаса Подземелий». А потому крайний ухватил сопровождаемого под руку, да поскорее повёл того дальше, и ближе к толстой коре замёрзшего озера. В ограждении тамошних перил наблюдались равномерно разресённые пробелы с вертикальными поручнями, уходящими куда-то под воду. Миновав целую череду подобных, Малфой не углядел и намёка на плещущуюся воду ни в одном из них. Заместо этого зеницы его притягивала обманчивая полутьма, в глубине которой угадывалось шевеление, да отблески затянутого тучами, белёсого небосвода. Зельевар вёл его к центральной секции понтона, что оканчивалась у купели и мела лишь два спуска, в один из которых тот и соскользнул. Указания ожидать на поверхности не было, а потому парень ухватился за поручень да осторожно перебирая конечностями, достиг уровня воды. Но вместо ледяной жидкости, с головой погрузился.. в самую настоящую невесомость! Следом он с запозданием подметил, что вокруг отнюдь не темно, ведь покатый склон дна просматривается во всём своём мрачном великолепии и лишь внутренности абсолютно прозрачной трубы, в коей он размеренно кружился, были укутаны лёгким сумраком. Сами же невидимые стенки ощущались сродни стеклу, но не холодили, ровно как и наполнявшая тоннели, статичная воздушная масса, в коей не проносилось ни единого сквознячка. Однако при попытке загрести это эфемерное ничто, у него вышло всамделишнее воздухоплавание!       — Ну как, пообвыклись немного? — терпеливо созерцал его кульбиты декан Слизерина, как никогда прежде походивший на гигантского крылана.       — Что это за чары такие?       — Которые из? Их тут целая прорва. Но иначе трибуны вокруг арены второго испытания было не провести.       — Так мы все будем летать по этим трубам вместе с чемпионами.. и до самого гидрополиса?       Почти что уткнувшись носом в гладкий барьер, паренёк выяснил ещё одно его необычайное свойство – чем ближе к глади оказывался его глаз, тем крупнее становилась рассматриваемая область. Вкупе с повышенной яркостью, это позволяло беспрепятственно разглядывать и мельчайшие соринки, дрейфовавшие в толще вод Чёрного Озера.       — Все остальные будут, однако у вас Драко будет совершенно иная миссия. Но разумеется, только если вы сами, добровольно согласитесь на её выполнение.       — Миссия? — сглотнул он.       — Вам предлагается сыграть приманку для чемпиона Турнира, а именно – Поттера. Вас погрузят в стазис и поместят в центр оцепления мерров, а задачей испытуемых станет ваше спасение. По сути, весь ваш опыт будет состоять из момента погружения в бессознательное состояние, и последующего мига выхода из него, что произойдёт со всплытием на поверхность.       — А.. так Гермиона и Чоу..       — Уже согласились на роль живых трофеев.       — Но почему именно нас? — сожаление об утрате возможности пронаблюдать тур своими глазами не позволяло с ходу согласиться на оказание ответной услуги Снейпу.       — Из-за эмоциональной близости с испытуемыми. Из других кандидатов для Поттера у нас только Лонгботтом да Лавгуд. И первому под силу вляпаться в критические неприятности буквально на ровном месте, а анорексичная комплекция и.. психическое своеобразие второй, делают привлечение обоих крайне нецелесообразным. Потому я и вынужден просить об этом вас.       — А чем не подходит Грейнджер? Ведь она дружит с Гарри, как и они, и даже согласилась участвовать..? — дурное предчувствие кольнуло его под рёбра, заставив прерваться на полуслове.       — Её уже избрали целью Виктора Крама. Как бы неправдоподобно это ни звучало, но у звезды его величины чрезвычайно мало близких друзей. А его недавняя связь с мисс Грейнджер не только подпадает под данное описание, но и отвечает изначально заявленным целям Турнира – налаживание контактов между иностранными школами. Это единственная смешанная пара которую организаторам удалось выявить, и они скорее пересмотрят свои позиции касательно Лонгботтома с Лавгуд, нежели согласятся её разбить.       Пока мужчина говорил, сердце мальчика обливалось жгучей кислотой ревности. А в голове так и роились вопросы: что за «близкие связи» у Крама с его будущей парой? Неужели его подозрения, которых он стыдился задним числом, клеймя не иначе как паранойей, теперь в одночасье обретали подтверждение? Поэтому она не отвечала на его недвусмысленные ухаживания? Эмоции от бурлящих переживаний просто не могли не отразиться на его посеревшей физиономии, а проницательный легилимент вроде Северуса был попросту не способен их проглядеть.       — Мне хорошо знакомо это чувство, Драко. Но к огромному сожалению, все наши старания в поддержании отношений такого рода никогда не являются гарантом. И всё кропотливо выстроенное может рассыпаться в считанные мгновения. По надуманным ли причинам, или же из-за одной-двух, более-менее весомых ошибок.       Парнишка замер, молча внимая тому, что могло быть лишь выжимкой из личного опыта. А едва последняя иссякла без дельного заключения, он тотчас же уточнил:       — И как же мне со всем этим быть?       — Я похож на того, кому известен ответ на этот вопрос? — грустно улыбнувшись, возвратил ему вопрошение тот.       В тот миг они сумели достичь уровня взаимопонимания, которому более не требовался обмен ограниченными словесными конструкциями. Но ведь оставалось ещё и решение, касательно его бессознательного участия в Турнире...       — Я согласен быть приманкой. — так он хотя бы отчасти мог возместить набежавший должок.       — Благодарю. — чуть выдохнул Северус. — Тогда я могу показать место, где вам предстоит дожидаться спасения от мистера Поттера, или?..       — Не нужно. Всё равно я буду без сознания. А большей части гидрополиса там так и так толком не разглядеть.       — Резонно. В таком случае, до процедуры наложения стазиса у вас ещё имеется в запасе.. примерно пятьдесят минут. Вам запрещено покидать периметр эллинга с понтонами, но в его пределах можете перемещаться совершенно свободно. Кстати, насколько мне известно, внутренности этих.. «трубун» также не подпадают под запрет. В общем, дальше сориентируетесь сами.       Проплывая мимо, Снейп ободряюще хлопнул его по плечу и оставил наедине с собой. Потому что достоверно знал, что именно это ему сейчас и было необходимо.       Так юный Малфой и потерял счёт времени, витая от стенки к стенке, под действием крошечных импульсов от предыдущих касаний. Ему не хотелось думать или двигаться, а лишь раствориться в этом свободном парении снаружи, и падении снутри. Так бы всё наверное и продолжалось, не свались ему на голову (без доли преувеличения) главная виновница сей меланхолии.       — Твою-то.. какого?!.. — живо прочухался он, когда его завертело от внезапного столкновения.       — Ой, Драко! — это был голос Гермионы. — Извини пожалуйста!       Она помогла ему замедлиться и постепенно они стабилизировались друг относительно друга, по итогу замерев в полуобнимке, чуть ли не нос к носу. Всю хандру моментально выдуло из его блондинистой головушки, но скорое отстранение шатенки оставило парня в довольно таки капризном настроении, и при твёрдом желании закатить скандал. Однако он не собирался тому потакать.       — Ничего, я уже собирался уходить..       — Погоди! — она вновь удержала его. — Мне нужно с тобой поговорить.       — О чём? — он избегал смотреть в тёмные очи напротив.       — О том, что.. да ты сам знаешь о чём! — даже малость повысила голос та. — О том, что произошло на балу! О том, как ты избегаешь меня вот уже почти два месяца!       — Я избегаю не тебя, а этого разговора. — натужно сдерживая себя, процедил паренёк.       — И очень зря! Как ещё твоя проблема может решиться, если ты наотрез отказываешься её обсуждать?       — Это я-то отказываюсь?! — гневно воззрился на обвинительницу Драко. — Какая избирательная у тебя эйдетическая память! И как удобно ты опустила все мои попытки, от которых сама же запросто и отмахивалась!       Грейнджер несколько отпрянула от его пышущей ярости, но хватки на рукавах мантии не ослабила.       — Пудрила мне мозги своими экивоками, а сама за моей спиной миловалась с Крамом!!       Выплеснув на собеседницу всё разом, он с болью ожидал её дальнейшего отступления, но сильно просчитался.       — Ни с кем я не миловалась! Мы просто разговаривали!       — Ага, ну как же! И договорились до того, что ты готова ради него пойти на корм рыбам!       — Да я и согласилась только по убедительной просьбе профессора Флитвика! А Виктор вообще не курсе, что это я буду на дне!       — И я был бы не в курсе, если б не прознал обо всём по чистой случайности! Так что позаботься-ка лучше о своих собственных брёвнах, прежде чем зачитывать мне нравоучения!       — Это.. ты ведёшь себя как бесчувственный чурбан!       — Как раз таки слишком чувствительный, но вашему полу ведь нет дела до наших чувств! Это нас должны заботить все ваши переживания! А наши можно попросту игнорировать, или же играться с ними целыми месяцами, вместо того чтобы сразу сказать всё как есть!!       Тут девушка наконец подалась прочь от него, силясь укрыть недержание слёз, но он и сам столкнулся с аналогичной проблемой, пусть и в значительно меньших объёмах. Но несмотря на раздрай, ни один из скандалистов не предпринял попытки сбежать от первоисточника своей фрустрации. И уже очень скоро само затишье промеж ними начало восприниматься наэлектризованным, но ожидаемого разряда всё не проскакивало, покуда когтевранка первой не возобновила диалог.       — Ты прав. Мне не стоило объясниться с тобой намного раньше. Сразу после бала.       Как бы ни было приятно слышать признание его точки зрения вслух, но за ней неотвязно тянулся шлейф из поворотного..       — Но...?       — Но не думай что мне приходилось намного легче чем тебе! — воинственно вскинулась та.       От услышанного он даже опешил.       — Тебе.. ах, приходилось.. ну валяй! Просвети меня каково это, когда за тобой увиваются сразу несколько по уши втюханных олухов? А то мне уж точно никогда не примерить на себя эдаких мук выбора!       — У тебя что уши заложило от собственных воплей?! Или же ты попросту отказываешься воспринимать мою, женскую версию событий? Ну так давай я повторю в последний раз: МЕЖДУ, МНОЙ, И, ВИКТОРОМ, НИЧЕГО, НЕ БЫЛО!!       От её порционного ора у него и впрямь зазвенело в ушах. И кажется.. он даже, помаленьку, но начинал невольно проникаться настоль чистой, неистовой искренностью.       — Ему просто требовался друг, способный видеть человека за набором достижений, да банально выслушать в трудный момент! Как и мне самой! И, как бы парадоксально это ни звучало, но на практике я многократно убеждалась, что лишь два абсолютных незнакомца способны обоюдно открыться друг другу, без постоянной оглядки на собственную спину! — и, не дав ему вклиниться со своими рефлекторными ремарками, Гермиона взялась обстоятельно крошить все ещё остававшиеся в её «огороде» «камни»: — Так что я ничем не пудрила тебе мозги. И если ты всерьёз полагаешь, что мне нет дела до твоих чувств, то спешу огорчить – исключительно из обратного я сейчас и пытаюсь до тебя достучаться! А от проблем с неконтролируемыми эмоциями вообще никто не застрахован. Вот и ты не спеши превозносить свои переживания выше чужих!       Форсированная смена перспективы застала парнишку врасплох. Он и помыслить не мог, что весь его верный арсенал, на прихотливой подпитке субъективно праведного гнева, может столь легко обратиться против законного владельца. И теперь ему прямо-таки некуда было деться от острых штыков, да беспощадно взирающих на него провалов орудийных дул.       — Так.. почему? — уже идя на попятную, спрашивал он. — Почему ты тогда ушла?       Боевой запал Грейнджер живо поугас, уступая позиции контрастной неуверенности, да глубокому смущению.       — У меня не было.. — она осеклась и перефразировала: — я раньше не имела опыта в настоящих отношениях. И всех сопутствующих.. практиках.       — Так и у меня тоже.. — не вполне понял он, а после похолодел от промелькнувшей догадки, — или ты подумала что я собирался.. — как бы это поцивильней?.. — покуситься на твою честь? Прямо там, в саду?       — Нет, что ты! — мигом поровнялась с ним в красноте шатенка. — Дело не в этом.. ну или не только в этом. А в основном в том, что я тогда не была готова к серьёзным отношениям.       — Эм-м.. и как иначе ты могла к ним подготовиться, если однажды не взять да и попробовать? А если и пробовать, то почему бы не со мной? И вообще, какой смысл загадывать наперёд, если большинство отношений так и так разваливаются?..       — Хватит заваливать меня вопросами!! — воскликнула она, да нежданно съездила ему кулаком по скуле.       Причём, вынося вердикт постфактум, била она отнюдь не сдерживаясь. Силой того удара его приложило о прозрачную стенку, да так и оставило размеренно плыть согласно вектору привнесённой инерции. Но парень толком не шевелился ни в само мгновение атаки, ни сразу после неё – уж слишком велик оказался первичный шок. Впрочем, похоже неприятно удивлённой осталась и сама забияка, ныне лихорадочно обмозговывавшая собственную выходку, по ходу лёта в противоположную от него сторону.       — Это ещё за что?! — наконец совладал со временно отнявшимся языком блондин.       — За то!.. — однако никакая конкретика отчего-то не спешила подворачиваться ей под язык, — что ты мне наговорил! Я собиралась врезать тебе по делу чуть раньше, да только сдержалась и упустила подходящий момент. А после было уже как-то неловко...       Юный Малфой прыснул, возводя очи горе, но уткнулся ими во мрачную панораму озёрного дна. У него не получалось с уверенностью сказать задавался по итогу у них разговор, или же скорее нет, когда вдруг с самой этой определённостью его сдёрнули за лодыжку, дабы следом заключить в крепкие объятия. Он ответил на них не раздумывая, и безоглядно зарылся носом в густую, приятно пахнущую шевелюру. А затем прошептал на отысканное в зарослях ухо:       — Прости, Гермиона. Мне не стоило доводить до.. этого. Этой разборки. И себя, и тебя.       Девушка повернулась к нему лицом и наградила счастливой улыбкой, но сразу после что-то в её взгляде переменилось. Словно бы вскрылся иной слой, разом расписавший ситуацию совершенно иными подтекстами. Они ощутили это почти что синхронно, и на сей раз потянулись друг к дружке одновременно. Их губы влажно схлопнулись, тотчас сойдясь в страстном противоборстве. Техника была отодвинута глубоко на задний план, а балом в одночасье стали править животные порывы. С крайними в ход пошли языки, агрессивно и ненасытно исследовавшие ротовые полости партнёров, покуда тем ещё хватало воздуха. Когда же и внутренние запасы последнего оказались выработаны, их рты резко разлепились, принявшись единственно тяжело отдуваться, но продлевало контакт соприкосновение разгорячённых до испарины лбов.       — Вау.. — только и промолвил паренёк, — тебя прям не узнать...       На это Грейнджер хихикнула и того нехарактернее.       — Слишком.. долго себя.. накручивала.. — часто дыша выговаривала она, — чтобы сдерживаться.. Драко..       Его имя в её устах побудило Малфоя незамедлительно опечатать их очередным поцелуем, но тут их воссоединение оказалось прервано третьим лишним. Когда с поверхности в трубу соскользнул Людо Бэгмен.       — О, ну хоть далеко лететь не надо... — засим он повнимательнее разглядел то, за чем именно их застал. — Ох, да будет вам! Эту процедуру за последние недели отработали столько раз, что исполнителям уже впору защищать по ней диссертацию! Так что давайте за мной голубки! И молю в темпе, в темпе!       Перед тем как последовать призыву парочка ещё обменялась смущённым переглядом, а первым устремился за старшим блондином младший. Но вовсе не супротив приличий, а напротив – исключительно их и ради. Ведь как бы велико ни было его первичное вожделение: по пути наверх, как бы невзначай заглянуть под юбку своей ненаглядной когтевранке (даже с учётом присутствия на той толстых, непроглядных колгот), в моменте мальчика куда надёжнее сковывал более традиционный пошиб романтики. Да и его пассию что-то дополнительно задержало в нутре «трубуны».       — Гермиона? Ты идёшь?       — А? Да-да, иду!       Парнишка позволил ей себя обставить да ещё пообводил изучающим взором едва различимые контуры труб, но так и не отыскал ничего достойного внимания. Да, действуя на опережение любым встречным замечаниям, сам споро покинул подводье. POV Гарри.       Поттер медленно спускался к зданию эллинга, ныне значительного расширенного плавучими платформами, но уже запруженного донельзя людской массой. Словами не передать насколь приятно было являться на испытание, будучи заранее уверенным в его исходе. Впрочем намеченный им исход, скорее всего и окажется отвернут большинством присутствующих здесь сегодня, но главное чтобы сколько-нибудь существенных возражений не нашлось у большинства судейского, к которому его как раз и подводил сопровождающий Снейп. Чемпионский плацдарм пребывал в плотном обхвате клешни других понтонов, и обрывался у обширной купели, в которую им очевидно и предстояло занырнуть. У края уже толклась основная тройка избранников Чаши, облачённых в купальные костюмы подобающих расцветок, в которых оставались частично оголены лишь четыре главные конечности, а также всё что выше шеи.       — А вот и он! — тотчас объявил о его приходе прилипчивый полосач. — Гарри, стартуем через десять минут, так что у тебя ещё есть время спокойно переодеться в эллинге!       — Нет нужды. — незамедлительно развеял возникшее недопонимание тот, попросту стянув мантию и ботинки, аки банный халат, да представая уже одетым по случаю.       Несмотря на все его предубеждения к родному факультету, серебристо-зелёное цветосочетание, вкупе с замершей в атакующей позе змеёй, делали его гидрокостюм наиболее крутецким из всех представленных на всеобщее осмотрение.       — О как.. — в голосе распорядителя улавливались оттенки сожаления.       Неужто этот перец не оставлял надежды втюхать ему любую подсказку, даже против воли?       — Что же, отлично! Тогда не вижу причин оттягивать неизбежное! Сонорус! — громовой глас Людовика мигом разнёсся по льдистой долине скованного озера. — ИТАК, БЕЗ ЛИШНИХ СЛОВ ПРИВЕТСТВУЮ ВСЕХ СОБРАВШИХСЯ НА ВТОРОМ ИСПЫТАНИИ ТРЕМАЖЕГО ТУРНИРА! ВРЯД ЛИ ВЫ УСПЕЛИ МЕНЯ ЗАБЫТЬ, НО ВСЁ ЖЕ НАПОМНЮ, ЧТО СЕГОДНЯ ДЛЯ ВАС ВЕЩАЮ Я – ЛЮДО! А ИМЕНА НАШИХ УЧАСТНИКОВ И ТАК У ВСЕХ НА СЛУХУ, ТАК ЧТО СРАЗУ ПЕРЕЙДЁМ К ПРАВИЛАМ ВТОРОГО ТУРА. И ДЛЯ НАЧАЛА ЗАЯВИМ ОБЩИЕ ЦЕЛИ, ДОСЕЛЕ СОКРЫТЫЕ В ТРОФЕЙНЫХ ЗОЛОТЫХ ЯЙЦАХ. А ИМЕННО: ВЫЗВОЛИТЬ У НАШИХ ПОДВОДНЫХ СОСЕДЕЙ СВОИХ ПРОПАВШИХ ТОВАРИЩЕЙ, КОТОРЫЕ БЫЛИ ПОХИЩЕНЫ КОВАРНЫМИ МЕРРАМИ НЕ ДАЛЕЕ КАК ДВУМЯ ЧАСАМИ РАНЕЕ!       Брюнет выдохнул с огромным облегчением. Потому как сам склонялся к краже более неприметных, неодушевлённых вещиц, наподобие его астролябии, поиск которых и на ограниченном участке илистого дна, заведомо представлялся узко специализированным стресс-тестом на терпение. Но раз уж их целью станут несовершеннолетние дети, то очень вряд ли их будут заточать вне зоны лёгкого доступа спасателей. А куда вероятнее там, где они будут как на ладони, но в то же время под многочисленной охраной морского народа. С этим описанием, в случае их относительно небольшого водоёма, совпадало лишь пресловутое поселение русалидов.       — НО НЕ СТРАШИТЕСЬ! ПРОПАВШИЕ СМОГУТ ПРОТЯНУТЬ БЕЗ ВОЗДУХА ЕЩЁ КАК МИНИМУМ ЧАС, ЗА КОТОРЫЙ НАШЕЙ ЧЕТВЁРКЕ ГЕРОЕВ И ПРЕДСТОИТ ИХ НАЙТИ, ДА СПАСТИ! НО ОКАЖЕТСЯ ЛИ ЭТО СТОЛЬ ЖЕ ПРОСТО, КАК ПРЕПОДНЁС ВАМ Я? УЗНАЕМ КОГДА ЧЕМПИОНЫ ВЕРНУТСЯ К ЭТОМУ САМОМУ ПРОРУБЮ СО СВОЕЙ ДОБЫЧЕЙ! ЕСЛИ ВЕРНУТСЯ... — вопреки ожиданиям младшего чемпиона, комментатор не скомандовал им «на старт», а продолжил своё обращение к зрителям. — НО ПЕРЕД ДОЛГОЖДАННЫМ НАЧАЛОМ ВТОРОГО ЭТАПА, Я ХОТЕЛ БЫ ПРИГЛАСИТЬ ВСЕХ И КАЖДОГО – ПОМИМО НАШЕЙ ЗВЁЗДНОЙ ЧЕТВЁРКИ, РАЗУМЕЕТСЯ – К ОЗНАКОМЛЕНИЮ С СИСТЕМОЙ ТРУБ, КОТОРУЮ У НАС, НЕ МУДРСТВУЯ ЛУКАВО, ПРОЗВАЛИ «ТРУБУНАМИ»! В ИХ ПРЕДЕЛАХ НАВЕДЕНА ПОЛНАЯ НЕВЕСОМОСТЬ, К КОТОРОЙ ЕЩЁ НАДО УСПЕТЬ ПРИВЫКНУТЬ. И ЛУЧШЕ ЭТО СДЕЛАТЬ ДО ТОГО, КАК ВЫ ВНЕЗАПНО НАДУМАЕТЕ ОПОРОЖНИТЬ ТАМ ЖЕЛУДОК! УЖ ПОВЕРЬТЕ МНЕ НА СЛОВО!       Не вполне уяснившие что от них требуется в первую очередь – уже отправляться исследовать зрительскую канализацию, или же неизменно внимать всё сыпавшимся напутствиям от Бэгмена, ребята позамирали в каких-то промежуточных позах. Пока у самого словоблуда наконец-таки не оборвалось прямое сообщение со Страной Советов.       — НУ ВОТ И ВСЁ, СМЫВАЙТЕСЬ НА ЗДОРОВЬЕ! А ВАМ.. БЛЯ..ХА-МУХА! — ругнуться вполголоса также не вышло, вот Людовику и пришлось невербально снимать чары громкоговорения, перед тем как повторно обращаться к ним четверым. — Вам стоит занять позиции у края и готовиться к нырку по сигналу.       Чемпионы выстроились вдоль края, лицом к воде, и от нечего делать стали переминаться с ноги на ногу, да нервно переглядываться. Седрик поймал его взгляд и, на удивление тепло ему улыбнулся. Крам будто бы чересчур погряз в собственных мыслях, чтобы проявлять интерес ко всему мирскому. А Флёр лишь окинула его мимолётным оценивающим поглядом, да живо возвратилась в фигурную скорлупу горделивой неприступности. Ну а Гарри спокойно вздохнул полной грудью, да восстановил в умозрении чёткую последовательность своих ближайших действий.       И едва отзвучал подходящий под определение «сигнала» хлопок, парень испустил почти весь набранный воздух, израсходовав его остатки на создание дыхательного пузыря, да соскочил в колкие объятия обители стужи. А уже миновав неизбежную шоковую стадию, он прочистил горло, настроился, и выдал кодовую фразу:       — Прошу любить и жаловать!! — да взялся размеренно загребать по-лягушачьи, на манер каких-нибудь престарелых в одноимённой глубины бассейне.       В многочисленных трубах округ над ним преимущественно смеялись, не стесняясь и тыкать пальцами на сей воображаемый протест. Тогда как прочие испытуемые ограничились одной-двумя оглядками, да спешно погребли к лесу водорослей, практически лизавшему изнанку ледяной корки. И что странно, пузыреголовыми чарами воспользовались лишь два из трёх, а болгарину похоже до того не терпелось выиграть, что и тривиальная нехватка кислорода отступала для него на второй план. А стоило соперникам скрыться в извивающейся зелени, как Поттер наконец почувствовал приближение своего сообщника.       «Влас-с-стелин!»       «Здоров, Бэзил. Помнишь что от тебя требуется?»       «Да-с!»       «Тогда поплыли!»       Он покрепче обхватил тело фамильяра и позволил тому себя нести сквозь и муть вод, да склизкость местной флоры. Они развили поистине впечатляющую скорость, отозвавшуюся в каждой поре сопутствующим искусственным похолоданием, а всякие представители водного народа шарахались при одном их приближении. Василиск домчал его до безошибочно признаваемого поселения за считанные минуты, и ни по пути, ни в самой зоне гидрополиса им не встретилось ни единого коренного оппонента. За счёт этого они двигались в опережение и наиболее щедрых предварительных прогнозов, ведь на аналоге площади впереди уже угадывались фигурки четырёх «утопленников», в оплётке некоей растительной привязи. А окружали их довольно-таки пёстрые постройки, из гармоничных переплетений различных кораллов. Что же до идентификации самих заложников.. первой ему попалась и вовсе незнакомая девочка, черты которой дополнительно искажала приобретённая одутловатость, а с уверенностью можно было сказать лишь об её юном возрасте. Второй чуть колыхнулась при его приближении.. Гермиона? Да, ошибки быть не могло, потому как замыкала четвёрку приметная шевелюра наследника Малфоев, а среди угольного ореола предпоследней белело личико Чоу. И ему определённо предстояло забрать лишь одного.. или одну из них. А иначе?..       — Люмос Дуо! — несколько раз выкрикнул он, высвечивая все особенно тёмные области, да впадинки.       До последней секунды он ожидал нападения из засады, но похоже встреча с ныне единственным в своём роде Королём Змей стращала водяных несравнимо сильнее, нежели потенциальное ухудшение отношений с сухопутными обезьянами. А потому единственным препятствием к всплытию пленников стали уже упомянутые ранее лианы. И если, бегло разгадав нехитрый расчёт организаторов Турнира, забрать соседа у него вышло абсолютно беспрепятственно, то вот с Грейнджер возникала многоуровневая накладка. Её вершиной стало растение, что за считанные мгновения оплетало своих жертв по новой, даже после насильного отрыва особо крупных побегов. Их попросту заменяла паутинка меньших, но оттого ничуть не уступавших в прочности на разрыв.       Тогда как в основании скрывался мучительный выбор: кого из лучших друзей счесть более ценным? Как мог выборщик не учесть множественности его привязанностей, и при этом избежать той же ошибки в отношении других чемпионов? Или выборщиков также было больше одного? Или всё-таки это его индивидуальный тест, как для проигравшего в первом туре?       Но видит Бох, Гарри по-настоящему ненавидел когда его брались попусту провоцировать. И растущее негодование подпитало решимость юноши, надумавшего попрать правила ещё самую малость, когда он резко взмахнул кистью, а умом потянулся к руне эфирного плана.       — Глациус!       Заклятие подморозило корни ползучего растения, а последующий рывок Бэзила к поверхности окончательно их разрушил. В то время как младший чемпион единственно силился удержать в охапке своих незаменимых товарищей, фамильяр не терял времени даром, транспортируя всех троих наипрямейшим из обратных маршрутов. А из того что таки успел отметить в мимолётном сумбуре его единственный бодрствующий пассажир, были единичные зрители, только-только подтягивавшиеся к предместьям гидрополиса, да странная рыбина с передними плавниками, отдалённо напоминавшими людские верхние конечности. Отчего-то она и вовсе не сторонилась василиска, целенаправленно гребя в направлении оставленного тем селения. Но разбираться в глубоких мотивах оной не было времени, ведь они как раз достигли леса водорослей, продираться через которые на скорости, да ещё и с разлапистым грузом из двух лишних седоков, выходило с огромным трудом. И дабы сохранить подобие былой стремительности, им пришлось плыть впритирку к корке льда. Но едва заросли остались позади, они вырвались на финишную прямую, и просто грех было не воспользоваться последним шансом покрасоваться...       Поттер тщательно донёс всю последовательность указаний до своего уникального питомца и позволил тому выскользнуть из бедренного зажима, после чего ухватил понадёжнее Драко с Гермионой, да в готовности напружинил ноги. А ещё миг спустя его ступни обрели опору в форме шершавой макушки Бэзила, который взвил его до края понтона, позволив брюнету почти что вальяжно соступить на досчатый настил. Театральность сыграла с ним злую шутку, ведь наблюдать его грациозное восхождение было считай что некому, а повылезавшие вскоре из трубун судьи были слишком возмущены, чтобы удивляться таким сравнительным пустякам.       — Что это такое нахрен было?! — громче всех бранился Каркаров. — Василиск!! Грёбаный василиск! В напарниках у и без того лишнего чемпиона!       — Весьма верное наблюдение Игорь, — куда взвешеннее заметил Дамблдор, — но никто и не пытается оспорить то, чему мы все стали свидетелями.       — Так признайте это, во всеуслышание! Ваш ставленник сжульничал! И его наказание должно быть соразмерным первому – полное депремирование по части баллов! Для начала.       — Формально, я не нарушил ни одного правила. — с ледяным спокойствием вклинился в разговор сам обсуждаемый.       — Вот не надо ля-ля! Я самолично изучал перечень запретов, и под третьим пунктом у нас.. — ментор сделал вид что призадумался, — «Чемпионам воспрещается призывать магические сущности любого порядка из-за пределов, или же предварительно скрывать таковых в пределах арены испытаний»!       — Однако, — возразил обвиняемый, — каждый общий запрет требует предметного уточнения в отдельном перечне, с коим я и имел удовольствие лично ознакомиться. А вы нет? Так давайте я вам расскажу, что фамильяры-василиски в него не входят, по причине полного вымирания, в период прохождения очередного пика вырождения магии, а также последующей утраты рабочей методологии для их выведения. Причём за сотню с лишним лет до проведения первого Турнира.       У половины присутствующих натурально поотпадали челюсти, но желание спорить у северянина была способна начисто отбить лишь смерть.       — А что насчёт кражи чужих заложников? В правилах чёрным по белому говорится про «своего», в единственном числе!       Вызволенные из глубин Грейнждер и Малфой как раз начинали приходить в себя, под чутким надзором бригады мадам Помфри. Медикам не было дела до их разборок и они исполняли свой долг, совершенно не обращая внимания на их дрязги.       — А ещё в правилах говорится, — веско заметил Гарри, — что от чемпионов требуется спасти «самое дорогое» из похищенного. Они оба, в равной степени подпадают под это определение.       — Жалкие отмазки! Этот тяжкий выбор является частью испытания!       — Ну, справедливости ради, — вмешался в их пререкания директор Хогвартса, — трое из четверых и впрямь имеют довольно тесную связь с мистером Поттером. Тогда как аналогичной тенденции в отношении других чемпионов и близко не прослеживается. И если выбор мисс Чань это мой персональный недосмотр, то каково ваше оправдание Игорь?       — «Налаживание международных отношений», разумеется! — гадко улыбаясь, процитировал тот. — Каждый из моих дурмстрангцев, без малейшего понукания выразил готовность послужить живым трофеем для Виктора. И всё же, когда юная леди добровольно согласилась на эту роль, я посчитал нужным уважить её выбор. Но ваша очередь объясняться ещё не прошла, Дамблдор! И как вы намерены оправдать к примеру то, что фамильяр вашего любимчика распугал буквально всех донников, включая самих русалидов? Если это – не есть саботаж всех наших совместных приготовлений, то я даже не знаю как ещё это назвать!       — Нэ могу нэ согласитьсья. — наконец подала голос необычайно подавленная мадам Максим. — Муа шемпьон заватили селая стайа бешени грандилу! Из-за того што мальчик спюнул ихь на нейо!       — Боюсь с этим не всё столь однозначно, Олимпия. — вновь влился в обсуждение седобород. — При появлении крупного хищника, наподобие василиска, инстинкты гриндилоу требуют укрыться поближе к основанию зарослей, в которых они предпочитают селиться. Но нечто другое перебороло этот инстинкт, и заставило напасть на вашу подопечную.       — «Нешто другойи»? — нетерпеливо вопросила исполинка.       — Могу лишь предполагать, но не исключено что врождённая притягательность полувейлы, в данном случае обернулась против мисс Делакур.       — О, так стало быть ваш чемпиончик вообще не при делах?! — брызжа слюной, язвил Каркаров. — В испытание для несовершеннолетних вовлекается смертельно опасная тварь пятого класса, а её хозяин, и по совместительству лишний чемпион-выскочка, обесценивает долгие месяцы кропотливых приготовлений, да теперь нагло посмеивается над всем нашим судейством!!       Последнее ментор явно выдумал, но его сентимент в целом бил по верным мишеням. И неизвестно к чему бы привели подобные нагнетания, не объявись как раз тогда уполномоченные наблюдатели, что фиксировали ход испытания в отсутствие самих судей. Один из них выступил вперёд и официально доложил:       — Господа судьи, вынужден сообщить о нарушении правил Турнира и.. возможно, законодательства Магической Великобритании, со стороны Виктора Крама.       — ЕЩЁ И КЛЕВЕТА?!! — возопил бывший Пожиратель.       — Прошу вас, Игорь. Давайте хотя бы выслушаем состав обвинений. — удостоверившись в готовности того к сотрудничеству, Альбус дал знак продолжить доклад.       — Тогда, сперва об испытании.. мы двое стали свидетелями перехвата заложника – Габриэль Делакур, совершённой Виктор..       — Отклонено! — тотчас постановил Игор, — Девчонка выбыла, едва дотянув до «буролесья». А нашего заложника первым спёр этот сопляк! — прилетело от того и в его адрес. — Дальше!       Докладчик получил согласные кивки от глав двух других школ, перед переходом ко второму обвинению, но сделать его не дало всплытие вторичного виновника текущих прений. В компании той самой девочки, которая выглядела чрезвычайно хрупкой, даже для своих лет, и отличалась от родственницы(?), как медь отличается от ржавчины.       — Gabi! — практически наступая полы юбки спешащей медсестры, непрестанно окликала бессознательную девчушку Флёр.       Ни обширные кровоподтёки, в форме рядов присосок, ни длинные росчерки параллельных царапин, ни мертвенная бледность – ничто не замедляло чемпионку на пути к её.. сестре. Да, однозначно. Если и не по крови, то по зову инстинктов, да сложению обстоятельств. Вся хладная надменность сгинула без остатка, и прекрасная бобатонка показалась им уязвимой как никогда прежде. А перед уходом она успела последний раз их удивить, когда вдруг расцеловала Крама в обе щёки. Хоть тот и вряд ли руководствовался исключительно рыцарственными мотивами, когда брался за вызволение Габи. Оттого и проступивший следом румянец, да смятённое касание тронутых щёк. Интересно, раз болгарину досталась младшая Делакур, то Чоу он там уже не застал? Или попросту выбрал ту, которую было бы легче тащить обратно? И куда там запропастился Диггори?       — Кхэм! — привлёк их внимание позабытый министерец. — Так насчёт преступления Крама.. мы застали его за частичной анимагией. Она не была упомянута в формуляре при пересечении границы, и её не добавили при обратной сверке с ММ Болгарии, так что рискну предположить, что тут мы имеем дело с незарегистрированной анимагией..       — Свои предположения будешь высказывать в суде! — осадил того глава Дурмстранга.       — Буду, если придётся. — ничуть не смутился тот. — Потому как сокрытие способности к анимагии является преступлением и в Магической Болгарии..       — Способностей к полноценной анимагии! — поправил того наставник обвиняемого. — Но как вы сами и заявляли, трансформация Виктора лишь частична.       — Так вы не отрицаете, что были осведомлены о его тайной способности? Почему же не известили об этом соответствующие органы?       — Потому что способность к анимагии мало чем отличается от любого другого приобретённого магического умения. А неполное превращение в акулу может сойти за преимущество лишь в крайне специфичных обстоятельствах, наподобие этого. И вы спрашиваете почему я не распространяюсь обо всех преимуществах своего чемпиона? Давайте поразмыслим.. может потому что мы на чужом поле, против одного нашего игрока выставили двух, а на нарушение хозяевами правил..       По счастью заевшую пластинку заглушило всплытие последнего участника, и его зачарованной пассии. Самого Седрика конечно потрепало, но и близко не на уровне Флёр. А осознание что все уже считай и в сборе, заставило цвет судейства подсуетиться с процедурой выставления оценок. Они удалились на приватное совещание, тогда как понтоны стали помаленьку наполняться зрителями, шумно обсуждавшими всё увиденное, а в особенности всё то, что многие успели пропустить.       — Ты и вправду провернул то, о чём все шепчутся? — поинтересовался у него незаметно подошедший Диггори.       На красивом лице не наблюдалось какого-либо осуждения, а лишь заслуженное довольство, оттенённое наработанной усталостью. Как-никак первоизбранный пуффендуец оказался единственным, кто справился с испытанием честно, да ещё и показав при этом достойное время.       — Ага, на этот раз.       — Ну даёшь... — полуулыбнулся тот, не устояв под градусом привнесённого им абсурда. — А чего прихватил пленницу Крама?       — А, ну.. в этом виноваты наши яичные разночтения.       «Барсук» только повертел головой с выражением снисходительной безнадёжности, но как-либо ответить ему не успел, ввиду старта церемонии оценивания.       — ИТАК! — уже не прибегая к вербу, спугнул их нежданно заголосивший Бэгмен. — ВТОРОЕ ИСПЫТАНИЕ ОФИЦИАЛЬНО ПОДХОДИТ К КОНЦУ!       Ожидаемые Людовиком рукоплескания вышли довольно разрозненными, ведь в зрительских секциях до сих пор не прекращалось активное муссирование всего, наприключавшегося за последние полчаса.       — ЧТО ЖЕ, ПРИШЛА ПОРА УЗНАТЬ ЧТО ТАМ НАСЧИТАЛИ НАШИ МНОГОУВАЖАЕМЫЕ СУДЬИ! И ПЕРВОЙ, К МОЕМУ ВЕЛИКОМУ СОЖАЛЕНИЮ, НЕ СПРАВИЛАСЬ С АНОМАЛЬНЫМ НАПЛЫВОМ ГРИНДИЛОУ, И ВЫБЫЛА ИЗ СОСТЯЗАНИЯ.. ФЛЁР ДЕЛАКУР. ПРОШУ, УТЕШИТЕЛЬНЫЕ АПЛОДИСМЕНТЫ ДЛЯ ЧЕМПИОНКИ БОБАТОНА!       Француженку же наградили куда более стройными овациями.       — НУ И ПО БАЛЛАМ НАВЕРНЯКА ВЫЙДЕТ.. ДА, ОЖИДАЕМО – МИНИМАЛЬНЫЕ ТРИ. ИТОГО: ТРИДЦАТЬ ТРИ БАЛЛА БОБАТОНА! — поднятые сим объявлением волнения масс крайне стремительно сошли на нет, ведь на очереди стоял наиболее скандальный из состязателей. — НУ А ВТОРЫМ ЗАВЕРШИЛ ИСПЫТАНИЕ.. В ПОИСТИНЕ РЕКОРДНЫЕ СРОКИ.. ПУСТЬ И НЕ ВПОЛНЕ ОРТОДОКСАЛЬНЫМ МЕТОДОМ.. ГАРРИ ПОТТЕР!!       Хлопать ему закончили со скоротечностью под стать, ведь всем не терпелось узнать судейский вердикт.       — И МЛАДШИЙ ЧЕМПИОН ПОЛУЧАЕТ.. ШЕСТЁРКУ ОТ МАДАМ МАКСИМ?! А ВЫ СЛУЧАЕМ НЕ ПОСКУПИЛИСЬ, ГОСПОЖА? НУ-С.. НИЧЕГО НЕ ПОПИШЕШЬ. И КАРКАРОВ УЖЕ ВОВСЮ СПЕШИТ ПОСТАВИТЬ.. НОЛЬ?!! — вознегодовал пуще самого обесцененного Людо. — НУ УЖ НЕТ УЖ, ТОВАРИЩ! ДАЖЕ ПОЛНЫЙ ПРОВАЛ ОЦЕНИВАЕТСЯ СИМВОЛИЧЕСКИМ БАЛЛОМ!       — Неужто это против правил? — осклабился северянин.       — ЕЩЁ КАК ПРОТИВ!       — Чудно! Давно пора бы и вам угоститься собственной предвзятостью!       — А Я ЕЩЁ РАЗ ПОВТОРЯЮ, ЧТО ПОДОБНОЕ НЕДОПУСТИМО! И, ПОЛЬЗУЯСЬ СВОИМИ ПОЛНОМОЧИЯМИ АРБИТРА, Я ЗАЧИСЛЯЮ ПОТТЕРУ МИНИМАЛЬНО ПОЛОЖЕННЫЙ БАЛЛ! И ТОЧКА!       — Да делайте что хотите! — сплюнул себе под ноги ментор. — Вы уже наглядно продемонстрировали во что у вас ставится честная игра!       — И СДЕЛАЕМ, ИГОР, НЕ СОМНЕВАЙТЕСЬ! ДАМБЛДОР, ВАШЕ СЛОВО!       — Что ж, до выступления моих дорогих коллег я намеревался ограничиться счастливой семёркой, — сверкнул льдистыми очами директор, — однако теперь на мне одном лежит компенсация, за весь образовавшийся.. бисбаланс.       Засим белобород вычертил в воздухе единицу, в паре с запоздало присоединившимся нулём.       — ВОТ ЭТО Я ПОНИМАЮ! БРАВО, СЭР, БРАВО! — возликовал бывший спортсмен. — В СУММЕ ЖЕ, ЗА СВОЮ ХИТРОСТЬ С ВАСИЛИСКОМ МИСТЕР ПОТТЕР ЗАРАБАТЫВАЕТ СЕМНАДЦАТЬ БАЛЛОВ! А СКОЛЬКО БУДЕТ НА ИТОГОВОМ СЧЕТУ У ХОГВАРТСА, МЫ ВЫЯСНИМ СРАЗУ ПОСЛЕ ТРЕТЬЕГО ФИНИШЁРА.. НОВОЯВЛЕННОГО ЧЕЛОВЕКА-АМФИБИИ, НА НАШИХ ГЛАЗАХ ПОКОРИВШЕГО УЖЕ ВТОРУЮ СТИХИЮ.. ВИКТОРА КРАМА!       Громче всех хлопали и скандировали дурмстрангцы, под натуральное дирижёрство подмахивавшего руками Каркарова.       — И-И-И.. МАДАМ?       Максим расщедрилась на восьмёрку. Начальник Дурмстранга вернул Альбусу должок, без колебаний выставив подопечному все десять. А седобород не поддался на провокацию, присудив болгарину твёрдую девятку.       — ЗВЕЗДА БОЛГАРИИ ЗАРАБАТЫВАЕТ ДЛЯ СВОЕГО ИНСТИТУТА ДВАДЦАТЬ СЕМЬ БАЛЛОВ! А В ИТОГЕ ВЫХОДИТ.. ЦЕЛЫХ ПЯТЬДЕСЯТ! ПОЗДРАВЛЯЕМ ЕГО, И НАШИХ СЕВЕРНЫХ ГОСТЕЙ, СО ВТОРЫМ УВЕРЕННЫМ ВЫСТУПЛЕНИЕМ!       Комментатору пришлось переждать фанатское буйство, организованное товарищами нового турнирного фаворита, чтобы его попросту могли расслышать все того желающие.       — И ЗАВЕРШАЕТ ВТОРОЙ ЭТАП ОБРАЗЦОВОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ СЕДРИКА ДИГГОРИ! КАК И ПОДОБАЕТ ИСТИННОМУ ПУФФЕНДУЙЦУ, НАШ ЧЕМПИОН НЕ СТАЛ ЮЛИТЬ, А ПОПРОСТУ БРОСИЛ ВЫЗОВ НЕИЗВЕДАННОЙ ГЛУБИНЕ, И ВЕРНУЛСЯ С БЕСЦЕННЫМ ТРОФЕЕМ! НО ДОВОЛЬНО УЖЕ ПРЕДИСЛОВИЙ! ГОСПОДА СУДЬИ?..       Ректорша оценила тот заплыв ещё выше, очертив в воздухе девятку. Сдобренный триумфальным отрывом Крама, ментор дал на балл меньше предыдущего. Ну а директор закрепил успех земляка, выдав всё те же, около идеальные девять.       — ДВАДЦАТЬ ШЕСТЬ БАЛЛОВ!! МОЛОДЧИНА, ПАРЕНЬ! НЕ ЗРЯ МНЕ СРАЗУ ПРИГЛЯНУЛСЯ ТВОЙ ДРЕСС-КОД! — чуть ли не прыгал от радости Людовик. — А НА ПАРУ ЧЕМПИОНЫ ХОГВАРТСА ЗАРАБАТЫВАЮТ ДВАДЦАТЬ ОДИН БАЛЛ, С ПОЛОВИНОЙ! ДУМАЮ НИКТО НЕ БУДЕТ ПРОТИВ, ЕСЛИ Я ОКРУГЛЮ ЕГО ДО ДВАДЦАТИ ДВУХ? И ПО СУММЕ ДВУХ ТУРОВ, У НАС ВЫХОДИТ СЛЕДУЮЩАЯ КАРТИНА: НА ПЕРВОМ МЕСТЕ ДУРМСТРАНГ, С ИХ ВПЕЧАТЛЯЮЩИМ ПОЛТИННИКОМ, А ХОГВАРТС ВЫХОДИТ НА ВТОРОЕ МЕСТО, С ТРИДЦАТЬЮ ПЯТЬЮ БАЛЛАМИ, ПРОТИВ ТРИДЦАТИ ТРЁХ ЗАМЫКАЮЩЕГО БОБАТОНА! КАКАЯ ИНТРИГА!       Уже не вслушиваясь в громовещание Людо, Поттер осел на корточки, разом ощутив как его захлёстывает холод, голод и прочие ощущения, доселе притупляемые подспудным волнительным выжиданием. Он не подвёл школу и товарищей. Он справился с испытанием.       — Эй, ты как Гарри? — живо осведомился насчёт его самочувствия Диггори.       — Всё путём, Седрик.       Старший чемпион протянул ему руку, со словами:       — Можно просто Сед.       Тогда как младший принял её с кивком благодарности, вышеназванный не позволил пелене затишья вновь развернуться между ними.       — Пошли что ли.. проверим как там себя чувствует наш улов?       — А заодно выдуем по флакончику Бодроперцовки...       — Дело говоришь.