Лев и Змей

POV Драко.       — Напомни-ка мне.. — отдуваясь, порционно выдавал на выдохе Нотт, — что такого важного тебе может прийти.. что ты не можешь подождать даже до завтрака?       Они с соседом поднимались к совятне, обдуваемые всеми ветрами серчавшего Сентября.       — Кое-что важное. — повторил своё изначальное заявление он, упрямо вышагивая впереди.       — Ой, ну да ладно тебе! Сжалься! — воззвал к нему тот. — Я ведь тут буквально помираю от любопытства!       — Прости, Тео. — оставался непреклонен платиновый блондин. — Но я тебя заранее обо всём предупреждал.       — Да ну, как же! — надулся спутник, следом же пробурчав: — Никакое это было не предупреждение, а натуральное подначивание. Как ломаются кокетливые недотроги...       — Какая специфичная аналогия.. — усмехнулся на ходу Малфой, — ничего не хочешь поведать классу?       — Ты мне – я тебе! И теперь уж точно твоя очередь начинать!       Но он только пожал плечами, да первым зашёл внутрь совиной башни. Там было не столь прохладно как снаружи, за счёт отсутствия полновесных порывов ветра, заместо которых гуляли отсвисты коварных сквозняков. А пернатые почтальоны, все как один, скрывались от крайних во множественных каменных углублениях, единообразно снабжённых соломенными подушками. Должно быть – работа Грапл.       Найти в этом сонном царстве одну конкретную птицу было той ещё задачкой, но последнюю ему значительно упростил своевременный, отрывистый «ух». Следуя сему звуковому ориентиру, хозяин обнаружил своего филина готовым к отлёту, и наконец смог вздохнуть чуть свободнее. Не тратя больше ни мгновения, из того неопределённого запаса времени, которым он ещё располагал, парнишка надёжно привязал к пушистой совиной лапе срочное послание, втолковал имя и местоположение адресата, и даже донёс крылатого до ближайшего окна.       — Прошу Скорп, лети как ветер.       И выпустил того навстречу разгоравшемуся горизонту.       — Ага! Так не получить, а отправить весточку... — подоспел с неуместными заключениями Нотт. — Но что тебе могло понадобиться от этого проходимца Бор..       Он еле успел зажать приятелю рот, а после панически оглядел помещение. Никого же не обнаружив, он красноречиво округлил глаза, и только тогда отнял руку. Но лишней надёжности ради, ещё и магически удостоверился.       — Хоменум ревелио!       Они и впрямь были одни.       — Драко.. ты меня пугаешь. — стремительно серьёзнея, прошептал товарищ. — Во что же ты впутался?       — В то, о чём близким мне людям знать не стоит. — оседая на голый проём серокаменного окна, промолвил он. — Для их же блага.       — Для этого уже поздновато, не находишь?       Малфой пробежал дланью по застывшему лицу.       — Решай сам.       — Уже решил.       По упёртости в ответном взоре, один парень вмиг понял другого.       — Ну ладно, расскажу.. о чём смогу. Спрашивай.       — Давай по порядку: что за спешка?       — Помнишь вчера Амбридж заглядывала на Уход?       — Ещё бы. Она не даёт себя игнорировать.       — Я подслушал их разговор с Грапл. Тогда Амбридж предупредила её, что в ближайшее время может «повыситься травмоопасность, для всех почтовых сов». И потребовала от неё ежедневно навещать, и своевременно выхаживать все подобные «случаи».       — Думаешь.. она вскрывает почту?! — живо раскусил его намёк Теодор. — Так вот откуда последние задержки с утренними доставками!       Драко покивал, да поманил его за собой.       — Лучше нам поскорее убраться отсюда. Договорим по дороге.       Их разговор возобновился в районе моста, у подножия скалистого возвышения, что вершало остриё узкой башни.       — Насколько я понял, тебе нужно получить извне что-то.. недозволенное?       — Незаконное. — мрачно поправил его незадачливый наследник.       — Это нечто магическое?       — Да нет.. скорее даже наоборот.       Нахмурившись, сосед призадумался.       — Можно воспользоваться почтовым отделением Хогсмида. — наконец предложил выход тот. — Вряд ли инспекторша продумала всё на столько шагов вперёд. Да и не уверен что её положения в принципе хватит, чтобы подмять под себя ещё и студенческий городок.       — Не знаю. Может. — в полной мере испытал муки неопределённости Малфой. — Но в любом случае.. спасибо за совет, Тео.       Спутник сжал ему плечо, вложив в тот жест всё, что не было необходимости проговаривать вслух. Но от заключительного комментария всё же не воздержался.       — Теперь мне понятно отчего ты в последнее время такой рассеянный. Но всё же, в будущем постарайся не забывать запирать дверь в нашу комнату. Нет, серьёзно! Это уже третий раз на неделе... POV Невилл.       Приятно было спасти другу жизнь. Куда как неприятнее оказалось прослыть за это «Тонгботтомом». Но именно так интерпретировали их «веселуху» на отработках злые языки, заодно выставив его инициатором всего и вся. В довершение эдакого «сарафана», и закрепился его образ неразборчивого угодника, то хаживавшего в любимчиках у декана, то якшавшегося с первополосным отщепенцем. Правда же обнаруживалась аккурат промеж печатными строками, да непомерно раздаваемыми крайностями. Ведь с Гарри они действительно пришли к некоей.. определённости, пусть и довольно-таки зыбкой. А вот двери оранжерей мадам Спраут для него захлопнулись ровно в тот момент, когда он не справился с доверенным той надсмотром. Не только потеряв семечко терния, но и нанеся существенный ущерб не менее ценным, тепличным образцам по соседству. Включая и его многострадальную Мимблтонию, которой ещё только предстояло длительное восстановление, из единственного уцелевшего отростка. Притом, ещё и с далеко не гарантированным результатом. И хоть все подробности того злосчастного вечера были доподлинно известны лишь троим: чудом не пострадавшей двоице, да одному, доселе неизвестному виновнику происшествия; но это не помешало Помоне определиться с общим отношением к ситуации. И облечь то можно было в следующую формулировку: точно не знаю что конкретно вы там учудили, но без присмотра я вас больше не оставлю.       Да только и всё вышеприведённое меркло, в сравнении с догадкой, коей пуффендуец неминуемо озарился впоследствии. И пусть то умозаключение без малого напрашивалось само собой, но допускать его даже гипотетически Невиллу категорически не хотелось. Ведь одно дело продолжать верить в товарища чуждого, благородного происхождения, но вот слепо оправдывать нечто, вроде покушения на убийство бывших друзей... Мириться с подобным было попросту нельзя. Однако же, и весомых оснований, для предпринятия каких-либо действий в отношении Малфоя, у него критически не хватало. А любое, неосторожно брошенное обвинение, было сопряжено с риском окончательного разрыва тех деликатных уз, что до сих пор их соединяли. Уж не говоря о более чем вероятных уголовных последствиях, случись подключиться к конфликту хоть одному из родителей Драко. Словом, засада.. сплошь и рядом.       Не ощущалось продыху и в прочих областях школьной жизни. За его мнимое, да крайне избирательное подхалимство, многие «барсуки» постепенно ополчались против «Тонгботтома», осложняя существование парнишки рандомными актами агрессии. И поначалу всё ограничивалось лишь вербальными нападками, но однажды, возвратившись в гостиную после отработок, Нев обнаружил Тревора сидящим в круглом аквариуме. А исходя из того, как густо тот был заляпан изнутри слизевыми мазками, выбраться оттуда его питомец не мог уже давно. И несмотря на в общем-то валидные объяснения, единообразно твердившие исключительно о предотвращении дальнейших попыток побега, хозяина всё же не оставляло гнусное предчувствие. Что-то в том, как бегали глаза, да подрагивали лицевые мышцы у большинства причастных, неизменно бередило ему нутро. Потому-то он и решился на крайние меры, надумав пристроить свободолюбивую жабу, посредством единственной способной на то знакомой. А успешно перепоручив Тревора Граббли-Плэнк, Лонгботтом проплакал полночи, но поутру испытал куда большую уверенность, в вящей правильности принятого решения. Да пожалуй, стоило бы отпустить его ещё раньше, вместо того чтобы и пытаться перевоспитать природный инстинкт.       Всего вышеупомянутого хватало с лихвой, чтобы обозначить черноту его текущей жизненной полосы. Но дабы придать той беспросветности должную глубину, никак нельзя было обойти стороной влияние и другой, антропоморфной жабы. Ведь инквизиторша продолжала активно внедрять в Хогвартсе министерские практики, да устраивать стресс-тесты случайно выбранным профессорам. И вот однажды, когда её очередной жертвой стала преподавательница Магловедения, по совместительству являвшаяся и единственным сквибом на всю школу, генеральная инспекторша наконец явила миру свои истинные цвета. Серебристо-зелёные, ежели по существу. Тогда же, в одночасье обрёл смысл и её особый интерес к Флитвику, и число заочных претензий к Флоренцу. Похоже Амбридж придерживалась того же самого пуристского мировоззрения, что некогда возводил в абсолют Волан-де-Морт. И делала это достаточно явно, чтобы очевидцам всё становилось ясно без слов, но недостаточно однозначно, чтобы прямая цитата могла с потрохами выдать её начальству. Впрочем, ещё неизвестно за что там тайно ратовал сам Фадж...       Но как бы там ни обстояли дела с моральным компасом у самого министра, а его протеже стабильно отыскивала способ сбить Невилла с намеченного курса, да совершить какой-нибудь необдуманный шаг. Этим всё и обернулось на уроке Чарити, когда пуффендуец грубо преступил городимые засланкой околичности, и озвучил то, что она в действительности подразумевала, перед всем классом. И хоть в моменте он прекрасно понимал, что заглатывает типичнейшую из её наживок, но всё же сознательно отказался молчать, тем самым заработав себе ещё две недели отработок. Однако прилива знакомой хандры не последовало, поскольку он действовал в согласии с совестью, а опирался на базис здравого смысла.       — Но стоит ли жертвовать своим свободным временем, ради таких как она? — на следующей же перемене, предприняла попытку достучаться до него Гермиона.       — Таким как она, время от времени необходимо давать отпор. Просто чтобы напомнить себе и окружающим, что происходящее – ненормально. — одухотворённо парировал доводы когтевранки Лонгботтом.       Тогда девушки наградили его взглядами, которые он бы охарактеризовал как.. странные. Но взялись за него по полной, они уже по выявлении всех болезненных обстоятельств.       — Невилл, а чем именно тебя принуждают заниматься на отработках?       Вопрос Грейнджер явно вызвали множественные припухлости меньшего масштаба, которыми он обзавёлся по итогам последних опытов с восковой табличкой. Выяснив, что определённые сектора писчего слоя соотносятся с конкретными частями тела, он старался максимально размазывать область поражения. Но на сей раз он промазал, целясь в маловосприимчивую зону скальпа, а угодив прямиком в физиономию.       — Писать под диктовку. — односложно ответствовал он.       — Писать что? — не отставала та.       — «Я не должен лгать». Одно и то же, снова и снова.       — И всё?       О, нет.. она взяла след его грязных недомолвок.       — Да, всё.       — Нет, не всё. — прилетело откуда не ждали. — После отработок у тебя постоянно что-то опухает. Я заметила это, ещё когда ты попросил у меня конспекты лекций. Тогда это было левое запястье.       Луна глядела на него с необычайной строгостью, а следом и шатенка невольно скопировала эту её мину. Уклоняться от их осуждающих взоров выходило все хуже, и вскоре паренёк сдался, выложив им всё. Под конец его рассказа, губы Эрми сошлись в узкую, ломаную линию, а промеж светлых бровей Лу залегла неисгладимая морщинка.       — Мы сообщим об этом Дамблдору. — безапелляционно постановила первая.       — Гермиона, у меня нет никаких доказательств. Только слова. — всё же проаппелировал он. — И даже если директор согласится поверить мне на слово, то Фадж уж точно встанет на сторону Амбридж.       — Тогда мы подадим заявление в журнал. — пришла на помощь подруге Лавгуд. — Думаю папа всяко сможет выделить нам парочку абзацев.       Подбирать дельные возражения к столь резонному предложению было крайне затруднительно.       — Но тебе ведь не хотелось, чтобы он печатал статьи на околополитические тематики. — это даже звучало жалко.       — А теперь вот захотелось.       Упрямое выражение на порозовевшем лице Луны, один в один повторяло первообраз соседки. Прям до того, что аж становилось жутковато. И парень повторно уступил.       Но их спор так и оставался не вполне разрешённым, тотчас всплыв снова, едва только представился соответствующий повод. За крайний сошло столпотворение на выходе из Большого зала, в свою очередь привлёкшее и их внимание к стене вокруг входа, доселе пустовавшей. Но теперь на ней красовалось нечто наподобие подвесной рамки для фото, но содержащей официального вида документ, декларировавший: «Сим указом Генерального Инспектора, Долорес Джейн Амбридж, ограничивается свобода перемещения для личных питомцев всех студентов Хогвартса. Отныне не разрешается выводить домашних животных за пределы факультетской гостиной.»       А в тени первой рамки обнаружилась и вторая, гласившая: «Сим указом Генерального Инспектора, Долорес Джейн Амбридж, разграничиваются зоны получения почтовых отправлений, для всех студентов Хогвартса. Отныне вход в здание совятни воспрещается для всякого, за исключением персонала, уполномоченного лично Генеральным Инспектором. Для ежедневной отправки посылок, у кабинета Генерального Инспектора будет установлена специальная урна. Тогда как получение оных будет производиться исключительно в выделенный для того период, во время завтрака.»       Что показательно, величина шрифта в указах пребывала в обратной закономерности от их общественной значимости.       — Ну приехали.. «свобода – это рабство»... — ознакомившись с написанным, пробормотала себе под нос Гермиона. — Ещё и в дуплетном тандеме.       — «Дуплетном тандеме»? — не понял Нев.       — Так я это называю. — она указала подбородком на стенные объявления. — Когда один закон идёт в паре с другим, но служащим исключительно для отвлечения, и рассеивания фокуса. А бывает, и подкрепления основных позиций ключевого.       Блондину этот аспект и в голову бы не пришёл, не упомяни об этом сейчас шатенка. Но с оным на вооружении, здесь и впрямь начинал угадывался тайный умысел.       — Тогда мы должны противиться им одинаково, и при любом удобном случае! — что-то вывело флегматичную блондинку из себя настолько, что её ярость стала улавливаться и невооружённым глазом. — Неви, ты больше не должен к ней ходить!       — Н-да, и тогда она оставит Пуффендуй вообще без очков.       — Тогда хотя бы не напрашивайся на новые отработки. И даже не говори, что не сумел сдержаться! Я знаю, что ты пошёл на это специально!       Он не понимал что именно спровоцировало главную тихоню. Равно как и того, отчего его сугубо персональный протест, нынче оказывался под раздачей. Но идти на уступки в этот раз парнишка не собирался.       — Если отработки это цена, которую мне нужно платить, чтобы и дальше говорить правду.. то мне придётся.       — Раз так, придётся и мне. — мрачно промолвила та, уверенно двинувшись сквозь толпу.       Не успели окружающие и осознать её действий, как Лавгуд уже проложила себе путь к злополучным указам, а затем ухватила тот что короче, сорвала со стены, да с размаху шарнула им об пол. И сразу после, мстительно раздавила чудом уцелевшее стекло каблуком. А совершив всё что хотела, она вернулась к нему обратным курсом, да непринуждённо заметила:       — Даже интересно, насколько я успею распухнуть, прежде чем ты одумаешься.       Засим Луна споро оставила товарищей, и прочую онемевшую толпу, позади. А блондин с шатенкой всё только и могли, что переглядываться, да неверяще пожимать плечами.       — Это точно была Лу? — уточнил он несколько погодя.       — Скорее одна из её сторон. — пряча улыбку, поделилась с ним оставшаяся когтевранка. — Даже Будда стерпит лишь дважды. И уверена, что как минимум один раз уже успела израсходовать я.       Они поухмылялись, двигаясь бок о бок, покуда Эрми вдруг не посерьёзнела.       — Но вообще она права. В том, что мы должны противиться, пока это ещё дозволено.       — А чем я, по-твоему, тут только и занимаюсь?! — возмутился Лонгботтом.       — Не, я имею в виду не изолированные мученические демонстрации. — спокойно отмела его претензии девушка. — А что-то более организованное.. и плодотворное.       — Например? — вмиг остыл он, искренне заинтересовавшись её задумкой.       — Хм-м... POV Гарри.       Пока прочее студенчество подстраивалось под палки, выставляемые указами (да сопутствующими уточнениями к оным) Верховной Инквизиторши, Поттер уверенно шёл на годовое опережение школьной программы. С текущим уровнем боевой подготовки, ему уже было не страшно и ступить за стены Хогвартса. В теории.       Часть него всё ещё болела за друзей, чуть ли не еженедельно имевших дело с очередным запретом, а остальной части было глубоко наплевать на всех, включая себя самого. И он попеременно презирал каждую из них. При подобном настрое чертовски помогали любые житейские отвлечения. И тут как нельзя кстати приходился загадочный учебник зельеварения, с усовершенствованными рецептурами. Внимательно изучая записи неизвестного корректора на досуге, он не только лишний раз убедился в его дотошности, но и открыл много чего интересного, даже за пределами предметной области. Ведь «Принцу-Полукровке» (а именно так обозначил себя на внутренней стороне корешка прежний владелец) настоль легко давалось зельедейство, что поля страниц со вводными материалами были сплошь исписаны формульными расчётами, или же иными рассуждениями на отвлечённую тематику. Словно в полуделовом дневнике. Присутствовали среди тех формул и различные версии одного и того же заклинания, впервые навёдшие Поттера на мысль, что их автором также являлся этот Принц. А тот факт, что о многих из них и слыхом не слыхивал мастер ранга Флитвика, придавал его домыслам пущего весу. Но что интересно, все заклятия (из наиболее безобидных) что он лично опробовал, работали в полном соответствии с приведённым описанием. Тогда его интерес к таинственному «Полукровке» преодолел новый виток стремительного роста, и он постарался заполучить все остальные его учебники. Однако ж, совершенно не преуспел в поисках. Даже при том, что ему активно помогал новый ассистент мадам Пинс – экс-профессор Биннс. Разжалованный призрак отыскал новое призвание в смежной отрасли, напросившись в помощники к непробиваемой библиотекарше. И хоть поначалу та гнала его самыми красочными напутствиями, но в конце концов женщина таки смилостивилась. Не иначе как благодаря эфемерной природе Катберта, в силу который тот оказывался в принципе не способен как-либо навредить её драгоценным архивам. Вдобавок, неупокоенный многое знал ещё при жизни, а всё сверх известного – схватывал буквально на лету. По итогу став полноценным библиотечным гидом за считанные недели, и значительно облегчив долю (наряду с тяжёлым нравом) строгой начальницы. Ну а исходя из всего вышеперечисленного, можно было с уверенностью заключить, что иной «собственностью Принца-Полукровки» библиотека не располагала. Вот и оставалось довольствоваться имеющимся.       Да и то очень недолго, поскольку к концу Сентября стартовали его индивидуальные занятия с Дамблдором, разом отожравшие все будние вечера. Они значились в грядущих планах ещё с исхода лета, но являлись не более чем проформой. Представлением, для всего вражеского стана. А потому и энтузиазма по поводу их приближения брюнет не испытывал, больше жалея о времени, которое можно было потратить на осознанный сон, или же заслуженный отдых. И побывав на них въяве, в своём предварительном вердикте он почти не поменялся. Ведь опекун заготовил для него целую серию реминисцентных экскурсов, в далёкое прошлое Тома Реддла-младшего. Дабы дать ему полноценно познать своего врага, старик погружал подопечного в собственные, а также чужие воспоминания, посредством рефлексора.       Первым из которых стал рабочий эпизод, из министерской карьеры некоего Боба Огдена. В начале прошлого столетия, головной офис направил того расследовать рядовой магический инцидент, имевший место близ деревушки, под памятным названием Литтл-Хэнглтон. Исходя из дежурного мониторинга Министерства, было зафиксировано многократное наложение порчи, в пределах преимущественно магловских владений. Причём совершаемое одной и той же палочкой, что принадлежала совершеннолетнему, под именем Морфин Гонт. Из тех самых, «священных» Гонтов. О чём никак нельзя было догадаться по месту и их тогдашнего проживания. В убогой лачуге, ещё и выстроенной далеко на отшибе, Огден и наткнулся на то, во что выродилось великое семейство. Его главой выступал болезненного вида мужчина, назвавшийся Марволо, а в подчинении у него находилась двоица потомков, из вышеназванного искомого субъекта, да зашуганной девицы, которую ему и вовсе не представили, но между делом кликали Меропой.       И как очень скоро выяснилось, применение порчи к маглам не просто имело место быть, но и стабильно поощрялось главой дома, о чём проверяющему и не преминули гордо заявить. Из сопутствующих перебранок этой троицы, Огден сумел вычленить следующее: младшая дочь Гонта положила глаз на богатого магла, из каких-то Реддлов; старший сын – Морфин – прознал об этом, и надумал разобраться с тем, по своим родовым понятиям. Отец же, едва только заслышав о романтических видах дочери, вмиг растерял всякий самоконтроль, да ринулся её душить. Пропускать мимо ушей словесные поношения девушки, у действующего родителя и то выходило с немалым трудом, но допускать рукоприкладство в отношении несовершеннолетней Боб точно не собирался. Министерец воздействовал на Марволо магией, лишь бы как можно скорее сбросить его удушающий хват, но малость перестарался, смачно впечатав главу семейства в облупленный сервант. Посчитав его действия за преднамеренную атаку, Морфин без колебаний бросился на гостя, непрерывно меча в него заклятия, да угрожающе размахивая кухонным тесаком. Под этаким напором неподготовленному служащему пришлось экстренно отступить, чтобы вернуться уже с подкреплением аврората.       По итогу вышло, что отца и сына повязали, да засадили за решётку, а Меропа осталась в доме за главную, на долгие месяцы. К чему всё клонилось Гарри понял почти сразу, но недооценив наследницу Гонтов, упустил нюанс с приворотным зельем. Замухрышка опаивала Томаса Реддла-старшего приворотом на регулярной основе, около года, покуда тот не заделал ей ребёнка. Ну а понадеявшись, что наличие последнего удержит Тома от расставания, мать будущего Волдеморта прекратила подмешивать тому любовный отвар. И едва «любовь» выветрилась, так околдованный магл с ужасом пришёл в себя, да незамедлительно сделал ноги. Винить его за это было трудно, даже с учётом дальнейшей судьбы матери-одиночки, скоропостижно отдавшей концы при родах. Случилось то на пороге магловского приюта, аккурат в канун нового, тысяча девятьсот двадцать седьмого года. Ну а Марволо, отмотавший куда меньший срок, так и не дождался возвращения сына из Азкабана, скончавшись в обнимку со своими фамильными реликвиями, некогда принадлежавшими Салазару Слизерину.       По идее, эта трагическая предыстория должна была несколько смягчить его глубокое презрение к Реддлу-младшему. Однако, крепко над той поразмыслив, парень пришёл к выводу, что в жизненном пути всякого негодяя, просто обязан присутствовать этот период абсолютной невинности. Равно как и момент, когда всё двинулось по наклонной. Когда не по их вине, и уж точно не по справедливости, суровые обстоятельства безжалостно предопределили дальнейшую судьбу своих случайных жертв. Отчасти, и ему самому была знакома эта гнетущая, всеобъемлющая беспомощность. Но всё же.. на кого тогда возлагать ответственность? И доколе городить оправдания всем подобным индивидуумам? Нет-нет-нет, просто должен был существовать какой-то предел, за которым бесповоротно утрачивается шанс на возврат, с прощением. И Волдеморт уж точно оставил его далеко позади. POV Невилл.       По мере того как Амбридж планомерно запускала свои щупальца во все больше сфер жизнедеятельности Хогвартса, в студенческой среде неотвратимо назревал запрос на полноценный практикум. И хоть значительная часть учителей, всеми силами старалась найти выход из положения (вроде Снейпа, специально расписывавшего им практический аспект в таких подробностях, что вопросов не возникало даже у Крэбба с Гойлом), но личного опыта им было не заменить, и при большом желании. Так что единственно верный вывод напрашивался сам: практика – дело рук самих практикантов. Недоставало лишь стартовой инициативы, да смелости, граничащей с отчаянностью. Но с наступлением Октября, и приближением первых хогсмидских выходных, им открывалась возможность устроить сходку для всех несогласных там, до куда ещё не простирались полномочия министерской жабы. Под «ними», Лонгботтом конечно же подразумевал их проредевшую компашку, в количестве трёх заводил.       — Решено! — вполголоса постановила Грейнджер, прихлопывая по столешнице читального зала библиотеки. — Основной точкой сбора станет «Кабанья Башка», а дальше уже будем смотреть по обстоятельствам. В зависимости от того, сколько народу явится, сразу определимся с комнатой.. ну или просто останемся в главном зале. Насколько я слышала, днём там стоит относительное затишье.       — Но как нам сообщить всем, так чтобы не узнала и Амбридж?       — Она узнает. Рано или поздно. Но предъявить нам задним числом уже ничего не сможет. — пуще озадачила его Гермиона. — Я трижды прошлась по каждому из декретов, со всеми поправками и уточнениями. И подходящего запрета пока что не существует.       — Но ведь организовывать собрания кому-то придётся, даже если наберётся человек десять. А значит и виновник найдётся всегда. — всё ещё не колебался он.       — Кому-то придётся. Гипотетически. — девушка отвела взгляд. — Но доподлинно вам, да и всем прочим, об этом ничего известно не будет.       Луна и Невилл обменялись синхронным переглядом.       — А ты не многовато ли на себя взваливаешь? — обеспокоился второй.       — И правда. — поддержала его первая. — Нельзя чтобы вся ответственность лежала на тебе. И вся нагрузка, тоже.       — Если ты о нагрузке на занятиях, то да, там мне потребуется ваша помощь. Я буду вести наиболее способных, да натаскивать по теме вас, чтобы вы могли обучать кого-то ещё, и так далее, по цепочке. А составлением программы занятий мы будем заниматься втроём. — Эрми сверилась со своими записями. — Что до организационной части.. я уже почти со всем разобралась. Осталось только доработать методы сообщения, и...       Она не закончила, плавно влившись в процесс решения той задачки, но навела пуффендуйца на опущенное осложнение.       — Кстати, а как мы будем сообщаться? Да и в принципе приглашать всех изначально? Теперь, когда у Амбридж есть доступ в гостиные, доски объявлений сразу отпадают.       — Можно также, как и на обучении. — нашлась Лавгуд. — Лично, по цепочке.       — И если эта цепочка всё-таки выведет к жабе?       — Я же говорила, на первой встрече будет лишь обсуждение. — повторно обозначила шатенка. — А о неразглашении на всех последующих собраниях, я позабочусь сама. Сейчас нам нужно лишь распределить зоны ответственности. Если мы с Лу возьмём на себя когтевранцев, а ты Неви – пуффендуйцев, то останутся лишь гриффиндорцы.       Приглашение слизеринцев ими всерьёз даже не рассматривалось.       — Я могу договориться с Джинни. — предложила блондинка. — Она и так захочет участвовать.       — Отлично! А ты справишься, Нев?       — Уж как-нибудь.       — Хорошо. Тогда приступим?       Трое друзей обменялась задорными кивками, и разбежались.       Вопреки зудежу нутряных опасений да прогнозов, задуманное прошло на удивление гладко. Причём у каждого, из четверки агитаторов. Базово выслушивало их подавляющее большинство, и впрямь рассматривало возможность вступления уже меньшая часть. Ну а сколькие из тех распространили весть, а тем более надумали откликнуться на призыв, они узнали только прибыв на место сходки...       Сама вылазка в Хогсмид состоялась по расписанию, и они вчетвером явились чуть раньше оговоренного срока, чтобы разведать обстановку. Немногочисленные посетители запущенного трактира ютились у барной стойки, за исключением пары одиночек, что обосновались за угловыми столиками, подпирая спинами стенки. Большая часть рефлекторно скрывала лица от вошедших: кто в глубине капюшона, кто под полями шляпки, кто за вуалью, а один кадр так вообще был весь в бинтах, замотанный на манер мумии.       Как никогда остро ощущая, что им тут не место, ребята взяли себе по пыльной бутылке сливочного пива, да расположились как можно дальше от обычной клиентуры сомнительного заведения. А затем взялись, как бы невзначай, осматривать помещение. И помимо царящего запустения, от тех же «Трёх Мётел», интерьер «Башки» разительно отличала.. грязь. По краям заросших стёклышек окон, в едва различимых щелях между половиц, в виде налёта на столах, да в форме пятен сырости на тканых обоях. В окружающем же воздушном пространстве, помимо лёгкого задымления, витал малоприятный запашок, ассоциировавшийся то ли с хлевом, то ли с одним из его обитателей. Словом, местечко было непритязательное, но и выпивку там продавали без той дикой наценки, что мог себе позволить паб мадам Розмерты.       — Кхм.. ну как? Будем делать ставки? — попыталась разрядить атмосферу Джинни. — На то, сколько человек явится.       — На данном этапе – человек пятнадцать, максимум. — без колебаний внесла толику конкретики Грейнджер. — Старшим курсам будет слишком неловко обучаться с малолетками. Младшие, и большая часть промежуточных попросту струсят. А часть пришедших отвалится, как только удовлетворит своё любопытство.       — «На данном»? — не смог удержаться от комментария парнишка. — А не рано ли нам планировать дополнительный набор?       — Это лишь прогнозы на будущее. — раздражённо проговорила Гермиона. — У тебя есть на примете что-то ещё, за чем можно сейчас скоротать время, Невилл? Нет? Ну так прекращай уже нудеть.       Он надулся, но перечить не стал, внутренне сознавая, что полученный упрёк, пожалуй, был им заслужен. С тех пор как шантаж Лавгуд принудил его к преждевременному завершению протеста, парень периодически (читай регулярно) претерпевал накатывающие волны беспричинного раздражения. Вероятно вызванного мнимым бездействием, а точнее недостатком «настоящей» движухи.       Из зачинавшейся рефлексии его вырвал дверной звонок, ознаменовавший шумное прибытие близнецов Уизли. Последние зашли в таверну, как к себе домой, а едва только заприметив их четверых, разразились приветствиями, никак не считавшимися со здешними шумовыми нормами.       — Ты только глянь, Джо! Наша маленькая сестрёнка участвует в организации местной оппозиции... — притворно умилился Фред, попутно растрёпывая шевелюру вышеназванной. — О чём ещё может мечтать старший брат?       — И не говори, Ред. — картинно промокнул глаза краем рукава второй. — Ещё как будто только вчера, она тырила наши мётлы, да запирала Рона в тубзике..       — Не тырила, а заимствовала! — стряхивая братскую пятерню, возмутилась рыжая. — И это вы запирали Рона, а не я!       — Мы? — искренне удивился первый близнец. — Мне что-то запомнилась лишь клейкая подкова.. твоя работа?       Брата выдала ностальгическая лыба на пол-физиономии.       — Каюсь, виновен.       Парочка Уизли по-хозяйски придвинула к их столу соседний, и принялась опорожнять бездонные карманы, в которых обнаружился чуть ли не весь ассортимент «Зонко». Но, что любопытно, максимум по два экземпляра, на каждую приобретённую позицию.       — Черпаем вдохновение у конкурентов. — не стал делать из этого тайны «Ред», проследив за направленностью их взоров.       — Как вы за всё это заплатили? — ахнула их сестра, в одночасье обретая поразительное сходство со своей матерью. — Вы ведь.. заплатили?       — За кого ты нас принимаешь?! — аж подался назад «Джо», страшно оскорбившись. — Мы – порядочные ребята, и натурой рассчитываемся только с Зубной Феей, и Санта-Клаусом!       Невилл поперхнулся сливочным пивом, и зашёлся в приступе кашля. Гермиона с Джиневрой даже не нашлись с реакцией, выразив всю глубину своего смущения, единственно разливавшейся подкожно краснотой. Причём младшенькая раскраснелась сразу за троих. Луна же, по своему обыкновению, обработала шутку с существенным запозданием, и приступила к громогласному ухахатыванию с соответствующей задержкой, что лишь усугубило испытываемую всеми неловкость. Тогда как биологический двойник еле-еле задавил прущий наружу гогот, и отметил:       — Перебор, Джордж. Но попытка зачётная. — следом же, обратившись к свеклоликой родственнице. —А ты не парься Джинни, расплачивались мы исключительно звонкой монетой, из своих собственных накоплений, зуб.. даю.       Дабы окончательно не уступить хохоту, Фред поспешил соскочить с темы.       — Смотрю, вас хватило лишь на приторную классику...       Он имел в виду их питьё.       — Ничего другого нам тут не продадут. — наконец откашлявшись, разочарованно выдохнул Нев.       А сам он был бы очень не против накатить чего-нибудь горячительного, перед грядущим собранием.       — К чему этот пораженческий настрой? — весело подмигнув, рыжик направился к барной стойке, и вскоре вернулся оттуда с коктейлями, в довольно-таки простенькой презентации, но явно алкогольного содержания.       — Он что.. продаёт несовершеннолетним? — на всякий случай уточнил пуффендуец.       — Только разбавленные коктейли, что по градусам не крепче квашеной капусты, ну или этих восточных йогуртов. Но зато по вкусу... — Уизли отпил из своего стакана, да так аппетитно причмокнул, что прочие рефлекторно сглотнули.       А второй так и вовсе заторопился последовать примеру брата, на пару с пристроившимся «за компанию» Лонгботтомом. В облике кабатчика, встретившего их грозным прищуром, проскальзывало нечто знакомое, и пугающее. А потому блондин только порадовался наличию рядом «ведущего».       — Не больше трёх стаканов на рыло, усекли? — налив им первую дозу, риторически осведомился бармен. — Память у меня хорошая.       — Само собой, мистер Дамблдор, сэр! — торжественно заверил того прохиндей.       Так вот откуда это чувство, будто тебя просвечивают насквозь!       — И потише! — недовольно прикрикнул владелец заведения, уже им вслед. — Вы не у себя на ферме!       Джордж воспроизвёл жест с застёгиваем рта, а после придержал поднос с выпивкой, с которым в одиночку управлялся Нев. У крайнего создавалось впечатление, будто жидкость в стаканах подчинялась своим, заколебательным законам подлости, и опасно раскачивалась, как ни старайся он её утихомирить. Благо до их столов путь был не дальний, и он успел доставить питьё адресатам, прежде чем расплескал большую его часть. А пригубив насоветованный «Джо» напиток, парнишка довольно осел и наконец расслабился.       Далее близнецы с головой погрузились во вполне литеральный разбор покупок, и оставшиеся четверо с интересом следили за их манипуляциями, покуда колокольчик не возвестил о приходе новых посетителей. Во множественном числе. За первыми вошедшими подтягивались вторые, и поток всё не прекращался, пока внутри не столпились добрые два десятка человек! В большинстве своём, это были знакомые лица однокурсников, вроде Рона Уизли, Джастина Финч-Флетчли, Эрни Макмиллана, и Ли Джордана. Но в дополнение явились и представители соседних курсов, такие как: Чоу Чань с подругой, вездесущие братья Криви, да три старшекурсницы с Гриффиндора, игравшие за сборную факультета. Среди прибывших численно превалировали «львы», да с немалым отрывом. А «орлов» и «барсуков» собралось примерно поровну.       — Прошу вас, рассаживайтесь поближе к нам. — поднимаясь, обратилась к новоприбывшим Грейнджер.       — И заказывайте себе что-нибудь в баре! — присовокупил Фред, одновременно обмениваясь замысловатыми рукопожатиями с Ли. — Простых «посидельцев» тут не жалуют.       Шатенке определённо не понравилось его вмешательство, но устраивать разборок при всех она не стала. Когда же курсирование между стойкой и столиками прекратилось, Эрми взяла вступительное слово.       — Не буду ходить вокруг да около. Вы знаете из-за чего, и кого, мы тут собрались. Учебный год только начался, а нам уже критически не хватает практического колдовства. Министерству наплевать, что мы рискуем провалить экзамены, а волнует их лишь мнимая безопасность, которую обеспечивает наше невежество.       В ответ на её заявления, менее сведущие слушатели восторженно таили дыхание, а более сведущие – спокойно вострили уши, в ожидании конкретных решений.       — Поэтому мы обязаны взять дело в свои руки, пока такая опция ещё существует. Я сделала предварительные расчёты, а теперь уверена в том, что самообучение возможно. Если мы будем работать как команда, и собираться регулярно, то сможем не только идти в ногу со школьной программой, но и осваивать полезный материал далеко за её пределами. Да?       От заготовленной речи её отвлекла вежливо поднятая рука Сьюзен Боунс.       — Но что с нами будет, если Генеральный Инспектор вдруг узнает о нарушении её указа?       — В худшем случае, нас всех исключат. — не моргнув и глазом, выдала Гермиона. — Хотя.. нет, не так. В куда худшем случае, мы дружно завалим СОВу и потратим вдвое больше времени на повторную сдачу год спустя. И мало того, что неизвестно, каким окажется тот мир будущего, так ещё и не факт, что во второй раз нам всё удастся. И куда вероятнее, что вам так или иначе придётся прибегнуть к жульничеству, чтобы успешно сдать итоговую аттестацию. Так что, как по мне, уж всяко лучше сразу делать это в компании единомышленников. И испытывать куда меньшие шансы на массовое исключение.       — А с чего это ты решила, что у тебя хватит опыта, чтобы преподавать что-либо старшим курсам? — спрашивал его товарищ по факультету, которого звали Заком Смитом.       Невилл с ним особо не общался, но даже с учётом того, был наслышан о его.. непростом характере.       — Преподавать каждое заклинание станет тот, у кого оно будет получаться лучше, и раньше других. Хоть первогодка. А я буду главной на подхвате, потому что за свою жизнь прочла и запомнила по теме намного больше вашего. Желаете меня проверить?       Желающих так и не выискалось. И даже старшекурсницы начали проникаться уверенностью, продемонстрированной шатенкой. Однако, оставались неразрешёнными и весьма насущные проблемы, такие как..       — А где, ориентировочно, мы планируем собираться? — озвучил животрепещущий вопрос Энтони Голдштейн, с Когтеврана. — А то сам я, если честно, затрудняюсь назвать место, полностью соответствующее нашим требованиям.       — Ну.. я подобрала несколько вариантов на выбор.. — малость растеряв в самоуверенности, начала было Эрми, но её живо прервали.       — Узнаете, после того как согласитесь участвовать. — безапелляционно постановил Фред.       Когтевранка уже намеревалась возмутиться его повторному вмешательству, но вдруг засомневалась, да пересмотрела своё решение прям на лету.       — Да.. узнаете, после того как подпишетесь на нашу затею с кружком. — покопавшись в сумке, она извлекла на всеобщее обозрение толстый лист дорогого пергамента, с четырьмя чернильными росчерками. — Если решите что согласны, то оставьте мне свою роспись.       — Для чего это? — тотчас же последовал запрос, от подозрительно сощурившегося Смита.       — Для того, чтобы я могла рассчитывать на определённое количество, серьёзно настроенных личностей, при подготовке к занятию. А вдобавок, — она подняла глаза, встретив испытующие взоры окружающих, — в качестве жеста доверия. И если вы даже не готовы поверить, что я сразу не сдам вас всех Амбридж, то нам не стоит и пытаться вместе тайно самообучаться.       Веские аргументы повисли в воздухе, медленно угасающим гулом, а собравшиеся разом принялись консультироваться с друзьями, или же молча обмозговывать все за и против самостоятельно. Не понадобилось время на раздумье лишь близнецам с Джорданом, да братьям Криви, незамедлительно возглавившим очередь к их столу. За ними решились и три старшекурсницы с Гриффиндора: Анджелина Джонсон, Кэти Белл, и Алисия Спиннет. Их пример воодушевил многих, и к столу вскоре подтянулись: Дин Томас, Шеймус Финниган, и Рон; Чоу Чань, с Мариэттой Эджком; Сьюзен Боунс, Тони Голдштейн, Терри Бут, и Майкл Корнер; Лаванда Браун, с близняшками Патил; ну а замыкала ломаную линию группка пуффендуйцев, состоящая из Ханны Аббот, Джаса Финч-Флетчли, Эрна Макмиллана, да Зака Смита (полноценно именовавшегося аж Захарией). И подписывать они ничего не спешили.       — Перед тем как ставить подпись, мы должны знать.. — Эрни выглядел напряжённым, — с нами будет обучаться Поттер?       — Нет. — голос девушки едва уловимо подсел. — Гарри сразу отказался участвовать.       — Тогда мы согласны. — удовлетворённо кивнул Макмиллан.       Замыкающая четвёрка «барсуков» с готовностью оставила им свои закорючки (на удивление, включая и Зака, который даже решился на это с таким видом, будто делает им одолжение), те самым завершая этап набора. И в общей сложности, на их дело посписалось.. аж двадцать восемь человек!       — Надо же.. — пробормотал себе под нос Лонгботтом, — никак не думал что согласятся прям все..       — Не все. — поправила его сверхбдительная Гермиона. — Одна ускользнула, пока расписывались первые три гриффиндорки.       — Это была Лиэнн. — подсказала ей Джинни. — Она с Пуффендуя. Подруга Кэти.       — Лиэнн..?       — Я не помню её фамилии.       Грейнджер молча покивала, беря вышеназванную на заметку, и в завершение поинтересовалась:       — У кого-нибудь ещё остались вопросы?       — Так а что конкретно мы собираемся изучать? — уточнила Анджелина.       — Упор будем делать на самооборону. То есть – ЗоТИ и Заклинания.       — А Трансфигурацию? — то впервые подал голос Деннис Криви.       — Ни в коем случае. — категорично заявила шатенка, но дабы не отбивать желание задавать вопросы у пугливого молодняка, куда мягче прибавила: — Красная лента, помнишь?       Она похлопала себя по запястью и мальчонка вспомнил, яро закивав.       — А чего это Поттер отказал своим друзьям в таком деле? — и снова этот Смит. — Как-то подозрительно, не считаете?       Со стороны это действительно выглядело, как минимум, неоднозначно.       — Подозрительно. — нежданно согласилась когтевранка. — Если изначально относишься с подозрением. Но на деле – вполне естественно, что в данном случае он решил положиться на себя, а не на окружающих.       — Ага, то есть ты всегда на его стороне. — продолжал цепляться тот.       — Это моя обязанность, как друга.       — В таком случае, ты должна понимать и наши обязанности, перед Седриком. — присоединился к выяснениям отношений Джастин.— Так может тоже сделаешь «жест доверия», и поделишься с нами тем, что он говорил насчёт него?       — Гарри говорил мне то же самое, что неоднократно повторял директору, министру, аврорам, да родителям Седрика. И если вы не поверили ему тогда, то не поверите и мне сейчас.       — Тогда почему он скрывается ото всех, если ему самому нечего скрывать? — опять завёл свою пластинку Захария.       — Может потому, что его достали бесконечные расспросы по поводу и без? Тогда я уже начинаю его понимать. — начинала терять терпение Эрми. — У кого-нибудь есть ещё вопросы по теме собрания?       Таковых не сыскалось.       — Тогда я сообщу вам место и время первого занятия в индивидуальном порядке..       — Только возьми в расчёт наши тренировки по квиддичу! — спохватилась Алисия. — Извини, что перебила.       — Ничего страшного. И не волнуйтесь. Скорее всего, на первый раз придётся ночная вылазка, на выходной день.       — Ночная? — аж затрепетал от накатившего возбуждения Колин.       — Мы и так рискуем исключением, — впервые за день, свободно улыбнулась она, — так что нарушение комендантского часа уже погоды не сделает.       Раздались согласные смешки, и на этой положительной ноте их встреча подошла к концу. Обмениваясь прощаниями, ребята уже покидали таверну, когда Гермиона вдруг удержала Фреда, тем самым задержав и Джорджа с Ли.       — Слушай, на будущее.. — понижая голос проговорила она, — если захочешь оспорить мою задумку, то по возможности, пожалуйста, сообщай об этом заранее.       — Хорошо, сообщаю: подбором секретного местечка, для всех будущих сборищ, займёмся мы.       Отшатнувшись, словно от щелбана, Грейнджер мигом упёрла руки в боки.       — И с какой это стати?       — С такой, что в вашей просветительской группировке, состоят аж двое из нашего, извечно угнетаемого меньшинства. — «Ред» указал на рыжину собственной шевелюры, но быстро прекратил ломать комедию. — Да брось, Гермиона! Ты правда думаешь, что нам больше нечем было заняться, кроме как участвовать в вашем недообразованном восстании?       — Тогда зачем вступали? Могли бы страховать нас и со стороны.       — Не вступи мы сейчас, вас бы сначала выпроводил отсюда Эйб, а к завтрашнему дню, министерская квакша уже бы знала обо всех ваших ближайших планах. В том числе и на первую сходку в.. — он призадумался, — скажем, Визжащей хижине?       Огорошенное выражение когтевранки говорило громче всяких слов.       — Ха! Вот, что и требовалось доказать. — торжествующе щёлкнул её по кончику носа близнец, за что едва не поплатился парой фаланг. — А, ну и ещё вы бы давились этим маслянистым пойлом, до полного разжижения стула..       — Ясно уже, ясно! Если б не вы, так бы не я, и не мы! — сорвалась староста. — Лучше ограничься дельным советом, ежели такой имеется. А издёвками меня обеспечит и один этот Смит!       — Я не издевательства ради всё это проговаривал, Гермиона. — без следа былого веселья, промолвил рыжий. — А исключительно из коллективной обиды.       — Коллективной.. обиды? — окончательно запуталась та.       — Ты запланировала один из крупнейших актов неповиновения, что школа видывала на нашем веку, и даже не подумала намекнуть об этом нам?       — Или хотя бы проконсультироваться у настоящих асов своего дела. — завторил тому Джордж.       — Ведь когда дело доходит до обхода правил, отличники тут –..       —.. мы! — хором закончила идентичная двоица.       Эрми фыркнула, проводя пятернёй по волосам, и признала:       — Ладно.. каюсь, виновна. Сможете помочь нам найти подходящее место для практики?       — Думали никогда не спросишь. — расплылся в улыбке второй брат. — Уже нашли.       — Уже?! Но как?.. И где?       — Всё потом. — стрельнул очами из угла в угол Фред.       — Тогда.. пришлёте сову?       — О совиной почте лучше сразу забудьте. — повертел головой тот. — И даже не думайте вспоминать. По крайней мере, пока тут хозяйничают всякие министерские шестёрки.       Не став их томить, следом же он дал знак наклониться поближе.       — Мы регулярно заказываем ингредиенты извне, и в последние недели стабильно появляются недовесы, «треснувшие» печати, а то и необъяснимые пропажи отдельных компонентов. Хотя закупаемся мы в одном и том же месте, да уже довольно давно. И для аптекарских стандартов, подобные косяки – дикая редкость.       Ребята обменялись донельзя осмысленными переглядами, да почти синхронно подались назад.       — Значит, мне подойти к вам позже? — предложила шатенка.       — Мы сами тебя найдём, как только разберёмся с делами в Хогсмиде.       — И кстати, об этом... — покашливая, привлёк внимание «Джо».       — Точно, нам уже пора. Ну, не поминайте вихтом, и туды и тыпы.       — Чао-какао! — помахал им второй.       Близнецы с Джорданом дружно ретировались, а в воцарившейся тишине Лавгуд отстранённо протянула:       — Какао – хорошо... POV Драко.       Наследник Малфоев вышел из Трёх Мётел одним из последних, когда уже вовсю смеркалось. Задуманное прошло не без рядовых осложнений, но по итогу у него вышло получить обе посылки: и с многострадальным ядом, и с бутылочкой отборного мёда. А в довершение, ещё и впервые заложить ментальную закладку взрослой волшебнице. Но, в силу неопытности в крайнем деле, белобрысого паренька безостановочно терзали сомнения, в качестве проделанной работы. Однако развеять их было способно лишь время. И на крайний случай, можно было переналожить чары памяти, при следующем посещении деревни, как советовал Барти. Ну или даже прибегнуть к более надёжной в моменте, традиционной форме Императива.       Касательно же действенности смертоносных бесцветных кристаллов, присланных Боргином, сомнений возникало куда меньше. Ведь о приведении их в состояние готовности к употреблению, уже позаботились за него: несколько смертельных доз, под разные объёмы жидкости, были натёрты и расфасованы услужливым предпринимателем. И всё что потребовалось от трусливого исполнителя, так это подмешать их в нужную бутылку, да повторно запечатать её.       Так что теперь перед блондином открывался некоторый простор, для дальнейшего лавирования, в поисках необходимой отсрочки. POV Гарри.       Не участвовать в оппозиционной инициативе сокурсников становилось тем тяжелее, чем ближе ноги подносили его к «Кабаньей Башке». В один момент ему даже пришлось заскочить в первое подвернувшееся заведение, лишь бы не поддаться внутреннему зову. В результате чего он потерял полчаса жизни, но обзавёлся модной (по убедительным заверениям парикмахера) причёской. Давно привыкнув скрываться от мира за полупрозрачным занавесом чёлки, первое время парнишка ощущал себя.. будто бы не вполне одетым. Однако, уже по-свежему взглянув на отсутствие боковых прядей, что обыкновенно лезли в рот и глаза, он остался скорее доволен свершившимся преображением.       А ещё бесцельно побродив по улочкам Хогсмида, он дождался окончания собрания, дабы окончательно принять упущенную возможность. И только проводив взором спины четвёрки друзей, которые не признали его с расстояния из-за укороченной шевелюры, юноша позволил себе двинуться обратно к замку. Его единственный выходной подходил к концу, а он так и не придумал себе иного хобби, помимо обстоятельного изучения изысканий Принца-Полукровки. Похоже возложенная стариком миссия незаметно превращала его в узко специализированное орудие, как и было предсказано. И точно как планировал коварный кукловод.       Парень скрипнул зубами, да мигом трансформировал взыгравший гнев в энергию, запитавшую работу нижних конечностей. Яростно чеканя шаг, он едва разминулся со встречной особой, отчего-то напомнившей ему Мандангуса Флетчера. Вероятно из-за того, что он уже видел вышеназванного ранее, на площади лавочников. «Мангус» толкал из-под полы столовое серебро, крайне походившее на виденное брюнетом ранее, в фамильном имении Блэков. Но то уже была проблема престарелого «Феникса», да его пернатых миньонов. А избранному оставалось довольствоваться местечковой победой там, где он ещё мог.       Стоило второму месяцу осени перевалить за середину, как опекун отчалил из школы в неизвестном направлении, поставив их посиделки за думоотводом на бессрочную паузу. Однако забивать освободившееся время сновидческими практикумами он не спешил, в угоду более интригующему кладезю знаний, скрывавшемуся под ветхими корешками учебника зельеварения. Он уже давно убедился, что у Принца есть чему поучиться не только на поприще зельедейства (а его последние отметки служили наглядным тому свидетельством), но и в аспекте магической самообороны (с явным упором на контрнападение). К примеру невербальный «Левикорпус» позволял подвесить оппонента кверх тормашками, и не поддавался базовым контрзаклятиям, наподобие Финиты. А только лишь составленному специально под него, невербальному же «Либеракорпусу». Поттер опробовал его в стычке со старшекурсником с Пуффендуя, который всё не прекращал на него нарываться. И расколдовать засранца получилось только у Флитвика. А будучи заядлым дуэлянтом, крохотный профессор даже пообещал не отнимать у виновника баллы, если тот поделится с ним триумвиратом таинственного заклятия. Но Гарри не соблазнился его предложением, предпочтя ретироваться под шумок («барсук», именем которого он даже не озаботился, хранил молчание, в мстительной надежде рассчитаться с ним как-нибудь впоследствии), и сохранить за собой лишний козырь. Ну а скоротечность той схватки позволила им обоим не отказываться от желаемого.       Что же до прочих творений Полукровки.. был к примеру «Лэнглок», приклеивавший язык к нёбу, и базово не позволявший противнику вербально воспроизвести формулу. Или уже знакомая ему порча, что многократно ускоряла рост ногтей цели, также оказалась плодом колдовских изысканий Принца. А к наименее вредительским, изо всех представленных заклинаний, можно было отнести «Маффлиэйто». Его эффектом был высокочастотный звон в ушах, начисто перекрывавший шёпот, или, скажем, шорох подкрадывания. Но присутствовал в учебнике и ещё один разряд формул – незавершённых, по какой бы то ни было причине. Одной из подобных брюнет и увлёкся настолько, что счёл допустимым пожертвовать ради неё и драгоценными возможностями для сна. Впрочем, вероятно, то же касалось и автора оригинала.       «ПП» был по-настоящему одержим его завершением, и посвятил тому почти всю область для заметок, в самом конце книги. По большей части, то были рабочие допущения, да результаты экспериментов на их основе. И исходя из неутешительности результатов, всё упиралось в ограниченность человеческого сознания, не способного единовременно визуализировать «двуединство» рун Земли и Эфира, не ставя их в один ряд. У отчаянного экспериментатора всякий раз случалось наложение, с частичным гашением, в противоположность синергии. И в конце концов, он кардинально сменил подход, понадеявшись полностью обойти эволюционный тупик, с помощью комплексного префикса, больше походившего на самобытное заклинание. Но, увы.. его труды так и не увенчались успехом. Однако, смогли вдохновить на попытку новое поколение. Ведь там, где не справилось одно, пусть и чертовски живое воображение, вполне могли сработать два в одном. А результирующая способность корректировать траекторию энергетической манифестации любого заклятия в реальном времени, эффективно посылая оную по сильно искривлённой дуге, с лихвой оправдывала любые временные инвестиции. В теории, полноценно овладев им, он мог бы в одночасье обесценить такую «альфу и омегу», как физическое укрытие.       Окрылённый открывавшимися перспективами, Поттер наконец-то обрёл цель, за пределами вымощенного для него пути. А испытываемый им тогда душевный подъём, не позволил отличить своё воодушевление, от навеянного извне. Как и распознать первое сущностное вторжение Волдеморта. POV Невилл.       Не успел их новосформированный кружок просуществовать хотя бы сутки, как был принят новый декрет об образовании, за номером двадцать четыре. А устанавливалось в нём ограничение вышеупомянутых кружков, клубов, обществ, команд, и прочих коллективных инициатив, отныне могущих организовываться лишь с персонального одобрения гениспектора. В паре с тем шёл указ, на надлежащее ношение формы, но вряд ли их тандем являлся «дуплетным», потому как всё это экстренное законотворчество воспринималось не иначе как прицельной контрмерой, обёрнутой в форменное издевательство.       — Ну зашибись... — схватился за голову Лонгботтом, как только они расселись за одним столом, единодушно наплевав на схему посадки. — И как нам теперь практиковаться вместе, если в группе уже завелась как минимум одна крыса?       — А может и не в группе. — мрачно промолвила Джинни. — Эта Лиэнн вполне могла, сразу же после «Башки», отправиться прямиком к Амбридж.       — Тогда, наверное, мог и любой из посетителей. — заметила Луна. — Или грустный Дамблдор.       — «Грустный Дамблдор»? — хохотнула рыжая.       — Мне так показалось. — невозмутимо подтвердила та. — Даже грустнее нашего директора.       Они невольно оглянулись на вышеназванного, но не выявили ни оттенка искомой печали, на неизменно улыбчивом лике.       — Всем бы так печалилось... — выдала на выдохе Уизли.       Засим их внимание привлекла Грейнджер, сновавшая туда-сюда по центральному проходу, да активно кого-то высматривавшая. Она откололась от них ещё на входе в Большой Зал, в намерении «просто увидеть» каждого, со вчерашнего сборища. А едва только отыскав среди сидящих все цели для опознания, когтевранка бодро припустила к ним, с крайне довольным выражением на разом прояснившемся лице. На какое-то мгновение, Невилл всерьёз озаботился собственной способностью распознавать чужие эмоции.       — Ты чего это такая радостная? — первым же делом вопросил он.       — А того это, что мои опасения не оправдались. — споро усаживаясь, да доверху наполняя свою тарелку едой, объявила Гермиона.       — Опасения насчёт..?       — Никто из подписавшихся вчера, нас не закладывал.       Внимающая троица аж подалась вперёд, заинтригованная сверх всякой меры.       — Но откуда ты?..       — Я зачаровала тот пергамент Келейными Узами. — с ноткой гордости, поделилась она.       Однако её достижение обернулось бисером, пред их сконфуженными пятаками.       — Что ещё килейные узы? — первым выразил свою неосведомлённость пуффендуец.       — Келейные Узы связывают заклинателя, то есть меня, — с готовностью взялась их просвещать шатенка, — со всеми добровольно подписавшимися. И если кто-либо из них, начнёт испытывать по отношению ко мне один, строго определённый тип глубокой вины, то чары мгновенно отметят его.. особым образом. — она хитро ухмыльнулась. — Но никто со вчера пока отмечен не был, так что в сторону них мы можем не копать.       Стоило ей только замолчать, как троица ребят принялась заваливать подругу вопросами.       — Но ты уверена, что чары сработали как надо? — уточняла Джиневра. — И кстати, что за отметка должна будет появиться?       — Ага, и что если глубокая вина возникнет вообще по другому поводу? — обеспокоился иным Нев. — Вдруг когда я забуду вернуть тебе конспекты, а ты завалишь из-за этого тест?       — А ещё, нехорошо зачаровывать людей без их ведома. — осуждающе погрозила соседке блондинка. — Вдруг у кого-то из них обнаружится индивидуальная непереносимость?       — Индивидуальная непереносимость.. видов магии? — лишь вопрос Лавгуд заставил Эрми несколько озадачиться. — Ни разу о такой не слышала.       — А это потому, что ты до сих пор не подписана на «Придиру»! — назидательно ответствовала Лу. — А папа ведь недавно упоминал об этом.. кажется в статье «Худой Котелок Министра»...       Вторая когтевранка мигом стрельнула зеницами под приспущенные веки, а оставшаяся двоица придушенно запотешалась, в том числе и над её реакцией.       — Если с кем-то из моих подписчиков случится анафилаксия, то я приму всю ответственность, и сама сдамся с повинной. — пообещала та. — А что до всего остального... Любое чаровство, особенно в наше время, сопряжено с риском неудачи. Но в своей работе я уверена. И отметины появляются.. примечательные. Не хочу портить сюрприз. А насчёт вины вообще не беспокойтесь. Эти узы изначально создавались с расчётом на коварное предательство. И это очень специфичный спектр переживаний.       Всех сомнений её слова развеять и не могли, но они проясняли очень многое, в отношении судьбы их подпольного клуба.       — Так значит.. практике быть? — резюмировал блондин.       — Само собой! Я уже договорилась о встрече с Фредом и Джорджем. По поводу помещения. И вы можете составить мне компанию...       Излишне и упоминать, что они не упустили возможности поприсутствовать, и в нужный час сопроводили подругу на верхний этаж Астрономического крыла, проходившего аккурат под одноимённой башней. Близнецы уже дожидались их перед гобеленом с Барнабасом Безбашенным, и его балетной «труппой».       — А вот и наш Легендарный Квартет! — шумно приветствовал их Фред.       — То есть, с нами у них уже выйдет.. секс-тет? — подсчитал Джордж. — Как-то не по-товарищески это звучит...       Кажется ведомый брат окончательно перепрофилировался в ведущего похабщика. Но из хорошего: его остроты более не вгоняли их в алый ступор.       — Айда к нам! — подозвал их ближе первый.       Скопировав позы братьев, да склонившись почти до касания лбами, они сформировали круговое построение, и стали выслушивать их приглушённые инструкции.       — Так, теперь становитесь на стрёму, с обоих концов коридора. И чтоб лягушка не проскочила!       Уж давненько знакомые с театральными замашками этой парочки, ребята позволили им разыграть представление до конца, покорно распределившись по указанным позициям. А уже стоя на карауле, пуффендуец то и дело косился на двоицу Уизли, но всякий раз натыкался на одну и ту же картину в движении: оба безмолвно шастают туда-сюда, корча задумчивые мины. И где-то к третьему такому проходу, бдящую четвёрку основательно перепугал триумфальный оклик:       — Готово! Скорей сюда!       Четвёрка наблюдателей инстинктивно устремилась на зов, и заскочила в гостеприимно распахнутую дверь, лишь после осознав, что никакого прохода там прежде не было и в помине. Равно как и просторного помещения за ним. Однако у данности на сей счёт было своё мнение. А преступив новоявленный порог, они оказались в хорошо освещённом зале, с умеренно пружинящими половицами, а также цветастыми стенами и потолком, что были драпированы густо рунированной тканью, с мягкой набивкой. По углам дивной комнаты ещё обнаружились стопки матов, и несколько деревянных манекенов, также в комплексных узорах рун.       — Невозможно... — первой обрела дар речи Гермиона. — То есть, каковы шансы?..       — Что именно тогда, когда вам понадобится помещение для тайных занятий, в школе вдруг отыщется секретная комната, укомплектованная всем необходимым? — угадал ход её мыслей «Ред». — И правда. С такими вероятностями только состояния проматывать.       — Да только это, — обвёл рукой зал «Джо», — вовсе не обычная комната, а.. универсальный конструктор!       Специально для незнакомых с магловской терминологией, Фред максимально упростил:       — Эта комната появляется при большой нужде, и исчезает по утрате надобности. А внутри неё обычно находится всё необходимое.. ну, конечно же в разумных пределах. Поэтому мы зовём её Выручай-комнатой. Но всегда готовы пересмотреть отпавшую «Потребку», или «Нужник». Что скажете?       — Это.. просто невероятно! — захлёбываясь словами, от переизбытка открывавшихся возможностей, Грейнджер принялась наворачивать круги, чтобы дать выход бьющему наружу энтузиазму. — Но как именно она функционирует? Ведь не может же всё это создаваться из ничего? Точно должны существовать какие-то ограничения!       — Должны, существуют, — совсем невесело признавал первый брат, — и немало.       — Во-первых, — подключился второй, — конфигурацию комнаты нельзя поменять, пока кто-то находится в ней.       — Во-вторых, создаваемые ей предметы, не могут быть сложнее того, с чем близко знаком её пользователь. Так что если вы не знаете – прям во всех деталях – как работают.. скажем часы, то и комната сможет воссоздать лишь их внешне неотличимую копию. Но исправно функционировать они не будут.       — В-третьих, комната самодостаточна, и не даёт вынести своё первоосновное содержимое в замок. Ни в каком виде. Поверьте, мы проверяли.       — Принцип антиэкспроприации, чтоб его...       — Ну а в-четвёртых...       — Размеры? — подсказал близнец.       — А, ну да. Площадь здесь – понятие чертовски растяжимое. Да настолько, что мы однажды тут чуть не заблудились.       — В смысле.. планировка меняется постоянно? — недопоняла Джинни.       — Да не, говорили же: пока в Выручай-Комнате кто-то есть, она фиксируется в пространстве. Но самого пространства тут может образоваться куда больше, чем могло бы показаться на первый взгляд.       — А что мешает кому-то просто войти за нами следом? — задал давно волновавший его вопрос Нев, так и не высмотрев на внутренней стороне двери ни щеколды, ни ушек для замка.       — Только ваша осторожность, и наша предусмотрительность. — «Ред» не стал дожидаться уточнений, и сам раскрыл свой посыл. — Попасть внутрь Выручайки возможно, только если создатель комнаты не предусмотрит защиту от посторонних. Тогда хватит и простого запроса на тренировочный зал. А вот если подобное условие было вложено изначально, то вход каждый раз будет сливаться со стеной. И проникнуть снаружи можно будет, лишь ворвавшись в открытую кем-то изнутри дверь.       — А как именно вы договариваетесь с Выручай-Комнатой? — осведомилась на ключевую тему Эрми.       — А вот этого мы вам пока не откроем. Уж извиняйте. — категорично заявил «Джо».       — Но.. почему нет? — смутилась его сестра.       — Потому что это место, вдобавок служит нам лабораторией, фабрикой и хранилищем. — поддержал брата Фред. — И проходной двор, среди этих конфигураций, нам вот ни разу не сдался.       — Точняк. Скажите спасибо, что мы вообще решились замедлить производство, ради ваших курсов начинающих бунтарей. — припечатал Джордж. — К тому же, надёжность всякого секрета обратно пропорциональна числу посвящённых в него людей. Так что пятьдесят на пятьдесят – уже лучшее, на что вы можете рассчитывать.       Они были не в той позиции, да и не при веских аргументах, чтобы спорить с рыжей парочкой, а потому нехотя уступили. До поры до времени.       В скором следствии выяснилось, что намеченная братьями Уизли линия производства и хранения, вовсе не являлась заделом на отдалённое будущее, начиная обрастать рынком сбыта прямо у них на глазах. И стартовали близнецы на широкую ногу, запустив в продажу целый набор специфичных съестных изделий, под общим наименованием «Сачковальная Снедь». Последняя включала в себя Обморочные Обманки, приводившие к контролируемой и недолгосрочной потере сознания. Липовые Лихорадки, от которых дегустатора тотчас бросало в жар. Ну и Рвотную Пастилу, с Нугой «Кровь-из-носу», эффект коих аналогично не нуждался в разъяснении. Плюс, в каждую из порций также обязательно включалась половинка с соответствующим антидотом. И откусив от одного конца условного батончика, школьник мог запросто отпроситься с нелюбимого урока, а проглотив второй – избавиться ото всех нежелательных последствий. По вполне понятным причинам, большинство случаев употреблений Снеди приходилось на уроки Истории Магии, ведь опытным преподавателям не составило труда раскусить первопричины сего «осеннего поветрия». Но генеральному инспектору они об этом сообщать единодушно не спешили. А утвердиться в верных догадках жабе мешали непрерывные инновации производителей, навроде обёрток, мимикрирующих под более популярные сласти. Ну и полностью запрещать покупное сладкое, пока что не рисковала даже помешанная на контроле засланка.       Вместо этого она направила всю мощь законотворческой машины на предполагаемых распространителей. Железных доказательств замешанности Уизли у неё конечно же не было, но на слуху неизменно держались подозреваемые, под говорящими псевдонимами «Джо» и «Ред». А потому она в срочном порядке ввела запрет на предпринимательскую деятельность в пределах Хогвартса, понадеявшись припереть тех аккурат на денежном обмене. Однако двоица и тут оказалась на шаг впереди, сделав основной валютой карточки волшебников и чародеев, коллекционированием которых занимался каждый второй волшебник. А когда Долорес заявилась к рыжим со свеженьким разрешением на обыск студентов, то обнаружила при них лишь уйму ежелей, коие таинственным образом исчезали из конфиската уже по изъятии, какие бы контрмеры та не предпринимала. Посему ведьме осталось только излить свою желчь на ни в чём не повинных обывателей, с очередным указом запретив хранение предметов, не представляющих образовательной ценности, в помещениях замка. «Закладки» братьев это не предотвращало (ни прежде б, ни впредь), но зато количество недовольных нововведениями росло не дням, а по часам.       К сожалению (или к счастью) крайний факт уже не мог вызвать притока народа в их кружок, потому как тот был окончательно сформирован, а первое собрание – успешно назначено. И дополнительно покумекав над их текущим числом, Гермиона пришла к финальному заключению, что настоящее поголовье около идеально. А большее могло бы способствовать только случайному обнаружению, да закономерному спаду в эффективности коллективного обучения. Прочие основоположники инициативы быстро согласились с её доводами, но куда как неладнее сходились на дате первой встречи. Загвоздка состояла в том, что Лавгуд наотрез отказалась назначать собрание даже на самый исход «чёртовой пятницы». И, приняв к сведению нужды всех суеверных, они наконец определились с ночью на четырнадцатое Октября.       Первыми в Выручайку разумеется прибыли её нынешние первооткрыватели. А вскоре за ними, подтянулся и их зевательный «квартет». Переделав весь внекласс за одну субботу, они вроде бы как поступали предусмотрительно, да не вполне. По итогу явившись на первое собрание в состоянии, близком к сомнамбулическому. Благо, их краткое путешествие до сюда, так и не омрачилось непредвиденными столкновениями, а двоица Уизли в очередной раз превзошла себя.       — Как вы до этого додумались? — восхищался Невилл, изучая то, что они называли «дверным глазком».       — Не мы. — начал один рыжий.. — Это одно из изобретений маглов..       —.. с которыми так любит играться отец. —.. и закончил второй. — Влажная мечта любого, уважающего себя вуайериста.       — А вы? Тоже планируете им «вдохновиться»? — весело поинтересовалась их сестра.       — Хм-м... — более чем серьёзно призадумался «Джо». — Разве что в качестве отдельной серии.. товаров для взрослых? Что скажешь, Ред?       — Хм-м-м... — не менее заинтересованно промычал тот. — Покупатели для подобных штучек уж точно найдутся. Но придётся арендовать отдельное помещение, чтобы не сталкивать разные потоки клиентов..       — Если что, я тут вообще не при делах. — спешно открестилась от всякой связи с их затеей Джиневра.       — И что, даже не примешь бесплатные образцы, в качестве жеста глубокой признательности? — оскалился Джордж.       На то Джинни живо продемонстрировала ему жест иного толка.       — Пришли Энтони, Терри и Майкл. — нежданно уведомила их Луна, всё это время наблюдавшая за коридором сквозь глазок.       — Ну так пускай заходят! — нервно вскочила Эрми, давно готовая принимать гостей.       За открывающей тройкой, народ стал прибывал погруппно, и с минимальной задержкой. Даже вшестером, они толком не успевали представлять всем Выручайку, и в конце концов решили отложить знакомство с комнатой, до полного сбора. Впрочем, ожидание их не продлилось и пятнадцати минут. Ещё столько же заняли ответы на все возникшие вопросы. И вот, наконец, прошла пора вступлений, и настала очередь практики.       — Итак, приступим!— прихлопнув в ладоши, акцентировала внимание присутствующих Гермиона. — Я долго думала с чего бы нам стоит начать, но так и нашла ничего лучше невербальных чар..       — Блин, ты серьёзно? Они же были у Снейпа, всего месяц назад! — незамедлительно излил своё негодование Смит. — Знал бы – не пришёл..       — Вот ведь досада, что тебе никто заранее не сообщил. — вполголоса проговорила Уизли, породив заразный пересмех.       И последний обошёл стороной лишь Грейнджер, слишком ответственно подходившую к своим новым обязанностям.       — Во-первых, — принялась выставлять пальцы она, — для оценки общего уровня подготовки нам удобнее взять что-то, уже пройденное большинством. Чтобы оперативно закрепить изученное, и вместе натаскать с нуля тех, кто их ещё не проходил. Во-вторых, профессор Снейп так и не успел полноценно нас им обучить. В-третьих, неверб – это важнейший модификатор, который пригодится нам и на всех последующих занятиях. Ну а в-четвёртых.. ты же не хочешь сказать, что в совершенстве ими владеешь, Захария?       — Зак. — машинально поправил её пуффендуец, но дальше возражать не стал.       — Зак. Ну так как?       — Нет.       — Тогда берёмся за невербальные чары? — этот её запрос был направлен уже всем остальным.       Над классом разнеслось нестройное «угу», и Гермиона разбила ребят на пары, выстроив в шеренги друг напротив друга.       — Для повышения ставок, добавим соревновательности! — задорно объявила она. — Все кто слева, будут первыми пытаться обезоружить оппонента невербальным Экспеллиармусом. А все кто справа – защититься невербом Протего. А потом наоборот. После трёх успешных разоружений, или блоков, более успешный будет становиться в пару с равным из другой пары, пока не останется один-единственный победитель.       — И какой будет выигрыш? — продолжал испытывать терпение организаторов Смит.       — Выигрыш.. — несколько растерялась когтевранка, — это скидка, на продукцию близнецов Уизли.       — О, что правда? — иронически воздел брови Джордж, на манер промолчавшего брата.       Тогда Эрми послала им обоим преисполненный мольбы взгляд побитого щенка, и даже их «капиталеющие» сердца не смогли не дрогнуть.       — Ага, так и быть. Разовую скидку в.. двадцать процентов.       Эдакий стимул и впрямь сработал, разбудив в состязателях спортивный азарт, что вмиг перебил накопленную усталость. Немой энтузиазм попёр буквально со всех сторон, однако первое время не результировал ни в чём осязаемом. Дуэлянты комично пучили глаза и вены на лбу, словно бы репетируя поход по большой нужде. И лишь когда Грейнджер посоветовала дистанцироваться от своих мыслей и эмоций, да не гнаться слепо за победой (а также не сбегать без оглядки от поражения), процесс наконец сдвинулся с мёртвой точки. А первым успешным разоружением, к удивлению всех, включая и саму преуспевшую, отметилась Лу.       — Вот оно! — воскликнула Гермиона, невербально леветируя палочку Джинни обратно к владелице. — Всё получилось, как только ты перестала активно думать и сомневаться, правильно?       — Да-а.. — задумчиво протянула её соседка, — когда случился отток, в наплыве мозгошмыгов.       — «Мозгошмыгов»? — не поняла Анджелина.       — Игнорируйте мозгошмыгов!.. — начала было шатенка.       — Мозгошмыгов нельзя игнорировать. — вклинившись, нравоучительно подчеркнула Лавгуд.       — Да-да-да.. — замахала рукой их юная наставница, — я к тому, что у вас не получается невербальная формула, из-за наложения на неё мусорных, пустых мыслей, которые вы уже привыкли не замечать!       С этим открытием практика пошла новым ходом, и спустя считанные минуты, воздух уже полнился кружащимися боевыми указками. Ни в какую не получалось и единожды, только у братьев Криви, подруги Чань, да его с Роном пары. Поначалу ничего не ладилось ещё и у Смита, палочка которого вырывалась из рук, несмотря и на то, что была не его очередь защищаться. Однако там оказались замешаны близнецы, всякий раз подгадывавшие момент, чтобы тайком обезоружить надоеду. Братьев же Криви, сперва поймали на жульничестве, живо окрещённом рыжими как «пускание шептунов». Но иначе как прошептав, младшекурсники и впрямь пока не могли претворить ни одно заклинание. Тогда как у вечно недовольной подруги Чоу, быстро вскрылся весомый повод, для туманящих рассудок беспокойств – оба её родителя состояли на службе в Министерстве. С таким-то багажом, вовсе и неудивительно что она не могла очистить разум. Но, справедливости ради, той же Сью Боунс это не помешало. Хотя её тётя забралась по карьерной лестнице куда выше каждого, из четы Эджком.       А вот перед самим Лонгботтомом, да его оппонентом, образовались препоны куда менее объяснимого характера. И главной «орлице» пришлось знатно поломать голову, только чтобы подобраться к возможной первопричине.       — Неви.. а ты разве не левша? — глядя на его правую руку, с зажатой в ней палочкой, уточнила она.       — Левша. Но бабушка заставила меня научиться колдовать, есть, и писать правой. — он проследил за её нитью рассуждений. — Думаешь дело в этом?       — Вполне возможно. Ведь если ты не вырос амбидекстром, то тебе наверняка приходится прилагать дополнительные умственные усилия, только чтобы повторить то, что у основной руки выходит естественным образом. И вообще не требует приложения мысли.       Вот ведь.. и как он не подумал об этом прежде?!       — Не знаю кто таков этот «амбидексер», но я-то не левша. — напомнил о себе Рональд. — Так что надеюсь, у тебя найдётся ещё одно креативное объяснение. Помимо того, что я ни на что не гожусь.       Пуффендуец с натуральным неверием признавал отблески улыбки, на доли мгновения озарившие благолепные черты девушки. По-настоящему развеселить её после расставания с Драко, зачастую не выходило даже у старших братьев этого Уизли. Но та залётная весёлость миновала, не успел он и глазом моргнуть, а заместо неё сгустилась вуаль привычной серьёзности, с которой когтевранка и взялась соотносить их случаи.       — Из чего сделаны ваши палочки? — начала издалека она.       — Вроде бы.. из ясеня. А внутри – да уже чутка и снаружи – волос единорога. — для наглядности теребя и впрямь проглядывавшую, серебристую кисточку, поведал рыжик.       — У меня тоже ясень!       — Ясень пень! — подхватил Рон. — Значит в этом всё дело?       Однако Эрми не разделяла их воодушевления, продолжая внимательно изучать демонстрируемые указки.       — Обе выглядят какими-то.. слишком потёртыми. — задумчиво озвучила своё наблюдение та, а следом осенилась: — Они что, не ваши?!       Ответы покоились прямо под поверхностью.. стоило лишь копнуть в правильном направлении.       — Она отцовская. — только и промолвил Нев.       — А мне отдали старую брата, Чарли. — глухо подтвердил Уизли. — Выходит.. мы в дерьме, пока не купим новые палочки?       — Не уверена. — не спешила с выводами шатенка. — Невербальные чары не настолько высококлассны, чтобы требовать идеального инструментария. Да и не то чтобы зависят от мощи проводника.. так что надежда есть.       Покончив с рассуждениями, Грейнджер живо распорядилась.       — Неви, смело бери палочку в левую руку, и попытайся невербально.. левитировать один из матов! А ты, Рон, пойдёшь со мной!       — Куда это? — малость смутился тот.       — К братьям Криви. Будем вместе медитировать по методике профессора Флитвика. — тут она вновь глянула на него. — И ты тоже присоединяйся, если смена руки не поможет.       Оставшись без партнёра, он последовал первому совету подруги, и отправился к стопке кожистых тюфяков, в дальнем углу. А там он пробовал.. и снова.. и опять.. и вновь. Покуда не дрогнул один верхний слой, а за ним не накренились и все прочие. А едва он примерил нужное состояние ума, как желанный успех приблизился на расстояние вытянутой руки, практически заклиная себя сграбастать. Отработанным движением Невилл повторил спин, и, представляя формулу своеобразной «подпевкой» рунной диве, мысленно проголосил: «ВИНГАРДИУМ ЛЕВИОСА!». Наблюдать как воспаряют, окупаясь, плоды непомерных трудов, было приятно до одурения. Он всё-таки научился чему-то у Снейпа! Пусть и с запозданием в добрый месяц. А повторив приём несколько раз к ряду, дабы отмести и последние шансы на чудесное совпадение, он триумфально огляделся по сторонам.       Как оказалось, Гермиона была права, решив начать с чего-то базового. Ведь в ходе практики выяснялось, что некоторыми из них не были надёжно усвоены не только лишь невербальные чары, но заодно и щитовые с разоружающими. И в перспективе следующих собраний, обретало смысл не только изучение малоизвестного, но и повторение общезнакомого. О чём и объявила в заключение Грейнджер.       — В будущем я думаю разбить вас на группы, с более узкой, персонализированной программой. Но это потом.. когда распознаю все ваши сильные и слабые стороны. А пока.. — она посмотрела на присутствующих с плохо скрываемой гордостью, — вы все молодцы! Молодцы что решились прийти, и молодцы что старались стать лучше!       По залу распространилась аналогичная позитивная энергетика, с нотками общего ликования.       — Ещё раз поздравляю Луну с победой, и честно заработанной скидкой! Ну, и.. всё.       Несмотря на поздний час (за тренировкой незаметно пролетели вот уже почти два часа), абсолютному большинству не хотелось расходиться по гостиным. А видя, и ощущая, то же самое, Эрми поинтересовалась:       — Может у кого-то ещё остались вопросы?       — А когда собираемся в следующий раз? — по привычке вскинув руку, уточнил Шеймус.       — Ой, чёрт, и точно... Спасибо, что напомнил. — смешалась шатенка. — Не вижу смысла встречаться реже чем раз в неделю. А учитывая что будни у всех забиты, ориентироваться будем на поздний вечер, или же ночь на выходные. Точную дату и время я сообщу вам лично, как только появится определённость.       — А как мы назовёмся? — пронзительно осведомился младший Криви.       — Назовёмся?.. — тупо повторила когтевранка. — Что ты имеешь в виду?       — Название! Оно есть у всех клубов.       Судя по активности муссирования, народу эта затея пришлась очень по душе.       — Ну.. думаю подойдёт Ассоциация Самозащиты. — рассудила Гермиона. — Сокращённо – АС, стать которыми мы все и стремимся.       — Ме.. как по мне, не звучит. — вынес бескомпромиссный вердикт Фред. — Дамы и господа, пожалуйте в АссС! В лучшем случае нас примут за начинающих змееустов.       — У тебя есть идеи получше? — сухо вопросила Грейнджер.       — Загибай пальчики. — хрустнул суставами тот. — Полуночный Отряд, или – ПОт, в котором мы планируем трудиться. Антиземноводная Коалиция. Наследники Мародёров. Орден Жареного Петуха..       — Стоп-стоп-стоп! — похолодев, девушка еле успела удержать от молотьбы этот язык без костей. — Давайте обойдёмся без потоков сознания. Только серьёзные предложения..       — Армия Дамблдора. — вдруг произнесла младшая Уизли, а когда все взоры всех присутствующих сошлись на ней, уже полнее раскрыла свою идею. — Нужно назваться тем, чего враг боится больше всего. А судя по действиям Амбридж, наибольшей угрозой министр считает именно Дамблдора. И верных ему людей.       — Армия Дамблдора.. АД! Свидимся в АДу! — первым оценил придумку Джордж. — Круто, сестрёнка. Я – за.       К версии Джиневры постепенно притиралось, пока вдруг не распробовало, громкое большинство. Более достойных наименований на рассмотрение вынесено не было, а посему, так окончательно и утвердилась этакая аббревиатура преисподней. И Эрми даже аккуратно вывела её, над их двадцатью восемью подписями.       — К слову, раз уж пошла такая пляска, — обратились ко всем близнецы, после кратких переговоров, — то имейте в виду, что у нас можно будет получить постоянную скидку в десять процентов, если правильно угадать название нашего будущего магазинчика.       — И это не «Приколдесы Братьев Уизли»? — приподняв бровь, предположила Анджелина.       — Неа, не совсем. Можете написать свой вариант на пергаменте, и вручить его нам при любой покупке, чтобы получить халявный шанс на щедрый выигрыш. Но торопитесь! Акция коснётся лишь первых трёх победителей! Передавайте друзьям и знакомым! И покедова!       На том близнецы распрощались с остальными, и первыми покинули Выручайку, тем самым дав всем прочим негласный сигнал к возвращению восвояси. Догнать их поспешили Ли Джордан, и Джонсон с подругами, а все последующие также объединялись в группки, по признаку принадлежности к факультету. И под конец осталась только «четвёрка основателей».