Lil Кусь-Кусь

              Няни бывают разные. Прозрачные, лысые, красные. Юнги, а точнее — Шуга, был чёрным. Маленьким, размером с кошку, гладкошерстным с большими красными глазами и длинными ушами. Почти как у Тоторо — говорили наниматели на собеседованиях. Но, в отличие от всяких там Тоторо, его ушки имели красные полоски, которые умели светиться в темноте. А что вообще может нравиться детям больше, чем светящиеся мягкие ушки маленького похожего на игрушку монстрика? — Ваше монстроимя Шуга? — спросил Чонгук, наконец оторвав взгляд от анкеты и с вежливой улыбкой глянув на собеседника. — От чего оно происходит? — От слова «шугать». Я сильно шугался своего куратора в универе, вот и прилипло. Юнги вежливо улыбнулся на мелькнувшее в глазах удивление, да, все ошибались, кто-то думал, этот монстрик питается сахаром, кто-то считал, что он сладкий милаш, кто-то… нет, третье Юнги вычеркнул из своей памяти, этого никогда не было, никогда. — Ясно. Но в комментариях на сайте я читал совсем другое прозвище… — Да. Лил Кусь-Кусь — это прозвище, которое мне дали поклонники, потому что по сети гуляет видео, где я кусаю-кусаю плюшевого медведя. — Ч-что? — ошарашенно переспросил Чонгук, уже было снова сосредоточившийся на убористых аккуратных строчках текста. — Зачем вы кусали игрушку? — Он упал с полки среди ночи и напугал спавшего ребёнка. Я покусал медведя, чтобы показать малышу, что он в полной безопасности, а родители потом тайком выложили видео с камеры наблюдения. — Оу. Это… очень трогательно. — Каждый нянямонстр не только няня, но и немного монстр, — покивал Юнги с умным видом, Чонгук улыбнулся, впервые за собеседование — искренне, забыв о серьезности беседы. — Я полагаю, для того обычно и нанимают нас вместо обычных нянь, чтобы помочь ребенку преодолеть страхи. В своей заявке вы не указали страхи ребенка… чего боится ваш сын? — Я полагаю, — протянул Чонгук, повторяя его тон и расслабленную позу. Казалось, вопрос для него не только сложноват, но и не слишком приятен. — Одиночества. Он боится оставаться один. — С этим бороться посложнее… — Юнги улыбнулся, чуть тряхнув головой — над волосами тут же появились и засветились острые черные ушки, — чем с боязнью темноты. — О, нет-нет, этого он совсем не боится. Куки запросто встаёт среди ночи и бредёт на кухню, чтобы перекусить. — Ммм, ночной жор, моя самая любимая из всех вредных привычек. — Да, привычка дурная, но у нас это семейное — поколение за поколением страдаем бессонницей и портим желудки, объедаясь по ночам. — Поэтому вы выбрали работу в ночную смену? Чонгук встрепенулся, проморгался, будто вспоминая, кем и где он там работает, и покивал. Его лёгкая рассеянность очаровывала. Парень так старался хорошенько оценить кандидата, чтобы выбрать идеальную няню для сына, что порой забывался и явно выпадал из реальности. — Что ещё мне следует заранее узнать о мальчике? — Куки очень смышлёный и прилежный мальчик для своих шести лет, вам не придется следить за домашним заданием, заставлять наводить порядок в комнате и чистить зубы, даже сказки перед сном ему не нужны. Только составьте ему компанию и последите ночью. А ещё… защитите, пожалуйста, от призраков. — А вот и подвох всплыл. — Они совсем не опасны для окружающих, клянусь, они пугают только мальчика, достаточно просто укусить — и они тут же исчезают! — Не волнуйтесь, — перебил Юнги с добродушной усмешкой, поднимая руки, как бы показывая, что вовсе не нападает. — Привидения меня не пугают, в прошлом доме водились плотоядные зомби, вот это неприятно. Но почему призраки вообще приходят? — Это древнее проклятие нашего рода, которое может снять только первый поцелуй любви. — Родовые проклятия, — покивал Юнги, — давненько я с ними не встречался. Что ж, уверен, это не станет проблемой. Я согласен на работу. Что скажете вы? — Я хочу задать ещё только пару вопросов. — Чонгук усмехнулся в кулак, явно смутившись, и помялся, а потом выдавил слегка неуверенно: — Могу я попросить вас продемонстрировать вашу монстровую форму? — Я уж боялся, вы не попросите. Юнги подался немного вперёд в своем кресле, встрепенулся всем телом и превратился. Маленький черный монстрик уселся на самом краю, моргая алыми глазками. — Разрешается взять на ручки и немного потрогать, — забавным тонким голоском сказал Шуга, растягивая пасть в широченной улыбке. — Оценить, так сказать, вес, мягкость и приятный аромат шампуня с экстрактом алоэ. Чонгук подсел ближе, едва сдерживая смех, и протянул руку, деликатно касаясь кончиками пальцев. — Шерсть Шуги греет в холодные вечера, отталкивает влагу и грязь, а также совершенно не электризуется. — И правда очень приятная на ощупь, — удивлённо охнул Чонгук, с азартом и восхищением запустив пальцы в короткую шерсть. — Наверное, дети вас из рук выпускать не хотят… — Я часто разрешаю малышам засыпать в обнимку. Несмотря на скромные размеры тела, моё сердце может легко подстраиваться под сердечный ритм любого человека, создавая ощущение единения и убаюкивая. Также я улавливаю мельчайшие изменения в работе организма, что позволяет не только распознать болезни на самых ранних стадиях, но и определить тревожные сны… — Вы боретесь даже с тревожными снами?! — изумлённо протянул Чонгук, похоже, не в силах оторвать руку от черной спинки и прекратить почесывать. Вместо ответа Шуга чуть прищурил глаза и замурчал. Молчаливая гостиная наполнилась этими сладкими и успокаивающими звуками. — Ох, мамочки, мне аж и правда хорошо стало… — Научно доказано, что мурчание Шуги снижает уровень стресса на шестьдесят-восемьдесят процентов и способствует более лёгкому засыпанию. Шуга чуть склонил голову набок, полоски на ушках загорелись мягким красноватым светом. — На сто процентов лучше и безопаснее любых фумигаторов избавляет от комаров, заменяет собой светильник, будильник, до горшка проводильник. Не требует никакого ухода. Просто впустите Шугу в дом — и он сделает вашего ребенка счастливым. — Что ж, — рассмеялся Чонгук, с явным трудом убирая руку. — Очевидно, с вами Куки будет… в надёжных зубах. Я согласен, вы мне нравитесь. Шуга кивнул и превратился обратно в человека. Чонгук торопливо поставил свою подпись под договором, как будто спеша, пока соискатель не передумал, и протянул планшет с бумагами ему. Юнги без раздумий подписал. — Ваша рабочая смена начнется сегодня в десять, меня уже не будет дома, так что вас встретит мой личный помощник, Ким Тэхён. Но имейте, пожалуйста, в виду, что его смена в десять заканчивается. — Я буду на месте без пяти минут, — пообещал Юнги уверенно. — Отлично. Тогда — идёмте, я познакомлю вас с Тэхёном, — улыбнулся Чонгук, поднимаясь из кресла и прямо стискивая папочку со своей копией договора.

***

К без пяти десять, как и обещал, Юнги уже стоял под забором и жал на звонок. В глаз светил фарами какой-то фордик, стоящий у соседнего двора, и это был чуть ли не единственный источник света на ближайшие метров тридцать в обе стороны. Не больно-то приветливая улица. — Заходите, господин Мин, — отозвался голос Тэхёна, послышался натужный скрип и калитка открылась. Юнги с удивлением заглянул, осматривая закутанного по самые уши парня с широкой лопатой в руках. — Здравствуйте. — Доброй ночи. Я удивлён… чистить снег — тоже ваша обязанность? — Только дорожку, — улыбнулся Тэхён, с размаху вгоняя лопату в белую толщу. — Много очень навалило за вечер, нужно расчистить, чтобы не увязнуть. Юнги закрыл за собой калитку и осмотрелся. В снегу была лишь одна цепочка следов, которая вела от крыльца и была оставлена Тэхёном. — Господин Чон ещё дома? — Нет, Чонгука нет, — натужно прохрипел Тэхён, раскидывая снег. — Если что-то понадобится или случится ночью, звоните мне, мне за это доплачивают. — Буду иметь в виду… Тэхён откинул в сторону последнюю кучку снега, отставил лопату к стене и поднялся на крыльцо, приглашая в дом. Куки был в ванной, когда они пришли, и Юнги смог спокойно снять верхнюю одежду, превратиться в монстрика и спрятаться под кроватью. Тэхён прикрыл дверь детской. Наступила тишина. Сидя между коробками с игрушками и тетрадками, Шуга ждал и размышлял. Под кроватью и правда была идеальная чистота и порядок. И это даже немного настораживало. Дети, что вели себя слишком по-взрослому, часто на практике оказывались самыми сложными. Это потеря матери сделала его таким? Проклятие? Или были и другие причины? Сокджин, лучший друг и коллега, сразу ему сказал, что в этом контракте что-то странное. Чон Чонгук, как он заверял, что-то точно скрывал. Возможно, и сам он ночью превращался в монстра и отправлялся на охоту за головами… Вполне могло быть и так, но улыбка и блестящие глаза Чонгука так подкупали, что не захотелось даже попробовать порыться и поискать на него компромат. Да ну не мог такой милашка скрывать что-то ужасное! Наверное, он просто рано уехал, вот следы и завалило. Шуга почухал лапкой за ухом и резко замер — дверь тихонько открылась. В освещённую настольной лампой комнатку зашли босые детские ножки в полосатых пижамных штанишках. Они прошлись по ковру и замерли у комода. Послышалось шуршание. Следом ножки прошлись до окна, затрещали закрывающиеся жалюзи. Когда ножки замерли посреди комнаты, Шуга с любопытством склонился, осторожно выглядывая. Мальчик, присев, тоже заглядывал под кровать. — Привет, — совершенно спокойно сказал он, усаживаясь на колени и поднимая край покрывала. — Привет, — ответил Шуга, даже немного растерявшись от такой сдержанной реакции. — Рад встрече. — Что ты здесь делаешь? — Сижу. Я теперь тут по ночам жить буду, можно? — Прямо под кроватью? Даже не знаю… — Меня Шуга зовут. — Чон Куки, — представился мальчик, чуть кивнув. — У меня раньше никогда не жили монстры под кроватью, так что я чего-то могу не знать, но не возражаю. — Вообще-то я раньше тоже не жил под кроватями. Мне как-то ближе быть не под, а на… — Шуга выполз из-за ящиков с игрушками и намекающие скосил взгляд на подушки. — Ого. А ты времени зря не теряешь. — На то я и монстрик, — улыбнул Шуга. — Ну ладно, кровать большая, можешь спать со стороны двери, если хочешь. Надеюсь, ты не храпишь. Куки встал, отряхнул штанишки и принялся укладываться. Это был невысокий и худенький мальчишка, точная копия отца. Густые непослушные волосы, большие карие глаза и аккуратные губки бантиком. Как и говорил Чонгук, от него так и веяло уверенностью и деловитостью, так что даже неловко было себя няней звать. — А ты книжки перед сном не читаешь? — прокряхтел Шуга, забираясь на высокую кровать. Мальчик, сидящий со смартфоном в руках, тихо ойкнул, спешно закрыл все приложения и отложил гаджет на тумбочку. — Если хочешь мультики посмотреть немного, я не возражаю. — Нет, я… передумал, не знаю, что смотреть. — Он сглотнул и натянуто улыбнулся. Шуга устроился на подушке и тоже оскалил зубки. — А ты… ночами спишь вообще? Или будешь глазеть на меня? — На тебя — вряд ли, ты не настолько интересный. На потолок, может, поглазею, там, когда полосочки от проезжающих мимо машин пробегают, увлекательно очень. Или за летающими в воздухе пылинками послежу. У меня много планов. — Ладно, — буркнул Куки и отвернулся, укладываясь. Шуга навострил уши и все свои сенсоры, прислушиваясь к его состоянию. — Приятной ночи тогда. Только утром, пожалуйста, спрячься где-нибудь, чтобы папа тебя не увидел. — Как скажешь, малыш. Шуга укрылся краешком одеяла и уставился в светлый потолок. Мальчик лежал спокойно. Не мог заснуть до часу ночи, но ни разу так и не шевельнулся, как будто не хотел мешать странному гостю. Зато когда наконец заснул, сопел сладко и крепко. Шуга то и дело потирал глазки, борясь с дремотой, мурчал и поглядывал по сторонам, присматриваясь к теням. Ночь прошла спокойно. Никакие призраки так и не появились. Куки проснулся по будильнику, прозевался, невозмутимо поздоровался с монстриком и отправился умываться. В этот момент пришёл спящий прямо на ходу Тэхён. Шуга превратился, быстро оделся и ушел, не став дожидаться возвращения Чонгука — Тэхён заверял, что ещё пару часов его точно не будет, а смена-то в семь уже закончилась. Так что Юнги заскочил спокойно в ближайшую пекарню за булками, позавтракал на ходу, любуясь крупными хлопьями снега, и отправился домой отсыпаться.

***

Куки и Шуга быстро друг к другу привыкли. Сразу же после первого раза, когда в комнату мальчика впервые явились призраки, всё в его образе круто переменилось, Чон Куки превратился в перепуганного малыша Ку. Шуга, разумеется, отважно бросился на призраков, выдав каждому по смачному кусю, сумев спасти душевное равновесие ребенка и тем самым начав крепкую маленькую дружбу. Они стали разговаривать перед сном и понемногу друг друга узнавать. Даже вместе иногда ходили на кухню, чтобы потрескать бутербродов. А между тем Юнги и с Чонгуком немного налаживал общение. За зиму они успели несколько раз встретиться днём, чтобы обсудить работу, и каждый раз об этой самой работе быстро забывали. Куки был славным и послушным мальчиком, не доставлял никому проблем, а обсуждать привидения, которые его преследовали, было бесполезно… так что и переключались они на всякую чепуху. И в какой-то момент Юнги рискнул — пригласил своего работодателя на свидание. Чонгук без раздумий согласился. — Кто ж так делает, Юнги, — ворчал Сокджин, топая по слякоти, разлившейся по тротуару. — Ты ещё с сыном встречаться начни. — Мы не встречаемся, — усмехнулся в ответ Юнги, спеша следом. — Всего одно свидание. — Встречаться с работодателем и ходить с работодателем на свидание — одна фигня с точки зрения профессиональной этики монстроняни! — Вообще-то в моем договоре никаких запретов на отношения не прописано. Сокджин на мгновение остановился, чтобы оглянуться через плечо и одарить друга выразительным взглядом. Но тут же припустил дальше, потому что время поджимало, у них обоих оставалось до смены каких-то жалких пять минут. — Просто одно невинное свидание. — И что, хочешь сказать, второго свидания не будет? — Очень надеюсь, что будет, — улыбнулся Юнги собственным мыслям. — Я предпочитаю начинать встречаться после хотя бы трёх. — Ну отлично просто. Ночью будешь спать с сынулей, днём — с папашей. Отличный план. — Да. Мне нравится. Сокджин покачал головой, всё ещё не до конца одобряя такую затею, и свернул на перекрестке. Юнги махнул на прощание и ещё ускорился, проверяя время. Тэхён, как обычно, встретил его во дворе. — Куки уже лёг, — сказал он, почему-то шепотом, и открыл дверь дома. Юнги скользнул внутрь. — Не думаю, что уже заснул, но на всякий случай будьте потише, когда зайдёте. Юнги угукнул, повесил куртку на крючок, разулся и тут же превратился, припустив на второй этаж расторопным лапками. Из детской не было слышно ни звука. Дыхание и сердцебиение звучали спокойно, но всё же Куки и правда не спал. Аккуратно приоткрыв дверь, Шуга протиснулся в щёлочку и осмотрелся. Жалюзи были закрыты, книжки и игрушки аккуратно лежали на своих местах, ребенок уже укрылся одеялкой и притворялся, что заснул и видит сны. Любой родитель и нянь был бы счастлив увидеть такую картину. Но Шуга оскалился на коварные блики, бегающие по металлической спинке кровати. Хотели добраться до мальчика, пока монстра нет? Фиг вам! Стоило только первому призраку показаться над постелью, Шуга кинулся на него, подпрыгнув с разбега и клацнув зубами. Призрак возмущённо дёрнулся, «вырывая» из пасти свой неосязаемый хвост, уже растворяющийся в воздухе от укуса. Призрак разъяренно зашипел. У него был образ женщины с длинными волосами, возможно, той самой, что наложила когда-то проклятие на семью. Остальные лиц никогда не показывали, настолько же безликие, насколько бесплотные и безвольные. Они просто следовали за женщиной, словно привязанные, тянулись к ребенку и пытались обнять его плотным коконом ауры. — Не сегодня, милочка, — огрызнулся Шуга, прижимая уши и напрягая лапки, чтобы в любой момент снова прыгнуть на врага. — Пошла прочь! Женщина увернулась от одной атаки, от другой, но после третьей взвыла, растворяясь полностью и без следа. Вгрызаться в сердце — самый действенный метод. Стоило ей исчезнуть, растворяться начали и остальные, уже витавшие вокруг постели. Всё стихло и успокоилось. Шуга оглянулся. Куки тяжело дышал, в глазах стояли слёзы, а губы дрожали. Вопросов не требовалось. Шуга просто подошёл к нему вплотную, ткнулся лбом в грудь и позволил крепко себя обнять. Комнату наполнило размеренное мурчание. — Спасибо, — через пару минут прошептал Куки и отпустил монстрика. Шуга отстранился, немного пригладил шерсть на боках и глянул на мальчика, тот уже успокоился, но сразу было видно, что сна ни в одном глазу. — Хочешь научу готовить сладкое облачко? Куки удивлённо округлил глаза, но после недолгих раздумий уверенно кивнул. Пытаться заснуть после потрясения — гиблое дело, а вот отвлечься и покушать — самое то. Включив свет на кухне, Куки усадил монстрика на стол и открыл холодильник. Тот оказался забит под завязку и продуктами, и готовой едой в кастрюльках и контейнерах. Бери да ешь. Но у них уже был другой план. — Доставай яйца. — Куриные или перепелиные? — А что, крокодильих нет? — спросил Шуга, открывая воду и пытаясь дотянуться лапками до крана. — Давай куриные тогда. Куки выудил с верхней полки картонный лоток, поставил на стол и с улыбкой глянул на измазанного мыльной пеной с ног до головы монстрика, подавая ему полотенчико. Шуга задумчиво муркнул и хорошенько встряхнулся. Влажная шерсть встала дыбом. Вытирая моську полотенчиком, он открыл лоток и заглянул. — Умеешь отделять белки от желтков? — Вот сейчас и посмотрим, — как-то философски пожал плечами Куки, достал из подставки широкий нож и взял одно яйцо. — Надеюсь, что да. — Бей уверенно, и все получится, — подбодрил Шуга, подтаскивая ему металлическую миску от миксера. — Валяй. Куки сосредоточенно закусил губу, стукнул и принялся осторожно переливать яйцо из скорлупки в скорлупку. Осторожно-то осторожно, но желток всё равно шмякнулся в миску. Шуга заглянул внутрь, с досадой вздохнул и взялся за ложку. — Я попробую выловить желток, а ты пока следующее разбивай, — велел он, потянувшись к блестящему жёлтому кругляшку. Повисла напряжённая тишина. Все сосредоточились на заданиях. Только ложечка снова и снова тихо скребла по металлической миске и нервам. Пока на нее не шмякнулся второй желток. — Ай… — Прости, — посмеялся Куки, выбрасывая скорлупку и включая воду, чтобы вымыть измазанные руки. — Похоже, я всё же не умею разделять их. — Ладно, придется мне тебя учить. Шуга вытащил из лотка очередное яйцо и стукнул о край миски, та чуть не перевернулась, Куки в последний момент успел ее придержать. Состроив невозмутимую мордаху, Шуга разделил две скорлупки и принялся переливать яйцо, но тут же и уронил, не удержав одной лапкой скользкую скорлупу. — Нет, вот это я как раз делать умею, — улыбнулся Куки, вылавливая лишнюю «приправу». — Ладно. У нас есть три яйца. Ну что? — Аа… так пойдет, — махнул лапкой Шуга. — Будут закатные облака, немного жёлтые. Добавляй ложку сахара, щепотку соли, корицу с ванилью и включай миксер. Куки кивнул и принялся выполнять. Даже с желтком яйца взбились неплохо, вышла довольно густая и плотная масса. Шуга уселся на мультиварку и внимательно следил за каждым движением, раздавая указы — выбрал подходящую сковороду из стопки, разобрался, на сколько включать конфорку, смотрел, как мальчик выскребает «облачко» из миски. Когда блюдо было полностью готово, самолично подал лопаточку и пододвинул тарелку. Работу вполне можно было считать командной. — Это очень вкусно, — улыбнулся Куки, отламывая вилкой ещё кусочек сладкого облака. — Даже странно, почему я ни разу за всю свою жизнь не пробовал такого. — Тебе всего шесть, — усмехнулся Шуга и облизал ложку. С него уж точно было достаточно на сегодня. — Как раз самое время каждый день что-то новое узнавать и пробовать. — А если предыдущие шесть лет у меня были такие насыщенные, что меня уже трудно удивить?.. Шуга хмыкнул, вытирая ложку о пузико, и прищурился. Ну, на то оно и походило. О существовании монстров люди, конечно, знали, но редкий ребенок бы не удивился, впервые увидев одного такого под собственной кроватью. Куки осознавал ценность денег и крепкого сна, понимал мотивы и скрытые эмоции персонажей из фильмов, про многие места и занятия рассказывал так, будто всё это успел опробовать и узнать на личном опыте. Похоже, Чонгук и правда устраивал ему насыщенную жизнь раньше. — Ну тогда просто наслаждайся — вкусное жареное облачко оказалось достаточно необычным, чтобы тебя немного удивить. Рад? — Рад, — кивнул мальчишка. — Ну, тогда и я рад. — Где ты научился готовить такое? — Мама научила. Она у меня отлично готовит. — Так у монстриков тоже есть мамы? — улыбнулся Куки. — А говорят, вы появляетесь из детских чувств и мыслей. — Конечно, у нас мамы есть, это мамы появляются из детских чувств, потом они встречают пап, появившихся из детских мыслей, влюбляются и делают новых монстриков. Так я и появился на свет. Куки доел последний кусочек, отложил вилку и, подперев щеки ладошками, осмотрел монстрика внимательно и хитро, как будто что-то затеял нехорошее. А потом спросил: — А как ты у меня в комнате появился? — Твой папа нанял. — Что? Зачем ты… — всполошился мальчик, но тут же смутился, отведя взгляд. Шуга усмехнулся, почесывая спинку ложкой. — Я хочу сказать, разве это не секрет, раз мне до сих пор не говорили? Разве не должен был я верить, что ты настоящий монстр? — А разве ты не знаешь это давным-давно? Ты умный малыш, явно догадался: раз папа перестал нанимать тебе ночных нянь, зато появился какой-то ночной монстрик, это явно связано. Так ведь? — Ну… папа бы расстроился, что ты его заранее не предупредил о таком. — Ничего, — широко улыбнулся Шуга, — я с ним поговорю об этом по душам, всё будет в порядке. Может, потом ещё и эскимошкой угощу. — С вишней? — И орешками в шоколадной глазури. Куки зыркнул букой из-под чёлки и всё же оттаял. Собрал посуду, сложил в раковину и взялся за губку. За его спиной Шуга прищурился уже совершенно по-новому. Напряг лапки, впиваясь пальчиками в салфетку, которой вытирался после ужина, и включил все свои сенсоры. — Скажи, Куки… — протянул он, обратившись в слух, — твой папа когда-нибудь с кем-нибудь встречался? — Никогда, — тут же заверил мальчик. — Нет. — А он что-нибудь говорил в последнее время об этом? Например, что на свидание ходил?.. — Ну… — Куки прошёлся до плиты, осторожно пощупал сковороду, проверяя, остыла ли, и отправился намывать и ее, прихватив по пути и миску миксера с венчиком. — Кажется, он с кем-то встречается в последнее время. — Прям «встречается»? — Ой, я не понимаю в таких вещах, мне шесть, — фыркнул мальчик, выдавливая на губку слишком много моющего средства и принимаясь от души пенить. — Я просто сказал то, что думаю. — Да-да, конечно, — усмехнулся Шуга, наблюдая уже с нескрываемым весельем. — А твой папа, у него есть крылья? — Чего? — опешил Куки, оглянувшись через плечо. — В каком смысле? — Никогда не видел его следов в сугробах. Подумал, что на работу он из окна улетает. Это бы многое объяснило. — Ну… мы многого не знаем даже о членах своей семьи. Куки шлёпнул губку в сковороду и принялся наворачивать круги, больше не рискуя оглянуться, чтобы не выдать свое смущение и растерянность. Шуга же уже чуть не мурчал от удовольствия и предвкушения… этот разговор ему определенно нравился, кажется, он должен был решить всё раз и навсегда. — Кстати, давно хотел спросить, ты совсем со своими игрушками не играешь? Они лежат под кроватью в одной и той же позе вот уже третий месяц. — Сейчас дети на смартфонах играют, — выдавил Куки, смывая пену и принимаясь натирать сковороду второй раз. — Ясненько. Может, отдадим их нуждающимся, раз так? А у тебя в комнате освободится место для учебников и тетрадок, ты такой умный мальчик, тебе они не помешают… кстати, хочу глянуть, как там твое сегодняшнее домашнее задание. Шуга спрыгнул со стола и расторопно почапал по коридору к детской. Куки с вскриком кинулся следом, даже забыв мыльную губку оставить. Перегородил дорогу, вцепился в дверную ручку и зыркнул почти строго. — Нет! Я не разрешаю, не смотри! — Но почему, что не так? — Я… Я ещё не сделал уроки, — выдавил Куки, бегая взглядом по коридору. — Завтра же выходной в школе, успею ещё. Нечего там смотреть. Шуга усмехнулся. Да, в этот раз оправдался, но у него впереди было ещё много ходов и вопросов. Спас мальца от них только внезапно зазвонивший в комнате телефон. Куки удивлённо оглянулся за дверь, суматошно оценил обстановку и скользнул в комнату. Шуга, конечно же, тут же сунулся следом. — Кто это так поздно звонит? Детям не стоит отвечать на сомнительные звонки… — Это моя бабушка, — заявил Куки, пряча телефон под рубашку и снова протискиваясь в дверную шёлку. — Подожди, пожалуйста, здесь. Я быстро пожелаю бабуле спокойной ночи и вернусь. Не выходи из комнаты. — Клянусь, — торжественно пообещал Шуга, подняв лапку. Мальчик закрыл за собой дверь. Шуга тут же навострил уши и напряг сенсоры. — Клянусь, что прекрасно подслушаю всё и отсюда. Куки спустился на первый этаж и аж в дальнюю кладовку забился, чтобы его не нашли и не услышали. Но это были мелочи для монстровых сенсоров. — Алло? — прошептал мальчик. — Сейчас неудобное время, я же просил не звонить мне после десяти… — Но есть срочный вопрос. — Напишите всё сообщением, я отвечу письменно. После всё затихло, а через пару минут снова послышались шаги. Шуга забрался на комод, глянул на мгновение в зеркало, поправляя шерстку, и широко улыбнулся, встречая вернувшегося мальчика. — Как бабуля поживает? — Бабу… нормально, страдает мигренью, готовит печеньки. — Куки положил телефон на столик. Неправильного папиного чехла на нём уже не было, видимо, ошибку заметили и попытались исправить. — Сладких снов пожелала. — Хорошая бабу… ля. Подойди сюда, у тебя на щеке что-то. — Что? — Куки ладошками старательно отряхнул обе щеки. — Всё? — Нет. — А так? — Мальчишка натянул рукава на пальцы и протер основательно всё лицо, как будто умываясь. — Всё? — Нет. Подойди, сам смахну. Куки подошёл к комоду и чуть наклонился. Совсем бдительность потерял. Шуга потянулся лапками, как будто собираясь и правда смахнуть соринку, и вдруг чмокнул в щёку. Мальчишка дёрнулся от неожиданности и схватился за щеку… но уже через мгновение думать о ней забыл. Его окутывала серая пелена, местами переливающаяся, как перламутр. Это были призраки. Они покидали тело, в котором обитали много лет, растворялись в вечности, унося с собой проклятие. Магия лилась во все стороны, разрушая обман. Призрачная женщина с длинными волосами напоследок обняла крепко, как родная мать, и исчезла без следа. Шуга с улыбкой осмотрел растерянного парня, выдав после раздумий: — Так мне нравится больше. Чонгук ощупал собственное лицо, глядя в зеркало, оглядел руки-ноги и вскрикнул, хватаясь за голову. — Ну-ну, будет тебе орать. Это всего лишь настоящий ты. — Как ты… что… да разве может снять проклятие маленький чмок от монстра подкроватного?! — Как видишь, — самодовольно протянул Шуга, осторожно сползая с комода. А после превратился, осмотрев собеседника уже человеческим взглядом. — Если от всей души, с любовью и желанием помочь, то очень даже. — Всё было настолько очевидно?.. — А обязательно было скрываться? — рассмеялся Юнги. — Ты мне три месяца врал, я и возмутиться могу, между прочим! — Это часть проклятия, — скривился Чонгук, садясь на кровать и устало потирая глаза. Кажется, шок пока ещё не давал ему до конца осмыслить произошедшее. — Тэхён узнал, потому что он сильный колдун, но сам я не мог рассказать никому все эти годы… — Что ж. Тогда прощаю. — Юнги присел рядом и похлопал парня по колену, пытаясь приободрить. — Куки был очень славным мальчиком, но я и правда рад, что он наконец окончательно вырос в славного молодого мужчину… который, возможно, теперь не будет тянуть с ответом, пойдет ли он со мной на второе свидание. Чонгук рассмеялся, бормоча, что вовсе не прочь куда-нибудь сходить. — Отлично. Только платишь ты, — добавил Юнги. — А то я, очевидно, снова работу потерял. — Оу, мне жаль, — выдавил Чонгук, поджимая плечи. — Может, по паре мини-сосисочек? И поищем объявления о поиске монстронянь. — Давай лучше по пять сосисочек и поищем хорошие сеансы в кино на завтра. А работа подождёт пару дней… Кстати, ты на сообщение с работы ответил? — О боже! — воскликнул Чонгук и кинулся к телефону, суматошно проверяя, что там ему написали за срочный вопрос. — Окей, я к сосисочкам, — бросил Юнги, выходя из комнатки. — Кому не останется — я не виноват!